Первая осечка

Шёл вялый дождь. Мокрый асфальт поблёскивал в электрических лучах фонарей. Капли бесшумно разбивались о дорожную чешую. Под крышей продуктового магазина, пошатываясь, стоял Рон. Он сжимал пустую бутылку виски известной в магических кругах марки Arthur Graves. На её логотипе красовался анимированный бородатый мужчина в бежевой ковбойской шляпе. Он игриво подмигивал и улыбался ровными, похожими на кукурузины зубами. — Тупая шмара, — пьяно промямлил Рон, харкнув в мусорку. Он достал сигарету и поджёг её волшебной палочкой. Рон сделал плотную затяжку и выпустил тонкую струйку дыма в прохладный, сырой воздух. Запахло шоколадным табаком. Рону было херово. Алкоголь попытался смягчить удар, принять его на себя. Однако эта подушка безопасности не спасла от жёсткого столкновения с жизнью. Машина перевернулась, передняя часть превратилась в груду хлама. Рон понимал, что самое худшее ещё впереди, ведь надо же как-то выбираться из-под обломков. — Что же ты наделала, тварь? — задал Рон вопрос пустоте. И пустота ответила ему машиной BMW, резко затормозившей прямо перед ним. От неожиданного появления тачки Рон отпрыгнул назад, выронив сигарету. Бычок упал в крохотную лужицу и потух. — Ебать… Ты чё творишь, ЭУ? — грубо обратился он к владельцу машины, прятавшемуся за тонированным лобовым стеклом. Из тачки показались трое верзил. Двоих из них Рон узнал сразу. Это были старые знакомые из «Хогвартса» — широченный толстяк Крэбб в бандитской кожанке и верзила Гойл в спортивной олимпийке Segio Tacchini. — Хеее, Уизли! Какими судьбами? — ухмыльнулся Крэбб. — Всё также бомжуешь, как твой папашка? — съехидничал Гойл под тупой хохот Крэбба. — А ну заткнитесь! — строго приказал им толстощёкий парнишка в оливковом бомбере Alpha Industries — Мужик, прости за этих невоспитанных дебилов. Их в роддоме мамаша на кафель уронила, как только они на свет появились! — Эй, шеф, ты за базаром-то следи! — огрызнулся Гойл. Тот, кого назвал шефом, показался Рону очень и очень знакомым. Где-то он уже видел это жирное лицо капризного мальчишки, который никогда не слышал слова «нет» от своих родителей. Его маленькие глазки быстро пробежались по Рону. — А я тебя где-то видел. Не ты ли тот друг Поттера, который сорвал железную решётку с окна нашего дома? — просипел паренёк. — Это он, шэф. Рональд Уизли! — зашевелились щёки Крэбба. Паренек резко развернулся и вонзил гигантский кулак прямо в печень бедняги Крэбба. — Ууууй, бляяя! — Я не тебя спросил, чепуха! Тут Рон понял, что перед ним стоит Дадли. Тот самый Дадли Дурсль, с которым Гарри промучился всё своё детство и юность. — Так, значит, Рональд? — спросил Дадли, протянув гигантскую ладонь. Рон успел прочесть надпись THUG, вытатуированную на костяшках его руки. Дадли с силой сжал своей потной ладонью длинные пальцы Рона. Неожиданно Дурсль с силой толкнул Рона в грудь. Он ударился спиной о стену и рухнул на мусорное ведро. Послышался звон стеклянных бутылок. — Рыжий педрила! — процедил сквозь зубы Дурсль. — Так его, шеф! — дружно заулюлюкали Крэбб и Гойл. Дадли плюнул на Рона. Вязкая слюна прилипла к джинсам. — Передавай привет Шпроттеру! — бросил Дурсль. Троица скрылась в лавке, где Рон покупал виски. С трудом встав, он отряхнул джинсы, поправил ремень и заметил кое-что странное. У входа в магазинчик лежал маленький пакетик с белым порошком внутри. Он был похож на кусочек снега, блестящего в свете электрического фонаря. Может, где-то на санях пролетел Санта Клаус и потерял один из подарков? Рон усмехнулся, подобрал пакетик и сунул в карман. «Наверное, этот мудак обронил», — подумал он. — Тихо спиздил и ушёл, называется — нашёл, — вспомнил Рон старую поговорку. По дороге на маленькой скорости ехал седан Volvo бордового цвета. Рон достал волшебную палочку, взмахнул ей и машина остановилась. Уизли прошмыгнул в салон. — До «Альтушек и Ведьмочек», — сказал он старику, сидящему за рулём. — Принято, босс, — ответил старичок и машина тронулась. В этот момент из магазина вышел Дадли. — Да где этот ебучий пакетик? — рычал он на всю улицу. — Не знаю, босс, — в один голос ответили ему Крэбб и Гойл. Рон оглянулся, посмотрел в стекло заднего вида и помахал Дадли рукой. Дурсль сбросил лакированный чобот и со злостью швырнул в уезжающую машину. *** Оранжевые вспышки фонарей пробивались сквозь стёкла автомобиля. По радио играл инди-рок. Кажется, это была Tame Impala. Пожилой водитель, похожий на шарпея, устало поворачивал руль. Ему уже поскорее хотелось закончить смену и вернуться домой — к горячему чаю, мягкому креслу и вечернему футбольному матчу. — На-на-на, на-на-на, — неслышно напевал Рон, скрючившись на заднем сиденье. Ему не терпелось вдохнуть морозной пыльцы Дадли Дурсля. В конце концов, Рону нужно было отвлечься от проблем. Он всё пытался выплыть наверх, сделать спасительный вдох, но новая волна неприятностей накрывала его с головой, относя всё дальше и дальше от берега под названием «спокойная семейная жизнь». В ямочке между большим и указательным пальцем появился крошечный островок снега. Через секунду он пропал. Рон ощутил, как обжигающий мороз пробежал от носа к верхней губе. Сработало! — Ну нихуя ж себе! Водителя передёрнуло от неожиданного возгласа Рона. — Да что ж такое! Мужчина, предупреждайте, когда в следующий раз будете так орать! — Простите, — смутился Уизли. Неожиданный прилив радости и веселья захлестнул Рона. Ему показалось, будто ударили током. Только вместо боли и судорог он ощутил блаженство, смешанное с адреналином. Рон моргнул. Внезапно он уже стоял на тротуаре. Холодный ветер с силой бил в лицо. Однако Рон его почти не чувствовал из-за теплоты, которая разливалась по всему телу. Ему казалось, что вместо крови по венам течёт любовь. Хотелось делиться ей со всеми кругом — с пьяными студентами, загулявшими клерками, курящими тоненькие сигаретки проститутками и даже краснорожими бомжами. Неожиданно его окружила толпа неизвестных людей. Их лица были размыты, как в видео плохого качества. Они смеялись, кричали и вели его под руки в неизвестном направлении. По отдельным репликам он понял, что компания направляется в бар. Яркая вспышка. Перед Роном сидит альтушка в спортивном костюме с фиолетовыми волосами. Её губы беззвучно двигаются, как в немом кино. Она пытается улыбнуться, но её лицо кажется чужим, искусственным. Рон отчаянно напрягает зрение, смотрит ей прямо в глаза. — Эммм, чел? С тобой всё ок? — с недоумением спрашивает альтушка. И вот, её лицо исчезает. Вокруг Рона появляются стены, изрисованные граффити. Где-то сзади раздаются звуки громкой музыки. Прямо перед глазами возникает грязный, вонючий сортир. Рона выворачивает наизнанку. — РОООН! — доносится крик откуда-то из параллельной вселенной. Стены улетают в тёмное беззвёздное небо как ракеты. Снова холодный ветер бьёт в лицо. Рон идёт по улице, спотыкаясь о собственные ноги. Где-то вдалеке горит неоновая вывеска: «Продукты 24/7». Рон пытается сообразить, куда идти, но мысли запутываются, как шнурки на кроссовках, которые он не мог завязать в детстве. — Эй, парень, тебе помочь? — Рон не понимает, откуда доносится голос. — Кто вы? — Ты что, забыл? Я же Сет! Рон размахивается и с силой бьёт по лицу, но кулак пролетает мимо, устремляясь вперёд. Он чувствует, что начинает лететь за кулаком, как супергерой, но спустя пару секунд полёт заканчивается страшным падением. Адская боль пронзает нос. — ЗА ЧТО??? — кричит Рон, лёжа на асфальте. Слёзы текут по щекам и смешиваются с грязью. Рон чувствует, что его кто-то волочит по земле. — Не надо, — говорит он. — Оставьте меня. И вновь вспышка. За ней — пустота. Ужасающая, всепоглощающая темнота. Рон падает в эту безжизненную пустоту и наконец-то засыпает.