Your music in my picture.

Мужчина медленно сделал глоток виски, слушая громкие аплодисменты. Брайан Эпстайн был человеком приятной наружности, с отвратительно идеальными манерами и подвешенным языком. После встречи с Полом Джон побежал к нему, упрашивая позволить группе выступать в его заведении и обещая такую великолепную музыку, что сам Моцарт бы плакал в сторонке. Брайан сначала наотрез отказался, но когда Джон привел Пола, как бедного щенка, мужчина смог только вздохнуть и неохотно согласиться. Аплодисменты закончились, группа спустилась со сцены и зал снова наполнился запахами еды и разговорами. Брайан повернулся лицом к Джону, кивнув с выражением этой чертовой снисходительности на лице, которую Леннон временами хотел втоптать в землю. — Неплохо.. Голос приятный, глаза цепляют, — наконец сказал Брайан после несколько затянувшегося молчания. — Где ты его нашел, Джон? "Ах, ну конечно же этот напыщенный педик обратил внимание на красивое личико, а не звучание. Еще и хватает наглости называть себя местным критиком." — мысль, пропитанная отвращением, пронеслась в голове Джона. — Их я нашел там, где такие как ты воротят носы и бегут вылизывать себе пятки, чтобы отчистить их от чувства "грязной и похабной" земли, по которой им не посчастливилось пройтись, — Джон ответил без раздумий и резко, получив на лице Брайана выражение неодобрения. Так ему и надо, подумал он. Эпстайн аккуратно поставил бокал на стол, закинув одну ногу на другую. Его спокойная улыбка снова растянулась на губах. — Ну что ты, Джон? Так грубо и резко. Я не собираюсь забирать его у тебя, если ты волнуешься об этом. От этих слов щеки Джона вспыхнули. Он опустил взгляд на носок своего ботинка, нервно раскачивая им вверх и вниз. — Я и Маккартни просто знакомые. Мне нравится музыка его группы, как люди они тоже хорошие. На этом все. Просто попытался помочь.. Хотя уже жалею, что привел их к тебе. Брайан рассмеялся и провел рукой по волосам, едва дотрагиваясь. Джон закатил глаза. — Девушки и то меньше прическу поправляют, — пробормотал он себе под нос, но мужчина напротив услышал, после чего слегка вскинул бровь. — Значит, такого милого парнишку еще никто не забрал? Этот вопрос почти заставил Джона швырнуть бокал с дорогим виски в лицо этому кретину, но он сдержался и выбрал просто буравить Брайана взглядом, сладко мечтая о том, как бы он вмазал ему по самое не хочу. — Для тебя слишком молод, без обид. — А для тебя, значит, в самый раз? — ехидно улыбнулся Брайан. Джон закатил глаза и закурил, глубоко затягиваясь. Они немного посидели молча, погрузившись в мысли, пока их не вернул в реальность мягкий мужской голос. — Эм.. мистер Эпстайн и.. — Пол запнулся, не зная как следует обратиться к Джону, — мистер Леннон. Спасибо большое за возможность выступить. Правда, я благодарю от всех ребят. Вы еще и заплатили.. Пол опустил взгляд, слегка смущенно, но потом улыбнулся. Его глаза с блеском юношеской игривости бегали по лицам двух мужчин. Он впитывал в себя напряженную атмосферу, его голова наполнялась не заданными вопросами. Джон заметил, что Пол старается держать вид вежливой незаинтересованности, в то время как взгляд собирал информацию. — Пойду, дам подышать легким свежими сигаретами, — Джон прервал молчаливые переглядки и вышел за дверь, оставив позади себя саркастический смешок. Тишина на улице показалась оглушительной. Леннон слегка трясущимися пальцами зажег сигарету и медленно затянулся, пытаясь сосредоточиться на действиях, а не странной пустоте в голове и дрожи в теле. "Так, давай без истерик," — начал успокаивать себя он, —"Вот эта ревность сейчас совсем не нужна. Парнишка имеет полное право быть заинтересованым в кем угодно, даже в старом извращуге." Даже если это Брайан. Черт. Сигарета полетела вниз и была приговорена к яростному втиранию ее в землю. Джон бы и дальше занимался этим, но теплая рука на плече прервала сие важное действие. Он резко дернулся от прикосновения, но тут же пожалел, когда встретился с парой встревоженных глаз. — Джон.. Извини, мне наверное не стоило.. — Пол начал бормотать ненужные извинения. — Ах, Маккартни, где твои манеры? Подкрадываешься к людям.. — дразнящие нотки проскользнули в голосе Джона. Он аккуратно дотронулся до пальцев Пола, словно пытаясь вернуть его руку обратно на плечо. — А если бы меня схватил инфаркт? Мне, между прочим, не двадцать! Он драматично согнулся пополам и схватился за сердце. Его страдальческий вид вызвал мягкий смех Пола. — Ты так стар, а? Как жаль.. Я надеялся, что ты мне ровнь. Джон почувствовал как его снова прошибла дрожь, когда следом за кокетливыми словами Пол окинул его тело взглядом. "Мне кажется или со мной внаглую флиртуют?" — он спросил себя, но в ответ получил лишь пустоту и эти чертовы карие глаза, прожигающие Джона сейчас. — Я живу недалеко, — выпалил он. — О, неужели? — Пол хитро прищурился, делая шаг ближе. Воздух между ними стал теплее. Кажется, даже падающие снежинки начинали таять. — Я.. я бы хотел нарисовать тебя. Джон затаил дыхание, ожидая ответа. — Пойдем. *** Либо в этом было виновато дешевое вино, которое Джон очень элегантно (насколько это возможно с окоченевшими от холода пальцами) налил Полу, либо сам запах масляных красок, но сейчас они сидели в холодной гостиной и обменивались редкими вопросами. Джон почти потерял связь между ними, отвечая уже на автоматизме. В голове был только Пол, краски, диван. И желание вжать его в матрас. — В чем смысл твоей жизни? — Пол спросил это будничным тоном, окрашивая вопрос несвойственной ему легкостью. И Джон ответил так же легко. — Во всем, — он поднял взгляд на Пола и через секунду вернул его на картину. Мазок кисти на холсте, а потом другой.. Мазок губ о кожу, а потом другой. Джон сжал кисть сильнее, пытаясь сдержать быстро мелькающие образы. Слабый свет настольной лампы плавно растекался по комнате и легонько касался лица юноши, сидевшего напротив художника. Пол лениво растянулся на диване, меняя позу. — Эй, сядь обратно.. — Джон шутливо пригрозил кисточкой, когда увидел разлегшегося Пола. — А художники разве не должны знать как писать без постоянного примера перед ними? И снова этот дерзкий блеск в глазах. Джон сделал вдох, пытаясь унять теплившееся в груди желание разрисовать вместо холста это нагло развалившееся тело. — Пол. Имя слетело с его губ немного ниже, чем Джон планировал, но эффект все-таки возымело. Парень сел обратно, но не без лица "я делаю тебе одолжение." Повисла тишина, и на мгновение мазки кисти стали слишком громкими. — А ты не собираешься спросить что-то у меня? — Пол слегка наклонил голову набок, внимательно наблюдая как брови Джона сводятся к носу, а губы приоткрываются на секунду и снова смыкаются. Молчание затянулось. Мужчина с непроницаемым лицом продолжил рисовать, лишь изредка поглядывая на Пола. Настольная лампа начала мигать и через несколько секунд комната окунулась в мрак. — О Боги света, вы меня ненавидите! — Джон воскликнул в отчаянии и оставил кисть. Он подошел к лампе, пытаясь негодующим взглядом вернуть ей жизнь, но она лишь грустно вспыхнула в последний раз. На диване началось шевеление и вскоре Пол тоже присоединился к горю. — Можно зажечь свечи.. — он неуверенно предложил. — Романтика, мистика. Джон рассмеялся и вздохнул. В темноте, особенно когда твое зрение чуть лучше слепого, увидеть что-то на самом деле приравнивалось к мистике. — Ладно, неси свечи. Они на кухне в первом ящике. Спустя получасовое копошение и ворчание, гостиная перестала скрываться в мраке и окрасилась в желто-коричневые цвета. Джон улыбнулся, когда заметил как красиво играет свет на щеках Пола. Его восхищала легкость, которая читалась в каждом движении юноши. "И каким образом в эту беззаботную головушку закрались такие философские вопросы?" — со вздохом подумал Джон. Он сел рядом с Полом на диван, его взгляд скользил по прямому носу, ореховым глазам.. — А в чем тогда смысл твоей жизни? Этот вопрос застал Пола врасплох. Он несколько растерянно посмотрел на Джона, но вскоре во взгляде снова появилась прежняя уверенность. — Музыка, конечно. Я давно определил для себя, что джаз — мое все. Не могу представить жизнь без него. Джон хмыкнул, не оценив ответ. Спустя несколько минут он снова спросил: — А если музыку у тебя отберут? — он внимательно посмотрел в глаза Пола, — Что тогда? На лице Маккартни отразилась меланхолия и его взгляд упал на свечи, с которых медленно стекал воск. — Не знаю.. умру, наверное, — Пол заметил, что Джон скептически поднял бровь и тут же поправил себя, — Ну, не буквально.. Но все же. — У тебя нет надобности сужать свой смысл жизни до такой мелочи, как музыка. Пол, услышав это, чуть не свалился с дивана. Он широко раскрытыми глазами посмотрел на Джона и помотал головой, не соглашаясь с ним. — Мелочи? Джон, это музыка! Она невероятна, многогранна.. — Со вселенной ничто, — Джон перебил его. — Для меня музыка это вселенная. Два несогласных взгляда встретились и в комнате стало тихо. Джон мог поклясться, что слышит, как в голове Пола один за другим проносятся неоспоримые и на сто процентов правильные доказательства. — Знаешь, вселенную можно и расширить. Людям свойственно ограничивать свою свободу. Как сказал Ранк, из свободы мы делаем тюрьму.. Так почему бы не добавить в твою вселенную "Музыка" новые планеты? М? — Джон ожидающе посмотрел на него. Ему нравилось наблюдать, как Пол думает, как его губы слегка приоткрываются, а в глазах отображаются мысли. Пол придвинулся ближе к нему и тихо спросил: — А почему свобода становится тюрьмой? Джон помолчал, обдумывая как бы получше сказать. — Ну смотри.. Есть страх смерти, который на протяжении всей жизни является причиной нашего развития. Даже твое занятие музыкой — это способ защитить себя от смерти, потому что без того волшебного момента погружения в музыку, бренности мира станут для тебя непосильными. Получается в те моменты ты ощущаешь себя свободным, в чем нуждаешься. Однако, свобода подразумевает полную независимость. То есть, ты и без музыки должен справляться. А каким свободным ты будешь без джаза? Депрессия, потеря смысла жизни.. — Пол фыркнул на эти утрирования, а Джон продолжал, — Вот и становятся видны тюремные стены, а в них ты. Только вот стен нет на самом деле. Ты сам их построил в своей голове и теперь отрицаешь остальные так называемые прелести жизни. Определять смыслом своего существа что-то конкретное дело гиблое. — И как тогда.. Как стать свободным? Пол спросил, внимательно наблюдая как движутся губы мужчины при разговоре. Джон рассмеялся. — Никак. Насмешка над человеческой природой в том, что глубочайшая нужда — это стремление быть свободным от страха смерти и уничтожения, но сама жизнь его и побуждает. Это не решаемая головоломка, которая занимает головы людей и сводит с ума. Пол вздохнул и потер виски, чувствуя как боль змеей вползает в голову. — Тебя послушаешь и умереть хочется, — он устало улыбнулся. — А зачем? Не проще просто отбросить это все и жить без предвзятостей? — Не все так могут. — Ах, точно. Ты, вероятно, слишком молод, — Джон снисходительно ответил и через секунду на его плечо обрушился самый в мире болезненный удар, от которого он драматично сполз на пол, — Ах! Бьют! Насилуют! Пол рассмеялся и лег на ковер рядом с ним. — Бьют - это верно, но насилуют... — его взгляд скользнул на губы Джона, — об этом я подумаю.