The Taming / Укрощение

Сириус стоял перед зеркалом в их спальне, поправляя одежду, заправляя рубашку и аккуратно завязывая галстук. Он даже постарался надеть брюки без единой дырки ради этого гада. Мерлин, он выглядел как полный придурок. Часть очарования Сириуса заключалась в его неряшливом виде — он умудрялся выглядеть привлекательным, не прикладывая к этому ни малейших усилий. Обычно его галстук болтался на шее, а рубашка была заправлена только наполовину. Это создавало эффект «после страстной ночи», от которого девушки сходили с ума. — Бродяга, хватит прихорашиваться, мы опоздаем на зелья! — недовольно воскликнул Джеймс. Сириус закатил глаза и схватил сумку. Лучшие друзья направились к выходу и Джеймс в тысячный раз начал объяснять план: — Так, когда мы зайдём, ты становишься в пару с Нюньчиком, а я уговариваю Лили работать со мной. Потом ты начинаешь очаровывать его так, чтобы он в итоге снял с себя штаны. И помни про список! — Да знаю я, Сохатый, поверь в меня хоть немного, — сказал он, легонько ударив друга в плечо. Джеймс становился просто невыносимым с этими бесконечными наставлениями. Почему наследник Поттеров не мог позволить ему самому добиваться Нюньчика, не критикуя каждый шаг? Сириус был уверен, что он уже почти уговорил Снейпа сказать «да», он это чувствовал. На пути к кабинету Слизнорта ему несколько раз приходилось сдерживаться, чтобы не запустить руки в волосы. Сегодня был первый раз, когда он нормально их уложил, вместо того чтобы просто намочить ладонь и провести по кудрям. Он знал, что, если начнёт трогать волосы, всё испортит, но прическа была словно укус комара, который нестерпимо чесался. Сириуса так и тянуло запустить руки в волосы. К счастью, в поле зрения появился класс зельеварения, отвлекая Сириуса от мыслей. Хотя Джеймс и переживал, что они опоздают, на самом деле они пришли довольно рано. Слизнорт еще даже не появился, черт возьми! Несколько студентов толпились у двери, но единственным человеком, которого заметил Сириус, был Снейп. Он читал учебник по зельям, беззвучно шевеля губами. Сириус нашел это странно милым. Он подошёл к Снейпу, который был слишком увлечён, чтобы заметить его присутствие. Гриффиндорец нахмурился, глядя на то, что тот читал. Амортенция? Неужели Снейпу кто-то нравится? Сириус попытался проигнорировать раздражение, которое поднялось от этой мысли. Конечно же, это раздражение было связано исключительно с тем, что он потратил кучу времени, стараясь соответствовать невозможным стандартам Снейпа, и ни с чем другим. — Разве мы сегодня не готовим Сыворотку Правды? — спросил Сириус, даже не пытаясь скрыть, что нагло читал через плечо слизеринца. Снейп слегка вздрогнул, прежде чем захлопнуть учебник и повернуться к Сириусу. Его раздражённое выражение быстро сменилось на озадаченное, когда он окинул гриффиндорца взглядом. Черные глаза внимательно оглядели Сириуса с головы до ног, заставляя того почувствовать себя странно уязвимым. Рот слизеринца несколько раз открывался и закрывался, словно он хотел что-то сказать, но передумал. — То, что мы сегодня готовим Веритасерум, не значит, что я не могу изучать другие зелья. В этом году Ж.А.Б.А., или ты забыл? — спросил он снисходительно. Сириус постарался изобразить беззаботную улыбку, но уголок его губ нервно дёрнулся. — Нет, я не забыл. Мне просто любопытно. Хотя не удивительно, что ты начал готовиться так рано — ты всегда был целеустремлённым. Это одно из твоих самых привлекательных качеств, — сказал он. К сожалению, Снейп, похоже, не услышал последнюю часть, так как его отвлёк появившийся Слизнорт, который открыл дверь. Только когда они начали заходить в аудиторию, Снейп удостоил его ответом: — Что ж, Блэк, у некоторых из нас нет богатств, на которые можно было бы опереться. Мерлин, ну почему ему всегда нужно быть таким чертовски язвительным? — Это верно. Довольно грустно, что семьи, в которых мы рождаемся, определяют наш жизненный путь. Хотя, полагаю, выбор всё же за нами: пойти по уже знакомой дороге или же свернуть с неё и проложить новый путь. Правда, одно из этих решений, безусловно, сопряжено с гораздо большей степенью сложности, — сказал он, садясь рядом со Снейпом и надеясь, что правильно использовал слово «сопряжено». Он слышал, как Лунатик однажды произнес его в похожем контексте. Слизеринец фыркнул: — Ну, это, безусловно, интересный способ выразить… — он внезапно осёкся и посмотрел на Сириуса с недоумением. — Почему ты сидишь... Прежде чем он успел договорить, его перебил Слизнорт: — О, отлично, мистер Снейп, вы уже нашли напарника! Я как раз собирался попросить вас объединиться с другим студентом, так как мисс Макдональд, к сожалению, сегодня заболела, — Снейп собирался возразить, но Слизнорт уже отвернулся к остальному классу. — Сегодня мы будем готовить Веритасерум. Поскольку для его завершения требуется целый лунный цикл, мы, увы, не сможем протестировать его сегодня. Поэтому оценивать я буду только визуальные аспекты. Следуйте указаниям в ваших учебниках, и, если у вас возникнут вопросы, не стесняйтесь спрашивать! — закончил он, садясь за стол с тяжёлым вздохом. Снейп бросил злобный взгляд на Сириуса: — Если ты всё испортишь, я... — процедил он сквозь зубы. — Расслабься, Снейп. Смею заметить, что я, между прочим, весьма искусен в зельях, — сказал Сириус. Мерлин, это прозвучало чертовски вычурно. Если бы Снейп не смотрел на него, он бы сам себя похлопал по плечу. Слизеринец смерил его странным взглядом. — Я... Ладно, хорошо, просто... просто делай всё точно так, как я скажу, — произнёс он, выпрямляясь, словно готовился к очередной перепалке. Сириус лишь улыбнулся: — Ладно, начну с того, что принесу ингредиенты, если ты не возражаешь. — Просто иди за этими чёртовыми ингредиентами, Блэк, — прошипел Северус. Гриффиндорец схватил список и направился к шкафу, нахмурившись, как только отвернулся от Снейпа. Пока он собирал ингредиенты, он наткнулся на Джеймса. — Бродяга! Макдональд заболела, и я оказался в паре с Эванс! — прошептал тот. — Рад за тебя, — сухо ответил Сириус, хватая банку с крыльями муховертки. Он даже не обратил внимания на то, что Джеймс и Лили работают вместе — был слишком занят, общаясь с кислым слизеринцем. Сириусу было немного стыдно за свою резкость, но, честно говоря, кто бы мог его упрекнуть? Джеймс получал свою награду, не испачкав рук! Ему не приходилось выполнять, казалось бы, невыполнимую задачу — очаровывать этого придурка. Ему не приходилось полностью менять себя, и уж тем более никто не заставлял его молча терпеть оскорбления, не имея возможности ответить. Собрав последние ингредиенты, Сириус направился обратно к столу, игнорируя обиженное и растерянное выражение, появившееся на лице Джеймса. Он разложил ингредиенты на столе, который Снейп уже успел подготовить. Пока Сириус выполнял свою задачу, слизеринец, похоже, успел достать все необходимые инструменты. Гриффиндорец застыл на месте, когда его взгляд упал на Снейпа. Его волосы были убраны наверх. Снейп всего пару раз за всё время убирал волосы во время зелий, но каждый раз Сириус находился слишком далеко, чтобы что-то разглядеть. Это было странно — видеть лицо слизеринца полностью открытым, без привычной завесы из волос. Глаза Сириуса скользнули вверх по бледной линии шеи Снейпа и остановились на одинокой родинке. Она была с левой стороны, примерно посередине между линией челюсти и плечом. Сириус подумал, что это идеальное место для засоса. Почти мгновенно его воображение нарисовало сцену, как он делает это. Бродяга поспешно отогнал видение. Снейп бросил на него взгляд, на его лице промелькнула смесь беспокойства и раздражения. — Почему ты просто стоишь? — спросил он. — У тебя волосы убраны, — тупо произнёс Сириус. Снейп приподнял бровь: — Гениальное наблюдение, Блэк. Тебе тоже стоит их убрать, — добавил он, словно мимоходом, без особого интереса. Сириус нахмурил брови. — Зачем? Слизеринец закатил глаза: — Мы работаем со спиртом, для кипячения которого требуется высокая температура, — заметил он. — А, точно... — Сириус опустил взгляд на свои запястья и похлопал по карманам. Он забыл взять резинку. Обычно он носил её с собой, но на этот раз даже не подумал об этом — был слишком занят попытками выглядеть привлекательно для Снейпа. Снейп покопался в кармане и выудил оттуда ещё одну резинку. — На, — сказал он, сунув её Сириусу в руку. — О! Спасибо! — ответил Сириус, шокированный добрым жестом. Однако холодное поведение слизеринца быстро вытянуло всё тепло из ситуации. — Не за что, я всегда держу при себе две, — пробормотал Снейп, отмеряя ингредиенты. Сириус постарался скрыть улыбку, завязывая волосы. Возможно, этот урок не будет таким уж плохим. — Я растолку крылья муховертки, — предложил он, становясь рядом со Снейпом, который лишь кивнул в ответ и передал ему отмеренное количество. Сириус старательно растирал крылья до состояния мелкого порошка, желая впечатлить слизеринца своими техническими навыками. Краем глаза он наблюдал за тем, как Снейп выполнял остальные приготовления: налил спирт и воду в котёл, а затем зажёг под ним пламя, выставив его ровно настолько, чтобы жидкость начала слегка испаряться. Пока Снейп выполнял свою часть работы, на его лице было безмятежное выражение. Сириусу показалось, что слизеринцу это шло. К сожалению, безмятежность испарилась, когда тот посмотрел на один из соседних столов. Сириус проследил за его взглядом как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джеймс трансфигурировал своё перо в резинку для Лили, которая, по-видимому, забыла взять свою. Сириус снова взглянул на Снейпа. Тот выглядел не столько злым, сколько... скорее уязвлённым. Гриффиндорцу не нравилось видеть такое выражение на его лице. Он решил его отвлечь: — Эй, Снейп, а какой у тебя любимый ингредиент для зелий? — спросил он, стараясь завязать разговор. Похоже, план сработал: Снейп отвёл взгляд от стола гриффиндорцев и уставился на него. — Что за идиотский вопрос? — недовольно бросил он. — Просто любопытно, — пожал плечами Сириус. — Лично мне больше всего нравится бадьян. Снейп взял корень валерианы и начал резать его на аккуратные кубики. — Ну конечно, ты выбрал именно его, — пробормотал он. Сириус, который уже закончил со своей задачей, подошёл ближе к слизеринцу. — Что это должно значить? — нахмурился он. Как слизеринец умудрился превратить ингредиенты для зелий в повод для насмешки? — Ничего особенного. Просто бадьян — это самое гриффиндорское из всех растений, — ответил Снейп, бросая нарезанный корень валерианы в колбу с водой. Сириус невольно улыбнулся. — Из-за огня? — спросил он. Снейп усмехнулся. — И из-за огня тоже. Но ещё потому, что он используется почти во всех областях магии. Он всегда должен быть в центре внимания. Сириус был слишком изумлен, чтобы обижаться на скрытое оскорбление своего факультета. — Да? Ну, раз у тебя такое твердое мнение на этот счёт, то какой твой любимый ингредиент? Снейп на мгновение задумался, прежде чем неожиданно тихо ответить: — Златоцветник. Растение для Напитка живой смерти, надо же, какая неожиданность. — Ну конечно, ты выбрал именно его. Снейп приподнял бровь, глядя на него с вызовом. — Что это должно значить? — спросил он. — На него приятно смотреть, как и на тебя, — ответил Сириус с лёгкой улыбкой. Комплимент подействовал на Снейпа с точностью до наоборот. Его выражение стало отчужденным. Лёгкость, едва начавшая зарождаться между ними, исчезла. Снейп вернулся к зелью, полностью проигнорировав сказанное. Чёрт. Сириусу захотелось дать себе пощёчину за то, что он всё испортил. Всё, что мог делать Сириус, это наблюдать, как Снейп вливает жидкость из корня валерианы в котел и перемешивает до однородного состояния. Он никак не мог понять этот странный танец, который они прямо сейчас исполняли. Сириус притягивал Снейпа ближе, и тот позволял ему, пока Сириус не говорил что-то совершенно незначительное, что заставляло слизеринца тут же отдаляться. Всё это было до невозможности запутано. Снейп повернулся и потянулся через Сириуса, чтобы взять растёртые крылья муховертки. Именно в этот момент Сириус заметил ещё одну деталь, которая обычно была скрыта за волосами Снейпа: маленькое отверстие в мочке уха, где могла бы быть серёжка. — У тебя уши проколоты? — вырвалось у Сириуса, прежде чем он успел подумать. Снейп отстранился, забрав ступку с растёртыми крыльями, и вернулся к котлу. Он аккуратно рассыпал порошок по поверхности жидкости, а затем снова начал помешивать. Сириус хотел бы услышать от Снейпа похвалу за хорошо выполненную работу, но отсутствие оскорблений, похоже, уже можно было считать комплиментом со стороны слизеринца. — Нет, я просто решил сделать дырки для развлечения, — наконец огрызнулся Снейп. — Мерлин! Зачем сразу защищаться? Я просто не думал, что ты из тех, кому нравятся такие вещи, — ответил Сириус. И это была правда. Снейп всегда казался ему человеком, который предпочитает практичность внешнему виду, когда речь идёт о моде или о чем-то подобном. — А я не думал, что ты из тех, кого это может так сильно волновать, — парировал Снейп. Теперь уже Сириус перешёл в оборону: — Меня это вовсе не волнует! Мне просто любопытно... Что заставило тебя их проколоть? — спросил он. Снейп развернулся, бросив на него острый взгляд: — Если я тебе расскажу, ты обещаешь молчать до конца урока? — прошипел он. Сириус уже открыл рот, чтобы ответить, но передумал и просто кивнул. Он знал, что Джеймс расстроится из-за того, что он «упустил» очередную возможность очаровать слизеринца, но любопытство оказалось сильнее желания угодить другу. Снейп молчал несколько мгновений, и Сириус уже был почти уверен, что тот ничего не скажет. Наконец Снейп заговорил: — Несколько лет назад Лили захотела проколоть уши. Она потащила меня с собой, но в тот момент, когда иглу уже собирались ввести, она начала паниковать. Чтобы её успокоить, я предложил проколоть свои уши первым, чтобы она увидела, что это не так уж страшно, — пожал он плечами. Гриффиндорец был ошеломлён этим признанием. Он никогда не мог представить себе, чтобы слизеринец, тем более Снейп, сделал что-то доброе для гриффиндорца без скрытых мотивов. Если бы он не знал, что Лили не привлекает Снейпа, то наверняка бы решил, что это и было мотивацией. Ему хотелось сказать, что это трогательная история, но Сириус вспомнил об их уговоре и сдержал слово. Они сосредоточились на зелье до самого конца урока: Снейп отдавал Сириусу указания, а Сириус старательно их выполнял. Они по очереди помешивали зелье, когда жара становилась слишком невыносимой для одного из них. Это заняло время, но в итоге все усилия оправдались — жидкость в котле приобрела идеальную прозрачность. На мгновение они обменялись улыбками. Лишь на мгновение. Улыбка тут же сползла с лица Снейпа, как только он осознал, кому улыбался. Слизеринец быстро позвал Слизнорта, чтобы тот проверил их зелье. Декан Слизерина подошёл к их столу, взял ложку и поднёс её к лицу, чтобы рассмотреть. — Без цвета, — пробормотал он себе под нос, затем поднёс ложку к носу и быстро понюхал. — И без запаха. Отличная работа, мистер Блэк, мистер Снейп. По пять баллов каждому. Просто зачаруйте ваше зелье, и можете быть свободны, — сказал он, одобрительно кивнув, а затем направился к другой паре, которая активно пыталась привлечь его внимание. Сириус попытался снова поймать взгляд Снейпа, надеясь вернуть ту мимолётную связь, что возникла между ними. Но Снейп проигнорировал его. Вместо этого слизеринец занялся уборкой их рабочего места, затем быстро собрал свои вещи и буквально выскочил за дверь. Сириус последовал его примеру: поспешно закинул вещи в сумку и ринулся следом. Его быстрый шаг замедлился, едва взгляд упал на спину Снейпа. Спина этого гада становилась для Сириуса привычным зрелищем, настолько, что он мог бы нарисовать её по памяти. Гриффиндорец не жаловался — несмотря на всю неприязнь к летучей мыши, он не мог не признать, что сзади Снейп выглядел вполне привлекательно. Слишком часто Сириус ловил себя на том, что разглядывает чью-то привлекательную фигуру, а когда человек поворачивался, оказывалось, что это был Нюньчик. Разумеется, он никогда не делился этим с друзьями — те напоминали бы ему об этом при каждом удобном случае. — Хватит меня преследовать, Блэк, — прошипел Снейп, даже не обернувшись. Сириус сократил расстояние между ними: — Кто сказал, что я тебя преследую? Это же абсурд! Я просто иду в библиотеку готовиться к Ж.А.Б.А., — соврал он, надеясь, что это прозвучало достаточно убедительно. Снейп раздражённо вздохнул. Вместо того чтобы обидеться, Сириус воспринял это как возможность пофлиртовать. — Любовь есть дым, поднявшийся от вздохов, — ответил он. Слизеринец смерил его сердитым взглядом: — Ты цитируешь мне Ромео и Джульетту? Серьёзно? — Сработало? — с надеждой спросил Сириус. — Ты ведь знаешь, что это трагедия, верно? — холодно заметил Снейп. Сириус пожал плечами: — Всё равно романтично, не так ли? Двое влюблённых по разные стороны баррикад и всё такое. — Он уже собирался отметить, что они со Снейпом сами находятся на противоположных сторонах, будучи на соперничающих факультетах. Однако, вспомнив трагический финал, решил не проводить такую параллель. — Они были глупцами. Концовка бы не случилась, если бы Ромео не был полным идиотом. Это скорее бесит, чем трогает, — ответил Снейп. — Ну тогда, какую из его пьес ты считаешь достаточно романтичной, чтобы я мог процитировать её тебе? — поинтересовался Сириус. — Зимняя… — начал было Снейп, но осёкся, осознав последнюю часть вопроса. — Нет, ты больше ничего мне цитировать не будешь, придурок, — бросил он. Сириус хотел было его переубедить, но они уже добрались до библиотеки. Снейп, не сказав ни слова, направился прямиком к полкам. Однако это не остановило Сириуса — он, конечно же, пошёл следом. Сделав вид, что изучает книги на противоположной стороне полки, он внимательно следил за Снейпом через щели между короткими томами. Слизеринец хмурился, пока читал названия на корешках книг, медленно продвигаясь вперёд в поисках нужного тома. Сириус следовал за ним, наблюдая, но старался держаться на шаг позади, чтобы Снейп его не заметил. Когда они дошли до конца полки, Снейп тихо выругался: — Вот дерьмо, она в запретной секции, — пробормотал он себе под нос. Посчитав, что это удобный момент, Сириус шагнул в проход, где находился Снейп. Прислонившись к краю полки, он спросил: — Тебе нужно что-то из запретной секции? Снейп вздрогнул: — Блядь! Блэк, хватит так делать! — каким-то образом Снейп умудрился крикнуть на него шепотом. — Извини. Так что тебе нужно из запретной секции? — Сириус повторил вопрос. Снейп приподнял бровь: — Не понимаю, как это тебя касается, Блэк, — прошипел он. Сириус сделал шаг ближе, вынуждая Снейпа поднять на него взгляд. — Видишь ли, Снейп, я знаю, как попасть в запретную секцию. Итак, как называется книга? — спросил он, его голос прозвучал низко и хрипло. Снейп выглядел слегка ошарашенным, его взгляд ускользал от гриффиндорца, пока он пытался решить, что ответить. Сириус заметил, как Снейп прикусил нижнюю губу — движение было неосознанным, тот явно колебался, но гриффиндорцу оно показалось странно эротичным. — Мне нужна книга о проклятиях, — наконец признался Снейп, вырывая Сириуса из мечтаний. Гриффиндорцу пришлось подавить все ехидные замечания о том, что Снейп — поклонник тёмной магии. Вместо этого он просто кивнул. — Как называется книга? — спросил он, стараясь, чтобы его тон звучал достаточно непринуждённо и не спугнул слизеринца. — Эм… «Проклятия подчинения и другая тёмная магия», — ответил Снейп со смущением в голосе. Сириус снова кивнул: — Я вернусь через десять минут. Просто... оставайся здесь, — сказал он, небрежно пятясь назад, прежде чем оказаться вне поля зрения Снейпа. Сириус со всех ног бросился к башне Гриффиндора. Ему была нужна мантия-невидимка Сохатого, чтобы незаметно проникнуть в запретную секцию. Сириус был уверен, что Сохатый одолжит её, ведь это могло бы помочь с их общим планом. И если Бродяга сможет достать для Нюньчика эту тёмную книгу, тот, скорее всего, начнёт ему доверять. А там, глядишь, и на свидание согласится. Книга была…мягко говоря, проблемной. А в сочетании с любовным зельем, которое Снейп рассматривал ранее, она окончательно убедила Сириуса в одном: этому придурку кто-то нравится. А этого гриффиндорец допустить не мог. Он так старался завоевать расположение Снейпа, что теперь не собирался просто так позволить своим усилиям пойти коту под хвост. Он даже решил не рассказывать об этом Джеймсу. Ведь тот наверняка предложил бы помочь Снейпу добиться объекта его симпатии. Но Сириус — по причинам, которые даже себе самому не мог объяснить, — не хотел, чтобы это случилось. Одна лишь мысль о том, что у этого гада может кто-то появиться, заставляла его живот скручиваться. Может, дело в том, что Снейп — сущее зло, и Сириусу просто было жаль того, кому придётся иметь с ним дело? Да, точно! В этом и была причина. Сириус ворвался в общую гостиную, стремительно взбежал по лестнице и распахнул дверь их спальни. Он проигнорировал обеспокоенные вопросы Питера и начал рыться в сундуке Джеймса, пытаясь найти мантию. Как только его пальцы нащупали невидимую ткань, он быстро схватил её. — Прости, Хвост, некогда объяснять, — бросил Сириус, прежде чем поспешить обратно в библиотеку. Он просматривал корешки книг, пока не наткнулся на название, которое обозначил Снейп. Сириус аккуратно вытащил книгу. Она была такой же мрачной и зловещей, как и её название. Обложка была полностью чёрной, единственным цветным акцентом были серебряные буквы. Книга была изрядно потрёпана: обложка покрыта царапинами и потёртостями, а страницы почти полностью пожелтели. Сириус вернулся туда, где оставил Снейпа. Удивительно, но тот всё ещё ждал его. Глаза слизеринца широко распахнулись, когда он увидел, что Сириус держит в руках. — Я... что? Как ты её достал? — ошеломлённо спросил он. Выражение его лица стоило всей этой суеты. — Боюсь, что фокусник никогда не раскрывает своих секретов, — сказал Сириус с напускным пафосом, грациозно поклонившись и протягивая книгу слизеринцу. Снейп закатил глаза, протягивая руку за фолиантом. Сириус, однако, отметил, что в этом жесте едва уловимо сквозила нотка веселья. И Сириус решил, что это знак, что можно надавить чуть сильнее: — Могу я проводить тебя до общежития? — спросил он. — Нет, — быстро ответил Снейп, прижимая книгу к груди, словно боялся, что Сириус её отнимет. — Мне что, нужно умолять тебя, Снейп? Я ведь только что рисковал всем своим существованием ради твоей драгоценной литературы! — воскликнул Сириус, надеясь, что его манера говорить очарует змею. — Ох, ладно, только перестань так выражаться, у меня от тебя голова болит, — проворчал Снейп, направляясь к выходу из библиотеки. Сириус быстро последовал за ним. Он был уверен, что Снейп попросил его перестать так выражаться только потому, что слизеринец начинал слишком сильно смущаться. Сириус не мог его за это винить, хотя всё же надеялся, что Снейп перестанет играть в недотрогу и будет честен с самим собой. Это бы сильно упростило все попытки его добиться. Их путь прошел в тишине, но Снейп то и дело украдкой бросал на Сириуса взгляды. Мерлин, ну он же был как открытая книга! Хотя, надо признать, эти «тайные» взгляды выглядели довольно мило. Вероятно, сейчас он размышлял, как сказать Сириусу, что его чувства взаимны. Когда они добрались до подземелий, Сириус ожидал, что Снейп наконец признается. Вместо этого слизеринец лишь сухо бросил «пока», направляясь ко входу в гостиную Слизерина. — Постой! — воскликнул Сириус, заставив Снейпа обернуться. — Разве ты не должен мне кое-что? — неуверенно спросил он. Снейп нахмурился, явно пытаясь понять, о чем именно говорит Сириус. — Эм... спасибо? — предположил он. — Думаю, будет достаточно пойти со мной в Хогсмид в качестве платы за то, что я достал для тебя эту книгу, — возразил Сириус. Замешательство на лице Снейпа быстро сменилось раздражением. — Я уже позволил тебе проводить меня до общежития в благодарность. Ты не можешь просто так требовать что-то ещё. Сириус опешил: — Но я... прогулка — это ничто, а я мог серьёзно влипнуть из-за тебя! Снейп шагнул ближе, его чёрные глаза впились в Сириуса, заставляя того затаить дыхание. — Что ж, Блэк, тебе стоит научиться лучше вести переговоры. Ошеломлённый, Сириус остался стоять на месте, пока Снейп не скрылся за входом в гостиную Слизерина. Каменная стена вновь сомкнулась — это уже стало для Сириуса слишком привычным зрелищем. Он пытался унять неожиданно участившийся стук сердца. Гриффиндорец не мог дождаться, чтобы похвастаться друзьям, насколько близок он был к тому, чтобы уломать Нюньчика. xxxxxxxxxxxxxxxxxxx Северус сидел на кровати, угрюмо уставившись на страницу перед собой. Ни одно из проклятий, о которых он когда-либо читал, не подходило к его ситуации. Сначала он подумал, что это может быть Амортенция, но симптомы были слишком слабыми для такого зелья. — Почему ты сверлишь эту несчастную книгу взглядом? — Северус поднял глаза и увидел Регулуса, стоящего в дверях со скрещёнными на груди руками. Северус снова посмотрел на фолиант и перевернул страницу, чтобы прочитать о следующем проклятии. — Почему ты здесь? — спросил он. Его тон вышел неожиданно резким из-за плохого настроения. — Ты пропустил ужин, — сказал Регулус, заходя в комнату. — Что тебя взбесило на этот раз? — поинтересовался он. Северус перевернул страницу. — Твой брат, — пробормотал он. Регулус усмехнулся, как и всегда, когда речь заходила о его старшем брате. — Ну, конечно. Что он сделал на этот раз? Северус на мгновение оторвался от чтения, пытаясь найти подходящие слова. — Он ведёт себя... странно. Я думаю, с ним точно что-то не так, — ответил он. Младший Блэк коротко хмыкнул: — Ну, я бы мог тебе это и сам сказать, — съязвил он, а затем с любопытством посмотрел на книгу в руках Северуса. — Где ты её взял? Не помню, чтобы видел её в библиотеке. Регулус подсел к Северусу на кровать, чтобы разглядеть книгу поближе. Тот показал ему обложку. — Она была в запретной секции, — пояснил Северус. Брови Регулуса нахмурились, и он провёл пальцами по корешку, легко скользя по выгравированным узорам. — Как ты попал в запретную секцию? — спросил он. — Не я, твой брат, — ответил Северус. Серые глаза встретились с чёрными. Регулус пристально посмотрел на него, проверяя, говорит ли тот серьёзно. — Сириус достал тебе книгу из запретной секции? — с удивлением спросил он. Северус кивнул в ответ. Регулус провёл рукой по своим кудрям, тяжело вздохнув: — Мерлин, с ним точно что-то не так. — Я собираюсь заставить Помфри проверить его на наличие признаков сотрясения мозга. Если это не даст никаких результатов, буду придерживаться версии, что он под действием очень тёмного проклятия, — пояснил Северус. — Всё настолько серьёзно? — уточнил Регулус. — Ты видел его, Рег? Он совершенно изменился! И внешность, и характер. Он говорит вещи, которые вообще не имеют никакого смысла. Он пихает длинные слова в предложения и часто использует их неправильно. Он буквально запыхался, пока доставал для меня эту книгу, а когда он провожал меня до общежития, я заглянул ему в глаза — зрачки были ужасно расширены! Ты не знаешь, может его ударили по голове на матче по квиддичу или, может быть, он упал с метлы? — спросил он, стараясь не упоминать постоянные попытки Сириуса флиртовать и звать его на свидания — это было слишком неловко. Регулус покачал головой: — Нет, я не... Постой, ты только что сказал, что он проводил тебя до общежития? Северус резко сел. — Он настоял, Рег! — воскликнул он. — И ты позволил ему? — с тревогой спросил Регулус. Северус усмехнулся: — Ну, я хотя бы пытаюсь быть вежливым. Тебя разве не учили, что нельзя грубить больным или умирающим? Именно поэтому он был так чертовски терпелив с этим болваном. Было множество моментов, когда ему хотелось накричать на старшего Блэка или даже придушить его, но совесть каждый раз останавливала его. В глазах богатого чистокровного волшебника стало чуть больше сочувствия. — Думаешь, всё так плохо? — спросил он. Они разговаривали до глубокой ночи, выдвигая теории о том, что могло случиться с гриффиндорцем. От физических травм до одержимости — версии множились, но одно было ясно наверняка: с гриффиндорцем произошло что-то действительно ужасное.