Сигареты со вкусом смерти

– Се Ми, нунна, – кривая улыбка расползлась по лицу. Кровь на лице застыла мертвым слоем, как и вещества намертво отключили рассудок и какие-либо инстинкты. Лишь ненависть, сводящая с ума. Парень вытер рукавом нос, крепко сжимая рукоятку вилки. Глаза напротив, такие упрямые и стойкие, прятали в себе тонну страха, от чего душа отпевала радостную песню о долгожданной мести. – Чертова сука!       124-ый, видя лишь играющий различными цветами и четкими линиями силуэт, поднял руку в воздух, медленно надвигаясь на девушку с пирсингом и растягивая удовольствие от вида её отчаянной паники. Звон и треск прилетевшей бутылки заставил брюнета вздрогнуть, зрачками выискивая очаг их возникновения. – Сдохни! – разрезая упругую кожу кусочком стекла, 380-ая подхватила крупную часть от оставшейся бутылки, с надеждой направила его в объект своей скорой и неминуемой смерти.       Толчком она сбила парня с ног, что плавал в пространстве эйфории. Но тот опомнился. Мгновение, и та была прижата корпусом к металлической балке. С вилкой в плече. – Получи! Ч-чертова стерва.. – зубцы с булькающим звуком входили в плоть, а зрачки блеснули в безумном удовольствии, граничащим с гневом. Обреченные, наполненные болью, крики лишь раззадорили дух темноволосого, упивающимся воплями своего комка раскрытых травм и униженной гордости.       Нам Гю откинул её на пол, наслаждаясь видос мучащегося туловища от уродской боли. Столовый прибор снова пронзил кожу, только уже у шеи. – Хочешь ещё посмеяться надо мной? – злобно воскликнул тот, пока резкие движения происходили в такт с подручным оружием, все больше разжигая пламя сдерживаемой ярости. – Всё еще хочешь попытаться задеть её? Хочешь, а?!              Стоны, наполненные страданиями и желанием перемотать время вспять, чтобы вообще не связываться с этой компанией, наполняли воздух, что был пыткой для Се Ми. Лишь боль. Адская, жгучая боль, смешанная с пролистывающимися в голове воспоминаниями и агонией. Вот бы все это уже закончилось.. Сознание, медленным и тихим ручейком утекало, а осознание реальности уже не присутствовало в её разуме. Крики, ранее молящие о спасении, постепенно стихли, уже не перебивая хлюпающие звуки. Последний толчок. Лужа крови, хлещущая из шейных артерий, ленно растеклась по полу, моментально остывая.       124-ый, вытер тканью нос, чувствуя каждую струйку стекающей по ладони вязкой жидкости, с облегчением смотря на закатившиеся в последний раз глаза. – Тебе не следовало мне грубить, Се Ми нунна, – маниакальная ухмылка неравномерно распределилась по физиономии, удовлетворенно поддакивая совершенному отмщению. – А, тем более, ей. Ну-нна, – бархатный смех, в данном случае, как у психически нездорового человека, заполнил пространство.       Перешагнув через труп, он смазано улыбался, а вопли ещё прокручивались в черепной коробке, как завоеванный трофей. Пальцы с силой и ненавистью сжимали впивающийся в кожу дешманский металл. «Вы все умрете, твари. Ты, Танос..все-е».

***

      Последнее, что успела сделать Кён – глубокий вдох, с попадающими в ноздри противным металлическим запахом крови и пота. И, конечно же, смерти. С причудившимся табаком. А ещё незаметное движение руки.       Нож, мирно хранящийся в рукаве, вонзился в плоть, принуждая мужчину дрогнуть. Поворот головы, и глаза видят торчащую сиреневую рукоятку, с сжатыми бледными пальцами. Взгляд переместился на хрупкую девушку, что с коварной ухмылкой наблюдала за ним. В зрачках, вместо злобы и решимости, возникли шок и отчаяние. – Сюрпри-из, – невинно улыбаясь, прошептали губы брюнетки, после чего нога прилетела в живот, вынуждая крестика согнуться от добавочной боли.       Сделав шаг к валяющемуся на полу телу, она безразличным движением вытащила лезвие из шейной артерии, с которой брызнула фонтаном кровь. – Тебя не учили в детстве, что поспешные выводы - это ужасная привычка человечества? – держа невозмутимое и равнодушное лицо, 123-яя обтерла острие об штаны игрока, наблюдая за трясущейся ладонью, безуспешно пытающейся прикрыть рану, пронзенную холодным орудием точно в цель. Страх и непонимание в глазах мужчины, из которого стремительно вытекали жизненные силы, принимались ею, как должное. Заслуженное. Рассмотрев нож с обоих сторон, она аккуратным движением засунула его в карман и присела на корточки, заглядывая в перекосившееся от ужаса лицо. – Думал, что убьешь меня? Тогда чем бы ты отличался от этих сумасшедших придурков, м? – она раздраженно цыкнула, закатывая глаза, пока душа одного из красного лагеря беспрекословно отправлялась на небеса. – Почему у вас всех отсутствует инстинкт самосохранения, я одного не пойму?       Не дожидаясь схлопнутых навеки глаз, она сложила руки в карманы кофты и ровно шагнула вперед, едва пачкая подошву кроссовка в растекшейся жидкости. Её глухие шаги сопровождались еле слышимыми прощальными стонами и жестоко растерзанными трупами, что не стали свидетелями справедливого уничтожения. Ну, или спасения. Джи Юн не знает. Никто не знает. Мысль найти Хён Джу и Нам Гю не улетучивалась из её головы, подавляя шестое чувство, кричащее о чем-то важном. На горизонте показалась шатающаяся фигура, что цеплялась за железные прутья спальных мест. До ушей доносился тихий смех вместе с швыркающим носом, который усердно вытирался рукавом, пятнами окрасившимся в болотный коричневый. Мелькнули цифры: 124. «Нам Гю..»       Темноволосая, что прежде находилась в неком вакууме тишины и безмятежности, подалась вперед, слыша лишь свое учащенное сердцебиение. – Нам Гю, – уже вслух сказала она, подбегая к дезориентированному парню. Тот, находящийся где-то в закромах своего сознания, услышал даже не имя, коим его кличат, а голос. Родной, мелодичный, заставляющий забывать обо всем. Затуманенные глаза поднялись к верху, пытаясь разглядеть какие-либо очертания силуэта. 123-яя, наплевав на отпечатавшуюся грязь, прижала вялое тело брюнета к себе, поглаживая того по спине. – Ты живой..       Нам Гю, почувствовав холод рук, вперемешку с непривычным теплом от корпуса девы, слегка потупил взгляд, пытаясь осознать что происходит. Менее испачканная рука самопроизвольно легла на шелковые волосы Кён, играя пальцами по струящимся прядям. Но он молчал. Весь спектр эмоций бушевал в груди, не понимая какую же нужно использовать в данный момент. Счастье? Облегчение? Волнение? Или всё вместе? Ей неважно. Она лишь была рада, что тот не запутался в паутине собственных мыслей, приукрашенных кетамином. Фаланги пальцев до хруста в них сжимали кофту, будто что-то невообразимое могло забрать темноволосого сейчас, будто тот испариться у нее на глазах, не проронив ни слова. Как когда-то она поступила с Хён Джу.       Свет неожиданно включился, ослепляя зрение. Звуки выстрелов, выпущенных в никуда, заставили 124-ого вздрогнуть и проморгать пелену с глаз. Джи Юн, моментально отреагировав, схватила парня за шкирку, падая вместе с ним на пол. Улучшив видимость ситуации, она взглянула на зал сквозь решетку кровати и стала наблюдать. Солдаты в розовых костюмах подходили к каждому, вынуждая поднять руки в отступлении. Роботизированный, но не менее твердый голос квадрата отдал какой-то приказ, который невозможно было разобрать из-за расстояния. Девушка напрягла слух, стараясь уловить любой обрывок. Брюнет рядом уже очухался от транса, но всё ещё мутными глазами пытался разглядеть хоть что-то происходящее впереди. Увидев сосредоточенный вид суровой девы, он едва ли вспомнил, как оказался рядом с ней. – Джи Юн..ты в порядке? – дрожь в голосе не покидала его, что очень напрягало темноволосого, не привыкшего показывать любое проявление слабости. Он прочистил горло, возвращая себе более-менее невозмутимый вид. – Я..       123-яя шикнула на него, даже не посмотрев. Лишь подняла палец вверх, ухватываясь за каждую полезную вещь, что могла пригодиться дальше. Зрачки забегали по залу, останавливаясь на мертвых телах. Какие-то люди..женщины..Ки Хун.. «Стоп..Ки Хун?»       Брюнетка встревожено оглядела мужчину, бездыханно лежавшего на холодном полу. Прищурившись, она стала обегать взором всех игроков. Увиденное повергло её в шок, а затем и в ступор. «Чжон Бэ, Дэ Хо, 246-ой..Хен..Хен Джу?..» – дыхание сперло, а мозг отказывался принимать то, что передавалось ему через глаза. «Нет..что за херня, я не верю! Сука!»       Кён замотала головой в неверии, а руки безнадежно затряслись. Хотелось наплевать на всё и выйти из укрытия, чтобы опровергнуть всю картину, увиденную секунду назад, разбудить подругу, заставить говорить…Что-нибудь. Что они пошутили. Что это просто сон..пока взгляд не зацепился за ещё одно туловище. «001-ый».       Брови темноволосой свелись к переносице, а паника стала отходить на задний план, уступая место холодному рассудку. «Кто бы смог сунуться к Ен Илю, видя все его выкрутасы и откровенно давящую энергетику? Даже дед этот его побаивается..» Всё казалось странным, неестественным, подстроенным…Подстроенным. «План. Это их план. Они..что они задумали?» – нить осознания и некого облегчения поселили зернышко в голове Джи, принуждая отбросить эмоции и лишь наблюдать. Наблюдать за любой деталью, что могла пригодиться в будущем. И ещё за неким планом. Интерес возрос вдвое.       Нам Гю, что искоса наблюдал за девушкой, заметил её перемены. Но что-то..что-то помешало ему спросить о её состоянии. Что-то вроде..стыда? Потерев глаза рукой, он пожелал сбросить наваждение и приструнить бурлящую у него в крови энергию, возбудителем которой стали вещества Таноса, принятые в двойной дозе. Стал наблюдать тоже, смахивая диплопию. – Вот оно.. – азартно облизнув губы, она следила за каждым взмахом руки сотрудников, что в руке держали какой-то пикающий аппарат. Устройство прикладывалось к уху, сканируя, а затем выдавало информацию. – Что? – вопросил 124-ый, не увидя ничего подозрительного. – Аппарат. Они что-то сканируют, – 123-яя вскинула руку, указывая на охранников. Взгляд брюнета уперся в механизм. – Я думаю, либо на смерть, хотя они дальше проверяют пульс и дыхание. Либо..вот придурки продуманные, – она весело усмехнулась, качая головой от тщательной подготовки организации. – Они устанавливают личность.       Пальцы скользнули за ухо, ощупывая стенку у черепа. Ничего подозрительного, но.. «Бугорок..что за?..»       Под гладкой кожей, в неприметном месте, была неровность. Потрогав второе ухо в том же месте..она обнаружила, ровным счетом, ничего. «А-хре-неть..»       Неожиданный вскок Ки Хуна и остальных заставил глаза разбегаться от количества экшена, летая с одного персонажа на другого, как в заезженном девушкой боевике, который она пересматривала уже множество раз. Вот послышались выстрелы, звон стекла, пыхтение из-за перетягивания преимуществ в драке. «Вдвойне ахренеть».       Дождавшись нужного момента, пока всё на малость стихнет, Джи Юн подскочила со своего места, чем заметно напугала Нам Гю, так и лежащего пластом на ледяной поверхности, и принялась перебираться в другую позицию, все ещё дотрагиваясь до чего-то инородного под кожей и перекатывая это «что-то» со стороны в сторону. Странное чувство, похожее на брезгливость и наподобие злости, мимолетно посетило её, когда темноволосая представила, что под её ухо что-то вживляют, разрезая плоть. – Чего разлегся? Вставай, пошли, – она махнула рукой, обходя тело в розовом костюме, на секунду задерживаясь.       124-ый, разобрав слова брюнетки среди очередных выстрелов, поднялся и устремился за ней, еле перебирая ногами. Казалось, что он находится в дереализации, словно под прочным куполом, изредка ловя какие-то знаки снаружи.              Устроившись уже в более открытом месте, девушка присела на пол, задорно поглядывая на каждого игрока с оружием и единственного Квадрата, что обычно управлял и манипулировал. А сейчас стоял на коленях и подчинялся 456-ому с пистолетом в руках, что тот держал у лба солдата. – Как это всё-таки ж-жалко выглядит, – стуча зубами, разорвал тишину между ними брюнет, пытаясь зарыться дрожащими ладонями в рукава, лишь бы Кён не заметила его недомогания, вызванное таблетками.       123-яя повернула к нему голову, что-то обдумывая, а затем кивнула и развернулась обратно, странно усмехаясь. Подобная реакция чуть смутила парня, но он предпочел не разгадывать её, а просто смотреть за происходящим, в мыслях проклиная экстази. Ки Хун произносил ободряющие народ речи, убеждая в невиновности и неприкосновенности их личностей. Её взор загорелся, когда игроки стали собирать оставшееся оружие, вместе с магазинами, и губы стали влажными от слюны, принесенной с языка. – …мы пойдем в логово этих мерзавцев.. – доносилось обрывками до её ушей, пока зрачки гипнотизировали огнестрел, аккуратно сложенный на полотне. Хотелось взять его, скользнуть пальцами по обойме, услышать щелчок предохранителя… – Те, кто умеет пользоваться оружием, могут пойти с нами! – Какой бред.. – приложив руку ко лбу, насмешливо сказал 124-ый, закатывая глаза.       План Сона был глупым. Глупым, жестоким и эгоистичным, по отношению к остальным игрокам. Но Джи это не интересовало. Желание взяться за то, чем она горела, было невыносимым, обжигающим грудную клетку, рвущуюся к инструменту всей душой. Забив на предрассудки, она встала и подалась вперед, как рука потеплела от чужого прикосновения. – Ты..ты куда? – веки Нам Гю дрогнули в непонимании, а взгляд насторожился, не понимая действий любимой девушки. – ..туда, – предвкушающе улыбаясь, дева вскинула руку в сторону восставших. – Что?.. – парень проморгался, пытаясь убедиться в действительности её слов. В том, что это не его очередные галлюцинации. Её коварная улыбка сияла на лице, без капли сомнения в своем решении. Это ввело молодого человека в ещё большее замешательство, а затем, корябующую сердце, злость и волнение. – Нет! Ты что, с дубу рухнула? Ты не пойдешь туда.       Уголки губ потускнели, падая вниз. – Пойду. Я так хочу, – нетерпеливо сказала та, отрезав темноволосого от тревожной эйфории и принуждая разум проясниться. – Ты..кто ты, Джи Юн? – ослабив хватку, он взглянул на Кён по-другому. Будто пытался разглядеть то, на что не обращал внимание раньше. Эти пустые глаза, что заблестели при виде оружия, четко поставленные удары, которыми она добивала шаманку ранее..Неужели это все сделала с ней армия, про которую она рассказывала?       Взор 123-ей стал нежнее, её губы дрогнули в мягкой улыбке, обращенной к нему, хотя в душе все замерло от вопроса брюнета. Темноволосая не знала, как он отреагирует на её истинный вид деятельности. Не знала - примет и поймет? Или отвернется, не желая иметь любые контакты с убийцей? Неохота раскрывать свои карты была велика, но та всегда топила за честность..Хотелось дать себе тысячу пощечин за то, что она поддалась очарованию черного покрытия, которое так давно не держала в руках. Девушка тяжело вздохнула, сгибая и разгибая фаланги пальцев. – Я..ты узнаешь. Обязательно. Я обещаю, – преодолев сомнения, темноволосая уклонилась от ответа, и, вместо него, приблизилась к Нам Гю, оставляя невесомый, но чувственный поцелуй на его лбу, приглаживая прядь черных волос. Затем очертила скулу пальцем и щелкнула им по носу, от чего тот вздрогнул, закатывая глаза, чтобы запрятать значительную тревогу и рой мыслей от её внимания. Зрачки Джи горели теплотой к парню, тщательно скрывая некую панику и замешательство, вызванное интересом 124-ого к её жизни. Так, у обоих крутились в недрах головных клеток, называемых мозгом, разного рода думы, что, в конечном итоге, приводили к одному: беспокойству и сомнениям. Но, в любом случае, когда-нибудь он бы точно узнал, верно? – Если ты не вернешься..я тебя из-под земли достану, я клянусь, – после неловкой короткой паузы произнес он, потирая уголки глаз пальцами.       Дева, стеснённо потоптавшись на месте, наконец шагнула назад и, отправив ему воздушный поцелуй, вприпрыжку поскакала к стоявшим в линию игрокам, воображая в мозгу прикосновение к холодному, как и её руки, металлу, что она узнает из тысячи других. Как что-то драгоценное, сокровенное. Нам Гю только обреченно покачал головой, наблюдая за опасно-радостной отдаляющейся фигурой. Копаясь в собственной голове ради ответов на свой вопрос, от которого возлюбленная ловко отклонилась, он не мог придумать оправдания её поведению. А может и мог, просто не хотел. Озабоченность, с усиленным от препаратов действием, мешала рационально мыслить, поэтому тот сжал губы в одну линию и откинулся на подушку, теребя край рукава кофты и следя за всем происходящим издалека.

***

      Кён ровным, решительным шагом подходила к экипированной команде, сверкая зрачками от нетерпения. Кто-то указал на неё пальцем, и Ки Хун обернулся, замечая знакомую фигуру. Глаза распахнулись в удивлении. – Я с вами, – воодушевлено произнесла девушка, натягивая, наверное впервые, искреннюю улыбку радости.       Тишина показывала, что перечащих её воле не было. Лишь бородатый мужчина с ярким темпераментом агрессивно поднял брови. – Ты? Ты, во-первых, кружок! – он недовольно вскинул руку, указывая пальцем на её нашивку.       123-яя покосилась вниз, заглядывая на свою кофту с синим знаком. Затем, пожав плечами, резким движением сорвала её с ткани и отбросила в сторону. – Уже нет, – невозмутимо ответила та, сделав невинное лицо. – Ещё претензии? – Ты даже пистолет в руках не держала, что про автомат говорить? Тонкая, как лист, – крестик продолжал негативно напирать, закатывая глаза от, по его мнению, абсурдности идеи брать такую хрупкую девчушку на ответственную миссию.       На лице Джи Юн мгновенно образовалась насмешка, выраженная в ухмылке. Хен Джу, услышав слова игрока, приставила руку ко лбу, обреченно качая головой в разные стороны. «Сейчас непременно будут выкрутасы. Без них Джи не была бы ею».       В ту же секунду брюнетка приблизилась к 047-ому и схватилась за ремень оружия, стаскивая его с шеи. Тот начал протестовать, как она, не целясь, возвела руку на камеру, висящую в углу, и спустила курок, воспроизводя выстрел. Пуля с громким свистом впечаталась в стекло, издавая последующий треск. Крестик бессознательно выпрямился по струнке, очумело глядя на девушку. Та же, сохраняя бесстрастность, всё ещё с безгрешным выражением, аккуратно впилась ногтями в кожу ремня и плавным движением повесила его, словно предмет одежды на вешалку, обратно к временному хозяину, хлопая глазами. – А так-то нет..не держала, – милая улыбка, прячущая в себе злорадство и превосходство, вызвала колючие мурашки по телу мужчины, принуждая инстинктивно отступить от 123-ей назад. – Хватит, успокойтесь, – 456-ой замахал руками, останавливая препирательства командного экипажа. Шатен подал деве ранее взятое оружие вместе с магазином, на что та охотно взяла его, кусая нижнюю губу от ребячьего восторга. – Я рад, что ты с нами, Джи Юн.       Сон по-отцовски улыбнулся, не скрывая теплоты во взгляде, на что темноволосая сжато ответила той же эмоцией, всё ещё поглаживая пулемет кожей пальца, словно не могла насладиться. Ей не хотелось идти туда, не хотелось следовать плану Ки Хуна, подставляя под угрозу свою же подругу или Дэ Хо. Но как же хотелось снова ощутить тот адреналин, ту эйфорию, получаемую от каждого выстрела, летящего ровно в цель. – Так, кто..вы? – все ещё ошарашено наблюдая за девушкой, вставшей в ряд, даже не заметив, как обратился на «вы», вопросил 047-ой.       Она издевательски тянула паузу, тонкими пальцами умело перезаряжая оружие, словно вышла погулять. – Секрет, – игриво двигая бровями, ответила та, нарушая напряженное молчание. Лицо тронула легкая усмешка. А затем Джи Юн выступила вперед и, тратя лишь по одной пуле на каждую, отключила оставшиеся камеры видеонаблюдения, не давая возможность организаторам подглядывать за восставшими игроками.       120-ая вышла перед народом и, басистым, даже немного диктаторским голосом, стала рассказывать правила пользования огнестрелом, отобранным ими же ранее. Услышав одобрительное «Да» на её объяснения, шатенка втиснулась обратно в строй, где её уже ожидала подруга. – Да ты крута, тётя, – по-дружески толкнув Джу в плечо, хмыкнула брюнетка, широко улыбаясь. – Смотри как рты разинули. – Ты со своими выкрутасами тоже не хуже реакцию вызвала, – насмешливо закатив глаза, ответила Чо и лягнула девушку в ответ. – Простите..откуда вы столько знаете об оружии? И..умеете стрелять тоже? – осторожно спросил 246-ой, вмешавшись в перепалку подруг. – Я..была сержантом в спецназе, – стеснительно произнесла Хен Джу, качая головой от нахлынувших воспоминаний, пусть и недобрых. – Мы вместе. – О..так вы, получается, давно знакомы, да? – энергетика мужчины, легкая на подъем и уютная, окутала Кён, прогревая оттенки её души и веры в людей, что давно растворилась в алчности и грешности её жертв.       120-ая одобрительно кивнула, искоса наблюдая за подругой, с которой было нелегко и запарно, но..по-настоящему? Без масок, подбирания нужных слов, лишь бы не обидеть и не облажаться в доверии чувств и мыслей, с энергией..жизни? Энергией, которая наполняла силой, стойкостью и упорством. В этом вся Джи.       Готовность Ки Хуна обозначилась раскрытием личности Квадрата, что был молод и довольно симпатичен. Шагнув за отрядом, брюнетка обернулась к залу, выискивая взглядом родные номера. Нам Гю сидел на кровати, пристально наблюдая за девушкой. Она расплылась в согревающей улыбке, которую могла показать лишь ему, и переступила за порог общежития, оставляя за собой гробовую тишину. 124-ый расчесывал руки в беспокойстве и смятении, всё ещё прокручивая в голове весь разговор и поступки ставшей близкой ему «ледышки», вдыхая в ноздри до сих пор витающий в воздухе сладкий запах её волос, вперемешку с ванильным табаком. Хотя, может, это был всего лишь плод его воображения?

***

      Восставшие умеренно ступали по серым лестницам, настороженно оглядываясь по сторонам. Джи Юн замыкала цепочку вместе с Хен Джу, отстреливая камеры по пути. Надоедливый голос, как заезженная пластинка, оповещал об срочным возвращении обратно. Но, естественно, игрокам было не до него, он лишь капал на нервы. Ки Хун одним взмахом заставил проигрыватель замолчать, попадая в громкоговоритель пулей. От внезапных свистов и автоматной очереди, Кён заползла за стенку, выглядывая одним глазом общее положение. Взор переместился на 120-ую, головой указывая на сотрудников, что открыли огонь по ним. Шатенка, поняв намек, ограничилась кивком, давая согласие. – Прикройте нас! – гулко вскрикнула та, начиная движение вперед с наклоненным корпусом.       Брюнетка двинулась следом, выслеживая зрачками траекторию пули и успешно уклоняясь. Под её обзор попал 001-ый, что упорно наблюдал за девушкой, вонзая в неё иголки хладнокровного взгляда. Темноволосая поджала губы, все ещё не понимая загадочной тайны Ен Иля, что смущал её ещё больше, чем до этого. Слишком уверен, слишком равнодушен для обычного игрока. Его глаза не горели привычным страхом кончины, что хоть как-то мелькал среди других. Они были сосредоточенными и пустыми, как стеклянный сосуд. Тело 123-ей дрогнуло от виденья кого-то..слишком похожего на неё саму? Эти чувства выглядели слишком знакомыми, слишком заезженными. «Может, он тоже наёмник? Или..или как-то связан с этим местом». – очередная пуля, пронзившая розовую краску на стене прервала раздумья девы, что сосредоточилась на масках с геометрическими фигурами. Направив глаз в прицел, та вытащила язык, прижимая его к уголку губ, и нажала на курок, пронизывая плоть солдата сверху патроном. Почти незаметный стук пулемета обозначил верно найденную цель. Значит, можно было приступать к следующему.

***

      Две девушки шли в конце очереди, вскидывая автоматы на любой подозрительный шорох, что мог привести к непоправимым трудностям. В хаотичном разуме брюнетки крутился и съедал совесть темноволосый парень. Думалось, как он сейчас сидит, теребя рубчики на рукавах кофты от нервов. Покусывает пыльно-розового оттенка губы, прокручивая навязчивые мысли, пленительно посылаемые ему бесом с левого плеча. Как ему хочется увидеть безрассудную aein, прижать к себе и шептать смачные ругательства, пока ладонь мягко скользит по гладким волосам, защищая от всего на свете. Но, к сожалению, он не знал: жива ли она вообще? Или самозабвенно бросилась под пули, не разбирая, кто есть кто, и кого бить. «Надо было ему рассказать раньше..чтобы не было недосказанности и тайн, чтобы, если я умру, он..он бы знал, во благо чего..»       Кён усмехнулась, упрекая себя в беспечности и в знакомой ей торопливости, когда дело касается её пристрастия. «Во благо собственного желания и дурости, Джи Юн, никак иначе..Да-м уж, мне жаль Нам Гю, я бы убила на месте, если бы он так сделал».       Её самоиздевки прервала остановка немногочисленной компании, вынуждая остановиться и ей, выглядывая хоть что-то через спины спереди. Сон тряс пистолетом перед лицом перепуганного парня, у которого дрожали руки. Он серьезно боится оружия? «Сотрудник этого места? Боится? Оружия? Смерти? Пф, что за бред? Тут что-то ещё..» – девушка глухо фыркнула, щурясь, чтобы разглядеть причину тряски Квадрата, для которого было что-то пострашнее смерти..Долг? Зрачки молодого человека панически бегали по сторонам, а колеблющаяся рука потянулась к маске в кармане. «Чёрт..не услышала», – она подтолкнула впереди стоящего человека в плечо, обращая его внимание на себя. – Что он делает? Зачем он маску достал? – выпытывающим тоном спросила темноволосая, пристально следя за каждым движением в округе. – Вроде, этим ублюдкам нужна маска, что пройти в зону администрации..просканировать что-ли, наверное, – мужчина из ряда неловко почесал затылок, напряженно сжимая рукоятку пулемёта.       Джи благодарно промычала и отошла на шаг назад, яростно поднимая все архивы своего мозга, проводя там штурм. В голове мелькали лишь черные, распахнутые от глубокого ужаса, глаза и..выстрел? Выстрел, навзничь пронесшийся сквозь висок Квадрата, а затем глухой стук от падения тела наземь. Солдаты вылезли с другой стороны, расстреливая игроков без разбора с пистолета-пулемета, лишь задерживая палец на курке. – Блять! – брюнетка грохнулась за стенку, прислоняясь спиной к прохладному материалу. Даже за толстым слоем бетона ощущались мощные вибрации от патронов. Сделав пару глубоких вдохов, девушка повернулась боком, глядя на команду. – Я поднимусь чуть выше, отвлеку их. – прокричала та, перезаряжая магазин. – Что? Куда ты? – завопила Хен Джу, голос которой растворялся в звуках безжалостной стрельбы.       Её замечание осталось проигнорированным, а от темноволосой, на её прежнем месте, остался только черный мазок от кроссовка и пустая обойма. «Где она взяла вторую?»

***

      123-яя перебралась в позицию повыше, осторожно выглядывая из-за балки. Внимание охранников было сосредоточено на среднем пролете, откуда летели неумелые выстрелы. Закусив нижнюю губу, она разглядела пустой проем, где не было выпущено ни одного патрона, лишь молчаливая тишь. Брови выгнулись в недоумении, а недры мозга стали плавиться, в надежде вспомнить, кто находился в этой местности. «Ен Иль».       Кроткий выдох. Слишком подозрительно. Слишком странно. И слишком пудрит то, что нежится в черепной коробке. Рука отмахнула липкий воздух, пронизанный металлическим ароматом, сосредотачиваясь на своей миссии. На своем призвании. Устроившись поудобнее, Кён завела огнестрельное оружие на уровне плеча и прицелилась, намечая себе нужную мишень. Язык снова прополз между губами, обозначая готовность и концентрацию его хозяйки. Палец лег на курок, обволакивая нагретый пластик. Щелчок. Маска со знаком треугольника треснула под силой пулевого удара и упала на пол, пока сама пуля проделала трещину во лбу человека, скрывающегося за пластиковой накидкой. Сдвиг оружия. Следующий незамедлительный щелчок нашёл свою жертву, вонзая пулю в черепно-мозговую кость и принося Смерти ещё одного нежданного гостя. За ними полетели следующие патроны, ищущие свою цель с поразительной точностью. Это её стихия. Её буря и выплеск эмоций. Её детище. Брови сдвинулись к переносице, делая выражение лица хмурее, чем обычно. Орган во рту увлажнял уголок губ, двигаясь своенравно от приказов свыше. Глаза, темные глаза сверкали беспробудной тьмой и азартом, унося рассудок куда-то в Рай. Джи Юн должна убивать. Она желала убийств, крови и смертей. Потребность в её страсти выплескивалась с краев, течение чувств туманило разум. Она - сама Смерть, забирающая и отдающая. Кён такая же, как и все гребанные суки с верхушки этого места. Она судит, она дает шанс и отнимает его.       Дева упала за балку, скрываясь от выяснивших её укромный уголок сотрудников, коих стало меньше с помощью её усилий. Сбившееся дыхание и испарина, проступившая на лбу, не мешали ей контролировать ситуацию. Ей помешало другое. А именно испуганные зрачки убитого Квадрата, скачущие по волнам сознания в разные стороны. Резкое, болезненное осмысление настигло темноволосую. Сжатая ладонь, державшая автомат крепким хватом, ослабла, выпуская оружие из рук. «Справедливо ли то, что я делаю сейчас? Эти розовые..они же такие, как и я, верно? Им платят деньги за убийства, они делают свою работу, защищают систему..Мерзость».       Пулемет отлетел в сторону, пока фаланги пальцев держали упругий хват за ткань испачканных мешковатых штанов. Её желание стало её ошибкой, грязной и обесчещенной. «Эти геометрии не убили никого, кто мне дорог..Они не сделали мне больно, лишь выполняли свой долг. А я сделала. Сделала больно им. Сделала больно самой себе». – вытерев нос рукавом кофты, 123-яя осела на пол, гипнотизируя взором лужу крови неподалеку. Всё вмиг показалось таким глупым и нечестным. Как и она сама. «Самое сложное - не держать всё под контролем, а не позволить контролю управлять тобой. Но я позволила». – горькая усмешка расползлась по её лицу, улавливая ушными раковинами уменьшению снарядов, стремящихся отобрать самое ценное у человека - жизнь. «Что-то не так».       Лицо омрачилось от странного предчувствия. Осмотрительно выглянув из-за ограждения, она не наблюдала выстрелов со стороны восставших. Лишь со стороны солдат, что всё меньше и меньше выпускали пули по розовому покрытию. Настороженно встав, девушка согнула корпус и нерешительно двинулась вперед, желая узнать причину остановки обстрела. Выглянув из-за стены, Кён застала одну треть участников, что, выдохшись, облокотились на бетон, тяжко забирая воздух в легкие. – Где Дж..120-ая? И остальные? – встревожено спросила дева, увиливая от очередного патрона. – 388-ой ушел за магазинами..давно..его долго нет..девушка ушла за ним.. – рвано отвечал мужчина поблизости. Его руки тряслись от изнеможения и усталости. А в зрачках плясал оттенок обреченности и понимания, что им не выстоять. – Ки Хун, 390-ый, 001-ый и ещё пару человек ушли в администрацию..их тоже..давно нет, – откашлявшись, ответил крестик, осматривая своих товарищей.       Темноволосая оглянулась назад, сжимая губы в одну нить, а затем сорвалась с места, оставляя малую часть игроков одних. Она намеревалась найти Джу. И намеревалась уйти от своего же провала, кануть в виновной неизвестности, лишь бы не видеть трупы в розовых костюмах с продырявленной, её же руками, бошкой. В голове крутилось одно слово: «Вина». И это было оправдано. Ведь она убивала не врагов, а себя.

***

      120-ая ворвалась в зал, очумело бегая зрачками по общежитию. – Дэ Хо! Дэ Хо, где вы?       Нам Гю приподнялся со своего места, услышав крики подруги Джи Юн. Навострив зрение, он нахмурился, не видя брюнетку рядом с Чо. Тревога, осевшая в груди, поднялась до пика, и он соскочил с койки, приближаясь к шатенке. Но не успел дойти, как в комнату вошла Кён, еле семеня ногами. С души темноволосого свалился огромный камень, сдавливающий органы до невероятных размеров. Тяжелый выдох слетел с его уст.       Глаза 123-ей были наполнены печальной злостью, вперемешку с зияющей пустотой. Парень обеспокоено прочитывал туловище темноволосой на повреждения, не понимая её подвешенного состояния. Он сделал шаг, как в динамиках зазвучал тревожный сигнал, заставивший всех дернуться от неожиданности. Лишь Джи лениво двинула головой, глядя на раскрывшиеся ворота и суетных охранников, выбегающих в центр зала. Оружие у юницы не присутствовало, а причина отсутствия была неочевидной и непонятной для Нам Гю. Тело ныло от отсутствия подробной информации, что очень раздражало юношу, которому каждая крупица знаний была важна. Особенно, если это казалось Джи Юн. – Всем лечь на пол! – разъяренный, хоть и сквозь пластик, голос Квадрата нарушил безмятежность атмосферы. Прогремели выстрелы, а тела, находящиеся в панике, приложились об пол, отчаянно скуля. И только Джи Юн осталась стоять, скучающе рассматривая солдатов в розовых костюмах. Коллеги, а может и друзья тех, которых она самолично лишила жизни и надежды на светлое будущее. – Лечь на пол! Немедленно сдать оружие! – вопил сотрудник с маской квадрата, делая пару контрольных выстрелов.       На слове «оружие» дева косо посмотрела куда-то в сторону. Брюнет, проследив за её взором, уперся глазами в одну из кроватей, очевидно, давно пустующую. Губы сжались в узкую линию, перебирая возможные варианты её поведения, но ничего не приходило в голову.       Уголок губ Кён едва заметно дрогнул, подначивая воспоминаниям.

***

      Ки Хун вместе с другими отчаявшимися крестиками перекатывались по залу, вырывая зубами преимущество у сотрудников организации, лишь бы осуществить задуманный ранее план.       Брюнетка зацепилась зрачками за торчащий из кармана револьвер, принадлежавший уже мертвому человеку в розовом костюме. Он манил, пленил, звал её, кричал о своей нужности и важности для неё. А перечить этому зову девушка не желала. «Обзор камеры сюда не достаёт, все отвлечены..» – Чего разлегся? Вставай, пошли, – мгновенно придумав план, она подорвалась с места и махнула рукой, обходя труп охранника, на секунду задерживаясь.       Дождавшись, пока Нам Гю чуть оторвется от неё, 123-яя незаметно склонилась к одной из кроватей, просовывая руку с холодным металлическим стволом под матрас. Надежно закрепив огнестрел, та похлопала по ткани, придавливая еле видимую неровность. А затем двинулась вперед под звуки выстрелов, ухмыляясь себе под нос. «Когда-нибудь пригодится».

***

– Джи Юн! – 124-ый помахал ладонью перед её лицом, нервно осматривая фигуру девушки с головы до ног.       Она лишь молчала, глазами уткнувшись в одну точку, с тех пор, как ушли солдаты. Зрачки не реагировали на движения, желавшего растормошить её Нам Гю, бесстрастно прожигая стену. Вся толпа сидела, как на иголках, ожидая любых новостей, кроме Кён. Та лишь думала, отчаянно погрузившись в свою внутреннюю утопию, ища себе оправдание. – Джи Юн, милая.. – тоскливо пробурчал парень, садясь на край кровати девы, не нарушая её безмятежный покой. Перед глазами всё ещё мелькали изображения, как ту скручивают, ударяя щекой об прочный бетон. Безжалостно рыщут по телу, одежде, карманам, выискивая любой признак неповиновения приказу. Как злость, направленная на охрану, бурлит по венам, сметая остатки благоразумия.       Брюнет дрогнул от своих мыслей, возвращаясь в реальность. Правая сторона лица 123-ей ещё пылала красным оттенком от грубо примененной силы. Пальцы незамысловато потянулись к бархатной коже, проводя невесомую линию вдоль алой скулы, что, в коем-то веке, сияла краской, а не тусклостью. Было мерзко и противно от своей беспомощности. Темноволосый не мог ничем помочь, не мог решить её проблемы, не мог забрать себе её тяжкий груз, висевший на сердце. Он даже не знал, в чем причина её подвешенного состояния. А, если быть точнее, его полного отсутствия. Брюнетка выглядела, как живой труп, полностью отдавшийся своему нутру, отрезанному от мира. – Что с тобой?.. – тихо прошептал парень и опустил голову вниз, безнадежно рассматривая багровые точки на своих штанах.       Пухлые пересохшие губы распахнулись, втягивая сухой, пропитанный страхом, недосказанностью и нервозным ожиданием, воздух. – Ты спрашивал, кто я такая, – безжизненно прохрипела Джи Юн, на что темноволосый свободно выдохнул, благодаря Вселенную за хоть какой-то признак её присутствия рядом с ним. Поднял глаза на девушку, бегая по её профилю зрачками, словно пытался отыскать ответы на её блеклом лице. – Мне всегда хотелось большего. Больше опыта, больше знаний, больше признания, больше, больше, больше..Больше денег, – монотонно начала Кён, будто история касалась не её саму, а левого человека из метро. – Неплохая семья, уважаемая, все дела..Хорошее образование, школа, всё в достатке. Есть жилье, еда, одежда. Вон, в армию даже отдали, – она саркастично усмехнулась, ковыряя пальцем кутикулу. – Отлично же, верно?       Она замолчала, словно ожидая честного вердикта Нам Гю, что непонимающе супил брови, выслушивая тираду от брюнетки. – Но? – произнес он, зная, что просто так ничего не бывает, а особенно хорошей жизни. Всегда чего-то не хватает. Бедным не хватает денег для осуществления мечт, пока богатым не хватает эмоций и адреналина, ведь все мечты уже осуществили деньги. Деньги.. – Но я пошла дальше. Мне..предложили кое-что.. – шея темноволосой дернулась от застрявшего тяжкого кома внутри. – Прибыльное дело. Нарушив все обещания, просьбы, я ушла из армии. Никому не сказала куда и зачем иду, просто пропала. Даже от родителей скрыла. Чтобы не мучались потом, – дева быстро проморгалась, то ли пряча стеклянные глаза, то ли что-то более глубокое. – Они и так не мучались, конечно, не пришлось. – Что ты делала, Джи Юн? – напористо воскликнул 124-ый, стараясь сделать вежливый тон, что не очень получалось. – Я..я, чёрт, – мрачно фыркнув, 123-яя запустила пальцы в волосы, чуть сжимая шелковистые пряди. Унылый смешок вырвался из её груди, а затем её взгляд обратился к брюнету и оттаял от бесцветной пропасти, показывая непрошеные капли в уголках век. – Я наемница. Киллер. Убийца. Называй как хочешь. Поддельных имен много.       Глаза поползли на лоб, а рот приоткрылся изумлении, выпуская беззвучный выдох. В уме темноволосого стремительно пролетали картинки её поведения в течение их знакомства. Четкие, почти автоматические движения рук, намеченный взгляд, безразличие к выстрелам и крови, что воротили даже его самого. Черные глаза, в которых зияло пятно опустелости, обжигающего холода и неприкрытого сарказма. Тихое опасное молчание, когда она присматривалась ко всему полезному. Горящий взор при виде автомата, за которым она азартно наблюдала в течение долгого промежутка времени. Её суждения, мировоззрение, желания..Он совсем её не знает. «Она действительно дьявол».       Её темные волосы, что чуть распушились и стали завитыми от естественной сушки, приятно вились, спускаясь по плечам и подчеркивая утонченную фигуру. Аккуратный, прозорливый нос, ищущий наиболее угодное преимущество для своего благополучия. Пушистые длинные ресницы, замедленно схлопывающиеся, были завораживающим зрелищем. Пухлые бледные губы то смыкались, то размыкались, тяжко вдыхая кислород, словно пары нашатыря текли по воздуху, делая его сложным и противным для инспирации. Гладкая светлая-светлая кожа, обтянутая по всему периметру худого тела тянула парня прикоснуться к ней, не оставляя выбора. Даже синяки и ссадины на лице только украшали её восхитительно-божественный вид, а сбитые костяшки на кулаках несли едва слышимую, скрытную угрозу. Изящную, коварную угрозу. «И я хочу быть с этим дьяволом. Настоящим, злорадствующим. Умеющим чувствовать и осознавать свои ошибки. Злиться. Любить». – Почему я раньше не додумался? Сумасшедшая, – он криво ухмыльнулся, потирая ладонью лоб. – Ты, оказывается, опаснее, чем я думал, aein. – Что? – веки девушки распахнулись в недоумении. Она помахала рукой перед его лицом, словно хотела привести в чувство. –Ало, я убийца, Нам Гю. – А я наркоман, сидящий на героине, – темноволосый насмешливо закатил глаза, прикасаясь ногтем к носу. – Прекрасный дуэт. – Ты ненормальный.. – Джи Юн откинулась к стене, соприкасаясь задней частью головы с прохладной стеной, и закрыла глаза, истерически засмеявшись. – Ты тоже, – 124-ый ухватился за плечо девы и потянул на себя, кладя её темя себе на грудь. Пальцы с лихорадочным рвением пустились в её корни, ласково отсчитывая каждый локон по порядку. Горячее дыхание 123-ей обжигало грудную клетку, вдыхая в неё новые эмоции и заботы. А смысл этих забот мирно посапывал у его сердца, прочным нитями устанавливая связь между искалеченными душами. – Почему ты пришла такой потерянной?       Естественно, она ожидала другого. Ожидала отторжения, злости, разочарования, но никак не принятия. Как можно принять то, что твой близкий человек - преступник высшей тяжести, безжалостно забирающий жизни за деньги? Любой другой бы так и подумал. Но не он. Он лишь нежно гладил по голове, утыкаясь подбородком в макушку, успокаивая шторм на душе. Он делал то, что не делали другие. Был искренним и был рядом. – Я так хотела почувствовать это снова.. – Кён швыркнула носом, прижимаясь к крепкому телу ближе, словно он мог её спасти от груза на сердце. – Звуки выстрелов, отдача от оружия в руку..это замечательно, но..       Брюнет молча слушал, снова и снова вознося руку над черепной костью девушки, чувственными движениями закрывая ту от горестей злополучного мира. – Эти люди..они такие же, как я, – закрытые глаза с дрожащими ресницами навевали тоску и сожаление. – Им платят деньги за их работу, они помогают семье или стремятся к лучшей жизни..Я просто убила их. Убила саму себя. Добровольно, с неадекватным рвением. – слова лились гурьбой из её уст, с каждым разом вызывая ещё больше вины. – Все это так бессмысленно и глупо. – Но ты же.. – подавшего голос парня перебил другой, надоедающий и ненавистный. – Игрок 390 выбыл, – отрадно отрезал спроецированный громкоговоритель. «Чжон Бэ..?»       Темноволосая подорвалась с места, выпутываясь из кольца венистых рук, и встала на ноги, непонимающе оглядывая зал. Народ стал озираться по сторонам, унюхивая любой знак, что мог дать ответ. 124-ый еле слышно очутился рядом, бесшумно кладя руку на плечо девы. Она даже не дернулась. Звук открывающихся ворот и гулких синхронных стуков ботинок распространились по помещению, маня к себе поближе. А за солдатами в розовых костюмах проглядывался черный гроб, обернутый в пеструю розовую ленту, как символ смерти. «Розовый цвет будет сниться мне в самых жутких кошмарах, я уверена».       Поймав такой же загнанный в тупик взор Хен Джу, брюнетка двинулась ближе к предмету, предвещающему пленительницу с косой за ним, что по-охотничьи обводила контуры фигур вокруг. Джи подняла глаза на безмолвных охранников, смирно стоявших на импровизированной сцене, чего-то ожидая. «Неужели..они правда решили показать нам труп Чжон Бэ?»       Отвращение к людям впереди возросло по диаграмме вверх. 123-яя уставилась на шатенку, стоящую сбоку от неё. Веки той зажмурились, в надежде прогнать вырисованные мозгом поганые изображения о том, что находилось в тесном коробе, и о том, что произошло для того, чтобы он стоял сейчас здесь. Прерывисто вздохнув, 120-ая вцепилась пальцами крышку гроба, с силой отодвигая предмет в сторону. «Что за..?»       Кён остолбенела, не решаясь проронить ни слова, как и толпа крестиков рядом. Взгляд снова поднялся на сотрудников, наверное, упивающихся со зрелища. «Нет..»