Сквозь занавес

В следующие несколько дней история о том, как Фред с Джорджем вырвались на свободу, пересказывалась так часто, что мне стало ясно: она войдет в золотой фонд хогвартских преданий. Спустя неделю даже очевидцы этого события были почти убеждены, что своими глазами видели, как близнецы, оседлавшие метлы, сначала спикировали на Амбридж и забросали ее навозными бомбами, а уж потом вылетели из дверей на волю. Сразу после отбытия близнецов было много разговоров о том, что их поступок достоин подражания. Я частенько слышала от учеников фразы вроде: «Честно, иногда мне страсть как хочется вскочить на метлу, да и махнуть отсюда подальше» или «Еще один такой урок, и я тоже исполню номер „прощание Уизли“». Фред с Джорджем позаботились о том, чтобы память о них осталась в школе надолго. Во-первых, они никому не объяснили, как убрать болото, образовавшееся в коридоре на шестом этаже восточного крыла. Амбридж и Филч пробовали осушить его самыми разными способами, но безрезультатно. В конце концов болото огородили веревками, а Филчу поручили переправлять учеников в классные комнаты на плоскодонке, что он и делал, скрипя зубами от злости. Я не сомневалась, что Макгонагалл или Флитвик могли бы удалить болото без всякого труда, однако, как и в случае с устроенным близнецами фейерверком, они явно предпочитали наблюдать за усилиями Амбридж со стороны. Кроме того, в двери кабинета Амбридж теперь зияли две большие дыры в форме метел, пробитые «Чистометами» Фреда и Джорджа, спешившими на зов своих хозяев. Филч приладил на место старой двери новую, а «Молнию» Гарри перенес в подземелье, где Амбридж, по слухам, поставила при ней вооруженного тролля-охранника. Но ее заботы на этом отнюдь не кончились. Вдохновленные примером Фреда и Джорджа, многие ученики вступили в борьбу за право занять освободившиеся места Главных Бузотеров Хогвартса. Несмотря на новую дверь, кто-то умудрился подсунуть в кабинет Амбридж нюхлера с волосатым рыльцем — тот перевернул всю мебель в поисках блестящих предметов, а когда вошла Амбридж, прыгнул на нее и попытался сгрызть кольца с ее толстых пальцев. Навозными бомбами и вонючей дробью теперь швырялись в коридорах так часто, что среди учеников стало модно перед уходом с урока накладывать на себя Заклятие пузыреголовости — это обеспечивало им приток свежего воздуха, хотя выглядели они при этом весьма экстравагантно, будто щеголяли в надетых на голову аквариумах. Филч, крадучись, ходил по коридорам с хлыстом в руке, надеясь поймать виноватых, но вся трудность заключалась в том, что их стало чересчур много и он никак не мог решить, куда ему броситься в первую очередь. Инспекционная дружина пыталась помочь ему, но с ее членами то и дело происходили странные вещи. Уоррингтона отправили в больницу с ужасным кожным недугом, из-за которого он словно покрылся кукурузными хлопьями. На следующий день, к восторгу Алисии, Пэнси Паркинсон пропустила все уроки, поскольку у нее вдруг прорезались рожки (правда, я решила не говорить ей о том, что рожки ей наколдовала я). Тем временем стало ясно, что перед тем, как покинуть «Хогвартс», Фред и Джордж успели распродать уйму Забастовочных завтраков. Стоило Амбридж войти в классную комнату, как собравшихся там учеников начинало тошнить и лихорадить. Одни падали в обморок, у других шла кровь из обеих ноздрей. Вопя от ярости и бессилия, она пыталась определить источник загадочных симптомов, но ученики упрямо твердили ей, что страдают от «амбриджита». Оставив после уроков четыре класса подряд и ровно ничего этим не добившись, она была вынуждена отказаться от репрессий и позволить мокрым от пота, мертвенно-бледным и окровавленным ученикам покидать ее занятия целыми толпами. Но даже потребители Забастовочных завтраков не могли сравниться с Пивзом, этим непревзойденным мастером сеять разрушение и хаос: похоже, полтергейст принял прощальный завет Фреда очень близко к сердцу. С безумным хихиканьем он носился по всей школе, переворачивал столы, выскакивал из-за классных досок, опрокидывал вазы и статуи; дважды он запихивал Миссис Норрис в пустые рыцарские доспехи в коридоре, и разъяренный смотритель замка извлекал ее оттуда истошно орущей, но живой и невредимой. Пивз разбивал фонари и тушил свечи, жонглировал горящими факелами над головой у перепуганных учеников, заставлял аккуратно сложенные стопки пергамента обрушиваться в огонь или за окно; он устроил на третьем этаже наводнение, открыв краны во всех умывальнях, набрал полную сумку тарантулов и выпустил их посреди вестибюля во время завтрака, а если ему хотелось передохнуть, часами парил над Амбридж, сопровождая ее повсюду, куда бы она ни пошла, и издавая громкие непристойные звуки всякий раз, как она открывала рот. Если не считать Филча, никто из обслуживающего персонала даже не пытался помочь директору. А спустя неделю после того, как Фред и Джордж покинули школу, я своими глазами видел, как профессор Макгонагалл прошла мимо Пивза, старательно отвинчивающего хрустальную люстру, и могла бы поклясться, что она, почти не разжимая губ, шепнула полтергейсту: «Не в ту сторону крутишь!» В довершение всего, Монтегю до сих пор не оправился от заключения в туалете. У него по-прежнему путались мысли, и как-то утром, во вторник, его родители были замечены на парадной аллее: они шагали к замку с крайне рассерженным видом. Однако несмотря на всё это, мне стало безумно тоскливо. Письма Фред не писал после того, как Амбридж разорвала его на глазах у Макгонагалл, которая поспешила напомнить, что в нынешней ситуации письма — плохое средство связи. Каждое утро я по привычке искала знакомую рыжую макушку, но каждый раз огорчалась как в первый. Моя мини-фигурка, которую пару лет назад подарил Римус, практически всё время смотрела куда-то вдаль. — Я хотела отпраздновать с ним два года в «Хогвартсе», - грустно говорила я за завтраком, - а я теперь даже в Хогсмиде погулять не могу. — Она просто старая, гнусная жаба, - утешала меня Алисия, - да и хватит загоняться. Это же не навсегда. Хоть она и была права, слова «близнецы Уизли» в коридорах вызывали во мне приступы меланхолии. Моё настроение поддерживал и Ли — тот теперь был один в комнате, и когда он комментировал матч, привычного оживленного тона не было. Поэтому Алисия даже шутила, что они с Анджелиной теперь няньки для нас обоих. Чтобы меньше думать о Фреде, я с головой погрузилась в подготовку к экзаменам. Я рассчитывала сдать их на высшие баллы, чтобы иметь все шансы работать мракоборцем в Министерстве. Что меня удивило, так это помощь Макгонагалл. Нередко на уроках она мне давала советы даже не по Трансфигурации, а и по другим предметам. Это, если признаваться, поднимало мне настроение. Алисия, Анджелина и Ли также ко мне подключились: все пятикурсники и семикурсники готовились к экзаменам. Многие решили продавать «штуки, которые помогали соображать», и этот бизнес шёл очень даже неплохо, пока Гермиона не конфисковала половину. Сами же экзамены проходили также, как и в прошлом году. На этот раз я была уверена в каждом своём ответе. Приятнее всего было наблюдать за лицом Амбридж, когда я выходила с экзамена по Защите от Тёмных искусств, показав блестящие результаты. Многие экзаменаторы были те же, что и в прошлом году, поэтому сдавать было морально легче. На утро последнего экзамена я узнала от Гарри одну из самых отвратительных новостей: Хагрид исчез, а Макгонагалл попала в больницу святого Мунго. Узнав, что это была ещё и инициатива Амбридж, я едва ли могла сосредоточиться на Трансфигурации, однако мысль о том, что профессор бы гордилась мной заставила меня превратить стол в изумительный сундук. Когда я возвращалась с экзамена, я увидела бегущего Гарри, безумно бледного. — Гарри, всё хорошо? - спросила я, пока Анджелина с Алисией беспокойно смотрели на него. — Мне нужно найти Рона и Гермиону... - с ужасом в голосе сказал он. - И ты иди со мной, я всё объясню... Я с беспокойством посмотрела на девочек, после чего пошла за Гарри. К нам на встречу уже бежали Гермиона и Рон. — Гарри! - воскликнула Гермиона, вне себя от испуга. - Что случилось? С тобой все в порядке? Ты не заболел? — Где ты был? - требовательно спросил Рон. — Пошли со мной, - быстро отозвался Гарри, - пойдем, мне нужно вам кое-что сказать. Он повел нас по коридору второго этажа. Отыскав пустую классную комнату, он нырнул туда и, как только Рон с Гермионой переступили порог следом за ним, захлопнул дверь и привалился к ней спиной, глядя на них. — Волан-де-Морт схватил Сириуса. Внутри меня всё сжалось. Сердцебиение отдавало в ушах. — Что? — Откуда ты... — Видел. Только что. Когда заснул на экзамене. — Но... но где? Как? - мой голос дрожал. — Не знаю я как, - сказал Гарри, - зато точно знаю где. В Отделе тайн есть комната со стеллажами, на которых лежат стеклянные шарики, и Волан-де-Морт с Сириусом сейчас в конце девяносто седьмого ряда... Он хочет заставить Сириуса взять оттуда что-то, очень ему нужное... Он пытает его... Говорит, что рано или поздно убьет! Он подошел к парте и сел на нее, стараясь успокоиться. Я села на стул, пытаясь унять дрожь в теле. — Как нам туда попасть? - спросил Гарри. Наступила недолгая пауза. Потом Рон промямлил: — К-куда? — В Отдел тайн, чтобы спасти Сириуса! - громко сказал Гарри. — Но... Гарри... - слабо пробормотал Рон. — Что? Что? Я не понимала, почему они оба смотрят на него так, словно он предлагает что-то немыслимое. — Гарри, - в голосе Гермионы звучал испуг, - но как... как Волан-де-Морт сумел проникнуть в Отдел тайн незаметно для всех волшебников? — Откуда я знаю? - прорычал Гарри. - Вопрос в том, как нам туда проникнуть! — Но... сам посуди, Гарри, - Гермиона сделала шаг к нему, - сейчас пять часов... в Министерстве магии полно сотрудников... разве Волан-де-Морт с Сириусом могли пробраться туда так, чтобы никто не видел? Гарри... ведь за их поимку назначена огромная награда... и, по-твоему, они могли проникнуть в здание, битком набитое мракоборцами, и остаться незамеченными? — Я не знаю, может, Волан-де-Морт воспользовался мантией-невидимкой или еще чем-нибудь! - закричал Гарри. - К тому же я сам много раз бывал в Отделе тайн и никогда не видел там ни одной живой души! — Ты никогда там не бывал, Гарри, - тихо сказала Гермиона, - всё это тебе снилось, и только. — Это не обычные сны! - крикнул Гарри прямо ей в лицо, поднявшись с места и в свою очередь делая шаг вперед. - Как ты тогда объяснишь случай с отцом Рона? Откуда, по-твоему, я узнал, что произошло с ним? — Тут он прав, - спокойно подтвердил Рон, глядя на Гермиону. — Но это ведь... это почти невероятно! - в отчаянии воскликнула Гермиона. - Как, скажи на милость, Волан-де-Морт мог схватить Сириуса, если Сириус все время сидел на площади Гриммо? — Какая разница как, - сказала я, вздохнув, - если отец действительно там, но меня вообще не интересует вопрос, как его схватили. — Наверное, Сириус не выдержал и решил, что, если он на минутку отлучится, большой беды не будет, - взволнованно сказал Рон, - этот дом надоел ему хуже горькой редьки, вот он и... — Но почему, - настойчиво сказала Гермиона, - почему, объясните мне пожалуйста, Волан-де-Морту понадобился именно Сириус? Почему он не может без него раздобыть свое оружие или что там ему нужно? — Не знаю, на это могут быть тысячи причин! - завопил на нее Гарри. - Может, Волан-де-Морту приятно смотреть, как Сириус мучается... — Послушайте-ка, я вот что подумал, - негромко сказал Рон, - брат Сириуса был Пожирателем смерти, так? А вдруг он поделился с Сириусом тайной, как добыть оружие? — Да-да... потому-то Дамблдор и настаивал на том, чтобы держать Сириуса под замком! - сказал Гарри. — Постойте! - воскликнула Гермиона. - Прошу прощения, но вы оба несете чепуху. У нас нет никаких доказательств, мы даже не уверены, действительно ли Волан-де-Морт с Сириусом находятся там... — Гермиона! Гарри их видел! - рявкнула я на неё. — Ну хорошо, - сказала она испуганно, но решительно, - вы только не забывайте, что... — Что? — Ты... Я не критикую, Гарри! Но ты немножко... как бы это объяснить... тебе не кажется, что у тебя есть такой пунктик... что тебя вечно тянет кого-то спасать? Он сердито уставился на нее. — О чем это ты, а? Что значит «кого-то спасать»? — Ну... ты... - она стала запинаться еще сильнее, точно боясь высказать то, что у нее на уме. - Ну, например... вот хотя бы в прошлом году... в озере... на Турнире... ты же не должен был... от тебя не требовали, чтобы ты спасал сестренку Делакур... а ты немножко... увлекся, что ли... Я спрятала лицо в руках от разочарования. — Я согласна, это было благородно с твоей стороны и все такое, - быстро сказала Гермиона. Выражение лица Гарри явно напугало ее до полусмерти, - все решили, что ты настоящий... — Очень любопытно, - сказал Гарри дрожащим голосом, - поскольку я отлично помню, как Рон заявил, что я напрасно потратил время, изображая из себя героя... Так, по-вашему, это называется? Вы думаете, я снова корчу из себя героя? — Нет-нет-нет! - поспешно воскликнула Гермиона. - Я совсем не это имела в виду! — Ну так говори, что ты имела в виду, потому что мы зря теряем время! - заорал Гарри. — Я вот о чем... Волан-де-Морт знает тебя, Гарри! Он забрал Джинни в Тайную комнату, чтобы заманить тебя туда, — такие уловки в его духе, потому что он знает: ты обязательно придешь на помощь. И с Сириусом то же самое — вдруг он просто пытается заманить в Отдел тайн тебя? — Неважно, так это или нет! Макгонагалл увезли в больницу святого Мунго, в «Хогвартсе» не осталось членов Ордена, которым можно было бы все рассказать, и, если мы не отправимся в Министерство сами, Сириус умрет! — Но, Гарри... Что, если твой сон был... всего лишь сном? Гарри взвыл от бессилия. Гермиона отступила от него на шаг с испуганным видом. — Как ты не понимаешь! - закричал на нее Гарри. - Это не кошмары и не обычные сны! Зачем, по-твоему, я ходил на уроки окклюменции, почему Дамблдор хотел, чтобы я перестал видеть во сне эти вещи? Потому что они РЕАЛЬНЫ, Гермиона, — Сириуса схватили, я его видел! Он у Волан-де-Морта, и больше об этом никто не знает; стало быть, мы единственные, кто может его спасти, и, если ты не хочешь в этом участвовать, дело твое, но я отправляюсь туда, понятно? И если мне не изменяет память, ты не жаловалась, что меня вечно тянет кого-то спасать, когда я спасал тебя от дементоров, да и ты тоже, - он повернулся к Рону, - ты тоже не жаловался, когда я спасал от василиска твою сестру... — Я и сейчас не жалуюсь! - с жаром воскликнул Рон. — Но ты сам только что сказал, Гарри, - с отчаянием в голосе возразила Гермиона, - Дамблдор хотел, чтобы ты научился изгонять эти вещи из своего сознания! Если бы ты как следует изучал окклюменцию, ты бы даже не увидел... — Если ты думаешь, что я могу вести себя так, будто ничего не видел... — И Сириус говорил тебе, что ты должен научиться защищать свое сознание и что нет ничего важнее этого! — Ну, знаешь! Сейчас он наверняка сказал бы что-нибудь дру... Дверь класса открылась. Рон и Гермиона мигом обернулись. Я убрала руки от лица. Вошла Джинни — на лице у нее было написано любопытство, — а следом за ней Полумна. У Полумны, как обычно, был такой вид, словно она очутилась здесь по чистой случайности. — Привет, - неуверенно сказала Джинни, - мы услышали голос Гарри. Что это ты кричал? — Не твое дело, - грубо отрезал Гарри. Джинни подняла брови. — Я, кажется, не давала тебе повода разговаривать со мной в таком тоне, - холодно заметила она, - я просто хотела спросить, не нужна ли тебе помощь. — Нет, не нужна, - коротко ответил Гарри. — Что-то ты очень грубый сегодня, - безмятежно сказала Полумна. Гарри выругался и отвернулся. Оно и было понятно: сейчас ему явно меньше всего на свете хотелось беседовать с Полумной Лавгуд. — Постойте-ка, - вдруг сказала Гермиона, - постойте... Гарри, они и вправду могут помочь. Гарри с Роном воззрились на нее. — Послушайте, - настойчиво сказала она, - Гарри, ведь нам нужно выяснить, действительно ли Сириуса сейчас нет в штаб-квартире! — Я же тебе говорил: я видел... — Пожалуйста, Гарри, прошу тебя! - в отчаянии воскликнула Гермиона. - Прошу тебя — давай убедимся, что Сириуса нет дома, прежде чем отправляться в Лондон! Если его и правда там нет, тогда, клянусь, я не стану больше тебе мешать. Я пойду с тобой и... и сделаю все, чтобы его спасти! — Сириуса УЖЕ пытают! - выкрикнул Гарри. - У нас нет времени! — А если Волан-де-Морт нас обманывает? Нет, Гарри, мы обязаны это проверить! — Как? - спросил Гарри. - Как, по-твоему, мы это проверим? — Воспользуемся камином Амбридж еще раз и попробуем связаться с площадью Гриммо, - сказала Гермиона. У нее был такой вид, словно она сама в ужасе от своего предложения, - надо снова отвлечь Амбридж, а Джинни с Полумной могут сыграть роль наблюдателей. Еще плохо понимая, что происходит, Джинни тем не менее тут же кивнула в знак согласия, а Полумна спросила: — Кого это вы называете Сириусом — уж не Коротышку ли Бордмана? Ей никто не ответил. — Ладно, - сердито бросил Гарри, обращаясь к Гермионе, - если ты придумаешь способ сделать это побыстрее, я не против, а если нет, то я отправлюсь в Отдел тайн прямо сейчас. — В Отдел тайн? - спросила Полумна с легким удивлением. - Но как ты собираешься туда попасть? Все снова пропустили ее вопрос мимо ушей. — Так, - нервно потирая руки, Гермиона принялась шагать взад и вперед по проходу между партами, - так... хорошо... один из нас должен найти Амбридж и... и заманить ее куда-нибудь подальше. Ей можно сказать... ну, например, что Пивз опять задумал какую-нибудь пакость... — Я пойду, - немедленно вызвался Рон, - скажу ей, что Пивз громит класс трансфигурации — это за милю от ее кабинета. Вообще-то, если Пивз подвернется мне по дороге, я и вправду могу уговорить его этим заняться... То, что Гермиона не возразила против идеи разгромить класс профессора Макгонагалл, свидетельствовало о крайней серьезности ситуации. — Хорошо, - сказала она, наморщив лоб и продолжая шагать туда-сюда, - теперь дальше: надо и учеников отвлечь от ее кабинета, иначе кто-нибудь из слизеринцев обязательно ей донесет. — Мы с Полумной можем встать у обоих концов коридора и предупреждать всех, чтобы не ходили туда, потому что кто-то взорвал хлопушку с душильным газом, - живо сказала Джинни. Взглянув в лицо Гермионе, явно удивленной тем, как быстро Джинни придумала этот маневр, она пояснила: - Фред и Джордж собирались это сделать, только не успели. — Ладно, - сказала Гермиона, - ну, а мы с тобой, Гарри, спрячемся под мантией-невидимкой и проберемся в кабинет, чтобы ты мог поговорить с Сириусом... — Я с вами, - сказала я, подав голос. — Его там нет, Гермиона! - воскликнул Гарри. — Я имею в виду, чтобы проверить... проверить, там Сириус или нет. Я с Сарой буду следить, чтобы тебя не поймали. По-моему, тебе не стоит лезть к Амбридж в одиночку: Ли уже доказал, что окно там слабое место, когда запускал туда нюхлеров. — Я... ладно, спасибо, - пробормотал он. — Ну хорошо. Даже если нам все это удастся, мы вряд ли сможем рассчитывать больше чем на пять минут, - с облегчением сказала Гермиона, довольная тем, что Гарри принял ее план, - туда в любой момент может нагрянуть Филч или кто-нибудь из этой мерзкой Инспекционной дружины. — Пяти минут нам хватит, - сказал Гарри, - ну, пошли... — Уже? - потрясенно спросила Гермиона. — Конечно уже! - сердито сказал Гарри. - А что, ты предлагаешь сначала поужинать? Пойми ты, Сириуса пытают сейчас! — Я... ну ладно, - с отчаянной решимостью сказала она, - иди за мантией-невидимкой, встретимся у коридора, где кабинет Амбридж. Договорились? Вместо ответа Гарри выскочил из класса и принялся прокладывать себе путь в густой толпе учеников. Я с Гермионой и остальными пошла в сторону кабинета Амбридж. — Сара, - обратилась ко мне Гермиона, - ты же не веришь в это? Твой отец сейчас дома и... — В любом случае надо проверить, - твёрдо перебила я, - если он там, я скручу Гарри шею. — Ладно, - Гермиона повернулась к Джинни, - если Амбридж будет на подходе, пойте «Уизли — наш король». — Почему это? - спросила Полумна. — Не знаю, это первое в голову пришло... — Есть, - задыхаясь, выпалил Гарри, подбежавший к нам, - ну что, готовы? — Готовы, - откликнулась Гермиона шепотом, чтобы не услышали шестикурсники, которые гурьбой шли мимо и громко болтали, - итак, Рон, ты идешь и отвлекаешь Амбридж... Джинни, Полумна, пора очищать коридор... Мы с Гарри и Сарой наденем мантию-невидимку и двинемся, когда путь будет свободен... Рон зашагал вперед; его ярко-рыжие волосы виднелись в толпе, пока он пробирался в самый конец коридора. Не менее приметная голова Джинни мелькала среди учеников, наводнивших коридор с другой стороны от них, а рядом с ней спокойно плыла белая голова Полумны. — Сюда, - прошептала Гермиона, взяв Гарри за руку, и увлекла его в нишу за уродливым бюстом средневекового волшебника на постаменте, что-то бормочущим себе под нос. Я двинулась за ними, - ты... ты уверен, что хорошо себя чувствуешь, Гарри? Ты до сих пор очень бледный. — Все в порядке, - бросил он, вытаскивая из сумки мантию-невидимку, - давайте, - шепнул он и набросил мантию на нас троих. Мы замерли, прислушиваясь к звукам снаружи и стараясь не обращать внимания на бюст, который все бубнил и бубнил по-латыни. — Туда нельзя! - громко говорила Джинни столпившимся перед коридором ученикам. - Нет-нет, извините, вам придется идти в обход по вращающейся лестнице — кто-то только что напустил сюда душильного газа... Я слышала, как недовольно ворчат ребята. Один из них угрюмо буркнул: — Что-то не вижу я никакого газа. — Он же невидимый, - очень убедительно изобразив раздражение, ответила Джинни, - но, если тебе так уж хочется, пожалуйста, иди — следующему идиоту, который нам не поверит, можно будет показать твое бездыханное тело. Толпа начала медленно редеть. Судя по тому, что новые ученики больше не подходили, весть о душильном газе распространилась сама собой. Наконец, когда поблизости почти совсем никого не осталось, Гермиона сказала: — По-моему надо идти. Лучше уже не будет. Прикрытые мантией, мы двинулись вперед. В дальнем конце коридора, спиной к ним, стояла Полумна. Когда они проходили мимо Джинни, Гермиона шепнула: — Молодец... Не забудь про сигнал. — Про какой еще сигнал? - тихо спросил Гарри, когда мы приблизились к двери кабинета. — Как только появится Амбридж, они должны громко запеть «Уизли — наш король», - ответила Гермиона. Гарри вставил лезвие ножа Сириуса в щель между дверью и косяком, замок щелкнул, и дверь отворилась. Мы вошли в кабинет. Противные котята на тарелочках нежились в теплых лучах послеполуденного солнца, но, если не считать этого, в комнате было тихо и пусто, как в прошлый раз. Гермиона испустила вздох облегчения. — Я боялась, что после второго нюхлера она примет дополнительные меры предосторожности. Мы сняли мантию. Гермиона поспешила к окну и встала сбоку, держа палочку наготове и бросая вниз, на школьную территорию, осторожные взгляды. Гарри прыгнул к камину, схватил горшочек с летучим порохом и кинул щепотку внутрь, вызвав к жизни языки изумрудного пламени. Потом быстро опустился на колени, сунул голову в танцующий огонь и крикнул: — Площадь Гриммо, двенадцать! Как только я поняла, что его голова уже не здесь, я начала мерить комнату беспокойными шагами. Я очень хотела верить, что с отцом всё хорошо. Тут через минуту в кабинет ворвалась Амбридж с Малфоем, какой-то слизеринкой и Пьюси. Я хотела что-то предпринять, как Пьюси потянул меня за мантию к стене. Тут Амбридж протянула руку в камин и взяла Гарри за волосы, оттаскивая его. — Ты думаешь, - прошептала она, еще сильнее оттягивая ему голову, - что после двух нюхлеров я позволю еще одному мерзкому маленькому крысенышу проникнуть ко мне в кабинет без моего ведома? Глупый мальчишка! Да после того, как сюда подкинули второго нюхлера, я наложила на дверь особое Сигнальное заклятие против воров! Забрать у него палочку, - пролаяла она Малфою, - и у них тоже! Слизеринка забрала палочку у Гермионы, а Пьюси скользнул рукой в мой карман и забрал мою. — Хотелось бы знать, что вы делаете в моем кабинете, - сказала Амбридж и тряхнула Гарри за волосы так, что он едва не упал. — Я... я хотел забрать свою «Молнию», - прохрипел Гарри. — Лжец! - она снова тряхнула его. - Ваша метла находится в подземелье под усиленной охраной, и вы это отлично знаете, Поттер. Вы стояли перед моим камином, засунув туда голову. С кем вы вели переговоры? — Ни с кем... - сказал Гарри, пытаясь вырваться из ее рук. — Лжец! - выкрикнула Амбридж. Она оттолкнула его от себя, и он врезался в стол. Пьюси лениво прижался к стене, крепко держа меня спиной к себе, пока слизеринка прижала к стене Гермиона. К подоконнику прислонился Малфой; ухмыляясь, он подбрасывал палочку Гарри в воздух и снова ловил ее. Снаружи послышались быстрые шаги, и в комнату вошли несколько здоровенных слизеринцев. Они вели с собой Рона, Джинни, Полумну и, к моему удивлению, Невилла — Крэбб сжимал ему горло мертвой хваткой, рискуя задушить его в любую минуту. Во рту у пленников торчали кляпы. — Всех изловили, - сказал Уоррингтон, грубо выталкивая Рона на середину комнаты, - а этот, - он ткнул в Невилла толстым пальцем, - хотел помешать мне поймать ее, - он указал на Джинни, которая пыталась лягнуть в ногу крупную девицу, державшую ее в охапке, - так что я и его прихватил. — Замечательно, просто замечательно, - сказала Амбридж, глядя, как извивается Джинни, - похоже, «Хогвартс» скоро освободится от всей семейки Уизли! Малфой громко и угодливо рассмеялся. Амбридж улыбнулась широкой самодовольной улыбкой, не спеша опустилась в кресло с цветастой обивкой и уставилась на пленников немигающим взглядом, точно жаба на клумбе. — Итак, Поттер, - сказала она, - вы расставили вокруг моего кабинета своих наблюдателей и отправили ко мне этого клоуна (Малфой рассмеялся еще громче) с сообщением, что полтергейст безобразничает в классе трансфигурации, тогда как я прекрасно знала, что он занят совсем другим: мистер Филч только что сообщил мне, что он замазывает черной краской окуляры школьных телескопов. Таким образом, для вас было очень важно с кем-то поговорить. Может быть, с Альбусом Дамблдором? Или с этим полукровкой, Хагридом? Сомневаюсь, чтобы это была Минерва Макгонагалл: насколько я знаю, она еще не в состоянии ни с кем беседовать. При этих словах Малфой и несколько членов Инспекционной дружины засмеялись опять. Меня всю переполняла злость, и когда я попыталась ударить Пьюси, тот наступил мне на ногу. — Не ваше дело, с кем я разговаривал, - огрызнулся Гарри. Дряблое лицо Амбридж слегка напряглось. — Очень хорошо, - сказала она своим самым угрожающим приторным голоском, - очень хорошо, Поттер... я дала вам шанс признаться добровольно. Вы отказались. Мне остается только одно — принуждение... Драко! Позовите сюда профессора Снейпа. Малфой спрятал палочку Гарри во внутренний карман мантии и вышел из кабинета с ухмылочкой. Я вспомнила, что Снейп тоже является членом Ордена, и едва слышно выдохнула. В кабинете наступила тишина, лишь время от времени нарушаемая шумом борьбы и сопением слизеринцев, не дающих Рону и остальным вырваться из их объятий. Рон пытался освободиться от зажима Уоррингтона; у него была разбита губа, и кровь из нее капала на ковер Амбридж; Джинни до сих пор старалась наступить на ноги шестикурснице, которая крепко держала ее за обе руки; Невилл, чье лицо приобретало все более фиолетовый оттенок, трепыхался в лапищах Крэбба, а Гермиона тщетно пыталась стряхнуть с себя Милисенту (мне казалось, её звали так). Полумна, однако, смирно стояла рядом с притащившей ее слизеринкой и вяло смотрела в окно, точно ее одолевала невыносимая скука. Я перевела взгляд обратно на Амбридж, которая пристально следила за Гарри. Когда в коридоре снова раздались шаги, он попытался придать своему лицу как можно более спокойное и равнодушное выражение. В комнату снова вошел Драко Малфой и придержал дверь перед Снейпом. — Вы хотели меня видеть, директор? - спросил Снейп, с полнейшим бесстрастием озирая пары борющихся учеников. — А, профессор Снейп! - воскликнула Амбридж, широко улыбаясь и снова вставая на ноги. - Да-да, мне нужен еще один пузырек с сывороткой правды, и чем скорее, тем лучше. — Вы забрали у меня последний пузырек, чтобы допросить Поттера, - сказал Снейп, холодно глядя на нее сквозь свисающие ему на глаза сальные космы, - не использовали же вы его весь целиком? Кажется, я говорил вам, что довольно трех капель. Амбридж покраснела. — Но вы ведь можете принести еще? - как всегда в минуты раздражения, ее голос стал еще более сладким и приторным. — Разумеется, - сказал Снейп, поджав губы, - это снадобье должно настаиваться в течение всего лунного цикла, так что примерно через месяц вы сможете его получить. — Через месяц? - взвизгнула Амбридж, раздуваясь по-жабьи. - Через месяц? Но он нужен мне сегодня, Снейп! Я только что обнаружила перед своим камином Поттера, который вел переговоры с неустановленным лицом или лицами! — Неужели? - сказал Снейп, впервые проявляя слабый интерес к происходящему. Он повернулся и посмотрел на Гарри. - Что ж, это меня не удивляет. Поттер никогда не отличался дисциплинированностью. Его холодные темные глаза так и сверлили Гарри, но тот встретил его взгляд, не дрогнув. — Я хочу допросить его! - крикнула Амбридж, и Снейп вновь перевел взгляд с Гарри на ее дрожащее от злобы лицо. - Я хочу, чтобы вы снабдили меня средством, которое поможет мне выяснить правду! — Я ведь уже сказал, что у меня больше нет запасов нужной вам сыворотки, - невозмутимо ответил Снейп, - если вы не хотите отравить Поттера — кстати, уверяю вас, что я отнесся бы к подобному намерению с большим сочувствием, — то у меня нет возможности вам помочь. Беда только в том, что большинство ядов действует слишком быстро и практически не оставляет жертве времени на признания. И Снейп снова посмотрел на Гарри, который уставился на него. — Я назначаю вам испытательный срок! - завопила Амбридж, и Снейп снова перевел на нее взгляд, чуть приподняв брови. - Вы намеренно отказываете мне в содействии! Я ожидала иного — Люциус Малфой всегда отзывался о вас с крайним уважением! А теперь прочь из моего кабинета! Снейп отвесил ей насмешливый поклон и повернулся к двери. — Бродяга у него в плену! - крикнул он. - Его держат там, где оно спрятано! Снейп замер с поднятой рукой, уже готовый толкнуть дверь. — Бродяга? - воскликнула Амбридж, жадно переводя взгляд с Гарри на Снейпа. - Какой еще Бродяга? И что там спрятано? О чем это он, Снейп? Снейп обернулся. Его лицо было непроницаемо. Я не могла понять, догадался ли он, в чем дело, но в присутствии Амбридж нельзя было говорить яснее. — Понятия не имею, - холодно сказал Снейп, - если я захочу послушать околесицу, я дам вам болтушки для молчунов, Поттер. Кстати, Крэбб, ослабьте немного хватку. Если вы задушите Долгопупса, начнется бесконечная бумажная канитель. К тому же мне придется упомянуть об этом в вашей характеристике, если вы когда-нибудь вздумаете устроиться на работу. Он со стуком закрыл за собой дверь. — Что ж, прекрасно, - сказала она и вынула палочку, - прекрасно... мне не оставляют выбора... это больше, чем вопрос школьной дисциплины... это касается безопасности на уровне Министерства... да... да... Она словно уговаривала себя на что-то решиться. Нервно переминаясь с ноги на ногу, она поглядывала на Гарри, похлопывала палочкой по ладони и тяжело отдувалась. — Вы вынуждаете меня, Поттер... я этого не хочу, - сказала Амбридж, все еще беспокойно топчась на месте, - но иногда обстоятельства оправдывают применение... Я уверена, министр поймет, что у меня не было другого пути... Малфой следил за ней с алчным нетерпением. — Заклятие Круциатус развяжет тебе язык, - негромко сказала Амбридж. — Нет! - воскликнула Гермиона. - Профессор Амбридж... это противозаконно! Но Амбридж не обратила на нее внимания. На ее лице было написано отвратительное жадное возбуждение — такой я ее еще не видела. Она подняла палочку. — Министр не позволил бы вам нарушать закон, профессор Амбридж! - крикнула Гермиона. — То, о чем Корнелиус не узнает, ему не повредит, - сказала Амбридж. Она слегка задыхалась, направляя палочку на разные части тела Гарри по очереди, явно выбирая самое уязвимое место, - он ведь так и не узнал, что это я прошлым летом наслала на Поттера дементоров, но все равно был очень рад, когда ему представилась возможность его исключить. — Так это были вы? - ахнул Гарри. - Вы натравили на меня дементоров? — Кто-то должен был действовать, - прошептала Амбридж, и ее палочка замерла, нацелившись Гарри прямо в лоб, - они все твердили, что надо заставить тебя замолчать... как-нибудь тебя опорочить... но только я одна предприняла какие-то реальные шаги... правда, в тот раз ты выкрутился, Поттер! Но сегодня тебе это не удастся... нет, не удастся... - и, набрав в грудь воздуху, она воскликнула: — Круци... — НЕТ! - сорвавшимся голосом крикнула Гермиона из-за плеча Милисенты Булстрод. - Нет... Гарри... нам придется сказать ей! — Ни за что! - завопил Гарри, глядя на ту малую толику Гермионы, которая была доступна взору. — Нам все равно придется, Гарри, иначе она вырвет из тебя это, так какой же смысл... И Гермиона тихо зарыдала, уткнувшись лицом в спину Милисенты. Та немедленно перестала вдавливать ее в стену и попыталась увернуться от нее с видом глубокого отвращения. — Так-так-так! - с торжествующей миной сказала Амбридж. - Наконец-то мы услышим от нашей дотошной мисс Почемучки кое-какие ответы! Ну-ка, давайте, милая, давайте! — Гей... мо... на... не-е! — промычал Рон сквозь кляп. Джинни уставилась на Гермиону таким взглядом, как будто раньше никогда ее не видела. Все еще задыхающийся Невилл тоже не сводил с нее глаз. Однако я заметила одну вещь: хотя Гермиона отчаянно рыдала, спрятав лицо в ладони, на ее щеках не было ни малейшего следа слез. — Я... простите меня, все... - пробормотала Гермиона. - Но... я не могу этого выдержать... — Только посмей, - сурово сказала я. — Хоть раз в жизни, Блэк, закройте рот. Правильно, правильно, девочка! - сказала Амбридж, хватая Гермиону за плечи. Она толкнула ее в освободившееся цветастое кресло и нависла над ней. - Ну? С кем Поттер сейчас связывался через камин? — Он... - всхлипнула Гермиона, не отнимая рук от лица, - он пытался поговорить с профессором Дамблдором. Я вопросительно посмотрела на неё; Рон застыл, широко раскрыв глаза; Джинни перестала лягать свою противницу-слизеринку и даже Полумна, кажется, слегка удивилась. К счастью, внимание Амбридж и ее любимцев было целиком сосредоточено на Гермионе, и никто из них не заметил этих подозрительных признаков. — С Дамблдором? - жадно переспросила Амбридж. - Так, значит, вам известно, где он? — Нет... нет! - прорыдала Гермиона. - Мы проверяли «Дырявый котел» в Косом переулке, «Три метлы» и даже «Кабанью голову»... — Безмозглая девчонка! Дамблдор не станет сидеть в трактире, когда за ним охотится все Министерство! - закричала Амбридж. Разочарование сквозило в каждой складке ее обрюзгшего лица. — Но... но мы должны были сообщить ему очень важную вещь! - завывала Гермиона, все плотнее прижимая ладони к глазам, но я начала понимать, что она не так уж страдает: ей просто нужно было скрыть отсутствие слез. — Ах вот как? - спросила Амбридж с новым приливом воодушевления. - И что же вы хотели ему сообщить? — Мы... мы хотели сказать ему, что оно го... готово! — Что готово? - настойчиво спросила Амбридж, хватая Гермиону за плечи и слегка встряхивая. - Что? Отвечай! — Ору... оружие, - выдавила Гермиона. — Оружие? - воскликнула Амбридж. От возбуждения глаза ее полезли на лоб. - Так вы планировали оказать сопротивление? Хотели использовать свое оружие против Министерства? Конечно, по наущению профессора Дамблдора? — Д-да, - призналась Гермиона, - но ему пришлось покинуть школу раньше, чем оно созрело, а т-теперь мы довели подготовку до конца и н-н-не можем найти его и с-с-сказать об этом! — И что же это за оружие? - резко спросила Амбридж, по-прежнему крепко сжимая своими короткими пухлыми руками плечи Гермионы. — Если честно, мы и с-с-сами не знаем, - сказала Гермиона, громко шмыгнув носом, - мы просто д-д-делали то, что в-в-велел нам профессор Дамблдор! Амбридж выпрямилась с ликующим видом. — Отведи меня к этому оружию, - сказала она. — Я не хочу показывать... им! - пронзительно воскликнула Гермиона, косясь на членов Инспекционной дружины сквозь раздвинутые пальцы. — Ты не в том положении, чтобы ставить условия, - сурово сказала Амбридж. — Ладно, - снова заныла Гермиона, - ладно... Пускай они его увидят — надеюсь, они применят его против вас! Это даже хорошо. Позовите побольше народу, чтобы они пошли и посмотрели! Т-тогда вы получите п-п-по заслугам, пускай вся школа у... узнает, где оно и как им пользоваться, и тогда, стоит вам кого-нибудь обидеть, как он в-вам от... отплатит! Эти слова произвели на Амбридж сильнейшее впечатление: она быстро и подозрительно обвела взглядом своих прихвостней, и ее выпученные глаза задержались на Малфое, который слишком туго соображал и не успел согнать с лица гримасу алчности и нетерпения. Амбридж поразмыслила над словами Гермионы еще чуть-чуть, а потом заговорила тоном, который, видимо, считала по-матерински ласковым: — Хорошо, милочка, пусть это будем только ты и я... и Поттера тоже возьмем, правда? Ну, вставай. — Профессор, - жадно сказал Малфой, - профессор Амбридж, по-моему, кто-нибудь из членов Дружины должен пойти с вами, чтобы присмотреть... — Я высококвалифицированная служащая Министерства, Малфой! По-вашему, я одна не в силах справиться с двумя подростками без палочек? - резко спросила Амбридж - В любом случае, я полагаю, что это оружие не следует показывать детям школьного возраста. Вы подождете здесь моего возвращения и позаботитесь о том, чтобы никто из этих, — она обвела рукой меня, Рона, Джинни, Невилла и Полумну, — тем временем не сбежал. — Хорошо, - угрюмо сказал Малфой. Вид у него был разочарованный. — А вы двое пойдете впереди и будете показывать мне дорогу, - распорядилась Амбридж, направив палочку на Гарри с Гермионой, - ну же, ведите!