the same injuries

Мы вдвоём уже давно несчастливые.

Но продолжаем снимать боль.

Запах хлорки и ванили.

Мы забыли, кто мы есть.

Не забудь сказать спасибо за пиздец.

(Не доверяй)

У каждого есть скелет в шкафу. Лайя поняла это ещё в детстве, когда вглядывалась в каждого члена семьи за столом. Мать — изменяет отцу и пребывает «не в себе», сестра — спит с мужчинами старше себя, отец — употребляет наркотики и изменяет матери. Тем же самым девушка занималась и сейчас. Особый интерес для Лайи представлял Киллиан. Зачем ему жениться на ней? Разговор за столом прекратился стоило парню достать красный бархатный футляр. В нём лежал кулон с тёмно-зелёным камнем внутри. — Позволишь? — спросил он. — Позволяет. — ответила Оливия за дочь. Она светилась от счастья. Лайя сглотнула, когда холодный металл коснулся кожи. Но парень не собирался отходить от неё. Чёрное платье подчёркивало грудь и появилась возможность заглянуть в декольте. — Ты решил купить нашу Лайю? — спросил племянник. — Марко! — проворчала Кирстен. Лайя улыбнулась. Впервые за этот день. — Я бы хотела показать Киллиану свою комнату. — сказала девушка, решив проявить любезность и выудить информацию. Почему-то, Марко засуетился. — Зачем? Хорошо сидим. — сказал мальчик. — Идите. Только не долго. Кирстен, успокой своего сына. Он сегодня очень активный. — сказала Оливия. Киллиану только в радость остаться с девушкой наедине. Вся сложившаяся ситуация действовала Лайе на нервы. Больше тот, кто её в это втянул. — Что маме нужно от тебя? — спросила она. — Я просто красавчик. — ответил он. Лайя нахмурилась, скрестила руки на груди и добавила: — Ты просто самовлюблённый. — Одно другому не мешает. Парень посмотрел на флуоресцентные звёзды, которыми украшен весь потолок её комнаты. — Сама рисовала? — поинтересовался Киллиан. — Не переводи тему! Что ей надо? — повторила девушка. — Не люблю делиться информацией просто так. Спроси после первой брачной ночи. Намёк понят. От этого стало не по себе. — Лайя! Киллиан! — позвала Оливия. Она с лёгкостью могла подслушать. Лайя вздохнула. Подошла близко к нему и прильнула к губам. Стук в окно заставил оступиться, но Киллиан крепко держал за талию. Когда дверь открылась, он отпустил её. Мать никак не отреагировала. — Мисс Оливия, мне пора. Проводишь? — обратился парень к Лайе. — Сам дойдёшь. — ответила она и провела ладонью по губам. — Я провожу. Потом поговорим. — сказала Оливия и мельком посмотрела на дочь. Стоило им уйти, как вбежал Марко. Мальчик открыл окно. Будто ждал этого момента. — Марко, что ты делаешь? — спросила Лайя. — Он ушёл! Лайя свободна! — крикнул племянник. Йен влез в комнату. — Ты молодец. — сказал он и потрепал мальчика по волосам. Лайя сжала кулаки. Она думала, что Йен вовсю готовится к свадьбе с Эйвери и выбирает местечко для медового месяца. Марко сложно подкупить из-за воспитания Кирстен. Каким-то образом, Галлагер нашёл лазейку. — Марко, ты здесь? — спросила Кирстен. Лайя закрыла глаза и приложила ладонь ко лбу. Старшая сестра замерла, сжала губы и посмотрела на обоих. — Мама, я иду! — сказал племянник и подбежал к ней. Кирстен молча закрыла дверь. Йен оценивающе прошёлся взглядом по фигуре Лайи. — Понравилось? Чё остановилась? — раздражённо спросил парень. — Зачем пришёл к «неуравновешенной истеричке»? — задала встречный вопрос девушка. Не хотелось отдавать её заносчивому долбоёбу. Признаться тяжело даже самому себе. — Лайя, послушай… — Не подходи ко мне! Убирайся к своей Эйвери! — сказала она и схватила канцелярский нож. Лайя сама не знала, что будет делать. Хотелось влепить пощёчину, бросить в него какой-нибудь предмет, что-нибудь разбить и расплакаться. Йен то же начинал терять терпение. В первую очередь, она могла навредить себе. Он осторожно прикоснулся к её руке. Девушка швырнула в сторону ножик и впилась губами в его. Пока снова не ушёл и не оставил одну. Мужские пальцы расстегнули платье, нежно прошлись по женским ключицам. Словно хотел выучить каждую линию тела девушки заново. Йен сорвал с её шеи ебучий кулон и он упал на пол. На месте несчастной безделушки появился засос. Лайя обхватила ногами торс парня и почувствовала спиной холодную простынь своей кровати. Но она была горячей, влажной, пульсирующей для него. Он крепко сжал бёдра девушки и вошёл в неё. Лайе хотелось закричать, но она прикусила губу до крови и вцепилась ногтями в мужские плечи. Йен трахал её так, будто хотел выбить из памяти всё, что было между ними. Каждое движение словно удар пульса. — Хочу, чтобы ты каждый раз вспоминала. — прошептал парень. — Я люблю тебя. — призналась девушка. Её флуоресцентные звёзды вновь начали ярко светить в темноте.