Сигареты со вкусом смерти

– Этот мямля - гребанный предатель! – пиная железку, возникнул Нам Гю, запустив пальцы в сальные волосы. – Он совсем страх потерял, я не пойму? – Остынь, Нам Гю, – меланхолично пробурчала Джи Юн, дергая парня за кисть. Девушку словно ничего не волновало. Ни ничья в голосовании, ни Мин Су, выбравшего крест, ни хлопочущие рядом наркоманы. Только она и её чувства, рвущиеся наружу.       Тот, утихомирив пыл, упал на пол рядом с её кроватью, прислонившись к балке спиной, и стал шептать ругательства и оскорбления в сторону 125-ого. – Да нихрена не остынь, beauty girl, he betrayed us! – поддержал Танос брюнета, хлопая руками по коленям. – Нам нужно поговорить with him. – Да сядь ты, придурок, – Кён потянула вниз фиолетоволосого, возбудившегося из-за подставы прежде зашуганного игрока, что не смел вставить и слова против этих двух. – Just small talk, beauty girl, – жалобно промычал рэпер, смотря на темноволосую с, как обычно, расширенными зрачками. – Какой с ним разговор, ему просто нужно показать его место, – снова подскочил 124-ый, активно взмахивая руками. – Ублюдок жалкий. – Оба сели и успокоились, достали, – 123-яя раздраженно повысила голос, закатывая глаза, на что другие два участника команды переглянулись, но уселись обратно на моросящий пол, пока брюнетка отсиживалась на своей кровати, укрыв холодные ступни одеялом.       Забив на пристрастившееся прозвище Су Бона к, практически его, ДжиЮн, Нам Гю стал ковырять кроссовок, ухмыляясь себе под нос. – Сейчас точно не время разбираться с ним, – разбавив напряженную паузу, сказала девушка, наблюдая за сидящей в толпе крестиков Се Ми, что скучающе облокотилась на руку и вполуха слушала что-то выговаривающего Мин Су. «Он всего лишь трусливый мальчик. Нашёл утешение в Се Ми, которой, наверное, на него не настолько всё равно, как остальным. Смысл его доканывать, если он уже расставил приоритет для себя в её сторону? Хоть на это смелости хватило». – А для чего время? – проворчал темноволосый, косясь на девушку. – Мы можем просто помолчать в коем-то веке, нет? – произнесла Джи Юн, плавно массируя виски.       124-ый облокотил голову об матрас койки и закрыл глаза, что-то яростно обдумывая. Грудная клетка парня то вздымалась, то опускалась, что свидетельствовало о его шалящих нервах. 230-ый же опустил голову, вглядываясь в расплывающийся кругами между ног пол, отстукивая пальцами с разноцветными ногтями какой-то бит.        «Я должна осмелиться. Должна поговорить с ним, ответить на его чувства. Сама же себе толдычила, мало ли мы умрем, дальше будет поздно, бла-бла-бла..»       Ладонь девы мягко коснулась головы сидящего в паре сантиметров парня, от чего тот вздрогнул, но глаза не открыл. Лишь уголок губ едва заметно дрогнул в удовольствии. Подушечки пальцев стали нежно перебирать черные, как смоль, волосы, делая незамысловатые узоры на коже. Мурашки по телу молодого человека разлились со скоростью света, блаженно раслабляя. «Он так похож на кота..Маленького, беззащитного. С зубами и когтями. И с грязными мыслями. Но именно ему я могла бы довериться».       Мысль прошибла лоб, словно пуля, которую могли всадить ей за все совершенные преступления. Зрачки расширились от осознания, что медленным темпом, отравляюще, но одновременно и спасающе, распылялось по черепной коробке, пока до Кён не дойдет. «Но я уже ему доверяю».       Прикрытые ресницы слегка дрожали от тихого умиротворения. Дыхание, ровное и спокойное, словно озеро, блестящее на свету дневного солнца, выходило из груди и закрадывалось обратно. Черты лица, острые, аккуратные, отдаленно ассоциирующиеся с ласковым котом, которому не хватает тепла. Розовые, слегка потрескавшиеся губы застыли в одном положении, не произнося ни слова. «В этой игре..я слепо доверяла каждому его действию, каждому сжатию ладони, каждому сказанному слову..Доверяю и сейчас. Разве это уже не предел?»       Сердце, равномерно бьющееся, инстинктивно верило каждому движению тонких пальцев, перебирающих пряди угольных волос. Наконец, душа, открытая к любому решению, жаждущая каждой мимолетной частички касания и эмоций, направленных на него. Органы делали кульбит, когда бледная бархатная кожа соприкасалась с его, грубой, забитой татуировками и следами от уколов. Коварный и изворотливый снаружи, но уступчивый и нежный внутри. С ней. К ней. Для неё. И только. «Это предел. Пора».       Скрежет металлических непробиваемых ворот прервал всякие раздумья и возможность высказаться. Хлопки грубых ботинок синхронно чеканили каждый шаг, а затем остановились, ожидая слов командира. – Игроки, выстройтесь в очередь за получением питания.       Как по зову, часть сотрудников вынесли столешницы с провизией, а за ними потянулась и очередь из людей, с нетерпением ждущих еды после изнуряющей игры, а затем и высасывающего жизненную энергию голосования. – Идем? – с неожиданной нежностью, лелеянным голосом произнесла Джи Юн, приподнявшись с кровати.       Нам Гю тут же распахнул глаза, а затем огляделся вокруг, останавливаясь на девушке. – Куда? – Еду выдают, – кротко сообщила она, засовывая ноги в кроссовки, не поднимая пятку, ведь знала, что придёт обратно.       Брюнет истощенно промычал, после чего дернул рукой и стал чесать нос. – Мне та-ак лень, – голова, словно тяжелый камень, откинулась назад, ударяясь об металлический край кровати. 124-ый дернулся и зашипел, потирая больной затылок.       Темноволосая, глядя на эту картину тихо захихикала, прикрывая улыбку. Словила грозный взор парня, который лишь раззадорил деву еще больше. Теперь она откровенно смеялась, смотря на лицо, перекошенное в недовольстве. Нам Гю, пыхтя, стал подниматься с пола, закатывая глаза. 230-ый уже ускакал вперед, желая поскорее получить пищу, в отличие от Кён, организм которой не сильно привлекала еда после немалого количества сигарет. Но, всё же, поднялась и пошла, шоркая обувью, чтобы не остаться без неё.

***

– Вилка? – изумленно подметил Танос, разглядывая железку, как что-то необыкновенное. Хотя, в их положении, это и вправду было странное явление. – Действительно, вилка, – задумчиво прошептал брюнет, крутя столовый прибор пальцами, и заглядывая в пространство между острыми зубчиками. «Раньше не было выдано никаких приборов, лишь ложки с зубцами..Еще и стекло..Чёрт, они..» – Они хотят крови, – твёрдо сказала Кён, продолжая раздумья, возникшие в голове, и отложила пищу в сторону, переваривая информацию. – What do you mean, beauty girl? – До этого нам не выдавали никаких острых вещей, – стала развивать мысль девушка, рассматривая людей в розовых костюмах, что держали автоматы под боком. – И стеклянных тоже. – Ну и что? – нетерпеливо воскликнул рэпер, с пристрастием кладя квадратик в рот. – А то, что этот ролл, – брюнетка подняла вверх рис, завернутый в нори, – можно спокойно съесть руками, Су Бон.       Фиолетоволосый перестал жевать, поднимая голову. Расширенные зрачки удивленно уставились на темноволосую, а затем перенеслись на вилку, что покоилась где-то в ногах. Роллы, завернутые в фольгу находились в руках, заманивая быстрее расправиться с аппетитной трапезой. – Да ну.. – ошеломленно прошептал тот, смотря на столовый прибор затуманенным взором, пусть и градус наркотиков в крови уже понизился.       Девушка оглянулась на Нам Гю. Он лишь сжал губы в одну нить, зачаровывая железку взглядом. – Что думаешь? – невзначай кинула она. Было действительно интересно, что парень думает по этому поводу. – Да, они хотят крови и зрелищ, ты права, – брюнет констатировал факт, сказанный Кён ранее, а затем поднял глаза на неё. – И, скорее всего, это начнется после отбоя. – Не думаю, – незамедлительно опровергнула его слова та, кисло дергая уголком губ. – Убийства могут пойти раньше, например, в туалете. Или даже здесь. Не суть. Их цель: окончательно рассорить два лагеря, – немного помолчав, решительно добавила дева, равнодушно пробегаясь по общему залу зрачками, следом возвращаясь на дымчатые глаза. – Крестиков и Кружков.       Темноволосый лишь кивнул, пока Танос вообще не обращал внимания на тихие разговоры этих двоих. В его понимании 124-ый не был самым умным человеком, лишь послушным помощником, взамен на помощь которого он смог бы дать защиту в ответ. Грубо говоря, «крышу». А Джи Юн вообще была загадкой века. Вечно молчаливая, смотрящая на всё с насмешкой и хладнокровием, лишь изредка вкидывая какие-то умные вещи, а затем снова возвращалась куда-то к себе, в свой потайной уголок, отсиживаясь там до нужного момента. Рэпер не был глупым, мимолетно наблюдал за связью двоих напарников, но его не заботило это. Его вообще ничего не заботило. Лишь деньги, лишь мама, лишь его удовольствие и веселье. Наркотики заглушали дятла в голове, беспощадно долбящего мозг с просьбой оглянуться по сторонам и прийти в себя, но до этого Таносу не было дела. Все вокруг - лишь его подчиненные, а его, как лидера, опасность не поджидает. Особенно от рядом находящихся: тихих, молчаливых и покорных. – Люди поймут, что если они убьют, то прибавиться больше денег, – вкрадчивым шепотом сказал 124-ый, наклоняясь ближе к девушке. – И тогда народ уменьшится. – Это так, – покачав головой, ответила ему 123-яя, прикусив нижнюю губу.       В возникшей паузе повисло легкое, даже искушающее, напряжение. Нам Гю поймал себя на том, что крепко сжимает вилку в руке. А сузившейся взгляд направлен отнюдь не на Джи Юн, а на 380-ую, находящуюся где-то в другом конце общежития. Скулы до боли свело, а голос в голове шептал различные ужасные вещи, что парню казались очень даже привлекательными. «Чёртова стерва..» – Знаешь, что думаю? – голос девушки вернул брюнета на Землю, спасая от злостных дум, что не раз посещали его, будуче безоружным. Но теперь-то оружие у него есть.. – Что? – У них не может быть столько денег просто так, это понятно, тут стоит кто-то выше.. – начала Джи, прокусывая внутреннюю сторону щеки, от чего та стала кровоточить. – Власти типо? – Может быть. А может быть и просто богачи, решившие развлечься и ставящие ставки, – решив наконец-то поесть, продолжила юница, открывая все свои думы, что посещали её не раз. – На нас. Оттуда и деньги, что сейчас в этой штуке, – она вскинула головой, указывая на свинью, наполненную деньгами. – Чёрт..я так глубоко не думал, но.. – отпив из бутылки, Нам Гю вытер остатки жидкости рукавом кофты. – Это наиболее вероятно. – Guys, о чем вы talking? – подключившись в разговор, Танос потянулся корпусом к оставшейся команде.       Брюнеты с почти одинаковыми номерами стушевались, начиная активно пережевывать выданную провизию, стараясь не смотреть рэперу в глаза. – Думали, как отомстить Мин Су, – поспешно выкинул 124-ый, заправляя выбившуюся прядь за ухо. – Что придумали? – глаза фиолетоволосого загорелись при упоминании предавшего его 125-ого. – ..ничего, – пожав плечами, ответил парень, снова делая глоток пресного напитка. – Решили, что у тебя наверняка будут получше идеи, чем у нас. – Это точно, верно сказал, Нам С..Нам Гю, да-да, я запомнил, Джи.. – сперва похвалившись, 230-ый запнулся и почесал затылок, виновато глядя на девушку напротив. – Джи Юн, – равнодушно выгнув бровь, ответила та. – Точно, Джи Юн, да, так вот.. – не успел парень договорить, как его перебили. – Простите.. – слегка поклонившись, пролепетала шатенка. – Джи, мы можем кое-что обсудить?       Глаза темноволосой чуть приоткрылись при виде подруги, но она быстро вернула себе самообладание. – Да, идём, – оттянув вниз кофту ответила Кён, а затем развернулась в сторону 124-ого, который уже понимал, что обречен слушать гениальные мысли Су Бона по отмщению этому тряпке в одни уши. – Я скоро вернусь.       Оставив лишь полуулыбку, предназначенную брюнету, 123-яя скрылась за соседними стеллажами коек, где не было посторонних глаз. Темноволосый тяжело выдохнул и закинул оставшийся квадратик в рот, слушая речь напарника, параллельно представляя кровавые картины с участием железки и ненавистной стервы.

***

– Джи, ты..прости меня, я не должна была голосовать за крест, зная твоё положение, я просто.. – Стоп, стоп, хватит, – даже не собираясь это слушать, девушка приподняла ладони вверх и повертела головой из стороны в сторону. – Это твой выбор, твоё решение, я его уважаю и понимаю, мне плевать. – Но.. – Никаких «но» тут быть не может, – категорично прервала та, внимательно заглядывая в глаза 120-ой, и кладя руки на её колени. – У тебя свои мотивы, у меня свои, но это не мешает мне относиться к тебе точно также, как и раньше. Не поднимай эту тему больше, окей? – Ты самая лучшая, Джи, спасибо, я тебя поняла, – искренне улыбнувшись, ответила девушка, ведь отмела ещё одну вещь, за которую её грызла совесть. Но, вспомнив истинную причину всего хаоса, творившегося у нее в душе, она поникла, склонив голову. – Что ещё стряслось? – Я, на самом деле, ещё по одной причине пришла извиниться, – вымученно выдохнув, замялась Хён Джу, впиваясь ногтями в колени. – Тебе не надоело извиняться? – Джи Юн устало закатила глаза, и ухмыльнулась, подтрунивая подругу. – Отстань, Джи, я серьезно, – поправив чёлку, Чо стала стучать пальцами по коленям от нервов.       Кён лишь промолчала и устроилась поудобнее, готовясь слушать 120-ую. – Прости за то, что помешала тебе меня защитить, я думала это было лишним, и что тебе не стоило привлекать ненужное внимание, но ты всегда была такой, и я правда благодарна за то, что ты на моей стороне, – выпалив всё на одном дыхании, шатенка взглянула прямо на подругу, ожидая реакции. – Мне неважно, нравится тебе или нет, привлекает это внимание или всем побоку, – спустя небольшое молчание, произнесла темноволосая, встречаясь с виноватым взглядом девушки. – Я всё равно разукрашу кому-нибудь лицо, если они будут вести себя, как придурки, и задевать тебя или меня. Я ведь знаю, что было тебе неприятно, это так? – Так. – А когда тебе неприятно и больно, то и мне тоже, – губы расплылись в слабой добротной улыбке. – Я понимаю, что ты тоже хотела меня оградить от ненужных разговоров, но давай договоримся: ты не мешаешь мне помогать тебе, а я стараюсь не лезть в драки без веских причин, идёт? – Кён протянула руку, чтобы скрепить обещание, на что 120-ая с удовольствием ответила, вложив теплую массивную ладонь в холодную. – И хватит на меня так жалобно смотреть, меня сейчас стошнит.       Джу цокнула языком, а затем тихо рассмеялась, утягивая подругу в объятия. Та, не став медлить, обвила руками крепкую от нагрузок спину, втягивая воздух в прокуренные легкие. – Ты точно не обижаешься? – спросила Чо, откидываясь чуть назад, чтобы точно видеть лицо брюнетки без намека на негатив. – Я никогда ни на кого не обижаюсь, Джу, только если на себя.       Шатенка промолчала, поджимая губы. Положив голову на плечо хрупкой фигуры, она облегченно выдохнула, вкладывая в скребущую душу совесть два кусочка пазла, которые помогают постепенно обрести свободу от оков вины. – Ты пойдёшь к нам? – «К нам» - это к кому? – Ну, к Дэ Хо, Ки Хуну.. – девушка хотела перечислить компанию, собравшуюся в одном из углов просторной комнаты, но её прервал внезапно прорезавшийся железный голос. – Нет. – Нет? Почему? – вопросительно произнесла Джу и приподняла голову с плеча, пытаясь найти глаза 123-ей. – Потому, что вы по другую сторону баррикад, Джу, – вглядываясь в каждую купюру, что лежала в копилке, безразлично ответила девушка. – Вы - в красной команде, – она тыкнула в красную нашивку на кофте 120-ой, а затем перевела палец на себя, указывая на свою синюю. – Я в синей, всё просто. – Но там никто не против тебя, все к тебе хорошо относятся, даже если ты выбрала круг, – протараторила Чо, поспешив опровергнуть всё, что сказала подруга. – Я тоже к ним хорошо отношусь, но я не могу быть с вами. Наши взгляды разняться, не хочу стать преградой в откровениях перед «чужой». – Так ты..ты хочешь узнать о наших планах что-ли?       Джи Юн загадочно улыбнулась, даже не смотря на сидящую рядом шатенку. Ресницы Хён Джу пару раз вопросительно схлопнулись, а затем кулак мягко ударился о предплечье темноволосой, сопровождаясь тихим шелестящим смехом. – Ты просто ужасна, Джи, думаешь, я тебе так взяла и всё рассказала, да? – Конечно, Джу, мы ведь подруги, – выпятив губу, саркастично ответила дева, наконец переведя взор на 120-ую. – Так ты меня используешь получается, – наигранно всхлипнула Чо, ещё раз хлопнув девушку по плечу. – Никак нет, подруга, я только с самыми чистыми побуждениями. – Фу, какая ты жестокая, Кён, я просто в шоке. – Не жестокая, просто практичная, – 123-яя повела плечом, а затем приподнялась, подавая раскрытую ладонь Хён Джу. – Наш конфликт исчерпан? Я ещё не доела, а мне уже хочется покурить. – Это я у тебя должна спросить, исчерпан он или нет, – 120-ая вскинула вверх брови, отвечая на поданный жест. – Всё в норме, не волнуйся, я и не обижалась. – Кому ты рассказываешь, а? – закатив глаза, ответила шатенка, засовывая руки в карманы кофты. – Иди уже, тебя потеряли, наверное, – Кён отсалютовала подруге, шагнув ближе к своему месту обитания. – Если будет что-то интересное, то зови. – Обязательно, – за спиной Чо раздался глухой, почти коварный смех, на что ей пришлось ещё раз закатить глаза и снова поправить упавшую в глаза челку. «Она не исправима».

***

– О, Джи Юн, не хочешь покурить? – вскочив со своего места, как ошпаренный, выпалил Нам Гю, неловко улыбаясь. – У тебя есть электронка? – изумленно произнес Танос, вытягиваясь в сторону девушки. – Нет, я не курю эту хрень, – безразлично ответила та, хватаясь за съедобный квадрат, находящийся где-то на её кровати. – Только сигареты. – Фу, а я эту хрень не курю, – раздосадовано отмахнулся Су Бон, делая глоток сладкого напитка.       На это Джи Юн лишь ухмыльнулась, поворачиваясь к брюнету, заметно желавшего сбежать от разговорчивого друга, придумывающего самые бредовые идеи. – Ну, тогда идём вдвоем, – наигранные нотки грусти зазвучали в её голосе, после чего она тяжко вздохнула, и опустилась на ступень ниже, пряча ладони в карманы. – Не скучай тут. – Наконец-то, я думал сдохну слушать его болтовню, – парень приложил руку к сердцу, облегченно выдохнув. – Он хотел привязать его ночью к кровати, и насильно заставить проголосовать за круг. – Скажи мне спасибо, – ехидство просквозило в её речи, пока 124-ый сравнил расстояние между ними. – Спасибо, милая, что бы я без тебя делал-то, – темноволосый сложил руки в лодочку, сгибаясь в шуточном поклоне. – Я тебе сейчас ничего не дам, и ты пойдешь обратно куковать с фиолетовым. – Нет, только не это, я молчу, – он жестом застегнул рот, отбрасывая невидимый ключ куда-то вдаль, от чего девушка довольно кивнула, расплываясь в удовлетворенном оскале. – Манипуляторша. – Я всё слышу, Нам Гю, да и кто бы говорил, – Джи Юн недовольно повела бровью, искоса заглядывая на молодого человека, что старательно делал непричастный вид. – Я молчал. – Ага, верю.

***

      Колесико зажигалки чиркнуло, издавая звонкий щелчок. Табак, обернутый в бумагу, приятно зашелестел, начиная лениво тлеть. Мелкое облако белёсого дыма смешалось с похожим соседним, плавно поднимаясь гущей к потолку. Две палочки одновременно прислонились к губам, получая очередную порцию никотина в кровь. Растяжное убийство лёгких. Но и блаженное удовольствие, струящееся по венам. Нервные клетки перестают стрессовать, обманывая разум ложной надеждой на успокоение. – Нам Гю, – хрипло отозвалась брюнетка, смотрящая куда-то в потолок.       Тот лишь качнул головой в ответ, желая узнать причину его призыва. Но девушка молчала. Расслабленная, безмятежная, спокойная. Словно статуя. Неподвижный силуэт, что заставлял сердце биться сильнее. Сознание темноволосой водило за нос, убеждая в абсолютной невозмутимости, когда на деле один из главных жизненных органов выпрыгивал из груди от волнения и страха близости. Но душа упрямо утверждала, молила, что нужно. Что необходимо. Необходимо открыться, искренне довериться телом и душой первый раз в жизни. Он - спасение из зияющей пустоты. – Джи Юн? «Я смогу. Я запросто могу забрать жизнь у человека, а признаться в чувствах не смогу? Чушь. Тем более, если они взаимны, он сам об этом говорил..»       Глубокий вдох. – Я, кажется, люблю тебя, – на одном дыхании выпалила 123-яя, делая значительную затяжку, сохраняя её пару секунд в легких, а затем выпустила пар вместе с тяготами, тревожно сдавливающими грудь.       124-ый никак не отреагировал, словно пропустил все слова мимо ушей, преспокойно обрамляя фильтр губами. Тишина убивала деву, изнуряюще расковыривая когтями все боязни, всю панику, тенью подкрадывающуюся со стороны. Теперь уже ей хотелось вытрясти из брюнета всю правду. Да даже хоть слово, лишь бы тот не молчал. «..кажется, люблю тебя..Люблю? Тебя? Меня?»       Пальцы замерли у рта, не двигаясь ни на миллиметр. В голове крутился лишь один вопрос: «Что она только что сказала?». – Что?       Молчание. Мучительная глухота. Лишь капли воды стучали об керамическую раковину с протекающего крана. Зрачки спешно забегали по фигуре, такой утонченной, флегматичной, местами ядовитой, пытаясь найти подвох. Девушка лишь заинтересовано наблюдала за летящим клубками дымом, следя за каждой переменой в рисуемых им узорах. Сердце забилось в бешеном ритме, вкушая каждую букву, составляющую одну фразу: «Кажется, люблю тебя». Тело покрылось мурашками, до боли уютными и предвкушающими, разливая жар по всем клеточкам, всем нейронам и артериям. – Что-нибудь скажешь? – тихо прозвучал её голос, отрезвляя. Глаза, такие чёрные и манящие, умело прячущие беспокойство, но не для него. – Скажу, – разорвав нетерпеливый молчок, решительно ответил парень, туша сигарету об кафель. А после чего немного сократил дистанцию между ними, касаясь её гладких, шелковистых даже в такой обстановке, волос. – Я тоже тебя люблю. Не знаю, как так получилось, но чувствую тоже самое, Джи Юн. С того момента, как мне перестало быть всё равно на твою судьбу в игре с этой дебильной куклой. С того момента, как твои леденящие руки обняли меня тогда, помнишь?  – А я, когда ты спас меня и Джу, – взгляд искрился от чувств, переполняющих хладнокровную душу, в коем-то веке испытавшую что-то помимо равнодушия или злости. – Я думала, это просто нервы, но нет..Кажется, я впервые поняла все эти сопливые дорамы, которые смотрели девочки в школе. – Ты тоже считала их бредом? – пустив смешок вслед за темноволосой, Нам Гю жадно рассматривал её лицо. Её пышные ресницы, прямой маленький нос, пухлую нижнюю губу, и чуть поменьше верхнюю, с мягко выраженной галочкой. – Естественно, – взор Джи Юн остановится на всегда розовых губах темноволосого. Они показались такими пленительными и..нужными.        Эмоции накрыли с головой, и девушка, отдавшись мимолетному порыву, с жаждой накрыла губы парня своими, вкушая каждую секунду его пребывания рядом. 124-ый, мгновенно отреагировав, ухватился за лицо брюнетки, очерчивая большим пальцем выпирающую скулу. В это мгновение словно всё встало на свои места. Последняя пластинка пазла собрала полноценную, прекрасную картину, от которой веяло уютом и любовью. Молодые люди, медленными шажками, наносили по аккуратному мазку на безжизненный белый холст, вырисовывая что-то новое, недоступное ранее. Что-то общее, что грело, греет и будет греть несмотря ни на что.       Внутри каждого из двух всё ныло от удовольствия, от такого долгожданного момента, которого хотели оба, хоть и отчаянно отталкивали желание быть рядом. Быть не просто рядом - окунуться и смешаться, раствориться в противоположной душе, вливая весь недостаток эмоций и чувств, что так не хватало раньше. Проведя всю жизнь в скитаниях по темной гуще леса, разросшейся где-то глубоко, забываясь в противозаконных делах, лишь бы не думать, лишь бы не ощущать, они нашли то, что просило сердце и то, что отрицала голова.       Ладонь брюнетки нежно струится по чёрным прядям, перепрыгивая с одной на другую, пока губы продолжают ласкать другие, покрасневшие и чуть шершавые, как будто не могла насытиться открывшимся ей возможностям, хватаясь второй ладонью за лицо, и ощущая жар гладкой кожи пальцами. Темноволосый, в свою очередь, чутко водит кончиком пальца по тонкой шее, ключицам, лицу, не оставляя ни единого не тронутого места, принуждая девушку слегка вздрагивать то ли от контраста температур тел, то ли от наслаждения, что брюнет касается бледной холодной кожи, нежно вырисовывая круги, едва царапая её ногтем. Живот воспламеняюще скрутило, не желая остановки и пьяня и так мутный разум. Хотелось большего, хотелось ощутить его полностью, слиться воедино и никогда не отпускать, лишь бы наслаждаться его губами и его разгоряченным телом. Хмельное желание прикоснуться к каждой его татуировке, попутно целуя их. Танцевать на её бархатной коже языком, пальцами, вводить в искушение, слышать томные вздохи, что она так старалась сдержать. «Что мешает мне сделать это прямо сейчас?..»       Хлопок двери, глухие шаги и тихие слова, стремительно долетевшие до ушных раковин обоих. Будто ошпаренные кипятком, молодые люди отскочили друг от друга, пытаясь беззвучно поймать воздух в легкие, который беспощадно отнял длительный поцелуй. Кён, поймав себя на мысли о внешнем виде, наверняка растрепанном, стала приглаживать разлохмаченные пряди волос, параллельно прислушиваясь ко звукам текущей воды.       Когда дверь снова хлопнула, в комнате настала тишина. Нам Гю, переглянувшись с девушкой, начал тихо посмеиваться, что подхватила и темноволосая, потирая всё ещё пунцовое от смущения лицо. Парень, почесав нос, поднялся, а затем подал руку Джи, что без раздумий ухватилась за его кисть. Брюнет притянул деву к себе и окольцевал худощавую талию, кладя подбородок ей на плечевую кость. Зарылся носом в волосы, вдыхая отдаленный сладких аромат шампуней, смешанный с мерзким металлическим, что, даже в таком состоянии, не мешал Джи Юн утрачивать свою привлекательность, лишь ещё больше будоражил кровь. Тонкие руки девушки обвили его спину в ответ, а голова улеглась куда-то в бок, от чего на мгновение защипало нос. Воздух стал слишком интимным, слишком наполненным чем-то близким, родным. – Спасибо, – еле слышно прошептал 124-ый, благодаря всё на свете за то, что приобрел здесь - в месте, несущем лишь смерть и боль, он нашел отдушину, смысл. – За что? – также тихо произнесла брюнетка, поглаживая крепкую спину вялыми движениями руки. – За то, что ты появилась, – уголок губ 123-ей дрогнул в каком-то непонятном трогательном чувстве, а туловище прижалось ближе, принося темноволосому умиротворение. – За то, что помогла обрести смысл. – Знаешь.. – задумчиво отозвалась девушка, прикрыв глаза от покоя, радушно ласкавшего грудь. – М? – затяжно промычал Нам Гю, словно мурлыча. – Тебе с не заправленными волосами тоже очень идёт, – робко произнесла та, щекой ощущая щекотание угольных прядей.       Мягкая улыбка расплылась по довольному лицу, помечая у себя в голове сказанный девой пункт, как что-то особенное. Оторвавшись от уютного уголка, находящегося только рядом с ней, в её объятиях, темноволосый скользнул фалангой пальца по аккуратному носу юницы и шагнул ближе к двери, открывая засов. – Думаю, Танос нас уже потерял, – голос стал чуть тверже, словно вернулся с небес на землю, вспоминая, что находится не в Раю, а в Аду с преимуществами. – Думаю, ему насрать, – ответил ей парень, закатывая глаза.       Кён лишь усмехнулась, подходя ближе к раковине. – Я пока умоюсь, а ты иди, догоню тебя, – махнув рукой, сказала она, внимательно рассматривая свое отражение в зеркале.       Брюнет кивнул и, подмигнув девушке, без какого-либо стеснения вышел за дверь, оставляя её в приятном одиночестве.        Включив кран, ладони брюнетки погрузились в холодную воду, набирая жидкость в сложенную лодочку. Через пару секунд лицо ощутило этот холод и капли, стекающие с кожи. Чуть протерев испачканные участки, темноволосая сняла с себя кофту, немного моча рукав. После чего принялась вытирать тело от скопившейся грязи и крови, расстроившись, что не имеет возможности спокойно принято душ и помыть голову. Проделав пару махинаций, Кён осмотрела копну волос, что были не в лучшем состоянии и, тяжело вздохнув, окунула голову под ледяную воду, смывая остатки закупорившейся жидкости и пота. «Лучше так, чем никак», – смотря на мокрые локоны, с которых стекала вода, подумала Джи Юн, следом обмотала волосы кофтой, выжимая остатки влаги. Ногти стали заменой расчески, пусть и скверной.       Закончив, она окинула взглядом более-менее сносный вид, а затем вышла из уборной, хранящей в себе приятный шлейф сигарет и воспоминания. «Не вижу ни его, ни Таноса..ла-адно», – с сомнением оглядев общую комнату, где люди разделились по кучкам, брюнетка прошла к своему спальному месту, слегка дотрагиваясь пальцами до, ещё не смывшегося пыльно-розового оттенка, что бывает очень редко, губ, вспоминая его касания, как наяву.

***

– Сука, жалкий ублюдок! – прерывисто дыша от ярости, выбравшейся наружу, Нам Гю колотил кулаком по спине одного из крестиков, желая истребить всех идущих против него людей.       Удар заставил брюнета отлететь в лужу крови мёртвого тела с фиолетовыми волосами, что совсем не интересовало 124-ого. Из всего полотна, мозг отобразил лишь крест с таблетками, залитый багровыми каплями. Рука рванула к цепочке, жаждая сорвать её с трупа и прибрать себе. Но новые удары, пришедшиеся ботинком по боку, и разжигающие новое пламя ненависти, принудили забыть об украшении, переключая обзор на вилку, торчащую из татуированной шеи 230-ого. – Какая же ты тварь, – вытянув железку с хлюпающим звуком, парень набросился на 331-ого, валя того с ног и втыкая острые зубцы в первые попавшиеся точки грузного туловища. Темноволосым управлял не рассудок. Им двигал ослепительный гнев, желающий убить того, кто посягнул на его гордость, заставляя поплатиться за сделанное. Вонзая столовый прибор в глотку метавшегося от страха приближающейся смерти мужчины, Нам Гю видел лишь кровь, окропляющую его лицо, которой хотелось всё больше и больше. – Сдохни, мелкая тварь.       Треск битого стекла призвал охрану вмешаться в завязавшийся бой, максимально выгодный для организации. Звук открытой двери чуть осветил сознание 124-ого, что немедля отбросил окровавленный, с закатанными глазами, труп в сторону. В одно мгновение перекатился к рэперу, срывая драгоценный материал, находящийся в серебряной подвеске. Кинув его в карман, он отполз к стене, наблюдая за мечущимися сотрудниками. Разум стал проясняться, глядя на бывшего товарища, волосы которого стали грязными из-за свежих брызгов крови. «Ты..ты был тупым придурком, что вечно выставлял меня, как своего раба..ты поплатился сполна, Танос. Ты это заслужил. Только мне решать, как и зачем я буду поступать, а не тебе, жалкая мразь..» – сидевшая фигура, пропитанная желчью и озлобленностью, сопровождалась учащенным сердцебиением, слышимым лишь брюнету, и все еще бурлившая по венам алая жидкость.       На секунду в голове воздвигся образ темноволосой девушки, её искусанных пухлых губ, смело сминающие его, и неожиданное признание, повергшее 124-ого в ступор. «Она действительно это сказала..Охренеть..» – погруженного в мысли Нам-Гю не отвлекали мелькающие розовые силуэты, что останавливали последствия драки.       Лишь он и его душа, что пела и разрывалась на части от радости и влюбленности, теплящейся где-то в сердце. Парень не знал правильно ли они поступают, быстро или слишком поторопились. Только следовал приказам своего нутра, непредвиденно отдавшегося чувствам по отношению к 123-ей. Надежда на счастливое будущее впервые озаботила его рассудок, даже мимолетно представляя какие-то общие картинки вне игр. Неужели он правда готов бросить свой образ жизни и перейти на новый этап, связанный с этой девушкой, моментально вскружившей голову лишь взглядом?

***

      Мелодия, предвещающая начало конца запела в общежитии, упрашивая обратить внимание на следующую речь. Джи Юн, что расслабленно лежала на постели, с ощущением некой нервозности и пресыщения от какой-никакой чистоты, поднялась на локтях, хмуря брови. Интуиция предсказывала что-то, что, возможно, повергнет девушку в шок. Но, не торопясь с выводами, она лишь смиренно прислушивалась к роботизированному голосу, ковырая кутикулу ногтём. – Выбывшие игроки:, – глаза Кён распахнулись от непонимания. «Туалет..где..где Нам Гю?».       Технический женский голос стал кошмаром, а руки стали подрагивать от тревоги. Зрачки бегали по залу, но той чёрной макушки не было среди них. Ком застрял в горле, готовясь к худшему исходу. – Игрок 230. «Танос..че-ерт, ну не может быть, я не верю..». – 268.       Сердце стучало, как невообразимое, умоляя Вселенную не услышать те три цифры, что стали родными, вечно мелькающими перед глазами. – 299.       Толпа стала недоумевающе озираться, ища прошлых товарищей, что минут 20 назад были здесь, живыми и здоровыми. Ки Хун угрюмо нахмурился, а в голове пролистывались, как живые фотографии, воспоминания о кровяной битве с прошлой игры, где на каждом шагу растекалась бордовая лужа, и трупы обездвиженно покоились на холодном полу. – 331 и 401. «Его..нет здесь. Его номер не огласили». – у брюнетки отлегло от сердца, от чего она упала головой на подушку, мучительно выдыхая. Ладони приблизились к лицу, потирая усталые веки от переизбытка эмоций, пока в копилку стали погружаться купюры, шелестя бумагой. В мыслях крутилось лишь одно: желание увидеть Нам Гю и узнать, что произошло.       Дверь отворилась, и из неё стали выплывать изнурившиеся и подавленные игроки, перепачканные в ещё не застывшей крови. 123-яя поднялась с койки, ныряя ступнями в кроссовки. Взор стал бегать с одного человека на другого, отчаянно ища нашивку с номером, почти идентичным с её. – Послушайте! Сюда! Сюда.. – охрипший родной голос прервал её поиски и муки, побуждая прислушаться к его обеспокоенной речи с нотками злости. – Когда мы были в туалете, нас, эти грёбаные сволочи..они попытались нас всех убить! Мой друг погиб, и кроме него ещё несколько, – 124-ый прерывисто дышал и срывал горло от криков, искусно давя на толпу, дабы те поверили ему, самолично развязывая конфликт. План, придуманный впопыхах, состоялся.       Игроки стали вопить и обвинять друг друга, пытаясь доказать свою правоту. «Ну вот, начало положено», – парень усмехнулся себе под нос, искоса наблюдая за проделанной работой в качестве провокатора. – Нам Гю! – женский голос, игравшийся с верхними нотами из-за волнения, прорезался где-то сбоку, прося темноволосого поднять свой взгляд, что он и сделал.       Девушка, которая не вылезала из мыслей 124-ого, быстрым шагом приближалась к одинокой фигуре, отошедшей чуть в сторону, тревожно рыская по телу в поисках весомых повреждений. Через секунду её нежные, привычно ледяные руки сковали парня в объятиях, на мгновение потеряв осознание того, что комната полна людей, любящих что-либо пообсуждать. Тёплые исцарапанные ладони брюнета мягко улеглись на талию 123-ей, что слегка дрожала от стресса и накрученных мыслей. Зрачки Нам Гю уловили движение высокой фигуры, а затем и номер на кофте, обозначающий, что за ними скромно, чуть взволнованно, наблюдала подруга девы. – Тише, тише, ты чего? – чуть оттаявши от происшествия из-за присутствия близкого человека, которому, наверное, единственному не всё равно на его судьбу, успокаивающе трепыхал темноволосый, поглаживая утонченные худощавые бока. – Я думала - ты сдох, придурок, – резко отстранившись, Джи Юн дала парню затрещину, грозно пронизывая взором. – Ты почему ничего не сказал мне? – Я не знал, что так будет, – почесав затылок неловко ответил тот, едва перебивая яростные крики у себя за спиной. – Не знал он.. – А ты что, переживала что-ли? – ехидно уколол её Нам Гю, в то время как в груди трепетало от понимания своей искренней нужности и важности для брюнетки. – Конечно переживала.., – тяжко вздохнув, Кён коснулась своего лба, деликатно водя по нему пальцами. – Особенно, когда озвучили Таноса.., – выдержав небольшую паузу, она выслеживала изменения в лице 124-ого, что чуть помрачнел от упоминания, хоть и бывшего, а ещё и раздражающего, но товарища, от которого была некая выгода. – Что там произошло? – Пойдём, – слабо подтолкнув темноволосую рукой, он обошел народ, активно спорящий с пеной у рта, поднимаясь к какой-то из кроватей. Замок на кофте разъехался, снимая грязную вещь с плеч. Порванная цепочка тихо нырнула в карман штанов, не имея желания быть замеченной. – Ты точно в порядке? – голос Джи чуть дрогнул, хотя она старалась показать безразличие и невозмутимость на людях, но паника за состояние только появившегося любимого всё равно выдавала себя. – Точно, точно, – темноволосый упал на койку, блаженно опуская веки от усталости и изнеможения, растягиваясь на подушке во весь рост. Затем похлопал по пустому пространству рядом, приглашая 123-юю прилечь рядом, ведь её присутствие исцеляло лучше любых препаратов.       Женская фигура бесшумно примостилась рядом, тактично касаясь ран на коже лица, что выделялись среди всей картины его внешнего вида. – Ну, так что? – поджав губы, произнесла Джи Юн, хотевшая узнать причину драки и убийства Таноса, что до этого момента казался бессмертным в глубинах своего легкомыслия и беззаботности. – Я шёл обратно сюда, как подлетел Танос и сказал, что Мин Су сейчас в туалете, типо отличный вариант его проучить, – швыркнув носом, завел рассказ парень, крутя кольцо на среднем пальце. – Там вмешался этот криптовалютчик, осмелел в моменте, – с огромным недовольством пробурчал тот, косясь на толпу крестиков, собравшихся где-то в углу. – Су Бон провоцировал его, я тоже какие-то фразы вставлял, но, в общем, всё делал он. Завязалась драка между ними, подключились и остальные. – Что было потом? – осторожно спросила Джи Юн, видя, что 124-ый чуть замкнулся в себе, рассматривая узоры на своём кольце. – Я даже не заметил, как этот дебилоид сдох, только мимолетом стащил его крест и увидел вилку в шее..которой убил какого-то чувака, – брюнет не знал, как отреагирует девушка на его поступок, поэтому мялся, не зная как это преподнести, чтобы не стать дном в любимых глазах. Но, вопреки всему, выпалил всё напрямую, гипнотизируя бижутерию на пальце.       Он никогда не убивал своими руками. Лишь отправлял помощников клуба, заказывал профессиональных наемников, или просто просил диктаторов, умеющих убедительно угрожать. Цель оправдывает средства, как бы кто не говорил. И если кто-то изволит юлить с главным управляющим, что не знал пощады, его обязательно найдут и накажут. Все должники-наркоманы, идущие против выстроенного трафика, должны получать по заслугам, либо платить. – И..что произошло дальше? – когда Нам Гю ненадолго замолчал, 123-яя прервала паузу, смотря на него своим обычным, ничем не отличающимся, взглядом. – Тебе..тебе всё равно? – чуть ошеломленно спросил он, пытаясь разгадать загадку невозмутимости девушки. – На что? – она подняла брови, изогнув их в удивлении. – Ну..я убил человека, вообще. – А почему мне должно быть не всё равно? – она посмотрела на него чуть насмешливым взглядом, выгнув уголок губ вверх. – Не знаю, может, тебе это кажется ужасным и неприемлимым, – пожав плечами, неловко ответил 124-ый, продолжая рассказ. – Дальше ничего такого не было, нас просто разогнали. И..я подумал, почему бы не провернуть это как-нибудь по-интересному?       Девушка одобрительно ухмыльнулась, качая головой. Затем подняла взгляд и направила его в толпу спорящих людей. – Любопытно, это приведет к драке? – её зрачки блеснули в азартном интересе, жадно подпитываясь грозными криками, ругательствами и желчью, льющуюся из уст людей. – Наверняка.. – чуть приподнявшись, Нам Гю зашипел, потирая отбитый бок, и облокотился к спинке койки. – Ты же сама говорила об этом. – Ну, я просто предположила, – неопределенно дернув губами, она обратила внимание на шипение парня. – Ты чего это? – Да козёл этот..бок мне отбил весь, – в её глазах отразилась тень беспокойства, а рука потянулась к брюнету, но он её остановил. – Не беспокойся, всё нормально, я проверял. – Эй, вы там! – мужской голос заставил их обернуться. – Да, вы! – показав на молодых людей пальцем, он подошел чуть ближе. – Мы ведём пересчет. Вы же кружки?       Кён скептично подняла бровь, удивляясь тупости некоторых людей. – Ты нашивку не видишь? – Ай, точно! – низкорослый мужчина стукнул себя по лбу. – Тогда еще плюс два, – пробормотал он себе под нос и пошел обратно.       Брюнетка снова развернулась к темноволосому. – Ты сам как? – Нормально всё, – кратко ответил он, отмахиваясь рукой от вопросов от самочувствии. – Внимание! 30 минут до отбоя! – оповестил механический женский голос, принуждая девушку тяжело вздохнуть.

***

– Когда выключат свет, – начал Ки Хун, разочарованно хмуря брови. – Они нападут на нас. – Чего? Это правда? – испуганно промолвил 007-ой, косясь на 456-ого. – Покончив с нами, они выиграют голосование и пополнят призовой фонд. – Что..мы тогда делать будем? – растеряно озираясь, спросил у сидевших рядом людей парень в очках. – Мы должны напасть первыми, – твердо ответил Ен Иль, следуя своему плану и смотря на Ки Хуна, зная, что тот опять вспылит. – Они точно думают, что мы будем просто сидеть и ждать голосования. Мы застанем их врасплох, если нападем первыми, когда выключат свет.       Более радикальные люди, находящиеся в кругу, стали соглашаться, предлагая свои поправки в план хладнокровного мужчины. – Нет, – яростно отрезал Сон, осматривая весь благоразумный, по его мнению, народ. – Мы не можем так поступить. – Но нам надо выйти любой ценой, – продолжал жалостливо напирать 001-ый, смотря прямо Ки Хуну в глаза. – И вы сами сказали, что мы больше не можем больше сохранять спокойствие. – Это ещё не означает, что мы должны поубивать друг друга, – отчаявшимся голосом сказал 456-ой, начиная раздражаться при любом упоминании крови невинных людей. – Эти твари только этого и добиваются! – Эти твари?.. – удивленно произнес Чжон Бэ, распахивая веки.       Ки Хун чуть успокоился, смотря на взор друга, и взял себя в руки. – Те, кто создали эту игру..И те, кто смотрит как мы в неё играем. Если мы и должны с кем-то бороться.., то это как раз с ними! – воскликнул мужчина под всеобщее молчание. – Господин, – чуть придвинулся к толпе Дэ Хо, прежде сидящий в позе наблюдателя. – в кружках же есть Джи Юн! – вспоминая подругу, которая, в его представлении, всегда поможет своим, воодушевленно проговорил он. – Мы можем попросить её догово.. – Нет. – твердо отрезала Хён Джу, что до этого находилась в своих мыслях, обдумывая каждый возможный вариант спастись. – Что? – Говорю, нет. Она не станет это делать, – безразлично ответила 120-ая, пока у всех в головах прорисовывался образ хрупкой девушки с пустыми глазами, какую они её запомнили, с номером 123. – Почему? Мы же в опасности! – Это не в её интересах. Она понимает, что эту драку не остановить. – «Даже, может, извлечет из неё выгоду» - хотелось добавить к речи, но шатенка сдержалась, чтобы не нагонять панику. – Максимум, что она может сделать - это попытаться защитить некоторых сама. На этом всё.       Кан беспомощно бегал по своей команде, ища поддержки, но встретил лишь кивающую голову Ки Хуна. Он был согласен с Чо, тем более, когда та являлась её подругой в обычной жизни и знает, как может повести себя молодая брюнетка в таких ситуациях. – Мы сделаем вот что..

***

– Танос..этот придурок всегда смотрел на меня, как будто я ничего не стою. Будто он Бог, а я его слуга, понимаешь? – Нам Гю подрагивал, сам не зная от чего. То ли от ломки, то ли от предвкушения. – Я знаю, Нам Гю, знаю, – тихо прошептала темноволосая, сидя рядом с парнем.       Он, не выдержав, достал из кармана крест и попытался открыть его. Девушка даже не смотрела на это зрелище, хотя очень хотела. Просто не могла. Как бы она себя не успокаивала и не пыталась казаться равнодушной, смотреть за тем, как твой любимый человек убивает себя наркотой, пусть и во благо, наверное, было трудно. Схватив одну таблетку, он закинул её в рот, раскусывая. Пальцы потерли лицо, сдирая кожей, застывшую корочкой, кровь. Он стал закрывать украшение, как вдруг остановился, подняв голову к залу. – Ты чего?       Он, ничего не ответив, заново открыл подвеску с веществами, и ловким движением пальцев вынул ещё одну дозу наркотика, забросив ту в ротовую полость. – Нам Гю? – отняв руки от лица, она взволнованно повернулась к брюнету, смотря на его бегающие зрачки. – Зачем?       124-ый снова проигнорировал её, будто находясь в другом измерении. Парень достал окровавленную вилку и повертел её в руках, беззвучно начиная смеяться. В его глазах играли чертики злобы и ненависти, разыгравшиеся после двойной дозы, действующей очень быстро, и драки в уборной. – Нам Гю! – голос 123-ей затвердел, а сама она положила ладонь на венистую руку, пытаясь достучаться до темноволосого.       Тот слегка дернулся, фокусируя взгляд на девушке, которую, оказывается, чрезмерно любил. Железо в руках блестело на свету, освещая кровь так, что она казалось жидкой, будто сейчас начнет стекать по ладоням, направляясь по анатомии руки. – Они..эти крестики совсем осмелели.., – дрожащим голосом произнес парень, с удовольствием рассматривая красивое расплывающееся лицо. Затем слабо улыбнулся, потянувшись к щеке брюнетки, мягко укладывая на неё колебавшуюся руку. – Эта стерва..Се Ми..она должна поплатиться за свой язык, – его зрачки пылали ненавистью от имени, что он с горечью выплюнул из своего рта. Он думал, он планировал. Ему предоставился случай. Он хотел её смерти. Жестокой, кровавой смерти. – Она грубила мне, тебе..ей не положено оставаться безнаказанной! – Ты..пойдешь туда? – осторожно спросила Джи, понимая, что парень не в себе. Она не планировала идти на драку, ведь каждый человек имеет право справедливо умереть в игре, борясь за свою жизнь и сумму денег, на которую ты уйдешь в лучшую жизнь. Слабым не место в этом мире. Ведь выживают лишь сильнейшие. Таков закон природы. – Да, я пойду, – сглотнув, ответил 124-ый, сжимая вилку в кулаке. – И я сделаю так, что больше никто из этих ублюдков не смел разговаривать со мной на равных и огрызаться с тобой, моя aein. Никогда. – он приблизился к девушке, вдыхая аромат её волос, завившихся от естественной сушки. – Значит, я пойду с тобой, – решительно произнесла та, опасаясь за импульсивность темноволосого. – Нет, – грубо буркнул он, отрываясь от неё. – Мне все равно нужно помочь Хён Джу, и ты будешь в поле моего зрения, – она мягко улыбнулась, расправляя прядь его волос, зализанных за уши. – А потом встречаемся здесь, на моей кровати, договорились?       Нам Гю, с обостренными от наркотиков чувствами, довольно зажмурился от касания её холодных пальцев, наслаждаясь каждым моментом, проведенным с темноволосой. Она - это ритм сердца, отстукиваемый определенный такт. Ради неё оно бьется. И жить 124-ый будет ради неё. Ради той, что принимает его и считает нужным в любое время и в любом состоянии. – Давай..да, конечно, давай, – ответил ей брюнет, наклоняясь ближе к её бледно-белому лицу. Его губы нежно накрыли её, такие сладкие и мягкие..Именно их хотелось целовать вечность, чувствовать их вкус и ощущать их на своих. – Я люблю тебя.       Он тихо прошептал ей в рот, тяжко вздыхая от накрывшей его нежности и страсти. Девушка ответила на его поцелуй, трепетно сминая обе губы, беспокоясь за его состояние. Пальцы осторожно легли на обе скулы, аккуратно водя по периметру кожи лица. – Я тоже тебя люблю, – также тихо ответила та, выдыхая слова в витающую в кислороде теплоту и ласку, граничащую с экстази. – Отбой начнется через: 10, 9..       Нам Гю с неохотой оторвался от девушки, приподнимаясь с кровати. Сегодня он отомстит всем, кто не ставит его ни во что. – Идём? – он протянул раскрытую ладонь Кён. – 5, 4.. – Идём, – утвердила девушка с легкой улыбкой на губах и вложила руку в его. – 2, 1.       Свет резко погас, скрывая в кромешной темноте плавно двигающиеся фигуры, желающие мести за своих и за себя. Желающие забрать каждый вон, который они заработали и смогут заработать дальше. И желающие играть..играть дальше.       Силуэт 123-ей сверкнул где-то позади, стараясь не приближаться к обезумевшей толпе с вилками в руках, среди которых находился он. Незаметным, плавающим движением, брюнетка открепила лезвие от сиреневого кулона, пряча его в рукаве. Темноволосый на миг обернулся на деву, и, выловив её взгляд из толпы, смело шагнул на чужую территорию. Железо в его руках, отливающееся синим цветом, теперь стало красным, смешивая свой оттенок с кровью. «Сейчас».       Кружки с воплями рванули к кроватям под мигающий, как на дискотеках, свет, не оставляя другому лагерю шанса на сопротивление. И шанса на счастливую жизнь. Послышались хлюпающие звуки, характеризующие удары столовым прибором в артерии и вены, без единой капли жалости.       Кён осторожно продвигалась вперёд, обходя дерущиеся пары. Её целью был поиск Хён Джу. Ну, и наблюдение за Нам Гю. Койки образовывали длинный лабиринт, сквозь который слышались беспощадные и отчаянные крики. «Чёрт..куда же она легла-то?» – прерывистое мигание мешало концентрации. Джи Юн ненавидела такой свет. Рукоятка ножа обжигала ладонь, оставляя видимые следы.       Толчок. Какое-то рычание под ухом. И звон. Звон, балансирующий с болью. – Что за? – её тело покоилось около кроватной балки, от которой и происходил звон. Вцепившись рукой в место на лбу, в которое только что благополучно влетела, девушка зажмурилась и проморгалась, совпадая со скоростью переключения света. Вдруг её снова толкнули, вынуждая откинуться вперёд. – Гребанная сука! Что, думала убить нас, да? Мало бабла тебе, сволочь? – Мужчина с нашивкой креста надвигался на неё, сверкая сумасшедшими от ярости глазами. – Приди в себя, кретин! – безразлично рыкнула та, сжимая покрепче нож. – Это вы придите в себя, придурки! Неужели деньги дороже жизни? Очнитесь! – злобно прокричал тот, вырывая из сердца крик измотанной души. – Сдался ты мне, уйди с дороги, – она отодвинула его рукой, собираясь пройти вперёд, как тот замахнулся на неё подручным оружием, собственнолично выданое организаторами. – Ты, мелкая дрянь, не убьешь ни одного из нас! Не сломаешь! Ведь я убью тебя первее.       Мужчина с красной нашивкой набросился на темноволосую и занес вилку над её головой. Джи Юн, немедленно отреагировав, перехватила мясистую руку, и откинула её в сторону. – Остынь, мужик, я не собиралась никого убивать, - закатившиеся глаза выражали скуку и равнодушие, вызванное тупостью человека напротив. – А-а, ты просто так сюда пришла, ага. Если бы не хотела, то сидела бы тряслась, как крыса в своей норе, – его трясло от злобы и страха, спрятанного в его зрачках где-то глубоко.       Он снова накинулся на девушку, желая если не убить, то хотя бы побить и преподать урок. Но, не успел он дотронуться до неё хотя бы пальцем, как его челюсть двинулась в сторону, с неким противным хрустом, отправляя его тело по инерции в сторону. Брюнетка встряхнула рукой пару раз, снижая жжение в костяшках. – Шёл бы ты лучше прятаться, не дай Бог ещё убьёт кто-нибудь, – флегматично буркнула та, наблюдая за, державшимся за подбородок, игроком. – Тут ходят те, кто действительно слетели с катушек.       Мимолетно вспомнив про 124-ого, она чуть зажмурилась, но, развернувшись, пошла вперёд, смешивая крики с глухим стуком своих ботинок. Нельзя терять время. Нужно найти Хён Джу или кого-нибудь ещё. Желательно, не павшими от рук обезумевших кружков. Глубокий вздох и ровная осанка. Её собранные волосы в хвост ритмично покачивались, пока лицо приобретало всё больше оттенка грубости и уверенности. Она почти отошла от места происшествия, игнорируя боль в голове, что пульсирующим движением отдавала в виски. «Совсем чокнутый. Тоже мне, борец за справедливость».       Истошный крик, что приближался всё ближе, стремительно разрезал перепонки девушки. Она обернулась назад, испытывая нестерпимое желание закатить глаза. Но успела она лишь распахнуть веки, как тучный мужчина стал бежать на неё, держа в руках столовый прибор. У него было явное желание показать, кто здесь главный и поставить на место всех кружков, решивших вершить судьбы. Кён обернулась и стала двигаться вперёд, как запнулась об что-то металлическое и грохнулась на пол, хватаясь на ушибленную лодыжку. – Сука..Чёрт бы тебя побрал, остановись, умалишенный! – не найдя выход, брюнетка обратилась прямо к подскакивающему человеку, сливая раздраженную речь с шипением. – Мелкая сука, вот ты где! – восторженно воскликнув, он вознес железку над головой и медленно подходил, смотря на отползающий к стене силуэт. – Страх ноги сковал, да, дрянь? Ну, так и умрешь здесь, сука, и никто о тебе даже не вспомнит!       Темноволосой хотелось вздернулся от тупости ситуации. Она быстро огляделась, придумывая наиболее практичный план отступления. Заметив дырку под койкой, девушка стала торопливо перебирать руками, стремясь оказаться ближе к стене, а затем под нырнуть кровать. – Я же тебе несколько раз повторила, не нужен ты мне! – вторила она, пытаясь достучаться до мужчины и перекричать окружающую вакханалию. – Как и никто из вас, я не забираю жизни просто так, это несправедливо.       Крестик, казалось, не слушал её, поглощенный желчью и тревогой, желая истребить кого-то, кто не был за них. И девчонка казалась идеальным вариантом. Слабая, глупая, немощная. И как она только решилась напасть на них? – Запоминай..запоминай последние секунды, которые я любезно преподношу тебе, перед тем как я воткну вилку тебе в горло!       123-яя кисло дернула уголком губ, собираясь перекатиться под кровать, как красная нашивка мелькнула перед глазами. Пальцы сдавили горло, перекрывая привычный поток кислорода. Ноги и тело перестало ощущать твердую поверхность. Лишь невесомость. И перекошенное в гневе лицо, мигающее в соответствии с переключенным светом. – Запомнила? Отлично, – он натянул на физиономию звериный оскал, пробегаясь взором по тонкой шее, что окольцевалась его ладонями, оставляя красные следы. «У Нам Гю прикосновения как-то поприятнее..Этому чуваку лучше кружком быть, он чересчур безбашенный для крестиков», – наглая ухмылка возникла на её лице, а в глазах бултыхалась насмешка и превосходство, даже в уязвимой для неё позе. - Что ты лыбишься, сука? – её невозмутимость взбесила мужчину, трясущегося от отвращения к этой персоне, в глазницах которой он до сих пор не находил ни крупицы страха. – Сдохни, тварь.       Его ладонь с орудием взлетела в воздух, а затем молниеносно приблизилась к пульсирующим венам на шее.       Последнее, что успела сделать Кён – глубокий вдох, с попадающими в ноздри противным металлическим запахом крови и пота. И, конечно же, смерти. С причудившимся табаком.