Искупление Сивого

На лице Сивого отразилось удивление. Он пристально взглянул на Люциуса, пытаясь понять, не пошутил ли этот чистокровка. — При чём здесь Поттер? — спросил оборотень. — Ты же говорил, что мне нужен глава Блэков! Малфой кивнул. — Всё верно, — произнёс он, вставая с кресла. — Видишь ли, Грейбек, последний глава семейства Блэк, Сириус, погибший в отделе тайн два года назад, завещал всё своё имущество, а вместе с ним и титул главы своего рода, любимому крестнику, Гарри Поттеру. Следовательно, тебе нужен мальчишка! Сивый застонал. "Мальчишка, — думал он. — Мне нужен мальчишка. Причём нужен он мне живым, а Лорду мёртвым! Что же это получается? Мне придётся идти против Лорда?" Фенрир поёжился. Он слишком хорошо знал, какая судьба ждёт тех, кто предал Волдеморта. Погибать от "авада кедавры", болей, вызванных "круциатусом", или зубов змеи Лорда ему не хотелось. И тут его пронзила догадка. — Слушай, блондинчик, — вскинулся он, глядя на волшебника, — А чего это ты такой совет мне даёшь, а? Против Тёмного лорда меня настроить решил? Люциус бросился к Сивому и, пригнувшись к его уху, зашипел: — Лорд помешался на власти, всех подозревает и пытает по поводу и без него. Он смеётся над нами, унижает! Многим это не нравится, А Поттер — Избранный, понимаешь? Про него... Раздавшийся скрип двери прервал монолог пожирателя. В комнату ввалился Питер Петтигрю. — Торопитесь! — произнёс он дрожащим голосом, — Леди Малфой очнулась и ищет оборотня! Услышав это, Фенрир почувствовал, что его с головой накрыла волна паники. Он забыл о страхе перед Лордом, злости на Малфоя, удивлении. Он был готов на всё, лишь бы снова не попасть в руки Нарциссы Малфой. — Выведи меня отсюда, я найду Поттера! Люциус кивнул, помог ослабевшему оборотню встать, после чего ткнул в Петтигрю пальцем. — Отвлеки её, Хвост. А я отведу гостя в подвалы. Не слушая протесты Питера, они бросились вперёд, торопясь к цели. — Зачем нам в подвалы? — спросил, не прекращая бежать оборотень. — Мальчишка в бегах! — Наследство ему завещено, но он не вступил в права наследования по обычаям Блэков. — Каким обычаям? — рявкнул Фенрир. — Я знаю только об одном: наличие жены, или любовницы. Что до подвалов, то там сейчас сидит подружка Поттера, она может знать, как найти мальчишку. Послышался шум боя, за ним последовали крики Петтигрю: — Не надо!!! Миссис Малфой, вы же замужняя женщина, у вас сын... нет! Я не люблю вас! Не надо!!! — Инструкции по принятию наследства могут быть в особняке Блэков на площади Гриммо, — продолжал Люциус, прислушавшись к крикам. — Проберитесь туда, как сможете, а потом приступайте к поискам Поттера! Они спустились в подвалы. Малфой взмахом палочки открыл решётчатую дверь, и осветил пространство. Хотя, даже в темноте зоркие глаза Сивого увидели находящихся там дочурку Ксенофилиуса Лавгуда и старого Олливандера, которого он сам сюда приволок около года назад. — Что вам нужно? — спросил старый мастер, щуря глаза. Не удостоив его ответом, Люциус снял с пальца печатку, коснулся её палочки, и шепнул, что-то. — Этот портключ перенесёт вас в дом на Гриммо, — сказал он Сивому. — Будьте осторожны: после налёта на министерство, дом время от времени проверяют. Найдите всё нужное, и бегите искать Поттера. Сивый кивнул, схватил за руку девчонку, вцепившуюся в плечо старика, и ловко поймал брошенный Люциусом перстень. * * * Струпьяр мрачно смотрел на своих подчинённых. Они сидели в "Кабаньей голове" и пили, отмечая получение награды за грязнокровок. А он, будучи главным, вынужден был пить только чай. Струпьяр хотел иметь возможность в любую минуту, броситься на поиски с трезвой головой, а не получать выволочку вместо золота. Поэтому, просидев в баре минут пять, он вышел на улицу. У него из головы никак не выходил запах, учуенный им в том лесу. Что это могло быть? Цветы? Нет, не похоже, тогда аромат был бы сильнее. А учуять его сумел только он сам, подвергаясь насмешкам всей бригады: егеря посчитали, что у командира поехала крыша, и запах ему померещился. Но Струпьяр был уверен: это не галлюцинация. Он точно почувствовал что-то. Может дело было в генах отца-оборотня, его нюх острее чем у остальных? Тут егерь отвлёкся и повёл носом. Снова он чувствовал этот аромат. На сей раз — из Хогсмида, недалеко от бара. Струпьяр пошёл к источнику запаха, то и дело принюхиваясь. След вёл его к влюблённой парочке, милующейся в уголке за домом. Судя по виднеющимся шарфам, пуффендуец и гриффиндорка. Увидев подошедшего к ним егеря, подростки испуганно вжались в стену. — Спокойно, — протянул Струпьяр поднимая руку. — Я просто спрошу у вас кое-что, вы ответите и я уйду. Чем это несёт от вас двоих? — спросил он, стараясь придать голосу дружелюбия. — Приятное такое амбре. — Э-это, н-наверное, мои духи, — пискнула гриффиндорка. — Сегодня у нас первое свидание и мой парень подарил мне флакон благовоний. Я и воспользовалась им сразу. — Покажи! — приказал мужчина. Взяв в руку протянутый флакон, он снял перчатку, прыснул на неё, вдохнул запах. Он не ошибся. Это точно был тот же самый букет, что и на поляне. Значит, ему не показалось. — Когда ты их купил? — уставился охотник за головами на пуффендуйца. — Несколько минут назад, — промямлил тот. — Они слабые — аромат быстро исчезает, но недорогие, поэтому, их покупают ученики, в подарок девушкам. Струпьяр кивнул и ушёл, исполняя обещание. "Итак, — думал он. — Я учуял духи. Магические женские духи, потому, что куплены они, скорее всего в Хогсмиде, и парни дарят их девкам. Этот олух уверял, что запах быстро пропадает. Значит ли это, что в лесу, рядом со мной, была волшебница? Скорее всего. Но почему я никого не видел?" С такими мыслями, он дошёл до бара, и уже там Струпьяра поразила догадка: чары. Неизвестная колдунья наложила какие-то чары, чтобы её не заметили. Но если так, значит она скрывается. Шестерёнки в голове егеря закрутились сильнее, пазл потихоньку складывался: волшебница, способная наложить сильные чары, скрывается в лесах. Это же потенциальная добыча! Не теряя времени, Струпьяр ворвался в бар, подбежал к своей бригаде, и воскликнул: — Хватит пить! Я напал на след!