Трофей (Восток)

Лира попыталась повернуть голову чтобы увидеть, что происходит но у неё не хватило сил. Шея не слушалась, боль пронзала все тело. Мир вокруг неё продолжал расплываться, звуки доносились как издалека, сквозь толщу воды. Она чувствовала, как чьи-то сильные, но в то же время осторожные руки расстёгивают цепи, освобождая ее измученные, истерзанные запястья. Металл с тихим скрежетом соскользнул с ее кожи, принося долгожданное облегчение. Ее осторожно подхватили, поддерживая, чтобы она не упала на каменный пол. Девушку осторожно опустили на пол, поддерживая со всех сторон. И только сейчас, сквозь пелену боли, полузабытья и надвигающейся темноты, Лира увидела приближающуюся к ней…КОРОЛЕВУ. Она отдавала чёткие и короткие приказы своим воинам, не тратя времени на лишние слова или жесты. В ее действиях чувствовалась холодная, расчётливая эффективность. Она подошла к Лире, склонилась над ней и, не говоря ни слова, коснулась ее щеки рукой, Лира... её Лира превратилась в окровавленное, истерзанное тело. От прежней нежности и грации не осталось ни следа. Кожа была покрыта багровыми глубокими кровотощащими ранами от кнута, и страшными ожогами от калёного железа. Кровь струилась по её израненному телу, смешиваясь с грязью и потом. Алия застыла на месте, дыхание сбилось, а сердце сжалось от боли. Это не могло быть правдой. Неужели эта изломанная фигура — та самая Лира, чья улыбка однажды осветила её мир? — Лира! — Алия наклонилась к девушке, прикасаясь к израненному лицу девушки. — Пожалуйста... открой глаза! Алия нашла пульс на тонком запястье. Слабый, едва ощутимый, как тонкая нить, готовая оборваться... но он был. Лира жива. Веки Лиры дрогнули и медленно, с мучительной тяжестью, приоткрылись. Затуманенный взгляд скользнул по Алие, будто она была призраком. Образ королевы расплывался перед ней, слишком слабая, чтобы понять, что происходит. Королева сняла с себя свой плащ и прикрыв им Лиру взяла ее на руки. Лира почти не ощущала, куда её несли. Лиру положили прямо на стол, в банкетном зале, где так часто ее подвергали унижениям. Сознание ускользало, возвращаясь на короткие мгновения. В одном из таких проблесков она перед собой было лицо Алии... Алия влила ей в рот какое то зелье от которого сознание Лиры слегка прояснилось, а боль притупилась. — Держись, слышишь? — шептала королева, нежно целуя её окровавленные руки. — Прошу тебя. Ради меня, ради нас. Внезапно взгляд Алии упал на шею Лиры. Там, на обнажённой коже, виднелся грубый рабский ошейник. Ярость вспыхнула в её глазах, сменившись мгновенной решимостью. Она быстро резким движением разомкнула его и с ненавистью отбросила ошейник в угол комнаты. Лира, из последних сил собравшись, еле слышно прошептала. Лекарство, которое ей дали, начало действовать, туман рассеивался в её сознании, возвращая ясность. — А… Алия… — Да да милая, это я....Всё хорошо, — ответила королева, её голос был полон нежности и облегчения. Она бережно провела рукой по щеке Лиры, стараясь не причинить ей боли. — Я здесь, я рядом, я нашла тебя… Держись, я прошу тебя. — Алия изо всех сил старалась удержать взгляд Лиры, боясь, что та снова потеряет сознание. Она нежно гладила её по щеке, по плечу, стараясь передать ей свою любовь и поддержку. В её глазах стояли слёзы, но она сдерживала их, понимая, что сейчас ей нужно быть сильной ради Лиры. Тело девушки обтёрли от крови и наспех перевязали и завернули в чистый, мягкий плащ. Она оставалась в полубессознательном состоянии, едва реагируя на происходящее, будто погруженная в глубокий, мучительный сон. Алия сама вынесла Лиру из здания, не обращая внимания на царящий вокруг хаос. Вокруг бушевал настоящий ад. Пламя жадно пожирало дома, охватывая их яростными языками огня. Густой, едкий дым заволакивал небо, превращая день в кромешную ночь. Повсюду слышались крики ужаса, стоны раненых и леденящий душу звон стали. Люди в панике метались, тщетно пытаясь спастись от огня и мечей. Воительницы Алии без пощады стирали Крысиный Городок с лица земли, исполняя приговор, который был вынесен этому месту. Алия осторожно усадила израненную Лиру перед собой, обнимая её, чтобы уберечь от лишних толчков. Каждое движение отдавалось болью в теле израненной девушки, и Алия старалась быть максимально бережной. Неожиданно Лира почувствовала, как кто-то слабо схватил её за ногу. С трудом опустив голову, Лира увидела рабыню Тами. Её глаза, полные слёз и отчаяния, вцепились в Лиру, как в последнюю надежду. — Умоляю вас… не оставляйте меня здесь… — голос Тами срывался на всхлипы, едва различимый в хаосе битвы. Лира с трудом подняла взгляд на Алию. В её глазах читалась невыносимая боль и мольба, говорящая громче любых слов. Она попыталась вымолвить хоть что-то, но лишь хриплый шёпот сорвался с губ: — Пожалуйста… возьми её… И тут же без сил обмякла, проваливаясь в спасительную тьму. Алия секунду смотрела на Лиру, и сердце её болезненно сжалось. Королева резко повернулась к одной из своих воительниц. — Забери её, — коротко бросила Алия. Воительница мгновенно спешилась, подхватила обессиленную Тами и с лёгкостью усадила её на своего коня, прижимая к себе, чтобы та не упала. Алия взглянула на охваченный огнём город. Крысиный Городок погружался в хаос и смерть. Пламя выло на горящих ушицах, рушились стены, а крики умирали в гуле битвы. Сейчас для неё существовали только Лира. Королева пришпорила лошадь, и они помчались прочь, оставляя за спиной пылающий город, уничтожая проклятое место, забрав с собой ту, кто был ей дорога.