Вишнёвый

Время приближалось к девяти, и Даниэла стояла перед зеркалом, критически разглядывая своё отражение. Она выбрала облегающее чёрное платье, которое подчёркивало её фигуру, но не выглядело вызывающе. Лёгкий макияж, подчёркивающий выразительные зелёные глаза, и губы с нюдовой помадой — ничего лишнего, но в целом образ получился впечатляющим. Волосы она оставила распущенными, позволяя мягким волнам спадать на плечи. — В самый раз, — пробормотала она, напоследок поправляя прядь волос. Она не собиралась производить впечатление. Она не для кого-то старалась. Но что-то внутри подсказывало ей, что сегодня вечером стоит выглядеть особенно хорошо.

***

Место оказалось шумным и переполненным. Музыка, смех, разговоры — всё смешивалось в единый фон. Даниэла вошла внутрь, быстро оглядываясь в поисках Ани. — Даниэла! — знакомый голос тут же привлёк её внимание. Она обернулась и увидела Аню, которая махала ей рукой из-за дальнего столика. Рядом с ней сидели двое парней и ещё одна девушка, которую Даниэла не знала. — Привет! — Даниэла улыбнулась, подсаживаясь к ним. Девушка представила её остальным: — Это Даниэла. Мы сегодня познакомились в универе. — О, ты та самая, кто делает вид, что знает всё на свете? — с ухмылкой спросил один из парней, высокий брюнет с внимательным взглядом. Аня засмеялась. — Прости, я проболталась. Даниэла закатила глаза, но тоже улыбнулась. — Ну что ж, хотя бы репутация идёт впереди меня. Разговор потёк легко, и на какое-то время она расслабилась. Но это чувство продлилось недолго. Потому что через несколько минут её взгляд случайно зацепил знакомую фигуру.У дальнего столика сидел Ваня. Он был в тёмной рубашке, слегка расстёгнутой на вороте, и выглядел так, будто его совершенно не волновало всё происходящее вокруг. Однако рядом с ним сидела девушка, которая явно думала иначе. Она практически висела на нём: смеялась, что-то шептала ему на ухо, касалась его плеча. Но он даже не смотрел на неё. Будто её вообще не существовало. Глаза парня вдруг поднялись. И, конечно же, он заметил её. И, конечно же, ухмыльнулся. Девушка почувствовала, как внутри всё сжалось. Вот же чёрт. Она отвернулась первой. Ещё бы секунду — и, возможно, её лицо выдало бы слишком много эмоций. А этого допустить было нельзя. — Ты в порядке? — спросила Аня, наклоняясь ближе. — А? Да, всё нормально, — Даниэла с трудом вернула внимание к разговору. Но нормально не было. Она чувствовала его взгляд. Будто он прожигал её сквозь толпу, будто знал, что её это раздражает. Конечно, знал. Разговор за столом продолжался, но она слышала не слова, а только шум фона. Потому что ей пришлось снова посмотреть в ту сторону. Где Ваня, всё с той же ленивой ухмылкой, разглядывал её, а его спутница всё ещё что-то шептала ему, склонившись слишком близко. Терпеть это было невозможно. Она наклонилась к Ане и спросила: — Выпьешь что-нибудь? Я пойду закажу. — О, да! Мне что-то лёгкое, может, коктейль? — Поняла. Она встала и направилась к барной стойке. Нужно было немного пространства. Глоток свежего воздуха. Она сделала заказ и, опершись о стойку, закрыла глаза на секунду. — Что, не можешь без меня? — раздался рядом до боли знакомый голос. Глубокий, с ледяными нотками. Она открыла глаза, развернулась. «Чёрт.» Он стоял рядом, держа в руке бокал с чем-то тёмным, и смотрел на неё сверху вниз. — Ты, видимо, переоценил свою значимость, Бессмертных, — тихо, но чётко сказала она. — Возможно, — кивнул юноша, делая глоток. — Но, судя по твоему лицу, ты всё-таки заметила меня первой. Его взгляд скользнул по её фигуре, и во взгляде промелькнуло что-то, что заставило её сжать кулаки. — Скажи своей подружке, чтобы не душила тебя так, — бросила она, не сдержавшись. — А то ты выглядишь так, задушит. Он хмыкнул. — А ты наблюдательная. — Просто слишком хорошо тебя знаю. — Уже не так хорошо, как раньше, — он посмотрел на неё чуть внимательнее, и на его лице мелькнуло что-то странное. На мгновение между ними повисла пауза. Густая, напряжённая. Но, как всегда, первым её разрушил он. — Хотя мне не нужно хорошо тебя знать, чтобы понять, что ты выбрала это платье не просто так. Девушка сжала зубы. — Это ты о чём? Он приблизился на полшага, наклонившись чуть ниже. — О том, что тебе, наверное, не слишком приятно видеть меня с другой. Она рассмеялась — коротко, холодно. — Серьёзно? Ты думаешь, мне вообще есть до этого дело? — Думаю, да. — Ты жалок, — выдохнула Гаврилина, чуть подаваясь вперёд, так, что между ними оставалось едва ли пара сантиметров. — А ты предсказуема, — ответил парень, не отводя глаз. Секунда. Две. Даниэла резко отстранилась, забирая свой напиток у бармена. — Мне плевать, с кем ты, Ванечка, — бросила она, уходя. Но проблема была в том, что это было ложью. Даниэла вернулась за стол, сжимая в руках бокал с коктейлем. Сердце бешено колотилось, но она старалась выглядеть спокойной. — Ты что-то долго, — заметила Аня, поднимая на неё взгляд. — Очередь, — солгала Даниэла и сделала большой глоток. Алкоголь приятно разлился по телу, но не заглушил злость. Она ненавидела его. Ненавидела то, как легко он выводил её из себя, как нагло смотрел, как подбирал слова, которые цепляли за живое. Ваня всё ещё был за стойкой, но теперь он стоял рядом со своей спутницей. Девушка говорила что-то, касаясь его руки, но он не реагировал. Даниэла сжала бокал. «Сука.» Ей нужно было срочно переключиться. — Что-то скучно, — заявила она, убирая прядь волос за ухо. — Может, сходим потанцевать? — Отличная идея! — оживилась Аня. Они направились к танцполу, и музыка тут же поглотила их. Громкие биты, свет, движение — всё смешалось в единый поток. Даниэла закрыла глаза, позволяя себе раствориться в ритме. Она двигаясь уверенно, пластично, словно пытаясь выбросить из себя напряжение. Но даже в толпе она чувствовала этот взгляд. Открыла глаза — и, конечно, он стоял неподалёку. Расслабленный, с ледяной ухмылкой. И смотрел. Она не собиралась проигрывать. Её движения стали смелее, провокационнее. Пусть видит, пусть понимает, что он для неё — ничто. Она улыбнулась кому-то из парней, кто уже давно смотрел на неё, и позволила ему подойти ближе. Он что-то сказал, но она не слушала — ей было важно только одно. Реакция Вани. И она её получила. Он больше не улыбался. Он всё ещё был спокоен, но в глазах появилось что-то тёмное. Даниэла почувствовала удовлетворение. Но не успела насладиться им. Потому что Ваня сделал шаг вперёд. А через секунду оказался рядом. — Развлекаешься? — его голос прозвучал прямо у её уха, низкий и спокойный, но в этом спокойствии чувствовалась опасная нотка. Даниэла даже не вздрогнула. Она знала, что он подойдёт. — Очевидно, — ответила она, продолжая двигаться в такт музыке. — Забавно, — усмехнулся Ваня, слегка наклоняясь ближе, так, что его дыхание коснулось её шеи. — Ты всегда так отчаянно пытаешься доказать, что тебе плевать? Девушка развернулась к нему, их тела оказались на опасно близком расстоянии. — А ты всегда так бесишься, когда видишь меня с кем-то другим? Он склонил голову на бок, его взгляд задержался на её губах, прежде чем снова подняться к глазам. — Ты переоцениваешь своё влияние, Гаврилина. — А ты своё, Бессмертных. Между ними искрила ненависть, почти ощутимая на физическом уровне. — Интересно, а твой новый друг знает, что ты просто используешь его, чтобы меня позлить? Дана усмехнулась. — А твоя новая подружка знает, что ты вообще не замечаешь её существования? Парень усмехнулся в ответ, но в глазах мелькнула тень раздражения. — Ты не ответила на мой вопрос. — Потому что мне всё равно, что ты думаешь. — Ну да, конечно, — протянул он, наклоняясь ещё ближе. — Именно поэтому ты всё ещё говоришь со мной, вместо того чтобы продолжать этот жалкий спектакль. Её пальцы сжались в кулаки. — А ты всё ещё стоишь здесь, вместо того чтобы вернуться к своей девочке. — Потому что я люблю смотреть, как ты злишься, — спокойно сказал он. Она затаила дыхание. «Чёртов ублюдок» В этот момент музыка сменилась на более медленный трек, и вокруг них начали сближаться пары. — Может, станцуем? — вдруг предложил он, протягивая руку с явной насмешкой. Она рассмеялась. — Последнее, что я сделаю в этой жизни, — это потанцую с тобой. Он не убрал руку. — Боишься? — Боюсь, что захочу тебя ударить. — Было бы интересно, — он наклонился чуть ниже, их губы оказались в опасной близости. — Только ты ведь не сделаешь этого. Девушка прищурилась. А потом, не раздумывая, подняла руку и толкнула его в грудь. Не сильно. Но достаточно, чтобы он отступил на шаг. — Проваливай, Ваня, — выдохнула она. На его лице медленно расползлась ухмылка. — Как скажешь, Гаврилина. Он развернулся и ушёл, растворяясь в толпе. А она осталась стоять на месте, тяжело дыша, пока музыка продолжала играть.

***

Возвращаться в общежитие после такого вечера было странно. Всё ещё звенело в ушах от музыки, в груди клокотала злость, а мысли хаотично метались, как всполошенные птицы. Даниэла шла по прохладным ночным улицам, не торопясь. Она чувствовала себя вымотанной, но не от вечернего шума, а от встречи с Ваней. Этот ублюдок. Этот самоуверенный, бесит-больше-всего-на-свете ублюдок. Он снова довёл её до кипения. Снова заставил ощущать эту чёртову ненависть, пульсирующую в висках. Но хуже всего было не это. Хуже всего было то, что, несмотря на весь гнев, несмотря на желание развернуться и забыть его, она всё ещё чувствовала его взгляд. Видела, как он смотрел на неё. Будто изучал, будто знал что-то, чего не знала она сама. Даниэла скрипнула зубами и ускорила шаг.

***

Общежитие встретило её тишиной. Девушка зашла в комнату, бросила сумку на стул и прислонилась к двери, прикрыв глаза. Темнота, тишина, одиночество. Хорошо. Даниэла провела рукой по волосам, стянула с себя платье и кинула его на кровать. Чёрт с ним, уберёт потом. Она включила воду в душе, надеясь, что горячие струи смоют с неё остатки напряжения. Но даже стоя под водой, она всё ещё слышала его голос. «Ты боишься?» Она стиснула челюсть. «Нет.» Она ничего не боялась. И уж точно не Ваню Бессмертных. После душа Даниэла завернулась в полотенце и, стоя перед зеркалом, провела пальцами по запотевшему стеклу. Её отражение смотрело на неё с лёгким вызовом. В глазах всё ещё тлела остаточная злость. Она взяла телефон. Никаких новых сообщений. Не то чтобы она кого-то ждала. Дана выкинула его на кровать и рухнула рядом. Но сон не шёл. Она закрыла глаза. И тут же увидела Ваню. Его самоуверенную ухмылку. Его взгляд, когда он смотрел на неё на танцполе. Его голос, который проникал под кожу. — Чёрт, — прошептала она, с силой выдохнув. Почему он так бесил её? Почему не выходил из головы? Она перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку. Внезапно телефон завибрировал. Девушка резко села, схватила его. Но это была не смс. Это был звонок. И на экране высветилось имя. Ваня. У неё пересохло в горле. Что? Она смотрела на экран, не зная, брать трубку или нет. «Что ему нужно?» Он явно звонил не просто так. Её пальцы сжали телефон. Обычно она бы проигнорировала. Выкинула телефон обратно на кровать. Но почему-то сегодня… Она нажала «ответить». — Чего тебе? — голос прозвучал резче, чем она ожидала. В трубке повисло молчание. На мгновение она подумала, что он передумал говорить. Но затем раздался его низкий голос: — Открой дверь. У неё перехватило дыхание. — Ты совсем охренел? — Просто открой, — спокойно сказал юноша. Она вскочила с кровати, сжимая телефон. — Ваня, какого… Но в этот момент раздался тихий стук. В дверь её комнаты. Блять. Он действительно был здесь. Даниэла застыла. Она смотрела на дверь, не веря, что он правда здесь. — Ты ненормальный, — прошипела она в трубку. — Да. Открой. Его голос был спокойным, почти ленивым, но она знала его слишком хорошо. За этой расслабленной интонацией всегда скрывалось что-то ещё. — Ни за что, — выплюнула она, сжимая телефон так, будто могла сломать его. — Значит, мне постучать громче? Разбудить полэтажа? — Урод, — она резко сбросила вызов и подошла к двери. На секунду задержала руку на ручке. Зачем он здесь? Она глубоко вдохнула, стиснула зубы и распахнула дверь. Ваня стоял в коридоре, облокотившись плечом о дверной косяк. Всё такой же высокий, всё такая же наглая ухмылка на губах. Но взгляд… В нём было что-то странное. — Что ты забыл у меня ночью? — процедила она, скрестив руки на груди. — Хотел убедиться, что ты не умерла от злости. Она закатила глаза. — Отлично. Ты проверил. А теперь проваливай. Но он не двинулся. — Ты даже не спросишь, почему я на самом деле здесь? — Потому что мне плевать. Бессмертных ухмыльнулся. — Лжёшь. Гаврилина сделала шаг вперёд, почти вплотную. — Если ты не уйдёшь через три секунды, Бессмертных, я крикну так, что сюда сбежится весь этаж. Он наклонился ниже, так, что их лица оказались опасно близко. — Ты же не хочешь, чтобы кто-то увидел тебя в таком виде, да? Она резко осознала, что всё ещё в одном полотенце. Он заметил, как её глаза сверкнули злостью, и его ухмылка стала шире. — Проваливай, Ваня, — выдохнула брюнетка, сжимая пальцы в кулаки. Парень медленно выпрямился. — Ладно, ладно, не кипятись. Просто хотел кое-что сказать. Она подняла брови. — И что же? Он наклонился ближе, так, что их губы почти соприкоснулись. — Завтра будет интересный день. Будь готова, Гаврилина. И с этими словами он развернулся и ушёл, оставив её стоять в дверном проёме, с бешено бьющимся сердцем и ненавистью, клокочущей внутри.