Найду тебя

      Слушая дыхание мирно спящего рядом Ён Иля, Ки Хун не мог поверить своему счастью. Он усердно старался мыслить трезво, не давая возобновившимся чувствам взять верх над первоочерёдными планами. И всё-таки что-то в поведении Ён Иля не давало ему покоя. Всё что он говорил, было складным и логичным, но будто...не совсем искренним. Что-ж, впереди ещё было время это проверить.

***

      Давно знакомый женский голос в динамиках объявил о начале следующей игры. Игрокам дали время, чтобы разделиться на команды по пять человек. Большинство сгруппировались по принципу "крестики к крестика, кружочки к кружочкам", поэтому от лица Ин Хо не ускользнул взгляд Ки Хуна, с сомнением поглядывавшего на его голубую нашивку на груди. - Я в тебя верю, у нас всё получится. - Ведущий протянул руку игроку, тем самым говоря о том, что готов стать частью его команды. Также в её состав вошли Чон Бэ, без которого Ки Хун, по всей видимости, не собирался сделать и шагу, беременная девушка и ещё один молодой сильный парень, чей образ стереотипно отличался от всех остальных, кому, как правило, всегда старалось помочь доброе сердце 456-го.       С невероятной точностью проходя каждую мини-игру шестиногого пентатлона, Ин Хо поражался тому, как же фортуна любила этого человека. Каждый участник их команды с первой попытки проходил отведённое ему испытание. Он бы даже не удивился, если б у него самого получилось запустить волчок правой рукой, да ещё и с первого раза. Но чуда не произошло, также как со второй и третьей попытки; зато он ощутил, как волна по истине игрового азарта начала настигать их команду. Страх, тревога, волнение, предвкушение - сколько всего одновременно испытывали игроки, находясь в минуте от победы или проигрыша. В случае поражения они бы даже не успели расстроиться, всё закончилось бы слишком быстро. Зато вкус победы в шаге от смерти будет для них ощущаться особенно сладко. Жаль только, не было зрителей, да и остальные, осознающие, что они на пять человек дальше от суммы выигрыша, будут не очень-то рады видеть их живыми. Успешно запустив волчок ведущей рукой, но всё же с четвёртой попытки, Ин Хо практически не оставил времени на чегичаги для последнего игрока. Оставалось надеяться, что он сможет справиться с первой попытки. Это было бы проще, чем объяснять потом, почему трое игроков из команды погибли, а двое выжили и теперь прохлаждаются в кабинете ведущего. Ки Хун действительно успел успешно набить снаряд четыре раза, но на пятой попытке чега отлетела дальше, чем он смог бы дотянуться. Офицерская реакция Ин Хо выставила их скованные вместе ноги в широком выпаде, ловя и отбивая снаряд прежде, чем он успел бы коснуться земли. Пять секунд и они пересекают финишную черту.                   Переполненные радостью вкуса победы, четверо мужчин и одна девушка рухнули на пол, чтобы восстановить внезапно сбившееся дыхание. Даже после того, как охрана сняла с них кандалы, игроки ещё пару минут отказывались вставать, чтобы двигаться дальше. Ин Хо поднялся первым и посмотрел на состояние Ки Хуна. 456-й выглядел настолько удовлетворённым, что скорее всего даже ненадолго забыл об истинной причине своего нахождения здесь. Хван протянул руку каждому по очереди, помогая подняться с пола, но пожалел о содеянном секундой позже, глядя как Чон Бэ сжимал в объятиях его Ки Хуна. Он бы избавился от назойливого спутника при первой же возможности, но было нельзя. Друзья и близкие - та самая надежда, что заставляла Ки Хуна не опускать руки. Сделай он так, чтобы 390-й погиб раньше времени, весь план бы пошёл коту подхвост.

***

Второй раз ему захочется убить его ночью. Ки Хун уже пожалевший о том, как сильно расслабился за последние сутки, возьмёт себя вруки и начнёт продумывать дальнейший план. Игроки, отказавшиеся на голосовании в очередной раз уехать с острова, станут очередным напоминанием о том, что деньги им дороже собственных жизней. И почему он до сих пор этого не понял? Отдельным разочарованием для него станет тот самый Чон Бэ, сменивший свой крестик на кружок, в отличии от Ин Хо, к которому Ки Хун был предрасположен теперь ещё сильнее. Несмотря на этот факт, ночь после пройденный командой игры,им пришлось провести не вдвоём. 456-й, раздражённый наплевательским отношением окружающих к собственным жизням и всему происходящему вокруг, вспомнил о том,кто здесь негласный герой. Он заставил команду построить баррикады, загнал всех спать под кровати и устроил ночные дежурства. Сам Ки Хун вызвался охранять их первым, не то от испытываемой им тяги защитить всех, не то от волнения, которое всё равно не дало бы ему быстро заснуть. Знал бы он, что сами того не ведая,они уже остановили восстание накануне, когда всем составом зашли в туалет в момент зарождающейся драки. При виде 001-го игрока, неплохо отделавшего его накануне, Танос выпустил из хватки трепыхающегося Мин Су, решив отложить разборки на потом. Ожидаемо, Чон Бэ, метавшийся между стыдом за своё предательство и нуждой в дополнительных деньгах, всё-таки пришёл на исповедь к другу. Присев рядом, он начал издалека, вспоминая их детство и ситуации, вкоторых пришлось побывать нерадивым детишкам. Ки Хун долго сидел насупленным, пожираемым тревогой, не позволяющей расслабиться, даже когда стало очевидно,что нападать на них никто не собирался, но всё же но всё же сдался и проявил свои истинные эмоции под напором бесконечного лепета 390-го. Тот несколько раз постарался задеть самолюбие Сан Мун-донского друга, вынуждая его начать оправдываться, обижаться и реагировать в ответ. Ин Хо сжал кулаки, удерживаясебя от попытки вылезти из-под кровати и разбить этому засранцу нос, но его быстро отпустило в момент, когда он услышал тихий ответный знакомый смех. - Вот теперь я тебя узнаю, - Чон Бэ потрепал его за плечо. -Вот он, скупердяй из Сан Мун-Дона, добрый, но вредный Сон Ки Хун. Хван не слышал начала разговора, но теперь, забыв о том, что на дворе была ночь, двое друзей разговаривали почти в полный голос, вынуждая невольно подслушивать их. - Можно вопрос? - Чон Бэ сбавил обороты, в миг, приобретая серьёзное лицо и переходя на тон тише, вспоминая, что их всё-таки слышно. - Что между ним и тобой? Чон Бэ не оглашал имён, но Ин Хо был уверен, что тот кивал всторону той части подкроватной темноты, где лежал именно он. Кулаки сжались вновь, заставляя начать размышлять, по какой причине ему хотелось прибить 390-го больше: от того, что позволял себе лезть в их личную жизнь; без напряга мог заставить Ки Хуна рассмеяться; может, потому что предал его на сегодняшнем голосовании, а сейчас сидел здесь, как ни в чём не бывало или просто не нравился Ин Хо? Так или иначе, поводов хватало, но нельзя было выдавать себя. После небольшой паузы, он услышал смазанный ответ: - Я не знаю, что между нами, но это выглядит как начало чего-то хорошего. Возможно, единственного хорошего, что есть у меня в жизни. - Ки Хун мечтательно уставилсяв потолок, не давая чёткого разъяснения своим словам. - То есть вы...вместе? - Чон Бэ старался аккуратно подбирать слова, чтобы ненароком не оскорбить друга. Тот в ответ лишь пожал плечами.Больше они к этой теме не возвращались. А действительно: какое право Ин Хо имел заявлять свои претензии на Ки Хуна, если фактически являлся ему никем? Если бы тот знал на самом деле кем являлся его Ён Иль, скорее всего, он бы просто стёр его в порошок. Во всяком случае, попытался бы. Ещё пол часа Ин Хо лежал несомкнув глаз, слушая, как два друга общались на отвлечённые темы, пока не услышал, как один из них всё-таки собрался отойти ко сну. - Ки Хун, ты уверен, что точно не хочешь спать? - тот скорее всего в тишине отрицательно помотал головой. - Ну как хочешь. А я пошёл. Добрых снов или что ты сам собрался видеть в этом бодрствовании. Дождавшись, пока дыхание 390-го выровняется с другими, вунисон посапывающими под кроватями, Ин Хо вылез из-под своей и подсел к всё также не спящему единственному дежурному. - Я считаю, что тебе всё-таки нужно поспать. - Его тон не был предлагающим или спрашивающим, как у простака Чон Бэ. Это был скорее приказ, похожий на те, которыми ведущий зачастую одаривал подчинённых. Не желая слышать лишних возражений, Ин Хо притянул игрока за плечо и уложил его голову к себе на колени. - Отдыхай, герой. Я не позволю никому приблизиться к нам даже на метр. Ки Хун обречённо выдохнул, но послушался и закрыл глаза.Приятное тепло разлилось по организму, когда тонкие пальцы начали перебирать его волосы, массируя и успокаивая. - Ты ведь всё слышал? - Сон задал вопрос, заранее зная ответ, который он так и не получил. - Я знаю - слышал. Извини за этот шум. Ин Хо понимал, что теперь Ки Хуна будет мучать совесть, будто бы он был в этом виноват. И не надоело же человеку быть вечным героем. Он догадывался, какой вопрос может последовать дальше, но был готов к этому, иначе бы вообще не показал, что не спит. Однако, Ки Хун воздержался и даже более того - достаточно быстро уснул. Видимо, в присутствии"Ён Иля" он действительно ощущал полную защищённость.

***

Новый день - новая игра. Ин Хо понимал, что они приближались всё ближе к финалу, поэтому и действовать нужно было более уверенно. После очередного этапа игроков должно было стать ещё меньше, и задачей ведущего было сделать так, чтобы по возможности выжили нужные люди. Без раздумий хватая и спасая более слабых участников игры "Третий лишний", Ин Хо вновь и вновь доказывал свою преданность идее Ки Хуна. По крайней мере, он так думал.       Начался 1 раунд. Голос из динамика объявил: "10 человек". Команда 456-го состояла из девяти. Найти одного человека было не проблемой, поэтому ведущий даже не стал лезть, позволяя участникам самим проявить инициативу. Время вышло, раздался щелчок замыкаемой двери и звуки выстрелов среди тех бедолаг на поле, которых в команду никто не принял. На второй раунд было объявлено 4 человека. Два морпеха,первый и последний игрок - казалось бы, идеальный состав, которому стоило сразу же бежать в укрытие, но 001-й, отцепив от себя руку Ки Хуна, рванул в сторону,обещая справиться и помочь другим. Он видел, как 456-й реагировал на расстрел в прошлом раунде и был уверен - этот поступок он оценит по заслугам. А заодно ипощекотит себе нервы, переживая за того, кого терять теперь не собирался никогда. - Как же я рад тебя видеть, - как и ожидалось, Ки Хун снёсего объятиями тут же, как только Ин Хо появился на горизонте. Они не виделись всего лишь минуту, но ощущалось это так, будто прошла целая жизнь.       На третий раунд игра предложила участникам собрать команды из трёх человек. Проделывать этот же трюк Ин Хо не стал, крепко сжав ладонь Ки Хуна в своей. Как и все, они начали искать одного, оставшегося без парычеловека. Заметив одинокую старушку, чьего сына забрали два крепких участника, Хван сразу же рванул к ней.       Отдышавшись, вновь выпущенные на свободу, вот уже многие игроки выискивали в толпе тех, кому желали добра. Несмотря на ту чёрствость, которую они проявили в начале, многие уже обзавелись друзьями и желали через1-2 этапа игры выйти на волю вместе. Ин Хо понимал, что развязка всё ближе, и вряд ли они дойдут до финала: либо игроки проголосуют за уход и отправятся восвояси, либо Ки Хун объявит революцию.       Следующий этап - шесть человек. Уже все обитатели острова втянулись в правила и оперативно разбивались на команды. Сейчас исход игры решала лишь скорость, поэтому Ин Хо не мог позволить Ки Хуну геройствовать.Загнав его и его команду в комнату, он сразу же захлопнул дверь, не позволяя даже подойти к окошку для разведывания обстановки.       И вот, последний раунд. В комнату должны были войти только двое. Первый и последний игрок переглянулись, без слов решая, что каждый из них ссправится и по раздельности, и лучше они помогут другим. Ки Хун сразу схватил кого-то, утаскивая в свободное помещение, Ин Хо оглянулся по сторонам, решая, кого ему стоит спасти. "Судьба, да ты сегодня великодушна...", - рядом сним стоял такой же, озирающийся по сторонам Чон Бэ. Схватив его под локоть, Ин Хо рванул в сторону ещё не занятой никем комнаты, но был остановлен парой чуть более быстрых игроков. Первого он вытолкал прямо у порога, со вторым же пришлось сцепиться, когда они уже находились внутри. Фронтмэн очень не хотел, чтобы его напарник видел то, что происходило дальше, но неумолимо уходящее время не оставляло им выбора. Дождавшись, пока безвольное тело перестанет трепыхаться вего руках, Ин Хо и сам обмяк, устало прижимаясь к стене. Теперь можно было выдохнуть, это был последний раунд.

***

- Ки Хун, мне нужно тебе кое-что сказать, - Чон Бэ догнал друга по возвращении в кампус. - Насчёт Ён Иля... - негромкое покашливание раздалось за его спиной. Обернувшись, он наткнулся на два хищных с прищуром смотрящих на него зрачка, ойкнул и сразу же отвернулся обратно. - Что ты хотел сказать, Чон Бэ? - В прочем, не важно. Это не мы такие, это место такое, оно меняет людей. Делает их странными. Чувствую, я и сам скоро свихнусь, надо выбираться отсюда. - Да, ты прав, надо... - Ки Хун мысленно уже вёл подсчёт оставшихся крестиков и ноликов, готовясь к вечернему голосованию. Вот бы натерриторию ворвался Джун Хо с его спец-командой и разнёс здесь всё к чёртовой матери. Сон верил в то, что его вольный напарник продолжал поиски во что бы тони стало и, возможно, действительно был близок к разгадке. - Эй, Ки Хун, присоединишься к нам? - Из размышлений его вывел голос молодого морпеха, зазывавший 456-го отметить победу всей их командой. - Воздержусь. Мне нужно побыть одному. - Лидер откланялся и забрался на верхний ярус кровати, где сейчас его бы точно никто не потревожил.       Итак. Сотня выживших человек - неплохой результат. Если уйти этим составом, будет уже более чем достаточно. Ки Хун был готов сам компенсировать оставшиеся долги несогласных, если те захотят продолжить игру. Благо, таких было немного, а значит, и убеждать стало бы легче, и денег хватило бы на всех. Допустим, они выиграют голосование, но что делать дальше? Он ведь так и не выполнит ту цель, ради которой явился сюда. Их отпустят домой, он не найдёт главаря, а через год игры повторятся вновь. Что думал на этот счёт ЁнИль? Почему он до сих пор ничего не предпринял?       Ки Хун склонил голову с края кровати, наблюдая, как 001-й очём-то как всегда мило переговаривался с остальными участниками их команды. Он не выглядел озабоченным теми же проблемами, что волновали его самого, тем неменее, украдкой время от времени поднимая глаза в сторону лежащего "капитана".       Ки Хуна и раньше одолевали сомнения, к которым добавился очередной вопрос: что в поведении Ён Иля могло так напугать Чон Бэ? Он взглянул на Сан Мун-донского друга, сидевшего в окружении остальных. Как всегда улыбался, как всегда шутил, но всякий раз пересекаясь взглядами с Ён Илем, ненадолго замолкал, уводя глаза в сторону. Возможно, это простая ревность. Ки Хун откатился назад на подушку, мечтательно глядя в потолок. Его ревновали? Его, уже давно повзрослевшего, не ищущего любовных интриг мужчину? Он мысленно улыбнулся, но понимал - здесь хранилось что-то ещё.       Так какой же был план? Первостепенно, на голосовании всё равно должны были победить крестики. Их бы начали готовить к отправке домой,вероятно, как всегда, усыпляя. Значит, к ночи их одежда должна была промокнуть настолько, чтобы можно было спрятать в ней лицо, лишь понарошку показывая, будто газ подействовал. Очнувшись, они заберут оружие у солдат, попутно захватывая их в заложники. Прячась за их спинами, проберутся в центр управления, найдут главаря и закончат эту игру.

***

      Наступил вечер. Голосование дало неожиданный результат: ничья. Люди в масках сообщили, что у игроков есть время подумать до утра, и тогда голосование состоится вновь. Сейчас же чуть ли не каждый ушёл в свой угол разрабатывать маленькую стратегию, ведущую его и к будущей победе и к сохранению жизни. Ки Хун понимал, что теперь ему не придётся спать в мокрой одежде, но это не отменило его планов пойти в душ. Тем более теперь, когда все игроки были заняты размышлениями и ожиданием предстоящего ужина, там точно должно было быть пусто. Ки Хун взглянул в сторону команды, убеждаясь, что никто не планировал пойти следом за ним. Морпехи общались между собой, беременная девушка присоединилась к старушке и её сыну, одного Ён Иля нигде не было видно.       Зайдя в ныне пустующее пространство умывальной комнаты, обычно наполненной бесконечными разговорами, Ки Хун услышал слабый звукструящейся воды из последней кабинки - единственной, являющейся душевой, а не туалетом, а также негромкое мычание какой-то отдалённо знакомой мелодии,которую напевал человек. "Чёрт, кто-то решил прийти сюда раньше меня", - раздосадованный отменённым уединением, игрок решил, что ему ничего не остаётся, кроме как ждать, пока место освободится. Он облокотился спиной о стену, встав недалеко от нужной ему кабинки, и принялся ждать. Спустя минут пять стихло пение, а следом и шум воды. Кабинка открылась, и из неё вышел человек, одетый лишь по пояс, позволявший своему телу сушиться естественным путём. - Красиво поёшь, Ён Иль, - Ки Хун скрестил руки на груди, стараясь не выглядеть неловким, будто пойманным на подслушивании чего-то секретного. - И не менее красиво выглядишь. Ён Иль скромно улыбнулся, проводя рукой по мокрым волосам, привычно зализывая их назад, но опомнившись, невзначай тряхнул головой, позволяя прядкам вновь облепить его лоб. Он пробежался взглядом по фигуре мужчины у стены, представляя, как тот бы выглядел сейчас на его месте и произнëс: - Желаешь присоединиться? Ки Хун опешил, сглатывая ком, подступивший к горлу. После проведённой позавчера ночи вместе, казалось бы, он не должен был смущаться, но его тело и мозг говорили об обратном. То было в ночи, в темноте, под накаломэмоций, сейчас же все мысли были посвящены составлению плана и не оставалось времени даже подумать о чём-то таком. Но вот он, Ён Иль, стоял перед ним безверха, соблазнительно глядя и призывая к себе. - Ну-же, пойдём, тебе нужно немного расслабиться, - не давая времени на ответ, он сам подошёл к сомневающемуся и взял его руку в свою. Затянув их обоих в кабинку, Ин Хо еле уловимо коснулся воротника куртки Ки Хуна, как бы спрашивая разрешения. Не отпрянул. Раздев их обоих, он быстро настроил ещё не успевшую остыть воду и прижался спиной к кафельной плитке, притягивая второго к себе. Теперь струящаяся вода по большей части попадала на голову и спину Ки Хуна, позволяя ему запрокинуть голову, обнажая соблазнительно тонкую шею, и наслаждаться окутывающей мягкостью и теплом воды. Брызги попадали и на Ён Иля, мелкими струями сбегая по его ароматно пахнущему после уже принятого душа телу ивзмокшим волосам. Его глаза горели в полумраке вечерней душевой, пожирая обнажённого перед ним Ки Хуна. Он почувствовал, как сильные руки обхватили талию, собственнически притягивая ближе. Их губы встретились в жадном поцелуе, мгновенно сплетаясь языками. Руки Ён Иля скользнули ниже, очерчивая контуры его тела. Лаская, запоминая. Ки Хун повторил эти движения, проходясь по плечам, груди, перебирая каждое рёбрышко. Заведя руки за его спину, он провёл полусогнутой ладонью вдоль позвоночника, в ответ ощущая лёгкое подрагивание со стороны Ён Иля. Он шумно выдохнул и прикрыл глаза, запрокидывая голову иприжимая Ки Хуна ещё ближе. Необычное место для эрогенной зоны, но оно позволяло ему чувствовать себя уязвимыи и желанным одновременно. Эти реакции заставили Ки Хуна стать немного смелее, беря инициативу в свои руки. Продолжая ласкать, он провёл ладонью вниз по телу Ён Иля, касаясь почти твёрдого члена. - Я всегда так на тебя реагирую, — тот невозмутимо оправдал своё состояние, ощущая руку Сона ниже пояса. Тот же хитро прищурился, опускаясь на колени, глядя на дальнейшую реакцию партнёра. Для ведущего эта картина была безупречной: сколько лет он представлял перед собой такого Ки Хуна - беззащитного, желающего, находящегося в его подчинении. Ощущения уже переполняли доверху, а это было только начало. Капли воды стекали по изящной спине сидящего, подчёркивая каждый мускул, а пожирающий взгляд Ён Иля заставлял его сердце учащённо биться, давая понимание того, как эта близость заставляла их обоих нервничать. - Ки Хун... - 001-й уже хотел воспротивиться, продолжая эту немую игру, дразня и соблазняя вновь, но ему не дали вставить больше ни слова. Ки Хун обвил его член рукой, проходясь языком от самого основания до головки. Его язык был таким же горячим, как и он сам сейчас, а движения выгляделиуверенно, будто это не был его первый такой опыт, в котором о последующих действиях он мог догадаться лишь интуитивно.       Хван упёрся ладонью в противоположную стену и закатил глаза, с нетерпением ожидая продолжения. Ки Хун обвёл головку языком и взял её в рот, с причмокиванием посасывая. И чем глубже он набирал, тем чаще поднимал невинный взгляд. Ён Иль же, издавая приглушённые стоны, положил руку на его макушку, непроизвольно желая толкнуться сильнее. Однако ему не дали этого сделать, упираясь руками в бёдра и сжимая кожу до красных полос на ней. - Прости… - хрипло произнёс он. - Можно я? - Пусть его взгляд был затуманен возбуждением, он отдавал отчёт своим действиям. Ки Хун вызывал в нём чувства, неподвластные описанию. Искренние, нежные, беззаботные. Будто он никогда не хотел и не умел причинять боль. Во всяком случае Ки Хуну - никогда. И вот сейчас, смотря на него сверху вниз, в его верно преданные глаза со слезами в уголках, он хотел расцеловать его до кончиков пальцев, продолжая в собственной спальне. Для него это было проявлением любви, которое он бы никогда не сумел дать кому-либо другому. Вот и сейчас, снизу послышалось утвердительное «угу», дающее позволение руководить процессом. Ён Иль то просил его взять глубже, то останавливал у самой головки, пока тот игрался, постоянно полизывая и посасывая возбуждённый орган. И пока по помещению раздавались стоны, которые с каждой минутой становились всё громче, Ки Хун и сам возбудился, размышляя о том, было ли их слышно снаружи. Пусть и так - плевать, они не имели права осуждать их за возможность быть счастливыми.       Свою проблему Ки Хун решил устранить самостоятельно, водя ладонью вверх-вниз по собственному члену. Чувствуя, что оргазм Ён Иля достаточно близко, он ненадолго отстранился и поцеловал кожу на его животе. От резкого переключения ощущений мужчина чуть сильнее сжал волосы на его макушке, тихо шипя какие-то ругательства, прислоняя к себе любимого вновь. Оставляя несколько коротких поцелуев в районе пупка, он снова взял в рот, стараясь вобрать всю длину до основания. Ён Иль громко простонал в ответ на его действия и запустил пальцы глубоко в волосы Ки Хуна, прекращая сдерживаться. Наполняя податливый ротик тёплой жидкостью, Ин Хо чувствовал, как подкашивались его ноги; он не думал, что их небольшая игра произведёт на него такой эффект. Ки Хун, определённо довольный, отстранился и вытерся ладонью. На его лице виднелась игривая кошачья усмешка, когда он снова вставал под душ, притягивая Ён Иля вплотную к себе. Тот сразу же опёрся одной ладонью о стену, второй уже стараясь довести Ки Хуна до предела. Он поцеловал слегка припухшие от работы губы, скрывая томные стоны, что просились наружу даже в момент, когда приятное доставалось только Ки Хуну. Он протолкнулся языком в его рот, повторяя движения, что минуту назад проделывались с его собственным телом.       Ки Хун был быстро доведён до исступления и пока вязкая белая жидкость, попавшая на живот, смывалась водой, он уткнулся носом в шею Ён Иля, беспрерывно оставляя короткие нежные поцелуи на коже и восстанавливая дыхание.

***

- Итак, нам нужно устроить революцию. - Ки Хун уверенно обратился к команде после их возвращения из душа. - Кажется, я знаю, как найти главного...