SOUTH : BESIDE THE SKY Тонфа и Тайфун (навсегда с тобой)

Я сел и посмотрел на пакет с закусками на столе. Сегодня их прислали снова… Я не очень люблю есть закуски, но мне часто приходится соглашаться, потому что я боюсь обидеть человека, который мне их дал. Я съедаю немного, а если мне не очень нравится, я не ем. Но я не знаю, кто мне их прислал… Прошел уже месяц. Их отдал студент-медик второго курса, лицо которого было мне немного знакомо, но не совсем. — Опять это? — спросил Атхит, не отрываясь от экрана мобильного телефона. — Хм. — Он прилежный, не так ли? — Да. — Если бы это был я, я бы уже сдался. — О, да. — Я пожал плечами, не обращая внимания на незнакомый почерк. Но я уверен, что это тот самый парень, который написал мне во время каникул: «Ты мне очень нравишься». Сначала я думал, что он первокурсник, но когда начался семестр, он прислал письмо без привычного выражения уважения. Странно… Может, это была просто опечатка? Скорее всего, студент второго курса. Когда я впервые прочитал это письмо, мне стало смешно. Многие люди присылали мне письма, но никто никогда не говорил прямо, что я им нравлюсь. Поэтому я просто воспринял это как забавный случай. — О, Фа! — Что? — Я поднял голову и увидел Хилла. — Я сказал Фуну. — Что? — Не забудь поблагодарить меня. —… — Он избегает тебя? —… — Я серьезно. — Хм. — Я кивнул. Я уже знал, что Хилл скажет именно это. Он все время подталкивал меня поговорить с Фуном. — Все в порядке. Это был всего лишь вопрос покупки еды для него. — Почему ты должен покупать ему еду? — лениво спросил Джо, развалившись на скамейке. — Он мой Нонг. — Нонг? — Да, а что? — Я поднял бровь и спросил с любопытством. Джо сел ровно. — Да ничего. — Он пожал плечами. — Просто странно, что ты вдруг этим заинтересовался. Прошел год, а ты до сих пор ничего не сделал. — Я говорил, что ненавижу, когда меня игнорируют. — Значит, он больше тебя не игнорирует? — Мы просто немного поговорили. — Я уже понял, речь о том, как Норт и Тер пришли тогда в комнату Фуна, — сказал Джо, повернувшись к Хиллу. — Они настояли на том, чтобы уйти. Я подумал, что это было что-то важное. — Хм. — Хилл кивнул. — Как думаешь, что это было? — Конечно, это связано с Фа. А еще это письмо и закуски, которые ел Тхит… Думаю, слова в письме похожи на то, что сказал бы Норт. Возможно, это его идея. — Я знаю, что это Фун. — Откуда ты так уверен? — спросил я Хилла. — У нас нет никаких доказательств. — Но согласись, вероятность высокая, — спокойно сказал он. — Позволь мне спросить еще раз: тебе нравится Нонг? — Мне не нравится Фун. — Прекрати отрицать это, черт возьми, — вздохнул Джо. — Ты правда думаешь о нем только как о Нонг? — Хм. Я знаю, что нравлюсь Тайфуну. Нет… То, что он мне показал, было чем-то большим. Но он старается не выдавать себя. Он воздвиг между нами стену. В его глазах боль. Это заставляет меня думать, что он пережил что-то ужасное, и я пытаюсь это исправить. Четыре года я чувствовал себя виноватым за то, что оставил его и больше не связывался с ним… Фун был важным Нонгом, о котором я должен был заботиться. Но внезапно он стал другим. Он уже не был тем Тайфуном, которого я знал. Ни его поступки, ни его поведение. Сначала я вообще ничего не понимал, но пытался подстроиться. Последний раз мы разговаривали, когда он ночевал у меня в комнате, но утром, проснувшись, я обнаружил, что он исчез. Он просто ушел, не оставив и следа… Я решил уважать его выбор. Если Фун так поступил, значит, на тот момент это было лучшее решение. Я решил прекратить преследовать его, чтобы не ранить его чувства. А потом… я услышал о Торфан. Недавно мне сказали, что она умерла. Так почему же Фун солгал? Когда я впервые увидел сообщение о Торфан в LINE, я удивился, но не стал зацикливаться. Но почему Фуну пришлось это сделать? Честно говоря, я злюсь. Очень злюсь. Но, возможно, у него была причина. Я думаю, что Тайфун — ребенок, которому нужна помощь. Когда я увидел его счастливым, я понял, что он стал сильнее и, какова бы ни была его проблема, теперь он сможет справиться с ней. Это хорошо… Он видит во мне свое небо. И я думаю, что тоже. Он хочет, чтобы я был для него всем. Но я не могу. Раньше Торфан была его всем, и когда она ушла, он не смог удержаться. А что будет, если я исчезну? Мы никогда не знаем, когда произойдет несчастный случай. Так же и с жизнью. Может, я просто выйду на дорогу, меня собьет машина — и все. Поэтому я не хочу быть для кого-то всем. Я надеюсь, что он любит себя больше, чем раньше. Когда мы были вместе, я всегда пытался показать Фуну его лучшие стороны, часто делал ему комплименты. Но на самом деле он всегда был добрым. Сейчас я вижу это еще яснее. Я рад, что он стал сильнее… без меня. Той ночью я решил зайти в магазин, пока все тусовались. Мне казалось, нам нужно поговорить. Но когда я пришел, по его лицу было видно, что он не готов к разговору. Готов снова исчезнуть. Так что… я не стану больше подходить к нему. — Фун милый, не так ли? — Джо приподнял бровь. — Милый. Но ты же понимаешь, мы с детства вместе. — Для меня Фун был особенным, как никто другой, но мы все равно были просто братьями. Мы не виделись очень долгое время. — Тогда тебе придется объясниться, — серьезно сказал Хилл. — Вот почему я говорю: будь осторожен. — Осторожен? В чем? — Фа — тот, кто заботится обо всех, верно, Хилл? — сказал Джо. — Люди, которым что-то нравится, не меняются и продолжают это любить, но если Фа это не нравится, это не значит, что это неправильно. Но Фа, если тебе нравится Фун, а ты об этом не знаешь, я на тебя рассержусь, идиот! — Хм, — усмехнулся я. — Если бы мне нравился Фун, я бы сказал. Но сейчас я не вижу его таким. — В таком случае мы не будем вмешиваться, — сказал Джо. — Но даже если ты встретишься с кем-то другим, мы не станем мешать. — Они не рассердятся? — Я повернулся к Хиллу. Он лишь слегка вздохнул и покачал головой. — Я рад, что они понимают. Я открыл карман и достал письмо. «Сегодня очень жарко. Думаю, этот виноградный сок тебя освежит. Не знаю, ел ли ты сегодня, поэтому купил колбаски, чтобы ты не остался голодным». PS. Надеюсь, сегодняшняя лабораторная прошла хорошо. Хотя я не уверен, кто этот человек, но товары, которые он присылает, почти никогда не совпадают. Должно быть, он всегда покупал все в 7-Eleven, но он был очень внимателен. В жаркие дни он покупал для меня фруктовый сок. В холодные дни он покупал молоко. В дни, когда я пью горячее молоко, он также приносит разные закуски. Он также знает, что я изучаю каждый день. А во время экзаменов он присылает много дополнительных вещей, с очень большой сумкой. И каждый перекус, который он присылает, идеально подходит для того, чтобы перекусить во время подготовки к экзамену. Одно я знаю точно: он очень заботится обо мне. То, что никто другой никогда не делал для меня раньше… Но я никогда не разговаривал с ним. — Тебе не знаком этот почерк? — Джохан приподнял бровь. — Нет, это не почерк Фуна. Это просто письмо. Любой может написать что угодно, — задумчиво ответил я. — Вы, ребята, кажется, куда больше этим заинтересованы. — И что? — спросил Хилл. — В общем-то, не ничего. — Но ведь тебя это волнует, раз ты ешь всё, что он тебе отправляет? — Забавно. — Кто бы это ни был? — добавил Джохан. — Да… кто бы это ни был… забавно. Очевидно, он не хочет, чтобы я знал, кто он. Если так, то и не стоит выяснять. Я уважаю чужие решения. — Эй, Фа, ты говорил, что тебе не нравится Фун, — напомнил Хилл. — Хм. — Но тебе начинает нравиться тот, кто отправил письмо? — Возможно, мне просто интересно. — А если отправитель — Фун? — Ну… тогда, может быть, мне нравится Фун. — Разве ты не говорил, что он тебе не нравится? — Да. Я всегда видел Фуна как Нонга. Никогда не воспринимал его иначе. Но если он тот самый человек из писем… возможно, это та его сторона, которую я раньше не замечал. — Тогда почему бы тебе не попробовать поговорить с ним? Просто напиши ответное письмо, — предложил Хилл. — Думаю, пока лучше оставить всё как есть. Сейчас я недостаточно заинтересован, — сказал я с лёгкой улыбкой. Да, пока что это лишь лёгкий интерес. Мне нужно понаблюдать дальше. — Почему бы тебе не выяснить, почему твой Нонг избегает тебя? — Хм? А зачем? Разве не очевидно, что он сам этого хочет? — Не кажется ли тебе это странным? — спросил Атхит. Я тут же обернулся к нему. — Нет, я не тот человек, который станет навязываться.

***

Я улыбнулся студенту-медику, который протянул мне небольшую сумку с запиской. Взял её, но на этот раз передал другую и попросил: — Пожалуйста, отдай её тому, кто это прислал. — Ох, хорошо. Он кивнул и ушёл. Мне казалось, что я уже где-то видел его лицо, но каждый раз забывал спросить имя. Хотя, по правде говоря, оно мне и не нужно… — Фа, почему ты так улыбаешься? — Ну… просто шоколадное молоко и сэндвич с тунцом тоже могут кого-то осчастливить. Я никогда не видел его лица и не знаю его имени. Но это… мило. Кто бы он ни был.

***

— Тер, это срочно! Кажется, наш друг улетел на Луну! — Спокойно, Норт, просто дай ему время. — …Норт… Тер. — Я повернулся к ним и плотно сжал губы. В руках у меня всё ещё была сумка с только что полученными вещами. Я положил её на стол и долго смотрел на аккуратно написанное письмо. — Мы дали тебе час, чтобы справиться со смущением, Фун, — вздохнул Фоам. — У тебя сейчас щеки лопнут. — Он протянул руку и ущипнул меня. Я поморщился, потому что было больно. — Я чувствую… как будто мое лицо становится больше. — Что значит «больше»? — Тер поднял бровь и спросил. — Не знаю, такое ощущение, что оно распухло, все мое тело распухло. Мое лицо опухло, мое сердце опухло, мое тело тоже опухло. — Ты покраснел, но твоё лицо не увеличилось. — Чувствуется, будто оно стало больше… — Ладно, как скажешь, мяу, — рассмеялся Тер. С момента, как Норт передал мне пакет от Пи Фа, я не мог перестать краснеть, а сердце колотилось, будто готовилось к марафону. — Оно того стоит, — я широко улыбнулся. — Эти два месяца бесценны. — Да, это определённо лучший сэндвич. — Точно. — Я кивнул Теру, всё ещё улыбаясь. — Лучший сэндвич в мире. — Поздравляю, — усмехнулся Фоам. — Это как в тот раз, когда ты поддержал друга, которому нравился твой выпускник в школе. Ты сделал еще один шаг вперед, не так ли? — Можно и так сказать… Я сделал шаг вперёд. — Но я ничего не жду взамен. Просто зная, что Пи Фа ест всё, что я для него покупаю, я уже счастлив. Я никогда не думал, что… — Он явно заинтересован, — вставил Фоам. Я взглянул на него. — Ты ведь отправлял ему вещи два месяца. Он знает, что у тебя доброе сердце. — Тогда это хорошо. Да, это действительно хорошо… — Если Пи Фа начал интересоваться мной из-за писем, это замечательно. Потому что тот, кто о нём заботится — это человек в этих письмах. Даже если я не могу заговорить с ним напрямую… Я улыбался, даже если кто-то считал меня сумасшедшим. Это настоящее счастье. Я не могу выразить, насколько счастлив сейчас. Мои чувства достигли его, и он их принимает… Рядом с Пи Фа я никогда не осмеливался показать, как сильно его люблю. Но теперь я рад, что послушал совет Норта — показал свои чувства, заботу. Если бы не эти письма, у меня не было бы возможности сделать это. — Фун, можно спросить? — Да? — Если бы тебе не нужно было следовать указаниям отца… ты бы попытался сблизиться с Пи Фа? Вопрос Тера застал меня врасплох. Я задумался, а затем кивнул. — Конечно. Я бы заботился о нём не только через письма. Я бы по-настоящему был рядом. Норт бы назвал это «прямой атакой». — Хорошо. Потому что, думаю, ты ему нравишься именно за твою заботу. — Х… как? — Подумай. Он не знал, кто отправляет ему письма, но всё равно заинтересовался. Разве ты не думаешь, что если бы ты ухаживал за ним лично, он бы полюбил тебя? — …Ты правда так считаешь? — Тер, остановись. Фун сейчас взорвётся. — Фун, дыши. — Тер… у меня короткое замыкание… — я схватил его за руку. — Ты правда думаешь, что я ему нравлюсь? — У тебя ладони мокрые, друг, — засмеялся он. — Да, и доказательства у тебя перед глазами. — Сначала я подумал, что ты собираешься купить все это в 7-Eleven. — Он очень старательный, — Тер глубоко вздохнул. — А если серьезно, судя по тому, что я знаю о Пи Фа, я никогда не видел, чтобы кто-то делал для него столько, сколько ты. Что бы ни случилось, он заботится о тебе. — Разве ты не беспристрастен? — Немного. — Тер, ты… — Да ладно, ты мой друг, поэтому я тебя поддерживаю. Кто ещё? — Слова Тера заставили меня нахмуриться, но затем он рассмеялся, и я тоже не смог сдержать улыбку. — Ты как Норт, очень хорошо хвалишь своих друзей. Он что-то тайно делает для Пи Фа? — Очень преданный, — сказал я, всё ещё смеясь. — Ты выглядишь сегодня свежо, Фун, — сказал Истер. — Как будто что-то витает вокруг тебя. — Кажется, да. Я плакал, потому что была счастлив. Потому что он улыбался. И моё сердце так сильно билось ради него. Каждое письмо — это настоящий я. Каждая буква — это Фун. Каждое слово, каждая забота — я писала всё своими чувствами. Чувствами, которые не мог выразить Пи Фа напрямую. Раньше я никогда не осмеливалась пересечь границы наших отношений Пи-Нонг. Но теперь… Теперь я осмелюсь. Я надеюсь, что и он тоже. Да, потому что я обещаю — однажды я стану достаточно сильным и вернусь к нему. И сегодня… сегодня я достаточно силён, чтобы быть рядом. Я больше не слабый Фун, который полагается только на Пи Фа. Я буду Тайфуном, который сможет защитить его. — Я верю, что мы можем любить других гораздо больше, если достаточно любим себя. Слова Норта, сказанные мне в тот день, уже давно не выходили у меня из головы. То, что он сказал, было правдой. Человек, который ненавидит себя… как он может любить других? — Что вы думаете? — Как ты познакомился с Нортом, Тер? — Я пнул землю ногой, и он тут же появился. А что? — Блин, я серьёзно… Он излучает такую положительную энергию. Почему бы нам не сделать его копию и не получить много Нортов? — пошутил я. — О, но это невозможно. Пи Джо определённо заберёт их всех себе. — Верно. Кроме того, я думаю, что одного Норта мне достаточно. Представь, если бы их было больше одного… обладающих такой силой? Эта страна бы рухнула. — Я хочу быть позитивной энергией для Пи Фа, хотя я и не так силён, как Норт. — Тебе не нужно быть сильным. Что мы тебе говорили? — Просто будь собой. — Точно… Не пытайся быть похожим на Норта. — Я говорил, что это моя работа. Ты мне не веришь? — серьёзно сказал Норт. Сейчас мы были у меня в комнате, наслаждаясь каникулами. — Ты съел закуски, которые дал тебе Пи Фа? — Всё. — О, а я думал, ты захочешь оставить их себе. — Я был голоден. — Ублюдок! — Шучу. Пи Фа сказал, что мне пора доедать, поэтому я поел, — ответил я. Это был действительно вкусный бутерброд с тунцом и шоколадное молоко. У меня даже осталось его рукописное письмо. — Хорошо, что план сработал. Я очень волновался, — сказал Дао. В последнее время Дао часто переживал. Когда мы сказали ему, что Пи Фа ответил, он был счастлив. — Тебе больше не о чем беспокоиться. Кто был Купидоном? — Теперь пришло время отдать все свои силы. — Почему я должен быть таким красивым и талантливым? — Норт закатил глаза. —… — Чёрт, я хочу быть уродливым, — добавил он. — Я достаточно наслушался твоей чепухи. Тер мгновенно парировал, заставив всех нас рассмеяться. — Что случилось, Норт? Почему ты сегодня такой возбужденный? — Хе-хе, сегодня у меня выходной! Наконец-то я смогу сбежать от этого ублюдка. — Почему? — спросил я. — Он ушёл в кампус и не трогал меня весь день. Каждый день у меня такое чувство, будто кто-то высасывает из меня энергию. Через пару минут мне уже хочется танцевать львиный танец. — Глупо, — сказал я, всё ещё смеясь. — Не говори мне, что тебя это беспокоит. — Ты на его стороне? Ты предатель! Я перестану быть твоим посланником! — Нет, не говори мне спрятаться. — Эй. Не дай мне снова услышать эти слова. Здесь негде прятаться. — Давайте вернемся к следующей карточке с котом, — в конце концов, Дао помог вернуть разговор в нужное русло. — Что вы думаете, ребята? — Мы знаем, что он заинтересован, — сказал Фоам. — Да, я думаю, он начинает проявлять интерес, — добавил Тер. — Я тоже так думаю. А ты что скажешь, Норт? — Не знаю. Может, он уже готовит приданое? — равнодушно сказал Норт. — Ты выбрал свадебное платье? Я уже давно сшил костюм и готов к мероприятию с того самого дня, как Пи Фа прислал тебе письмо. — Ух ты, ты так торопишься, идиот, — Тер покачал головой. — У меня черный костюм, надеюсь, твоя свадьба не выйдет за рамки его тематики. — Значит, мне теперь работать усерднее? — приподнял я бровь. — Да. Раз уж я дал тебе такую большую задачу, не позорь меня, разрушая всё достигнутое. Фу. — Ты слишком много думаешь о будущем. — Да ладно, надо думать наперёд. Сколько ты скрывал свои чувства? Покажи свою силу! Норт был страстным. Очень. Но почему отсутствие парня делает его таким доминирующим? — Эй, я сказал, не сдавайся. Ты отправляешь письма всего два месяца и уже получил результат. Я покупаю лотерейные билеты десять лет и выиграл только дважды! Никогда не сдавайся! Значит, причина, по которой он выглядел расстроенным, в том, что Пи Джо издевался над ним? — Вы двое милые, — сказал я. Я видел, что они очень милые вместе. — Это правда ты, Норт? Почему ты выглядишь как два разных человека, когда ты с нами и когда ты с Пи Джо? — Было бы неправильно вести себя так с вами, как с ним. — Вернемся к письму? — напомнил Дао. Господи, Норт опять сменил тему. Боже, Норт снова сменил тему разговора. — Давай продолжим. — Да, давай. — Кот, сделай это. Я взял подушку с кровати и ударил Норта. Норт поднял обе руки и громко закричал: — Окей, давайте вернемся к нашей перспективе! Даоток посмотрел на меня… Я слегка кивнул. Дао, должно быть, просил разрешения заговорить. — Я думаю, что план отправлять письма в течение двух месяцев сработал. Пи Фа начинает проявлять интерес к человеку, который их отправляет, но мы до сих пор не знаем, знает ли Пи Фа, что это мяу. На самом деле, вероятность того, что врачи это знают, довольно высока. Мы предполагаем, что шанс того, что Пи Фа уже знает, составляет более сорока процентов. С самого начала мы были уверены в одном: отец мяу не узнает. У него нет возможности узнать. Это всего лишь письмо, верно? Но что мы не знаем — поймет ли Пи Фа или нет, ведь он очень близкий человек. — Но главное… если Пи Фа догадался, что это мяу, почему тогда он отправил письмо обратно? Это значит, что ему все равно, кто это. Мы четверо сидели, как ученики, слушающие учителя. Норт нахмурился, его лицо стало серьезным, он выглядел обеспокоенным, словно ему было непривычно обсуждать серьезные вещи. — Пи Фа заботится о человеке, который отправил это письмо, — сказал он. — Значит, Пи Фа, возможно, уже нравился Фун раньше? — спросил Фоам. — Не может быть, — ответил я, слегка покачав головой в сторону Фоама. — Я знаю. — Уверен? — спросил Тер. — Ум… Я знаю, что всегда был для него только Нонгом. Он не испытывает ко мне романтических чувств. Я знаю это, он никогда не вставал на мою сторону. Хотя говорить об этом вслух немного больно, это правда. Те, кто меня не любят, просто не любят. — Мне жаль тебя, Фун, — Фоам выглядел обеспокоенным, глядя на меня. — Или мне стоит сказать… Может, тебе стоит отступить? Что, если Фа вообще тебя не любит? — Это уже в прошлом, — сказал Норт. — Живи настоящим и будущим, Фун. — Что ты имеешь в виду? — Ты все еще плачешь из-за прошлого? — Нет, больше нет. — Ты счастлив сейчас? — Да, очень. — Тебе нравится отправлять что-то Фа? — Да. — Это самое главное. Неважно, любит ли тебя Фа или нет. Важно то, что ты любишь Фа, и никто не сможет заменить его для тебя. Пи Джо однажды сказал мне, что когда он влюбился в меня, но у меня уже была девушка, он пил каждый день в течение нескольких лет. Это было очень болезненно для него, я знаю. Но в конце концов, теперь я не могу жить без Пи Джо. —… — С такой большой любовью к нему ты должен позволить Пи Фа узнать об этом. Как он может не полюбить тебя, если узнает, насколько сильно ты его любишь? Если он не полюбит… значит, он просто не человек. —… — Возможно, однажды Пи Фа начнет испытывать к тебе чувства, но если ты ждешь, что он будет добиваться тебя, я считаю, что это просто напрасная трата времени, — сказал Фоам. — Фоам! — Норт резко повернулся к нему и крикнул, чем сильно его удивил. — Колодец не достигает кота! — Разве колодец не должен достигать буйвола? — приподнял бровь Фоам. — Но Фун — это кот. Если Пи Фа не любит Фуна, но Фун любит его, то именно он должен сделать первый шаг, верно? Фун уже зашел так далеко, так что не ломай его решимость. — О… Прости. Мне следовало понять, что ты уже много старался, — Фоам вздохнул и посмотрел на меня. Я слегка покачал головой, показывая, что ничего страшного. — Верно. Норт, тот, кто любит, должен добиваться. — Ты такой сильный, Фун. Посмотри на себя. Ты действительно собираешься сдаться только потому, что Пи Фа не любит тебя? — Конечно нет, — я улыбнулся Норту, заставляя его улыбнуться в ответ. — Я заставлю его увидеть меня. В мире есть только один Фун, и он принадлежит только ему. — Вот так и надо! Не зря я тебя учил. Если Пи Фа начнет испытывать к тебе чувства, он даст об этом знать. Когда он начнет интересоваться, он отправит ответное письмо. Видишь? — Вау, спасибо, мастер. — Ох, купи мне шоколадное молоко, идиот. Я тоже хочу его выпить. — Ладно, куплю три пачки. — Эй, похоже, мой друг очень богат. Пи Фа знает, что у него есть такой богатый друг, который готов всю жизнь покупать ему шоколадное молоко и бросать деньги в его лицо? Мы рассмеялись над шуткой и жестикуляцией Норта. Когда бы это ни было, я всегда благодарен за Норта. Я рад, что они рядом. А что касается Пи Фа… Ты обязательно увидишь, как сильно я тебя люблю! Готовься!!!