Вторая личность.

***

Горячие слёзы катились градом по щекам. Всхлипов или других похожих звуков не было. Хотелось кричать, но его рот будто заклеили. Парень весь трясся, не в силах что-то сделать. В неожиданный момент открывается дверь, и в помещение заходит Снейп. Видимо, на шум пришёл. — что вы тут делаете, Поттер? — с подозрением спросил мужчина. Его взгляд скользнул к обломкам, — и какого черта тут вообще произошло? — преподаватель подходил всё ближе, грозно оценивая комнату. Ответить Гарри не мог, лишь молча смотрел на учителя. Северус медленно подошёл ближе. Сквозь промежутки он заметил то, что под завалами есть кто-то, и немедленно поднял разруху заклинанием. Показалось тело девушки. Вся она была в ссадинах и синяках, скорее всего где-то были занозы, люстра-то деревянная. Глаза были закрыты, из носа шла кровь, стекая по подбородку к ключицам. На лбу виднелась шишка, а также многочисленные царапины и красные следы от ударов цепей на скулах. Пока черноволосый перемещал остатки в сторону, герой, шмыгнув носом, неспеша встал, подходя к Джинни. Сев перед ней на колени, он дрожащими руками прикоснулся средним и указательным пальцем места, где находилась сонная артерия, дабы проверить пульс. Его не было. И без того бесконечные капли, падающие вниз, стали литься ещё больше. Возможно, из-за плохого соображения или шока, он не почувствовал вибрации, но сейчас он был уверен, что Уизли мертва. Профессор поднял обмякший организм на руки, быстрыми шагами направляясь к выходу. Потупив, брюнет поспешил следом. По дороге к больничному крылу они шли в тишине, прерываемой лишь шмыганьем ученика и тихим стуком подошв обуви. Мальчишка шёл с той стороны, где с руки Снейпа свисала голова рыжей девчушки. Гарри не мог отвести виноватых глаз от бледного лица и приоткрытого рта, из которого текла тонкая полоска красной жидкости. Уже на месте мадам Помфри с ужасом оглядела Гриффиндорку. Положив её немедленно на кушетку, она стала осматривать повреждения. — что с ней случилось? — с волнением спросила она, смачивая кусок ватки в какой-то перекиси, после чего стала аккуратными движениями обеззараживать раны. — меня не было в момент происшествия, спрашивать нужно у мистера Поттера. — взор его скользнул к студенту, в котором было явно выражено обвинение и даже ненависть. "весь в отца." – вероятно, это было в его голове.  — я... Мы... — слова не вязались, а голос охрип. Новая порция слез уже подходила.  — Гарри, дорогой, не беспокойся о миссис Джинни, я о ней позабочусь. А ты иди в спальню, завтра мне все расскажешь. И, кстати, будь добр, сообщи о ней её братьям, они должны быть в курсе. — говорила женщина мягко, будто боялась задеть его чувства или спугнуть. Коротко кивнув, зеленоглазый на ватных ногах вышел из помещения, спиной чувствуя подозрительный и прожигающий в нём дыру взгляд.захлопнув дверь, он скатился по ней на плитку, рукой закрывая свои уста, дабы никто не услышал его плач. Когда остальные Уизли узнают — чёрт знает, что будет. Может, не будут его обвинять, а поймут, может, оборвут все связи с ним, а может даже и убьют. И какой вариант лучше — Поттер ещё не решил. Через несколько минут он всё же поплёлся к друзьям, подбирая нужные слова.

***

— Гарри, что случилось?! — вскочила с кресла Гермиона завидев заплаканного героя. Тот начал что-то мямлить. Рона не было, только они вдвоём. Грейнджер провела парня к дивану, темноволосый послушно сел. Только через полчаса он смог донести информацию, не прекращая ронять горячие капли на мантию, края которой он нервно теребил. Шатенка внимательно слушала, на её физиономии застыл ужас и сочувствие. Закончив мучительный рассказ, маг почувствовал сильные и тёплые объятья. Такие родные и нужные ему. Уткнувшись в чужое плечо, он стал шептать подруге о том, как сожалеет и хочет всё исправить. Та успокаивающее поглаживала его по спине. — привет! А вы чего... Гарри, что с тобой? — с тем же волнением и растерянностью поинтересовался рыжий друг, подходя к ним. Герми с печалью глянула на парня, а у Поттера встал ком в горле, давящий на глотку, будто хотел задушить его изнутри. — Рон, присядь. — парень послушно выполнил просьбу, — в общем, ну, тут такое дело...

***

Чистокровка пустым и грустным одновременно взглядом сверлил стену, внимательно вслушиваясь в каждое слово девушки, ведь брюнет не в состоянии был даже слово сказать. — это я во всём виноват... Прости меня... — еле-еле тихо вымолвил избранный, не без запинок. — ты не виноват. Если бы ты мог, то, я уверен, сделал что-нибудь. — ответил Уизел, переводя глаза на друга, печально улыбнувшись. — Если у тебя болел шрам, то, вероятно, это дело рук ты сам знаешь кого... — задумчиво озвучила свои мысли Гриффиндорка. Сейчас Гарри это было неважно. Если Рон и смог понять ситуацию и не обидеться, то остальная семья, не включая их маму, навряд ли. Хотя, кто знает, может и Молли встанет против него. Почему же? Очевидно, что все будет винить его в том, что он ничего не сделал, чтобы спасти девчушку. Для всех Уизли такая потеря — самой младшей из всех, будет невыносимой болью. И он их безусловно поймёт. Волшебник был очень благодарен друзьям за то, что они всегда принимали его сторону, поддерживая и защищая. Их опора была сейчас как никогда нужна ему в этот трудный момент.

***

Как ни странно, вся рыжая семейка не убила грифа. Каждый выбрал нейтралитет — не стали осыпать обвинениями, но и не говорили, что он не виноват. Медсестра всеми силами пыталась вернуть к жизни девочку, но пока что безуспешно. Гарри очень переживал, но друзья его подбадривали, что могло его реально утешить и чувствовать себя менее грязным и ужасным. Сейчас брюнет направлялся к больничному крылу, чтобы навестить Джинни. Не без усилий уговорив мисс Помфри, которая долго пререкалась, он сел рядом с телом. Зеленоглазый ничего не говорил, не просил прощения и не каялся, не брал её руки в свои, не, тем более, целовал. Просто сидел и смотрел. Будто надеясь, что взгляд оживит девчушку и она очнётся, заулыбается ему и скажет, что она чувствует себя хорошо, и всё будет — как было. Но этого не происходило. Хотелось сбежать и укрыться ото всех. Пусть Уизли и Гермиона не корили его, но другие ученики и даже учителя смотрели на него с недоверием. В особенности Снейп, который будто стремился прожечь в нём дыру или стереть с лица Земли. Ну почему нельзя просто взять и убиться прямо сейчас? Он убийца, таким не место в мире. Седрика он не спас, учителя ещё в свои одиннадцать лет убил, в следующем году истребил Василиска, крёстному Сириусу не помог в битве, а сейчас по-сути из-за него пострадала, или даже погибла, беззащитная девочка. Он ужасен. Вдруг дверь со скрипом открылась, послышался глухой топот, направляющийся к нему. Гарри понимал, что это, вероятно, Поппи, поэтому даже не удосужил вошедшего взглядом. Сидел он спиной ко входу. Человек остановился сзади парня на несколько секунд, но вскоре подошёл ближе. Гарри всё же повернул голову, оглядывая того, кто решил сюда придти. — пришёл позлорадствовать? — с грустной усмешкой поинтересовался он, глядя на Малфоя. — нет. — коротко ответил блондин, усаживаясь на соседний стул. Увидев удивлённые глаза, он продолжил, — мне жаль. Я уверен, что ты ни в чём не виноват. — младший прыснул. — серьёзно? С чего тебе мне верить? Мы же в... — договорить ему не дали. Чужая рука накрыла его рот, затыкая его таким образом. — не называй нас врагами. Для меня ты давно таковым не являешься. — серьёзным тоном заявил Слизеринец, глядя в окна напротив. Его ладонь лизнули изнутри, отчего пришлось резко отпрянуть руку. — раньше ты меня по-другому затыкал... — с лёгкой улыбкой и какой-то еле-еле заметной досадой ответил герой. Второй вопросительно изогнул бровь, — забудь. Маг уже встал и хотел направиться к выходу, но его взяли за край мантии. Пока он непонимающе глядел на светловолосого, его притянули ближе. Быстрым движением Драко посадил другого на себя так, чтобы колени Гриффиндорца касались бёдер чистокровки, а руки держались за чужие крепкие плечи. Пока верхний ахуевал, его притянули ближе за талию. Проморгавшись, темноволосый открыл было рот, дабы что-то сказать, но не получилось. Малфой подался вперёд, накрывая уста возлюбленного своими. Кажется, эти губы были самыми прекрасными, которые он целовал когда-либо. Сердце издавало быстрый ритм, а живот скрутился в приятном узле. Вроде, это чувство называется "бабочки в животе". Чтож, у него там их много. Руки его переместились выше — к лопаткам, прижимая всё ближе к себе. Хотелось сидеть так вечность и никогда не терять этого человека, всегда быть вместе и любить друг друга. Целовал он нежно, трепетно, выражая все свои чувства в это действие. Произошло чудо. Гарри, прикрыв глаза, начал робко и неумело отвечать на поцелуй. Блондин хмыкнул, но был неописуемо рад. Со временем голубоглазый стал углубляться, просовывая свой язык в рот партнёра. Брюнет тихо простонал. Драко стал всё ближе прижиматься к столь желанному и любимому телу, сжимая ткань мантии. Но вдруг герой резко отстранился, неловко отводя взгляд. — извини, я... Не знаю, что на меня такое нашло. Мне пора. — тихо протараторил он, вставая, и уже ушел с концами. Светловолосый с тяжёлым вздохом откинулся на спинку стула. Снова. Снова он упускает его. Снова он ничего не сделает, не остановит его. Снова он будет после этого не спать ночами, ощущая послевкусие чужих губ. Чужих... Нет, так продолжаться не может. Малфой должен доказать свои чувства, показать, как он дорожит им. Может, тогда тот ответит, наконец, взаимностью, и не будет мучать Слизеринца? Только нужно придумать как... Стоит спросить у Панси, она в этом деле понимает всё. Ну, по крайней мере, так говорит сама девушка. Но навряд ли она говорит правду.

***

Поттер не понимал, что с ним происходит. Почему при виде этого нахала у него какой-то трепет на душе, а говорить становится трудно? И с какого момента стало трудно сопротивляться на поцелуи... Он ещё сегодня и ответил... Святой Мерлин, так не может быть! Они ведь парни! Хотя, кого это волнует? Ну... Они враги! Но для Драко уже нет... Но!... Ай, ладно, какие тут "но"? Если они хотят — будут любить друг друга. И совсем всё равно, что будут думать другие — правильные они или нет, достойны они чего-то или нет. Абсолютно похуй. Это будет их выбор и решение, и никто не в праве им что-то запрещать. Рассуждения у него такие, будто он уже успел ответить взаимностью на чувства и встречается с этим человеком. Ну а так, если подумать — можно дать шанс этому негодяю из Слизерина. Только доверять он ему на все сто процентов он не должен. Все, на кого он мог положиться — это Сириус, Гермиона и Рон. Жаль, что одного уже нет в живых...

***

— Гарри! Мы с Роном тебя уже потерять успели! — с облегчением встретила вошедшего Грейнджер, оценивая внешний вид друга, — что с тобой? — озадаченно спросила она, заприметив растерянный взгляд, покрасневшее лицо и чуть опухшие губы. — всё нормально! Просто... — брюнет сделал недолгую паузу, — жарко очень... Да, жарко! — ладно... Сейчас можешь и снять мантию, в принципе. — ответила девушка иронично, проходя вглубь гостиной. — а, да... Я пойду в комнату тогда. Скоро вернусь! — маг уже поспешил к двери, но его прервали. — ты можешь и здесь её снять, мы с Роном как раз хотели обсудить кое-что. — с некой подозрительностью предложила кареглазая, хлопая ладонью по свободному месту рядом с собой. Но нет. Он не мог. Заклинание, скрывающее шрамы, уже не действовало, а рукава рубашки под накидкой у него задрались, поэтому, стоит снять ему плащ – откроется вид на раны. Этого ни в коем случае нельзя допустить. Они не должны знать о том, что Гарри так тщательно скрывал, скрывает и всегда будет скрывать. — я всё же в комнате это сделаю. — неловко улыбаясь, сказал Смердяк, скрываясь за дверью. Нужно быстрее нанести заклинание! Вышел он к ребятам уже со скрытыми рваными царапинами и в футболке. Ему же жарко. Ну, так он сказал, хотя на самом деле было тепло, даже немного прохладно. — так о чём вы хотели поговорить? — спросил Гарри. Друзья как-то странно переглянулись. —Послушай... — чуть сбавив громкость начала подруга, — тебе не кажется, что Малфой в последнее время ведёт себя странно? Сердце сделало двойное сальто. В голове вспыхнули их поцелуи. Странно, ведь ему очень хотелось их повторить... На щеках явно заиграл румянец, а уши, вероятно, покраснели. — что ты имеешь в виду? — озадаченно поинтересовался маг, теребя край одежды. — ну... Нет никаких колкостей, издевательств... Да и смотрит на тебя по-друго... — Грейнджер не договорила. Глаза её расширились, а рот так и остался открытым, — погоди... Он же не мог влюби... — не говори глупостей! — резко перебит её брюнет. Неужели и Герми уже заметила небезразличие хорька к Избранному? — ох, ну да, что это я... — неловко сказала девушка, — это и правда бред. Тогда он что-то задумал.. — я считаю, что нужно быть поаккуратнее, на том и всё. — выдвинул предложение Рон, всё это время молчавший. — а может... — с еле заметным воодушевлением хотела что-то предложить Грейнджер. Её глаза аж загорелись азартом, а уголки губ потянулись вверх. — нет, Гермиона! Мы не будем следить за ним и расследовать его планы! — прервал её Уизли. Девушка обиженно на него взглянула, хмурясь то ли от того, что её безостановочно сегодня перебивают и не дают высказать своё мнение, то ли от того, что её надежды оборвали.

***

Посторонние звуки: завывающий ветер, звяканье посуды, разговоры, пролетающие над головами приведения и другие источники шумов заглушали беседу двух лучших друзей Гарри. Хотя, он и не пытался их слушать. Поклевав еду, брюнет решительно встал из-за стола. Бросив что-то типа «пойду повторю материал», парень быстрым шагом удалился из большого зала. Было невыносимо тяжело сидеть там, как какой-то отшельник. Уже за пределами он сбавил темп. В коридоре было намного тише, чем в столовой. Каждый шаг ударялся о стены здания, отделяясь эхом. Сейчас была трансфигурация, в кабинет которой маг и направлялся. Естественно, никакой материал повторяться не будет. Это так, отмазка. За окном плыли тёмные грозовые облака, большие и величественные. Лил дождь. На стёкла окон с характерным звуком падали капли, создавая мягкий фоновый шум. Всё это было так умиротворяюще. Захотелось сохранить этот момент в памяти. Послышался грохот двери. Ушёл Поттер недалеко, так что он услышал это довольно близко к себе. Кто-то вышел оттуда, откуда минутой ранее "исчез" и сам гриф. Этот человек постоял мгновения на месте, после чего направился вслед за зеленоглазым. Мальчишка не оглянулся. Наверняка это его сокурсник. Вскоре этот неизвестный настиг героя. Схватив темноволосого за кисть руки, он, или же она, пока не понятно, потянул, или потянула, Гарри в тёмный угол, в котором можно было, наконец, не без труда, но понять, кто это. В отблеске возможно было уловить светлые пряди. Ну, кто бы сомневался... Драко-чёрт-его-подери-Малфой. И зачем он опять пристал к нему? Что на этот раз нужно от него? — привет, Потти. — мрак мешал уловить выражение лица, но было ясно, что этот придурок ухмыляется. — тебе чего? — безразлично спросил волшебник, делая попытку отдёрнуть руку. Очевидно, безуспешно. — какой ты грубый. — досадно ответил блондин, прижимаясь всем телом к парнишке, всё сильней придавливая к стене. — может хватит зажимать меня везде? — с претензией сказал Гарри, тяжело дыша. Было тяжело признавать, но ему это нравилось. Безусловно нравилось. Хотелось чтобы его силой держали и целовали — нежно и грубо, мокро и сухо, с языком и без, с прикосновениями и просто. Пусть его возьмут, оставят на нём засосы или укусы. Я можно и всё сразу. Пусть присвоят себе, шепчут о безграничной любви, о том, что всё будет хорошо. Это именно то, что ему сейчас нужно. Просто чтобы тот, кто его любит, был всегда рядом. Страшно. Страшно понимать, что у тебя нет будущего. А ведь и правда. Чем Гарри будет заниматься после окончания Хогвартса? Работать в министерстве Магии? Или идти по стопам Грюма, например? Всё это сложно. Больно понимать, что невинная и беззаботная жизнь скоро кончится. Он — Великий Гарри Поттер, и от него явно ждут таких же великих дел. Но он не готов. Он не хочет. — о чём задумался, сладкий? — отвлёк его от раздумий Малфой. — да так, ни... Стоп, как ты меня назвал? — ошеломлённо посмотрев туда, где отсвечивали блики глазниц, гриф даже перестал выдёргиваться. — сладкий. А что-то не так? — невинно повторил чистокровка. — не называй меня так. — если был бы тут источник света, то Драко бесспорно увидел бы смутившееся личико и розовые щёки своего возлюбленного. — хорошо, милый. — издевательски ответил голубоглазый. Маг, прижатый к стене, лишь закатил глаза. Теперь оба молчали. Молчали пару минут. По шуму было ясно, что пару человек также закончили трапезу. Было слышно дыхание человека напротив. Биение его сердце, которое издавало, кажется, такой же ритм, как и твоё. Драко сглотнул. — можно тебя поцеловать? — робко спросил Слизеринец, рукой перебирая тёмные пряди. — ты спрашиваешь? — удивлённо воскликнул Поттер. Было неожиданно ведь раньше бы этот негодяй его не просил. Но, видимо, Драко это засчитал за согласие, поэтому немедленно вовлёк брюнета в поцелуй. На этот раз Гарри не стал противоречить своим чувствам и желанием. Прохрипев в губы оппонента, он полностью отдался в эти руки, давая возможность хорьку делать со своими устами всё, что он захочет. Руки старшего были на талии нижнего, поглаживая бока большими пальцами. Главное, чтобы никто не услышал причмокивания и глухие мычания. Через минуту Малфой отстранился — медленно и нехотя. Двое тяжело дышали. Хорёк чуть наклонился. Носом прошёлся по шее Избранного, вдыхая сладкий аромат. Его губы, влажные и тёплые, коснулись места около кадыка — чуть левее. Полукровка откинул голову назад, прокрыхтев и открывая доступ на всю шею. Беловолосый хищно накинулся на мраморную кожу и стал оставлять то невесомые прикосновения, то засосы и укусы. — подожди... Нас могут увидеть... — Гарри запустил ладонь в чужую шевелюру и сжал волосы, оттягивая голову от себя. На миг ему даже показалось, что он услышал что-то похожее на рык. — ты прав. Но не думай, что я оставлю тебя в покое, сладкий. — с хитрой улыбкой отпрянул от него Драко, разворачиваясь и удаляясь прочь. — ну я же просил! — обречённо начал Избранный, но лишь вздохнул. Сердце приятно покалывало, а губы жгло, как и шею. Что с ним такое? Этот нахал явно на него как-то действует. Но, пятка Мерлина, ему это нравилось. Постояв пару секунд, он бегом направился на урок Макгонагалл. Рон и Гермиона явно его уже потеряли. Осталось придумать, что делать с так называемыми метками...