Праздник Кровавой луны

      Этот мир быстро заполонили вампиры, и так стремительно шла их эволюция, что для людей осталась лишь небольшая деревушка.       Обращаясь к карте, большую территорию на планете занимали вампиры Чистой белой и Кровавой луны. Эти два рода были самыми большими и теми, кто пораждал аристоркратию, наследников других государств и представителей собственного.       Правда между ними всегда была вражда. Один считал что он лучший род и их традиции и нормы должны владеть всем миром. Так и начинались войны между ними. Каждый раз обе территории отхапывали друг у друга по куску и к концу всех противоречий и наконец на момент заключения перемирия и договора о ненападении обе территории слились в форму инь-янь.       Современная территория Чистых принадлежала роду Кимов. Эти вампиры отличались особым отношением к людям. Им нужна была человеческая кровь, безусловно, но потребляли они её как алкоголь, то есть только по праздникам.       В основном были специально назначенные периоды охоты, где ценна была не только кровь, но и мясо животного. Мясо добытых продавалось как у людского населения, так и среди вампиров на мировой и местной торговле. Дичь Чистых ценилась высоким качеством, даже если её добывал не кто-то из правящего рода, а обычные аристократы или остальные вампиры, но, как правило, королевская дичь была самой дорогой.       Говоря о Хванах, чьи владения были одарены кровавой луной, то у них было всё просто. Самые нуждающиеся в человеческой крови, продвигатели азартных игр, нормализаторы плотских утех и развратных мероприятий. Это всё про них. Всё, где читалось слово «удовольствие», то и относилось к ним. Казалось, что правящее поколение не знает ничего о власти, если так живёт, но их государство бы уже развалилось будь оно так, не так ли?

***

      Период охоты назначался королём. Обычно это была пара недель в месяце, на которые предсказатели обещали, что погода не будет сурова. Это было важно для заснеженного северного края с сезонными метелями и снегопадами круглый год.       На охоту, как упоминалось ранее, выходили не только аристократы. Это могли быть все желающие, зарегистрированные в королевской грамоте, потому что охотничьи участки отмечалось на карте по именам.       Так как у короля был старший сын, то ему не было нужды выезжать на данные мероприятия. Ким Сынмин и не был против.       Стрельба из ружья было одной из страстей Мина. Он любил заботиться об оружиях, но больше всего стрелять. Его меткости мог позавидовать самый меткий из вампиров. Всё-таки его глаз был намётан почти с самого его рождения.       Ели, вечно заснеженные, склонялись под тяжестью снега. В дневное время дул холодный ветер, разносящий острые снежинки, которые царапали щёки только от одного дуновения. Сынмин чистит оружие, проверяет его целостность и наконец вставляет патроны, беря на мушку одного приметившегося ему оленя, скрывающегося меж деревьев. Ким делает уверенный выстрел и попадает точно в цель. Олень падает на хрустящий и мокрый снег. Один есть.       Слуги Мина быстро грузят тушку, чтобы не терять все её полезные свойства и охота продолжается.       Ким уходит дальше в лес, беря одного из своих людей. Он неспеша осматривается и пробирается тихо по снегу. Впереди перед глазами все сливается в белую массу, но когда Сынмин наконец улавливает звуки впереди, то его взгляд фокусируется на объекте добычи. Но ей оказывается вовсе не животное, а незнакомец, скрытый под капюшоном бардовой накидки.       Парень поворачивается, слыша как снимается предохранитель ружья. Он сдергивает со своей головы капюшон, поднимая руки. Сынмин видит перед собой вампира необъяснимой красоты. Его обворожительные алые пухлые губы, будто омуты тёмные глаза и волосы цвета черной смолы. Внизу живота что-то внезапно колит от его вида. Сынмин опускает ружьё. — Вы не наслышаны об охоте на этой территории? — с недовольством выпаливает Ким.       Парень качает головой, и Мин видит как он дрожит от холода. Удивительно для вампира с такой местности. — Кем будешь? — Я сын охотника Якова… Папа сейчас на территории С, а я думал что здесь охоты не будет и подумал, что будет неплохо немного прогуляться… — И не утрудился одеться, раз восприимчив к холоду.       Сынмин подходит ближе, стягивая с себя белоснежную накидку и протягивая её незнакомцу. — Накиньте, а то совсем околеете.       Вампир принимает одежду и слегка кланяется Киму. — Спасибо вам большое, принц.       Услышав это обращение, Мин сжимает челюсть и удерживается, чтобы не закатить глаза. Ему не очень нравилось, что его так называли.       Парень лишь ухмыльнулся, уходя дальше вглубь. Сынмин направился в другом направлении.       Улов был неплохим: пару оленей, несколько зайцев и несколько птиц. С ним Сынмин вернулся домой, в свои покои замка Пулито. Они находились в западной башне, выходящую на обширный лес, вдалеке переходящий в лес, принадлежащий Кровавым. Это можно было понять по деревьям, резко переходящих от заснеженных к тёмным, поражённых кровавой луной.       Ким смотрел в даль с неким презрением. Он был наслышан о Кровавых вампирах и их родах деятельности, которые он конечно не одобрял, но больше всего раздражало, что отец относился к ним нейтрально. Будь бы Сынмин на его месте, он бы давно их завоевал и подчинил.       Ким садится за стол у окна, смотря в привычный глубокий заснеженный лес. Служанка стучится в деревянную дверь его покоев через некоторое время, толкая её внутрь и всовывая свою голову в щель. Мин поворачивается на звук. — Господин, Ваш отец просил Вас, — тоненьким голосом произносит девушка.

***

— Я рад что вы так быстро собрались, дети мои. У меня для вас есть важная новость, которая обрадовала меня, но вас, возможно немного напугает или разозлит, — широкоплечий вампир, который был королём и отцом Сынмина и Ким Лили — сестры Мина. Он смотрел на своих детей серьезно, перемещая свой взгляд с одного ребёнка на другого. Старший Ким специально выдерживает паузу, наблюдая как оба сосредоточены на словах отца. — Господа Кровавые сегодня утром прислали весточку с решением сделать шаг навстречу нам и пригласили нас на Бал Кровавой луны. Я поддержал их идею ответным письмом, и завтра вы должны быть готовы к отъезду во дворец Луссурия вечером.       Глаза Сынмина загораются гневным пламенем. Какой к чёрту бал, ещё и в королевстве Красных?! Но Мин не смел возражать против, ведь слово короля — закон. — Но горячись, Сынмин. Я понимаю, что ты чувствуешь, но нам нужен с ними мир и нам нужны новые поколения, — король читает Мина по глазам и старается успокоить сына.       Но гнев Кима младшего не затихает, хоть он одобрительно кивает в ответ на слова отца.       Король уходит вместе со своей женой в покои, оставляя обоих детей в центральной нефе замка.       Мин видит как дрожит Лили и подходит к ней, обхватывая ладонь белолицей красавицы с рыжими волосами, россыпью лежавшими на её узеньких плечиках. — Лили, всё в порядке, — нежно шепчет он.       Девушка качает головой, набрасываясь на шею Сынмина с крепкими обьятиями. — Сынмин-а! Ты так и не понял?! Меня хотят выдать замуж за принца Хвана, а тебя поженить с принцессой Хван!       Мин стал осторожно поглаживать сестру по голове, и его злость стала моментально исчезать. — Я понял, понял. Если ты не захочешь замуж за принца, то я возьму в жёны принцессу Хван, тогда тебе не придётся переживать.       Лили обиженно дует щёки. — Но я не хочу чтобы ты тоже имел с ними связь.       Сынмин усмехается и отстраняет от себя девушку, снова беря её за руку, ведя на выход. — Да ладно, я думаю принцесса хоть и испорчена, но не сможет перечить моим принципам. Всё-таки я король, — Лили, немного подумав, соглашается с братом, но её взгляд всё ещё имеет обеспокоенные нотки.       Ким спускается вниз по ступенькам дворца, помогая спуститься и Лили, держа её за руку. Всё-таки пышные платья девушек с корсетами и прочей ерундой — нечто.       Они проходят вдоль заснеженной тропинки, ведущей к лесу, который Сынмин видит из окна своих покоев. Оба молчат и любуются округой будто в первый раз. Входя в лес и проходя немного дальше, натыкаются на одно из любимых мест Сынмина — Снежное озеро. Вполне обычное, вот только здесь всегда плавали зимние лебеди. Эти птицы отличались своей устойчивостью к холоду. Они были такой же особенностью как и вода, которая не замерзала.       Сынмин садится на берег вместе с Лили. — Я думала, ты уже забыл об этом месте, — с удивлением в голосе произносит девушка, смотря на прекрасных лебедей, которые плавно передвигаются по озеру, что вода под ними почти не рассекается.       Мин качает головой. — Даже если я чуть не утонул в этом озере в детстве, то это не значит, что я не буду сюда приходить. Эти лебеди придают определённую атмосферу этому месту. Оно как олицетворение спокойствия и умиротворения. Мысли могли с лёгкостью улетучиться, пока я наблюдал за тягучим передвижением птиц по незамерзающей воде.       Между братом и сестрой снова повисает молчание и скоро они возвращаются обратно в замок, расходясь по комнатам. Ким засыпает сразу.

***

      Следующий день начинается с семейного завтрака. Мать как обычно что-то рассказывает, но Мин думает о сегодняшнем вечере, совсем её не слушая. Сынмин знал о тех вампирах только по наслышке, может они всё-таки не так плохи, как Мин себе их представляет? Об этом он как раз узнает вечером.       Завтрак кончается и Ким возвращается в свою комнату. Он садится за стол, видя перед собой прежний лес. Немного полюбовавшись видом, он достаёт нераспечатанное письмо с красным сургучом с печатью в виде розы из ящика стола. Мин улыбается и отрывает сургуч от конверта, доставая само письмо.

«Дорогому Сынмину

Здравствуй, милый, извини за столь долгий ответ. В последнее время я был занят охотой в лесу, ты и сам это прекрасно знаешь. Мне жаль, что мы не встретимся и в этот раз, милый Мин-и. Хочу пожелать нам обоим прекрасного улова!

Давай продолжать наши тайные переписки, которые тянутся уже как пол года. Надеюсь мы скоро встретимся и я покажу тебе свою любовь, которую ты видишь только этих письмах.

С хорошими пожеланиями,

Твой Хёнджин»

      Ким читал письмо с улыбкой. Хёнджин — человек, с которым он тайно переписывался, но был ему абсолютно не знаком. Судя по сургучу и розе, парень был из знатного рода, чьим символом и была роза. Довольно заманчиво, но Киму пока не особо хотелось вникать в подробности, хотя они с этим Хёнджином перешли на флирт в переписках. Первым начал именно его собеседник, а Сынмин просто решил играть той же монетой. Что скрывать, ему это нравится. Нравится, что он чувствует смущение, сердце пропускает кучу ударов, живот крутит и внизу может что-то набухнуть. И всё это только от немалого количества флирта в одном лишь письме Хёнджина. Сынмин даже пытался представить его лицо. Сначала он представлялся ему как парень ниже него, с хрупким телосложением, но после того, как он встретил того очаровательного вампира на охоте, то он представлял лишь его лицо. Даже немного жаль, что незнакомец всего-то сын охотника.       В комнату неожиданно постучали и Мин быстро сунул письмо в ящик стола вместе с конвертом, позволяя служанке войти в свою комнату. Девушка кланяется, входя внутрь. В её руках рубашка, чёрный пиджак и выглаженные брюки. — Ваш костюм, господин. Король сказал быть готовым к девяти.       Сынмин поворачивается к служанке и чуть улыбается, кивая. — Спасибо, Сун.       Она замечает эту улыбку и подходит ближе к принцу, садясь перед ним на корточки. — Господин, я знаю что это за улыбка! Ну же, не томите! Он ведь ответил?! — весело и в предвкушении спрашивала служанка.       Ким кивает в подтверждение её словам, улыбаясь ярче.       Сун хватает его за руки и чуть ли не подпрыгивает от счастья. Сынмина это забавит. — О, господин. И что же он рассказывает? — она лучезарно улыбается, трся парня за руки, чтобы он наконец всё ей рассказал. — Да так, извиняется, что долго не писал. — Хорошо, — служанка кивает и поднимается, — Давайте я вам помогу одеться.       Ким встаёт из-за стола и костюм постепенно оказывается на Мине. Сун, смотря издалека на Сынмина, кивает. — Вам очень идёт, господин.

***

      До королевства Кровавой луны ехать всего час, но он тянулся так муторно и долго, что Сынмина начинало тошнить от леса, мелькающего за окнами. Помимо этого его добивало взволнованное лицо Лили. Это нагоняло ужас и на самого Мина. Что если она и правда понравится принцу…?       Через полчаса заснеженные леса сменяются тёмными деревьями, и Кима окутывает неизвестный ужас. Ещё когда он видел этот лес вдалеке из окна, он казался ужасающим, но он не представлял насколько он таким и был до того, как погрузился в его мрак. В моменте Сынмину стало казаться, что это все ловушка. Сейчас карета перевернётся и всех убьют. Он ехал с этими мыслями и заметным напряжением до самого дворца Луссурия.       Проезжая по мостику над небольшой кровавой речкой, Сынмин смотрит в окно. Замок выполнен в привычном готическом стиле как и дворец Пулито, где и жил род Кимов. Каменная статуя плачущего ангела, тянущего руки к небу, озарялась светом луны. Но больше всего внимание Мина привлекло ажурное окно посреди здания. Да, это была особенность всех готический зданий, но привлекла она тем, что витраж был встроен в виде розы, той самой с печати на сургуче. В его животе что-то кольнуло. Неужели Хёнджин обманывал Кима, притворяясь, что он чистый? Выходит так. Но значит… он принадлежит роду Хванов? Ким покрылся холодным потом. Как же так…?       Карета остановилась около замка, где были еще некоторое количество карет приезжих. Выйдя из транспорта, Сынмин вздохнул. Воздух здесь был совсем не тем, что дома. Он был тяжёлым, наполненный привкусом крови и животного желания. Его даже передёрнуло от ощущения грязного воздуха вокруг себя.       Слуга, который был в расписной маске, удивившая Сынмина, уже ожидал особых гостей. Он проводил Кимов в замок, открывая для них двери трёхдверного портала.       Только войдя внутрь, можно было увидеть множество вампиров Красной луны в откровенных нарядах и ни один из них не выделялся ярким цветом. Сынмин почувствовал себя облегчённо. Хорошо, что костюм у него чёрный.       Остальные слуги были тоже в масках, и они проходились по залу вместе с подносами с бокалами, наполненными кровью. Помещение наполняется светом пока что белой луны сквозь большие окна, поэтому нельзя было чётко разглядеть каждого пристуствующего. Честно говоря, мрак создавал ощущение пустоты, но в зале раздовался шум голосов.       Король Хван, затерявшийся среди других гостей, успел встретить особых приглашённых ещё на пороге, с доброй улыбкой пожимая руку старшему Киму и целуя славную бархатистую ручку его жены. Их детей он приветствует лишь кивком. — Ох, я так рад что вы ответили на моё приглашение. Это очень важный праздник для нас и я надеюсь, что после того, как мы проведём его вместе, наша вражда закончится. Прошу, наслаждайтесь.       Красная, слегка вязковатая жидкость, остаётся на стеклянных стенках бокала, пока Мин наклоняет саму ёмкость в разные стороны. Старшие о чём-то разговаривают, а Мин пытается отвлечься от поганого ощущения.       К разговору приходится всё же присоедениться, потому что к нему присоединяется юная принцесса Хван Юна. Она глубоко кланяется перед Чистым принцем, и он остаётся в замешательстве и смущении, видя её сильно выделяющуюся пышную грудь. Ким даже отводит взгляд. Мину ни капли не нравилось. Наоборот, его только отталкивало это. — О, а вот и наш наследник, — гордо протягивает Красный король, и в груди Сынмина всё замерает. Если король не Хёнджин, то это, наверно, принц…?       Он возвращает взгляд к стоявшим напротив членам рода Хванов, замечая внезапно появившегося высокого элегантного парня в красном костюме, длинными волосами, чёрными как ночь. Но чёрт возьми, эти губы! Пухлые и алые… а глаза такие едкие прямо как… прямо как у того случайно встретившегося сына Якова!       Эти глаза фокусируются только на Сынмине и ни на ком больше, и Мин будто попадает в сильные чары этого вампира извесного с нескольких сторон.       Младший Хван кокетливо прикусывает свою нижнюю губу и улыбается. Его рука обхватывает холодные пальцы руки Сынмина, поднося его тыльную сторону ладони к своим губам. Ким ощущает их мягкость, а чужое дыхание растекается дрожью по всему телу Мина. Кровавый принц поднимает взгляд и по-прежнему улыбается, держа чужую руку в своей большой с длинными изящными пальцами. — Рад приветствовать Чистого принца. Я Кровавый принц, но Вы можете обращаться ко мне просто — Хенджин, — сладкий голос вливается в уши Кима, уже давно впавшего в оцепенение и оставаясь в нём, пока Хван смотрит на него своими обворожительными глазами, а остальные общаются между собой, ничего и не замечая.       Сынмин неожиданно хмурится, вспоминая все моменты, которые по ниточкам привели к одному вампиру, стоящему сейчас перед ним. — Значит Хёнджин из рода Кровавых Хванов, он же сын Якова и тот, с кем я тайно переписываюсь? Мир так тесен, принц, не думал, что узнаю все ваши личности, — Мин всё ещё хмурится и Хвана это немного задорит. — Что вы, мой милый Мин-и, я просто не мог дождаться нашего первого диалога тет-а-тет, а ждать было так невыносимо.       Странно, но Сынмина не выворачивает от обращения, но он всё равно делает вид, что ему противно. Перед ним стоит Кровавый вампир, нужно хотя бы сейчас показать свою гордость, которую Хён так просто сломить не сможет. — Воздержитесь от ласкательных прозвищ в мою сторону. — А в письме вы были откровенней.       Мин осторожно толкает его в грудь. — Замолчите сейчас же, — шепчет Сынмин.       Хван кивает и всё же переключает внимание на Лили, стеснительно смотрящую в пол, когда Хёнджин так же целует её руку.       После этого он сразу возвращается к Сынмину, беря бокал с кровью. Он прислоняет хрупкое стекло к бокалу в руках Мина. Слышится приятный звон и Джини отпивает кровь, облизывая свои соблазнительные губы, на которых остаётся вязкая жидкость.       Сынмин смотрит на них как завороженный. В голове пролетают все чувства от прочитанных и написанных писем. Мин никогда не думал, что переписываясь с парнем, ему будет так приятно от ласковых обращений и мечтаний, что когда-нибудь они увидятся. И они ведь увидились. Хёнджин был и правда очарователен. Его красотой он поразился ещё в том лесу на охоте. Но он ведь Кровавый…       Мин не мог отвести взгляд от его лица, и Хван об этом прекрасно знал. Как можно не полюбить принца, жаждущего не только крови, но и того, с кем общается.       Время пролетело так быстро, что часы пробили полночь, и нефа озарилась светом красной луны. Кровавые воскликнули, поднимая бокалы с кровью вверх. Луна начинает сиять ярче и в этот момент вампиры подносят бокалы к ртам и медленно начинают насыщаться живительным напитком.       Сынмин быстро допивает из бокала и наблюдает за тем, как Хёнджин неспеша всё ещё пьёт кровь. Его адамово яблоко соблазнительно движется и, кажется, что бы только не делал Хван, всё было бы соблазнительно и сексуально. Кажется, всё то описание о кровавых вамирах, которые слышал Ким от своего дедушки, это описание внешнего вида только лишь принца Хенджина, а не всего его народа.       Наконец, губы Джина отрываются от бокала и он снова смотрит на Сынмина. Он улыбается и протягивает руку. — Вот и прошла важная часть праздника. Пойдём, я хочу тебе кое-что показать.       И Мин осторожно касается широкой ладони. Его тащат по коридорам тёмного замка, заводя на второй этаж. Сынмин не переживает, потому что та улыбка была дружелюбной, и рука Хвана кажется такой приятной, хоть по-вампирски холодной, а ещё Мин хоть и знал принца по перепискам, но у него была уверенность, что принц не станет делать что-то вопреки дозволенности. Вот так принц Сынмин наивно доверился Кровавому.       Джин-и сворачивает в одну из комнат. Внутри комната так же озаряется алым сиянием. Она была пустой, лишь что-то стояло у стены, завешанное тканью. Долго гадать не пришлось, что там, ведь Хёнджин сбросил накидку. Хван снова протягивает руку и Ким подходит ближе обхватывая ее. Сынмин смотрит вперёд и пугается. Перед ним стоит он сам и Хван. Чуть погодя до него доходит, что предмет перед ним — зеркало.       Мин подходит вплотную, видя чётко своё лицо, не то что в отражении воды, единственном, где он мог увидеть себя. — Не думал, что есть зеркало, которое отражает вампиров. — Такое происходит только тогда, когда наступает период Кровавой луны, — Хёнджин пожимает плечами, — вообще это зеркало стоит тут больше для забавы. В Красную луну смотрюсь в него только я. Ну, теперь и ты, — Хван осторожно хлопает парня по плечу, замечая, как Ким рассматривает себя в зеркале, — Красивый, даже не переживай.       Сынмин никак не обращает внимания на эти слова и продолжает смотреть. Хван, в этот же момент, подходит к Мину со спины, обнимая его. — Извини, я так давно хотел сделать это, мой милый принц.       Мин смущающе обхватывает его руки, позволяя себя обнимать и дальше. — Ох, мой милый принц… — Хван склоняется к его шее, плавно прикасаясь к ней своими губами. Сынмин вздрагивает от нежного касания и смотрит на отражение действительности в зеркале. — Хёнджин-а, ты ведь помнишь наши письма, да? Какой же ты обманщик, я ведь и правда думал, что ты Чистый. — Если бы я не обманул тебя, то мы бы не вышли на тот диалог, который ведём сейчас. Я бы не добился твоего сердца. Или я тебе не нравлюсь, Мин-и? — Хван касается языком его ушной раковины и Ким тихо простанывает. — Нравишься… — Сынмин упирается спиной в его широкую грудь, но Хван скоро отстраняет его от себя, поворачивая к себе лицом. — Мой милый принц, можешь подтвердить свои слова поцелуем? — Хёнджин смотрит в его глаза в ожидании.       Ким неожиданно быстро придвигается к его губам, целуя так, что Хван и не успевает понять, точно ли его поцеловали. Он немного хмурится, смотря на Мина обиженно. — Ну Мин-и…       Сынмин собирается что-то возразить, хмуря брови, но вдруг в из коридора слышится гул из криков. Оба вампира переглядываются и их сердца замирают в испуге и непонимании. Хёнджин первым спешит на выход, а следом уже Ким.       На полу разлита свежая человеческая кровь, а в ней уже обезжизненные тела нескольких Кровавых вампиров. Но в глаза сразу бросается одичавший вампир, находящийся в центре нефы, когда остальные нормальные вампиры окружали чудовище, окольцовывая его. Весь его рот был заполнен острыми клыками, он стоял на четвереньках и смотрел на окружающих горящими голубыми глазами. — Что за чёрт…? — шепчет Хёнджин. — Это вампир Голубой луны...