Воздаяние

      Хуа Чэн привык к бессонным ночам и вечной головной боли, но последнее время он спал больше, чем за последние лет пять, из-за чего забытое ощущение сейчас казалось в разы противнее. Он не мог избавится от навязчивых мыслей.       Сань Лан… Ты возглавишь нашу миссию?       Се Лянь для всех считается мертвым, Му Цин и Фэн Синь не имеют убедительного мотива, который бы привлек других на борьбу с «Небесами». Цяньцю еще совсем юн и не опытен в бою и переговорах, а Цинсюань неизвестно где. Остается только он. Лишившийся глаза…когда-то по вине «Небес» лишившийся друга, а теперь и возлюбленного, складывается некий драматичный образ. Хоть книгу пиши.       Хуа Чэн был готов делать все, что от него требовалось. Но раньше…на нем не лежала такая большая ответственность. Се Лянь обладал нужными связями и имел готовый план действий. Му Цин и Фэн Синь доверились ему и выполняли все поручения, а Цинсюань был на подхвате. Все работало как слаженный механизм, куда детектив без труда пристроился. А теперь от него зависит вся работа этого механизма.       — Не спится? — тихо спросил Се Лянь.       Спальня была лишь одна, и несмотря на то, что они вроде стали настоящей парой… Се Лянь порывался спать на диване, чтобы не нарушать покой детектива. Хуа Чэн же настаивал, что рядом с наемником боль не такая сильная. Что же еще оставалось делать?       Детектив повернулся на другой бок, встречаясь с лицом Се Ляня. Тот не выглядел сонным, значит, мужчина его не разбудил. Просто оба они не могли уснуть.       — Не спится. — кивнул Хуа Чэн.       Наемник придвинулся ближе и ткнул детектива в лоб пальцем.       — Слишком много думаешь… — сказал он и приложился губами к месту, куда только что ткнул пальцем. — Нужно сбежать от своих мыслей.       Детектив усмехнулся. Когда-то ему это уже говорили.       — Сбежать в безопасное место?       — Я ведь показал тебе свое… Ты им не пользовался? — спросил наемник, приглаживая черные локоны на макушке детектива.       — Один раз… Но…тот сон стал…дурным. — сейчас некоторые моменты уже не казались такими противными, но вот неприятное ощущение до сих пор осталось.       Се Лянь протянул ему руку.       — Давай я побуду там с тобой и отпугну дурной сон, идет?       Все же в их первую встречу Се Лянь не был в образе Дянься полностью, и искренне хотел помочь детективу уснуть, а еще бросить курить…       Хуа Чэн вложил свою руку в его и прикрыл глаза, вспоминая берег моря и домик позади.       И в этом раз море было спокойным, ветер не сбивал с ног. А чувство тепла и уюта приятно разливалось в груди.       Хуа Чэн посильнее обхватил руку наемника, и стало еще теплее.       — Это место… Ты жил здесь с родителями? — спросил детектив.       Он не мог видеть лица Се Ляня, но представил, как тот хмурит брови.       — Это был летний домик… Я проводил у берега весь день…строил песочные замки…а потом долго плакал, если море их разрушало.       Можно построить большой и красивый замок из песка. Но нет никакой гарантии, что море вдруг его не смоет…       После признания они не говорили о своих отношениях и планах на будущее. Потому что все это было песочным замком, который в любой момент беспощадно может смыть море.       — Тебе стало спокойнее? — тихо спросил наемник.       — Да… Спасибо… — детектив слабо улыбнулся. — Кажется, я понял, какое у меня безопасное место.       — Правда? — в голосе Се Ляня слышалась улыбка.       — Правда. — детектив еще крепче обхватил руку наемника.

***

      Му Цин постучал пальцами по стакану.       — Если мы хотим выступить открыто против Бая…нужно что-то весомое… — наемник был мягко говоря не в восторге от всего этого, работать подпольно было куда менее рискованно.       Хуа Чэн задумался. «Юйши», можно сказать, уже с ними, если…       — А если мы выведем из игры «Сюйли»?       Клан «Сюйли» был бюрократической мафией. Им принадлежало несколько крупных журналов и издательств, а также один из каналов на телевидении. С помощью этого «Небеса» могли транслировать нужную им повестку, а также повышать репутацию купленных чиновников, продвигая их на высокие посты.Иными словами, «Сюйли» — это рупор Бай Усяня. Слово нередко может ранить хуже любой пули.       Се Лянь покачал головой.       — Видишь ли… Нынешний глава «Сюйли» — Линвэнь… Она не в таком же положении, как Юйши Хуан… Когда-то «Сюйли» предпочитали быть независимым кланом, которым можно было заплатить за распространение нужной информации или наоборот сокрытии темных дел… Но их бывший лидер… был слишком беспечным…его помощница натерпелась немало унижений от него и обратилась за помощью к Баю… Тот согласился признать ее в качестве главы клана, а «Сюйли» лишились независимости. Значит, с ней будет сложно…       — Есть другие идеи? — спросил детектив.       Фэн Синь вдруг устало вздохнул.       — Ладно… Думайте, а мне еще Ци Жуна проверить нужно…       Остальные посмотрели на него широко раскрытыми глазами.       — Что? — спросил Фэн Синь, хмурясь.       Се Лянь широко улыбнулся и подскочил с места, чуть ли не бросившись на друга.       — А-Синь, ты гений!

***

      Ци Жун сплюнул кровь на пол и завизжал:       — А вот нихуя я тебе не скажу! Держите меня здесь, как блять… А!       Хуа Чэн заехал тому ногой в живот.       Лазурный Фонарь был нужен живым, но как же хотелось ему врезать!       — Ах ты! Шавка одноглазая с… А! — пленник отлетел назад, больно ударившись спиной об пол.       Детектив не успел даже заметить, как наемник быстро ударил брата в челюсть. Он уже видел Се Ляня, избивающего Ци Жуна, но сейчас он был зол еще больше, чем тогда!       Неужели все из-за того, что тот назвал Хуа Чэна «одноглазой шавкой»?       Ци Жун выплюнул кровь и отполз назад.       — Братец показался свое настоящее лицо! Ахахахах. — Он разразился истеричным хохотом. — Наш сдержанный и великолепный принц… Аахахах….       Теперь ударил детектив.       — Ближе к делу. — процедил он, уже порядком уставший от болтовни с этим сумасшедшим.       — Ты еще глухой? — заверещал Ци Жун. — Сказал же… что них…       Хуа Чэн готовился ударить снова, но на спину легла рука.       — Не нужно, Сань Лан… Это на него не действует. — наемник достал из сумки контейнер и открыл крышку. — Это должно разговорить его…       Лазурный фонарь тут же перестал хохотать и со страхом уставился на контейнер в руках Се Ляня.       — Это…это не…блять… — в его голосе был неподдельный страх. — Не смей! Не подходи ко мне, больной ублюдок… Наемник мило улыбнулся.       — Я как раз опробовал новый рецепт… Назвал его «Феникс, воспаряющий в небо».       — Чудесное название. — поддержал детектив. — Жаль, мне не дали попробовать…       Ци Жун взглянул на него как на отъявленного мазохиста-самоубийцу.       Се Лянь присел рядом с пленником на корточки и протянул ложку ко рту. Фонарь плотно сжал губы.       — Так не пойдет… Сань Лан, можешь открыть ему рот?       Ци Жун тяжело задышал и крикнул:       — Хорошо-хорошо! Я все скажу…. Только убери от меня эту штуку, гребанный садист! — он бы отполз еще дальше, но сзади была только стена.       Се Лянь бросил ему карту города и маркер. Лазурный Фонарь принялся обводить места.       — Некоторые схроны могли перенести, но в двух из дохуя взрывчатки и пушек… Так просто не перенести…       Наемник довольно посмотрел на карту и отдал ее детективу.       — Хорошо… А теперь… — он вновь взял в руки контейнер. — Ты, наверное, голодный…       — Нет! — закричал Лазурный Фонарь.

***

      Хуа Чэн, хоть и с трудом, но постепенно реабилитировался. Дома ему опорой был Се Лянь, который помогал передвигаться или делать базовые вещи, а на улице помогал Эмин. Конечно, не собака-поводырь, но тоже неплохо.       Он выходил из магазина, когда на телефон пришло уведомление. «Нужна помощь. ХС»