Праздник Кровавой луны

— Что за чёрт…? — шепчет Хёнджин. — Это вампир Голубой луны, я читал о нём в книге… такие вампиры это редкость и они очень опасны. Они потеряли свои человеческие задатки и полностью поддались вампирским и сделают всё, чтобы добыть человеческой крови… — прошёптывает в ответ Мин, прячась за спиной высокого парня.       В один момент тварь бросается на Хёнджина и Ким чувствует, как его хватают за руку и уводят. Сынмина быстро тащат к выходу, когда разъярённый вампир снова начинает губить Кровавых. Последнее, что он видит — Кровавый король падает замертво на пол центральной нефы.

***

      Фонари тускло освещают снег, поблёскивающий в ночной темноте. Мину даже нравятся эти устройства, хоть они и расходуют кучу свечей. Жаль только, что такое изобретение появилось после смерти короля Кима.       Это произошло не так давно, но траурные дни ещё тянулись и планировались кончиться уже сегодняшним днём — днём коронации нового короля. Для Мина этот день будет серьёзным, ведь теперь он станет чистым королём, всё государство будет на его плечах и этого не избежать.       Ким отходит от дворца, проходя мимо белокаменных статуй ангелов на воротах, покрывшихся недавно выпавшим снегом. Сынмин пробирается сквозь широкие ветви елей, отодвигая их. Вдалеке уже видится излюбившееся озеро и вечно заключённые здесь лебеди.       Он садится на берег ближе к воде, покрытой совсем тонким льдом. Такое было возможно и именно эта ловушка привела Мина к тому, что государство чуть не лишилось наследника.       Вспоминая это, Ким улыбается, собирая в руку комок снега, сбрасывая его на озёрный лёд. — Отец, ты хотел видеть мою коронацию, я надеюсь, что ты рад, что я стану королём немного раньше, чем ты предполагал. Если бы мы немного позже заметили твою болезнь… Ох… — слезинка скатывается с его щеки, падая на холодный снег.

***

      Замок Пулито наполняется аристократией и знатными горожанами, так же были приглашены некоторые аристократы Кровавых земель, которые в большинстве были просто поставщиками людской крови. Но самым главным гостем здесь был Кровавый король и для Сынмина это не было сюрпризом.       Ким видит как зал постепенно наполняется вампирами двух родов и, наконец, среди всей толпы он замечает знакомую фигуру в красном костюме с тёмными волосами и достаточно отличающуюся ростом. Несомненно, это король Хван. Сердце Кима делает оборот, когда он видит его, а внизу живота начинает приятно тянуть.       Они не виделись несколько лет, а Хёнджин так и был красив, что у Мина захватывает дух и он не замечает, как Джин уже стоит перед ним, легко и искренне улыбаясь. Ким проходит взглядом по бледному лицу, кладя ладони на протянутые Хёнджином ледяные руки.       Хван тихо усмехается, видя любимые щенячьи глаза, смотрящие на него уже не с интересом, а с чём-то глубже. Он сжимает его пальцы и придвигает к своим губам тыльную сторону ладони Кима, производя уже знакомый ритуал. Хёнджин поднимает взгляд своих омутов и Мин замерает видя их. — Что такое, душенька моя? Вы же рады меня видеть? — чуть прищурясь спрашивает Хван и Сынмин смущённо кивает в ответ.       Хёнджин теряется в толпе так же скоро, как и до этого внезапно находится в ней несколько мгновений назад, но времени его искать уже не остаётся.       На Чистое королевство опустилась луна и настал момент читать клятву. Руки Мина слегка подрагивали, но говорил он уверенно. Под возгласы народа на голову Кима опустилась корона со вставками из изящных бриллиантов, что сверкали, соприкасаясь с лунным сиянием.       Народ становится шумным и в этот момент Сынмин покидает дворец, оставаясь без поздравлений. Он спускается по протоптанной тропинке к любимому озеру, замечая на берегу уже знакомую фигуру. Ким садится рядом с Кровавым королём, смотря на привычных лебедей. Между ними хранится молчание и слышатся тихие всплески воды. Хёнджин нарушает тишину вздохом. — Эти лебеди чудо, в такой мороз находятся в воде… Хотя, я однажды бывал на этом озере. Мне пришлось искупаться чтобы спасти кое-какого мальца из воды.       Сынмин удивляется, переводя взгляд с водной глади, покрытой наитончайшим льдом-обманкой по краям, на слегка порозовевшее от холода лицо Хвана. — Могло ли так случиться, что этим мальцом был я? Однажды я здесь чуть не утонул. У этого чудного озера мало посетителей, поэтому я был здесь тут совсем один тогда. — Всё может быть, — усмехнулся Хёнджин.       Ким смотрит на изящный изгиб его скул и пухлые губы. — Твой отец… ведь погиб тогда…? — начинает запрещённую тему Мин. — Да, ты прав. Как оказалось поселение этих тварей находилось близ нашего королевства. Вообще, как ты знаешь, они появляются из-за недостатка человеческой крови или недостатка питания и потребления крови вцелом. Они звереют и идут добывать. Тот вампир не доводил себя, его довели и отправили убить наш род Хванов. Люди правда удивительны, не известно на что они ещё могут пойти, если додумались отлавливать вампиров и мучать их голодом. А твой отец как…? — Оу, там просто болезнь. Мы поздно её обнаружили и не успели… Мы теперь оба короли, это так необычно, Хёнджин… Я даже не знаю, что делать…       Вишнёвые губы Хвана расползаются в улыбке и он поворачивается к Сынмину спиной, укладываясь на снег, а голову кладя на колени Кима. Глаза Мина сразу застревают на его губах, Хван улыбается шире. — Нравятся? Они только твои, Сынмин. С тех пор как мы начали друг другу писать, я никому не позволял касаться их. Мин-и, я предан тебе. Мы стали королями давно враждующих государств. За все века наши территории сложились в знак инь-янь и неспроста. Давай станем первыми королями, что заключат мир и перестанут нападать друг на друга?       Сынмин склоняется к своим коленям, прикасаясь ледяной рукой к замёрзшей щеке Хвана. Недолгий контакт их глаз и Ким плавно касается его губ. Несколько нежных поцелуев и Джин грубо проталкивается языком в его рот. Теперь начинается борьба за первенство в этом соблазняющем поцелуе.       И всё же идя на ровне, Ким отстраняется от манящих губ Кровавого. Хвана сталкивают с коленей и резко тянут за руку, быстрым шагом ведя к дворцу. Снег скрипит под их ногами и они проходят в замок через другой ход, попадая сразу на второй этаж. Сынмин всё ещё ведёт его за собой по узкому коридору, оснащённому незажжёнными свечами, стоящими на золотых подставках, прикреплённых к стенам.       Распахивается дверь в его комнату. Маленькую, но вполне уютную. Ему кроме кровати и стола больше и ничего не надо. Хвана грубо толкают на кровать, а Ким в этот момент пытается отдышаться от быстрого шага, стягивая с себя накидку и приступая к одежде. Корона спадает с его головы на мягкий ковёр под ногами, куда так же слетает всё что было на нём.       Джин улавливает к чему всё идёт и одежда так же постепенно оказывается на полу. Мин нетерпеливо срывает с него оставшуюся ткань и садится сверху на его оголённые бёдра слегка скуля. — Чёрт… Хёнджин… Я так много думал о тебе, так много представлял тебя рядом со мной, так много представлял как ты сливаешься с моим телом воедино, грубо впиввешься своими клыками в мою шею, водишь по укусам своим важным языком и целуешь своими пухлыми губами мою бледную кожу…       Сынмин не ждёт приглашения и сразу начинает насаживаться на крупную головку, давя на грудь Хвана. Он активно двигает бёдрами, в желании быстро получить удовлетворение.       Хвану это нравится. Он видит его лицо, растекающееся в эмоции наслаждения и скоро начинает сам поддаваться движениями вверх, доводя Мина до конца.       Сынмин кончает в первый раз и поднимается с его члена, доставая припрятанную бутылку с человеческой кровью. Он откупоривает пробку, склоняя горлышко над свой грудью, на коротой моментально оказывается ароматная жидкость. Хёнджин нетерпеливо прикасается языком к его соскам, слизывая кровь, что остаётся на его губах алыми следами. Ким тихо постанывает, обхватывая его голову ладонями и прижимая к своей груди. Остатки крови он выпивает сам, отбрасывая бутылку куда-то в сторону.       Его грудь скоро была полностью вылизана, а этот язык так одурманил, что Мин и не понял как оказался прижатым к кровати животом вниз. Хенжин был сверху над ним и неожиданно переманил роль доминанта на себя, проникая обратно во внутрь тёплого Кима.       Кровь будто была вином, заставившая сознание Сынмина помутниться и запомнить эту ночь только частями. Утром Ким вспоминал гурубые толчки Хвана, засосы на спине с укусы, подтверждавшиеся пятнами с кровоподтёками и следами от клыков.       Хван придвигается ближе к краю кровати и обхватывает одной рукой талию Кима. — Как ты, милый принц Мин-и?       Сынмин прикасается к его кисти, обхватывая её между пальцев. — Всё в порядке, мой милый принц Джин-и. — Я так понимаю, ты согласен на мирный договор? — Это ведь очевидно.