Priority One

      Четвертое августа: сто дней до дебюта. Кажется, что это не такой уж и маленький срок, верно? Целая вечность, если не считать того, что за это время нужно написать и записать полноценный альбом. И только для Исаги, который впустую просиживал часы за монитором, эти «сто дней» утекали сквозь пальцы. Как бы ему сейчас хотелось, чтобы вся эта какофония из звуковых дорожек и кнопок эквалайзера, хаотично разбросанных по экрану DAW, сама собой превратилась в складную мелодию и легла на текст. Но, увы, результат четырёхчасовых мучений оставлял желать лучшего — припев никак не складывался. Мелодия казалась абсолютно безжизненной и невыразительной, словно из неё выжали все соки. Вдобавок ко всему от жары ужасно болела голова — виски пульсировали, как метроном, отсчитывая дни до дедлайна. Глаза слезились, болели и слипались, словно в них песка насыпали. «Кунигами снова будет ругать меня за то, что я мало сплю», — пронеслось в голове, но Йоичи было всё равно. Все претензии к Наги, который обещал помочь с аранжировкой, а в итоге слился, оставив его один на один с этим хаосом. «Гений хренов!», — усмехнулся Йоичи. Ужасно раздражает. С другой стороны, Наги, в конце концов, тоже человек и не меньше других загружен всей этой подготовительной суетой. Давить на него было бы просто неправильно. И сам ведь не бросишь всё это дело, раз уж взялся. Не в его характере оставлять такое ответственное дело незавершённым. Моргая и пытаясь прогнать сонливость, юноша потянулся, откинувшись на спинку кресла, отчего поясницу пронзила тупая боль. Даже хруст его затекших мышц и позвонков звучал гармоничнее и чище всех этих электронных басов и нот, доносившихся из динамиков. А эти звуки, отдаваясь звоном в ушах и голове, не заглушали чувства тупой усталости. Он бы так и отключился, если бы внезапный стук в дверь не вывел его из полудрёмы. Вздрогнув от неожиданного шума, он испуганно огляделся по сторонам, забыв, где находится. Сначала ему захотелось закричать, но вместо этого он лишь протёр глаза руками и пробурчал, откидываясь на спинку кресла: — Вы кто такие? Я вас не звал, идите на хуй! — Грубиян! — слегка подтолкнув дверь ногой, внутрь влетел Бачира, держа в руках стаканчики со свежесваренным кофе, аромат которого мгновенно наполнил комнату. Челкастик размахивал ими так энергично, что горячее тёмное содержимое то и дело грозило выплеснуться наружу — прямо на белоснежный коврик под ногами. «Только посмей его испачкать!» — Йоичи грозно зыркнул на друга. Хотя толку от этих угроз — всё равно сделает по-своему. Ещё и подмигивает, словно не заметил этого предупреждения. — Что, Моцарт, всё сидишь и творишь? — он подлетает к столу и ставит рядом с Исаги стакан с надписью «Для Йо-чана ♡». «Ещё и стикерами его обклеил. Надо же, как мило», — от этого жеста на душе потеплело. За такое, наверное, можно и пятно на коврике простить. А этот жужжало лишь беззаботно улыбается во все тридцать два зуба и плюхается на диван — слава богу, чёрный! — и делает большой глоток. — Ой, горячо! — морщится он. — Как дела с альбомом? — Лучше не спрашивай, — буркнул он, поеживаясь и зажмуриваясь. На весь этот графический и звуковой бардак на экране, хаотично разбросанные по дорожкам ноты и несочетающиеся ритмы… Одним словом, без слёз не взглянешь. Он снова склонился над монитором, хватаясь за мышь. Чего-то здесь явно не хватало. Всего одной детали, ноты, которая превратила бы это месиво в целостную и чёткую картину. — Я понимаю, мы на диете, но грызть карандаши необязательно, — усмехнулся Мегуру, лукаво прищурившись. Исаги понял, что начал грызть карандаш, и быстро вытащил его изо рта под тихий смех друга. — И у тебя кофе остынет. Отвлекись от работы и попей. Точно, кофе! До перегруженного мозга наконец дошло, чего от него хотят, и Йоичи поднёс к губам тёплый стаканчик. От крепости и высокой температуры язык приятно жгло. То, что нужно, чтобы снова запустить скрипящие шестерёнки в голове. — Спасибо, этого мне как раз не хватало, — он благодарно улыбнулся, а Бачира просиял, довольный проделанной работой. — Точно, чуть не забыл, — он сунул руку в сумку, звякнув всеми брелоками, цепочками и значками, которые на ней висели, и достал журнал. Дразнясь и самодовольно улыбаясь, парень помахал журналом и подбросил его. — Что это? — спросил Йоичи, ловко поймав его в воздухе и взглянув на обложку. Глянцевая бумага пестрела яркими надписями, а в центре была фотография Намиэ Амуро. — Возможно, это ответ на интересующие тебя вопросы, — сказал Бачи, заговорщически ухмыляясь. — Ты же сам просил поискать, или уже забыл? И то верно. Заваленный работой над песнями, Йоичи и думать забыл о той просьбе. А то, что Мегуру отнёсся к ней так серьёзно и всё же что-то нашёл, приятно удивило. «Хороший же он сыщик. Если что-то ищет — обязательно найдёт». Исаги принялся листать его. — Он у меня уже давно лежит, — пояснил Мегуру, не сводя с друга любопытного взгляда, пока Йоичи продолжал бегло читать небольшие статьи. На пятой странице его внимание привлёк заголовок: «Генеральный директор Corrupt Records Entertainment Арата Хироси и старший менеджер Сибусава Яо были арестованы». — Это ещё что такое? — пробормотал он себе под нос и продолжил читать. «…По информации следователей, Corrupt Records Entertainment систематически пренебрегала нормами безопасности на рабочих местах, что приводило к травмам и ухудшению здоровья сотрудников. Артисты, подписавшие контракты с лейблом, неоднократно заявляли о невыгодных условиях, кабальных договорах и психологическом давлении. Сообщается о случаях, когда музыкантов заставляли работать сверхурочно без оплаты, лишали авторских прав и унижали», — гласила вырезка из статьи. — Зачем ты мне это показал? Думал, это как-то поможет? — Йоичи нахмурился, а затем разочарованно выдохнул. Он ожидал чего-то более конкретного и информативного, но получил лишь очередную статью о скандале. А мысль о том, что неплохо было бы закончить или хотя бы сохранить наработки, уже как-то померкла, затерявшись на фоне полученной информации. — Прости, наверное, этого и правда мало, но статьи в интернете мало что мне дали, — Бачира виновато опустил голову, избегая зрительного контакта. Его пальцы нервно забарабанили по коленям. — Похоже, кто-то основательно всё подчистил. Йоичи закусил губу. Похоже, он прозвучал слишком резко. Да и действительно, вряд ли такая личная информация находится в открытом доступе. Ему стоило бы спасибо сказать за то, что он нашёл хоть какую-то зацепку. А вот что с ней делать дальше… Наверное, стоит пораскинуть мозгами и самому что-нибудь поискать, раз уж это важно в первую очередь для него самого. Он смягчил взгляд. — Но, думаю, это лучше, чем ничего. Ты всё равно молодец. Дальше в дело вступает «сыщик Исаги!». Ты же так часто меня так называешь, — он всё-таки нажал на кнопку «Сохранить», выключил компьютер и, встав со стула, потянулся. Затем подошёл к Бачире и обнял его сзади, уткнувшись носом в его тёплую макушку. Плечи шатена расслабились, и он положил свою ладонь на его. — Хорошо. Я рад, что смог помочь. Ладно! — он встал с дивана и повернулся к Йоичи, взяв его за запястье. — Если ты закончил, то хватит киснуть здесь, пошли. Он потянул его к выходу из кабинета. Так резко, что Исаги едва не запутался в собственных ногах. — Что? Куда? — Как куда? На собрание. Кунигами же вчера о нём говорил! — Мегуру с лёгким укором посмотрел на него. — Неужели ты так заработался, что забыл? Он мысленно хлопнул себя по лбу, вспоминая, с каким выражением лица Ренске настоятельно просил не забыть об этом и прийти вовремя, смотря при этом конкретно на Исаги. И как же иронично получилось, что старший точно знал, кто именно и по какой причине может не явиться или вовсе забыть из-за чрезмерной загруженности и сбитого режима. Да, Йоичи?

* * *

— Вы опоздали! — строго сказал Кунигами, когда Исаги вошёл в просторный светлый кабинет. По сравнению с офисом Эго здесь было намного чище: папки на столе сложены аккуратными стопками, никаких кружек с недопитым кофе. А на стене висело множество плакатов с неизвестными Исаги группами, за исключением, пожалуй, постера с Red Velvet. Пока Йоичи изо всех сил старался не встречаться взглядом с лидером, в котором читалось явное «Тебе конец!», его взгляд зацепился за постер с изображением юноши с довольно странным цветом волос — блонд от корней, переходящий в синий на кончиках. «Прощальное турне императора…» — до чего же высокомерно! И необычно для такого молодого парня, который всем своим видом излучал величие и чувство своего превосходства. На вид ему чуть больше двадцати. Не слишком ли рано он отрекается от престола? — подумал Йоичи, но тут же почувствовал, что эта самоуверенность, это показное пренебрежение к окружающим вызывают у него лёгкое неприятное чувство, словно что-то чужеродное. «Неужели Анри-сан нравятся даже такие самородки?» — подумал он, слегка поморщившись от лёгкого отвращения. — Так Анри-тян ещё не пришла, чего ты ворчишь? — спросил Бачира, приземляясь рядом с рыжеволосым. — Прости, работал над песнями. Потому что кое-кто, — Йоичи повернулся к Наги, — ушёл спать, хотя обещал помочь! — Широ никак не отреагировал, лишь что-то пробормотал себе под нос и, что удивительно, в этот раз сидел один. Рео и Чигири отсутствовали. Это подозрительно: эти двое никогда не опаздывали, особенно Чигири с его-то педантичностью. Более того, на репетициях они всегда появлялись даже раньше Мегуру и Ренске. Исаги поежился. Внутри что-то неприятно сжалось, а колени и кисти рук пронзила мелкая дрожь. Это уже не было похоже на обычный мандраж перед выступлением, скорее на страх за кого-то. Он с силой сжал кулак. «Успокойся!» — говорил внутренний голос, но тело продолжало бить тревогу. Хотелось сорваться с места и со всех ног броситься в общежитие, лишь бы убедиться, что всё в порядке… От раздавшегося из кармана брюк Кунигами телефонного звонка Йоичи вздрогнул и затаил дыхание. Бачира и Наги тоже уставились на него, и в их взглядах читался один немой вопрос: «Что с ними?» — Да, Рео, — он взял трубку и тут же изменился в лице. Брови уже не были так сильно нахмурены, в голосе вместо укора слышались беспокойство и мягкость. — Как он? — Он замолчал, слушая неразборчивую, монотонную, очень усталую речь на другом конце провода. Только когда Рео закончил, он добавил: — Хорошо. Тогда не приводи его сюда, пусть отдыхает. Я потом продублирую всё в нашем чате. Будь с ним рядом, — и завершил звонок. Он зачесал волосы назад и прикрыл глаза, стараясь выровнять дыхание. Значит, интуиция его не подвела: Чигири опоздал не просто так. И только тот факт, что Хёма был сейчас не один, а с Рео, пусть и немного, но успокаивал его. — Что слу… — не успевает договорить Йоичи. В дверях появляется Анри. Обычно утончённая, спокойная и в меру строгая девушка сейчас выглядела слегка растрёпанной, как будто бежала. — Ребята, привет! Ох уж этот паршивец Эго! Вечно меняет расписание на ходу. Спасибо хоть, что дату дебюта не меняет! Ну как так можно?! — возмущённо спросила она, подходя к столу. Сейчас она была одета в коралловый спортивный костюм и белую майку, хотя обычно носила платья. На голове красовался небрежно собранный и уже порядком растрёпанный пучок. — Кунигами, ты всех собрал? — девушка присела на кресло и огляделась. Затем удивлённо спросила: — А где Чигири и Рео? — Чигири... — Кунигами замялся, словно подбирая более подходящие слова. Его челюсти напряглись. Он поймал взгляд Исаги и тут же отвёл глаза. — Ему немного нездоровится, и он не может присутствовать. Я не мог оставить его в таком состоянии одного и попросил Рео побыть с ним. — А что случилось? — недоумевала Анри в её глазах мелькнула тревога. — Там... долгая и не совсем понятная история. Давай обсудим это позже, — по лицу Кунигами было видно, что он не хочет говорить об этом сейчас, тем более при посторонних. Неужели ситуация настолько плоха? Вся эта скрытность уже начинала немного раздражать. «Да хватит уже молчать! Скажите, что с ним?!» — кричал он про себя. Но как же ему хотелось выкрикнуть это сейчас! Но нельзя. Он закусил нижнюю губу. Всё его тело словно было в полной боевой готовности. Впервые он так зол, напуган и растерян. И всё из-за какого-то парня, которого он знает от силы пару месяцев?! Девушка лишь тихо ответила: — Хорошо. Тогда вернёмся к этому позже. Сейчас главное… — она похлопала в ладоши, чтобы привлечь внимание остальных. Исаги так и сидел бы в прострации, если бы лидер слегка не толкнул его локтем. «Я тебя понимаю, — одними губами произнёс он. — Я тоже волнуюсь. Но давай сейчас держать себя в руках». Девушка прокашлялась и, убедившись, что все её слушают, продолжила: — Помимо дебюта, Эго планирует оценить ваш прогресс и хочет устроить отчётный концерт в конце этого месяца... Вот это да! От услышанного Исаги снова бросило в дрожь. От такого накала страстей голова уже готова была лопнуть. — Чего?! Получается, нам отведено всего две недели?! Как это понимать?! — тут уже Кунигами не выдержал и вскочил. — Дай мне закончить, Ренске, — голос Тиери стал твёрже и строже. Лидеру ничего не оставалось, кроме как вернуться на своё место и тихо извиниться. Напрягся даже Бачира. Никто из присутствующих не сомневался в своих способностях, но раз уж это их второе выступление перед Эго, который ждёт от них большего, чем та база, которую они показали на прослушивании, что же он предпримет, если решит, что они не готовы? — Я переживаю не меньше вашего, — раздражённо сказала менеджер, закинув ногу на ногу и прикрыв глаза. — Но думаю, вы меня не подведёте. Бачира, — она повернулась к желтоглазому, — вы с Лавиньо ставите хореографию. — Как скажешь, Анри-тян! — Мегуру воодушевлённо поднял большой палец вверх. От его энтузиазма Йоичи даже стало спокойнее. — Исаги, Наги, — продолжила она, — на вас написание песни и музыки. Рео и Чигири — на вокале. Остальным — визуалом, костюмами и помещением — займусь я. — Девушка прерывисто выдохнула и встала. Напряжение в комнате нарастало. Ставки выросли. Теперь у них нет права на ошибку.