Сквозь занавес

ПРИКАЗ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ Долорес Джейн Амбридж (генеральный инспектор) назначается директором Школы чародейства и волшебства «Хогвартс» вместо Альбуса Дамблдора. Основанием настоящего приказа является Декрет об образовании №28. Подписано: Корнелиус Освальд Фадж, министр магии. К утру эти объявления были развешаны по всей школе, но они не объясняли, почему всем до единого обитателям замка стало известно, что Дамблдору удалось бежать несмотря на усилия двух мракоборцев, генерального инспектора, министра магии и его младшего помощника. Везде, куда бы я ни пошла, только и говорили, что об этом побеге, и, хотя некоторые его детали в ходе пересказывания слегка изменились (я слышала, как одна второкурсница уверяла другую, будто Фадж сейчас лежит в больнице святого Мунго с тыквой вместо головы), можно было лишь удивляться тому, с какой достоверностью передавались основные факты. — Долго она не протянет, - кисло сказала я, - эту жабу, если надо будет, я лично свергну. — И эта Инспекционная дружина... тоже ужасна, - взмутилась Алисия. Сегодня утром с меня, Анджелины и Алисии Пьюси вычел суммарно тридцать очков, за что я его чуть не утопила в Чёрном Озере, где это и случилось. Когда наша троица зашла в Большой зал, я увидела, как значительно опустили часы каждого факультета, кроме Слизерина. Анджелина с Алисией поспешили к Кэти, которая из-за чего-то плакала (догадки у меня были), а сама подошла к Гарри, Рону, Эрни и Гермионе. — Заметили? - послышался голос Фреда. Они с Джорджем секунду назад спустились по мраморной лестнице и подошли к нам, замершим перед песочными часами. — Малфой только что оштрафовал нас всех очков на пятьдесят, - свирепо сказал Гарри, глядя, как в гриффиндорских часах всплывает вверх еще горсть камней. — А нас Пьюси на тридцать, - мрачно добавила я. — Ага, и Монтегю на перемене пытался сделать с нами то же самое, - сказал Джордж. — Что значит «пытался»? - немедленно спросила я. — А он не успел договорить, - пояснил Фред, - дело в том, что мы засунули его головой вперед в Исчезательный шкаф на втором этаже. Гермиона была потрясена. — Но вам за это здорово влетит! — Не раньше, чем Монтегю вернется, а это вряд ли произойдет в ближайшую неделю-другую: я не знаю, куда мы его отправили, - хладнокровно ответил Фред, - в любом случае мы решили больше не волноваться насчет того, влетит нам или нет. — Как будто это вас раньше волновало, - заметила Гермиона. — Конечно, волновало, - сказал Джордж, - нас ведь до сих пор не исключили, правда? — Мы всегда знали, где остановиться, - сказал Фред. — Ну разве что иногда чуть-чуть увлекались, - сказал Джордж. — Но до настоящего членовредительства дело никогда не доходило, - сказал Фред. — А теперь? - осторожно спросил Рон. — Ну, теперь... - сказал Джордж. — Когда Дамблдора больше нет... - сказал Фред. — Мы считаем, что немножко членовредительства... — Это как раз то, чего заслуживает наш драгоценный новый директор. — Не надо! - прошептала Гермиона. - Пожалуйста, держите себя в руках! Она будет счастлива, если вы дадите ей повод вас выгнать! — Неужели ты не понимаешь, Гермиона? - сказал Фред с улыбкой. - Нам совершенно не хочется здесь оставаться. Да мы ушли бы хоть сейчас — просто мы считаем, что сначала надо расквитаться за Дамблдора. В общем, как бы там ни было, - сказал он, взглянув на свои часы, - первый этап вот-вот начнется. На вашем месте я бы сейчас отправился в Большой зал обедать — тогда всем учителям будет ясно, что вы не имеете к этому никакого отношения. — К чему — к этому? - тревожно спросила я. — Увидишь, - ответил Джордж, - идите, нечего тут торчать. — Фред, - тихо позвала я, - на пару слов. Он послушно кивнул, и мы зашли за угол. — Какого чёрта вы вытворяете? Что это значит? - обеспокоено спросила я. — Сара, - вздохнул Фред, - я... не знал, как об этом сказать, честно. Мы с Джорджем хотим покинуть «Хогвартс». Не сегодня, но в ближайшее время. — Что? А как же ЖАБА... выпускной... — Знаю, знаю, - он виновато подошёл ко мне, - я долго сомневался, но... так будет правильно. Мы с Джорджем уже всё обсудили... магазин готов к открытию... всё такое. И я буду писать, обязательно. Он крепко обнял меня, зарывшись носом в мои волосы. Я стояла и пыталась переварить информацию. — Фред... давай я просто прокляну эту жабу, - пробормотала я, прижавшись к нему. — Как вариант, - хмыкнул он, - только я не хочу потом присылать письма не в «Хогвартс», а в Азкабан. Я посмотрела ему в глаза. — Не смешно. Меня даже в «Хогсмид» не пускают. — Есть другие способы увидеть тебя, - он ухмыльнулся и аккуратно поцеловал меня, - иди лучше в Большой зал. Скоро увидимся. Он ещё раз поцеловал меня, после чего скрылся за поворотом. Я смотрела ему вслед, не веря до сих пор тому, что услышала. Он уходит. Фред. Даже не верилось. Не хотелось верить. Я решила пока не погружаться в грустные мысли и вернулась в Большой зал. Здесь творился самый настоящий хаос. Драконы, состоящие целиком из зеленых и золотых искр, плавали под потолком, с грохотом изрыгая пламя; ядовито-розовые огненные колеса пяти футов в диаметре с угрожающим свистом проносились мимо, как летающие тарелки; ракеты с длинными хвостами из ослепительных серебряных звезд метались по коридорам, отскакивая от стен; шутихи выписывали в воздухе нескромные слова; повсюду, куда ни глянь, точно бомбы, взрывались хлопушки — и вместо того, чтобы сгореть и с шипением потухнуть, все эти пиротехнические штучки словно набирали силу и начинали вытворять что-то совсем уж немыслимое. Посреди лестницы, оторопев от ужаса, застыли Филч и Амбридж. На моих глазах одно из самых больших огненных колес, решив, по-видимому, что внизу негде развернуться, понеслось к ним со зловещим «вз-з-з-з-з». Завопив от страха, оба шарахнулись в сторону, а колесо вылетело в окно прямо за ними и усвистело куда-то в поля. Тем временем несколько драконов и большая летучая мышь, за которой тянулся пурпурный дымовой след, воспользовались открытой дверью в конце коридора, чтобы просочиться на третий этаж. — Скорее, Филч, скорее! - взвизгнула Амбридж. - Если им не помешать, они заполонят всю школу... Остолбеней! Из ее палочки вырвался луч красного света и угодил в одну из ракет. Вместо того чтобы замереть в воздухе, она взорвалась с такой силой, что прожгла дыру в картине с ведьмой, замечтавшейся на зеленой лужайке; та успела отскочить как раз вовремя и пару секунд спустя втиснулась в рамку соседней картины, где несколько волшебников, занятых игрой в карты, поспешно вскочили, чтобы освободить ей место. — Не заклинайте их, Филч! - сердито крикнула Амбридж, словно это была инициатива несчастного смотрителя. — Не буду, мадам! - пропыхтел Филч, хотя ему, сквибу, легче было бы проглотить шутихи, чем наложить на них заклятие. Кинувшись к ближайшему чулану, он вытащил оттуда метлу и принялся махать ею, пытаясь сшибить шутихи в полете. Не прошло и минуты, как прутья метлы вспыхнули. Я переглянулась с Гарри, стоявшим рядом со мной, и мы решили, что с нас достаточно; смеясь, он пригнулся, пробежал немного по коридору до гобелена, за которым была известная ему потайная дверь, и, нырнув туда, обнаружил за ней Фреда и Джорджа — слушая вопли Амбридж и Филча, близнецы давились от хохота. Я прошла за ним. — Эффектно, - ухмыляясь, тихо сказал Гарри, - очень эффектно... Пожалуй, доктор Фейерверкус может с легкой душой отправляться на покой... — Да, недурно, - прошептал Джордж, вытирая слезы, от смеха выступившие у него на глазах, - надеюсь, теперь она попробует применить к ним Заклятие исчезновения... От этого их сразу станет в десять раз больше. Пиротехнические изобретения близнецов продолжали гореть и носиться по школе до самого вечера. Хотя они причиняли немалый ущерб — особенно разрушительны были хлопушки, — других преподавателей это, похоже, не слишком огорчало. В результате всего этого новоиспеченному директору пришлось весь день бегать по школе в ответ на вызовы преподавателей, ни один из которых почему-то не мог избавиться от шутих и хлопушек без ее помощи. Вечером Фреда и Джорджа чествовали в гриффиндорской гостиной как героев. Даже Гермиона пробилась через возбужденную толпу, чтобы их поздравить. — Очень качественная работа, — восхищенно сказала она. — Спасибо, - ответил Джордж. Он выглядел удивленным и польщенным одновременно, - это Фантастический фейерверк «Фокус-покус». Жаль только, что мы израсходовали весь свой запас, — теперь все снова придется начинать с нуля. — Но дело того стоило, - сказал Фред, который принимал заказы от гомонящих однокашников, - если хочешь занять очередь, Гермиона, имей в виду: пять галеонов за Набор начинающего негодяя и двадцать — за порцию Великолепной взрывчатки... — Готова вложиться в этот проект, - усмехнулась я, принимая деньги за товар. — Ни за что, - возразил Фред, - даже если мы обанкротимся, ты будешь последним человеком, у которого я буду думать брать деньги. *** Хоть Фред и сказал, что уйдут они через пару дней, на пасхальных каникулах они всё ещё были в «Хогвартс». Я готовилась к ЖАБА, гуляла с Фредом, и среди все этого заметила, что Гарри какой-то задумчивый. Фред с Джорджем рассказали мне, что и Джинни заметила это. Как оказалось, Гарри хочет поговорить с моим отцом. Потому я с Фредом и Джорджем, пока Анджелина гуляла с Ли, а Алисия с каким-то парнем с Когтеврана, решили подойти к Гарри. — Эй, - позвал Гарри Фред, - вчера Джинни потолковала с нами насчет тебя, - он положил ноги на столик перед собой. Несколько рекламных брошюрок Министерства магии полетели на пол, - она говорит, ты хочешь перекинуться словечком с Сириусом. — Что? - резко спросила Гермиона, замерев с рукой, протянутой к проспекту «ПОЗВОНИТЕ В ОТДЕЛ ВОЛШЕБНЫХ АВАРИЙ И КАТАСТРОФ». — Да, - небрежно сказал Гарри, - не мешало бы. — Хватит нести чепуху, - заявила Гермиона, распрямляясь и глядя на него так, словно не верила собственным глазам, - ты что, не знаешь, что Амбридж сует нос во все камины и обыскивает всех наших сов? — Пожалуй, мы найдем способ обойти эту помеху, - сказал Джордж, потягиваясь и улыбаясь, - надо всего-навсего ее отвлечь... Кстати, вы заметили, что на каникулах мы вели себя исключительно скромно? — Зачем портить себе отдых, решили мы, - подхватил Фред, - к тому же нам вовсе не хотелось мешать людям готовиться к экзаменам! Он скорчил ханжескую физиономию и отвесил Гермионе маленький поклон. Судя по ее виду, та явно не ожидала от близнецов такой трогательной заботливости по отношению к школьным товарищам. — Но бизнес есть бизнес, и завтра все снова пойдет своим чередом, - весело продолжал Фред, - а раз мы все равно собираемся устроить легкий переполох, от чего бы заодно не помочь Гарри немножко поболтать с Сириусом? Сара, пойдёшь с ним? — Было бы неплохо, - кивнула я. — Конечно, но тем не менее, - сказала Гермиона таким тоном, будто объясняла нечто очень простое законченным тупицам, - даже если вам удастся отвлечь Амбридж, где Гарри сможет поговорить с ним? — В ее кабинете, - тихо произнес Гарри. — Ты... сошел... с ума, - севшим голосом сказала Гермиона. Рон опустил брошюрку, посвященную торговле селекционными грибами, и внимательно прислушивался к их разговору. — Не думаю, - сказал Гарри, пожав плечами. — Для начала, как ты собираешься туда попасть? — С помощью ножа Сириуса, - сказал он. — Что-что? — На предпоследнее Рождество Сириус подарил мне нож, которым можно открыть любой замок, - пояснил Гарри, - даже если она заколдовала свою дверь и заклинание Алохомора не подействует — а я уверен, что так оно и будет... — А ты что скажешь? - этот требовательный вопрос Гермионы был адресован Рону. — Не знаю, - промямлил Рон, которому явно стало не по себе от того, что ему предложили высказать определенное мнение, - думаю, если Гарри хочет попробовать, он имеет на это право. — Слова верного друга и истинного Уизли, - сказал Фред, наградив Рона увесистым шлепком по спине, - итак. Мы думаем приступить к делу завтра после уроков, когда все выйдут в коридор, — тогда можно будет добиться максимального эффекта. Начнем где-нибудь в восточном крыле, чтобы сразу выкурить Амбридж из кабинета. Пожалуй, Гарри, мы можем гарантировать вам с Сарой минут двадцать. Как ты думаешь? - он поглядел на Джорджа. — Легко, - подтвердил Джордж. — Чем вы будете ее отвлекать? - спросил Рон. — Увидишь, братишка, - сказал Фред, и они с Джорджем снова поднялись на ноги, - для этого тебе надо будет только наведаться в коридор Григория Льстивого этак часиков в пять пополудни. Весь следующий день я провела в напряжении. Фред, то и дело, крутился возле меня, что тоже немного напрягало. В какой-то смуте прошли все уроки, после которых я долгим путём отправилась к кабинету Амбридж. Услышав шум и увидев бежавшую «жабу», я кинулась вперёд к её кабинету. В тот же миг туда подбежал Гарри, снимая мантию. — Привет, - поздоровалась я, пока он вскрывал дверь. — Привет, давай только быстро, а то Амбридж не в духе, - получив мой кивок, мы вошли внутрь. Быстро подбежав к камину, Гарри взял порох и протянул мне горсть. Я опустилась на колени вслед за ним, после чего просунула голову в камин и сказала: — Площадь Гриммо, 12! Это было очень странное ощущение. Если колени упирались в твёрдый пол, то голова кружилась по всем каминам. И вдруг полет прекратился так же внезапно, как начался. Чувствуя легкую тошноту и неприятное жаркое покалывание, точно на голову надели чересчур теплую шапку-ушанку, я открыла глаза и обнаружила, что смотрю из кухонной печи на длинный деревянный стол, за которым сидит человек, углубившийся в чтение пергаментного свитка. — Сириус! - воскликнул Гарри. Человек подскочил на месте и оглянулся. Это был не Сириус, а Римус. — Гарри! Сара! - воскликнул он с видом крайнего удивления. - Откуда вы... что случилось, с вами всё в порядке? — Да, - сказал Гарри, - я просто хотел... то есть я... мне нужно кое о чем поговорить с Сириусом. — Я позову его, - сказал Римус, поднимаясь на ноги. Он все еще выглядел крайне озадаченным, - по-моему, он наверху, ищет Кикимера, — тот, похоже, опять спрятался на чердаке. И крёстный поспешил прочь из кухни. — А это не так уж и удобно, - пробормотала я, когда колени начинали ныть. — Согласен, - кивнул Гарри. — О чём ты так хотел с ним? - решила я наконец спросить. — Увидел одно воспоминание Снейпа, - пояснил он, - теперь у меня пару вопросов. Спустя минуту-другую Римус вернулся. За ним по пятам шёл отец. — В чём дело? - взволнованно спросил он, отбрасывая с глаз свои длинные черные волосы и садясь около печи на пол, чтобы оказаться на одном уровне с нами. Крёстный тоже стал на колени, в его глазах светилось беспокойство. - У вас всё нормально? Может, вам нужна помощь? — Нет, - сказал Гарри, - со мной ничего такого... Я просто хотел поговорить... об отце. Отец с Римусом обменялись изумленными взглядами, и Гарри сразу же принялся рассказывать о том, что увидел в Омуте памяти. Когда он закончил, Сириус и крёстный некоторое время хранили молчание. Потом Римус негромко сказал: — Я бы не стал строго судить твоего отца за то, что ты видел, Гарри. Ему же было всего пятнадцать... — Мне тоже пятнадцать! - с горячностью воскликнул Гарри. — Послушай, Гарри, - миролюбиво сказал отец, - Джеймс со Снейпом возненавидели друг друга при первой же встрече — такое бывает, ты ведь можешь это понять! Я думаю, у Джеймса было все, чего так хотелось Снейпу: его любили товарищи, он прекрасно играл в квиддич — да ему вообще удавалось почти все! А Снейп был типичный замухрышка, странный малый, который с головой ушел в изучение Тёмных искусств, тогда как Джеймс — что бы ты о нем теперь ни думал, Гарри, — всегда терпеть не мог Тёмные искусства. — Да, - сказал Гарри, - но на моих глазах он напал на Снейпа без всякой причины, только потому... ну только потому, что ты пожаловался на скуку, - закончил он с извиняющейся ноткой. — Мне тоже гордиться нечем, - быстро ответил отец. — А я-то думала, чего Снейп ко мне цепляется, - хмыкнула я. — Он к тебе цепляется? — Не первый год, - сказал Гарри, теперь ясно почему. Крёстный покосился на Сириуса и сказал: — Послушай, Гарри, ты должен понять одну вещь: в школе твой отец и Сириус всегда и во всем оказывались лучшими — многие просто души в них не чаяли, и если порой это слегка кружило им голову... — Ты хочешь сказать, если порой мы вели себя как заносчивые болваны, - вставил отец. Римус улыбнулся. — Он всё время взъерошивал себе волосы, - с болью в голосе сказал Гарри. Отец и крёстный рассмеялись. — Я и забыл об этой его привычке, - с нежностью сказал Сириус. — А со снитчем он баловался? - жадно спросил Римус. — Да, - ответил Гарри, непонимающе взирая на просветлевшие от воспоминаний лица отца и Люпина, - а я... мне показалось, что это выглядит немножко по-идиотски. — Конечно, это выглядело по-идиотски! Мы все тогда были идиотами! - решительно воскликнул Сириус. - Хотя... к Лунатику это относится в меньшей степени, - честно добавил он, посмотрев на Римуса. Но тот покачал головой. — Разве я когда-нибудь говорил вам, чтобы вы оставили Снейпа в покое? - спросил он. - Разве у меня хоть однажды хватило духу сказать вам, что вы зарываетесь? — Все равно, - сказал отец, - иногда ты заставлял нас стыдиться самих себя... это было уже кое-что... — А ещё, - упрямо продолжал Гарри, — он всё время поглядывал на девочек у озера — надеялся, что они на него смотрят! — Ну конечно, он всегда вел себя как осел, если Лили была поблизости! - пожал плечами отец. - Стоило ей оказаться рядом, как он уже не мог перестать выламываться! — Кто бы говорил, - ухмыльнулся крёстный, - ты как индюк вёл себя возле Эли. — Ну а что я мог поделать? - невинно пожал плечами Сириус. - Она меня терпеть не могла. — Серьёзно? - удивилась я. — Конечно, - хмыкнул Римус, - у твоего отца была такая репутация среди девушек, что когда он начинал бегать за ней, она заперла его в чулане для мётел, забрав палочку. — Но потом выпустила же, - добавил отец, - правда, она ненавидела меня больше, чем Лили Джеймса, если так это можно назвать. — Почему она вышла за него замуж? - спросил Гарри. - Она же его ненавидела! — Вовсе нет, - сказал Сириус. — На седьмом курсе она стала гулять с ним, - сказал Люпин. — Когда у Джеймса малость поубавилось спеси, - сказал отец. — Когда он бросил задирать людей ни с того ни с сего, - сказал Римус. — И даже Снейпа? - спросил Гарри. — Ну, - уклончиво сказал крёстный, - Снейп — это особый случай... Он ведь никогда не упускал возможности пальнуть в Джеймса каким-нибудь заклятием — ты же не стал бы требовать от своего отца, чтобы он безропотно это сносил! — И мама спокойно мирилась с этим? — Честно говоря, она не слишком много знала, - пояснил Сириус, - сам понимаешь, Джеймс не приглашал Снейпа на свидания вместе с ней и не насылал на него заклятий прямо у нее на глазах... Отец нахмурился, видя, что Гарри все еще не убежден до конца. — Послушай, - сказал он, - у меня никогда не было друга лучше, чем твой отец, и он был хорошим человеком. В пятнадцать лет многие кажутся идиотами. Он перерос это. — Ну ладно, - хмуро сказал Гарри, - просто я не думал, что мне когда-нибудь придется пожалеть Снейпа. — Кстати, - сказал Римус, и между бровей у него пролегла тонкая морщинка, - тебе, наверное, сильно досталось от Снейпа, когда он узнал, что ты залез в Омут памяти? — Он сказал, что больше никогда не станет учить меня окклюменции, - равнодушно ответил Гарри, - как будто мне очень хо... — Что? - закричал Сириус так громко, что Гарри с испугу подскочил и набрал полный рот золы. — Ты это серьезно, Гарри? - живо спросил Римус. - Он перестал давать тебе уроки? — Ага, - кивнул Гарри, явно удивленный такой неоправданно бурной реакцией, - но это неважно, мне плевать — честно вам скажу, это даже облегче... — Я отправляюсь к вам и поговорю со Снейпом, - твердо заявил отец и действительно стал было подниматься на ноги, но Римус схватил его и удержал на месте. — Если кому-то и надо поговорить со Снейпом, это должен быть я! - твердо сказал он. - Но в первую очередь, Гарри, тебе нужно вернуться к Снейпу и сказать ему, чтобы он возобновил уроки, — он не имеет никакого права их отменять, и если Дамблдор узнает... — Я не могу сказать ему это, он меня убьет! - возмущенно воскликнул Гарри. - Вы не видели, какой он был после того, как вынул меня из Омута памяти! — Уроки окклюменции должны продолжаться, Гарри, - сурово сказал Римус, - нет ничего важнее этого, ты меня понял? Ничего! — Ладно, ладно, - сказал Гарри, совершенно сбитый с толку и вдобавок сильно раздосадованный, - я попробую... попробую сказать ему что-нибудь... только не... Он умолк, потому что вдалеке послышались чьи-то шаги. — Кикимер спускается к нам? - спросила я. — Нет, - оглянувшись, сказал Сириус, - наверное, это кто-то с вашей стороны. Сердце дало перебой. — Тогда мы пошли! - торопливо воскликнул Гарри и вытащил голову из печи на кухне родового замка Сириуса, что, потом, сделала и я. Несколько мгновений голова словно вращалась на плечах, потом головокружение прошло, и я обнаружил, что по-прежнему стою на коленях перед камином Амбридж и смотрю, как затухают, мерцая, последние язычки изумрудного пламени. — Скорее, скорее! - сипло бормотал кто-то прямо за дверью кабинета. - Ага, она забыла её запереть... Гарри бросился к мантии-невидимке и едва успел натянуть ее на нас, как в кабинет ворвался Филч. У него был абсолютно восторженный вид. Лихорадочно бормоча что-то себе под нос, он пересек комнату, выдвинул один из ящиков стола Амбридж и принялся рыться в бумагах. — Разрешение на розги... Разрешение на розги... Наконец-то я до них доберусь... Теперь они у меня попляшут... Он вынул из ящика кусок пергамента, поцеловал его и быстро зашаркал обратно к выходу, прижимая листок к груди. Гарри вскочил на ноги и, убедившись, что сумка не забыта, а мантия-невидимка надежно прикрывает его с головы до пят, рывком отворил дверь, и мы выскочили из кабинета вслед за Филчем, который ковылял впереди с удивительной скоростью. Спустившись на следующий этаж, Гарри, видимо, решил, что теперь можно без опасений снова стать видимым. Он скинул мантию, запихнул ее обратно в сумку и поспешил дальше, а я побежала за ним. Из вестибюля доносились шум и крики. Я сбежала по мраморной лестнице и увидела, что внизу собралась чуть ли не вся школа. Зрелище было примерно таким же, как в тот вечер, когда увольняли Трелони. Стоящие вдоль стен ученики образовали огромный круг (некоторые из них, заметила я, были покрыты чем-то очень похожим на Смердящий сок). Были в толпе и учителя с привидениями. Среди наблюдателей выделялись члены Инспекционной дружины — они явно были чрезвычайно довольны собой. Под потолком болтался Пивз, взирающий сверху вниз на Фреда и Джорджа, которые стояли посреди вестибюля с таким видом, что было яснее ясного: их наконец загнали в угол. — Итак! - торжествующе сказала Амбридж. Только сейчас я заметила, что она стоит всего на несколько ступеней ниже меня и коршуном смотрит на близнецов. - Итак! Вы полагаете, что превратить школьный коридор в болото — это смешно? — Мы полагаем, что да, - сказал Фред, глядя на нее без малейшего страха, после чего, заметив меня, слегка ухмыльнулся. Филч протолкался поближе к Амбридж, чуть не плача от счастья. — У меня есть документ, директор, - хрипло сказал он и помахал куском пергамента, который только что на моих глазах вытащил из ее стола, - у меня есть документ, и розги готовы... Прошу вас, позвольте мне сделать это сразу... — Очень хорошо, Аргус, - сказала Амбридж, - а вам двоим, - продолжала она, глядя вниз на Фреда и Джорджа, - предстоит узнать, что бывает с нарушителями в моей школе... — Знаете что? - перебил её Фред. - Боюсь, у вас ничего не выйдет. Он повернулся к брату. — Джордж, - сказал он, - по-моему, в нашем с тобой случае идея школьного образования себя исчерпала. — Да, у меня тоже такое чувство, - весело откликнулся Джордж. — Пора испытать себя в настоящем мире, как ты считаешь? - спросил Фред. — Согласен, - сказал Джордж. И, прежде чем Амбридж успела вставить хоть слово, они подняли свои палочки и хором воскликнули: — Акцио, метлы! Я услышала где-то в отдалении громкий треск. Взглянув налево, я пригнулась, и как раз вовремя. Метлы Фреда и Джорджа — на одной из них еще болталась тяжелая цепь с железным крюком, к которому приковала их Амбридж, — неслись по коридору к своим хозяевам. Они свернули влево, скользнули вниз над лестницей и резко затормозили перед близнецами — цепь громко прозвенела по вымощенному камнями полу. — Надеюсь, мы больше не увидимся, - сказал Фред профессору Амбридж, перекидывая ногу через свою метлу. — И не стоит нам писать, - подхватил Джордж, оседлав свою. Фред обвел взглядом собравшихся учеников — молчаливую, настороженную толпу. — Если кто надумает купить портативное болото вроде того, что выставлено у вас наверху, милости просим в Косой переулок, номер девяносто три, в магазин «Всевозможные волшебные вредилки», - громко сказал он, - это наш новый адрес! — Специальные скидки для тех учеников Хогвартса, которые пообещают, что используют наш товар в целях избавления от этой старой крысы, - добавил Джордж, показывая на профессора Амбридж. — Держите их! - взвизгнула Амбридж, но было уже поздно. Когда члены Инспекционной дружины кинулись на Фреда с Джорджем, те уже оттолкнулись от пола и взмыли вверх футов на пятнадцать — железный крюк угрожающе раскачивался внизу. Фред поглядел на полтергейста, парившего вровень с ними по другую сторону вестибюля. — Задай ей жару от нашего имени, Пивз. И Пивз, который на моей памяти еще ни разу не послушался ни одного ученика, сорвал с головы свою шляпу с бубенчиками и отсалютовал ею, а Фред и Джордж под громоподобные аплодисменты толпы описали в воздухе полукруг и вылетели из распахнутых парадных дверей навстречу сияющему закату.