Прощение

      Бар ближе к центру города.       Люди, сидящие в нем — те кто спрятался от ног зла, с напряжением смотрели на экран, где огромный каменный гигант возвышался над зданием, угрожая его разрушением.       Они говорили о том, что случилось с городом, и как это всё связано с бывшей принцессы. Кто-то из толпы, нервно хватая стакан, выругался.       — О чём они вообще думают? Чем они лучше, чем эта чертовка? Гадюка. Она никогда не придёт, чтобы спасти Ниндзяго. Снова страдают невинные люди из-за неё!       Другой, пытаясь успокоить атмосферу, добавил:       — Нет, подождите. Не совсем из-за неё. Она ведь не нападала на Ниндзяго… в этот раз… Да и Кристального Короля она помогла победи…       — Если бы не она, Кристальный Король вообще бы не появился!       Начался спор, и в это время из толпы поднялся молодой парень, лет семнадцати, с выразительными глазами и серьёзным выражением лица. Он вскочил на стол, чтобы привлечь внимание.       — Я знаю её! Во время нападения Императора Гармадона, Колосс разрушил мой дом, но Харуми помогла мне и моей семье спастись. Она спасла нас, так что может, в ней есть что-то хорошее. Я верю, что она придёт! — сказал он с уверенностью, которую тяжело было игнорировать.       Толпа немного замолчала, а затем из-за его спины вышла девушка. Её вишневые волосы, которые спадали до плеч, подчёркивали её силуэт. Она носила очки и много украшений, браслетов и подвесок, создавая необычное и яркое впечатление, будто всеми силами хотела выделиться из толпы. Она подошла ближе и громко с твердостью в голосе продолжила:       — Я тоже в неё верю. Когда-то я жила в районе для бедных, и она приносила нам еду, всегда помогала и разговаривала с нами. Она никогда не вела себя высокомерно или как-то по-другому. Она была очень добра к нам.       Слова двух молодых ребят начали влиять на людей. Они стали сомневаться в своих предвзятых суждениях. Но в этот момент на экране появилась новая сцена. Все замерли, когда на крыше того самого здания появилась фигура с белыми волосами. Она стояла на краю крыши, словно готовая к решительным действиям.       — Смотрите! Это она! Она пришла!

***

      Крыша высотки тонула в тишине, нарушаемой лишь низким гулом ветра, гуляющего между бетонных зубцов разрушенного города. На её краях, словно тени, стояли последователи Нокса. Их лица были скрыты под капюшонами, но в их взглядах уже не было той фанатичной уверенности — только растерянность и сомнение.       Из двери на крышу поднялась Харуми. Волосы её развевались на ветру, глаза были сухими, уверенными — слёзы она оставила внизу. Она шагнула вперёд. Голос её прозвучал отчётливо, твердо, без дрожи:       — Нокс! Я пришла! Делайте со мной что хотите, но оставьте город!       На другой стороне крыши, у самого края, стоял Нокс, обратившись в сторону города, словно наслаждался своей иллюзорной победой. Услышав её голос, он медленно обернулся, и на его лице появилась снисходительная ухмылка, которую за маской небыло видно.       — Ух ты… — протянул он с насмешкой. — Честно, я не ожидал, что ты действительно придешь. Самоотверженность или глупость? Хотя… Какая, в сущности, разница?       Он повернулся к своим последователям, раскинув руки, как актёр на сцене:       — Ну что ж, вот ваша Молчаливая. Делайте с ней что хотите. Мне до неё нет дела.       Толпа замерла. Кто-то сделал полшага вперёд, снимая свой капушон. Один из них, пожилой мужчина с глубокими морщинами на лице, тихо прошептал:       — Как это… тебе всё равно?       — Что? — ухмыльнулся Нокс глядя прямо на них. — А разве я не говорил что мне она ничего не сделала. Какое мне до неё дело?       Он рассмеялся. Не громко, но жутко. Этот смех пробирал до костей.       — Вы все — просто пешки! Я собрал вас, потому что вами легко управлять! Вы слепо поверили в то, что во всем виновата одна девчонка. Что она символ вашего горя, вашего страха, вашего падения. Но правда в том, что вы просто хотели кого-то винить! И вы выбрали её. А я — просто дал вам флаг.       Наступила гробовая тишина. Последователи стояли как вкопанные. До них, наконец, стало доходить о чем именно им говорит Нокс, и что он сам за человек.       — Я добился, чего хотел, — холодно продолжил мужчина — Я разрушу Ниндзяго. И теперь мне плевать. Делайте, что хотите.       Он поднял руку вверх, отдавая приказ.       — Разрушь! — сказал он, обращаясь к каменному гиганту.       Внизу, на улицах, послышались крики. Каменный гигант сотряс воздух, его руку стала опускаться на жилой дом. Огромный кулак с оглушительным грохотом бросился вниз. Здание содрогнулось, стены треснули, и в следующую секунду вся конструкция начала рушиться, сыплясь вниз, в клубы пыли и обломков.       Всё это безумия сопровождалось припадочным смехом Нокса, что получал удовольствие от происходящего.       Однако, никто не закричал от боли. Людей и кого либо ещё в этом доме уже не было.       Ниндзя, Громадон, Мисако, Самурай Х — все они успели эвакуировать людей. Жители были в безопасности.       Дом пал. Но гражданские спаслись.

***

      Харуми стояла на крыше, в окружении людей в чёрных плащах, что ещё несколько дней назад мечтали её разорвать на кусочки. Вот только теперь им этого не хотелось.       Айстер, она ведь пришла сюда, как и обещала. Она сделала всё, что должна была. Но здание всё равно рухнуло.       Где она ошиблась в этот раз? Почему город вновь пострадал из-за неё?       Сердце внутри сжалось в болезненном комке. Она не знала — были ли там люди. Удалось ли им спасти всех? Или снова — снова она подвела…       И тут она услышала его.       — Харуми!       Тяжёлое дыхание, быстрые шаги. И вот он — Ллойд. Запыхавшийся, с растрёпанными волосами, и слегка красноватыми глазами позвал её.       Он подошёл, и развернул к себе положил обе руки ей на плечи. Его прикосновение было тёплым, уверенным. Живым, и таким родным.       — Всё хорошо, — быстро сказал он, выдыхая. — Мы всех спасли. Ни один человек не пострадал.       Её глаза всё ещё были полны боли и разочарования.       — Ты уверен?.. — голос её дрожал, однако, это было трудно заметить.       — Да, — твёрдо ответил Ллойд. — Все жильцы этого и соседних домов эвакуированы. Всё хорошо!       Ллойд чуть склонился к ней ближе и поспешно заговорил:       — Послушай. У нас мало времени. Я должен тебе объяснить кое-что важное. Очень важное.       Она вскинула на него уставший но уверенный взгляд, готовая слушать.       — Эти гиганты, — быстро начал он, — управляются через особый артефакт — Камень Сердца. Этот камень даёт власть над ними.       Харуми побледнела, но осталась спокойной. Ллойд сжал её плечи чуть крепче, будто боясь потерять.       — И ещё… — быстро продолжил он, — Он пропускает через человека огромную силу. Настолько огромную, что если кто-то неподготовленный просто дотронется до него — он умрёт. Камень сожжёт его изнутри.       Харуми молчала, впитывая каждое его слово.       — Наш план — выбить камень из его рук, — сказал Ллойд решительно. — Но ни в коем случае нельзя трогать его, Руми. Ни пальцем, даже через ткань. Только если мы уничтожим его, или хотя бы отобьём, у нас будет шанс.       Он замер на секунду и серьёзно добавил:       — Если ты прикоснешься… Я тебя потеряю.       Голос Ллойда надломился. В его глазах стояла невыразимая мольба.       — Пожалуйста… Обещай мне. Обещай, что не тронешь его.       Харуми посмотрела на него. В его зелёных глазах отражалась вся боль, страх и безмерная вера в неё.       Она сделала короткий, прерывистый вдох и слабо кивнула:       — Я обещаю… — грустно сказала Харуми, на всякий случай скрестив пальцы за спиной.       Судьба редко подчиняется клятвам.