Сигареты со вкусом смерти

      «Что-ж, надеюсь, я не умру». – Вторая игра называется «Шестиногий пентатлон», – раздался из динамиков женский, искаженный техникой голос, когда все участники уселись в линии, содержащие команды из пяти человек, включая Джи Юн. Она невольно озиралась по сторонам, выглядывая из толпы знакомые головы. На самом деле, было паршиво, что она не со, наверное, своей компанией, к которым уже хоть немного, да привыкла, даже к этому непонятному 001-ому. Или не с Джу. Грустно вздохнув, та стала слушать дальше. – Во время игры у членов команд будут связаны ноги. Через каждые десять метров, один игрок должен сыграть в одну мини-игру: ттакджи, бисокчиги, конгинори, пхенги и джегичаги. При выигрыше команда переходит к следующей мини-игре, – объяснял правила громкоговоритель, пока участники вертели головой вдоль круга, рассматривая все предметы для игр получше. – Ваша цель: выиграть во всех мини-играх и пересечь финишную черту за пять минут.       Кён оглядела участников своей группы. Наркоман Танос, который качал головой под какую-то музыку в голове, короткостриженная девушка с пирсингом в носу и на губе, смотрящая на всё с явной неприязнью, зажатый и стеснительный парень с номером 125, руки которого, да и само тело, сумасшедше тряслись, и брюнет, наиболее симпатизирующий самой темноволосой. – Выбирайте кто во что будет играть, – следуя указаниям инструкций, буркнул 230-ый с расширенными из-за таблеток зрачками, обращаясь к своим членам команды. – Я в бисокчиги буду, – ни капли не сомневаясь, быстро произнесла брюнетка, не желая, чтобы кто-нибудь занял эту игру вместо неё, ведь намеченный снайперский глаз, уже будто прицел, идеально справлялся с такими задачами. – Ты уверена? – тихо подался Нам Гю, с ноткой сомнения косясь на девушку, и колупая рукава кофты ногтями. «Да что за бред? Почему ты вечно делаешь то же, что и я?» – злилась Джи про себя, ведь сейчас делала то же самое, но быстро убрала руки от ткани. – Уверена, – кротко бросила та в ответ, явно не довольная тем, что ей не доверяют. А особенно темноволосый. – Я в ттакджи неплохо играю, – флегматично отрезала коротковолосая, скучающе подставив руку под щёку. – Мин Су, cute boy, ты во что будешь? – нарочито вежливо спросил Танос, слегка нагинаясь, чтобы парень предстал пред его глазами. – Д-давайте в к-конги, – заикаясь, пролепетал мягкотелый 125-ый, не поднимая глаз от пола. «Как ты вообще тут оказался, мальчик? Эти придурки тебя с потрохами сожрут, если ты что-то не так сделаешь», – с долей жалости смотрела Джи Юн на боящегося, то ли смертельных игр, то ли людей, парнишу. – Я в джегичаги! – резво воскликнул фиолетоволосый, от чего Мин Су вздрогнул, а 123-яя укоризненно посмотрела на того. – Не кричи ты, все и так бы услышали, – сердито проворчала Кён, морщась.       230-ый, казалось бы, даже не обратил внимание на настоятельную просьбу девушки, продолжая кидать какие-то мимолетные распальцовки под бит, играющий в сознании. – Ну, я тогда в пхенги, – на выдохе подытожил Нам Гю, протирая лицо рукой, останавливаясь на глазах, и чуть вдавливая их в глазницы.       Группу, будто куполом, накрыла мрачная тишина, иногда нарушавшаяся бормотаниями Таноса. – Так, почему ты оказалась одна? – слегка наклонившись к 123-ей, решил уточнить брюнет, ведь не мог отделаться от раздражения, что четверо мужчин бросили эту, на вид хрупкую, но бойкую по характеру, девушку. – Я решила, что беременной девочке будет сложнее найти команду, а я бы разобралась как-нибудь, – устало выдохнув, открыла завесу не такой уж и тайны Джи Юн, раскусывая губы до крови, ведь ранки ещё не затянулись. Почувствовав металлический привкус во рту, та немедленно провела языком по мягкой, чувствительной коже, стирая алые капли. – И ты решила, что лучшим решением будет пожертвовать своей жизнью? – возмутился Нам Гю, грозно смотря прямо в глаза темноволосой, которая случайно подняла голову, хотя не сильно горела желанием встречаться с парнем взглядами. – А если бы ты попала в какую-нибудь другую слабую команду? Дура, – грубо бросил 124-ый, приглаживая волосы пальцами, и снова заправляя их за уши. – Сам дурак, тебя что, это так волнует? – раздражаясь с его тона, уколола прямо в самую душу Кён, сама того не ведая.       Темноволосый не ответил, лишь перевёл взгляд в пол, пряча ладони в рукава. Джи Юн такая реакция очень удивила, ведь думала, что он ей съязвит и оставит в покое, как делал это всегда. Но, вопреки ожиданиям, тот продолжал молчать, и не собираясь произносить вслух то, чего откровенно боялся. Потому что это была правда. Он люто злился на 456-ого, променявшего, хоть и не по своей воле, брюнетку на какую-то беременную, о которой парень даже не в курсе, на Кён, что поступила глупо и беспечно, рискуя остаться с пулей во лбу, на себя, что его это вообще, какого-то черта, заботило, заставляя переживать не только из-за своего проигрыша, но и за её тоже. Глупая Джи Юн. Раздражала его так же, как и влекла. Что ему теперь с этим делать? – Я Джи Юн, – решив, что нужно хотя бы представиться, темноволосая протянула руку сидящей рядом 380-ой, которая не вызывала у неё восторга.       Девушка удивлённо окинула тонкую, бледную руку взглядом, и протянула свою в ответ. – Се Ми, а это, – указала на последнего парня в их ряду, что взволнованно повернул голову, смотря прямо в зрачки 123-ей. – Мин Су, – он судорожно кивнул, приветствуя новую знакомую.       Брюнетка вежливо кивнула и повернулась, когда услышала как пошёл обратный отсчет от данных пяти минут. На поле радужного боя вступили первые две команды.

***

      Хён Джу нервно оборачивалась, выискивая знакомые глаза с чёрным блеском, но не находила. Впереди проходили испытания какие-то команды, которые, конечно, волновали шатенку, но не столько, как потерявшаяся подруга. Тревога поселилась в груди, постепенно нарастая. Увидев, что позади сидит 456-ой, с которым темноволосая вроде была в хороших отношениях, Джу подумала, что она с ними. Но, оглядев компанию, единственной девушкой оказалась 222-ая, похожая больше на ребёнка, чем на совершеннолетнего человека. – Где Джи Юн? – кротко спросила 456-ого, остановив свой взор именно на этом мужчине, но голос чуть дрогнул в конце, выдавая волнение, которое девушка хотела отчаянно скрыть.       Ее паника знатно увеличилась, когда мужчины стали неловко переглядываться, а маленькая девушка опустила глаза в пол, сильно сжимая подол кофты. – Не знаю, – виновато бросил господин Сон, фамилию которого девушка вспомнила благодаря первой игре, когда тот подошёл к подругам. – Не знаю? – оторопела 120-ая, едва уловив ответ Ки Хуна, который точно не ожидала услышать. Раздражение вперемешку с беспокойством создало взрывной эффект, и девушка подняла тон голоса, срываясь. «Точно не зря переживала». – В смысле, не знаю? Она всегда с вами была, вы кинули её? – Нет, ни в коем случае, Джи Юн сама ушла, предлагая свое место..222-ой, – поспешно стал отвечать парень с 388-ым номером, пытаясь не разворачивать сцену. Он указал на ту девушку, сидящую рядом с ним. Она виновато подняла глаза на шатенку, смущенно ковыряя ногти.       Хён Джу провела рукой по лицу, мысленно ругая беспечную подругу всеми отборными матами, за то, что заставляет переживать её, за то, что так легко отказывается от хорошей команды, взамен себя ставя другую деву, за то, что не нашла её, когда Джу без проблем бы её приняла, отселяя эту чертову 044-ую, вечно твердящую о Богах и прочей ереси. Хотя, возможно, Чо поступила бы также на её месте. – Извините, – тихо буркнула та и отвернулась, надеясь, что 123-яя нашла нормальное место и справится.       Ребята тоже волновались, хотя не подавали виду, кроме Дэ Хо, которому совсем не хотелось видеть мертвую новую знакомую. – Она справится, вы бы видели, как она спасла эту девушку на первой игре, что ей эти детские побрякушки, – затараторил Чжон Бэ, эмоционально размахивая руками, и стараясь отогнать навязчивые плохие мысли о возможной смерти 123-ей.       Те закивали в ответ, вселяя в сердце надежду, и стали снова наблюдать за командой, первой проходящей игру.

***

– Время истекло.       Звуки автоматной очереди разрезали пространство. А затем послышался звук падающих тел и крики людей, смешавшиеся в одну симфонию.       Кён вздрогнула, хотя наизусть помнила звуки стреляющего MP5-ого. Если они не пройдут, последнее, что она услышит, это выстрелы такого любимого в армии оружия. Девушка глубоко задышала, пытаясь унять накатившую на неё тревогу, но окончательно её добили черные гробы с перевязанной слащаво-розовой лентой. Брюнетка покачнулась, готовая свалиться с ног, но Нам Гю не дал ей этого сделать, мягко придерживая за спину. – Мы пройдём, Джи Юн, обещаю, я не дам тебе умереть, – ровно, решительно отчеканил парень, у которого руки дрожали до боли в суставах, а эти «подарки» вызывали отвращение, подкатывая тошноту к горлу.       Она стояла пару секунд, замерев, а её существование в этом мире выдавали лишь прикрытые глаза с дрожащими длинными ресницами. Затем медленно кивнула, еле двигая губами что-то вроде «Спасибо».

***

      Сидя на полу, Кён с закрытыми глазами вслушивалась в крики какого-то мужчины, о том, что все должны покинуть это место. Но её внимание привлекло совсем не это. А Нам Гю, заговоривший с Таносом. – Эй, можно мне тоже ту..таблеточку? – чуть заикаясь, попросил тот, не выдерживая давящей на психику обстановки. Он был готов потерпеть и преодолеть ломку, преследующую его по пятам сознания, но когда брюнетка, стоящая рядом с ним, чуть не упала, он жутко испугался, что не справится, подведёт темноволосую. «Ради себя. Ради..неё». – Какую? – не оборачиваясь, ответил 230-ый. – Ту, что у тебя в кресте, – боясь даже дернутся и посмотреть в глаза Джи Юн, которая явно всё прекрасно слышала, быстро проговорил брюнет, указывая на цепочку, аккуратно висящую на шее у приятеля.       Фиолетоволосый резко повернул голову, глядя на друга двумя огромными шарами с наркоманско-большими зрачками. – I don’t know what a fuck are you talking about, – чётко отрезал тот, двигаясь под ритм, слышимый только ему. – Если я проиграю из-за того, что нервничаю, мы все умрём, – напирал Нам Гю жалобным голосом, протягивая 230-ому свою дрожащую руку. – Эй, Нам Су, – наигранно рассмеявшись, снова ошибся Танос в имени темноволосого, что стало раздражать даже Джи, подслушивающую этот разговор. – Нам Гю, – немедленно исправил 230-ого парень с 124-ым номером, сдерживая негодование, и поджимая губы. Сначала таблетка, потом всё остальное. – Эй, Нам Гю, – достав из-под кофты резной крест, тот показал его брюнету, но Джи тоже скосила взгляд, рассматривая аксессуар, прячущий под собой таблетки, пока Танос продолжал нелепо качаться из стороны в сторону, – Ты знаешь что это? – Экстази? Кетамин, – словно промурчал 124-ый, чей голос бархатно стелил пространство между ушных раковин Кён, хотя говорил он, отнюдь, не самые прекрасные вещи. – Это отличная новая хрень, fucking crazy man, ты не выдержишь, – пренебрегло качнув головой и отвернувшись, будто находясь в другом измерении, известному только самому Таносу, парень стал убирать свое спасение обратно, как его окликнул брюнет. – Друг, – ни слова больше не было услышано из его уст, как Нам Гю закатил рукав, который прежде никогда не задирал. Обзору предстали татуировки в виде каких-то разных фигур. Но парень хотел показать явно не это. На его руке, бугорком, покоились вздутые вены, очевидно, исколотые разными иглами, через которые поступали запрещённые вещества.       Джи Юн оторопела. Темноволосый, что относился к ней, казалось бы единственной, искренне, наркоман? Он действительно кололся, лишь бы ухватиться за жалкое мгновение накатывающей эйфории? Это не укладывалось в голове. Не то, чтобы девушка была как-то яро против наркотиков, каждый сам решает, как ему поступать, но чтобы это был Нам Гю? Как его вытаскивать из этого дерьма? Ну, в случае чего..       Проведя руками по лицу, она готова была убить себя за эти мысли, ведь парень, как был, так и оставался абсолютно никем для брюнетки. Да, у них была какая-то спонтанная, необычная химия, которую невозможно было отрицать, но не более. Касания, вызывающие приятно ноющие ощущения в нижней области живота, мимолетные взгляды, разжигающие опасный для них двоих огонь, насмешливые, но безобидные подколы, без которых 123-яя и 124-ый были, как без кислорода. На играх нельзя сближаться. Нельзя привязываться. Нельзя..любить? Чёрт, нет, просто нельзя проявлять хорошее отношение и принимать его в ответ, не больше, не меньше. Сука. Всё это чревато безграничной болью, что в сердце брюнетки отлеживалась давно и хватало её сполна, а душа была черным-черна, прямо как её мягкие, блестящие волосы, в которые Нам Гю мечтал зарыться носом и вдохнуть их запах, опьяняющий сильнее любого наркотика. – Когда я работал в клубе, то испробовал практически всё, даже как-то раз просил доставить наркоту тебе в комнату, – даже не соврав, продолжал уламывать Таноса 124-ый, победно ликуя внутри, ведь чувствовал, что точка уже прожата.       Фиолетоволосый, что был немного в шоке, опасливо огляделся и спешно достал экстази, протягивая наркотик брюнету. Тот, не ломаясь, ухватился трясущимися пальцами за заветный объект и закинул его в рот, разжевывая.       Кён наблюдала за этим всем, прекрасно видя, как темноволосый собственноручно гробил себя. От этого сердце сжалось, а рука хотела потянуться к его кисти и, сбросив эту дрянь, раскромсать её к чертям. Хотя, какое ей дело, чем занимается этот манипулятор, всегда достигающий того, чего он желает. Сжав пальцы в ладонях, на которых образовались красные полумесяцы от ногтей, она заставила себя отвернуться, чтобы не видеть этой картины.       Нам Гю, набравшись смелости, повернулся на брюнетку. В его поле зрения попал мягкий профиль девушки. Прямой маленький нос был чуть опущен вместе с головой, а глаза глядели в пол, не моргая. Она снова погрузилась в свой мир, отчаянно пытаясь заглушить окружающие её звуки, и найти ответы на свои каверзные вопросы. – Джи Юн.. – осторожно коснулся 124-ый её плеча. Темноволосая тут же вздрогнула, окидывая парня настороженным взором снизу вверх, останавливаясь на глазах с расширенными зрачками, которые было сложно отличить от радужки из-за идентичного с ними оттенка. Он начал теребить рукава болотной кофты ногтями, уже как по привычке. В горле пересохло, как и на губах, что заставило брюнета облизать их. – Чего? – цинично отрезала та, будто её совсем не волновало то, что происходило пару минут назад на её глазах. – Я бы загнулся без этого, – тяжело выдохнув, оправдывался Нам Гю, стараясь смотреть на стену, радугу, кровь, людей, да на всё, что попадётся под обзор, главное не на Кён. – Я пытался сдержаться, но в такой обстановке это невозможно. – Давай не будем зацикливаться, а поговорим на эту тему позже, окей? – нежно подняв один уголок губ, произнесла Джи, кладя свою холодную ладонь на локоть темноволосого.       Парень непонимающе смотрел на Кён. Почему она не бежит? Почему не говорит, что он самый ужасный человек на планете, что она его ненавидит? Бессилие стремительно настигло 124-ого, заставляя проникать всё глубже и глубже в себя, чтобы узнать причины его резкого изменения. Как какая-то девчонка смогла настолько взбудоражить душу, а тем более позволила ему открываться, выдавая всё с потрохами? Но, вместо того, чтобы задать все эти вопросы, вытрясти все её секретные ходы, благодаря которым она так быстро завладела его разумом, Нам Гю лишь кивнул, поджимая губы. – Наркоман дерганный, – фыркнув от этой картины, буркнула Се Ми, поправляя свои короткие волосы. – Чего? – вопросительно воскликнул брюнет, не понимая к чему сейчас клонила эта девушка. Он изначально не хотел брать в команду ни её, ни этого зашуганного Мин Су, что не мог вымолвить даже слова. От короткостриженной всё равно никакого толка не могло быть, только имела острый язык, который раздражал 124-ого, и дерзость, не позволительная женщинам в его сторону, ведь все девушки в клубе буквально умоляли провести хоть один вечер с главным управляющим и самым качественным наркодилером. Кроме Джи Юн. Она была другой, совсем другой. Нам Гю был готов сам встать перед ней на колени, забивая огромный болт на свое распущенное эго, хотя невероятно злостно отрицал это, думая, что просто в конце концов извлечёт какую-никакую выгоду, и всё происходящее между ними ничего прочего не сулит. – Ты трясешься весь, ещё и перед ней пресмыкаешься, – продолжала дерзить 380-ая, вскидывая руку на неприязненно смотрящую Кён. Она искренне не понимала, в чём была проблема девушки с пирсингом, ведь ей просто нужно было сыграть с ними в игру, а потом пусть бы шла, куда душа пожелала. – Неудачник хренов.       Нам Гю, не привыкший терпеть такое отношение к себе, особенно от женщин, которых считал явно слабее, чем он сам, готов был взорваться, но его, к удивлению, обогнала брюнетка. Хотя, без удивления, она всегда была такой. – Успокойся, Се Ми, тебе заняться нечем? Сиди и смотри молча, как другие проходят, тебя не должно волновать, какими способами они выжить пытаются, – угрюмо произнесла Джи Юн, одним только взором успокаивая взбалмошную коротковолосую.       Та, в свою очередь, недовольно покосилась на темноволосую, явно не ожидая, что та будет защищать наркоманов. Но, к её огромному сожалению, девушку не волновали возможности, которые используют игроки её команды. Главное, чтобы спокойные были, а не тряслись, как друг 380-ой. Она не пыталась огородить ужасные привычки, но и вселять смуту и неуверенность, когда они уже на подходе к испытанию на смерть, позволить не могла.

***

      Хён Джу встала и завязала короткие волосы в хвост, полная решимости и чувством, что она ни за что не проиграет. Она не сдастся в лапы смерти, которая ходит за ними по пятам.       Кровь игроков хлюпала под белыми кроссовками, заставляя чувствовать себя мерзко. Но, наполненный стальной поддержкой взгляд подруги, которую Чо неожиданно разглядела среди толпы, не оставил шансов на неуверенность или, более того, проигрыш. Ни сейчас, ни когда либо. Джу выживет, чего бы ей этого не стоило. Зубами с земли, но выгрызет эту жалкую победу, в борьбе за огромными деньгами и жизнью.       Увидев, что участники команды явно не настроены также, как и Хён Джу, она взяла себя в руки и стала успокаивать тех, кто изначально не верил в себя и в их победу. Это и было одним из самых главных качеств шатенки. Она, несмотря на собственные панику и страх, всегда оставалась с холодным разумом, помогая приобретать его и другим.       Вдох. Выстрел в потолок. Выдох. Игра началась.

***

      Кён напряженно наблюдала за подругой, не обращая внимание на посторонние факторы, витавшие в воздухе. Все проходили относительно идеально, хоть и были отрицательные попытки. В волнительной тревоге за игроков, в команде которых была Чо, Джи Юн не заметила, как до боли крепко сжимала запястье рядом сидящего Нам Гю. Осознав, она перевела смущенный и немного ошарашенный взгляд на парня. Тот, не подавая виду, лишь сжал челюсть, стараясь не выдать себя. Девушка резко одернула руку. – П-прости, я не заметила даже, я.. – начала лепетать темноволосая, совсем сбитая с толку из-за тревоги и стресса. – Забей, aein, – поглощенный нервной игрой и наркотиками, торопливо пробурчал брюнет, совершенно не осознавая, что говорит. Позыв шёл чисто от сердца, поэтому 124-ый даже не заметил, как снова назвал Джи этим нежным, любовным словом, которым в трезвом состоянии без сарказма бы не посмел ляпнуть.       Брюнетка тоже не обратила внимание на этот жест. Наверное, уже привыкла. Или это нервы сыграли с ней злую шутку.       Этот неловкий момент прервался грубым шлепком и толпой, которая все время вздыхала, то ли от страха, то ли от зрелищности. Ну, конечно, что еще делать, кроме того, как наблюдать?       Хён Джу хлестанула по алого цвета щеке шаманки второй раз, резко поднимая с пола волчок. Времени оставалось совсем мало, а эта чокнутая вздумала сдаваться? Наставив острым кончиком на 044-ую, та жестко притянула к себе, кажется Со Нё, за воротник. – Если ты сдашься, я убью тебя раньше твоих Богов, – лицо девушки покраснело от злости и страха за жизнь, а ладонь, с предметом в руке, тряслась. «Джу в своем репертуаре», – нервно ухмыльнулась Джи Юн, но ухмылка вышла кривой, а ситуация совсем не смешной. – Отвернитесь, давайте, давайте , отворачиваемся, быстрее, – народ стал в панике поворачиваться по просьбе 120-ой, но Джи Юн не смела шелохнуться. Она не могла не смотреть. Ведь от неизвестности хотелось повесится. – Отвернись, тебе же сказали, – толкнул худую девушку какой-то мужчина в бок, немедленно получая укоризненный и угрожающий зырк от Нам Гю. – Джу, если ты проиграешь, я убью тебя собственными руками прежде этих розовых, – проигнорировав мужчину, стала срывать голос та, приложив ладони ко рту для лучшей звукопередачи.       Кён увидела, как Чо мимолетно усмехнулась, не противясь тому, что темноволосая смотрит.       Сосредоточившись, шатенка подбросила блестящий хвостик. У каждого затаилось дыхание, а органы сделали невообразимый кульбит. Раз.. Два.. Три.. Четыре.. Пять.. – Вы выиграли!       Зал заполнился торжествующими возгласами и радостными криками о победе команды. Под руководством счета «Раз-два», группа пересекла линию финиша, разрубив ленту телами.       Подруги пересеклись взглядами. Их лица сияли, а Джи прошептала одними губами: «Я же говорила, что все будет хорошо».

***

      Команду, что была перед Джи Юн, расстреляли. Руки неимоверно тряслись, воздуха стало не хватать, но вдыхать больше было невозможно из-за стоящего запаха гнусного металла и необратимой смерти. Раньше Кён её не боялась, но когда вестница с косой, буквально, ходила за ней, дыша в спину, и шоркая подолами плаща по полу, страх появился сам. Ничего бы не изменилось, если бы девушка покинула этот мир, но от чего-то отчаянно не хотелось умирать.        Трупы уже «обернули» в черные гробы-подарки, а их группу вызвали для прохождения игры. Тяжелый выдох. Нам-Гю цепко сжал её руку. – Мы выживем, – кротко, но чутко добавлял уверенности парень, состроив максимально спокойный и ровный тон, хотя у самого внутри всё готово было разорваться от наступающего ужаса.       Компанию из пяти человек соединили между собой с помощью креплений на ноги так, что брюнетка оказалась между Се Ми и Мин Су. Да, лучшие напарники для поддержки. Звук выстрела и писк таймера обозначали начало отсчета и старт. Всем уже привычный «раз-два-раз-два» не покидал ни одну из команд, помогая удерживаться на плаву. Пятеро тоже не были исключением.       380-ая взяла конвертик и ,не медля, ударила им по другому, мирно покоившемуся на полу. Он, чувствуя удар и давление, перевернулся, обозначая, что команда проходит дальше. Толпа радостно радостно разразилась криками о победе, давая надежду 123-ей на жизнь. Ведь следующей была её игра.       Ощутив в руке камень, она отошла от линии чуть подальше, сведя губы в одну тонкую линию от напряжения, ведь заступ означал проигрыш. Прищурившись, та примерно рассчитала траекторию полета с этого расстояния, а затем замахнулась, ощущая пристальный взгляд не только Нам Гю, которому совсем не в радость было стоять не рядом с девушкой, но и её бывшей команды. Бросок. Стук камня об плиту прервал накаленную тишину, сменяя её на очередные крики счастья за группу. – Джи Юн, ты лучшая! – особенно громко выкрикнул голос Дэ Хо откуда-то из толпы, заставляя Кён снова вздрогнуть, а потом облегченно выдохнуть. Она смогла, она сделала это. С первого раза. В этот раз крики 388-ого придали ей сил, вместо недовольства. Зато это недовольство поймал Нам Гю, что суматошно стал искать выкрикнувшего парня из толпы участков. Чего он вообще ей кричит? Стало досадно, что брюнет не может взять её холодные пальцы в свои, прошептать на ухо слова поддержки, которые будут слышны только ей. Черт, это..ревность? Да нет, Господи, его просто раздражают подобные крики. Да, именно. Сжав челюсть, да так, что сводило скулы, парень двинулся вперед, бормоча про себя «раз-два».       Следующим на очереди оказался Мин Су. Его ладони безудержно тряслись, когда он кидал фигурки, из-за чего они валились из рук. Вся компания, кроме Таноса, напряглась. Он лишь что-то незамысловато пританцовывал.       125-ый снова выронил желтую фишку, принуждая начинать всё заново. У Джи Юн вдоль позвоночника пробежал холодок. Времени оставалось около двух минут. 124-ый ковырял свой рукав, смотря за резкими, из-за кетамина, движениями играющего парня. Он снова и снова проигрывал, вызывая тревогу и негодование, но брюнет держался, чтобы не стукнуть того посильнее, ведь Нам Гю не намерен умирать. У него ещё много незаконченных дел и планов на жизнь, на Джи Юн. «Сука, только не о ней, пожалуйста».       Но было поздно. Он заметил её растерянный взгляд на конги, наполненный чистым, человеческим страхом. Ярость на парнишу слева забурлила, как по щелчку, от чего темноволосый схватил дрожащего Мин Су за кофту и стал трясти. – Ты можешь, сука, быстрее, мы сейчас проиграем из-за тебя, придурок, – друг Се Ми, пребывая в паническом ужасе, распахнул глаза, смотря на разъяренного длинноволосого. Нам Гю был готов убить его, ведь он трепал нервы брюнету, который под наркотой более эмоциональней, чем обычно, ещё и заставил 123-юю переживать намного больше, чем ранее. – Нам Гю, успокойся, – хладнокровно бросила темноволосая, еле взглянув на непонимающего проблемы парня. Ей не нужны были конфликты, особенно, когда оставалось меньше двух минут. Она схватила Мин Су за руку, вынуждая посмотреть ей в глаза. – Сосредоточься, Мин Су, всё получится, просто отключись и представь, что здесь только ты и эти фигурки, ничего более, – голос был ровным, но в конце дрогнул, выдавая волнение и неописуемый страх. 125-ый судорожно покивал головой и начал заново. Брюнетка держала свою руку у него на спине, подбадривая. Этот жест не был оценен Нам Гю, смотрящим на это с раздражением и желанием аккуратно переложить ладонь девушки куда-нибудь подальше. Но, к его великому сожалению, этого сделать он не мог.

***

      Волчок был в руках 124-ого и уже заматывался им. Пальцы немного тряслись, но это не мешало ему сосредоточиться на обещании, которое он дал Джи Юн. Он не мог его не выполнить, хотя бы из-за самого себя. – Давай, jagiya, все получится, – наклонившись сквозь Мин Су, сжала плечо брюнета Кён, от чего у него по коже пробежали мурашки. О, как же он зависим от прикосновений, особенно от неё. И как же он это ненавидит, всей душой ненавидит свою гребанную слабость.       Дёрнув, парень выпустил предмет из рук. Но он не закрутился. В панике взглянул на время. Минута. Чертова минута. – Shibal.. – прошептал 124-ый, поднимая волчок трясущимися руками. – Сука, мы из-за тебя сдохнем, чертов наркоман, я тебя задушу, ублюдок, ты.. – зарычала Се Ми и хотела уже наброситься на перепуганного Нам Гю с кулаками, но громкий крик остановил её. – Се Ми, закрой свой рот! – завопила Джи Юн, угрожающим взглядом испепеляя коротковолосую.       Комната на пару мгновений угомонила свой гул, всматриваясь в дерганую, нервную девушку. Ки Хун аж вздрогнул от такого тона знакомой, будто не зная, на что она способна. А он действительно не знал, ведь обычно она была отстраненной или просто язвила, но никак не кричала, тем более так грозно. – Нам Гю, давай, я в тебя верю, немного осталось, все получится, – спешно пролепетала та, мгновенно переключаясь на уже закручивающего волчок брюнета, которому эти слова придали уверенности. – Давай, bro, do this shit! – фиолетоволосый парень, с расплавленными от наркотика мозгами, лез прямо под руку, несмотря на то, что старался поддержать. 124-ый мягко отодвинул его рукой, вытаскивая кончик языка от сосредоточенности.       Снова бросок. Волчок закрутился. Толпа ликовала, а Нам Гю чуть расслабился из-за накатившей мимолетной эйфории победы, которая прервалась почти сразу, стоило им пойти вперед.       Танос взял игрушку и стал отбивать её ногой. Это не составило огромного труда, и через пару мгновений они оказались на линии финиша, разрывая ленту за секунду до конца. Группа закричала от восторга и осознания, что они будут жить, а народ подхватил их счастье. – Мы сделали это, my friends, damn, we so cool team, – 230-ый захватил всех в свой кокон, прижимая пятерых к себе. Никто даже не был против, ведь эмоции зашкаливали, не давая плохому настигнуть.       Нам Гю посмотрел на сияющую от облегчения брюнетку и протянул руку, желая прикоснуться, но, опомнившись, резко отнял её, не позволяя зависимости взять вверх, и разворачиваясь куда-то в сторону глазеющей толпы.       Неожиданно его тело по инерции чуть двинулось и разлилось теплом, контрастируя с холодом на спине. Темноволосого кто-то обнимал, утоляя его тактильный голод. Такие руки были только одни. И это руки Джи Юн. Скося глаза чуть вниз, он увидел черную растрепанную макушку, немного стянутую из-за заплетенного хвоста. – Мы выжили, Нам Гю, мы выжили, – почти неразборчиво шептала девушка в кофту, чуть вдавливая кончиками пальцев в кожу спины. – Я же обещал..я не дал бы тебе умереть, – прикрыв глаза, хриплым голосом ответил тот, обнимая 123-юю в ответ.       Казалось, что этот миг длился вечность. Прерывистое дыхание, которое возникло то ли из-за адреналина, то ли из-за настолько близкого расстояния между двумя, бурлящая по венам кровь, ходящая кругом голова от сладкого запаха брюнетки, буквально влетающего в ноздри. Чёрт, у Нам Гю точно появилась ещё одна зависимость. И этой зависимостью была она.       Приятные ощущения в низу живота, будоражащие сознание, подкашивающиеся ноги, разгоряченное тело 124-ого, плотно прижимающееся к худощавому девичьему. Чёрт, кажется, Джи Юн теряет хватку. И причиной этого был он.