Вишнёвый

Даниэла Гаврилина всегда думала, что прошлое останется прошлым. Её детство с Ваней Бессмертных было ярким, наполненным теплом и светом. Они жили в одном дворе, гуляли до заката, болтали о всякой ерунде и строили планы на будущее, где всегда видели друг друга рядом. Даниэла помнила, как в семилетнем возрасте они сидели под огромным дубом за домом, клялись, что никогда не перестанут дружить. Тогда она верила, что это обещание нерушимо. Но что-то пошло не так. Она до сих пор не могла ясно вспомнить тот день, когда всё изменилось. Возможно, это была его колкая фраза, которая задела её гордость. А может, её собственная вспышка гнева, которой она потом стыдилась. Они не просто поругались — они будто разом отрезали друг друга от своей жизни. Ваня больше не звонил, не писал, а Даниэла слишком гордилась, чтобы сделать первый шаг. Годы шли. Школа закончилась, как закончился и их маленький мир. Даниэла поступила в университет в большом городе, готовясь оставить прошлое позади. Новый этап, новые люди — она думала, что здесь всё начнётся с чистого листа. Но прошлое не отступило так просто. Когда она впервые увидела его в холле университета, её сердце на мгновение замерло. Ваня стоял в толпе, лениво облокотившись на стену, и казался одновременно чужим и знакомым. Он вырос. Его широкие плечи, высокий рост и чуть небрежная осанка делали его заметным среди других студентов. Русые волосы всё так же не слушались — челка спадала на лоб, закрывая взгляд. Только теперь в его глазах не было той мальчишеской беззаботности, что она помнила. Он выглядел... взрослее. Строже. Он тоже её заметил. Их взгляды пересеклись на несколько долгих секунд. И хотя девушка пыталась сохранить лицо, её сердце колотилось как бешеное. Что он чувствовал в этот момент? Узнал ли её сразу? Девушка поспешно отвернулась, сделав вид, что не заметила его. "Только бы он не подошёл," — мелькнула мысль. И тут же, на её собственное удивление, она подумала: "Или пусть подойдёт". Даниэла ещё не знала, что их столкновение было только началом. Жизнь в университете обещала стать интересной. Очень интересной. Поправив сумку на плече, она старалась не выдать, как дрожат её пальцы. Она сама не понимала, почему вид Вани заставил её нервничать. Может быть, из-за того, как резко он вписался в её новую жизнь, или потому что она до сих пор не простила ему то, как всё закончилось. Но от этой встречи ей хотелось либо убежать, либо победить в каком-то невидимом поединке. В этот момент он двинулся ей навстречу. Его походка была всё такая же небрежная, с лёгкой ленцой, будто он абсолютно не торопился и знал, что весь мир подождёт. Этот взгляд... Чёрт возьми, почему она до сих пор помнила его взгляд? Холодный, чуть прищуренный, словно он собирался сказать что-то неприятное только ради того, чтобы посмотреть, как она на это отреагирует. Даниэла зашла в ближайшую аудиторию, но было слишком поздно. Он уже заметил её и, кажется, решил, что пропустить этот момент будет преступлением. — Что, даже поздороваться не удосужишься, Гаврилина? — его голос прозвучал сзади, как щелчок кнута. Она остановилась на пороге, глубоко вдохнула и обернулась. — И тебе привет, Бессмертных, — сказала она с тем ледяным спокойствием, которое хранила для самых неприятных людей. — Не ожидала тебя здесь увидеть. Хотя, конечно, университеты принимают кого угодно. Он усмехнулся, как будто она только что сказала нечто очень забавное. — А я, видишь ли, ожидал тебя. Кто ещё мог бы так уверенно создавать иллюзию превосходства? — юноша облокотился о дверной косяк, словно никуда не торопился. Его взгляд скользнул по ней, останавливаясь чуть дольше, чем она бы хотела. Даниэла знала, что выглядит хорошо. Её длинные каштановые волосы были сегодня идеально уложены, а нежные черты лица с мягкими скулами и чувственными губами всегда привлекали внимание. Её изумрудные глаза блестели на фоне лёгкого макияжа. Она знала, что её внешность — это её сильная сторона, и умело этим пользовалась. — Иллюзия? — переспросила она с приподнятой бровью. — А, точно. Ты ведь эксперт в обманах, не так ли? Особенно в тех, которые начинаются с "мы всегда будем друзьями". В его глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение, но он быстро справился с собой. — Что, всё ещё обижаешься? Неужели твоя великолепная внешность не помогла тебе забыть всё то, что было? Она скрестила руки на груди. — Нет, но мне помогает осознание того, что ты до сих пор выглядишь, как парень из девятого класса. Разве что выше стал. Поздравляю. Ваня усмехнулся, проводя рукой по своей длинной челке, которая спадала на глаза. Его русые волосы выглядели так, будто он только что встал с постели, но, конечно, это только добавляло ему шарма. На высоком, спортивного телосложения парне даже такая небрежность выглядела привлекательно. Его серо-зелёные глаза, в которых всегда мелькала язвительная искорка, были одновременно раздражающими и гипнотизирующими. — Спасибо за комплимент. Это звучит примерно так же искренне, как твоя улыбка на школьных фото. Она фыркнула. — Удачи, Ваня. Хотя тебе, наверное, не привыкать быть в тени. Она повернулась, собираясь уйти, но его голос снова остановил её: — Гаврилина, ты правда думала, что сможешь избегать меня здесь? Девушка обернулась, бросив на него последний взгляд. — Я бы с удовольствием, но, к сожалению, твоя челка привлекает слишком много внимания. И прежде чем он успел ответить, она ушла в аудиторию, оставив его стоять в коридоре.

***

Даниэла стояла перед зеркалом в ванной, изучая своё отражение. Вчерашний вечер вымотал её больше, чем она ожидала. Она знала, что встретит Ваню в университете, но не думала, что это случится так быстро. И уж точно не предполагала, что его появление вызовет у неё такую бурю эмоций. Она провела рукой по длинным каштановым волосам, которые мягко спадали на плечи. В глазах отражалась усталость, но это не мешало её внешности оставаться безупречной. Изумрудные глаза — глубокие, выразительные — могли менять оттенок в зависимости от освещения, но сейчас в них читалась только одна эмоция: раздражение. — Вот какого чёрта? — пробормотала она, закручивая локон на палец. Она собиралась оставить его в прошлом, а теперь он снова здесь, снова в её жизни, снова выводит её из себя. Отбрасывая ненужные мысли, она быстро привела себя в порядок. Небольшой макияж, светлая рубашка с корсетом, подчёркивающая тонкую талию, и тёмные джинсы, идеально сидящие на её фигуре. Всё. Она готова.

***

В университете Даниэла чувствовала себя увереннее. Она шла по коридору, высоко подняв голову, ощущая на себе взгляды. Она привыкла к этому. Всегда знала, что умеет производить впечатление — не только внешностью, но и тем, как держится. Но её хорошее настроение быстро испарилось, когда она увидела знакомую фигуру у кабинета. Ваня. Он был в простой чёрной футболке и серых джинсах, но даже эта небрежность смотрелась на нём слишком хорошо. Русые волосы снова падали на лоб, а его серо-зелёные глаза лениво скользили по людям, будто он высматривал кого-то, кто его заинтересует. И, судя по тому, как он ухмыльнулся, увидев её, интерес нашёлся. — А вот и ты, Гаврилина, — сказал он с издёвкой, скрестив руки на груди. — Неужели не нашла способа перевестись в другой вуз за ночь? Она закатила глаза. — Представь себе, не нашла. Видимо, мне придётся терпеть твой уродский стиль ещё несколько лет. Он наклонил голову, притворяясь задумчивым. — Уродский стиль? Забавно слышать это от человека, который носит джинсы с высокой талией и делает вид, что это модно. — Это и есть модно, ты, пещерный человек, — бросила она, проходя мимо него. — Конечно, конечно. Ты же у нас эксперт в нарядах, — усмехнулся он, следуя за ней. — А ты эксперт в том, как быть занозой в заднице. Поздравляю, у тебя талант. Парень рассмеялся — тихо, но достаточно, чтобы она это услышала. — Всё ещё заводишься так легко? Ты совсем не изменилась, Гаврилина. — В отличие от тебя, Бессмертных, — парировала девушка. — Ты изменился. Стал ещё более раздражающим. Она резко отвернулась и вошла в аудиторию, не собираясь продолжать этот разговор. Но даже когда она села на своё место, ощущение его взгляда на своей спине не исчезло.

***

Вскоре аудитория начала заполняться. Даниэла старалась не смотреть в сторону своего источника раздражения, но знала, что он где-то неподалёку. Чувствовала его присутствие. — Привет, можно тут сесть? — раздался рядом незнакомый голос. Она подняла глаза и увидела девушку — миниатюрную, с тёмными кудрями и большими карими глазами. В её взгляде читалось дружелюбие. — Конечно, — кивнула Даниэла, жестом указывая на свободный стул. — Я Аня, — представилась девушка, устраиваясь рядом. — Ты тоже первокурсница? — Да, — ответила Гаврилина, чуть улыбнувшись. — О, круто! А то я тут никого не знаю, — Аня склонила голову набок, разглядывая её. — Ты выглядишь так, будто уже всё знаешь и всех знаешь. Даниэла усмехнулась. — Просто хорошо делаю вид. Девушка рассмеялась. — Значит, будем держаться вместе. Я в этом деле полный ноль. Брюнетка почувствовала, как напряжение немного спало. Аня была лёгкой в общении, и это ей нравилось. Но её расслабленное состояние длилось недолго. Потому что через минуту в аудиторию зашёл Ваня. И, конечно же, он сел за пару рядов от неё. И, конечно же, его взгляд сразу нашёл её. И, конечно же, он ухмыльнулся. Девушка сжала ручку в руке. Ну что ж. Это будет долгая учёба. Она надеялась, что день пройдёт без новых встреч с Бессмертных. Надеялась, но не слишком в это верила. После пар она вышла из здания университета и направилась в сторону кофейни на углу. Там было тихо, и можно было спокойно посидеть, привести мысли в порядок. Но спокойствие длилось недолго. — Ты что, преследуешь меня? — раздался за спиной холодный голос. Даниэла замерла, сжав пальцы на ремешке сумки, прежде чем медленно обернуться. Ваня стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Выглядел он так же раздражающе хорошо, как и утром: чёрная футболка, небрежно растрёпанные русые волосы, взгляд, в котором сквозило презрение. — Смешно, Бессмертных, — процедила она. — Если бы я хотела преследовать кого-то, ты был бы в самом конце списка. Он чуть приподнял бровь, ухмылка исчезла. — Тогда какого чёрта ты снова здесь? — Прости, я не знала, что этот город принадлежит тебе, — её голос зазвенел от яда. — Хотя, конечно, ты всегда любил думать, что ты центр вселенной. — А ты всегда любила думать, что умнее всех, — бросил парень. Она усмехнулась, качая головой. — А ты всё тот же жалкий придурок, каким был тогда. — Зато ты научилась говорить прямо, — холодно заметил он, его губы тронула едва заметная ухмылка, но глаза оставались пустыми. — Понимаешь, люди взрослеют, — сказала брюнетка, склонив голову набок. — Но тебе это, похоже, недоступно. Его челюсть едва заметно дёрнулась. — О, прости, не хотела задеть твои нежные чувства, — её голос сочился ядом. — Какие чувства? — его голос был таким же ледяным, как и её. — К тебе? Их нет и никогда не было. Гаврилина рассмеялась — сухо, презрительно. — Приятно слышать. Потому что если бы они были, мне пришлось бы блевать от отвращения. Они смотрели друг на друга, как два врага на поле битвы. В воздухе висело напряжение, густое, как грозовые тучи. — Исчезни, Гаврилина, — сказал Бессмертных тихо, но в этом было больше ненависти, чем если бы он закричал. — С радостью, — её голос был ровным, но в глазах вспыхнул настоящий огонь. Она развернулась и ушла, не оглядываясь. Но, чёрт возьми, её сердце билось так быстро, будто она только что вышла с ринга.

***

Даниэла закрыла дверь комнаты чуть сильнее, чем нужно, но её это не волновало. Внутри всё кипело, мысли путались, эмоции захлёстывали. Она бросила сумку на стул и упала на кровать, вглядываясь в потолок. — Как же он меня бесит... — прошептала она, сжав кулаки. Этого столкновения было достаточно, чтобы испортить весь день. Хотя, если быть честной, день был испорчен с того самого момента, как она узнала, что Ваня учится в том же университете. Она села, откидывая волосы назад. В комнате было тихо — только шум улицы за окном и её собственное дыхание. Просторная, но минималистичная, её комната в общежитии была её маленьким убежищем. На полке стояли книги, на стене висели несколько фотографий, а у окна стоял небольшой стол с ноутбуком и чашкой, в которой ещё оставались следы утреннего кофе. Она встала, включила музыку на телефоне, стараясь заглушить мысли. Но музыка не помогала. Потому что перед глазами всё ещё стояло это чёртово ухмыляющееся лицо. «Какие чувства? К тебе? Их нет и никогда не было». Даниэла стиснула зубы. — Ага, конечно, — пробормотала она, раздражённо закидывая волосы назад. Сердце предательски стучало. Не от обиды, не от боли. От злости. Она ненавидела его. Ненавидела до дрожи, до ярости. Дана ненавидела то, как он смотрел на неё, как говорил, как ухмылялся, как выводил её из себя с полуслова. И самое главное — она ненавидела тот факт, что всё это до сих пор на неё действовало. Даниэла резко встала с кровати и подошла к окну. Её руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Всё внутри кипело. Она ненавидела его. Каждое слово, каждую ухмылку, каждую секунду, когда он был рядом. Ей хотелось стереть его из своей жизни, но, кажется, судьба решила поиздеваться над ней, запихнув их в один университет. Она глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Бесполезно. Телефон завибрировал на столе. Сообщение. Аня: Ну что, как тебе первый день? Даниэла на мгновение забыла про Ваню. Она вспомнила Аню — миниатюрную, с тёмными кудрями и добрыми глазами. Вспомнила, как легко и непринуждённо с ней общалась. Она села за стол и быстро напечатала ответ. Даниэла: Если не считать, что мне пришлось столкнуться с самым отвратительным человеком на земле, то нормально. Ответ не заставил себя ждать. Аня: Ого, интрига! Кто это? Даниэла усмехнулась, но это была горькая усмешка. Даниэла: Длинная история. Может, расскажу как-нибудь. Аня: Ладно, я запомню) Кстати, я тут подумала… Не хочешь выбраться куда-нибудь вечером? Познакомлю тебя с парой людей. Даниэла задумалась. Честно говоря, она хотела остаться в комнате, закрыться от всего мира. Но это означало, что она снова будет думать о нём. О Ване. А этого она не хотела. Даниэла: Хорошая идея. Где и когда? Аня: В девять в кафе рядом с универом. Будет весело, обещаю! Брюнетка вздохнула, оставив телефон на столе. Новая компания. Новые знакомства. Это должно помочь отвлечься. Но где-то в глубине души она уже знала — сегодня всё снова пойдёт не по плану.