Святые из Мейфера

Глава 30

«Смерть со вкусом яблок»

ЩЕЛК. Пистолет заклинило. В следующий миг Поттер сбил Невилла с ног. Драко стоял и, не в силах пошевелиться, наблюдал за их борьбой. Гарри умело уложил противника на обе лопатки. Однако Невилл продолжал тянуться к пистолету, явно желая закончить начатое. Он яростно извивался, пытаясь сбросить Поттера, который уселся сверху и пытался прижать его к земле. Вдруг Невилл вырвал одну руку из захвата и, даже не собирая пятерню в кулак, выбросил ее вперед прямо в лицо Гарри, намереваясь попасть в глаз. В самый последний момент Поттер успел отпрянуть назад, перенося вес с носков на пятки. Невилл молниеносно воспользовался этим и свободной рукой толкнул его в грудь. Поттер потерял равновесие и упал назад, быстро оглядываясь на пистолет, который выбил из рук Невилла, когда сшибал его с ног. Пушка лежала совсем недалеко: протяни руку — и схватишь. Но Гарри отвернулся от нее, вновь сосредоточив внимание на противнике. Драко вдруг очень отчетливо понял: не хочет навредить. В такой хаотичной драке пушка может выстрелить, а Поттер настолько не хотел подвергать Невилла опасности, что отказался от очевидного преимущества. Что ж, Драко не болел благородством. Он сделал шаг вперед, нагнулся, чтобы подхватить пистолет, а когда поднялся, уже Невилл сидел на Поттере. Сильные удары то правой, то левой обрушивались на Гарри, который выставил обе руки вперед, защищая голову. — Невилл, блять! — шипел Поттер. — Давай поговорим нормально! — Он убил ее! Он убил ее, а ты защищаешь его! Ни о каком конструктивном разговоре не шло и речи. Драко напряженно смотрел за тем, как Гарри просто принимал удары, даже не пытаясь ответить. И отчего-то это чертовски злило. Хотелось крикнуть: «Хватит играть в поддавки!» Драко был уверен: при желании Поттер завалит эту офисную крысу в два счета. Вот только в этом и была проблема. Он не хотел. Наверняка этот Невилл был его другом. Дафна говорила, что ее бойфренд очень ценит Поттера. А когда Драко вспомнил недавние рассуждения Поттера о преданности, пазл в его голове сложился достаточно просто. Гарри действительно был готов терпеть удары, лишь бы успокоить разбушевавшегося друга. И хренов «друг» этим пользовался. Вот только он не учел одного — Драко не был готов щадить сукиного сына, который попытался вышибить ему мозги. — Еще одно движение, и ты труп, — звенящим от напряжения голосом предупредил Драко. Он поднял руки с пистолетом, взяв Невилла на мушку. Тот оглянулся на него и замер, осознавая ситуацию. В голубых глазах мелькнул страх. Прекрасно. — Драко, не вздумай! — предостерег его Гарри, все еще закрывая голову. — О, это уже мне решать, — ухмыльнулся Драко, искренне наслаждаясь ситуацией. Оба копа были у него на прицеле, и только он, Драко Малфой, контролировал ситуацию. Как же давно такого не было! Ощущение абсолютной власти хлынуло по венам, разнося теплое чувство глубокого удовлетворения. — Так, аналитик, слезь с Поттера и подними руки, чтобы я видел. Да поживее. Невилл замер, абсолютно растерявшись. Похоже, Драко оказался прав, — он действительно чаще отчеты в отделе составлял, чем действительно оказывался в заварушках. Приятно было встретить кого-то, у кого опыт таких ситуаций был еще меньше, чем у него самого. — Не стреляй. Слышишь меня? Не стреляй, — Поттер опустил руки, окончательно открывшись. — Пожалуйста. Пожалуйста. Желание вышибить мозги этому Невиллу было сильным. Руки чесались сыграть с ним в русскую рулетку, через которую он провел самого Драко. В конце концов, это было самое близкое к успеху покушение на жизнь наследника Малфоев за всю историю. Драко жаждал ответить симметрично. Может, чуть с запасом, учитывая, что Невилл бросился на него без предупреждения. Пожалуйста. Поттер никогда ни о чем его не просил, и это чертово слово портило настроение. Драко скривил губы: — Я бы на твоем месте не пытался ударить того, кто молит о пощаде. Впрочем, вы, копы, на удивление тупые. Невилл уже поднимался на ноги, когда это оскорбление достигло его слуха. Он замер, не до конца распрямив спину, и метнул в Драко злющий взгляд. — Невилл, — окликнул его Гарри. — Не делай глупостей. Аналитик распрямился в полный рост и уставился на Драко. Его тело колотила дрожь, а бледное лицо раскраснелось не то от потасовки, не то от злости. Казалось, Невилла вот-вот разорвет изнутри. — Гарри, я не хочу знать причин, почему ты предал нас и спас это…этого!.. Но и убить тебя я бы, наверно, никогда не смог, — голос аналитика звучал прерывисто. — Но вот эта… тварь… Она живой отсюда не выйдет. Я убью его. — Как досадно, когда желания расходятся с возможностями, — Малфой выразительно поднял пистолет так, чтобы он смотрел прямо в лоб дружку Дафны. — Понимаю, это неприятно. Но ты справишься. Драко не сводил глаз с Невилла, который был готов броситься на него в любой момент. Это сильно напоминало уличную разборку, и он знал, что делать. Долохов учил, что с людьми в состоянии нервного срыва нужно работать, как с собаками. Не смотреть в глаза, не поворачиваться спиной и не демонстрировать слабость. Что ж, этот тюфяк-аналитик уж точно не внушал страха. Не после поехавших святош с пушками в карманах ряс и не после целой армии копов Кингсли Бруствера. Невилл не тянул даже попасть в десятку. Гарри поднялся на ноги и тихо, как кошка, подошел к Невиллу, быстро обхватив его обеими руками сзади. Он сцепил ладони в замок на груди своего друга, который тут же забился в его объятиях. — Какого хера, Гарри?! — Ты пробрался в мою квартиру, забрал мою снарягу и решил играть в ассасина, — прохрипел Поттер, пытаясь справиться с тушей в полтора раза тяжелее себя. — Это мне нужно задавать этот вопрос. — Он убил Дафну! — Да кто тебе это сказал? — Ты знаешь, кто! Драко наблюдал за этой абсурдной возней, не скрывая раздражения. Поттер чертовски долго и уж слишком любезно разговаривал с ублюдком, который попытался размазать мозги Драко по стене. — Невилл, давай мы все успокоимся и поговорим, — Гарри продолжал держать своего друга так крепко, что его пальцы побелели от напряжения. Невилл резко дергался то влево, то вправо в попытке вырваться из стальной хватки. Пару раз он был опасно близок к успеху, отчего Драко только крепче сжимал рукоять пистолета. — Непохоже, чтобы он был готов внимать голосу разума, — протянул Драко, намеренно растягивая гласные. — Может, мне его успокоить? — Только, блять, попробуй! Невилл резко запрокинул голову и едва не врезался затылком в челюсть Гарри. Это бы определенно помогло вырваться, но Поттер в последний момент успел уклониться. Окончательно потеряв терпение, Драко шагнул вперед, оказавшись совсем близко, и прижал дуло пистолета к горячему раскрасневшемуся лбу. — Если тебе интересны детали, я этого не делал, — холодно произнес Драко. — Мир чуточку сложнее, чем то, что тебе рассказал большой добрый дядя. Я бы уже вышиб тебе мозги, знаешь, глаз за глаз. Однако так вышло, что теперь я кое-чем обязан Поттеру и возвращаю этот долг, сохраняя тебе жизнь. Но если ты хоть на секунду подумал, что я буду колебаться, — он щелкнул затвором. — Можешь рискнуть. Губы расплылись в безумной улыбке, когда Драко взглянул в глаза Невилла. Аналитик в полицейском участке, много лет сражающийся с преступностью за своим письменным столом. Бойфренд Дафны, скорбящий и жаждущий отомстить. Он не имел права даже угрожать Драко Малфою. Это было попросту оскорбительно. Невилл замер в руках Поттера, взгляд его испуганных глаз поднялся вверх, пытаясь рассмотреть пушку. — Драко, прекрати, — раздраженно выплюнул Гарри. — У меня пока получается успокоить его куда лучше, чем у тебя. Так что смотри и учись. Невилл тяжело дышал, избегая смотреть на Драко. Похоже, ярость берсерка его отпустила. По крайней мере, вены больше не вздувались на висках, а краснота спадала со щек. Насладившись эффектом, Драко с торжеством взглянул на Поттера. Тот все еще крепко держал Невилла, не решаясь ослабить хватку. Это недоверие было понятно, однако, если бы аналитик дернулся, глок бы успокоил его навеки. Гарри в ответ нахмурился, а затем вдруг очень грустно уставился на него. От этой неожиданной грусти Драко вдруг растерялся. Ледяной душ осознания обрушился на него в этот же миг. Драко разорвал зрительный контакт с Поттером, прикусив губу до крови, чтобы взять себя в руки. Как с дикими собаками. Нельзя показывать страх. — Итак, Невилл, верно? — сосредоточился он на главной проблеме. — Наверняка в твоих глазах я абсолютное зло, и это, если честно, даже приятно. Однако мы спешим. Поэтому предлагаю решение проблемы: ты закрываешь рот и не мешаешь Поттеру собирать снаряжение, и… До него слишком поздно доходит, что пылающий ненавистью Невилл не станет молчать. Он пойдет напрямик к Кингсли Брустверу, выложив все, что видел и знает. Включая адрес конспиративной квартиры и то, что Гарри и Драко все еще путешествуют вместе. Вопрос времени, когда их обоих уложат лицами в пол бравые люди Бруствера. — Хотя — я передумал. Извини, но твой путь заканчивается здесь. Невилл стремительно начал бледнеть, его губы были плотно сжаты. Голубые глаза сияли решимостью даже перед лицом смерти. Драко всего несколько раз в жизни видел этот взгляд. Такие люди часто умирают, но делают это с достоинством. Драко считал это утешением для слабых, но был не прочь подарить достойную кончину этому копу. В конце концов, его цели были даже благородными — отомстить за Дафну Гринграсс ее убийцам. Астория была бы тронута. — Ты не убьешь его, — твердо произнес Гарри. — Он раструбит о том, что видел нас, всем подряд, — пожал плечами Драко, не отводя пистолет от лба Невилла. — Начиная с Бруствера. И что-то я не вижу в этих глазах отчаянного сожаления о попытке меня убить. Я бы сохранил ему жизнь, но это даже не прагматично. Поттер замолчал, явно сообразив, что он был абсолютно прав. Драко даже снисходительно дал ему время, позволяя смириться с этой мыслью. Наконец Гарри выдохнул: — Он мой друг. Дай мне сделать это самому. — Пожалуйста, — вежливо усмехнулся Драко, делая шаг назад. — Гарри, — тихо произнес Невилл, сиплым от ужаса голосом. — Из уважения к нашей дружбе… Сделай это быстро. Это даже выглядело душераздирающе. И чертовски кинематографично. Поттер отпустил друга, но тот даже не двинулся, смиренно прикрывая глаза. Наверняка он ожидал, что Гарри выстрелит ему в затылок, вот только как он это представлял, если сам во время потасовки вышиб пистолет из его рук? Поттер поднял руку и быстро и точно ударил Невилла ребром ладони по шее. Тот неуклюже пошатнулся и грузно рухнул к его ногам. Повисла пауза. Гарри как завороженный смотрел на тело друга, не отрывая взгляда. — Пристрелишь его, пока он в отключке? — деловито поинтересовался Драко. — Это даже милосердно, хотя, признаюсь, в этом мало достоинства. Думаю, он бы предпочел умереть с гордо поднятой головой. — Не собираюсь я его убивать! — взял себя в руки Гарри, возмущенный самим предположением. — Невилл — мой друг, я его знаю миллион лет, и он не заслуживает такой участи. — Он пытался вышибить мне мозги. — Он не в себе. Любовь всей его жизни убили пару недель назад, если ты забыл. Если ты забыл. Эти слова больно резанули где-то под ребрами. Будто можно забыть день, когда убили Дафну Гринграсс. Будто можно забыть тот оглушительный звон, с которым весь твой мир и привычное ощущение безопасности рассыпались в один миг. Чертовски захотелось ответить резко, уязвить побольнее, но Драко сдержался. Не время. Сейчас не время для эмоций. — Он нас сдаст, — почти безразлично напомнил он. Вместо ответа Поттер потянулся к телефону. Будто телефонный звонок сможет решить их проблему. Драко напряженно наблюдал, ожидая, что вот сейчас Гарри выйдет в коридор или в другую комнату. Однако он этого не сделал. — Рон? — голос Поттера звучал напряженно. — Я в Бирмингеме, в квартире. Ты мне нужен здесь через час, максимум, два. Тут… Невилл. Мне пришлось вырубить его, иначе тут был бы труп. — Что?! — трубка взорвалась возмущением так громко, что даже Драко услышал. Гарри оторвал телефон от уха и поморщился, явно недовольный тем, что его пытались оглушить. — Кингсли Бруствер убедил его, что мы с Малфоем убили Дафну. Он пришел сюда забрать мою снарягу и устроить кровную месть. Жаль, но у меня нет времени с этим разбираться. Сможешь позаботиться о нем? Да, полтора часа, нормально. Он положил трубку и встретился взглядом с совершенно изумленным Драко. — Рон Уизли или чертовски хороший друг, или ненавидит этого Невилла, — заключил он. Гарри грустно усмехнулся и оглянулся на растянувшегося на полу аналитика. Тот лежал, уткнувшись лицом в пол, в этой неброской одежде напоминая мешок мусора. Зрелище было то еще. — Рон позаботится о том, чтобы Невилл нас не выдал. Если это все, что тебя волнует, я соберу вещи — и уходим. Не дождавшись ответа, он развернулся и поднял оброненный аналитиком пистолет. Драко молча смотрел, как Поттер обшаривал карманы Невилла, как тщательно выгребал из выдвижных полок стола пачки с патронами, как вытаскивал кожаные черные чехлы для метательных ножей. Поттер действовал собранно и быстро, не теряя ни единой минуты. Взгляд упал на обездвиженного Невилла, и Драко вдруг подумал, что, будь у них больше времени и меньше проблем, ему бы даже стало его жалко. В каком же отчаянии нужно быть, чтобы в одиночку противостоять Поттеру и вооруженному сыну главаря мафии! К тому же Невилл не был даже сносным бойцом, что еще сильнее снижало его шансы. Это была нечестная драка с самого начала, и Драко никак не мог представить себя на месте Невилла. Он думал об этом, ощущая странное эмоциональное отстранение. Ни жалости, ни сочувствия, лишь праздное любопытство и искреннее удивление. До какого уровня отчаяния нужно дойти, чтобы вот так броситься на человека, который, как ты прекрасно знаешь, может убить тебя голыми руками. Невилл не был сумасшедшим, он выглядел отчаявшимся. Драко не мог себе вообразить обстоятельства, которые бы спровоцировали его самого на такое безрассудство. Ему было больно, когда Дафну убили, когда Панси билась в истерике в его руках, пытаясь выпрыгнуть из машины на полном ходу. Ему было безумно больно, когда Тео сделал вид, будто ничего не случилось, и когда Томас оказался лживым куском дерьма. Но ни разу от этой боли ему не хотелось вступить в битву, которую он без вариантов проиграет. Поттер тщательно это скрывал, но невозможно было не заметить, как ранили его нападение и обвинения друга. Гарри старался не смотреть на Невилла, но то и дело оглядывался, а потом стыдливо отводил глаза и старался сосредоточиться на деле. Драко вдруг подумал, что если бы ему пришлось вырубить Блейза в такой ситуации, то чувство вины наверняка бы накрыло его с головой. — Это не твоя вина, — выдохнул он, когда Гарри в очередной раз бросил беглый взгляд на аналитика. — Ты нашел лучшее решение, при котором никто не пострадает. Он не ожидал благодарности, не ожидал даже ответа, видит бог, Гарри Поттер еще ни разу не заговаривал с ним о каких-либо чувствах, кроме теперь уже неизлечимой ненависти к рыбе. Но вдруг Гарри очень раздраженно выплюнул: — Из-за моих решений всегда страдают люди. Как в гребаной игре, где ты играешь за мышь, которая мечется то влево, то вправо и пытается поймать куриные яйца. Только каждый раз, когда ты принимаешь решение поймать яйца слева, обязательно разобьются те, что справа. Драко помнил эту игру. Она была ужасно популярна, когда он был ребенком. Похоже, Поттер действительно был разбит, раз позволил себе такой уровень откровенности. Из-за моих решений всегда страдают люди. Это звучало настолько идеалистично, что даже забавно. И все же Драко не нашел в себе ни капли веселья. Он лишь подумал о том, насколько дерьмово жить, когда тебя расстраивают такие вещи. Отец учил: не существует решений, которые будут хороши и удобны всем. Всегда найдется пострадавшая сторона, и самое главное — быть уверенным, что эта сторона достаточно слаба, чтобы не перерезать тебе глотку. У Поттера не было такого отца. Странно, что его не научили этому в его волшебной школе спецслужб или где там они проходят обучение. Люди из МИ6 и МИ5 — самые циничные ублюдки, по версии Антонина Долохова. И все же Гарри Поттер не казался циничным. Грубым, собранным, всегда знающим, что нужно делать, даже прагматичным, — но не циничным. Это удивительное открытие заставляло Драко смотреть на Поттера дольше, чем это было необходимо. По крайней мере, он объяснял себе это именно так. Потому что Драко не был готов не то, что говорить о чувствах, — он ужасно боялся даже заглянуть в эту бездну.

***

Поездка до резиденции Гринграссов была напряженной. Поттер нервно сжимал руль и смотрел только на дорогу, абсолютно игнорируя все попытки Драко завести разговор. Он хмурился, кусал губы и едва не пропустил пару поворотов. Драко несколько раз попытался узнать, насколько быстро приедет Рон и действительно ли до этого времени Невилл не очнется и не попытается связаться с Бруствером. Однако на все вопросы Гарри отвечал односложно, всем видом демонстрируя, что не планирует это обсуждать. Поттер был уверен в своем плане и молчаливо требовал довериться ему. Это было абсолютно тупой идеей — довериться копу, который оказался сотрудником секретных служб и который уже обманул по-крупному. Раздраженно ерзая в кресле, Драко признал, что другого выбора у него нет. И, к еще большей досаде, — что с каждым разом довериться Поттеру становилось все проще. Это пугало до тошноты. Резиденция Гринграссов была поистине роскошна. Величественное здание, окруженное парком, подсвечивалось даже ночью. По красивым витым воротам был пущен ток, о чем уведомлял соответсвующий знак. Едва ли это было законно, но Гринграссам было абсолютно плевать. Главное — их чудесный газон уж точно не потопчут какие-нибудь оборванцы. Когда машина заезжала на парковку, Поттер первым прервал напряженное молчание: — Астория… Насколько она?.. Он не закончил, но Драко прекрасно понял, что Гарри имел ввиду. Опустошена. Раздавлена. Скорбит. К счастью, ни одно из этих прилагательных не относилось к Астории Гринграсс. Потеряв сестру, она не впала в депрессию. Она была в ярости. — Не насколько, — коротко ответил Драко. — Астория сожгла пол-Лондона, когда узнала о случившемся. И, уверен, жаждет сжечь вторую половину. Впервые с момента, когда они закрыли дверь, оставив Невилла лежать без чувств, Гарри криво усмехнулся. Со странным облегчением Драко поймал эту усмешку и не удержался от комментария: — А я смотрю, тебе нравятся люди, склонные к разрушению. — Мне определенно нравятся люди, склонные к разрушению. И в этом нет абсолютно ничего хорошего. Когда дверь открыл молчаливый вежливый дворецкий, Драко привычно кивнул ему и шагнул в дом. Грязные ботинки зашлепали по белоснежному ковру, когда они услышали негромкое: — Вас ждут наверху. — Я знаю, где это, можно не провожать, — кивнул Драко. Летнюю резиденцию Гринграссов он посещал несколько раз и знал, что на втором этаже имеется единственная комната, пригодная для официальной встречи. Едва ли Астория ждет их в своей спальне. Они поднялись по изящным резным ступеням на второй этаж. Летняя резиденция полностью оправдывала свое название. Здесь все кричало о легкости и расслабленности — огромные окна и белоснежные стены визуально расширяли помещение, наполняя его воздухом и светом. На стенах кое-где висели абстрактные картины в светлых оттенках. Они шли мимо изящных столиков с полевыми цветами, и Драко думал о том, что наверняка вся эта воздушность ужасно раздражала бы Панси. Она любила китч сильнее, чем обсуждать знакомых за их спиной. — Как тебе здесь? — небрежно бросил Драко. — Нет укрытий, к тому же с такими огромными окнами снайпер отработает по любой цели на его вкус, — тут же ответил Гарри. — Я не это имел в виду! Как тебе дизайнерское решение? Некоторые картины стоят дороже самого дома. — Серьезно? — брови Гарри поползли вверх. — За вот это? Он махнул рукой на изящное переплетение белоснежных петель-маркеров на сером фоне. — Это Туомбли, — вспомнил занятия по истории искусств Драко. — Семьдесят пять с половиной миллионов баксов, если я правильно помню. Потрясенный такой суммой, Поттер остановился и уставился на картину. — Что там ищешь? — насмешливо поинтересовался Драко. — Код взлома Пентагона, — мрачно ответил Гарри. — Он наверняка здесь как-то хитро зашифрован, иначе я не могу понять, почему эти петли стоят, как вертолет. Драко не удержался от смешка. Было что-то очаровательное в том, как Поттер нахально игнорировал существование целой индустрии искусства и искал практическую пользу там, где от нее не было никакого толка. Они оказались у двери в гостиную, и Драко бегло взглянул на Поттера, прикидывая впечатление, которое они произведут. Прямо сейчас они оба выглядели гораздо лучше, чем когда сошли с корабля контрабандистов Уизли, однако драка со святошами и прогулка по подземным коридорам едва ли пошла на пользу их внешнему виду. Драко попытался пригладить волосы, но едва ли это что-то поменяло. — Лучше все равно не будет, — пробурчал он себе под нос и потянул дверь на себя. В просторной гостиной сидел только один человек. Его глубокое кресло стояло спинкой ко входу, и Драко с Гарри могли видеть только ноги, одетые в изящные туфли. — Астория, — выдохнул Драко. — Давно не виделись. Хозяйка комнаты изящно покачала ногой, закинутой на вторую ногу. — Мы и правда давно не виделись, Драко, вот только я не Астория. Голос Панси Паркинсон Драко узнал бы, даже лежа в коме. Да и сама владелица этого голоса, насладившись эффектом, поднялась на ноги и одарила его торжествующей улыбкой: — Когда сообщили, что ты явишься с телохранителем, я думала, он будет старше. Панси насмешливо оглядела их обоих с головы до ног, ничуть не смущаясь. Она была в том же самом кардигане, что и в тот день, когда убили Дафну. Драко никогда не утруждал себя запоминанием нарядов Паркинсон, но момент, когда он сжимал ее в руках, не давая выпрыгнуть из тачки на полном ходу, не забудет никогда. Этот черный кардиган крупной вязки навеки слился с душераздирающими криками Панси. Криками, которые он слышал в ночных кошмарах. — Ты что, не рад меня видеть? Панси заметила, как помрачнело лицо Драко, но едва ли поняла, в чем дело. Осознание, что он не хочет рассказывать ей про дурацкие ассоциации, пришло мгновенно. Панси слишком хорошо его знала, чтобы открыто врать ей в лицо, значит, нужно было действовать умнее. — Мне сообщали, что встреча пройдет с представителями Гринграссов, так что нас обоих обманули, — ухмыльнулся он. — Скучаешь по Астории? — цокнула языком Панси. — Разумеется, я скучаю по Астории. В последний раз, когда мы виделись, это была лучшая вечеринка в моей жизни. Я бы сказал, огненная, — фыркнул Драко, вспоминая, как сполохи пламени плясали на красивом лице Гринграсс. Вдруг голос за его спиной недовольно протянул: — Мне придется отправить ковер внизу в стирку. Малфой, я, конечно, рада, что ты жив, но у всего есть предел. Драко и Гарри одновременно оглянулись и увидели Асторию Гринграсс, которая держала в руках две фарфоровые чашки с чаем. Несмотря на строгий тон, ее лицо вспыхнуло облегченной улыбкой, когда она встретилась взглядом с Драко. Но эта улыбка тут же погасла, когда она перевела взгляд на Поттера. — Я видела это лицо по телевизору. Что ты делаешь в моем доме, коп? — Астория, он теперь работает со мной. Вытащил меня из… — Я спросила у него, — перебила Гринграсс. — Поттер, верно? Гарри на миг нахмурился, но быстро взял себя в руки и очень вежливо ответил: — Ты, должно быть, младшая сестра Дафны? Рад знакомству, я много о тебе слышал. Астория распахнула глаза в изумлении, а на ее лице начали проступать красные пятна. Драко с изумлением осознал, как хитро Поттер только что нейтрализовал зарождающийся конфликт. Впрочем, спецслужбистов же должны учить психологии или что-то вроде того? Переводя взгляд с Астории на Гарри и обратно, он наблюдал, как враждебность трансформировалась в изумление, а затем — в горечь. — Ты знал ее. Это был не вопрос. Астория говорила тихо и четко, не сводя глаз с Поттера. — Знал. Дафна была смелой и умной. А еще она была важным для меня человеком. Мне жаль, что ее больше нет. — Мне…я… — Астория так растерялась, что не знала, что ответить. Драко хотел прийти к ней на помощь, но первой оказалась Панси. — Значит, это правда. Ты тот самый коп, который крутил роман с Дафной? — ее голос сочился ядом. — Вот это наглость — приходить в дом ее семьи. Драко задохнулся от смеха. Ничуть не сдерживая себя, он расхохотался в голос, запрокинув голову. Вся эта ситуация просто не могла быть настоящей! Поттер, моментально нашедший способ заткнуть начинающееся извержение вулкана, и Панси, вообразившая, что Поттер — любовник Дафны. Его жизнь каждый день была невыносимым абсурдом, но эта встреча — вишенка на тортике. Нервный смех рвался из груди, высвобождая ужас близкой смерти. Он слышал этот щелчок заклинившего пистолета у своего виска, и смеялся, не обращая внимания на соверешнно обескураженных Гарри, Асторию и Панси. — Он что, успел тронуться головой? — осторожно обратилась Панси к Поттеру, с испуга даже позабыв, что планировала швыряться в него обвинениями. — Был нормальный до этой минуты, — ответил Гарри, а затем, задумавшись, добавил. — Но, может, я не знаю, что такое «нормальность» для него. Драко сделал судорожный вдох, пытаясь взять себя в руки. Сердце отчего-то колотилось, как безумное, а руки едва заметно тряслись. Это не просто выглядело так, словно он окончательно тронулся умом, это и ощущалось так же. Драко протянул руку и взял фарфоровую чашку из рук Астории, которая взирала на него с таким изумлением, будто он только что предложил в качестве развлечения подорвать ее дом. Сделав глоток прекрасного эрл грея, Драко пересек комнату и, с трудом сдерживая улыбку, произнес: — Не совсем, Панси. Тот коп, который крутил роман с Дафной, пару часов назад чуть не вышиб мне мозги. Представляешь, приставил пушку к моему виску и — пуф! Он сложил пальцы левой руки «пистолетиком», приставил к собственному виску и очень демонстративно изобразил «пуф!» — Только Дафна выбрала копа-неудачника. Пистолет заклинило, и великой мести не случилось. Это другой коп, Панси. Хотя прекрасно понимаю твое замешательство. Иногда так легко перепутать, — удержаться от того, чтобы наградить Поттера презрительным взглядом, оказалось совершенно невозможно. Драко с удовольствием оглядел комнату, наслаждаясь произведенным эффектом. А посмотреть тут было на что. Паркинсон прижала подушечки пальцев к губам и окончательно растеряла всю свою самоуверенность. Астория обняла чашку пальцами и с нечитаемым выражением лица смотрела на Драко, а вот Поттер… Поттер, похоже, все понял. Он нахмурился, сжав руки в кулаки, но взгляд был чертовски обеспокоенным. Это было совершенно неуместно, нужно было взять себя в руки, но Драко уже достаточно раз заткнул самому себе рот за этот день. Взгляд пробежался по роскошным огромным окнам и изящному кофейному столику назад, к выходу, чтобы встретиться со взглядом зеленых глаз. Эти копы всегда были лживыми кусками дерьма, но на этот раз Драко захотелось поверить, что Гарри действительно жаль. — Твою мать, Драко, — выдохнула Панси. — Вы убили ублюдка? Больше всего на свете захотелось предоставить слово Поттеру, чтобы он сам сообщил потрясающие новости. Этого хотелось так сильно, что он уже открыл рот, чтобы произнести ядовитую реплику, но вовремя остановился. Астория и Панси и без того чертовски настороженно смотрели на копа. — Предпочли непротивление злу насилием. Не сговариваясь, Гринграсс и Паркинсон фыркнули. — Что? — усмехнулся Драко. — Разве я не похож на доброго самаритянина? Если тебя ударят по одной щеке, подставь другую. — Чтобы можно было незаметно вытащить ствол? — поинтересовалась Астория. — Чтобы заполучить место настоятеля в соборе Сент-Дэвид, — огрызнулась Панси. — Драко, какого хрена? Ты не можешь оставить в живых того, кто покусился на наследника Малфоев! Это касается не только тебя, копы обязаны бояться. — Я знаю, знаю. Он не в состоянии больше болтать. Просто… У меня были сложные последние пара недель, ладно? — он упал в кресло и сложил ногу на ногу, сделав еще один глоток чая. — Копа зовут Гарри Поттер, и, если б не он, мы бы с вами сейчас не разговаривали. Если с этим закончили, давайте обсудим… что мы хотели обсудить? Отец дал мне время и место, но больше никаких вводных. Если у вас есть хорошие новости, давайте начнем с них. Видит бог, мне сейчас нужны хорошие новости. Панси, все еще бросая неприязненные взгляды на Поттера, сложила руки на груди и кивнула Астории. Та поджала губы и прошагала через всю комнату, царственно опустившись со своей чашкой чая в кресло. Она больше не смотрела на Поттера, но была настроена куда менее решительно, чем Панси. — Мы можем свободно говорить в присутствии мистера Поттера? — Вроде того. Он на нашей стороне в деле с Бруствером. Все, что касается этого, пусть слушает, — кивнул Драко. — Мне кажется, сейчас все новости связаны с Бруствером, — пожала плечами Астория. — Но, если тебе нужны хорошие новости, у меня есть одна. Видишь ли, мы ждем еще одного участника встречи. Вариантов было немного, и Драко сильно сомневался, что встреча с Тео сейчас будет хорошей новостью. Особенно в компании чертова Поттера. Раздался вежливый стук, и, поскольку дверь была уже открыта, еще один участник встречи встречи остановился на пороге, чтобы всех приветствовать в своей неподражаемой манере: — Подумать только, Малфой. Ты прошел через настоящую мясорубку, но все равно остался королевой драмы. Честное слово, всегда восхищался тем, как ты верен себе. Драко резко обернулся, и на его губах расцвела слабая улыбка. Это не было нервным срывом или истерикой. Искренняя радость медленно растекалась по венам, согревая и делая этот день лучше. Мир будто снова на несколько мгновений стал таким, каким всегда был. Потому что в дверях стоял Блейз, мать его, Забини. Стоял и улыбался так, будто все действительно могло стать хорошо.