Воспитательные меры

Через несколько часов, когда все уже после корпоратива разбрелись по домам, в полной темноте очнулся Глеб. Он ещё никогда в жизни не чувствовал себя так плохо, таким грязным и использованным. Ему хотелось плакать, но вместо слёз было полное оцепенение, его лицо не выражало больше ничего, он кое-как смог встать и выйти наконец-то из этой злополучной палаты. Немного шатаясь, касаясь белых стен своими ладонями, чтобы не потерять равновесие, он всё-таки смог выбраться из больницы и заказать себе такси до дома. Когда он наконец дошел до ванной комнаты и встал под горячий душ, оцепенение начало его отпускать, но ему на смену пришла ужасная боль от полученных травм и полное моральное опустошение. Первые три дня он вообще не выходил из дома. Глебу не хотелось ни есть, ни пить, ни с кем-либо разговаривать. В голове постоянно крутились лишь события того вечера. Он не понимал лишь, чем он заслужил такого отношения. Да, он, конечно, часто косячил на работе, но не настолько сильно, чтобы его за это избили и изнасиловали. Это никак не укладывалось в его голове. На четвертый день отбиться от вечно приходящих звонков и уведомлений от сообщений было уже невозможно, все его искали, пытались узнать, где он. Но ответил он только матери. - Всё нормально, мам, я дома, меня не будет какое-то время, не теряй меня. Он не хотел говорить кому-то о том, что случилось, особенно маме. Но понимал, что если он это с кем-то не обсудит, это сведет его с ума. На седьмой день отсутствия его в больнице Кисегач не выдержала и уговорила Андрея поехать вместе с ней, чтобы проведать сына. К тому времени они уже помирились, но осадочек еще остался. Глеб удивился, увидев мать на пороге дома, но, увидев за ее спиной Быкова, его охватила тревога и гнев. Но показывать эти чувства при матери ему не хотелось. На лице Быкова не было раскаяния или сочувствия, потому что он и не жалел о своем поступке. Скорее наоборот, этот грубый секс, эти вопли и стоны лишь подогрели его азарт. Теперь ему хочется большего, все его мысли были одержимы этим парнишкой. И вот когда он его наконец-то снова увидел, перед глазами всплывали картинки, где этот парнишка с грустными карими глазами принимает сочащийся смазкой член своими пухлыми губками. Это лучшее, что он видел в своей жизни, и хотел бы смотреть на это вечно. - Глеб, привет, как у тебя дела? Я сильно переживала, поэтому мы приехали тебя проведать, все ли у тебя нормально? - Оба переживали? Все отлично, мам, всё узнали? Теперь идите домой. - Глеб, ну зачем ты так, я рада, что у тебя все отлично, но ты не хочешь пустить нас в гости? - Нет, мам, прости, я не могу, я не один. Я вернусь в больницу скоро, я обещаю, не переживай. - Ну хорошо, Глеб, не буду на тебя давить, но ты же знаешь, что ты всегда можешь ко мне придти и все мне рассказать, если что-то случится. - Да, Глебка, расскажи ей всё. С пристальным стальным взглядом, но легкой улыбкой произнес Быков. От чего Глеб сразу непроизвольно съежился и быстро закрыл дверь. Ему не хотелось больше оставаться в квартире, теперь и тут он чувствовал себя подавлено, поэтому в голову быстро пришла идея отвлечь себя привычным способом — пойти в клуб и набухаться до беспамятства, чтобы стереть из головы весь этот ужас. Уже заметно накидавшись, он познакомился с каким-то крутым чуваком, который щедро угощал его напитками и постоянно расспрашивал его о том, как он хочет продолжить вечер. Но в планах у Глеба было только нажраться и добраться до дома, поэтому другие мероприятия его не интересовали. - Ну что? Давай еще по стопке? - Давай последнюю, потом я всё, домой поеду, наверное. - Хорошо, дорогой, пойду на бар закажу, а ты стой тут, я принесу. Глеб кивнул в знак согласия и продолжил дёргаться под ритм громкой музыки на танцполе. После того как бармен отдал два шота, в один он раскрошил какую-то таблетку. - На, попробуй, вот этот вообще огонь, сразу в голову даёт. - Спасибо. Быстро опустошив рюмки, они двинулись к выходу, но Глеб почувствовал себя нехорошо и решил перед этим зайти в туалет. Он не знал, что его мать попросила Быкова проследить за её сыном, чтобы он не попал в неприятности, и её чутье ее не подвело. Быков видел, как тот парень подмешал что-то в рюмку, поэтому медленно следовал за ними. Вся комната кружилась, переливалась разными красками, он не понимал, что с ним происходит, но создание явно выдавало какие-то глюки, когда он увидел перед собой Быкова. ~ Ну что, мишла Кала, допрыгался? На наркотики тебя подсаживают, а ты и не замечаешь. Нужно внимательнее друзей себе находить. Не хватило тебе одного урока, придется второй преподать. - Тебя нет, это не по-настоящему. Судорожно закрутил головой Романенко и пятился назад в кабинку от своей галлюцинации. - Ошибаешься, дурачок, я здесь, мать твоя просила приглядывать за тобой. Быков уверенно шел на Романенко, словно паук, загоняющий жертву в свои сети, он уже знал, что сделает со своей бедной мушкой. - Сейчас меня друг заберёт, отстаньте от меня. Слова тяжело выходили из его рта, он начал немного переходить на крик, ему казалось, что это всего лишь фантазия разыгралась, но давать слабину было нельзя. - Дружка твоего я отвадил, на твоё счастье, мало ли что он хотел с тобой сделать, пока ты в таком состоянии. Поехали, домой тебя отвезу. Глеб хотел было начать кричать и убежать куда подальше, но его тело совсем обмякло, и он заснул на ходу. Быков подхватил парня на руки и повёз того домой на съёмную квартиру. Но просто так уходить он явно не хотел. Он снял с него одежду и затащил в ванну, чтобы пробудить того холодной водой, потому что со спящей игрушкой ему было неинтересно играть. - Хватитит, ай, холоднооооо, не надо. - Да, дорогой, кричи. Меня так заводят твои крики. - Что вы здесь делаете? - Спасаю твою задницу от того извращенца, который накачал тебя чем-то. Теперь твоя задница — моя прерогатива, и я не привык делиться. - Андрей Евгеньевич, что я вам такого сделал, что вы со мной так поступили? - Матери своей спасибо скажи, вместо неё расплатился. Но теперь другое дело, Глебка, я-то думал, что ты совсем бесполезный, лечить людей не умеешь, работать не хочешь, но я нашел тебе идеальное применение. Ты будешь моей личной сучкой, и больше от тебя ничего не требуется, как тебе такое? - Ты просто псих, оставь меня в покое, уходите из моего дома. Что такое, Глебка, не можешь сам меня выгнать? А вот не надо чужим дядям доверять было. - Уйди, уйди, уйди. Судорожно повторял Глеб, свернувшись калачиком в ванной. - Даааа, умоляй, мне это нравится. Глеб поднялся на ноги и пытался вылезти из ванной, но Быков оказался быстрее, он уже стоял позади него и быстро снимал с себя одежду. - Нет уж, Романенко, ты никуда уже не сбежишь. Глеб повернулся к нему лицом и хотел что-то опять возразить, но тело его не слушалось. Быков хотел попробовать его на вкус, поэтому оттянул рукой его волосы и принялся изучать его рот. Пухлые губы Глеба сводили его с ума, привкус коньяка дурманил, и хотелось все больше и больше пробовать его на вкус. Хоть разум его дремал, но тело все-таки начало поддаваться на ласки старшего. Он начал отвечать на его поцелуй, скользя языком по чужому языку. Он скользил, будто осваивая новую территорию, так жадно, что волны возбуждения уже начали накрывать его полностью. Рука Андрея скользнула вниз по телу молодого и горячего парня, сначала оттягивая его за соски, затем спускаясь ниже по рельефному животу, к разгоряченному члену. На фоне выдающегося аппарата начальника, его был на удивление не менее привлекательным. Он провел несколько раз по влажной красивой головке парня, после чего не выдержал и решил попробовать её на вкус. Не этого ожидал сегодня Глеб, но такой Быков ему определенно нравился. Ему все казалось похожим на сон, где он томно постанывал, пока его член был под властью его ужасного начальника и практически отчима. Мышцы непроизвольно сжимались от происходящего внизу, и дело уже доходило до конца, оба это понимали. Напряжённое лицо исказилось в экстазе, пока все тело содрогалось, а его член, подёргиваясь, извергал манящую белую сперму, которую с удовольствием пробовал на языке и жадно поглощал отвратительный отчим. Глебу было тяжело стоять на ногах, поэтому он начал медленно спускаться на дно ванны. - Я тебя ещё не опсукал, ты не забыл, что ты теперь моя сучка, я-то ещё удовольствия не получил. Резко шлёпнул по лицу свою жертву, отчего тот посмотрел на него опять тем самым испуганным и умоляющим взглядом. - Ты будешь делать то, что я тебе скажу, отлынивать не получится, понятно тебе? И снова ударил того по лицу. - Хватит, не надо, пожалуйста, отпустите меня. - ВСТАВАЙ ЖИВО К СТЕНКЕ. Глеб еле поднялся и прильнул лицом к стене ванной. Быков жадно вдыхал аромат парня, когда прижал его всем телом к холодной стене и начал тереться об его задний проход, потом одну ногу он закинул на край ванны и схватил ладонь парня и положил на свой половой орган, начиная дрочить его рукой. Затем он подвинулся и накинул парня так, чтобы проще было в него войти. На что Глеб резко начал отбрыкиваться и снова умолять перестать. Улыбка Быкова подтянулась до ушей, его возбуждали крики и стенания парня, он крепко схватил того за горло и начал душить, до тех пор, пока он не начал терять сознание... Продолжение в 3 главе xo-xo. Ставьте лайки, пишите комментарии, так главы будут выходить быстрее 😘