Лучшая новогодняя ночь

      Предстоящая вечером неформальная встреча с напарником нервировала Гэвина. В течении прошедших двух рабочих дней ещё сносно было — рутина, вызовы, отчёты, болтовня с детективом Стерном, переговоры с федералами, качалка отвлекали от лишних мыслей. А теперь, готовясь к поездке в клуб, чего-то волноваться начал, мандраж словил небольшой, переживал, как пройдёт.       С другой стороны, детектив Рид намного бы больше переживал, если бы Ричард, в случае отказа от встречи, вместо него офицера Брауна позвал. Возможно, чтобы избежать именно этого, Гэвин в итоге и согласился сходить на стендап. Возможно, что из-за любви к такому времяпровождению, к неплохому виски, к вечерним вылазкам из дома… А возможно, что причина была в совсем другом, но Гэвин предпочитал её даже в собственной голове не проговаривать, аккуратно подбривая триммером щетину. Она, казалось, в последнее время росла почти каждый день неаккуратными клочками. И одежда мялась безбожно. И брюхо подвисать начинало. Конечно, надо было следить уже. Ему не двадцать пять, как ебучему офицеру Брауну, высокому и поджарому. В солидном возрасте уже надо было в форме себя держать. С сомнением свой живот осмотрел и провёл триммером по дорожке под пупком. Не в ноль — такое не любил. Но слишком длинные завитки тоже срезал, спустя трусы до щиколоток. Придирчиво себя осмотрел в зеркале ванной, намазывая подмышки дезодорантом.       «Сойдёт». — Ты хули так разоделся? — отец с удивлением на кресле развернулся, когда на выход прошёл. Смотрел какое-то идиотские реалити с Грубером на коленях. — Ещё и надушился, как пидор… — Я поздно буду. На цепочку не закрывай, — Гэвин поспешил обуться и быстрее из дома выйти.       Не ожидал, что отец следом пойдёт: — У тебя свидание что ли? — Ты таблетки выпил? — знал, что если бате про лекарства напомнит, то тот сразу передумает с вопросами доставать. Говорить ему про встречу с напарником совершенно не планировал. — Хватит мне напоминать! Я ещё в своём уме и помню прекрасно… — Разок забыл, — Гэвин кожанку натянул и воротник фланелевой рубашки поправил, чтобы не помять. — Я те вломлю, если не заткнёшься с таблетками этими! — недовольно проворчал отец, разворачиваясь на кухню. Остановился резко. — Она хоть белая? — Всё. Ушёл, — Рид быстрее ключи схватил, выскакивая на улицу.       За спиной услышал «нам больше узкоглазых не надо» и дверь с силой захлопнул. Воздух зимний втянул, пытаясь успокоиться. Вот как же умел отец одной фразой из себя вывести! Вот хули он вечно…       Зато уже о встрече с Ричардом не переживал. В голове себе крутил достойные ответы на выпады отца, пока ехал в такси по дороге в Роял-Оук.       С напарником договорился сразу у клуба встретиться — это уместно было.       Вообще, изначально предложение от детектива Стерна из колеи выбило. Вот переписывались и хихикали, а вот прилетело предложение о встрече («Не свидании!»). Гэвин даже не поверил, несколько раз перечитал. После третьего раза поверил и телефон аккуратно в сторону отложил. Решил не трогать. Решил, что если продолжит стискивать его в потной ладони, то слишком быстро пришлёт положительный ответ. Второе сообщение с предложением купить виски в счёт оплаты билета немного успокоило. Показалось, что Ричард, возможно, не о свидании писал. Но сомневался ещё. Решил переждать и посмотреть. Вдруг Стерн что-то после поездки с офицером Брауном себе там надумал. А Рич будто и не надумал ничего — борзо к Риду на парковке подошёл и ответ потребовал. Так сурово смотрел, что даже отказать сложно было. В лицо врать о том, что такая встреча Гэвину не интересна, было сложно. Пришлось на ходу что-то невнятное про семейные дела выдумывать. А потом день этот суматошный. Странный разговор про поездку мечты. Горящие серые глаза напротив. Мягкая улыбка. Длинные пальцы на собственной кисти…       Как же всё это было нормально и ненормально одновременно. Даже в какой-то момент создалось впечатление, что не просто ридовскую мечту обсуждают, а совместную поездку планируют, и от этого лёгкие аж сжимало, в животе свербило предвкушением. Пока домой ехал, так и представлял лениво улыбающегося Ричарда рядом, высунувшегося из окна автомобиля. Представлял, как спорят, не успевая по маршруту, составленному Стерном. Представлял, как доводит Рича до ругани, балуясь на дороге. На столько доводит, что тот, матерясь, требует остановить машину, стискивает за челюсть, впивается агрессивным поцелуем, шипит «долбоёб» и требует поменяться местами. И они меняются. И Гэвин всю дорогу жалуется, что они тащатся, как черепахи. А Ричард заявляет, что так хотя бы не нарушают. А ночью останавливаются в мотеле и там уже Гэвин напропалую с Ричи всё нарушает…       Ответ написал, как только домой доехал. Сам над своими глупыми фантазиями посмеялся, разогревая ужин. Не бывать такому. Не с детективом Стерном точно.       Ричард уже ждал перед входом. В своём строгом пальто, в котором в первый рабочий день пришёл. Тёплый шарф намотал на шею. Стоял, заложив руки за спину и хмуро разглядывал толпу перед входом. Как только Гэвина заметил, то тут же улыбнулся. От этого и собственные губы в дурацкой ухмылке потянуло. Неловко потирая шею, Рид на двери кивнул: — Ну пошли, поржём.       В гардероб сдал верхнюю одежду и за напарником к столику прошёл.       Маленький, круглый столик на двоих в центре ближе к стене стоял. Ричард даже на меню не взглянул, сразу чистый виски заказал. Гэвин тоже согласился, но придержал заламинированный лист — прикрываясь им, можно было украдкой напарника рассмотреть, чтобы понять, как он на этот вечер был настроен. Если бы сильно постарался над внешностью, то это было бы первым признаком того, что свидание себе тут надумал. Тогда его надо было сразу осадить.       А Ричард вроде также выглядел, как и на работе. Разве что тонкий серый пуловер не так официально смотрелся и придавал ему слегка домашний вид, смягчая строгие черты лица. В цвет глаз подобрал что ли? Тех самых глаз, которые с интересом в ответ смотрели. Гэвин резко опять в меню уткнулся: — Фисташек может взять? — Ага, ещё про колу скажи, и я отсяду, — фыркнул Стерн, забирая пластиковый лист. — А чо? Я люблю фисташки с виски, — запротестовал Рид. — Вполне приятное сочетание. А ты чем закусываешь? — Я приличное ни чем не закусываю. А тут из еды только пицца? — Ты не поел что ли? Тогда возьми пиццу… — К виски? Гонишь?! — Стерн аж весь скривился, будто ему говна поесть предложил. — Да хрена ли выёбываешься? Всяко лучше, чем на пустой желудок пить! — возмутился Гэвин. Сам бы и пиццей не побрезговал, только перед отъездом поужинал с отцом. — Тогда фисташки, — Ричард окликнул официанта и заказал две порции закуски. — Глупо, Стерн. Орехи — так себе ужин. — Не душни, Рид, — даже глаза закатил. — Тебе не идёт. — Это да, из нас двоих ты — первосортный душнила, — Гэвин даже приторно ухмыльнулся, подначивая. — Да когда?.. — Да всегда! — Хоть один пример?! — Да хоть тыщу! С вождением, например… — Так ты не аккуратно… — Вот-вот, с чистотой… — И кстати, чтобы больше не печатал за рулём, это… А что с чистотой?       Гэвин всё больше улыбался, наблюдая, как Стерн возмущается. Ну трудно было устоять, когда так мило у Ричарда краснели щёки и пылали глазищи. Всё ближе наклонялись друг к другу в глупом споре. — А твоё безрасcудство, тоже знаешь ли, бесит! — Да какое? — На дороге, например… — Один раз в прикол… — А когда за грабителем тем гнался! Даже не проверил, что с той стороны забора! Перемахнул… — Так я по звуку слышал, что на асфальт спрыгнул. Фига у тебя память. Я и забыл… — Я не забыл…       Вполголоса шептались, склонившись над небольшим столиком. Уже и Ричард ухмылялся с вызовом, высказываясь по поводу Гэвина. Аромат одеколона ноздри щекотал — так близко наклонялся. Знакомый запах. Надо было больше его втянуть, чтобы вспомнить. Что-то свежее, что-то такое…       Музыка резко заиграла, и на сцену ведущий выскочил. Оба напарника одновременно выпрямились, отшатнулись друг от друга, сохраняя приемлемую дистанцию. Гэвин смущённо орехами защёлкал, слушая стандартный разогрев перед выступлением. Когда Ричард успел так близко стул придвинуть — даже не заметил. А может Гэвин сам придвинулся, чтобы сцену лучше было видно? Как бы то ни было, решил внимания не обращать, а бойко в ладоши хлопать, когда ведущий правила объяснял.       В целом, выступления даже смешными были. Очень сильно смеялся с шутки о знакомстве парня комикессы с родителями:       «Надо знакомить своих партнёров, чтобы они видели, почему я порой тонну говна на них слить могу. Чтобы, выходя с такого вечера, твой парень говорил: «Детка, я теперь понимаю, откуда в тебе…» А я ему: «Я знаю…» «Да как ты ваще выжила?!..» «С трудом, милый… Может, теперь ты понимаешь, почему я порой не в настроении?.. Может, иногда полегче со мной надо, когда я как стерва себя веду?.. Может, я заслуживаю заехать сейчас в МакДональдс? И заказать всё, что я хочу? И без осуждающих взглядов, ты, долбоёбина?»       И Ричард рядом смеялся. Приятный такой смех, аж в гортани щекотало от него. Гэвин иногда тайком поглядывал, когда очень смешно было. Взгляд цеплялся за слегка запрокинутую в сумраке клуба голову, за подрагивающий кадык, за растянутые в улыбке губы. Когда замечал поблескивавшие в свете приглушенных ламп глаза, то резко к сцене отворачивался. Но всё равно, то и дело косился на длинные пальцы, стискивающие стакан или разламывающие пополам скорлупу.       Когда какой-то тощий парень с типичными ужимками жителя гетто вкинул со сцены шутку про полицейских, то Стерн даже откинулся на спинку стула от смеха. Даже хрюкнул с дурацкого наблюдения комика:       «Почему копы всегда едят пончики? Почему пончики, бро? Это ж максимально не брутально. Другое дело ножка индейки. Да даже куриная ножка! Знаете, такая жареная с костью. Да нога любого животного! Если бы увидел копа, который вгрызается в жареную ногу животного, то я бы сразу, немедленно, такой бы: Уоу, вот это закон и порядок, ребзя! Медленно достаём руки из карманов и спокойно на чилле шагаем по тротуару, никого не трогаем, любуемся деревьями, не смотрим ему в глаза…»       Так Ричи разъебало, что Гэвин даже не понимал, с чего больше смеётся: с шутки или со Стерна, утирающего слёзы. Милый хрюкающий смех умел выдавать! Ну что за придурок!       Когда закончились выступления и включили свет, толпа ринулась в гардероб. А Гэвин заметил у Ричарда лихорадочно раскрасневшиеся щёки, а в счёте дополнительные две порции виски, которые напарник умудрился выхлебать. Рид даже не видел, когда он успел ещё заказать или выпить, а теперь заметно было, как Ричи захмелел: волосы неаккуратно растрепались и прилипли ко лбу, глаза блестели, глупая улыбка с лица не сходила. Вальяжно на стуле развалился, раздвинув ноги. — Подождём, пока толпа схлынет? — кивнул Гэвин на очередь у выхода. — Ага. Слушай, а это всегда так смешно? Потому что прям смешно было! Тебе как? Смешно? — Смешно, — кивнул Рид, улыбаясь. Ещё смешнее было с такого Ричарда. — А ты не бывал на таких выступлениях? — Не-не, я не ходил. А тут так смешно, оказывается! — Это нам повезло. Они разные бывают, но если уже именитые приезжают, то обычно разъёб. — Да-да, натуральный разъёб, — охотно закивал Стерн. — Я давно так не смеялся! — Это потому что смешно было, — захихикал Рид.       Ричард кивал и улыбался. Неловко скорлупки на столе в кучку собирал. — Очень!.. А тебе понравилось? Вроде смеялся… — с таким беспокойством комичным оглянулся на Гэвина, в лицо вглядывался, что сразу захотелось успокоить: — Мне понравилось, Рич. Давненько так хорошо не отдыхал. — Это круто, Гэв! Я так рад! Я переживал немного, что тебе не понравится. Но я так рад! — Да не стоило переживать. Даже если бы выступление херовое было, мне в кайф вот так выбраться.       Тут Гэвин искренне говорил: просто так провести вечер с напарником тоже было здорово. Даже до выступлений так хорошо сидели и болтали, что Ричард совершенно зря волновался. — Правда?! Надо тогда будет ещё выбраться! На каток или сюда… — Ваще-то тут полно ещё мест, Рич. Город огромный — у нас тут не только коньки и стендаперы. — Покажешь?       А что можно было ещё ответить, когда серые влажные глазищи с таким трогательным вопросом смотрели? Только: — Угу, можно.       Даже не было времени как следует ответ обдумать. Но как только вслух произнёс, то понял, что покажет. Всё, что хочет покажет этой милой мордахе.       Сам себя резко одёрнул, покосился на собственный пустой стакан на столе рядом с горкой скорлупки. Шею смущённо потёр. Видимо, тоже накрывать начинало потихоньку от алкоголя, раз такие мысли в голову лезли. «Милая мордаха» — ну глупость же! Конечно, сейчас захмелевший Ричи милым выглядел, но — блядь! — напарник, а не… — О! Рассосались, — Ричард его бесцеремонно за руку схватил и к гардеробу потянул.       На улицу вышли, а там Ричард лицо к небу поднял. Щурился, когда снежинки на горячую кожу, медленно кружась, опускались и таяли. Улыбался. — Ну шарф, Рич, — проворчал Рид, оборачивая мягкую ткань вокруг голой шеи.       Сразу свежим ароматом потянуло, тем самым знакомым запахом, что Рид так и не смог вспомнить. Что-то такое приятное, нежное, морское… — Вкусно пахнет, — пробормотал Гэвин. — Да? — Стерн, нахмурившись втянул в себя воздух. — Куревом пахнет, — недовольно покосился на группу молодых ребят рядом. — Ага, — Гэвин, смутившись внезапному признанию, телефон достал, чтобы время глянуть и Убер вызвать. — Ты же на такси?.. — Неее, — Ричи головой замотал, мокрые от снега прядки растрепались. — Я пешком дойду. Прогуляться охота. — Дойдёшь? Сейчас? — Да недалеко же…       Гэвин прикинул расстояние, и, по всей видимости, Стерн его явно недооценивал. Прилично было пешком идти да ещё и так поздно, да ещё и в таком состоянии: Ричард стоял, пошатываясь, и глупо улыбался ему в ответ. — Ладно, — вздохнул, приняв решение. — Я провожу и от тебя такси вызову. Нам, кстати, в другую сторону.       Стерн вроде как попробовал поспорить, что помнит путь, а Гэвин его уверенно за собой потянул. Хорошо, что решил проводить напарника — тот явно был не в состоянии, чтобы по незнакомому ещё городу плутать. А так Рид и сам немного освежится, пока дойдут. Хоть лишнее спиртное выветрится.       Расчищенный до асфальта тротуар к вечеру уже начинал покрываться тонкой коркой льда, по которой скользили подошвы ботинок. Они бы может меньше скользили, если бы их владельцы под ноги смотрели, но один периодически голову поднимал, вздыхая, как красиво падает снег, а второй слишком часто косился на напарника, любуясь таким забавным восторгом. — Да аккуратней, Рич, — Гэвин на особо опасном моменте за талию придержал. — Под ноги смотри, балбесина… — Я не балбесина, — возмутился Ричард. — Не пизди! — Ну чо ты как маленький? Сам вечно ворчишь про невнимательность на дороге, а щас даже не смотришь, куда идёшь… — По жопе бы тебя отхлестать за такое вождение, — проворчал и сильнее на Рида, навалился. Да так внезапно, что чуть в сугроб не опрокинул. — Так бесишь… — Ты меня сейчас бесишь! Давай, нормально иди! — Я иду… — опять столкнуть попытался. — Заебал.       Гэвин резко отпустил Стерна и вперёд пошёл. Просто такими темпами Рич и сам свалится, и напарника свалит. Совершенно несносным становился, уже злил немного. Захотелось ему затрещину влепить, чтобы уже шёл нормально и не выделывался.       И с вождением уже достал. Он теперь всю жизнь планирует Гэвину то баловство припоминать? Рид тогда тоже ему будет припоминать, как он мордой снежинки ловил и чуть не навернулся! Ну вот вынуждает…       Внезапно затылок холодным обдало, лёгкий пух снега по плечам рассыпало. Немного даже за шкирку залетело и мурашками по позвонкам пробежало. — Сука! — взвизгнул Гэвин. Обернулся, а этот дурак пьяный стоял и смеялся, потряхивая краснющими руками. Похрюкивая, смеялся. — Блядь, холодно же! — Да! — Ричи бойко к очередному сугробу наклонился, руками ещё один снаряд себе загребать начал. — Вот ты ж… — Гэвин решил тоже не отставать.       Быстро из ближайшей кучи комок в ладонях собрал, подтопил слегка. Только снег рыхлый был — снежок нормальный не формировался. Да плевать, и так нормально собрал. Кинул в Ричарда. В лицо хотел, а тот увернулся, так что в ухо попал. — Ох, бля! Холодно же! — Стерн тут же головой затряс, пытаясь излишки с себя стряхнуть. — То-то же! Угомонился? — Нет!       Очередной комок в Рида полетел. Удачно рукой прикрылся, так что лишь белые пушинки по носу лизнули. Быстро уже свой снаряд готовил. Заржал, вывалив добрую гору снега на макушку присевшего у сугроба Ричарда. — Ах ты ж бляяяяядь!       Ричи протяжно выдохнул и прямо в смеющееся лицо охапку кинул. Смеялся, уворачиваясь от атак Гэвина. Уже просто снегом друг в друга кидались, не имея времени нормальные шарики сформировать. Стояли друг возле друга и перекидывались. — Всё! Всё, Рич! Всё!       Гэвин первый заднюю дал: с его конца сугроба уже чистого снега не осталось, а Ричард там прилично в руки собрал. — Да, всё! — развернулся и попытался убежать от хохочущего напарника, но неловко заскользил на тонкой корке. На спину повело.       И точно бы на жопу приземлился, если бы Ричи под руки не подхватил. Прижал к себе спиной, удержал на ногах. Прямо на ухо выдохнул: — Сдаёшься?       У Гэвина ухо аж запекло: слишком близко запыхавшийся голос расслышал. Чужое дыхание согрело красную мочку. Ещё руки ричардовы крепко в замке на груди держали. Запах этот… Тот же одеколон, который Гэвин так тонко на коже курортного Ричарда слышал, пока поцелуями покрывал. Аромат свежести, океана, лучшей ночи… — Сдаюсь, — хрипло выдохнул, слегка поворачивая голову.       Щекой щеки Ричи коснулся. Холодная, но которая будто тоже изнутри жаром пульсировала. Таким жаром, который гулко в груди отбивал. Как вулкан, нарывающий, чтобы извергнуть из себя горячую магму, готовый растопить и уничтожить на своём пути все преграды, так аккуратно выстроенные Ридом в этих недоотношениях…       Ричард почти незаметно головой висок боднул. Сжал слегка руки и отпустил. Как только исчез крепкий захват поперёк груди, то хоть вздохнуть можно было свободно. Что Гэвин и сделал. Прощально втянул запах новогодней ночи и, даже не оглянувшись, вперёд пошагал. — Пошли, — собственный голос звучал хрипло.       Ричард рядом поровнялся. Руки в замок перед собой сцепил и периодически то дышал на них, то тёр друг об друга, пытаясь согреть. Как собственные замёрзли, Гэвин даже не чувствовал. Он вообще ничего не чувствовал, кроме пылающих щёк и стучащего под курткой сердца.       Совсем не понял, как дурацкая игра во что-то совсем непонятное вылилась. Идиотские тело, дебильный недотрах. Ричард же наверняка просто так приобнял, чтобы напарник не упал, а Гэвин вот так всё себе в голове надумал. Мол, как здорово прижиматься к Ричу, голос его так близко слышать, дышать им… Зря он так со Стерном, не стоило… — В кино в снежки не так играют, — разочарованное бормотание напарника из собственных мыслей выдернуло. — Там круглые комки получаются. — Так снег более липкий нужен. Этот, видишь, какой рыхлый, свежий ещё. Подтает и можно будет лепить. — И снеговиков? — Ох, бля. Рич, серьёзно? — наконец-то отпустило и Рид улыбнулся. Славно, что Стерн не заметил дебильной реакции напарника. — Тебе десять что ли? — Я не лепил просто. Не то чтобы хотел, но… — Ты, небось, и замки из песка мастерить любишь? — с ухмылкой на напарника оглянулся. А у того и щёки покраснели, и нос. Капли подтаявшего снега на развязавшемся шарфе висели. — А даже если, то что? — с вызовом таким в ответ посмотрел. — Типа есть какой-то закон, запрещающий взрослым вот так развлекаться, детектив Рид? — Инфантилизм тебе о чём-то говорит, детектив Стерн? Шарф поправь. — Ты сейчас в меня снегом кидал, Гэвин! Это как твоему возрасту соответствует?! — Нормально соответствует! Бой снежками — это довольно взрослое занятие. А вот замки из песка… — Ой, отъебись, — Ричард фыркнул и остановился.       А шарф свой ебучий так и не поправил. Кожа на горле аж мурашками покрылась. Даже на трогательном кадыке. — Да шарф, Рич, — проворчал Гэвин.       И скорее на автомате, чем осознанно к мокрой ткани на шее напарника потянулся. Плотнее затянул, аккуратно завязывая спереди. Ричард застыл, терпеливо дождался, пока Гэвин его укутает. Только вот в лицо внимательно вглядывался. Словно искал там что-то. То ли знак какой, то ли эмоцию.       А Гэвин, удостоверившись, что напарник теперь точно не простынет, довольно улыбнулся: — Вот, другое дело. Аккуратней будь. Пошли… — Мы пришли, — Ричард головой кивнул вправо. Ровно у его подъезда остановились. — О.       Только сейчас Гэвин осознал, что зря Стерна кутал тут, что это даже не совсем прилично было для напарников. А ещё осознал, что близко стоит. И всё ещё рукой мокрую тряпку сжимает. А ещё, что Ричи на него смотрит. С вопросом. Будто бы даже губы приоткрыл с этим самым вопросом. И будто бы можно слегка вперёд поддаться, чтобы на вопрос этот ответить. — В самый раз, — Ричард тихо произнёс. Настолько тихо, что можно было не расслышать. Можно было принять за шелест шин на дороге, или за дуновение ветра, качнувшего ветки ближайшего дерева. А можно было принять за ответ и стимул к действию. Но только если услышишь.       Гэвин услышал. Сглотнул громко. Громче ответа на тот самый вопрос, что Ричард в его глазах увидел. Скорее всего увидел, потому что уж больно настойчиво вглядывался. Ждал.       Вибрация телефона сломала то напряжение. Гэвин резко назад отступил, достал смартфон, а там на карте точка мигала с пометкой «вы прибыли в место назначения». — Дошли, ага. — Я тогда?.. — Ричард неловко на дом оглянулся. — Да точно! А я — такси… — Если хочешь, то внутри… — Да не, я тут… — Тогда?.. — Да, пока! — Пока!       Более неловкого прощания во всей истории прощаний, наверно, было не найти. Рид изо всех сил старался не смотреть на напарника, неловко тыкая в приложении такси на собственный адрес. — Если долго?.. — Ричард у двери оглянулся. — Две минуты! Он тут почти, — осмелев, Гэвин даже посмотрел в ответ. Улыбнулся с благодарностью.       А Стерн волосы на макушке пригладил и тоже бодро улыбнулся: — Было весело, Гэвин! Я рад, что сходили! — Я тоже рад, Рич! — когда дистанция разделяла, то разговор уже более гладким выходил. Проще становилось. — Спасибо, что пригласил! — Спасибо, что пришёл, — Ричард рукой махнул. Дверь за ним закрылась.       Гэвин неловко шею потирал, наблюдая, как из-за поворота едет нужный автомобиль. — Я бы хотел, — признался сам себе. — Но бляяядь…