Воздаяние

Хуа Чэн привык жить сам по себе. И долгое время его это более, чем устраивало. Не то, чтобы у него был выбор. С того дня, как его младенцем оставили в свертке под дверями церкви, жизнь редко была щедра на выбор. Оставалось лишь смириться с этим. Он слабо представлял себе, какого это иметь дом, именно дом. Не просто место, где ты ешь и спишь, а где есть домашние… Люди, которые тебе рады, которые тебя ждут. Маленькому Хун-эру хотелось обрести такой дом. Он представлял, как будет выглядеть его семья, как о нем будут заботиться и как он будет делать все возможное, только бы его любили. Но ему так и не было давно узнать, как бы это было на самом деле. Юный Ли Хун уже давно оставил детские мечты и свыкся жить в гордом одиночестве. У него был падре, что выслушает и даст нудное наставление, у него был Инь Юй, который поддержит его, а если нужно будет осадит пылкий темперамент, и Хэ Сюань…которому в целом все равно, но было и в нем некоторое очарование. Взрослый Хуа Чэн… Уже не задумывался об этом. Места, где он жил, даже ночлегом нельзя было назвать, ведь спал он лишь изредка, в основном, когда падал в обморок от истощения. А ел всегда в кафе, лишь бы не сидеть в унылых стенах. Когда он увидел побитого жизнью черного пса… ощутил с ним некоторую схожесть. А когда узнал, что собаку хотят усыпить…захотел оказаться на его месте… Но он был жив, и не мог умереть по крайней мере, пока не закончит дело. Поэтому и не позволил усыпить пса, забрал его к себе. Обычно питомцы сглаживают чувство одиночества, но…в случае с ними… они скорее по очереди вытаскивали друг друга из могилы. Сперва Хуа Чэн вытащил его, потом Эмин не позволял ему думать о самоубийстве, иначе, кто за ним присмотрит. Они представляли собой довольно странный симбиоз. Но последний месяц…заставил его пересмотреть свою позицию. Он был гостем. Тем, кому однажды придется уйти, но он начал привыкать к жизни с кем-то. Он знал, что когда придется Се Лянь будет задумчиво переставлять фигуры на доске и что-то бормотать себе под нос. Знал, что Жоэ нужно кормить раз в неделю. Знал, что Се Лянь не любит кофе и покупает его специально для детектива. И знал, что ему нравиться запах шампуня наемника, из-за разницы роста, макушка Дянься часто оказывалась рядом с его носом. Хуа Чэн гнал от себя эти мысли. Их отношения были странными, это точно, но все продолжается до тех пор, пока они не достигнут общей цели. Потом их ничего не будет объединять. Если, конечно, вообще переживут все это. Он научился не слишком надеяться на будущее. Но…детектив часто представлял себе, как всаживает нож в горло ублюдка, мысли о спокойном будущем были более приятными. Наверное, он вернулся бы к своей жизни одинокого волка и занялся частной практикой. Ему нравилась работа детектива. Интересно, чем же займется Се Лянь… Уедет из страны? Сменит имя, а может и внешность? Было бы обидно переделывать такую красоту…стоп. Это откуда взялось? Хуа Чэн мотнул головой, отбрасывая мысли. Но мозг штука коварная… Чем яростнее сопротивляешься, тем…хуже последствия. Поэтому перед глазами стали мелькать картинки его кошмарного сна, и как они… Детектив потопал в душ. Холодная вода должна помочь. Мозг пощадил его, а вот желудок нет. Поэтому пришлось сдаться и ползти на поиски еды. Се Лянь как раз что-то накладывал в тарелку. — А можно мне? Умираю с голоду. — простонал Хуа Чэн. Наемник с сомнением посмотрел на сковородку, затем на детектива. — Ну… Можешь попробовать… — он почесал затылок. Детектив подошел к плите и увидел на сковороде зеленое нечто. Кажется это было мясо с рисом и… — А что это зеленое? — прищурился мужчина. — Соус песто с брокколи и красным луком…- сдавленно произнес Се Лянь, будто в чем-то провинился. Хуа Чэн пожал плечами и взял тарелку. Дянься принялся наблюдать за ним, будто готовый в любой момент вызвать скорую или делать искусственное дыхание. Детектив нервно усмехнулся и попробовал мясо. Се Лянь напрягся еще больше. — Хорошо себя чувствуешь? — спросил наемник, не отрывая внимательного взгляда. — Да… Сочетание, конечно, необычное, но на вкус неплохо. — сказал Хуа Чэн, осторожно пережевывая пищу, но пока все было нормально. Он увидел такой искренний восторг в глазах напротив, что сердце защемило. — П…правда? Правда хорошо? — глаза Се Ляня засияли еще больше. Детектив кивнул и укусил еще уже спокойнее. Тот еще больше оживился. — О… Ты знаешь, у него даже название есть! «Жаркое в весеннем цветении»! Хуа Чэн не сдержал смешка. Опасный наемник, имя которого иногда даже бояться произносить…дает названия своим кулинарным «шедеврам». Но поесть спокойно им так и не дали. В гостиную зашло двое мужчин. Конечно же, они ругались. — Боже, тебе ничего доверить нельзя! — прошипел Му Цин. — Я тебе сейчас врежу, честно. — процедил Фэн Синь. — Ты… Эй, чего застыл? — он врезался в спину второго. — Ты готовил? — спросил Му Цин, глядя на содержимое тарелок. — Ты готовил?! — Твою же мать! Зачем так над людьми издеваться?! — Фэн Синь тут же бросился к Хуа Чэну и взял за подбородок. — Выплюнь! А ты чего стал?! Бей по спине! Не успел детектив и слова вставить, как ему со всей силы врезали по хребту. — Перестаньте! Не надо его бить! Он может есть мою еду! — закричал Дянься. Двое посмотрели на него с явным сомнением. — Он что, робот? — спросил Му Цин, — Нужно вызвать рвоту. Фэ… Хуа Чэн, наконец, смог убрать чужую руку от подбородка. Почему у всех такая реакция, будто в тарелке не еда, а оружие массового поражения? — Со мной все в порядке! — крикнул детектив. Он пытался доесть порцию, но это усложнялось… — Может, хватит мне в рот заглядывать? — раздраженно спросил Хуа Чэн. Фэн Синь покачал головой. — А вдруг мы не успеем помочь? Да и когда еще такое чудо увидишь… Се Лянь потер переносицу. — Вообще-то…я тоже все прекрасно ем. — он демонстративно съел еще мяса. Му Цин лишь отмахнулся. — Змея не может отравиться собственным ядом. — Значит мы с гэгэ две змеи. — улыбнулся Хуа Чэн. Вновь скрипнула входная дверь. — Извините, мы опоздали! — крикнул Ши Цинсюань. — Еле вытащил его, Хэ-сюн! Ох, Се Лянь, может… у тебя есть, что перекусить? А то он ворчать будет все время… — простонал парень. Наемник кивнул в сторону сковородки. — Не советую. — прокашлялся Му Цин. Ши Цинсюань пожал плечами и посмотрел на «Жаркое в весеннем цветении». Он засомневался в съедобности блюда, но Хуа Чэн ел с явным аппетитом, может подача такая? Се Лянь подумал, что стал готовить лучше и больше никого не отравит. Он думал так вплоть до момента, пока Хэ Сюань не упал лицом в тарелку, а Цинсюань не начал плакать и ползать по полу. Му Цин закатил глаза. — А я говорил.

***

После того, как жертв кулинарии откачали, все, наконец, уселись за стол. Цинсюань и Хэ Сюань до сих пор были бледными, как полотно. — Если все готовы, можем начинать. — сказал Му Цин. — Прием будет состоять из четырех частей. Первая — фуршет. Гости будут собираться, здороваться друг с другом и сплетничать. Ни Бай Усяня, ни Юйши Хуан там не будет, они придут, когда все уже соберутся. Хэ Сюань нахмурился и спросил: — А разве хозяин не должен встречать гостей? — Этот вечер для «своих», они и так знают, к кому идут. А Вла… Бай любит выделить свое превосходство. — ответил Се Лянь, поглаживая Эмина по макушке. — Все друг друга знают, но… — он посмотрел на детектива. — Новое лицо привлечет внимание. Много внимания. — А если учесть, что вы двое якобы встречаетесь… — протянул Му Цин. — То придется вам непросто. Но… есть еще кое-кто, кто привлечет к себе внимание. — все взгляды устремились на Цинсюаня. — Только вернулся в страну, и уже так успешно помог Дянься с Ци Жуном и «Юнъанем». Ши Цинсюань смутился. Для него это не был повод для гордости. Но не пойти на прием, устроенный лично Бай Усянем, он тоже не мог. — Брат захочет опоздать. — сказал он. — Немного, но скорее всего мы придем не задолго до выхода Бая. — Это хорошо, потому что мы с гэгэ успеем подкормить этих коршунов поводами для новых сплетен. — натянуто улыбнулся Хуа Чэн. — А ваше появление сместит спектр внимания. Му Цин продолжил: — Вторая часть вечера — самая важная. Появится Бай и Юйши Хуан. Возможно, Линвэнь тоже будет. — Линвэнь? Я…кажется, знаком с ней… Она важная шишка? — переспросил Цинсюань. — Глава клана «Сюйли». — ответил Хуа Чэн, а парень побледнел еще больше и умолк. — Итак…как я уже сказал, — Му Цин прокашлялся, — вторая часть самая важная, потому что будут танцы. Юйши Хуан и Владыка обычно идут первой парой, но партнеры меняются…это дает Се Ляню шанс без подозрений дать намек на встречу без Владыки… — А если она все расскажет Баю? Как-то это ненадежно… — хмыкнул Фэн Синь. Хуа Чэн откинулся на спинку стула. — Он ведь не будет говорить с ней прямо, лишь намекнет. А если случится, что она расскажет Баю… Намек иногда можно неверно истолковать. Я не знаком с Юйши Хуан, но…думаю, она не настолько глупа, чтобы сразу бежать к Баю и сдавать нас. — Все верно. — кивнул Се Лянь. — Она находится в незавидном положении, но не так беспомощна, как может показаться. — За это переживать не стоит… А вот за тебя… — Дянься задумчиво посмотрел на детектива. — Он захочет поговорить с тобой. Хуа Чэн вскинул брови. — Поговорить? — они ведь и так уже «мило» побеседовали… — Да. Нужно тебя подготовить. Он будет тебя провоцировать. –сказал Се Лянь, хмуря брови, затем отмахнулся. — Это потом, что дальше? Му Цин достал из сумки лист бумаги и маркер. Начертил длинный стол Т-образной формы. — Третья часть — банкет. Во главе стола будет сидеть Владыка, по правую руку — Юйши Хуан, по левую руку — Линвэнь, если будет там. — он обвел несколько мест на схеме. — Дальше идет стол для гостей. С правой стороны будете вы двое. — показал он на детектива и наемника. Напротив… — Я и мой брат. — вздохнул Ши Цинсюань. — Да. Мы и Циин чуть поодаль… — наемник обвел еще пару мест. Они еще долго обсуждали план и как отвечать на неудобные вопросы гостей. Когда все ушли, Хуа Чэн почувствовал себя выжатым.

***

День приема все приближался. И с каждым днем все более заметным становилось состояние Се Ляня. Наемник сильнее нервничал и без конца передвигал фигуры на доске. Хуа Чэн держался. Он знал, что начнет волноваться, когда встретиться лицом к лицу с Бай Усянем. И старался лишний раз об этом не думать. Наступил вечер накануне приема. Они снова собрались, чтобы все обсудить, хотя уже все давно зазубрили. Хуа Чэн выгулял Эмина. И собирался завалиться спать, хотя бы на пару часов, если повезет. Но стоило ему зайти, как он застыл на пороге. — Что ты делаешь? — спросил он, глядя, как Се Лянь кладет одеяло и подушку на диван. — Готовлюсь ко сну. — ответил он с плохо скрываемой нервозностью. — Нужно выспаться перед завтрашним днем. Детектив, наконец, пришел в себя и снял с Эмина поводок. Он хотел было спросить, почему Дянься вдруг решил спать в гостиной, как вспомнил, на что была похожа его спальня, «украшенная» фотографиями и дырами от пуль. Он даже представить не мог, как Се Лянь спал там до этого. — Ложись у меня, я посплю на диване. — сказал он. — Тебе нужно хорошо отдохнуть. Дянься нахмурился. — Тебе тоже нужно… Я… Ай! — крикнул он, когда детектив подхватил его на руки и понес в спальню. — Поставь меня!Пожалуйста… Хуа Чэн сделал вид, что не слышит и не видит попыток выбраться из его хватки. Он внес Се Ляня в комнату и положил на кровать. — Это тебе за квест с перестрелкой. Все, спи. — он накрыл наемника одеялом и собирался слезть с кровати, как вдруг его схватили за руку и с силой потянули обратно. Дянься уложил детектива на лопатки и устроился сверху, прижимая Хуа Чэна к кровати. — Останься со мной, пожалуйста… — сказал он тихим голосом, который слишком контрастировал с действиями. — Пожалуйста… — Се Лянь обхватил его туловище руками и прижался головой к груди, а губы Хуа Чэна почти что целовали его макушку. Детектив нахмурился. Неужели он так переживает? — Все получится. Мы готовы. — он не умел подбадривать, но пытался… — Я обещаю тебе… У нас все получится… Се Лянь ничего не ответил лишь сильнее сжал руки. Хуа Чэн положил руку ему на спину, поглаживая. В детстве он мечтал, чтобы кто-то сделал так и для него. — Прогони меня… — прошептал наемник, утыкаясь в чужую грудь. — Зачем? — детектив нахмурился. — Потому что сам я уйти я не смогу. — сказал Се Лянь, — тебе, наверное…тяжело держать меня… Но я сам…не могу. — сбивчиво произнес он, будто его заставляли говорить. — Тогда оставайся. Я ведь все еще обижаюсь на тебя за квест с перестрелкой. Они оба улыбнулись. Се Лянь посмотрел на детектива и произнес, будто читая молитву: — Тогда обижайся подольше.