Хамелеон

***

      Шли недели, и ответственные и важные события в жизни Тэхена и Чонгука становились все ближе. Как впрочем, и у их друзей. Приближалось все сразу: у Чимина вот-вот должен был появиться на свет малыш, в университете в скором времени начиналась пора защиты дипломных работ, а ещё, хоть и без фанатизма, но с помощью родителей Тэхен и Чонгук потихоньку готовились к свадьбе. Их отношения продолжали развиваться и укрепляться, и, казалось, они вышли уже на тот уровень, когда доверяешь своей паре безусловно, знаешь, что тебя не предадут и не променяют. В их трёхкомнатных апартаментах царили уют, покой и любовь, которую парни тщательно оберегали.       Уже месяц, как Чимин перестал появляться в салоне цветов, и Тэхен выполнял там не просто функции помощника, а целиком взял на себя управление бизнесом. Чимин и надеяться на такое не мог, был готов к убыткам, но Ким уверенно заявил, что он справится, что его дипломная работа уже почти закончена, поэтому он вполне может поработать. Омеге было жалко спускать в песок их достижения, к которым они все вместе шли долгие месяцы, придумывая новое оформление салона и дополнительные услуги для клиентов. Поэтому, как и прежде, по выходным Тэхен был постоянно на рабочем месте, а в будни приезжал по мере необходимости, контролируя функционирование салона.       Чонгук не возражал. Альфа знал упертый характер своего омеги. Как знал и то, что посадить Тэхена на короткий поводок не получится. Да Чон этого и не хотел. Самостоятельная, свободолюбивая натура — это то, что так привлекло альфу к Киму ещё в то время, когда он впервые обратил на омегу внимание. Красота, да — несомненно, но и характер играл далеко не последнюю роль в становлении их отношений. Поэтому Чонгук лишь порадовался тому, что его омега нашел любимое дело. Переживал альфа только по одному поводу — он планировал после выпуска работать в фирме своего отца и не хотел расставаться с Тэхеном. Омега тоже юрист, причем один из лучших на курсе, такому специалисту были бы тоже рады в юридическом отделе компании семьи Чон. К тому же, это была мечта Тэхена, и Гук надеялся, что тот не променяет ее на салон цветов. Сам Чонгук уже вовсю помогал отцу, он перестал подрабатывать барменом и очень часто подолгу сидел в офисе, изучая бумаги и вникая более подробно в специфику дел строительной организации. В идеале Чон планировал делать это вместе с Тэхеном, но все сложилось так, как сложилось, оставить магазин действительно было не на кого.       Бывали моменты, когда Чонгук и Тэхен не виделись целый день, расставаясь рано утром и уходя каждый по своим делам. А вечером встречались — радостные, соскучившиеся, горячие. Их дни были наполнены делами и заботами, а ночи — нежностью и страстью. Они напоминали женатую пару, которая заключила союз по любви. В принципе так и было, просто официальная регистрация их союза ещё не состоялась.       Ни Тэхен, ни Чонгук не любили кутить в клубах, зависать в шумных компаниях или скакать по аттракционам. Им были ближе тихие спокойные вечера в объятиях друг друга, с тихо работающим телевизором, от которого распространялся неяркий свет. Эти отблески экрана вместе с лёгкой подсветкой по периметру создавали неповторимую атмосферу для двоих влюбленных, расположившихся на белом диване в одной из своих комнат, где они сделали себе гостиную. Тэхену очень нравилось сидеть в сильных руках своего любимого альфы, оперевшись спиной на его сильную подкачанную грудь. А Чонгук, в свою очередь, млел от того, что этот сильный, властный и независимый омега маленьким котёнком греется в его руках, прильнув спиной и беззащитно положив голову на широкое, надёжное плечо альфы. Так и жили, решая проблемы, занимаясь делами и одаривая друг друга любовью, нежностью и лаской.

***

      В один из таких суматошных дней, сумев освободиться раньше, чем планировал, Чонгук решил устроить Тэхену сюрприз. Он знал, что омега должен быть в это время уже дома, потому что в салоне с утра был санитарный день. Накупив в супермаркете вкусняшек, он с довольным видом, предвкушая свободный вечер в объятиях любимого человека, спешил домой. Госпожи Кан дома не было, но это и не удивило Чона, женщина часто отлучалась по своим личным делам. Напрягло Чонгука другое. В их с Тэхеном квартире не горел свет. Было ещё не так поздно, но сумерки уже окутали город, везде были включены фонари, а окна их комнат зияли чернотой.       Чонгук быстро открыл дверь, пулей влетел в дом, оставил покупки на тумбе в прихожей и поспешил к себе. Волнение охватило его, потому что при любом раскладе что-то было не так. Или Тэхен так устал, что уснул, или заболел, или вообще не пришел домой. Чонгук приоткрыл дверь и осторожно зашёл к себе. Альфа огляделся и прошёлся по анфиладе их с Тэхеном комнат. Омеги не было. Нахмурившись, Чон быстро достал телефон и проверил, не пропустил ли он звонок или сообщение от Тэхена. Уведомлений тоже не было. Тогда Чонгук набрал номер Кима, и в этот момент в комнате раздался знакомый рингтон. «Тэхен забыл телефон, значит он ушел совсем недавно», — пронеслась мысль в голове Чонгука, и альфа немного успокоился. Днём они переписывались, и гаджет был у омеги с собой. Почему-то Гук решил, что Ким отправился в салон и тут же вспомнил свою идею сделать своему парню сюрприз.       Недолго думая, Чонгук вышел из дома, на ходу вызывая такси, и уже минут через двадцать, расплатившись с водителем, бодрым шагом подходил к салону. Ещё минута, и он взлетел бы по ступенькам, оказавшись рядом со своим возлюбленным, но… Это пресловутое «но» всегда вмешивается в самый неподходящий момент, путая все карты. Вот и сейчас взгляд Чонгука случайно упал на незашторенное панорамное окно салона, в котором как на ладони было видно все происходящее внутри. Альфа замер. Не веря своим глазам, он проморгался и вновь посмотрел в окно. Сомнений не было. Его омега, его любимый Тэхен висел на каком-то постороннем типе, который, к тому же, крепко обнимал парня. Более того, этот чужак был явно не покупателем. Цепкий ум Чона даже в такой экстремальной ситуации подметил детали. Мужчина был без шапки и верхней одежды. А значит, пришел сюда надолго, и визит его был Тэхену желанен. В последнем сомневаться не приходилось, судя по тому, в какой позе Чонгук их застал. К тому же, Ким, видимо, очень хотел увидеть этого альфу, раз так торопился, что впопыхах забыл телефон дома и отложить встречу на следующий день не захотел.       Все это Чонгук прокручивал в своей голове, медленно спустившись со ступенек и усевшись на скамейку недалеко от салона. Он был разбит и подавлен, его совершенно не тянуло зайти внутрь и набить рожу этому наглецу и отстоять свое. Чонгук вдруг понял, что свое-то, оказывается, никогда своим не было. Он вспомнил все: как впервые увидел этого омегу, как не хотел знакомиться, наблюдая за стилем жизни и общения того. Чон вспомнил свое первое впечатление, которое произвел на него этот охрененно красивый парень и то, как он заталкивал свои чувства как можно глубже, стараясь не поддаваться им. Но судьбе было угодно пошутить. И она выиграла в битве с интуицией. А страдать теперь будет Чонгук. Потому что оказался слаб. Потому что поддался.       Дверь салона неожиданно распахнулась, и из помещения вышел тот самый альфа. Разумеется, мужчина был уже в куртке, махнув на прощание кому-то, кто провожал его, альфа спустился лестницы и уселся в припаркованную рядом машину. Букета у него в руках не было. Букета, который бы хоть как-то мог объяснить нахождение постороннего в салоне. Но нет. Нет. Гук горько усмехнулся, покачал головой и, встав со скамейки, медленно побрел в неопределенном направлении.

***

      Гук шел по вечернему городу, пугая встречных прохожих своим отрешенным видом. Он не видел ни пешеходов на тротуарах, задевая их своим плечом, не извиняясь и не отвечая на их замечания, ни машин на проезжей части, которые сигналили ему. Один раз он чуть не стал жертвой дтп, решив перейти оживленную улицу прямо там, где шел, не посмотрев ни на знаки, ни на отсутствие светофора. Ему было ни до чего. Ему было плохо. Больно и страшно. Он чувствовал себя так, будто его вывозили в грязи, хотя сам альфа ничего плохого не совершил. Чонгука сжирало чувство обиды, а ещё альфа понимал, что от этой потери он оправится не скоро, если вообще оправится. Эмоции абсолютно захлестнули его, и сквозь эту завесу разум пробиться не смог. Не смог заставить своего хозяина хоть немного задуматься, проанализировать, поговорить с Тэхеном и узнать, что на самом деле произошло. Решение в голове альфы было принято. Их с Тэхеном пути расходятся и… и это надо было отметить. Чонгук завернул в первый попавшийся бар с целью напиться до беспамятства, чтоб картинка, засевшая в голове, где посторонний альфа обнимает его жениха, вылетела из головы. Чонгук долго работал в баре, видел многое, поэтому сам никогда не заливал свои проблемы алкоголем. Но перенести такое на трезвую голову оказалось невозможным.       Весь вечер он просидел за барной стойкой, в самом углу, заливая в себя бесчисленное количество алкоголя. Выглядел он при этом так, что его никто не посмел беспокоить, навязывая свою компанию. В черном костюме и черной рубашке, лежащим рядом лёгком черном пальто, с пустым, отрешенным взглядом, он действительно выглядел устрашающе. Чонгук потерял счёт времени, но, видимо, он сидел здесь довольно долго, потому что Тэхен уже несколько раз звонил, разыскивая своего альфу, а Чон методично сбрасывал эти звонки. «Лицемер… Подлец… Меркантильная сука…» — проносились в голове альфы все имеющиеся в арсенале сравнения, а следом, будто слайд- шоу, всплывали картинки их совместных счастливых вечеров, и Гук пьяно улыбался. А потом вновь хмурился, вспоминая то, что увидел сегодня в салоне цветов. Алкоголь не помогал. Чонгук не смог избавиться от мучающих его образов. И когда телефон зазвонил снова, он зарычал, схватил гаджет и принял вызов.       — Не звони мне больше, понял? Забудь про меня! — гаркнул он в трубку.       — Гуки, что с тобой, ты где? — Чонгук уловил в голосе омеги страх и озабоченность.       — Я все сказал, омега. Передай госпоже Кан, что я съеду от нее в ближайшее время. Пусть подыскивает нового постояльца. А за вещами приедет водитель отца.       Чонгук скинул вызов и заблокировал контакт Тэхена.       — Вот так, — зло ухмыльнулся альфа. — Ты больше не будешь меня беспокоить. Обнимайся теперь с кем хочешь… Шлюха… Предатель…        Все это альфа бурчал себе под нос, а потом уронил голову на руки и вцепившись в волосы, завыл. Наблюдавший за ним весь вечер бармен решил, наконец, что пора прекращать эти возлияния, подошёл к Чонгуку и осторожно тронул альфу за плечо       — Уважаемый…       — А? Что? — поднял голову Гук и непонимающе уставился на бармена.       — Вижу, что у Вас что-то произошло, но Вам сейчас лучше пойти домой. Вызвать Вам такси?       — А…Да… Нет, не надо такси… — Гук разблокировал телефон и довольно долго проковырявшись, набрал, наконец, нужный номер.       — Ты время видел, мелкий? — раздался в трубке недовольный голос.       — Юнги-хёён, — пролепетал Чонгук, стараясь говорить членораздельно и не обращая внимание на ворчащего хёна. — Юнги-хён, забери меня, пожалуйста, отсюда.       — Гуки, ты где?       — Я… я не знаю, — удивился Чонгук, но тут же увидел карточку, которую ему подсовывал бармен. На ней было напечатано название бара и адрес. Он продиктовал в трубку все, что было написано на бумажке и тут же услышал короткие гудки.       Юнги появился в баре спустя примерно полчаса. За это время Чонгук умудрился уснуть прямо на стойке, уложив голову на руки и прислонившись к стене. Бармен не прогонял альфу, но и не беспокоил лишний раз, изредка кидая на него взгляд, проверяя, в порядке ли он. И лишь когда к парню уверенной походкой подошёл невысокий молодой мужчина в кожаной куртке, вновь оказался возле Чонгука.       — Простите, возможно, я лезу не в свое дело, но у вашего друга что-то произошло.       — Да я вижу, с ним такое впервые, — кивнул Юнги. — Спасибо, что присмотрели. — Ему весь вечер кто-то звонил, а он не хотел говорить. И все бубнил два слова: шлюха и предатель. Не знаю, кому предназначались эти слова, но… думаю, вы должны это знать, чтоб помочь ему.       — Хорошо, спасибо. Он расплатился за выпивку?       — Не успел, уснул.       — Понятно, — Юнги достал пару купюр из бумажника и положил их на стойку.       — Думаю, здесь хватит. Сдачи не надо.       — Гук, Гуки, — продолжил Юнги, переключив свое внимание на друга. — Просыпайся, Гуки, поедем домой.       — Юнги-хён? Ты приехал за мной? — расплылся в улыбке Чонгук.       — Приехал, приехал, вставай давай, — Юнги взял пальто и потянул Гука с барного стула, приготовившись к тому, что альфа сейчас завалиться на него. Но, на удивление, Гук довольно сносно держался на ногах.       — Поехали, отвезу тебя домой. Вот Тэхен обрадуется, увидев тебя в таком состоянии… Возиться с алкашом то ещё удовольствие… — бубнил Юнги. Он бы и дальше продолжил свои воспитательные беседы, если б услышанное не повергло его в шок.       — Больше никакого Тэхена, хён. Даже имя его не упоминай, понял? И Чимина предупреди, — сказанное звучало уверенно и не было похоже на пьяный бред. Но тем не менее, зная отношения этих двоих, Мин не смог удержать в себе вопрос:       — Ты сбрендил, Гуки? — только и смог выдать Мин. — Совсем мозги отказали?       — Я хочу домой, — пропустил мимо ушей сказанное Чонгук. — Отвези меня домой. К отцу.       Юнги молча уставился на друга и ничего не сказал. Альфа понял, что Гук не шутит и что между этими двумя что-то произошло. Юнги больше ничего не спрашивал, просто отвёз Гука туда, куда он просил, в дом отца, и, передав с рук на руки охране, поспешил домой, к Чимину.

***

      Тэхен нашел в себе силы на следующий день выйти на работу. Он не спал всю ночь, прокручивая в голове последние слова своего альфы. Тот ужас, который охватил его в первый момент после телефонного разговора с Чонгуком, потихоньку отступил и позволил Тэхену рассуждать здраво. Он понимал, что произошло какое-то недоразумение, но никак не мог понять, какое именно, где и когда. Одно Тэхен знал точно — Гук не притворялся, когда говорил о своей любви, не притворялся и вчера утром, когда, уходя на работу, прощаясь, крепко прижимал к себе и нежно целовал, не желал выпускать омегу из рук. И только эта уверенность давала Тэхену силы жить дальше. Но необходимо было разгадать этот ребус как можно скорей, потому что Тэхен чувствовал, что надолго его не хватит. Он просто не сможет долго существовать без своего альфы.       После обеда в салон неожиданно нагрянули Чимин и Юнги. Они не смогли остаться равнодушными к тому, что происходило в отношениях их друзей. Поэтому Чимин, несмотря на то, что ходить ему было уже довольно тяжело, настоял на том, что поедет поддержать Тэхена. Именно он вчера позвонил омеге и сказал, что Чонгук уехал ночевать в дом отца. Тэхен был благодарен парню, потому что это все же лучше, чем бояться и переживать, что твой человек влип в какую-то нехорошую историю и поэтому его нет дома.       Утром Юнги навестил Чонгука. На удивление, тот прекрасно себя чувствовал физически, не страдал ни от каких болей, только заливал в себя минералку, бутылку за бутылкой. Однако был хмур, подавлен и на разговор не пошел, повторив лишь сказанные вечером слова о том, что не желает даже слышать имя своего бывшего жениха.       Все это Юнги рассказал и Тэхену. Заметив, как вытянулось лицо омеги при слове «бывший», Юнги прокашлялся, вытащил Тэхена из-за прилавка и усадил на диван. Чимин в это время закрыл дверь на замок и повесил табличку «Закрыто». — Садись, Тэ, нужно серьезно поговорить, — Мин придвинул стул и сел напротив Тэхена, Чимин же примостился рядом с другом и взял его за руку в знак поддержки.       — Что ты хочешь услышать, хён?       — Я не понимаю, что происходит. А когда я не понимаю, мне это очень не нравится. Что у вас случилось?       — Ничего, хён, в том-то и дело, все было хорошо. Вчера утром мы очень тепло расстались, Гук поехал в офис, я занялся своими делами, списывались несколько раз в мессенджере. А вечером, вечером… — Тэхен прикрыл рот рукой, чтоб скрыть рвущийся наружу всхлип. — Вечером его долго не было дома, я пытался дозвониться, но он сбрасывал, а потом, наконец, ответил и… сказал, чтоб я больше не звонил, чтоб забыл его и что он съедет из нашего дома.       — Что ещё?       — Просил передать госпоже Кан, чтоб та подыскивала себе другого постояльца… а, и что вещи заберёт водитель отца.       — Это все? — нахмурился Юнги.       — Да, хён, это все. Из слова в слово.       — Все равно понятнее не стало, — Юнги поднялся и, засунув руки в карманы, подошёл к окну, задумчиво глядя вникуда, а через пару минут, будто на что-то решившись, вернулся к омегам.       — Давай снова, Тэ. Вспоминай вчерашний день по минутам. В какой момент могло произойти что-то, что обидело твоего альфу?       — Говорю тебе, хён, мы с утра не виделись! — воскликнул Тэхен, пытаясь подавить обиду. — Он… он отказался от меня, а ты ищешь причину во мне!       — Юнги, пожалуйста, не дави, — попытался влезть в разговор Чимин, сидевший до этого на удивление тихо и смирно.       — Чимини, давай ты помолчишь сейчас, хорошо? — мягко обратился Юнги к мужу, но за этой мягкостью очень хорошо чувствовались напряжение и строгость, и Чимин, безошибочно считав эмоции своего альфы, кивнул и замолчал, лишь поглаживая Тэхена по плечу в знак поддержки.       — Значит так, Тэ, то, что я тебе сейчас скажу, ты должен воспринять очень серьезно, но без обиды. Потому что обиженным и преданным сейчас себя считает именно Чонгук.       — Что? — вытаращил глаза Тэхен. — Но… как? Почему?       — Вот это мы и должны выяснить, Тэ. А ты должен мне помочь. Потому что мой друг отказывается говорить со мной на эту тему, запретив произносить твое имя.       — Даже так? — изумился Тэхен.       — Да, так. Более того, в твой адрес из его рта вчера вечером сыпались одни ругательства и непристойности. Он считает тебя предателем и… — Юнги замялся, однако Тэхен, как бы ни был поражён услышанным, все же довольно твердо попросил:       — Говори, хён, говори все как есть. Я выдержу.       — Я не буду повторять все те ужасные слова, что вылетали из рта пьяного альфы, но Чонгук считает, что ты ему изменил. Мало того, он в этом уверен и говорит, что видел это своими глазами. Так что думай, Тэхен, вспомнить поминутно вчерашний день в твоих интересах.       — Я не изменял ему. Я бы не смог, как он мог такое даже допустить? Он настолько не верит мне? — Тэхен растерянно переводил взгляд с Юнги на Чимина и обратно. А потом вдруг поджал губы, поднялся с дивана и, сверкнув глазами, выдал:       — Раз таковы его любовь и доверие, то и пусть считает, как хочет. Я ничего ему доказывать не собираюсь!       — Тэхен, хоть ты будь умнее, а? Давай разберемся в этом недоразумении, а потом делайте, что хотите.       — Ну уж нет, — не смог дальше молчать Чимин и снова вступил в разговор. — Я не позволю вам разрушить такую любовь. Слушай, что говорит Юнги, Тэ. Сиди и думай.       — Хорошо, — утвердительно кивнул головой Тэхен, тяжело вздохнул и снова опустился на диван.       Под внимательным взглядом Юнги, который вслушивался в каждое слово, омега поминутно рассказывал весь свой вчерашний день. И ничего примечательного там не было. Мин понимал, что это все не то. Мало того, что весь день у омеги был посвящен бытовой рутине, там посторонних альф, похоже, вообще нигде рядом не наблюдалось. Разве что в магазине, но это совершенно не то, что они искали. Все становилось ещё более непонятно, пока Тэхен вдруг не замолчал и не поднял в изумлении глаза на Юнги.       — Что? — напрягся альфа. — Что ты вспомнил?       — Вчера после обеда я был уже дома. Я хотел приготовить ужин, но в этот момент мне позвонили. Это был господин Ким, владелец нескольких ферм экзотических цветов. Мы давно гонялись за ним, хотели заключить договор и расширить ассортимент цветов в салоне. Но он был вечно занят, у него и так достаточно деловых партнёров, надёжных и постоянных. А вчера он позвонил, извинился за то, что не мог уделить нам время, и сказал, что сейчас находится с семьёй в Сеуле… И если мы не передумали, то он может сам приехать по указанному в нашем письме адресу. В запросе был указан адрес салона, поэтому я сорвался на встречу, даже телефон дома забыл. Это на самом деле было важно, хён.       — Да, очень важно, Юнги, мы давно об этом мечтали, у него на ферме такие необычные растения! — мечтательно протянул Чимин, а потом вдруг встрепенулся и спросил:       — А почему ты мне об этом не рассказал?       — Это тот каталог, который вы таскали месяца три назад? — не обращая внимание на реплику Чимина, продолжил допрос Юнги.       — Да, он, мы выбирали, чем бы хотели пополнить ассортимент магазина, — подтвердил Чимин.       — Ясно. И что было дальше? — вернулся к теме разговора альфа, понимая, что разгадка поведения Гука становится ближе.       — Мы встретились, господин Ким оказался очень воспитанным, деликатным для бизнесмена человеком. Очень переживал, что не смог сразу ответить на наше предложение. Мы оговорили детали, набросали договор, обсудили планы на сезон. Логистику он взял на себя, чему я был очень рад. Все, больше ничего. Никаких личных разговоров, сальных улыбочек, говорю — очень комфортный в общении человек, и … — Тэхен замолчал на полуслове.       — Что и?       — Когда мы закончили, я решил проводить его до двери, и мне внезапно стало плохо.       — Что? — Чимин не дал другу закончить мысль. — В смысле плохо? Почему ты не сказал об этом?       — А когда бы я рассказал, если сразу началась вся эта свистопляска? Чонгук не пришел домой, не брал трубку, потом выдал мне такое… Я даже про договор забыл, не то, что про обморок.       — Тэхен, давай дальше, — напрягся в ожидании Юнги. — Что было потом?       — Не знаю, — пожал плечами Тэхен. — У меня потемнело в глазах, а когда пришел в себя, то сидел уже на диване, а господин Ким махал на меня образцом договора, видимо, пытаясь оживить.       — Понятно, — цыкнул альфа и оглянулся. — Скорей всего, эту сцену и увидел через окно Чонгук и, не разобравшись, наворотил дел и впал в отчаяние.       — Что? — хором воскликнули омеги, а потом Чимин продолжил:       — Да как он посмел? Придурок! Ну, я ему устрою! Он у меня ответит, за то, что посмел даже в мыслях обидеть моего Тэхени!       — Успокойся, Чим, тебе нельзя нервничать, — обратился к другу Тэхен.       — Как? Как я могу успокоиться, когда слышу такое в твой адрес?       — Знаешь, Чимини, — задумчиво произнес Юнги. — Я бы тоже психанул, если б увидел тебя на руках у левого альфы.       — Но Тэхену было плохо! — продолжал кипятится Чимин.       — Но Чонгук-то этого не знал! — повторил интонацию мужа Юнги.       — Тупой альфа, — скуксился омега и надул щеки, отвернувшись от мужа. — Его омеге плохо, а он, видите ли, психанул. Надо было зайти и сразу разобраться в том, что происходит!       — Согласен с тобой, Чимини. Но имеем то, что имеем. И решать ситуацию придется, исходя из того, что уже произошло. Знаете что, давайте я отвезу вас по домам, а сам наведаюсь ещё раз к нашему вспыльчивому Чонгуки.       Они так и сделали, за исключением того, что Тэхен напросился в гости. Ему не хотелось сидеть в одиночестве в такой момент, да и Чимина оставлять одного было уже страшновато. Юнги, конечно же, согласился и с радостью довёз омег до дома, а сам отправился к Чонгуку. Вправлять мозги.

***

      Тэхен и Чимин расположились на уютной кухне, выставили на стол сок и все вкусняшки, что имелись в доме. Однако толком посидеть и пообсуждать все произошедшее им не удалось. Тэхен смотрел на улыбающегося пару секунд назад друга и не верил глазам. Того буквально перекосило от боли, и омега схватился за живот.       — Господи, Тэ… — сквозь стон произнес Чимин. — Похоже, началось. Звони Юнги.       Тэхен, стараясь не поддаваться панике, несколько раз набрал номер альфы, но тот не отвечал. Чертыхнувшись, омега решил не ждать и не испытывать судьбу. Он набрал номер неотложки.       — Ты же приготовился к этому событию Чимини? — нарочито спокойно говорил Тэхен, хотя внутри его трясло от страха. Было страшно сделать что-нибудь не так до приезда медиков.       — Да, конечно, — ответил Чимин, которого немного отпустили болевые ощущения. — Сумка давно собрана, она там, в спальне, за комодом.       Когда приехала скорая, Тэхен помог Чимину надеть обувь и куртку, и в сопровождении медиков друзья направились вниз. Тэхен категорически отказался отпускать друга одного и залез вместе с ним в машину неотложной помощи.       Юнги перезвонил через час, когда Тэхен в волнении мерил шагами холл больницы, переживая за друга.       — Тэхен, я не слышал твой звонок, забыл утром включить громкость на телефоне. Что-то случилось?       — Случилось, Мин Юнги, очень даже случилось. Что вы за альфы такие? Вас нет именно тогда, когда вы нужны, — фыркнул в трубку Тэхен.       — Тебе не кажется, что хватит на сегодня загадок? Говори нормально, Тэ.       — Возможно. Ладно, ты прав. Чим в больнице.       — Как в больнице? Почему ты мне не позвонил? — возмутился Юнги, не понимая, что от волнения несёт полный бред.       — Я звонил, хён, — хохотнул Ким. — Ты же громкость отключил.       — А, да, точно, прости, Тэ. Как он? Я сейчас приеду.       — Его увезли, с ним врачи. Все будет хорошо, хён, не паникуй.       — Да. Да, я надеюсь.       В больницу Юнги приехал не один. Чонгук не смог пустить волнующегося хёна за руль, к тому же, он ничуть не меньше Юнги переживал за Чимина. Кроме того, видимо, альфа успел за этот час что-то втолковать Чонгуку по поводу увиденной им вчера сцены, потому что Гук вовсе не сторонился Тэхена, а наоборот, старался поймать взгляд омеги. Но неожиданно Тэхен осознал, что очень зол и обижен на альфу из-за недоверия и из-за того, что тот смог допустить мысль об измене. Поэтому общаться с Гуком желания у Тэ не было абсолютно. По крайней мере сейчас. Все свое внимание он направил на Юнги, опекая и успокаивая альфу. Тем не менее, Чонгук улучил момент, когда будущего отца позвали подписать документы, и омега остался в холле один. Альфа быстро подошёл к нему и заговорил, с трудом подбирая слова.       — Тэхени, — обратился он к омеге. — Прости меня, кажется, вчера я был не в себе и наговорил лишнего.       — Нет, Чон, ты не только наговорил лишнего, ты подумал. Ты смог допустить мысль, что я изменил тебе.       — Я не обвинял тебя в измене, Тэ. Я помню.       — Неужели? — брови Тэхена взлетели от удивления. — Тогда что значила твоя просьба забыть, не звонить, что значил твой планируемый переезд? Может быть, ты мне изменил? Что произошло, Гук?       — Как ты можешь так про меня говорить, Тэ? — возмутился альфа.       — А как ты можешь про меня так думать? — не остался в долгу Ким.       — Прости меня, Тэ. Я увидел через окно салона, как тебя на руках несёт другой альфа и… мне сорвало крышу.       — А сейчас, значит, крыша к тебе вернулась. Ветром принесло назад или как?       — Юнги-хён мне все рассказал.       — Хён рассказал, — хмыкнул Тэхен. — Дурак ты, Гуки.       После этих слов Тэхен резко развернулся и хотел было уйти от неприятного разговора, но его вдруг замутило, он зажмурил глаза и схватился за голову, снова почувствовав накатывающую дурноту.       Пришел в себя Тэхен в палате. Рядом сидел Чонгук и держал его за руку.       — Как Чимин?       — Все хорошо, Чимин прекрасно справился, у них родился альфочка, Юнги сейчас со своей семьёй. А я здесь — со своей.       — Что ты несёшь, Гук? Я тебя ещё не простил. И вообще, почему я здесь?       — Тебе стало плохо второй раз за два дня. Я попросил доктора провести хотя бы первичный осмотр и обследование.       — И что?       — Скорей всего, это переутомление. Слишком большая нагрузка. В твоём состоянии учеба и работа — это явный перебор.       — В моем состоянии? А что не так с моим состоянием? — продолжал ершиться Тэхен.       — Ничего пока не скажу. Это просто догадки врача, который тебя осматривал. Сейчас будут готовы результаты анализов, и нам все объяснят.       — Нам? А ты тут причем? Разве о состоянии моего здоровья могут уведомлять посторонних?       — Я не посторонний, Тэ. Я твой жених, ты забыл?       — Ты и врачу это напел?       — Не напел, а сообщил. И даже не соврал, — улыбался Гук.       — Чон, прекрати лыбиться, ты меня раздражаешь.       — Хорошо, любимый, как скажешь.       — Хватит паясничать, альфа! — Тэхен отвернулся к стенке, пытаясь скрыть рвущуюся на лицо улыбку.       — Тэ… Тэхени… Прости меня, пожалуйста. Я правда вчера очень расстроился, нет, не так, у меня мир рухнул, земля ушла из-под ног, я не понимал, как мне жить без тебя, если ты вдруг будешь не со мной. Прости меня…       — Я подумаю, — буркнул Тэхен, но их диалог прервал вошедший в палату врач, и Тэхену пришлось развернуться.       — Ну, что могу сказать, господин Ким, — обратился к Тэхену доктор. — Рад, что вы пришли в себя. С вами все хорошо, но сейчас вы должны поберечь себя. Снизить нагрузки, правильно питаться, наладить режим дня. И ни в коем случае не волноваться. И да, обязательно встаньте на учёт.       — На какой учёт? — вытаращил глаза Тэхен. — Зачем?       — Ах да, я же самое главное Вам не сказал. Мои подозрения подтвердились, Вы беременны.       — Что-о? — недоуменно разглядывал врача омега.       — Мы ждём ребенка, — прошептал Чонгук на ухо своему омеге, не выпуская руку Кима из своих. — У нас будет малыш, Тэхени.

***

Полтора года спустя       — Ну как Тэ, ты готов?       — Даже не знаю, Гуки, зря господин Чон все это задумал.       — Да, мой отец тот ещё затейник, но не соглашусь, что зря. Надо же вас в конце концов помирить.       — Знаешь, я вот вообще не уверен, что это может когда-нибудь произойти.       — Тэ, относись к этому как к игре. Не получится, значит, просто утрешь ему нос. Пусть осознает наконец, что его сын — талантливый и востребованный юрист, работающий в приличной фирме и занимающийся любимым делом.       Так переговаривались Тэхен и Чонгук, сидя за столом на роскошной кухне их собственной квартиры в престижном районе Сеула. Это был подарок родителей на свадьбу, папа Тэхена и отец Чонгука и слышать ничего не хотели, когда дети начали отказываться.       — Вы прекрасно всем доказали, что взрослые и можете жить самостоятельно. Да и мы в этом вообще никогда не сомневались. Но зачем эти эксперименты проводить дальше, я не понимаю, — убеждал парней господин Чон.       — Тем более, у вас скоро появится малыш, наш внук должен жить в комфортных условиях, — вторил ему Ким Киен.       Держать оборону в таких условиях было сложно, а тем более отрицать разумность доводов родителей. Поэтому парни сдались и сразу после свадьбы переехали в новые просторные апартаменты. Кан Кенми стала частой гостьей в этой квартире, а когда родился малыш Минхо — вообще, чуть ли не полностью взяла на себя заботу о ребенке и его папе. Чонгук работал, но по мере сил помогал мужу, а тот, благодаря участию в их жизни Кенми и Киена, тоже смог не забрасывать насовсем работу, готовя документы удаленно. Несмотря на беременность, после получения диплома Тэхен, как и Чонгук, стал работать в строительной фирме господина Чона и за короткий срок показал себя очень квалифицированным специалистом.       Пару месяцев назад к господину Чону обратились представители одной известной фирмы с предложением о сотрудничестве. Наведя справки, господин Чон очень быстро понял, что владелец этой фирмы не кто иной, как отец Тэхена. Отказываться от взаимовыгодного сотрудничества альфа не планировал, но извлечь из этого максимум пользы был не против. Он очень любил Тэхена, души не чаял в своем внуке, уважал Киена. А господин Ким… Господин Ким даже не явился на свадьбу сына, хотя получил официальное приглашение. И очень долго дулся на мужа за то, что тот это приглашение принял. Поэтому Чон-старший решил развлечься и немного поиграть на нервах своего будущего партнёра по бизнесу. И сегодня как раз был тот самый день, на который назначили встречу и подписание договора. Все документы были готовы и, в принципе, присутствие юристов было необязательно, однако господин Чон решил по-другому, и Чонгук с Тэхеном обещали прийти.       Позавтракав, молодые люди поспешили в комнату одеваться, правда, слово «поспешили» не совсем подходило к тому, что происходило в гардеробной. Они чуть не опоздали, увлекшись друг другом, страстными ласками и горячими поцелуями. Однако, когда взгляд Тэхена упал на лежащие на тумбочке часы, он взвизгнул и, несмотря на возбуждение, оттолкнул от себя альфу.       — Гуки! Мы же опоздаем!       — Черт, — прошипел альфа. — Черт бы побрал эту работу, которая мешает жизни!       — Все, бери свои шмотки и вали в спальню, я оденусь здесь, — вытолкал Тэхен альфу и, закрыв дверь, плюхнулся на пуфик, чтоб отдышаться и покачал головой. — Действительно, черт бы побрал эту работу!

***

      Господин Чон был в своем кабинете, когда ему доложили, что приехал господин Ким и его помощник. Тепло поприветствовав гостей, альфа пригласил их за стол переговоров и предложил чувствовать себя как дома.       — Нам нужно ещё что-то обсудить или приступим к подписанию? — поинтересовался господин Ким.       — Давайте минутку подождем, сейчас придут мои юрисконсульты, думаю, так будет надёжнее.       — Хорошо, конечно. Как Вам будет угодно, — учтиво улыбнулся Джинхо и обернулся на звук, потому что в этот момент дверь открылась, и в кабинет вошли двое молодых людей.       Ничего не понимающий Ким-старший грозно нахмурившись, вглядывался в приближающегося молодого альфу. Его спутника он, конечно же, узнал сразу, хоть вида и не подал. Поняв, что ему не мерещится, Джинхо вскочил и еле сдерживая свою ярость, почти заорал:       — Ах ты, щенок! Как тебе удалось так быстро пролезть наверх! Твое место в том бараке и в каком-нибудь заплеванном баре. Что ты вообще здесь делаешь?       — А я ведь вас предупреждал, господин Ким, что Вы не знаете, с кем связываетесь!       — Ты что, вздумал ещё угрожать мне?       — Ни в коем случае. Сейчас это уже совершенно не имеет смысла.       — Господин Ким, осторожнее в выражениях! — поднялся с места отец Чонгука. — Вы сейчас говорите о моем сыне и его муже. Попрошу Вас впредь держать себя в руках и подбирать слова.       — Что? — непонимающе переспросил Джинхо. — Что Вы имеете в виду?       — Я всегда говорю то, что имею в виду. Это мой сын, Чон Чонгук и его муж, Ким Тэхен. Мои юрисконсульты. Начинающие, но очень перспективные ребята. Я счастлив, что в моем юротделе появились такие специалисты.       — Невероятно, это просто невероятно, — опустился обратно в кресло Джинхо. — Простите мне мою выходку, господин Чон. Я ни в коей мере не хотел оскорбить ваших родственников. Я… я не знал.       — Ну, скажем так, господин Ким… это не только мои родственники, не так ли? И Вы это прекрасно знаете.       — Давайте не будем об этом, господин Чон. Может, лучше перейдем к делам и побыстрее закончим? Надеюсь, все произошедшее не повлияет на ваше решение о сотрудничестве?       — Не повлияет, можете не переживать. Я своему слову хозяин и поэтому… — договорить альфа не успел, дверь в кабинет снова открылась и на пороге появился Киен. Киен, который держал на руках малыша Минхо.       — О, вот вы где! — воскликнул омега, изображая искреннее удивление. — А мы с Минхо ищем-ищем, а нигде нет ни папы, ни отца, ни дедушки. Да, Минхо? Ох, Джинхо, и ты здесь? Как неожиданно! — Киен чуть подкинул сидящего у него на согнутой руке ребенка, не сводя с него глаз. Малыш улыбался и гулил, потрясая небольшой погремушкой, но как только нашел глазами Тэхена, сразу завертелся, стараясь выбраться из рук Киена и требуя, чтоб его поставили на пол. Киен отпустил ребенка и тот, резво перебирая ножками, побежал к родителям, однако, не рассчитал скорость и упал на мягкий ковер как раз возле Джинхо, который во все глаза изучал шустрого мальчонку. А когда малыш запыхтел, стараясь снова встать на ножки, альфа не выдержал и инстинктивно потянулся помочь маленькому человечку. Он взял его на руки, малыш посмотрел на него своими огромными карими глазами и улыбнулся. А Джинхо словил флэшбеки. Он в одно мгновение будто вернулся на много лет назад, когда точно так же на него доверчиво и с любовью смотрел другой малыш, у которого были эти же глаза. И принадлежали они его сыну, Тэхену.       Альфа передал ребенка подошедшему к нему Киену и, поджав губы, скомкано произнес:       — Господин Чон, могу ли я попросить Вас перенести подписание договора о сотрудничестве на другой день? По личным причинам.       — Да, конечно. Как Вам будет угодно. Сообщите, когда мы сможем это сделать.       — Благодарю, — кивнул Джинхо и, быстро попрощавшись, так же стремительно покинул кабинет вместе со своим помощником.       — Ну вот, — уселся в кресло довольный господин Чон. — А вы боялись. Все прошло даже лучше, чем я предполагал. Не такой уж твой отец и бесчувственный, Тэхен.        Омега уже забрал у папы своего альфочку и развлекал ребенка, сидя на кожаном диване, поэтому лишь угукнул, соглашаясь, но не обращая особого внимания на слова свёкра.       — Пожалуй, я тоже пойду, рад был всех увидеть и помочь. — Киен достал пиликнувший телефон и прочитал пришедше сообщение. — Джинхо написал, что ждёт меня в машине, я должен сейчас быть с ним. — Увидимся позже.       Попрощавшись, Киен развернулся и модельной походкой покинул свою маленькую сцену, где он только что с блеском отыграл роль в предложенном отцом Чонгука спектакле. Когда альфа описал ему вариант, как помирить отца и сына, предположив, что Джинхо просто не знает, как вернуть все назад и наладить отношения с сыном, не потеряв лица, Киен пришел в восторг и с радостью согласился. И теперь оставалось только ждать, какую модель поведения изберёт в дальнейшем Джинхо.       — Вы трое, — кивнул головой господин Чон. — Идите уже домой. Сегодняшнее утро было слишком эмоциональным, думаю, работа не пойдет на ум никому из вас. К тому же, Киен внаглую избавился от внука, спихнув свои обязанности дедушки на меня. Но я сегодня буду очень занят, поэтому шуруйте домой, гулять, в развлекательный центр, куда угодно, но чтоб завтра были здесь. Оба. И дайте мне сюда моего внука, я хочу обнять этого разбойника!       Тэхен и Чонгук умилялись, глядя на то, как грозный альфа, руководитель огромной компании, нянькался и играл с малышом. А потом они выполнили распоряжение своего шефа и уехали домой. Тэ и Гук все так же не любили шумные места, все так же лучшей компанией для них было общество друг друга. Все так же они берегли и лелеяли свою любовь, которую делили теперь на троих, и которая наполнялась прекрасными чувствами и росла усилиями уже троих человек: двух взрослых и одного чудесного малыша, который, словно подтверждение и живое воплощение этой любви, радовался всему интересному вокруг и радовал своим присутствием этот прекрасный мир.