Priority One

      В общежитие ребята вошли бесшумно. Даже обычно громкий и задорный Бачира притих, не осмеливаясь что-то пошутить или сказать хоть пару ободряющих слов. Это, пожалуй, напрягало куда сильнее всего происходящего. Вся эта тишина давила на разум сильнее любой самой изощренной психологической пытки. «Эго — чертов псих. Либо конченый садист.» — думает Исаги, помогая себе одной ногой снять зашнурованную обувь с другой и направился в сторону гостиной, даже не потрудившись поставить обувь на место. Потом как-нибудь уберет ее в шкаф. Сейчас ни сил ни желания на это совсем не было. Мимо него, едва не сбив с ног пронесся Кунигами в сторону комнаты Рео. Только теперь его взгляд был более встревожен, чем в офисе. Точно! Чигири! Несмотря на усталость, сковавшую все тело Йоичи ускорил шаг идя вслед за лидером. Разум вновь рисовал множество тревожных сценариев — один страшнее и трагичнее другого. Что с Хёмой? Заболел? Попал в аварию? Его похитили… «Боже, Йоичи, ну что за бред?!» — как же вовремя, однако, проснулся голос разума. Войдя в комнату вслед за Ренске, Исаги с облегчением выдохнул, увидев Чигири мирно посапывающим в своей постели. Однако при виде темных кругов под глазами контрастирующих с бледноватым лицом сердце болезненно сжалось. «Что с тобой случилось?» Не решаясь подойти ближе, Исаги так и стоял на пороге, не сводя глаз с юноши. Рео наверняка потратил много сил, чтобы успокоить его. Не стоит его тревожить. Пусть отдохнёт. Исаги невольно сжал рукой ткань свитера в районе груди. — Я дал ему успокоительное. — Рео невесомо погладил его висок костяшками пальцев. — Прости, что мы не пришли… — плечи вокалиста опустились, а сам он отвел взгляд. Словно чувствовал себя виноватым. Но за что? Кунигами глубоко вздохнул и провёл рукой по волосам, зачесывая их назад. — Рео, я знаю, тебе сейчас нелегко, и я благодарен тебе за то, что ты рядом с ним. Но… — он замялся. Его брови были нахмурены, да так сильно, что на лбу выступили ели заметные морщины. Словно каждое его слово сопровождалось ударами молотом по голове. — Ты же понимаешь, что случись это на концерте, нам пришлось бы выступать, несмотря ни на что? Я прошу тебя… нет, — теперь он говорил это не только Рео, а всем присутствующим уже более твердо и громко, — я прошу вас всех… отнестись к этому серьёзнее. Это не вокальный кружок, это наша работа, и мы не можем позволить себе провалиться. Вы меня поняли? Исаги почувствовал, как напряжение в комнате нарастало. Неприятные, но, к сожалению необходимые сейчас слова. И похоже все это понимали — никто не рискнул возражать. Ребята лишь в одноголосие сказали: «Ага». — Ладно, давайте не толпиться тут. Рео, — Кунигами в последний раз обернулся, с беспокойством глядя то на него, то на спящего, — прочти то, что я написал в чат и скажи Чигири, как он проснется, ладно? — Сказать что? — донеслось с постели, едва Микаге успел что-то сказать в ответ. Голос Хёмы был тихим, почти хриплым, а в приоткрытых глазах читалась растерянность. Он попытался привстать, но друг легонько надавил ему на плечо, призывая остаться в постели. — Тише, пока лежи. — Попросил Микаге мягким полушепотом. — Как ты себя чувствуешь? — Решился наконец спросить Йоичи. В ответ Хёма лишь выдавил слабую улыбку. Даже сейчас пытается делать вид, что все в порядке. Актерская игра уровня Бога, не иначе. Да только теперь Исаги в его напускную уверенность слабо верилось — читающийся в глазах напротив страх выдавал его с потрохами. А это паршивое чувство беспомощности сдавливало грудь, сковывая по рукам и ногам. Хотелось подойти, обнять, и прошептать что все хорошо, чтобы у него там не произошло — Йоичи всегда постарается помочь всем чем только сможет. Ещё бы знать, что за чертовщина с ним приключилась. Какой же невидимый враг так терзает его? Чигири не проронил ни слова. Лишь вымученно выдохнул, прикрыв локтем глаза словно прячась от пристального взгляда Исаги. Не хотел говорить? Демонстрировать свою слабость? Или вопрос был настолько глуп, а ответ на него так очевиден, что не нуждался в озвучивании. «На нем лица нет, а глаза красные, будто их безжалостно терли наждачкой. Действительно, какой же ещё тут может быть ответ кроме как херово?» Исаги потупил взгляд, чувствуя себя полнейшим идиотом. Что ж, раз Хёма пока не хочет отвечать, чего его допрашивать? Расскажет сам, как будет готов. — Что ж, тогда отдыхай. — Исаги развернулся и словно спасаясь от удушающей атмосферы в комнате, почти выбежал, оставляя Чигири и Рео одних. Надо Было что-то предпринимать. Срочно. От собственного бессилия и невозможности что-либо изменить уже тошнило, а бездействие приумножило это мерзкое чувство в груди десятикратно. Но сидеть сложа руки уже как-то не хотелось. И что именно сейчас он может сделать? С чего ему вообще начать? Нужно было с кем-то поговорить. Узнать, что произошло в конце концов. Может у Кунигами? Но что он ему скажет? На его месте Исаги бы конечно посоветовал себе не совать свой любопытный нос куда не следует, а сосредоточиться на работе. Не то сейчас время и место чтобы строить из себя благородного рыцаря. До отчетного концерта остается всего две недели. Вряд ли Эго будет с интересом слушать про то, как Йоичи героически спас одного из мемберов от его тараканов. Скорее покрутит пальцем у виска и посоветует заняться делом, а не делать из музыкальной группы терапевтическую. Да и ребятам от его героизма сейчас мало проку будет. «Не руби с плеча. Понаблюдай. Собери информацию. Черт, да хотя бы пойми, что вообще происходит! А потом уже действуй!» Ага, как же… Исаги резко остановился посреди коридора, чувствуя, как сжатые в кулак ладони начали неметь. Собрать информацию? Звучит как план. Только вот как это сделать? Чигири молчит как партизан, а он не Шерлок Холмс, чтобы вычислять убийцу по запаху табака. Разве что… Разве что обратиться к тем, кто всегда рядом с ним. К Рео и Наги, как вариант? «Бинго, чёрт возьми!» — Йоичи слегка хлопнул себя по лбу. И как он сразу не додумался пойти к ним? К тому же Бачира ведь именно это и советовал. Как он вообще мог такое забыть? «Дырявая твоя башка, Исаги!» Хотя, если посмотреть на все происходящее сейчас, немудрено забыть информацию, которую воспринимал вполуха. Зато самомнения хоть отбавляй! — Эй, ты вообще-то не воздушный. Может отойдешь? — ели слышимый полусонный хрип Наги за спиной отдался холодком что пробежал словно ток вверх по позвоночнику к самому затылку. Он стоял так близко, что Исаги четко чувствовал его дыхание на своей шее. Как и щекочущий нос запах лавандового парфюма. У них с Чигири и Рео что одни духи на троих? — Земля вызывает Исаги, примем! — Сейширо ловко обошел его, помахав ладонью перед носом, словно проверяя есть ли кто дома. В чем голубоглазый уже и сам, если честно сомневается. — Ты в последнее время какой-то странный стал. — Недовольно протянул он, скрестив руки на груди — Только сказки свои про недосып Кунигами и челкастому оставь, — он уставился на Исаги. В скучающем взгляде серых глазах блеснул огонек недоверия. — Дело ведь совсем в другом, я прав? Ещё один экстрасенс нашелся. И почему внезапно каждый второй счел своим священным долгом сказать о том, что он какой-то не такой? Да Йоичи бы сам был не против понять что с ним в последнее время происходит. Если кто найдет логичное и понятное объяснение его состоянию — просьба звонить по указанному номеру. — Ладно, проехали… — Наги махнул рукой с таким видом, будто Исаги только что сорвал его с самой напряженной катки, и прошел мимо полубоком. И как в таком узком коридоре широкоплечий Ренске его не сбил. Он судорожно сглотнул. Если быть честным, то Широ — последний, с кем сейчас хотелось начинать эту тему. Ровно как и контактировать. — Ты прав, — Исаги, чуть помедлив, мягко ухватил его за локоть. — Есть кое-что, что меня беспокоит. Точнее, кое-кто. Наги остановился, чуть повернув голову. Теперь же в его глазах мелькнул интерес, как у кота, увидевшего новую игрушку. А Йоичи лишь молча прикрывает глаза. Этот взгляд Наги… Проникает под кожу. Вытаскивает все твои секреты наружу и раскладывает их по полочкам, словно опытный патологоанатом. В лоб? Звучит как самоубийство. Завуалировать? Да Наги раскусит в два счета. Черт, как вообще начать этот разговор?! Эта мысль преследовала его уже несколько дней, и, если честно, начинала сводить с ума. Однозначно глупо было бы начинать его со слов: «Я не могу перестать думать о Чигири. Почему он вечно ходит с таким лицом, словно Афганскую войну прошел?» — Раз такое дело, то давай обсудим это не здесь — тихо, словно рысь Рео выскользнул из-за угла. Исаги заглянул через плечо. Взгляд у юноши был уставший, но полный решимости. Рео потер заднюю часть шеи, слегка смяв воротник белой рубашки. Чуть наклонил голову, заглядывая дальше. — Будьте тише, Хёма только что уснул. * * * Исаги сделал глоток горячего чая. Надо признать — вкус у Рео был неплохой. Да и чай явно был привезен из-за границы. Напиток отдавал чем-то цитрусовым и неплохо прогрел просевший от волнения голос. Тишину нарушал лишь приглушенный шум ливня за окном, а тиканье часов уже эхом отдавалось в голове. Гостиная сейчас казалась уютным коконом, отрезанным от всего мира. Микаге сел на диван, привычно, запуская руку в пепельную макушку. Она походу скоро врастет туда. — Я полагаю, ты уже успел заметить, что Чигири в последнее время не очень хорошо. — Рео замялся, нервно покусывая губу. Решил начать издалека? Видно ему и самому не очень-то и легко об этом рассказывать. — На это есть ряд причин, но скажу о них потом. Глубоко вздохнув, словно решаясь наконец сказать это вслух он продолжил: — Мы с Хёмой учились в одной музыкальной школе. И сколько себя помню, я всегда восхищался его талантом. — Губы юноши тронула нежная улыбка. — Но завидовал я отнюдь не этому, а скорее… Его искренней любви к тому, чем он занимался. Я-то музыку полюбил не сразу. А вот Хёма — он словно дышал этим. — Рео на мгновение прикрыл глаза, словно видя перед собой яркую картину прошлого. Но когда вновь открыл их, уголки рта опустились, а взгляд стал куда мрачнее и серьёзнее. — Все было отлично, пока в его жизни не появился Арата Хироси… Произнесенное Рео имя словно ледяной водой окатило Исаги. Он даже перестал чувствовать чашку в руке, которая едва не выскользнула из на мгновение ослабших от охватившего тело шока ладоней. Это случаем не имя того севшего продюсера из статьи?! Да быть такого не может… Йоичи даже не хотелось уже слушать о том, что произойдет дальше. Рео, тем временем продолжил свой рассказ, пока его голос с каждой произнесенной фразой становился все тише и холоднее: — Это бывший продюсер CR. Человек… Точнее урод… — Его голос сорвался, на висках запульсировала вена. А ладонь сжалась в кулак так, что кожа побелела. — Никогда не прощу ему того, что он сделал с ним... — Наги опустил голову и положил свою ладонь за спину дрожащего от злости юноши. «Хэй, ну чего ты? Сейчас это все позади,» — говорил взгляд Наги, пока его рука спокойно лежала на чужом плече, словно якорь, удерживающий всю эту бурю эмоций. Это помогло — Рео сделал несколько глубоких вдохов, разжав кулак. — Вообщем. За какие-то финансовые махинации, которые нашел нанятый отцом детектив, его посадили. А Хёма, хоть и утверждает сейчас, что пережитое его больше не трогает, но стоит кому-то даже заикнуться о его прошлом как он съеживается, словно от удара кнутом. Он замолчал, опустив голову. А Йоичи собственным ушам не верил. Ярость медленно начала подогревать кровь, застилая глаза. А керамика грозила вот-вот лопнуть под давлением его ладоней. Теперь-то эта статья из журнала Бачиры стала иметь для него совсем другой смысл. — Это всё, что я могу сказать, — заключил он, а Йоичи так сидел ошарашенно открыв рот, не зная что вообще сказать. Пусть из-за нахлынувших эмоций Микаге не все сказал, но этих переменных сейчас более чем достаточно. Статья, имя продюсера, суд — картинка из этих деталей складывалась четкая, но… Вместе с тем и пиздец мрачная и омерзительная. — Спасибо тебе, что рассказал. — Только и смог сказать Исаги. — Теперь-то мне стало понятно чуть больше. — Так, а теперь постой, герой-любовник, — потребовал Рео, шагнув ближе к Исаги. Его голос был тих, почти шепот, но в тишине комнаты он звучал как удар хлыста. — На свой страх и риск я готов довериться тебе. Но попрошу тебя не упоминать это при нем лишний раз. И предупреждаю: если из-за тебя Хёма пострадает — ты покойник, уяснил?! Наги кивнул, глядя на Исаги своим обычным безразличным взглядом. Но даже сквозь привычную лень в его взгляде сейчас проглядывала сталь, словно затуманенный прицел снайперской винтовки. — Поддерживаю, — сказал он стальным голосом, от которого в комнате резко упала температура. — Можете не сомневаться, — отчеканил Йоичи, глядя прямо в глаза Рео и Наги. — Я не позволю причинить ему вред. Ни себе, ни кому-либо другому… Рео такой ответ похоже устроил — он похлопал Исаги по плечу, а потом за руку с неохотно вставшим Наги покинул гостиную. Он зачесал назад непослушные волосы, приземлился на диван и тяжело вздохнул. Слишком, слишком много событий за один вечер. Голова уже просто кипела от переизбытка информации. Может холодным душем ее освежить? Звучит как отличная идея. Тем более, что волосы уже были не мыты нормально дня четыре и ещё чуть-чуть — превратятся в сталактиты. Плюс ещё и ужасно секлись. Неплохо было бы уже сходить к парикмахеру. Вот чего точно он не ожидал, так это того, что в душевой уже кто-то был. Вверх по кафельным светлым стенам струился густой пар, а в воздухе витал химозный запах шампуня. В корзинке уже лежало чье-то белье. Йоичи лениво положил домашнюю одежду рядом с корзинкой и стянул майку. Плечи тут же пронзила ноющая боль, напоминающая о том, сколько времени он до этого провел сидя за монитором. Горячая вода приятно обожгла кожу, смывая всю дневную усталость. Он нащупал стоящий с краю флакон с шампунем и выдавил немного себе на ладонь. — Хоть бы постучался для приличия! — проворчал Чигири, смывая с кончиков остатки пены. — Извини… — только и смог сипло выдавить из себя он, резко отворачиваясь и краснея. Вид потного и тяжело дышащего Хёмы в зале он еще мог бы как-то вынести, но видеть его в душе, тем более так близко… Ещё и голым?! Это уже было выше его сил! Похоже планы постоять под горячими струями тупя в одну точку полчаса придется перенести. Он быстро домыл голову, чуть поцарапав ногтями кожу и уже было потянулся включить воду, как чужая рука мягко легла на его, останавливая. — Я не против помыться вместе. Чего зря воду лить? Останься. Он попросил… Что?! Нет. Нет-нет-нет! Но Чигири так настойчиво, пусть и мягко просит. Не хочется ему вот так отказывать, да только не готов он пока к такому! Но все-таки он стоял по-прежнемы намыленным и глупо было бы вот так сбегать как перепутавшая раздевалки школьница. Ладно, будь что будет. Он согласно кивнул. А Чигири, кажется, даже слегка улыбнулся, но Исаги не уверен. Оставшееся время они стояли в полной тишине. Пока Йоичи судорожно перебирал в голове наиболее подходящую тему для разговора, Хёма уже пошел в сторону купели. На его фарфоровой влажной коже сейчас играл яркий румянец, а капли с мокрых волос стекали по вискам и ключицам. Погрузившись в горячую воду он повернулся к нему. — А тебе особое приглашение нужно? Или ты предпочитаешь сидеть в прохладной воде один? — Не, я уже иду, только пену смою, — протараторил он. Интересно, пульс у него сейчас так из-за жары подскочил, или от нахождения этой «Афродиты» рядом? Едва он погрузился в горячую воду, ноги тут же перестали его держать. Хотелось их просто вытянуть и облокотиться о бортик, как он собственно и сделал, прикрыв глаза. Какой же кайф. Сейчас не хотелось думать вообще ни о дебюте, не о недописанном альбоме. Ни о проклятых танцах, будь они неладны. Ни о свалившемся словно снег на голову отчетном концерте. Ни о чем. — Ну и как идет работа над альбомом? — тихий голос Хёмы наконец нарушил эту неловкую тишину. Но про альбом лучше бы ни спрашивал… — Да так, — нервный смешок вылетел из него и он поспешил отвернуться. — Неплохо. Справляюсь! — Соврал. Или нет? Текст их главной песни уже неделю как застрял на втором куплете и с мертвой точки вообще сдвигаться не планирует. Другие песни-то дописаны. Спросил бы про погоду, про парниковый эффект, да про что угодно! — И давно ты этим занимаешься? — чужой бархатный голос наконец нарушил это неловкое молчание. — Что? — Пишешь тексты то есть? — пояснил Хёма. — А, ну… — Он замялся. — Со средней школы. Мне всегда нравилась музыка. Ведь это отличный способ выразить себя и свои мысли. Для меня песня — это не просто набор слов под красивую мелодию, а язык. Способ общения между людьми. — А что конкретно ты хочешь рассказать своими песнями? — спросил рыжеволосый, лукаво прищурившись. Исаги на секунду завис. А ведь с момента подписания контракта он даже и на секунду не подумал о том, что он хотел бы сам донести до людей. До чего же иронично; так хочешь петь и совсем не знаешь о чем именно. — Судя по твоему напряженному лицу, ты, наверное, ещё об этом не думал, я прав? — Хёма смотрел на него в упор с лёгкой усмешкой в уголках губ. Не в бровь, а в глаз. Да уж, чего-чего, а прямоты у него не отнять. Сразу два выстрела, и оба четко в самые уязвимые точки. — В любом случае, не торопись с ответом на этот вопрос. — Ладонь Хемы мягко легла на его собственную, ненавязчиво лаская большим пальцем и посылая этим табун мурашек по всему телу. Удивительно, что даже под водой его кожа не теряла этой мягкости. Контраст с его собственными, огрубевшими от карандаша пальцами, был поразителен. Его взгляд скользнул от их рук к лицу старшего. Тот смотрел на него так же, с лёгкой усмешкой, но теперь в его глазах читалось нечто более глубокое; понимающее, словно он видел сейчас Исаги насквозь. В этот момент, погрузившись в это странное, но приятное ощущение, Йоичи почти и думать забыл об этом каверзном вопросе, альбоме, обо всём. Осталось только это невесомое прикосновение, этот мягкий, обволакивающий голос и тёплые от горячей воды пальцы. Так хотелось сейчас переплести их, дабы полностью отдаться этим сводящим с ума осязание чувствам. Ни на секунду не прерывать этого контакта. Без которого как будто уже и невозможно дышать, думать, да вообще функционировать. — Ой-ой, кажется, я не вовремя, да? — Сука! Как гром среди ясного неба Бачира весь потный влетел в душевую, и завидев их хитро ухмыльнулся, театрально прикрывая ладонью рот. Черт, и что он только успел сейчас себе вообразить? Хотя, Йоичи очень не хочет этого знать. Но, к сожалению догадывается. И прежде чем он успевает что-то сказать в свое оправдание, Чигири резко убрал свою ладонь, чтобы схватить полотенце, лежащее сзади. Очень кстати влажное, оттого достаточно тяжелое, чтобы смочь побольнее приземлиться на нахальное лицо напротив. — Тебя стучаться не учили?! — Прости-прости, валю! — без капли вины и стыда Мегуру скользнул за ширму, и перед тем, как хлопнуть дверью бросил: — Только вы с этим не затягивайте, помимо меня тут и Кунигами хочет ополоснуться! Мы с трени ужасно потные… — Тогда ждите там! А не врывайтесь как дикари! — ответил Хёма, резко вставая. — Никаких манер, — недовольно фыркнул и ушел за ширму, стягивая с нее нежно-розовое полотенце. Обернулся, бросив в последний раз полный смятения и тревоги взгляд. А через пару минут шурша одеждой выскользнул прочь из комнаты. Снова… Снова это ощущение пустоты внутри, кожа горящая от его прикосновений. И полный хаос в голове. Было ли ему самому сейчас неловко из-за того, что Бачира их увидел? Или было что-то ещё? что-то, о чем даже думать было строжайшим табу? Йоичи понятия не имел. Сейчас все чего он хотел — это лишь уединения и возможности разобраться во всем этом водовороте чувств, который уже начал утягивать его на самое дно, заполняя собой легкие.