Прощение

      Наконец Монастырь был полностью восстановлен, будто никогда и не видел ни войн, ни разрушений. Конечно же он не востановился сам собой.                         Монастырь, что стал домом для ниндзя, был отстроен благодаря общим силам жителей Ниндзяго.       Наступил мир в котором не было боли, страданий... Даже самые заклятые враги закопали топор войны и пожали друг другу руки.       Однако не все смогли наслаждаться спокойствием.       Молодая девушка рассматривала фрески несенные на стены монастырского двора. У неё было много имен: Нефритовая принцесса, Молчаливая, послание Кристального Короля…       Однако настоящие имя было только одно, Харуми.       Белоснежные волосы девушки мягко развевались от лёгкого ветерка, пока она в очередной раз рассматривала рисунки на стене монастыря.       Каждая деталь, каждая линия на рисунке рассказывала историю Ниндзяго. Вот, например, Мастер Чен, а вот — братья Кракс и Акроникс.       Однако взгляд Харуми всегда задерживался лишь на двух изображениях — тех, где была она сама. Там, где она выступала в роли злодея.       Тяжело вздохнув, Харуми направилась к выходу. Она медленно открыла массивную красную дверь и переступила порог. Перед ней раскинулась захватывающая дух пейзаж: монастырь возвышался над облаками, а под её ногами уходила вниз бесконечная лестница, ведущая к храму от подножия горы.              Опустившись чуть ниже, девушка устало села на одну из ступенек. Закрыв лицо руками, она еле слышно шептала:       — Дура… Дура… Какая же я дура… В мыслях эхом отзывались её же собственные слова.       “Что же я натворила? Убила императорскую семью, разрушила город… И всё это ради мести человеку, который даже не был виноват? Какая же я дура…”       Она подняла голову. Небо алело, солнце медленно скользило к горизонту, уступая место звёздам и луне. Время шло, но для неё оно будто застыло.       “Почему я всё ещё здесь?” — этот вопрос не давал ей покоя. Вдруг она вздрогнула. Кто-то коснулся её плеча.       Резко обернувшись, Харуми увидела перед собой привлекательного юношу в зелёной кофте, под которой была тёмно-зелёная футболка. Его светлые, шелковистые волосы слегка растрепал ветер, а в глазах светилась доброта — та чистая, искренняя доброта.       — Ллойд?..       — Харуми, что ты здесь делаешь? Тебе не холодно?—обеспокоено спросил ниндзя.       — Холодно?.. — только сейчас она осознала, как сильно похолодало.       Поняв что с принцессой что-то не так, Ллойд сел рядом готовясь к откровенному разговору.              — Всё хорошо?       Девушка отвела взгляд.       — Почему ты беспокоишься обо мне? — этот вопрос сорвался с губ прежде, чем она успела его обдумать.       — Ты ведь и сама знаешь. Теперь уже Ллойд отвёл взгляд.       — Нет. Не знаю.       — Тогда догадайся, — он тихо усмехнулся. — Так что ты тут делаешь?              — Просто… вышла подышать свежим воздухом. Задумалась.       — Надеюсь, ты не винила себя снова во всех грехах мира?       Харуми лишь тяжело вздохнула.       — Харуми, хватит, пожалуйста, — его голос был мягким, но настойчивым. — Всё это в прошлом. Ты доказала, на чьей ты стороне. Ты помогла нам восстановить монастырь.              — И ты считаешь, что это честно? — её глаза вспыхнули. — Я убила императорскую семью. Разрушила город. Подвергла жителей смертельной опасности. Создала армию Кристального короля. Вернула Оверлорда! Ты считаешь, что всё это можно забыть только потому, что в конце я встала на вашу сторону и… покрасила стены в монастыре?       Ллойд посмотрел на неё с печалью, но в его взгляде не было осуждения — лишь забота.       — Харуми… — он осторожно коснулся её руки и почувствовал, насколько она холодна. — Тебе точно не холодно? Девушка вновь отвела взгляд. — Нет… Конечно, ей было холодно. — Ох, Руми, ты совсем разучилась врать, — с лёгкой улыбкой сказал Ллойд. “Руми?.. Он назвал меня Руми…” Она даже не успела осознать это, как уже почувствовала, как на её плечи опустилась его кофта. Тёплая, с едва уловимым приятным запахом — его запахом.       Над ними простиралось бескрайнее ночное небо, усыпанное множеством ярких звёзд. Они сияли чистым, тёплым светом, словно чьи-то добрые глаза, наблюдающие за ними с высоты. Каждая из этих звёзд казалась живой, будто хранила в себе надежду, прощение и свет, который нельзя погасить даже самой глубокой тьме.       — Спасибо… Ллойд снова положил руку на её ладонь, будто ожидая, когда она согреется. Некоторое время они молчали, слушая ночной ветер и едва слышные звуки далёкого города.       — Прости меня… Ниндзя чуть крепче сжал её руку, его тёплые пальцы касались её холодной кожи, будто пытаясь передать ей хоть немного своего тепла.       — За что ты извиняешься, Руми? — его голос был тихим, но в нём звучала неподдельная нежность.       — За всё… — её голос дрогнул, а взгляд вновь опустился к ступеням. — За боль, что причинила тебе. За всё то что я натворила. Прости… я не заслуживаю быть…       Ллойд нахмурился.       — Не смей так говорить.       Он осторожно, но настойчиво взял её за плечи, заставляя посмотреть ему в глаза.       — Ты даже не представляешь, как мне было больно тогда, когда я думал, что потерял тебя. Как было тяжело жить с этим. Ты не представляешь, Руми…       Она смотрела в его зелёные, чистые, как весенняя листва, глаза и видела в них только искренность. Только тепло.       — Почему?.. Почему ты так беспокоишься обо мне? — её голос был едва слышен, словно она боялась услышать ответ.       Ллойд немного улыбнулся и, не отводя взгляда, тихо произнёс:       — Потому что люблю тебя, Руми.       Харуми широко раскрыла глаза. Всё внутри неё будто замерло. Она чувствовала, как её сердце пропустило удар, прежде чем забиться вновь — быстро, неистово.       Ллойд обнял её, мягко, но крепко, словно боялся снова потерять. Она чувствовала его тепло, его дыхание, биение его сердца. Всё это было таким… родным.       — Каждый заслуживает прощения, — продолжил он. — И ты тоже. Ты изменилась, ты искупила свою вину, ты помогла нам. Ты доказала, что в тебе всегда было добро.       — Но… — Харуми сжала пальцы на ткани его кофты. — Но я…       — Ты — это ты. Не ошибка, не прошлое, не тень своих поступков. Ты заслуживаешь жить, Руми.       Она глубоко вдохнула. И на мгновение позволила себе поверить в его слова. Позволила почувствовать, как её собственные стены рушатся под его искренностью.       Ллойд чуть отстранился, заглядывая ей в глаза.       — Пошли домой?       — Домой?.. — она переспросила, не сразу понимая смысл.       — Да, — он протянул ей руку. — Домой, Руми.       Харуми посмотрела на него, затем на его руку. А потом, чуть поколебавшись, вложила свою ладонь в его.       — Домой…