Глава 21: Тренировка (часть 1)
6 декабря 2025 г., 07:00
Бен проснулся от негромкого писка будильника, машинально щёлкнул по кнопке и, не открывая толком глаз, уже полез искать рюкзак. Искомый предмет быстро нашёлся, и парень убедился, что всё необходимое почти собрано, потому, отложив его в сторону, сонно и слегка недовольно проворчал:
— Брр-р, вот бы хоть раз без этого… — пробормотал он, натягивая футболку и шлёпая босиком по комнате.
В голове вертелась единственная мысль: «Когда уже эти каникулы? Сколько можно таскаться в школу каждый день…»
Он машинально закинул тетрадь в сумку, проверил, где лежит пропуск на шаттл, и потянулся за ботинками. На кухне его встретила Гвен, мирно потягивающая чай. Она подняла бровь, заметив собранного и до зубов вооружённого школьными принадлежностями кузена, и недоумённо сказала:
— Эм… Бен, — она едва заметно усмехнулась. — А ты куда собрался в такую рань?
— Куда-куда? В школу, конечно! — буркнул он, зевая. — Ещё немного, и всё, свобода… летние каникулы… — мечтательно добавил он, представляя, как будет валяться на диване и смотреть «Борцов Сумо» без домашних заданий.
Услышав это, кузина поспешно отвернулась, не в силах скрыть улыбку на всё лицо. Спросонья её двоюродный братец не понял, какой вообще сегодня день и по привычке начал быстро собираться в школу. В этот момент из-за стола раздалось ворчание Кевина, который иронично проговорил:
— Эй, гений, взгляни-ка на календарь. Сегодня суббота.
Бен застыл, с рюкзаком в руках, словно его окатили холодной водой. Руки сами собой отпустили рюкзак и тот с лёгким ударом шлёпнулся на пол. Парень первые несколько мгновений не мог поверить, что это правда и с удивлением уставился на кузину и друга. Вскоре растерянный супергерой сказал:
— Что?! — он обернулся к часам и наконец заметил дату. — Суббота?..
Гвен прыснула со смехом, Кевин откровенно расхохотался. Даже Сплинтер, проходивший мимо, позволил себе лёгкую улыбку. Ситуация и правда была забавной, даже Бен мысленно признавал, что это оплошность обернулась смешной ситуацией. Посмотрев на парня, Сплинтер тихо проговорил:
— Возможно, это и есть признак дисциплины, — молвил он своим спокойным тоном. — Но дисциплина без внимательности порой приводит к забавным ошибкам.
Бен смущённо почесал затылок, убирая рюкзак обратно. Прошло всего несколько секунд и портфель вернулся туда, где он обычно лежит до утра понедельника. Желая хоть немного смягчить слишком уж дурацкую ситуацию, супергерой, повернувшись к начинающим хихикать ребятам проговорил:
— Ну… просто проверял, как быстро могу собраться, — пробормотал он, но смех друзей только усилился.
Вернувшись в свою комнату, Бен с довольным видом плюхнулся на диван, зажав в руке пульт. На экране замелькала заставка «Борцов Сумо», и он с удовольствием вытянул ноги, предвкушая долгожданный отдых. Приняв удобную позу, парень расслабленно вздохнул и довольно промолвил:
— Вот оно, счастье, — пробормотал он себе под нос. — Никакой школы, никаких злодеев, только я и лучшие бои всех времён.
Он уже ухмылялся, представляя, как проведёт утро в компании любимого шоу, когда в гостиную вошёл дедушка Макс. Его шаги неторопливые, но взгляд серьёзный. Бен за мгновение понял, что его желание посмотреть любимое шоу останется неосуществимым. Дедушка супергероя серьёзно проговорил:
— Бен, — сказал он, перекрестив руки на груди, — извини, но планы меняются.
— Чего? — Бен удивлённо повернул голову, пульт всё ещё крепко зажат в пальцах. — Я только-только устроился!
— Я поговорил со Сплинтером и Вердоной, — продолжил Макс. — Мы решили, что сегодня лучшее время для общей тренировки. Вся команда должна участвовать.
— Тренировки?.. Сейчас?.. — лицо Бена вытянулось, будто он услышал приговор. — Но, дедушка, это же «Борцы Сумо»! Новая серия! Я ждал её целую неделю!
Макс вздохнул, но не дрогнул. Иногда он поражался безответственности своего внука. Альянс тьмы крепчает и со дня на день может начать финальную часть своего плана, а Бен продолжает тратить время на своих борцов сумо. Оставаясь спокойным и уверенным в своём решении, дедушка сказал:
— Сумо подождёт. А вот дисциплина и навыки — нет. К тому же это будет дружеский поединок, со всеми нашими союзниками. Уверен, ты не пожалеешь.
Бен ещё пару секунд сидел, упрямо уставившись на экран, где уже началась схватка двух колоссов. Потом с тяжёлым вздохом выключил телевизор и бросил пульт на диван. Если дедушка так говорит, значит ничего не остаётся кроме как покориться решению трёх наставников. Потому Бен и сказал:
— Отлично… Ладно. Но после тренировки никто не помешает мне досмотреть запись, ясно? — пробурчал он, вставая.
— Договорились, — мягко улыбнулся Макс.
А Бен, шагая следом, не удержался от мысли: «Ну, хоть бы эта тренировка оказалась интереснее, чем повтор прошлогоднего чемпионата…»
Бен вошёл в зал вместе с дедушкой и остановился на пороге, недоумённо моргнув. Картина перед глазами напоминала скорее подготовку к сражению, чем к тренировке. В центре просторного зала уже выстроились союзники, каждый в полной готовности. Бен невольно погрузился в размышления:
«Ого, дедушка не шутил, тут действительно все: и Гвен, и Кевин, и Рук, и даже Джули, не говоря уже о Лео, Рафаэле, Донни, Майки, Кожеголовом, учителе Сплинтере, Кейси и Эйприл.»
Вердона и Сплинтер стояли чуть в стороне, их строгие взгляды ясно говорили, что они будут наблюдать за каждым движением и оценивать не только силу, но и умение работать в команде. Рядом с ними находился Азимус, он скрестил руки и пристально следил за участниками, словно собирался фиксировать каждую ошибку и напоминать о правилах. Бен снова подумал:
«Ничего себе, даже Азимус отвлёкся от проекта, с которым его попросили помочь Санитары. Похоже ещё та предстоит тренировочка…»
Кевин уже щеголял массивной бронёй из тайденита, так как его тело сияло металлическим блеском, а на лице застыло выражение уверенности, будто он готов выдержать удар целого танка. Джули стояла рядом, ведь Кораблик давно превратился в гладкий бело-голубой скафандр, облегающий её фигуру. Встроенные панели мигали мягким светом, а в позе девушки чувствовалась решимость, ведь она тоже не собиралась оставаться в тени. На мгновение взглянув на Джули, Бен снова ненадолго задумался:
«Джули здесь, и к тому же готова сражаться… Я ещё раз убеждаюсь, что это будет далеко не разминка.»
Леонардо спокойно держал катаны, острые лезвия отражали свет ламп. Рафаэль вертел в руках саи, явно жаждая скорее перейти к делу. Донателло закрепил за спиной бо, но уже активировал несколько миниатюрных устройств на запястье. Микеланджело играл нунчаками, будто это было весёлое шоу, хотя его взгляд выдавал серьёзность. В голове парня с Омнитриксом мелькнула мысль: «Черепашки тоже здесь, опасаюсь представить, что это за тренировка будет.»
Кейси сжимал биту, Эйприл проверяла свои сенсоры и браслет с гаджетами. Рук привычно держал в руках протоинструмент, который уже был готов к изменению в любую форму. Гвен стояла с приоткрытой ладонью, вокруг которой мерцала магическая энергия, а рядом с ней воздух едва заметно дрожал от концентрации силы. Кожеголовый возвышался над всеми, ведь его массивная фигура и плотная чешуя говорили сами за себя, что он был живым щитом.
Бен растерянно оглядел всех и невольно подумал: «А я-то надеялся, что будет лёгкая разминка… Похоже, меня ждёт что-то куда серьёзнее».
Азимус шагнул вперёд, когда Бен вместе с Максом переступил порог зала. Именно парня с Омнитриксом все и ждали, чтобы наконец начать сегодняшнюю масштабную тренировку, пока комната симуляции не готова. Его взгляд был сосредоточенным, а голос как всегда холодным и предельно чётким:
— Омнитриксом ты пользоваться можешь, Теннисон, — молвил он, делая паузу, чтобы слова врезались в сознание. — Но исключительно в качестве защиты от оружия и когтей. Ни одного наступательного применения. Сегодня ты должен показать, что способен справляться без него.
Это было самое неожиданное заявление. Использовать Омнитрикс исключительно для защиты его человеческого тела от ударов партнёров по тренировке показалась Бену слишком несправедливой. Именно поэтому Бен аж подался вперёд, будто его ударили словами по лбу, и поражённо произнёс:
— Чего?! Только в защи…?! — он осёкся, уставился на дедушку, но тот лишь кивнул, подтверждая услышанное.
— Именно, — спокойно вмешался Сплинтер, сложив лапы за спиной. — Ты должен научиться полагаться на собственные движения и умение. Ниндзюцу — вот твоя опора в этой тренировке.
Однако стоило внести ещё одно уточнение, поскольку раз уж её внукам доступны магические способности, их можно использовать как дополнительное средство защиты, но не более того. И потому Вердона, которая всё это время смотрела с прищуром и лёгкой усмешкой, решительно добавила:
— А магию вы с Гвен можете использовать только для защиты. Никакой атаки, только щиты и отражения. И да… — она сделала многозначительную паузу, глаза сверкнули озорным огоньком, — в любой момент я могу создать для вас препятствия. Какие именно? Хм, это уже мой сюрприз.
— Сюрпризы? — Бен вытаращил глаза, развёл руками и даже в сторону союзников махнул: — Отлично! Просто замечательно! Значит, мне нельзя драться Омнитриксом, нельзя атаковать магией, и ещё «сюрпризы» от бабушки! Может, мне ещё руки за спиной связать?!
Он продемонстрировал, заломив руки за спину и покачнувшись в театральном жесте, чем вызвал приглушённый смех у Микеланджело и едва заметную ухмылку у Кевина. Мало кто сумел сдержать улыбку при виде недовольства Бена Теннисона, который возмущается как мальчишка. Кузина сказала:
— Бен, — вмешалась Гвен, пряча улыбку за ладонью, — это тренировка. Расслабься.
— Расслабиться?! — он обернулся к ней и всем остальным. — Ага, легко сказать. Я теперь «боец без рук», только ногами и головой махать остаётся. Ну что ж… посмотрим, кто тут настоящий мастер ниндзя! — последние слова он выкрикнул с пафосом, а потом поклонился Сплинтеру, демонстративно вставая в боевую стойку.
Бен с серьёзным видом закатил рукав так, чтобы запястье с Омнитриксом оказалось на виду. Лёгким движением пальцев он скользнул по ободку, и крышка, скрывающая прибор под видом обычных часов, плавно отъехала в сторону. В центре мягко вспыхнуло знакомое парню ядро, и он промолвил:
— Ну что ж, начнём по правилам, — пробормотал он себе под нос и вызвал миниатюрное голографическое меню. Перебрав пару силуэтов, Бен остановился на знакомом контуре, напоминающем кристаллическое тело. Секунда — и зелёный свет охватил его всего. Когда сияние угасло, на месте подростка стоял сверкающий гранёными пластинами Алмаз.
— Готов, — прозвучал его голос, отливающий металлическим тембром.
Рядом с ним в линию выстроились Кевин, уже покрытый тяжёлой бронёй из тайденита, Гвен с готовым к произнесению заклинаний взглядом, Джули в гладком скафандре, образованном Корабликом, а также Эйприл с тонким боевым жезлом и Кейси, нервно перекатывающим биту из руки в руку. Эта группа выглядела собранной и сосредоточенной. Бен на мгновение подумал: «Значит две команды… видимо сначала Вердона и Сплинтер проверяют наши способности к защите.»
С противоположной стороны от них выстроились соперники в лице Леонардо со взведёнными катанами, Рафаэль, крутивший саи в ладонях, Донателло с бо, Микеланджело с крутящимися нунчаками, Кожеголовый, враждебно фыркнувший и готовый рвануть в атаку, и Рук, крепко державший протоинструмент. В их стойках не было ни тени сомнений, все были настроены серьёзно.
«Посмотрим, как когтям Кожеголового понравится неуязвимая кожа Алмаза…» — подумал Бен.
Чуть поодаль, на возвышении, сидел Сплинтер, спокойный и сосредоточенный, словно уже видел исход схватки. Его мудрый взгляд то и дело скользил по боевым стойкам, оценивая качество движений и настрой. Вердона стояла рядом, но её ладони были наготове, ведь она должна была прикрыть Гвен, Джули и Эйприл, если тренировка примет слишком резкий оборот. Макс же стоял чуть позади всех, руки за спиной, с мягкой, но твёрдой улыбкой, ибо он был здесь не как судья и не как воин, а как тот, кто всегда поддержит своих. Кейси, готовясь пойти против Рука и с ухмылкой поднимая биту, сказал:
— Ну что, железный парень, посмотрим, чья защита крепче — твой щит или мой удар!
Зал тренировок на миг замер в тишине, словно даже воздух ожидал первого шага. И вдруг тонкий щелчок протоинструмента разорвал спокойствие, когда Рук развернул его, превращая в сияющий энергетический щит. С грацией и холодным расчётом он двинулся прямо к Кейси. Тот, наоборот, бросился в атаку, не скрывая ни азарта, ни боевого задора, когда бейсбольная бита со свистом обрушилась на щит, но Рук лишь скользнул корпусом, направив удар в пустоту. Рук спокойно, с лёгким прищуром и держа энергетический щит, проговорил:
— Это будет честное противостояние. Но предупреждаю: я не склонен сдерживаться.
С другой стороны, Микеланджело уже вертел нунчаки, как крылья вертолёта. Смеясь и отпуская подколки, он метнулся к Джули. Но Кораблик, слившийся с ней в скафандр, среагировал раньше и из плеча вспыхнул энергетический импульс. Майки успел нырнуть в сторону, проскочил почти по полу и резко взвился вверх, пытаясь обойти соперницу из-за спины. Микеланджело крутит нунчаки, подмигивает Джули:
— Эй, красотка в робо-костюме, надеюсь, твой стиль боя не хуже, чем твой модный скафандр!
Однако девушку давно не смущала ни внешность черепашки-ниндзя, ни его стиль сражения. Всё же они вместе тренировались под присмотром учителя Сплинтера где-то месяц. Потому хозяйка Кораблика успела привыкнуть к необычным союзникам. Джули собранно и с лёгкой улыбкой сказала:
— Ничего, справлюсь. И тебе, Майки, лучше не надеяться, что я буду играть в пол силы.
Донателло не терял времени, так его бо с глухим ударом встретил первый магический щит Гвен. Взмах и древко проскользнуло вдоль светящегося контура её заклинания. Девушка нахмурилась, усилила защиту, а затем ответила коротким выбросом энергии. Донни мгновенно ушёл в сторону, цепляя её внимание тонкими сериями ударов, ведь он изучал её ритм так же методично, как алгоритм программы. Донателло, держа боевую палку-бо, оценивающе смотрит на Гвен и говорит:
— Ум против магии... любопытно. Посмотрим, чьё мастерство окажется выше.
Выбор и правда необычен, однако волшебница давно привыкла воспринимать неожиданные повороты как интересные вызовы, с которыми нужно так или иначе справится. Потому она спокойно относилась к идее противостоять гениальной черепашке. Гвен твёрдо, без тени сомнения сказала:
— Я не подведу. Готовься, Дон, я не собираюсь сдерживаться.
В центре зала Леонардо сошёлся с Кевином. Катаны сверкнули, описывая дугу, но встретили сопротивление ведь правая рука Кевина уже обросла тяжёлым слоем тайденита. Искры вспыхнули, когда металл и кристаллизованная броня столкнулись. Лео, сосредоточенный и хладнокровный, атаковал серией быстрых ударов, а Кевин отвечал мощными, но менее изящными блоками и выпадом свободной рукой. Леонардо спокойный и собранный с мечами в боевой стойке проговорил:
— Кевин, твоя сила впечатляет, но посмотрим, как ты справишься против дисциплины и техники.
Парень конечно уважал этого черепашку-ниндзя, но в данном случае дисциплина не поможет. Его броня это не жалкие доспехи Вечных Рыцарей. Единственное слабое место Кевина заключается в том, что он может устать в случае долгой борьбы. Кевин в броне из тайденита, усмехнувшись, сказал:
— Ха! Ты ещё не видел, как моя броня держит удары. Дисциплина тут мало поможет!
Чуть поодаль Кожеголовый рыкнул и пошёл на Бена в облике Алмаза. Его мощные лапы с когтями обрушились сверху, но гранёные кристаллы отбросили удар, словно молот по камню. Бен ответил резким толчком плеча, от которого Кожеголовый едва не потерял равновесие. Их схватка была похожа на столкновение двух стихий — грубой звериной силы и холодной кристаллической мощи. Кожеголовый глухим голосом, сдержанно, направляясь к Алмазу-Бену:
— Хм... Кристалл против костяной шкуры. Интересно, кто прочнее.
Как и некоторые другие члены команды, принявшие участие в тренировке, Бен оказался доволен предстоящей разминкой и его недавнее недовольство улетучилось, когда он понял насколько хорошо будет размяться. Бен уверенно в облике Алмаза, складывая руки на груди, сказал:
— Попробуй только поцарапать, посмотрим, чья защита дольше выдержит.
А Рафаэль уже стиснул зубы и со всей напористостью атаковал Эйприл. Саи мелькнули, целясь в бока и руки. Но Эйприл, отступая, ловко использовала жезл, который глухо встречал сталь, отводил удары и даже парировал один выпад, заставив Рафаэля качнуться вперёд. На её лице была серьёзность, ведь она явно решила показать, что может держать удар даже против самого вспыльчивого черепашки. Рафаэль, раскручивая сай и с ухмылкой глядя на Эйприл, сказал:
— Ты правда решила встать против меня? Я не церемонюсь.
Они действительно друзья, но в то же время мастер Сплинтер учил не только черепашек-мутантов таинствам ниндзюцу. Ещё до того, как их выбросило в мир Бена Эйприл начала постигать те же уроки, что и братья-черепашки. Именно поэтому Эйприл с вызовом сжала в руках свой посох и сказала:
— Знаю. Именно поэтому я и встала напротив тебя.
Кейси первым пошёл в атаку, замахнувшись битой сбоку. Рук поднял энергетический щит и уверенно отразил удар, после чего от соприкосновения раздался звонкий треск, будто металл ударил о камень. Понимая неэффективность его привычной атаки, Кейси хмыкнул, отступая на шаг, и сказал:
— Непробиваемый, значит? Ну, посмотрим, как долго продержишься.
Напарник младшего Теннисона продолжал сохранять спокойствие и с уважением относится к союзнику, с которым он пережил несколько миссий, коих наверняка будет ещё много. Рук спокойно сдвинулся в сторону, отвечая коротким выпадом щитом, от которого Кейси вынужден был пригнуться:
— Твоя сила достойна уважения, Кейси Джонс. Но твоя тактика слишком прямолинейна.
Приёмы ниндзя были слегка непривычны мужчине, потому он в основном использовал привычную ему тактику и только по мере необходимости применял знания от мастера Сплинтера. Кейси, едва удержав равновесие, скривился в усмешке и бросил тихо, почти шёпотом, вновь замахиваясь:
— Да у меня тактика простая — ударить сильнее и быстрее, чем ты думаешь.
Щит снова отразил его атаку, на этот раз с лёгким отталкивающим импульсом. Кейси едва не выронил биту, но удержался. Его упорство даже нравилось ревоннагандеру, с таким союзником в битве можно быть уверенным, что тот будет сражаться наравне со всеми. Рук кивнул одобрительно и сказал:
— Ты держишься крепко. В твоей стойкости есть нечто... достойное воина.
Обычно во время тренировок он дерётся с Рафаэлем или кем-то ещё, не обладающим высокими технологиями или необычными способностями. Однако для разнообразия мужчина решил сразиться с этим инопланетным воином. Кейси усмехнулся, отскочил назад и, крутанув биту в руках, сказал:
— Ого, так это был комплимент? Надо же, от тебя и не ожидал.
Щит сверкнул лёгкой вспышкой и Рук перешёл в наступление, заставив Кейси снова защищаться. Пускай это и тренировка, но слишком сильно поддаваться Рук тоже не собирался, пользуясь некоторыми своими приёмами. В промежутке между ударами он почти без эмоционально добавил:
— Комплименты не мешают правде. Но помни: каждый удар должен иметь цель.
Пускай в этого пришельца есть навороченный прибор, однако это не смущало Кейси, поскольку он слишком сильно хотел показать, что способен защитить себя даже являясь абсолютно обычным человеком. Кейси, отражая очередное касание щита битой, фыркнул:
— Моя цель простая — доказать, что даже без всяких навороченных технологий я могу стоять рядом с вами.
Рук остановился на миг, глядя на него чуть внимательнее, чем прежде. Упорство и умение мгновенно понимать сложившиеся обстоятельства действительно делали этого мужчину прекрасным воином и ценным союзником. В его голосе прозвучала тихая серьёзность, когда ревоннагандер проговорил:
— И, похоже, ты действительно способен это доказать.
После этого они снова сошлись в обмене ударами, в последствии чего щит и бита загремели в ритмичном поединке, сопровождаемом их полушёпотом, понятным только им двоим. Кейси, разогнавшись, неожиданно изменил привычный стиль и вместо прямолинейного удара битой он шагнул вбок и резко ушёл в тень, используя приём из арсенала ниндзюцу. Он скользнул низко, целясь подбить ноги Руку. Но тот оказался начеку, ведь его энергетический щит засветился мягким голубым сиянием и лёгким поворотом корпуса Рук перекрыл траекторию атаки, словно давно предугадав её.
— Отличная реакция, Рук… — молвил Кейси.
Кейси недовольно фыркнул, но глаза блеснули азартом. Он отскочил назад, крутанув биту для защиты. На этот раз в наступление пошёл Рук. Его движения изменились, когда сдержанный и тяжёлый обычно стиль уступил место резкому, точному, почти невидимому шагу. Он атаковал со скоростью, напоминавшей бросок ниндзя, щит в его руках стал не просто барьером, а оружием. Рывок, разворот, стремительный выпад и Кейси уже вынужден отразить удар битой. Рук спокойно ответил:
— У тебя тоже хорошие приёмы защиты.
Щит сошёлся с деревом, раздался звонкий треск. Кейси, стиснув зубы, уверенно парировал выпад, удержался на ногах и даже ответил коротким встречным движением, оттолкнув щит в сторону. На миг их взгляды встретились и Рук, и Кейси поняли, что силы оказались равными в этой схватке. Они разошлись в стороны, переводя дыхание. Щит погас, а бита опустилась вниз. Кейси с ухмылкой бросил:
— Ну, вот и ничья, приятель.
Ревоннагандер не собирался возражать, поскольку считал вполне достойным получившийся результат. Кейси честно отразил атаку и попытался атаковать, пускай и наткнулся на защиту опытного воина. Рук слегка кивнул, убирая протоинструмент в исходное состояние, а после сказал:
— Для первой части тренировки — достаточно.
Тем временем Джули, облачённая в гладкий скафандр Кораблика, двинулась первой. Она постаралась действовать максимально незаметно, делая мягкий шаг в сторону, затем лёгкий выпад с прицелом на боковую атаку и прочие движения, в которых угадывалось влияние уроков ниндзюцу. Майки в своей обычной лёгкости будто играл, ведь его нунчаки мелькнули, блокируя удар, и он без труда отбросил её руку в сторону. Джули, немного отскочив, улыбнулась и с иронией заметила:
— Ну, не так уж и просто вас удивить, да?
— Ага, я же ниндзя-профи! — весело ответил Майки, крутанув нунчаки так, что они засвистели в воздухе. — Но это было круто, не сдавайся!
Теперь черепашка-мутант пошёл в наступление. Он неожиданно сблизился, резко пригнувшись, и совершил атаку, которая выглядела куда серьёзнее обычной "игры". Он совершил быстрый удар ногой вперёд, а затем замах нунчаками сверху. Джули, сохранив спокойствие и подняла энергетический щит, приняв удар ноги, а руку с нунчаками она встретила блокирующим приёмом, отбросив оружие чуть в сторону. На секунду они замерли, глядя друг на друга, ведь оба ощутили азарт, но и уважение к мастерству соперника. Джули, переводя дыхание, тихо сказала:
— Неплохо… даже слишком быстро для шутника.
Пускай он и был временами легкомысленным, однако сражаться умел хорошо и своими шутками поднимал боевой дух братьев. Нынешний партнёр для тренировки тоже приятно поразил черепашку-мутанта, поскольку девушка была всего лишь хозяйкой инопланетной зверушки, способной давать Джули высокие технологии. Майки ухмыльнулся, крутанув нунчаки снова, но теперь мягче, и сказал:
— А ты отражаешь удары лучше, чем Кейси мои подколы. Думаю, это будет весело.
В это время Донателло принял низкую стойку, держа бо не так, как обычно, поступив так не ради силы, а ради чёткости движений. Его глаза внимательно следили за Гвен, которая подошла мягко и почти беззвучно, словно повторяя движения, отточенные на тренировках со Сплинтером. Первым шагнула она: короткий выпад вперёд, удар рукой, усиленный тонкой защитной вспышкой магии. Донни парировал удар концом бо, не давая ей развить атаку, и тихо заметил, почти с уважением:
— Ты неплохо вплетаешь магию в технику. Это делает удары непредсказуемыми.
Волшебница неплохо изучила способы ведения боя гениального черепашки-мутанта, потому могла уверенно говорить о своих впечатлениях о тактике Донателло. Потому относясь с взаимным уважением, Гвен, отступив на полшага и слегка улыбнувшись, так же вполголоса ответила:
— А у тебя движения слишком точные. Такое ощущение, будто даже дыхание просчитал.
Он сделал шаг вбок и атаковал резким замахом бо сверху вниз, намеренно медленнее обычного, словно проверяя её реакцию. Гвен подняла блок в стиле ниндзюцу, а в тот же миг вокруг её руки вспыхнуло короткое сияние в виде магического барьера, усилившего защиту. Удар отозвался сухим щелчком, но бо соскользнул в сторону, не причинив вреда.
— Магия — это как дополнительный слой брони, — мягко сказала она, вновь переходя в атаку и нанося связку движений. — Но без техники она бы не сработала.
— А я всегда верил, что настоящая сила в гармонии, — ответил Донателло, блокируя удары с невозмутимой точностью. — Видимо, ты сейчас это подтверждаешь.
Их движения выглядели почти как танец, ведь удары и блоки следовали один за другим, но в тишине между стуком бо и всполохами магии слышались их спокойные, уважительные комментарии. Это была не яростная схватка, а скорее обмен опытом, в котором оба находили что-то новое.
Рафаэль, привычно крутя в руках сай, вышел вперёд первым, не скрывая боевого настроя. Эйприл, напротив, выглядела спокойной, собранной, встала в защитную стойку, повторяя то, чему учил её Сплинтер. Самый вспыльчивый среди братьев-черепашек всё же не стал атаковать внезапно и сказал:
— Ну что, Эйприл, готова? — с усмешкой спросил Раф, слегка поворачивая сай в ладонях. — Я не собираюсь тебя жалеть только потому, что ты моя подруга.
Давняя подруга черепашек-ниндзя с предвкушением ждала этой тренировки, поскольку обычно её изучение ниндзюцу проходило отдельно от братьев и совместные миссии в родном мире были редкостью. Она прищурилась и, сделав мягкий шаг в сторону, сдержанно ответила:
— Отлично, потому что я не собираюсь просить поблажек.
Первой атаковала Эйприл, совершив резкий выпад рукой и попытавшись провести подножку. Рафаэль парировал движение быстрым ударом колена, заставив её отскочить. Металл сай сверкнул, когда он сделал короткий замах, но остановил оружие в сантиметре от её плеча. После этого Рафаэль сказал:
— Ты слишком прямолинейна, — пробурчал он, но в голосе слышалась не грубость, а привычное поддразнивание.
Эйприл, не теряя равновесия, тут же ударила с другой стороны, на этот раз обманный выпад рукой, а затем настоящий удар ногой. Это был уже хороший ход и пускай партнёр предугадал его за мгновение до того, как девушка достигла цели, но Рафаэль, выставив блок, отступил на шаг и фыркнул:
— Ладно, так лучше. Уже учишься думать, а не только бить.
— Учусь у лучших, — парировала она, скользнув вперёд и зацепив его руку, словно проверяя, сможет ли отобрать оружие.
Раф вырвал руку с лёгким рыком, но уголок его рта дёрнулся в довольной улыбке. Как ни странно, но этим приёмом девушки черепашка-мутант остался доволен. Он видел, что индивидуальные занятия подруги с учителем Сплинтером дали свои первые результаты, потому Рафаэль довольно произнёс:
— А характер у тебя всё-таки боевой.
Их обмен ударами напоминал проверку границ, ибо Раф был силён, агрессивен, но осторожно сдерживал силу, а Эйприл действовала гибко, быстро, стараясь использовать каждую паузу. Оба получали удовольствие от возможности слегка размяться, при этом не причиняя друг другу вреда.
Леонардо и Кевин вышли навстречу друг другу почти одновременно. Лео держал катаны уверенно, в его движениях чувствовалась выверенная дисциплина, спокойная решимость воина. Кевин, покрытый плотной бронёй из тайденита, двигался с привычной дерзкой ухмылкой, будто заранее знал, что будет держать удар. Первым шагнул Леонардо и выполнил молниеносный выпад катаной, направленной в плечо соперника. Сталь сверкнула, но лезвие лишь с глухим звоном ударилось о блестящую поверхность брони. Кевин откинулся чуть назад и с насмешкой произнёс:
— Эй, красиво, но против моей защиты — это как палкой по камню.
Черепашку-мутанта не удивила броня партнёра, поскольку он успел немного изучить особенности сверх силы Кевина за то время, пока гости с иной вселенной находятся в этом измерении. Именно поэтому Леонардо, бросая изучающие взгляды на Левина, спокойно, не меняя тона, ответил:
— Любая броня имеет слабые места. Главное — найти их.
Теперь атаковал размахом руки, усиленной тяжёлой тайденитовой пластиной, Кевин. Он попытался провести боковой удар, явно рассчитывая на мощь и вес. Но Лео, отточенным движением ниндзюцу, скользнул в сторону и отбил удар катаной, заставив броню соскользнуть по клинку.
— Не всё сила решает, — заметил он сдержанно. — Иногда скорость важнее.
Кевин был удивлён, что внешне неповоротливая черепаха-мутант в очередной раз показала мастерство быстрых движений и умения мгновенно реагировать на неожиданные ходы противника. Потому Кевин, нахмурившись, сделал шаг назад, выждав момент, и пробормотал вполголоса:
— Ладно, признаю, быстро ты. Но я тоже не промах.
Они вновь сошлись в короткой серии движений, сперва от Леонардо точный выпад и от Кевина блок щитом из брони. Затем уже Кевин совершил резкий рывок с ударом, а Лео ловкий уход и отражение. Словно зеркало, они отрабатывали атаки и защиты, пока в конце оба остановились, признавая ничью. Леонардо слегка кивнул, убрав катаны в боевую стойку, и с уважением сказал:
— Ты силён. Достойный соперник.
Парень тоже видел, что перед ним воин, равный ему по навыкам сражений. Пускай этот черепашка-ниндзя не мог защитить себя бронёй, но навыки ниндзюцу компенсировали внешнюю уязвимость Леонардо. Кевин скривился в привычной ухмылке, но в голосе прозвучала уважительная нотка:
— А ты чёткий. Видимо, мы с тобой — в равных весовых категориях.
Оба отступили на шаг, понимая, что первая часть их тренировки завершена, и что ни один из них не смог превзойти другого. Черепашка-ниндзя сложил катаны в ножны, которые носил на панцире, а парень расслабился и развеял неуязвимую броню, которой защитился от атак Леонардо.
Бен в облике Алмаза стоял напротив Кожеголового, чувствуя, как внутри приятно гудит прочность его кристаллической формы, но все помнили, что Омнитрикс нужен только для защиты от когтей Кожеголового. Он слегка развернулся боком, выставив вперёд руку, ладонью вниз, как учил Сплинтер, и приготовился. Кожеголовый, напротив, был собран и сосредоточен. Его массивная фигура казалась созданной для грубой силы, но в глазах учёного светилась рассудительность. Он не спешил нападать, выжидая, анализируя, словно на доске шахмат.
— Помни, Теннисон, — рыкнул он негромко, — твой блеск не всегда защитит тебя. Иногда ум нужен больше, чем броня.
Первым двинулся вперёд Кожеголовый. Его когти сверкнули, рассекая воздух, и Бен едва успел сложить пальцы в жест, вызвав перед собой прозрачный магический щит. Удар хищных лап ударился о барьер с гулким звоном, и Бен, используя движение, перекатился в сторону, притормаживая рывок соперника. Затем супергерой сказал:
— Ага! Не только Омнитрикс, — прокомментировал он вслух, — магия тоже умеет сдерживать таких, как ты.
Кожеголовый лишь ухмыльнулся и тут же сделал новый выпад, уже хитрее: не прямой удар, а ложный рывок с резким уходом вбок. Но Алмаз, вспомнив уроки ниндзюцу, отбил когти локтем, обвитым кристаллической бронёй, и тут же пошёл в ответ быстрый выпад ногой, направленный в бок соперника. Казалось, что вот-вот Бен одержит верх, но Кожеголовый, используя инстинкты и ум, сместил вес, принял удар на бронированную часть туловища и оттолкнул Бена назад мощным толчком.
— Видишь? — хрипло сказал он. — Иногда достаточно не силы, а правильного расчёта.
Как ни странно, но аллигатор-мутант оказался таким же мастером сражений, как и парень с прибором высочайшего уровня на запястье. Дальнейшее сражение просто не имеет смысла, поскольку они поняли, что сражаются на равных. Бен выпрямился, переводя дыхание, и, чуть усмехнувшись, ответил:
— Хе-хе, а иногда надо быть упрямым. Я думал, смогу поймать тебя на скорости… но ты и здесь оказался умнее.
Они замерли друг против друга, оба понимая, что преимущество не на стороне ни одного из них. Алмаз показал, что может блокировать ярость когтей Кожеголового, а сам мутант доказал, что интеллект и природная сила способны нейтрализовать даже трюки ниндзюцу и магические щиты. В итоге оба сделали шаг назад, признавая ничью. Кожеголовый слегка склонил голову, как бы признавая достойного соперника, а Бен ухмыльнулся шире, сказав:
— Ладно, счёт один-один. Но в следующий раз я точно буду быстрее.
Не только Бен и Кожеголовый остановились, повернувшись к Вердоне и Сплинтеру лицами. Все остальные участники тренировки тоже завершили сражения, достойно отметив силу друг друга. Сплинтер, наблюдая за тем, как Бен и Кожеголовый закончили поединок без победителя, неспешно сложил руки на животе и мягко произнёс:
— Вы показали важный урок. Настоящая сила — не только в когтях или броне, но и в умении уважать соперника. Ничья тоже может быть победой, если каждый извлёк знание для будущего.
Дедушка Бена и Гвен тоже был доволен тем, как внук пользуется Омнитриксом. Он больше не пытается красоваться, злоупотребляя силой, а делает то, что указано в задании. Опытный Санитар был рад, что внук растёт духовно. Макс, улыбнувшись своей фирменной тёплой улыбкой, добавил:
— Вот именно. Сражения в команде редко бывают «до последнего». Главное — учиться понимать друг друга и находить равновесие. Вы оба доказали, что можете быть надёжной опорой рядом с другими.
Однако бабушка явно приготовила что-то ещё. Бен по её глазам видел, что прошедшее сражение было разминкой по сравнению с тем, что ждало их дальше. Он не знал, что приготовила бабушка, но был уверен, что он и команда со всем справятся. Вердона, поправив волосы и хитро прищурившись, с лукавой интонацией сказала:
— Ну, молодцы, справились… почти. Но хватит игр в привычных условиях. Сейчас я подниму для вас новую задачу, посложнее.
Она взмахнула рукой, и на тренировочной площадке начали формироваться сияющие конструкции, представляющие собой прозрачные энергетические стены, которые медленно сомкнулись вокруг каждого из участников. Вскоре все оказались по отдельности в «комнатах без крыши», словно в высоких колодцах из чистой энергии. Гвен, почувствовав знакомое магическое поле, подняла глаза вверх, где зиял единственный выход, и сказала вслух:
— Новая фаза тренировки. Здесь не победить силой. Задача — выкарабкаться наверх и выбраться наружу.
Бабушка Бена и Гвен осталась довольной получившемся результатом, потому с интересом ожидала того, как участники тренировки будут выбираться с этих ловушек. Ей было любопытно кто попробует нарушить правила и пойти коротким путём. Вердона улыбнулась шире, почти игривым тоном добавив:
— А вот как именно вы это сделаете… решайте сами.
Леонардо встал прямо в центре своей сияющей энергетической клетки и несколько секунд молча изучал пространство. Стены переливались мягким светом, но при ближайшем рассмотрении он заметил, что поверхность не была идеально гладкой. В нескольких местах угадывались едва заметные углубления и неровности, словно сама Вердона специально оставила «подсказки» для внимательного взгляда.
— Хм… понятно, — пробормотал он себе под нос, — значит, испытание не только для силы, но и для терпения.
Он подошёл к стене, положил трёхпалую ладонь на полупрозрачную поверхность, ощутил лёгкий отклик энергии и, опираясь ногами в низкие выступы, начал подниматься. Пальцы рук уверенно цеплялись за неровности, каждая из которых едва ли больше зазубрины на камне.
— Главное — сохранять равновесие, — шепнул Лео, подтягиваясь выше. — Здесь всё как в бою: если спешить — сорвёшься.
Его движения были размеренными, точными, как отточенные удары катаны. Сосредоточенный взгляд, сжатые губы и полное спокойствие выдавали опыт воина, привыкшего преодолевать трудности шаг за шагом. Леонардо осторожно подтянулся к самому верху, его ладони уверенно легли на последний выступ. Тело натянулось, мышцы работали слаженно, и вот он уже поставил ногу на кромку стены. Несколько секунд стоял неподвижно, сохраняя баланс, словно проверял, не скрыта ли здесь очередная ловушка. В голове мелькнули мысли: «Интересное испытание придумала мадам Вердона…»
Когда он полностью выпрямился и уверенно встал, полупрозрачные стены вокруг вдруг дрогнули и с тихим гулом начали опускаться вниз. Свет клеточных граней становился всё слабее, пока наконец не рассеялся окончательно, оставив Леонардо стоять на ровной поверхности тренировочного зала.
— Вот и всё, — спокойно произнёс он, позволяя себе лёгкую улыбку. — Значит, испытание пройдено.
Внутри он ощутил тихое удовлетворение, ведь дисциплина и сосредоточенность вновь доказали свою силу. Леонардо понимал, что именно этого и хотел от него учитель Сплинтер, не просто выбраться, а пройти испытание с ясной головой и полной самоотдачей.
Тем временем Рафаэль стиснул зубы и обвёл клетку взглядом. Если не присматриваться, то легко можно решить, что единственный способ выбраться заключается в том, чтобы обладать липкими конечностями. Стены гладкие, почти без зацепок, но он вынул сай и со злой ухмылкой пробормотал:
— Ну что ж… если нет выступов — сделаем их сами.
Он вонзил острие одного саи в стену и подтянулся, помогая себе второй рукой и вторым оружием. Пускай этот способ был рискованным, однако черепашке-ниндзя он показался единственно возможным. Двигаясь рывками, Рафаэль поднимался всё выше, сопровождая каждый шаг короткими комментариями:
— Ещё чуть-чуть…
— Ха, думали, удержите меня?
— Слишком легко для меня.
Постепенно он добрался до самого верха. Вскоре перед глазами возник краешек магической стены, и Рафаэль уверенно предвкушал победу в этом задании. С последним усилием вонзил сай чуть выше, подтянулся и поставил обе ноги на кромку. Выпрямился, удерживая равновесие на стене, и выдохнул:
— Вот так-то!
В ту же секунду магические стены вокруг начали мягко растворяться и медленно опускаться вниз, будто признавая его победу. Рафаэль стоял с расправленными плечами, глядя на исчезающую клетку, и ухмыльнулся, после чего самодовольно проговорил:
— А я ведь говорил… меня так просто не закроешь.
Донателло внимательно оглядел стены своей энергетической клетки. На первый взгляд они были совершенно гладкими, но он прищурился и заметил едва заметные линии и перепады в магической поверхности. Это было то что нужно и черепашка-мутант, представляя, как он выберется, проговорил:
— Хм… всё же не идеально ровные, — пробормотал он, прикасаясь пальцами к стене. — Значит, шанс есть.
Он глубоко вдохнул и начал осторожно подниматься, упираясь ногами в крошечные углубления и помогая себе пальцами рук. Постепенно, сантиметр за сантиметром верх колодца приближался к нему, а вместе с этим победа в задании. Каждое движение сопровождалось тихими комментариями:
— Если распределить вес правильно… должно выдержать.
— Главное — не спешить.
— Интересно, это проверка силы или ума?.. Наверное, и того, и другого.
Шаг за шагом, движение за движением, Донателло всё выше поднимался к краю. Ему было неважно выберется ли он последним, главное честно выбраться с этого колодца, чтобы показать, что ум тоже может быть полезен. В какой-то момент он замер, прижавшись к стене, и тихо усмехнулся, сказав:
— Чувствую себя словно в одном из собственных экспериментов: либо рассчитал всё верно, либо… падение.
С последним усилием он подтянулся на руках и поставил ноги на самую верхнюю линию стены. Перед глазами возникли несколько колодцев, с которых ещё не выбрались другие участники тренировки. Осторожно выпрямился, расправив плечи, и выдохнул с облегчением, после чего пробормотал:
— Ну вот… получилось.
В тот же миг энергетическая клетка под его ногами засветилась мягким светом и стала плавно опускаться, растворяясь, пока не исчезла полностью. Черепашка-ниндзя был доволен результатом и потому на лице играла улыбка. Донателло сделал шаг вперёд и кивнул сам себе, довольно сказав:
— Опыт и терпение ещё никогда меня не подводили.
Микеланджело, едва оказавшись в клетке, озирался с широко распахнутыми глазами. Он внимательно рассматривал свой колодец, подбирая варианты того, как выбраться наверх и выполнить задание. Стены уходили вверх, гладкие и блестящие, но кое-где виднелись маленькие неровности.
— О-о-о, ну всё ясно, — молвил он, хлопнув себя по ладони. — Это как лазить по холодильнику за пиццей, только холодильник вертикальный и без пиццы. Обидно!
Он подпрыгнул, вцепился пальцами в первую попавшуюся неровность и начал карабкаться. После стольких лет вылазок за пиццей черепашка-мутант научился прекрасно выбираться по стене, если в оной есть выступы. Движения были ловкие, но каждое сопровождалось весёлыми комментариями:
— Уф, вот это спортзал по волшебному…
— Сэнсэй сказал: "терпение". Я сказал: "пицца". Считаю, одно и то же!
— Если сорвусь — будет тест на черепашью броню… хотя лучше не проверять.
Постепенно верх колодца приближался, но Майки не спешил расслабляться, справедливо рассудив, что отдыхать и радоваться будет, когда выберется с этой импровизированной ловушки, созданной как тренировочный предмет. Он фыркнул, подтянулся повыше и, замерев на миг, добавил:
— Эй, клетка, смотри и учись! Так лазают профессионалы по добыче пиццы из верхних полок.
Вскоре верх колодца замаячил перед глазами, и черепашка-мутант приготовился сделать последнее усилие, чтобы выполнить задание и наконец немного передохнуть перед следующими испытаниями. С последним усилием Майки встал на ноги, выровнялся, балансируя руками, и довольно воскликнул:
— Ковабунга! Я на вершине!
В этот момент энергетическая клетка под его ногами медленно засияла, начала опускаться и вскоре исчезла. Микеланджело сделал вид, будто поклонился воображаемым зрителям, и добавил с ухмылкой:
— Спасибо, спасибо… автографы после ужина. Ну и, может, после пиццы.
Тем временем Кожеголовый внимательно осмотрел магическую клетку, поводя носом и царапнув стену когтями. Каменно-энергетическая поверхность слегка искрилась, но не казалась ему непреодолимой преградой. Рассматривая стены колодца, аллигатор-мутант рассудительно говорил:
— Хм… гладко, но для когтей хватит, — пробормотал он себе под нос, проверяя прочность покрытия. — Не в первый раз из ямы выбираюсь.
Вцепившись когтями в стену, он начал подниматься, медленно взвешивая каждый свой шаг. Его движения были мощными и уверенными: лапы цеплялись намертво, хвост помогал удерживать равновесие. Каждый рывок сопровождался тихим ворчливым комментарием:
— Вот так… шаг за шагом.
— Стены ваши красивые, а пользы мало.
— Для учёного я неплохо карабкаюсь, да?
Он поднимался уверенно, не спеша, словно проверяя не только свои силы, но и хитрость Вердоны. Однако анодит не собиралась слишком усложнять задание, потому Кожеголовый выбрался, как и все. Добравшись до верха, Кожеголовый поднялся, встал обеими ногами на край стены и выпрямился, слегка фыркнув:
— Ну вот… ничего сложного.
В тот же миг клетка под его ногами засветилась и медленно начала опускаться, пока не исчезла вовсе. Это стало знаком, что испытание пройдено. Кожеголовый лишь слегка качнул хвостом и добавил себе под нос:
— Хорошая разминка… но до настоящего боя далеко.
Тем временем Рук внимательно осмотрелся, затем крепко сжал протоинструмент в руках. В отличие от черепашек и Кожеголового ревоннагандер не мог рассчитывать только на свои силы, потому собирался воспользоваться протоинструментом. Его голос прозвучал спокойным и собранным:
— В таких ситуациях нужно использовать то, что создано для любых условий.
Он нажал боковую кнопку на корпусе оружия, и протоинструмент тихо загудел, перестраиваясь. Из дула медленно выдвинулась металлическая деталь, которая трансформировалась в прочный крюк с зубцами для зацепа. Убедившись, что всё готово, он присмотрелся к верху колодца и пробормотал:
— Идеально, — коротко заметил ревоннагандер.
Он вскинул оружие и выстрелил вверх. Крюк взвился в воздух, перелетел край стены и с характерным скрежетом застрял снаружи, прочно зацепившись. Лазерная «верёвка», соединяющая крюк с оружием, натянулась, засияв мягким голубым светом. Рук, проявляя точность и дисциплину, взялся обеими руками и начал подниматься, словно по канату. Его ноги уверенно упирались в стену, помогая двигаться выше. Он двигался методично, будто выполнял тренировку, каждый шаг продуманный, каждое движение выверенное.
— Хорошая имитация сложных условий… полезная проверка выносливости, — пробормотал он, продолжая восхождение.
Наконец, выбравшись наверх, Рук спокойно встал на край стены, отпустил верёвку, и крюк, подчиняясь механизму, втянулся обратно в протоинструмент. В этот момент энергетическая клетка под ним засветилась и начала медленно исчезать, словно признавая его победу.
— Задача выполнена, — сдержанно сказал Рук, слегка поправив ремень на плече.
В это же время Кевин стоял внизу клетки, напряжённо осматривая стены. Его броня из тайденита мерцала тёмным отблеском, но он лишь скривился и сосредоточился. Нужно было сменить защиту, так как кристаллы только скользили по этим стенам, а вот металл должен справится, и парень сказал:
— Ладно… попробуем по-другому, — пробормотал Кевин себе под нос.
Сосредоточив усилие, он отозвал тайденитовую броню и по его телу прошла рябь, после чего крепкая кристаллическая поверхность втянулась, словно растворившись в коже. Кевин сунул руку в карман и вытащил небольшой кусок железа, ничем не примечательный обломок. Сжимая его в ладони, он ощутил знакомую тяжесть и холод металла, а через секунду его одежда и тело начало покрываться железной бронёй. Серебристо-серые пластины быстро окутали его, придавая массивность и вес.
— Вот это то, что нужно, — усмехнулся он, проверяя пальцы.
Металлические конечности слегка преобразились: пальцы вытянулись, а кисти приняли форму, напоминающую кирки, остроконечные и прочные. Кевин уставился на стены и без лишних слов начал подниматься. Его «кирки» легко врубались в поверхность энергетической преграды, оставляя зазубрины, в которые он упирался ногами. Шаг за шагом, рывок за рывком, он выбирался всё выше, слыша лишь звонкое эхо собственных ударов по стене.
— Неплохо… довольно крепко, но для меня — пустяк, — с усмешкой прокомментировал он, подтягиваясь выше.
Наконец, он добрался до верха и, выпрямившись, встал ногами на край стены. Его металлическая броня поблёскивала в свете, а он сам, расправив плечи, выглядел уверенно и спокойно. В этот момент клетка под ним начала медленно опускаться и растворяться в воздухе, словно признавая его победу. Кевин скрестил руки на груди и окинул взглядом тренировочный зал.
— Ну что, я снаружи, — усмехнулся он, заметив, что пока рядом только Леонардо. — Остальные пусть подтягиваются.
В это же время Кейси стоял внутри энергетической клетки, по привычке сжимая в руках своё оружие. Выбраться с подобной ловушки можно только проявляя чудеса силы и выносливости. Впрочем, ему не привыкать, поскольку мастер Сплинтер помогал и с этим. Он прищурился, осмотрев стены, и ухмыльнулся, сказав:
— Ну, ну… Думают, меня такой коробкой удержать? Да я из хоккейных ворот выбирался и посложнее, — пробормотал он, похлопав ладонью по стене, будто проверяя прочность.
Он глубоко вдохнул и собрался. В голове мелькнуло наставление Сплинтера о концентрации и равновесии. Кейси слегка согнул колени, резко подпрыгнул, ухватился пальцами за небольшую неровность и, подтянувшись, закрепился выше. Его движения напоминали грубый, но уверенный стиль ниндзюцу, не без шероховатостей, зато с напором и силой.
— Вот так… и ещё чуть-чуть… а вы говорили, что я шумный, — усмехнулся он, подтягиваясь ещё выше.
Несколько раз он едва не соскользнул, но вовремя фиксировал себя удачным зацепом, используя не только силу, но и ловкость, набранную на тренировках. Наконец, рывком подтянувшись, он вылез за край и встал ногами на верх стены, тяжело выдохнув.
— Фух! Ну что, парни, хоккейный сезон открыт, — ухмыльнулся Кейси, выпрямляясь.
Под его ногами клетка медленно опустилась и исчезла, словно растворяясь в воздухе. Он огляделся — и заметил знакомые фигуры. На свободе уже стояли Леонардо, Кевин и Рафаэль. Теперь к ним присоединился и он, Кейси Джонс, гордый своей победой.
В это же время свой колодец осматривала волшебница. Вокруг было слишком узко, чтобы создавать энергетические ступени, потому нужно было сообразить, как выбраться с этого места. Потому Гвен внимательно осмотрела стены энергетической клетки, слегка тронув их рукой, после чего сказала:
— Ну, спасибо, бабушка… придумала задачку, — пробормотала она себе под нос, выдыхая и сосредотачиваясь.
Она отступила на шаг назад, глубоко вдохнула и, словно вспоминая наставления Сплинтера, плавно перешла в стойку. Резкий толчок ногами — и девушка взмыла вверх, ловко зацепившись пальцами за небольшую неровность.
— Главное — не сорваться, — тихо подбодрила себя она, подтягиваясь и ставя ноги на выступ чуть выше.
Её движения были точными и уверенными, хотя на лице то и дело мелькала напряжённая улыбка. Она внимательно смотрела куда тянет руку и старалась опираться только на крепкие и достаточно большие выступы. В какой-то момент Гвен, ухватившись за следующую выемку, негромко усмехнулась:
— Интересно, Бен бы уже начал ныть или ещё держался?
Подтянувшись ещё выше, она, наконец, выбралась за край, осторожно встала ногами на верх стены и расправила плечи. Энергетическая клетка тут же дрогнула и стала медленно опускаться, вскоре исчезнув совсем. Оглядевшись, Гвен заметила рядом уже свободных Леонардо, Рафаэля, Донателло, Кевина и Кейси. Она удовлетворённо кивнула себе и с лёгкой улыбкой сказала:
— Отлично. Я в их числе.
В это же время Джули, находясь в своём колодце, сделала глубокий вдох, сосредоточившись на стенах своей энергетической клетки. Она принялась внимательно рассматривать магические стены, ища за что бы ухватиться, чтобы выкарабкаться наверх. Несколько мгновений спустя девушка проговорила:
— Ладно, посмотрим, на что ты способна, старушка, — тихо пробормотала она, обращаясь к самой себе и слегка улыбаясь.
Она оттолкнулась ногами, ловко ухватившись за небольшой выступ, и подтянулась, почти не прилагая усилий, словно повторяя движения, которым её обучили Сплинтер и Гвен. Верх колодца постепенно приближался и Джули, словно подбадривая себя, спокойно и невозмутимо шёпотом бормотала:
— Отлично, Джули, не торопись, — тихо комментировала она каждое своё движение, анализируя, где удобнее зацепиться руками и ногами.
Серией быстрых, уверенных прыжков и подтягиваний девушка вскоре достигла верхнего края клетки, легко приземлившись на платформу. Она выпрямилась, поправила волосы и с удовлетворением вздохнула, видя, как клетка медленно опустилась и исчезла. Взгляд Джули сразу упал на остальных: Леонардо, Рафаэль, Донателло, Микеланджело, Кевин, Кейси и Гвен уже стояли на свободе.
— Ну что ж, похоже, мы все на месте, — тихо сказала она, улыбаясь и чувствуя лёгкое возбуждение от успешно выполненного задания.
В это же время Эйприл сосредоточилась, проверив, чтобы руки и ноги уверенно держались на неровностях энергетической клетки. Она собиралась просто вылезти наверх, следуя урокам учителя Сплинтера, которые подходили для этого задания. Хватаясь за первый выступ, она проговорила:
— Ладно, Эйприл, не подведи себя, — тихо произнесла она, пробуя первый рывок наверх.
Медленно вершина колодца приближалась и Эйприл старалась не смотреть вниз, осторожно наощупь выискивая точку опоры для следующего маленького рывка. Она ловко подтянулась, опираясь ногами на выступы, и плавно перехватила руки за другой уступ, комментируя свои действия:
— Отлично, чуть левее… вот так, держись крепче.
Несколько точных движений, и она уже подтягивалась почти на верхнюю кромку клетки, слегка улыбаясь, когда тело следовало за инерцией и согласно методике. Задание было выполнено и Эйприл расслабилась, после чего, поднимаясь на верхушку колодца, рассудительно и спокойно сказала:
— Пожалуй, это даже проще, чем я думала, — шепнула Эйприл себе, выныривая наружу и став на свободную платформу.
Она выпрямилась, поправила волосы и окинула взглядом горизонт, ибо Леонардо, Рафаэль, Донателло, Микеланджело, Кожеголовый, Кевин, Кейси, Гвен и Джули уже стояли на свободе, приветливо кивая ей. Мгновение спустя девушка, тоже жестом поприветствовав друзей, молвила:
— Отлично, теперь мы все вместе, — тихо сказала Эйприл, с удовлетворением глядя на своих друзей и союзников.
Бен коснулся значка Омнитрикса, и свечение окутало его запястье. Силуэт Алмаза исчез в зелёной вспышке, а на его месте возник Кристалл. Тело переливалось темно-фиолетовыми оттенками с контрастными темными линиями и пятнами, руки и лицо полностью пурпурные. На груди и спине сверкали четыре кристалла, рог венчал голову, рот на лице выглядел как блик в пурпурном кристалле, а в центре лица зеленел глаз. В голове супергероя мелькнула мысль: «Сейчас я поглощу эту стену и быстро окажусь на свободе.»
Бен с осторожностью направил руку на энергетическую клетку, ощущая, как она медленно поглощает стену. Но едва он успел поглотить пространство, как заметил Кевина и Лео, стоящих снаружи. Мгновенно клетка вернулась на место, ограничивая свободу движения, и Бен невольно услышал ехидный комментарий Кевина:
— Вот это да, Кристалл, думаешь, успеешь нас удивить?
Бен тихо фыркнул, коснулся значка Омнитрикса снова, и на месте Кристалла возник Обезьяна-Паук, внешне словно гибрид синей мартышки и паука с гибким телом и ловким хвостом, выпускающим паутину. Он стремительно выкатился из клетки, приземляясь на поверхность площадки, когда все остальные уже давно закончили задание и наблюдали за его эффектным, пусть и слегка опоздавшим, появлением. Вердона с улыбкой склонилась над площадкой, наблюдая за поздним выходом Бена:
— Вот и наш Кристаллик решил наконец поучаствовать, — пробормотала она с лёгким юмором, глядя на спешащего Обезьяну-Паука. — А вообще, я впечатлена, ведь вы все молодцы! Каждый старался на полную катушку, и пусть не все успели идеально, но старания налицо.
Однако на этом тренировка не закончилась. Команде нужно пройти ещё несколько испытаний прежде чем они пойдут отдыхать, восстанавливая силы для грядущих сражений. Затем она перевела взгляд на всех членов команды и с серьёзным, но при этом игривым тоном объявила:
— А теперь, ребята, следующий этап. Перед вами энергетическая паутина. Пройдёте сквозь неё без единого касания — свобода. Заденете — будете связаны по рукам и ногам, так что придётся выкручиваться уже в другой позиции. Удачи!
С её словами паутина мягко вспыхнула, образуя сеть из тонких искрящихся нитей, каждая из которых словно ждала, чтобы кто-то случайно задел её. Однако союзники не собирались творить глупости и спокойно стояли, прикидывая как бы пройти дальше. Смотря на преграду, Лео погрузился в мысли:
«Придётся вспомнить урок учителя с пиццей и передвижениями на бамбуковых шестах… но, впрочем, мне не привыкать, я ответственно отношусь к заданиям учителя.»
Леонардо спокойно вдохнул и шагнул к сияющей паутине. Его массивное тело черепашки-мутанта на первый взгляд выглядело неподходящим для подобного испытания, ведь со стороны казалось, что панцирь мешал, руки и ноги казались слишком тяжёлыми. Но стоило ему сосредоточиться, как движения обрели лёгкость. В голове черепашки-мутанта мелькнула мысль:
«Главное концентрация и внимательность…»
Он сделал первый прыжок и словно проскользнул в щель между двумя нитями, едва не касаясь их плечом. Затем мягкий наклон корпуса, отработанный сотнями часов тренировок, и его панцирь прошёл в миллиметрах от вспыхивающих энергий. На какое-то мгновение лидер братьев-черепашек подумал:
«Это было близко… но всё же я справлюсь с заданием.»
Каждый следующий шаг был точен и выверен, состоявший из плавного переката, грациозного прыжка вперёд, после чего короткая пауза для равновесия и снова движение. Казалось, что Лео вовсе не сражается с препятствием, а танцует в его ритме. И вот, сделав последний прыжок, он выпрямился уже за пределами паутины, бесшумно ступив на землю. Ни одна нить не дрогнула и Леонардо сказал:
— Вот так, — спокойно произнёс он, даже не вытирая пота. — Главное — быть сосредоточенным.
В отличие от лидера, вспыльчивый черепашка-мутант с долей скептицизма смотрел на возникшую преграду. Он-то пройдёт здесь, но Рафаэлю казалось, что это меньше всего похоже на тренировку. И потому Рафаэль, глянув на магическую паутину, только фыркнул и буркнул:
— Ну и кто это придумал?.. Ладно, справлюсь.
Он шагнул вперёд, стиснув зубы. Раз уж поставили задание, его нужно выполнить несмотря на то каким бы неправильным и неподходящим испытание не казались бы лично Рафу. Его движения не были такими изящными, как у Леонардо, зато в них чувствовалась сила и упорство. Пробираясь сквозь паутину, он постоянно ворчал себе под нос:
— Вот уж радость… Прыгай тут, как циркач… — бормоча, он прижимался к полу, чтобы проскользнуть под нитью. — Да чтоб я ещё раз… — отталкивался ногами, пролетая между сияющими ловушками. — С ума сойти, и это тренировка?..
Несмотря на бурчание, Раф двигался быстро и уверенно, каждый прыжок совершая с расчётом, чтобы не задеть ни единой нити. Его мышцы работали, как пружины, а взгляд горел упрямством: он не собирался давать паутине взять верх. И вот, сделав последний рывок, он оказался по другую сторону. Выпрямившись, Раф бросил через плечо:
— Ха! Я же говорил, что справлюсь. Хотя… это всё равно глупее некуда.
Но по блеску в его глазах было ясно: внутри он доволен результатом. Донателло встал напротив паутины и на несколько секунд застыл — не от нерешительности, а для того, чтобы дать глазам и уму сделать то, что у него получается лучше всего: прочесть структуру. Он прищурился, провёл пальцем по воздуху, будто рисуя маршрут, и тихо пробормотал себе под нос:
— Узлы плотнее здесь, между второй и третьей нитями полоса шире… если держать центр тяжести низко — можно пройти без лишних рывков.
Он шагнул вперёд очень осторожно и не резкими выпадами, а короткими, выверенными шажками. Донни не торопился ломать паутину, он «читал» её, ведь считал пересечения глазами, запоминал частоту мерцания нитей, мысленно «наносил» на карту опорные точки и траекторию. Вслух, почти шёпотом, комментировал свои расчёты:
— Сюда ногу, чуть влево, корпус — вперёд, не поднимать кисть… отлично.
Движения вышли мягкими и точными, поскольку он скользил между нитями, тело почти текло по заранее выверенному пути. В одном месте сделал лёгкий перекат, чтобы пройти под дугой энергии, в другом совершил короткий прыжок, плавно перераспределив вес на стопы. Каждый шаг сопровождался тихим, деловым комментарием:
— Вот тут менее натянуто, можно пройти без отскока… и ещё — не забыть про баланс.
Несколько минут спустя энергетическая паутина осталась позади, а самый умный среди братьев-черепашек стоял рядом с братом-лидером. Когда Донателло вышел на свободную сторону, он глубоко выдохнул и с лёгкой улыбкой обратился к тем, кто смотрел:
— Ничего особенного — просто план и терпение. Но если кто-то хочет, могу пару финтов показать.
Микеланджело, в отличие от брата-интеллектуала, сразу же подмигнул всем и с широкой ухмылкой шагнул к сияющей паутине. Он и не собирался слишком долго размышлять, поскольку решил воспользоваться выработанной проворностью. Беззаботный черепашка-ниндзя шутливо произнёс:
— Ну что, дамы и господа, держите аплодисменты наготове! Сейчас увидите мастер-класс от черепахи, которая никогда не застрянет в паутине… ну, разве что в паутине из пиццы, — хохотнул он, нарочно подпрыгнув на месте.
Сначала Майки сделал сальто назад, будто собирался впечатлить публику, а потом, крутанувшись на пятке, нырнул под первую нить. Вердона с улыбкой наблюдала за выкрутасами последнего из братьев-черепашек и тот, довольный вниманием к его персоне, продолжал проходить препятствие, бормоча:
— У-у-у, смотрите, гибкость как у гимнаста, только без трико! — бормотал он весёлым тоном.
Несмотря на внешнюю невозмутимость, Микеланджело внимательно следил за тем, куда будет приземлятся и на какой участок пойдёт. Когда пришлось проскользнуть боком между двумя особенно узкими промежутками, Майки сложил руки, будто несёт невидимую коробку, и прокомментировал:
— Осторожно, свежая пицца! Главное — не уронить начинку.
Прочие члены команды смотрели на товарища и молча выражали каждый своё мнение. Кто-то восхищался изворотливостью Майки, кто-то хмыкал, но в целом все были настроены доброжелательно. Он шёл, подпрыгивал, вертелся, каждый раз придумывая новую реплику, и болтал:
— О, вот это паутина — точно не для интернет-сёрфинга…
— Ай, чуть не задел! Но я же мастер уклонения, ха!
Как бы там ни было, а противоположный край магической паутины приближался с каждым трюком черепашки-ниндзя. И наконец, сделав кульбит через последнюю нить, он приземлился на колени, вскинул руки вверх и, будто перед толпой зрителей, торжественно выкрикнул:
— Та-да-а-а! Прошу любить и жаловать: Микеланджело, король ловкости и юмора!
Смех и одобрительные взгляды друзей были ему лучшей наградой, испытание пройдено легко и весело, как будто это была всего лишь игра. Кожеголовый подошёл к испытанию совсем иначе, чем остальные. Его крупная фигура казалась совершенно неподходящей для манёвров в узком коридоре паутины, но мутант-аллигатор прищурился и начал наблюдать, как нити переливаются и дрожат от малейшего движения воздуха.
— Хм, структура явно нестабильна… судя по интенсивности свечения, это не обычная энергия, а переплетение силовой матрицы, — пробормотал он, приподняв когтистую лапу и едва заметно коснувшись воздуха рядом с одной из нитей. — Достаточно одного неверного шага, и всё сработает как капкан.
В отличие от братьев-черепашек аллигатор-мутант не обладал навыками ниндзя потому решил подойти к решению проблемы как учёный и сначала хорошенько подумать, и потом уже действовать. Он отступил на шаг, почесал подбородок и, словно решая сложное уравнение, продолжил рассуждать:
— Если предположить, что сила натяжения одинакова на каждой линии, то оптимальная траектория должна быть… вот так.
Кожеголовый сделал первый шаг, двигаясь осторожно, но при этом с точностью хирурга. Его когти слегка царапали каменный пол, когда он приседал, протискиваясь между нитями, а потом плавно поднимался, словно проверял гипотезу на практике.
— Теория подтверждается, — пробормотал он с удовлетворением, — главное — держать равновесие и сохранять расчёт.
Постепенно он продвигался вперёд: то наклонял массивную голову, то разворачивал тело боком, то прижимал к себе лапы, будто большой аллигатор вдруг решил превратиться в тень. Несмотря на размеры, двигался он уверенно и почти бесшумно. На последнем отрезке он замер, прикинул шаг и произнёс, словно подводя итог эксперименту:
— Да, всё как я предполагал. Немного точных вычислений — и никакая ловушка не страшна.
С этими словами Кожеголовый вышел наружу и, расправив плечи, оглянулся на остальных, его глаза блеснули спокойным удовлетворением. Он доказал себе и команде, что учёный подход работает даже в испытаниях ловкости.
Рук подошёл к испытанию так, словно это было ещё одно задание из тренировок ревоннагандеров. Его спокойное лицо не выражало сомнений, взгляд оставался сосредоточенным, а движения точными и продуманными. Внимательно рассматривая препятствие, которое создала Вердона, Рук произнёс:
— В испытаниях всегда есть логика, — тихо сказал он, наблюдая за мерцающими линиями магической паутины. — Нужно лишь найти правильный ритм.
Он сделал вдох, сосредоточился, а затем двинулся вперёд, в стиле настоящего ниндзя, плавно, бесшумно и в то же время с внутренней силой. Его шаги были короткими и упругими, каждый заранее просчитанный. Рук скользил между нитями, словно поток воды, избегая малейшего касания.
«Главное не терять концентрацию…» — думал ревоннагандер.
Иногда он резко приседал, уходя вниз, затем пружинисто поднимался, как будто знал, что именно это движение нужно, чтобы не задеть сияющую ловушку. Его руки то тянулись вперёд для равновесия, то прижимались к телу, и казалось, что ревоннагандер повторяет древний танец скрытности и дисциплины.
— Важно не скорость, а точность, — тихо произнёс он, когда преодолел половину пути, и продолжил двигаться ещё увереннее.
На последнем участке Рук сделал почти акробатический рывок — мягкий разворот корпуса, лёгкое скольжение вбок и грациозное движение вперёд. Ни одна нить не дрогнула. Оказавшись по ту сторону паутины, он выпрямился, сложил руки на груди и произнёс спокойно, но с оттенком удовлетворения:
— Испытание пройдено. Настоящий воин должен уметь двигаться так же легко, как тень.
Кевин, глядя на паутину, сразу нахмурился и скрестил руки на груди. Ему хотелось пойти напролом, но парень понимал, что иногда следует действовать тихо и незаметно для врагов. Потому он собирался достойно выполнить задание бабушки Бена и Гвен, хотя и слегка недовольно проворчал:
— Вот только этого не хватало… паутинка, — буркнул он. — Ну ладно, посмотрим, кто кого.
Он сделал шаг вперёд и внимательно осмотрел каждую нить, но, в отличие от Донателло, долго рассчитывать траекторию не стал. Кевин всегда действовал быстрее, полагаясь на реакцию и силу. Так и теперь, юноша собирался решительно пройти препятствие следя за тем, куда делает шаг.
— Главное — не усложнять, — тихо пробормотал он и, сосредоточившись, позволил своей коже покрыться тонким слоем металла. — Если что, выдержу удар… ну или почти.
Он начал двигаться вперёд, аккуратно, но без излишней плавности. То пригибался, то шагал боком, то резко вытягивал руку, чтобы оттолкнуться от пола и перепрыгнуть через особо плотный участок нитей. Преодолев сложный участок, Кевин не смог промолчать и потому тихо с недовольством бормотал:
— Ну, конечно… надо было поставить паутину именно здесь, — ворчал он, проходя середину пути и резко уходя вниз, чтобы проскользнуть под сияющей линией.
В нескольких местах Кевин двигался на пределе и его плечо едва не задело нить, но он вовремя провернул корпус и прошёл дальше. Постепенно противоположный конец препятствия приближался и юноша, заметно воодушевившись, слегка расслабился и, приближаясь к концу паутины, сказал:
— Ха! Видали? — ухмыльнулся он, перепрыгнув через последний участок. — Даже без пафоса и медитаций можно справиться.
Теперь он стоял рядом с остальными союзниками, успешно прошедшими это очередное необычное испытание от бабушки Бена и Гвен. Оказавшись по ту сторону паутины, Кевин стряхнул с рук металлическое покрытие и добавил с усмешкой:
— Вот и всё. Ниндзя, учёные, маги… а толку? Иногда достаточно просто силы и чутья.
После Кевина выполнить задание взялся фанат альтернативного использование спортинвентаря. Парень задумчиво рассматривал магическую паутину и прикидывал, каким образом лучше всего пройти это препятствие. Кейси, глядя на паутину, почесал затылок и усмехнулся, после чего сказал:
— Ну, вот это уже похоже на какую-то из моих тренировок… вот только с сеткой для хоккея было бы проще, — пробормотал он.
Он крепче сжал в руках свой бит, будто тот помогал сосредоточиться, и, глубоко вдохнув, шагнул вперёд. Сначала двигался осторожно, но очень быстро понял, что, если слишком замедляться можно запутаться в собственных движениях. Потому молодой человек, продолжая смотреть куда ставит ногу, молвил:
— Ладно, Джонс, будь как ниндзя, — тихо сказал он сам себе и, присев, проскользнул под первой ниткой. — Фух, одна есть.
Дальше Кейси стал действовать чуть смелее, поскольку то резко пригибался, то перепрыгивал, то подпрыгивал, ухмыляясь сквозь напряжение. Постепенно противоположный край препятствия приближался и это воодушевляло парня. Продолжая уверенно двигаться дальше, Кейси произнёс:
— Ага, паутинка, не дождёшься! Я хоть и не черепаха, но ловкость у меня есть, — буркнул он, протискиваясь боком сквозь узкий просвет между двумя нитями.
Под конец, когда оставался последний участок, Кейси чуть было не задел плечом сияющую нить, но вовремя ушёл в кувырок. Выкатился на свободное пространство и тут же встал, широко разведя руки. Теперь можно расслабиться, чем Джонс и собирался воспользоваться, стоя рядом с друзьями.
— Ха! Видели? Кейси Джонс — мастер по прохождению паутин, — молвил он, ухмыльнувшись и слегка поклонившись, словно сделал номер на арене. — Вот так-то, хоккей и ниндзюцу в одном флаконе.
Гвен встала перед сияющей энергетической паутиной, внимательно осмотрела каждую нить. Её взгляд стал сосредоточенным и серьёзным. Волшебница пока раздумывала как ей пройти препятствие, потому, рассматривая внушительных размеров магическую паутину, вслух негромко пробормотала:
— Так… если рассчитывать только на ловкость, будет рискованно, — тихо сказала она, поднимая ладони. — Но если добавить чуточку магии…
Она соткала в воздухе тонкий розовый щит, похожий на лёгкую сферу, который слегка подсветил пространство вокруг. Щит не касался паутины, а лишь подсвечивал её линии, делая их чётче. Теперь можно было пройти с уверенностью препятствие, созданное бабушкой, и девушка довольно сказала:
— Отлично, теперь хотя бы ясно видно каждую нить.
Гвен шагнула вперёд, двигаясь в стиле ниндзюцу, ибо старалась идти мягко, периодически наклоняясь, и с плавными прыжками. Иногда она слегка подстраховывала себя магией, направляя тонкие импульсы, чтобы отклонить колеблющиеся нити и безопасно проскользнуть.
— Это похоже на танец, только если ошибёшься — попадёшься, — шепнула она, протискиваясь боком между двумя очень близкими линиями.
На середине пути Гвен сделала короткий переворот через плечо и грациозно встала, пригнувшись. Щит вспыхнул чуть ярче, подсветив самый сложный участок. Противоположный край паутины был уже очень близко, из-за чего девушка предвкушала скорую передышку. Потому волшебница и сказала:
— Вот и финальный шаг… давай, Гвен, ты сможешь, — пробормотала она.
Сделав стремительный рывок и изящный прыжок, она оказалась по ту сторону магической паутины. Щит исчез, а девушка улыбнулась и выпрямилась. Волшебница осталась довольной полученным результатом, потому с удовольствием расслабилась и, бросив взгляд на паутину, проговорила:
— Ну что ж, испытание пройдено. Похоже, уроки Вердоны и тренировки ниндзюцу дают результат, — молвила она с лёгкой гордостью, но без хвастовства.
Джули глубоко вдохнула, глядя на энергетическую паутину. Кораблик в этот раз мирно спал в капсуле, ибо вся ответственность лежала только на ней. Девушка слегка размяла плечи, будто собиралась к пробежке, и с улыбкой пробормотала:
— Ладно, без подсказок и брони… посмотрим, чему научили тренировки.
Она сделала первый шаг осторожно, проверяя, как близко её рука может пройти возле сияющей нити. Затем пригнулась и мягко, почти как танцовщица, проскользнула вперёд. Движения её напоминали комбинацию акробатики и приёмов ниндзюцу — ловкие перекаты, гибкие наклоны, быстрые шаги на носках.
— Фух… это похоже на игру «не наступи на линию», только уровень сложности запредельный, — тихо прокомментировала Джули, пригибаясь почти до пола и скользя под светящейся дугой.
Дальше путь усложнился, ведь нити переплетались так тесно, что нужно было вывернуть тело под странным углом. Девушка задержала дыхание, изогнулась, словно кошка, и осторожно протиснулась, едва не коснувшись плечом энергетической линии. Мгновение спустя девушка пробормотала:
— Ай, чуть не задела… Но нет, я справлюсь! — прошептала она, улыбнувшись себе.
Под конец испытания Джули решила рискнуть и сделала лёгкий прыжок с поворотом в воздухе, после чего приземлилась уже за последними нитями. Энергетическая паутина осталась позади, а она с облегчением выпрямилась и вздохнула. Затем, на мгновение взглянув на препятствие, произнесла:
— Ну вот, и без Кораблика могу кое-что, — молвила Джули, бросив взгляд на остальных и улыбнувшись с тихой гордостью.
Эйприл встала перед энергетической паутиной, медленно выдохнула и прищурилась, будто готовилась к серьёзному экзамену. Это хороший вызов её навыкам ниндзя, которым обучал учитель Сплинтер ещё до их появления здесь, в мире Бена Теннисона. Она слегка качнула головой и тихо пробормотала:
— Ладно, всё, чему меня учили Лео и Сплинтер… сейчас пригодится.
Первое движение было простым и представляло собой шаг вбок с лёгким наклоном корпуса. Девушка старательно следила за каждой нитью, чтобы даже кончиком одежды не зацепить созданную Вердоной преграду. Нить прошла буквально в сантиметре от её лица, и девушка сдержанно улыбнулась, сказав:
— Точно… главное — не спешить.
Дальше паутина становилась плотнее. Нужно было сохранять концентрацию и быть предельно осторожной, чтобы не зацепить паутину. Эйприл плавно перекатилась на пол, используя приём, которому её показывал Рафаэль, и прошептала, едва оказавшись под одной из энергетических линий:
— Спасибо, Раф, за уроки — сейчас это реально спасает.
Поднявшись на ноги, она сделала короткий прыжок, после чего оперлась ладонью о стену, и ловко проскользнула между двумя светящимися нитями. Противоположный конец препятствия уже виднелся впереди, и девушка осталась довольной ходом своих передвижений. На лице мелькнула улыбка и Эйприл сказала:
— Ниндзя-акробатика в действии.
Однако как оказалось бабушка Бена и Гвен всё же сохранила несколько тяжёлых участков. В самом конце, где нити были натянуты особенно тесно, Эйприл собрала волосы в хвост, чтобы они случайно не задели ловушку, и мягко, почти как кошка, протиснулась через щель, комментируя шёпотом:
— Лео бы сказал: «держи равновесие, сосредоточься» … Ну вот, получилось.
Друзья, прошедшие препятствие, тепло поприветствовали союзницу, которая тоже достойно прошла это испытание. На противоположном конце остался только Бен, который как раз выбирал в какого пришельца превратиться на этот раз. Эйприл вышла наружу, распрямилась и, слегка улыбнувшись, произнесла вслух:
— Кажется, у меня тоже есть шанс называться ученицей Сплинтера.
Тем временем остался только один участник, который ещё не прошёл испытание ловкости и ума от могущественного анодита и по совместительству бабушки супергероя и его кузины. Бен остановился перед энергетической паутиной, почесал затылок и пробормотал себе под нос, перебирая варианты:
— Так… Алмаз, Гумангозавр, Супербольшой… слишком массивные для такой ловушки. Желе? — он скривился. — Да я этой слизью задену половину нитей. Граватак, Ядро, Фидбек… неуклюжие, как слон в посудной лавке. Нет, это явно не для них поле.
Он бросил быстрый взгляд на остальных, которые уже справились, и решительно коснулся ядра Омнитрикса. Вспышка зелёного света и на месте подростка оказался Обезьяна-Паук с лёгким, гибким телом, цепкими конечностями и хвостом, готовый выпускать паутину. Супергерой довольно сказал:
— Ну, вот теперь другое дело, — усмехнулся Бен, цепляясь конечностями за ближайшую стену.
Он двинулся вперёд с удивительной лёгкостью. Одним прыжком на противоположную стену, хвостом выстрелил тонкую паутину, подтянулся и завис буквально в сантиметре от светящейся нити. Кто-то фыркул, кто-то закатил глаза, но в целом народ отнёсся дружелюбно к выкрутасам Бена, и он сказал:
— Ха! Для кого-то ловушка, а для меня — детская площадка, — не удержался от комментария герой.
Гибко сгибая ноги и перебрасывая тело с одной поверхности на другую, Бен двигался вперёд, словно родился для этого задания. Хвост помогал балансировать, а цепкие пальцы и реакция позволяли вовремя уходить от каждой энергетической линии. В конце он сделал длинный прыжок, изящно перекувырнувшись в воздухе и мягко приземлившись за пределами паутины. Выпрямился, хлопнул себя по груди и довольно сказал:
— Ну вот, как я и говорил: иногда размер — не главное, главное — быть ловким!
Вердона вышла вперёд, когда последний участник, а именно Бен в облике Обезьяны-Паука, успешно закончил своё испытание. Она хлопнула в ладоши, и её голос, мягкий, но одновременно полный силы, разнёсся по тренировочному залу, паутина растворилась в воздухе, и старшая волшебница сказала:
— Молодцы, мои дорогие. Вы прошли испытания ловкости и ума, проявили выдержку и внимательность. Каждый из вас показал себя с лучшей стороны, — она улыбнулась, но в её глазах заискрился озорной огонёк. — Но впереди вас ждёт последняя часть моего блока испытаний. Самая сложная.
Она подняла руку, и воздух в зале завибрировал. Пространство в центре тренировочной площадки словно задрожало, завихрилось, а затем встало на место, оставив ощущение, будто стены стали ближе. Последнее испытание будет самым масштабным и потребует не только силы, но и сплочённости. Потому Вердона серьёзно проговорила:
— Первым делом появятся двенадцать монстров. Каждый из них — живое воплощение худших черт вашего характера. Тех, что обычно спят глубоко внутри вас и редко показываются на свет, — объяснила Вердона. — Чтобы победить, придётся встретиться лицом к лицу со своей слабостью и преодолеть её. У каждого будет свой противник, и сражение предстоит один на один.
Она сделала паузу, внимательно оглядывая всех, от сосредоточенных черепашек до слегка нахмуренного Кевина, от напряжённого Рука до Бена, который явно пытался представить, каким будет его «воплощённый недостаток». Выдержав минутную паузу, могущественная волшебница добавила:
— Но это только начало, — продолжила анодитка. — После вашей победы над личными демонами появятся шесть новых существ. Они будут сильнее и хитрее. Вам придётся объединиться парами, чтобы их одолеть.
В её голосе зазвучала торжественная строгость. Последнее испытание будет достаточно длинным и потому разбитым на несколько этапов. Прохождение каждого из них зависит поначалу от каждого из союзников, но в дальнейшем нужно будет и умение работать в команде. Потому Вердона сказала:
— Когда и с этой волной вы справитесь, на арену выйдут четыре чудовища. Каждое — против троих из вас. Здесь проверяется умение работать в маленьких командах, где каждый отвечает не только за себя, но и за товарищей.
Она медленно опустила руки, и её магическая аура слегка потускнела, словно специально давая воинам время переварить услышанное. Прежде чем последнее испытание начнётся Вердона собиралась дать понять союзникам что именно их ожидает на этот раз. Потому она произнесла:
— Но испытания будут нарастать. Когда повергнете этих монстров, появятся трое новых, и каждому придётся сражаться уже вчетвером против одного. Здесь мы увидим, кто умеет слушать и поддерживать друг друга, а кто будет полагаться только на свою силу.
И наконец её лицо стало серьёзным, даже строгим. Завершающие противники будут самыми сильными и победить их будет достаточно трудно. Только работа в команде позволит достичь успеха и выполнить задание бабушки Бена и Гвен. Потому могущественная анодитка спокойно произнесла:
— В финале вас ждут самые опасные враги. Сначала два монстра: один достанется команде Бена, другой — черепашкам и их союзникам. Это будет проверка силы команды, её сплочённости и решимости. И только после этого появится последний противник. Он будет равен силой и мастерством Шредеру. Это будет бой, который покажет, способны ли вы все вместе действовать как единое целое.
Вердона чуть улыбнулась, заметив, как у кого-то на лицах мелькнула смесь страха и восторга. Каждый член команды не остался равнодушным к тому, что рассказала Вердона. Теперь все союзники предвкушали полноценную тренировку и ждали возможности хорошо размяться. Вердона сказала:
— Ну что ж, — она хлопнула в ладони, и воздух снова завибрировал, — посмотрим, как вы справитесь.
Леонардо стоял неподвижно, слегка опустив голову и прикрыв глаза. Его руки медленно легли на рукояти катан, и с мягким, но уверенным звоном он обнажил клинки. В этот момент воздух перед ним дрогнул, и из него стала выползать тёмная фигура. Смотря на противника, настоящий Леонардо думал:
«Вот он… мой тёмный двойник, воплощение слепого контроля и тотальной дисциплины.»
Противник Леонардо был похож на искажённое отражение самого ниндзя и выглядел как черепашка-мутант, но с глазами, полными ярости, и с кривой усмешкой на лице. В руках его поблёскивали чёрные изогнутые клинки. Это был воплощённый страх Леонардо, этакий лидер, утративший самоконтроль и ставший рабом собственной строгости и гнева.
Лео глубоко вдохнул, собираясь с духом. Его разум сосредоточился на одной мысли: «Я не позволю своей тёмной стороне управлять мной. Я — лидер, потому что контролирую себя. Потому что я веду, а не подавляю».
Противник атаковал первым, стремительно, с резкой силой, будто желая сломить Лео мощью. Но настоящий Леонардо был готов. Он отразил первый удар, затем второй, их клинки звенели, отражая вспышки света. Каждое движение Леонардо было точным, без лишней траты сил, с холодной ясностью. Лже-Лео пытался вырвать инициативу, ударяя яростно, но эти удары были рваными, лишёнными гармонии. Потому настоящий лидер братьев-черепашек думал:
«Нужно сделать что-то нехарактерное для моего стиля и сбить врага с толку.»
В какой-то момент Леонардо сделал резкий шаг в сторону, парировал очередной выпад и, используя плавность ниндзюцу, нанёс точный удар перекрещёнными катанами. Тёмный двойник пошатнулся, и Лео одним резким рывком разоружил его, сбив клинки. Последний выпад и враг исчез, словно рассыпался в дым, оставив лишь тяжёлое эхо его злобного взгляда.
Леонардо выпрямился, опустил катаны и задержал дыхание. Его глаза светились спокойной уверенностью. Он прошёл испытание. «Я — хозяин своей воли. Я не позволю страху стать моим лицом».
Рафаэль крепко сжал рукояти саи, вытащил их с металлическим звоном и нахмурился. Его взгляд сузился, мышцы напряглись, готовые к драке. Воздух перед ним завибрировал, и из тьмы шагнул его противник, массивная фигура, похожая на него самого, но выше, шире и с лицом, искажённым злобой. Глаза этого двойника пылали, а в руках он держал такие же саи, только в них чувствовалась дикая, неконтролируемая ярость.
— Отлично, — процедил Рафаэль, усмехнувшись уголком рта. — Моё худшее «я». Как будто мне мало настоящих врагов.
Тёмный двойник рванул вперёд, атакуя грубо, но неистово, его удары были словно ураган. Рафаэль парировал один выпад, другой, зубы его скрипели от напряжения. Он не собирался позволять этой тени побеждать и напряжённо думал, как ему поступить. Отражая нападения противника, Раф сказал:
— Дерёшься, как я в плохой день… Только без башки, — буркнул он, блокируя очередной удар.
Двойник с яростью замахнулся, ударив так, что металл звякнул и отдался дрожью в руках Рафаэля. Тем не менее, подлинный черепашка-мутант остался на месте и уже немного представлял себе, как лучше одолеть это существо, сотканное с его худших качеств. Но настоящий черепашка-мутант лишь рявкнул:
— Сила без мозгов — пустая трата времени!
Рафаэль резко перехватил инициативу, поскольку скользнул в сторону, ударил ногой в корпус противника, заставив его пошатнуться. Затем серия быстрых ударов саи, при этом точных, направленных, каждый словно врезался в слабость врага. Параллельно настоящий Рафаэль сказал:
— Видишь? Вот так дерутся с головой! — прокомментировал он, вонзив один сай в землю рядом с ногой двойника, чтобы сбить ему равновесие, а вторым выбив оружие из его руки.
Противник зарычал, но Рафаэль уже рванул вперёд, нанёс финальный удар рукоятью сай в грудь врага. Тот рассыпался облаком тени и дыма, исчезая, словно никогда и не существовал. Рафаэль тяжело выдохнул, крутанул саи в руках и спрятал их за пояс. На лице мелькнула хмурая усмешка:
— Ха! Я всегда знал, что справлюсь. Никто не победит меня лучше меня самого.
Донателло крепко обхватил древко бо и занял привычную стойку. Его взгляд сосредоточился, дыхание стало ровным, но в глазах читалось напряжение. Перед ним завибрировал воздух, и на свет вышел его противник. Это высокий, угловатый, словно собранный из механических деталей, его двойник, но лишённый эмоций, ибо движения точные, взгляд холодный, голос металлический.
— Анализ завершён. Слабые места выявлены. Вероятность твоего поражения — 87 %, — монотонно произнёс тёмный Донателло, застыв, словно машина, перед атакой.
Заявление противника, сильно смахивающего на робота, слегка поразило гения среди братьев-черепашек. Возможно прежде он тоже опирался бы только на математику и компьютеры, но важность связей с друзьями и родными настоящий Донни понял давно. Потому черепашка-ниндзя проговорил:
— Ты, может, и знаешь цифры… но не понимаешь, что за ними стоит!
Схватка началась, когда двойник начал двигаться идеально выверено, ибо каждый удар бо был рассчитан до миллиметра, траектории безупречны, словно алгоритм. Донателло парировал, но чувствовал, как его оттесняют назад. Видя, что подлинный Донателло только защищается, клон сказал:
— Твоя эмоциональность мешает эффективности, — гулко отозвался двойник. — Холодный разум — ключ к победе.
Тем не менее подлинный Донателло не собирался сдаваться. Пускай традиционные способы борьбы не работают, но всегда можно действовать непредсказуемо и сбить противника с толку. Именно поэтому Донни стиснул зубы, а его голос дрожал от решимости:
— Может, я и не всегда думаю головой… Но сердце помогает мне не сдаваться!
Он резко поменял темп. Вместо точности скорость и нестандартность. Удары его бо стали не строгими, а резкими, с элементами импровизации. Один выпад сбил механического двойника с ритма. Теперь он не мог предугадать удары настоящего Донателло и потому магический двойник проговорил:
— Ошибка. Алгоритм нарушен, — сухо произнёс противник, отступая.
Донни перехватил момент, закрутил бо так быстро, что создавалось впечатление вращающегося щита, и ударил снизу, сбивая двойника с ног. До победы осталось совсем немного, потому настоящий Донателло, следя за движениями своего противника, решительно и уверенно воскликнул:
— Вот так! Иногда нестандартное решение важнее любых расчётов! — выкрикнул он, переходя в атаку.
Механический Донни попытался подняться, но настоящий черепашка-ниндзя уже обрушил серию быстрых, эмоциональных, почти отчаянных ударов. Последний мощный выпад пришёлся в грудь двойнику, и тот рассыпался облаком искр и дыма, растворившись. Донателло выпрямился, тяжело дыша, и опёрся на бо. Его голос дрожал, но звучал твёрдо:
— Холодный разум… без сердца — это пустая оболочка. Я выберу чувства. Всегда.
Микеланджело, обычно улыбчивый и беззаботный, впервые стал серьёзен, когда нунчаки заскользили в его руках, рассекая воздух быстрыми кругами. Он слегка нахмурился, наблюдая, как из сгустка энергии вырисовывается фигура. Его противник оказался пугающе похож на него самого, но с более диким видом, ибо глаза горели безумной искрой, движения были хаотичны и слишком резки, будто он само воплощение легкомыслия и безответственности.
— О-о-о, дружище, да мы с тобой близнецы! — ухмыльнулся тёмный Майки. — Только я не торможу, а живу как хочу. Сражаться? Так пусть будет весело!
Он с хохотом кинулся в бой, размахивая нунчаками так безрассудно, что казалось вот-вот сам себя зацепит. Но удары были коварно быстрыми, почти непредсказуемыми. Поначалу настоящий Майки растерялся и потому пытался только отражать нападения магического двойника, попутно говоря:
— Эй, полегче! — отступил настоящий Микеланджело, блокируя атаку. — Ты выглядишь как я после трёх пицц и литра газировки!
Тёмный двойник расхохотался и нанёс серию ударов, будто играя. Настоящий Микеланджело же продолжал защищаться, постепенно понимая, как именно следует ему действовать для того, чтобы победить двойника и перейти в следующий этап тренировки. Магический клон же проговорил:
— Ну а что? Веселиться — это главное! Побеждать? Зачем напрягаться? Живи легко, братец!
Братья беззаботного черепашки-мутанта уже заканчивали свои схватки, потому Майки тоже собирался перейти в атаку и победить своего тёмного двойника. Продолжая отражать выпады и манёвры противника, Майки покачал головой и, увернувшись кувырком, решительно воскликнул:
— Веселиться — круто. Но знаешь? Я не клоун, когда дело касается моих друзей!
Он резко ускорился и нунчаки закружились в его руках, создавая вихрь. Каждый его удар был не хаотичным, а выверенным, сдержанным, но в то же время лёгким, словно танец. Двойник пытался повторить, но его хаос стал для него же обузой, ведь он всё чаще сбивался, натыкался на оборону.
— Н-нечестно! Ты же всегда… Эээ… дурачок! — прорычал тёмный Майки, спотыкаясь.
— А вот и нет, — ухмыльнулся настоящий, и в его голосе сквозила твёрдость. — Я умею быть серьёзным, когда это действительно важно!
Последним резким разворотом Микеланджело выбил нунчаки из рук двойника и, крутанувшись, нанёс мощный удар прямо в грудь. Тёмный Майки зашатался, а затем растворился в облаке чёрного дыма. Микеланджело остановился, глубоко дыша, и, снова вернув себе привычную лёгкость, вскинул палец вверх:
— Ии-и… победа за Майки! Вот так, ребята, даже самый весёлый ниндзя умеет держать удар!
Кожеголовый тяжело поднялся на лапы, когти с хрустом выдвинулись, царапнув каменный пол. Его длинный хвост нервно ударил по земле, когда перед ним из искр энергии начал складываться противник. Существо оказалось зловещей пародией на него самого, ведь это аллигатор с такими же когтями, но глаза его были холодными, как у машины. Это был сам Кожеголовый, лишённый сердца, полный лишь жестокости и слепого расчёта.
— Значит, ты — моё отражение? — прорычал он, щурясь. — Часть меня, которая считает, что учёный должен быть холодным, без эмоциональным…
— Чувства лишь мешают, — гулко ответил двойник, голос его звучал механически. — Наука требует жертв. Друзья, семья, честь — всё это ненужные слабости. Останется только прогресс.
Кожеголовый зарычал, бросаясь вперёд. Когти со свистом рассекли воздух, но противник встретил удар зеркальным движением. Их когти скрестились, искры посыпались в стороны, словно металл по камню. Схватка была жестокой, ибо каждый взмах, каждый прыжок отражался точно таким же приёмом. Подлинный аллигатор-мутант подумал:
«Вот каким я мог бы стать если бы не дружба с Донателло…»
Но настоящий Кожеголовый не сдавался. В голове его быстро крутились расчёты, в которых учитывался угол атаки, траектория прыжка, слабые места в защите. Однако сердце подсказывало другое, полагаться не только на расчёт, но и на веру в друзей, в то, что он больше, чем просто машина для вычислений.
— Ты ошибаешься! — прорычал он, уклоняясь от удара и резко уходя в сторону. — Настоящая сила — не в холодных формулах! Она в том, чтобы помнить, ради чего мы сражаемся!
Он сделал вид, что бросается в лобовую атаку, но в последний момент изменил траекторию, когтями выцарапав слабое место в боку двойника. Тот взвыл, но тут же кинулся снова, словно обезумевший. Кожеголовый остановился, глубоко вдохнул и неожиданно закрыл глаза. Он прислушался не к расчётам, а к сердцу и на мгновение подумал:
«Нужно застать его врасплох и тогда победа будет за мной.»
Сделав шаг вбок, он поймал атаку врага, зажал его лапу и нанёс решающий удар когтями в грудь. Двойник зашипел, затрещал, как трескающаяся оболочка, и рассыпался чёрным дымом. Кожеголовый выпрямился, тяжело дыша. Его когти дрожали, но он смотрел уверенно.
— Я — учёный. Но я также воин. И сердце делает меня сильнее, а не слабее.
Рук Блонко шагнул вперёд, протоинструмент в его лапах тихо переливался металлическим блеском. Воздух перед ним задрожал, и из энергетического марева возник его противник. Это был ревоннагандер, в точности похожий на него, только взгляд его был холоден, а осанка безупречна, словно выточенная из камня.
— Ты… это я? — произнёс Рук, прищурив глаза.
— Я — ты без ошибок, — гулко ответил двойник, кланяясь в идеальном поклоне Ревона Кай. — Дисциплина без компромиссов. Воля без сомнений. Служение без дружбы.
Рук крепче сжал оружие и нахмурился, поскольку начал понимать особенности его тёмной стороны. По сути это то, каким хотел его видеть мастер Кундо, преподающий Ревона-Кай всем мужчинам планеты, откуда родом напарник Бена. Потому настоящий Рук, рассматривая противника, сказал:
— Дисциплина важна. Но без доверия и товарищества она пустая.
— Дружба делает тебя слабым, — парировал двойник, и, не дав ни секунды, метнулся вперёд.
Его движения были безупречны, ведь каждый выпад, каждый блок словно из учебника, доведённые до совершенства. Протоинструмент двойника менял формы с пугающей скоростью, отражая всё возможное применение оружия. На мгновение подлинный ревоннагандер погрузился в мысли:
«Какой высокий уровень мастерства…»
Рук едва успевал парировать. Металл со звоном сталкивался, удары приходилось блокировать в последний момент. Он понял: перед ним воплощение самого боевого искусства Ревона Кай, вычищенное от эмоций и ошибок. Но в этой безупречности крылась слабость. Рук видел, что движения врага лишены гибкости. Всё по правилам, всё по уставу. В них не было ни капли изобретательности.
— Ты сражаешься, как книга, — промолвил Рук, отступая на шаг. — Но жизнь не книга.
Он резко сменил стиль и применил импровизацию, которую выучил не от Кундо, а рядом с Беном, Кевином, Гвен и черепашками. Движения стали менее правильными, но более живыми. Он поднырнул под выпад, повернул протоинструмент в неожиданный угол и нанёс удар, которого его «совершенный» двойник не предвидел. Тот пошатнулся. На лице без эмоционального отражения не дрогнуло ни мышцы, но в глазах мелькнула тень замешательства. Настоящий Рук же подумал:
«Я изменился и могу удивить любого, кто попытается навредить моим союзникам.»
Рук продолжил, совершая быстрый выпад, блок, подножка, и в решающий момент сильный удар в корпус. Противник затрещал, будто трескающаяся статуя, и рассыпался в тёмный дым. Ревоннагандер тяжело выдохнул, поставив протоинструмент к ноге. Затем, рассматривая исчезающую пыль, сказал:
— Дисциплина делает нас сильными… но друзья делают нас непобедимыми, — молвил он тихо, но уверенно.
Кевин стоял в круге, сжимая кулаки, когда перед ним возник противник. Из тёмной вспышки вышла фигура, похожая на него самого, но куда более пугающая. Его кожа переливалась металлическими и каменными узорами, руки казались сотканными из десятков материалов сразу, а глаза светились холодным жёлтым светом. Это был Кевин, каким он становился всякий раз, когда терял контроль, этакой смесью всех сил, жадной и разрушительной.
— Вот ты какой, — усмехнулся настоящий Кевин, поправив куртку. — Живая напоминалка обо всех моих ошибках.
— Ошибки? — прогремело из уст двойника, голос его был словно скрежет множества металлов. — Это сила! Абсолютная! Без ограничений, без слабостей. Всё твоё, если только ты отбросишь жалкую человечность.
Кевин стиснул зубы, его ладони покрылись тайденитом, а тело крепкой бронёй. Он хорошо помнил подобные состояния, потому представлял, как лучше поступить, чтобы победить своего тёмного двойника и выполнить задание Вердоны. Не теряя времени, Кевин слегка нахмурился и сказал:
— Слышал я всё это. И как-то даже купился. Дважды наступил на одни и те же грабли, и оба раза это едва не стоило мне самого себя.
Монстр метнулся вперёд, его удары были дикими и беспорядочными, но каждый нёс за собой разрушительную мощь. Металл со свистом рассекал воздух, каменные кулаки били так, что стены клетки дрожали. Кевин блокировал удары своей бронёй, скользил в сторону, отвечал точными встречными атаками.
— Ты хочешь жрать силу, пока не сожрёшь сам себя, — бросил он, отражая особенно яростный удар. — Но я знаю, чем это кончается. Личность исчезает, остаётся только зверь.
Двойник взревел и попытался захлестнуть его каменной массой, но Кевин резко сменил тактику: вместо того чтобы гнаться за большим ударом, он сделал шаг назад, пропустил силу мимо и нанёс короткий, точный удар по голове врага. Тот пошатнулся. Кевин добавил ещё один, затем последний, с выкриком:
— Я больше не тот парень, что жаждал стать богом!
Монстр застонал, его тело начало трескаться, ломаться и в конце концов разлетелось осколками, которые рассыпались дымом. Теперь победа действительно за ним и парень расслабился, оставшись довольным разминкой. Кевин тяжело перевёл дыхание, отозвал броню и усмехнулся, глядя в пустоту:
— Я стал старше. Умнее. И уж точно не собираюсь снова идти по кривой дорожке Агрессора.
Кейси Джонс нервно сжал клюшку, когда из густого тумана сформировался его противник. Перед ним стоял тот же Кейси, только исказившийся до жуткой карикатуры. В руках ржавое, но тяжёлое оружие, взгляд дикого безумца, в котором горели лишь ярость и желание крушить. Это было воплощение его худших сторон, его слепой агрессии, когда в пылу боя он забывал обо всём, кроме удара.
— Ну вот и ты, — пробормотал настоящий Кейси, крутанув клюшку в руке. — Тот самый псих, каким меня видят враги и… иногда друзья.
Двойник рванул вперёд, обрушивая на него шквал хаотичных ударов, словно пытаясь разнести всё вокруг, не думая о последствиях. Кейси парировал, отскакивал в сторону, иногда подставлял клюшку под удар, чтобы сбить его силу. Внутри кипела злость, его собственная, которую он слишком хорошо знал.
— Ты думаешь, что сила — в том, чтобы лупить без разбора? — выдохнул он, отражая новый удар. — А я знаю… сила — в том, чтобы защищать своих.
Воплощение дикой ярости зарычало и снова набросилось, но Кейси, собравшись, применил то, чему его учили Сплинтер и черепашки. Он применил чёткий выпад, обманное движение, резкий удар в корпус и двойник пошатнулся. Кейси не дал ему опомниться и обрушил серию точных приёмов, после чего искажённый двойник упал на колени.
— Хватит, — жёстко сказал Кейси, занося клюшку и обрушивая последний удар сверху. — Я не бездумный псих… я — боец.
Искажённый Кейси рассыпался серым туманом. Теперь можно было расслабиться и оставшийся Кейси Джонс неспешно собрал рассыпавшийся спортинвентарь, не желая доставлять неудобств союзникам. Настоящий тяжело перевёл дыхание, облокотился на клюшку и усмехнулся сам себе, проговорив:
— Ну что, Джонс… может, ты и горячая башка, но всё-таки ты не просто ярость. Ты — часть команды.
Гвен стояла спокойно, но внутри ощущала напряжение: перед ней из магического сияния формировалась её противница. Это была она сама только в искажённом облике, с холодным взглядом, лишённым тепла и заботы, с аурой тёмной силы, будто вся её магия была вырвана из рук судьбы и подчинена только жажде власти.
— Значит, ты… — тихо произнесла Гвен, всматриваясь в двойника. — Я без сердца. Я, которой наплевать на всех…
Воплощение подняло руки, и воздух загудел от потоков искажённой энергии. Первый залп магических стрел полетел прямо в Гвен. Она перекатилась в сторону, сложила пальцы в знакомый жест и соткала щит из чистой розовой энергии. Удар отозвался в нём гулом, но щит устоял.
— Ты сильна, — молвила она, поднявшись, — но только силой разрушения. А я знаю цену магии. Она должна защищать.
Двойник усмехнулся и пошёл в атаку, сочетая движения, похожие на ниндзюцу, с потоками тёмной энергии. Гвен отвечала и её шаги были точными, удары ладоней плавно переходили в заклинания: то вспыхивал защитный барьер, то вылетала световая сфера, сбивающая ритм противника. В какой-то миг их чары столкнулись в воздухе, и вспышка осветила зал, отразив в лицах обеих решимость. Но Гвен сделала шаг вперёд, отбросив сомнения.
— Магия — это не только сила. Это связь. Это вера в друзей! — крикнула она, выпустив мощный поток светящейся энергии.
Двойник попытался удержаться, но его чары разлетелись, а сам он заколебался, словно теряя форму. Воплощение холодной Гвен посмотрело на неё с последней тенью презрения и рассеялось, исчезнув в сиянии. Настоящая Гвен выдохнула и слабо улыбнулась, прижимая ладонь к сердцу:
— Я не такая… и никогда такой не стану. Я защищаю тех, кого люблю.
Джули стояла в центре арены, когда из сияния появилась её противница. Перед девушкой предстала искажённая версия самой себя… холодная, равнодушная, с пустыми глазами. Она выглядела так, будто в её сердце не осталось места ни для заботы, ни для дружбы, ни даже для Кораблика, который сейчас отдыхал в стороне.
— Значит, ты — моё отражение? — Джули нахмурилась, сжимая кулаки. — Но я никогда не буду такой.
Двойник не ответил, лишь хищно склонил голову и метнулся вперёд. Его движения были резкими, выверенными, словно каждая атака высчитывалась наперёд. Джули напряглась, вспомнив уроки Сплинтера и тренировки с друзьями. Она шагнула в сторону, позволив противнице промахнуться, и тут же ответила серией быстрых движений в стиле ниндзюцу. Противница ловко блокировала, отражая каждый удар.
— Ты слишком слаба, — холодно произнесла она. — Всегда полагаешься на чужую защиту. Без своего питомца ты ничто.
Эти слова больно задели, но Джули глубоко вдохнула. Да, в драке с пришельцами у неё мало шансов выстоять, но если противник не обладает сверхчеловеческими умениями и потерял оружие, то даже она способна одолеть такого врага. Потому теннисистка, хмуро посматривая на копию, проговорила:
— Это неправда, — твёрдо сказала она. — Я многому научилась. И я больше не боюсь показать, что могу сама постоять за себя.
Она сменила стойку, вспоминая советы Гвен и Кейси, и пошла в атаку. Каждое движение было точным, наполненным решимостью. Противница снова попыталась пробить её защиту, но Джули, скользнув в сторону, отразила удар и использовала быстрый разворот, чтобы сбить двойника с равновесия.
«Нужно просто пробить её защиту и тогда победа мне гарантирована…» — подумала настоящая Джули.
Они сошлись ещё раз, удары сыпались стремительно, но в какой-то миг Джули заметила щель в защите противницы. Сделав резкий шаг вперёд, она выбила её из равновесия и, собрав всё своё упорство, нанесла решающий удар. Двойник пошатнулся, и его глаза впервые дрогнули и холод сменился пустотой. Через мгновение он рассеялся в сиянии. Джули тяжело выдохнула, вытирая пот со лба.
— Вот и всё, — промолвила она себе. — Я не тень. Я настоящая. И могу справиться сама.
Эйприл стояла спокойно, но с лёгким напряжением, когда перед ней возник её противник. Это была её собственная тень, образ девушки, лишённой мягкости и человечности. Холодная, сухая, смотрящая на всех как на объекты для анализа, она держала в руках такое же оружие лишь без намёка на нерешительность.
— Значит, ты — я без сердца? — тихо проговорила Эйприл, сжимая оружие. — Но именно в этом твоя слабость.
Тень не ответила лишь бросилась вперёд, быстро и жёстко. посох мелькнул, пытаясь прорезать воздух и поймать противницу на замедлении. Но Эйприл, помня уроки Сплинтера, действовала собранно и уверенно, делая блок, уход в сторону, мягкий разворот. Она двигалась гибко, словно повторяя каждый элемент, который не раз отрабатывала с черепашками. Противница снова атаковала, хищно и безостановочно.
— Ты боишься, — холодным голосом прошептала тень. — Ты всегда прикрываешься чужой силой.
Эти слова могли бы ранить, но Эйприл лишь крепче стиснула рукояти оружия. Как и Джули, Кейси и мастер Сплинтер, она не обладала какими-то сверх силами. У неё не было брони Кожеголового или панциря братьев-черепашек, но кое-какие навыки в Эйприл были и девушка решительно сказала:
— Я доверяю друзьям, потому что они — моя семья, — твёрдо сказала она. — А ты… никогда этого не поймёшь.
Она резко сменила ритм и вместо мягких защитных движений пошла в решительное наступление. Быстрые шаги, неожиданный удар рукой, затем ловкий разворот и блок сай, который отбросил оружие тени в сторону. Её отражение качнулось, и в этот миг Эйприл нанесла точный удар в стойку противницы. Тень распалась, словно рассыпавшись на чёрные искры, оставив Эйприл одну в центре площадки. Девушка глубоко вдохнула и опустила сай.
— Кажется, я сдала экзамен, — молвила она, и в её голосе звучала спокойная уверенность.
Арена смолкла, когда настала очередь Бена. Он шагнул вперёд с привычной ухмылкой, но в глубине души чувствовал тревогу, ибо все предыдущие испытания показали, что противники отражают самые сокровенные страхи и сомнения. И вот из тумана выступил его соперник. Это был Бен только без Омнитрикса. На запястье обычные наручные часы с простым циферблатом. Взгляд его двойника был тяжёлым, пронзающим.
— Ну что, герой, — насмешливо произнёс он, — без игрушки ты ничто. Кто ты, если не можешь обернуться чужой силой?
Эти слова больно резанули. Бен сжал кулаки. Он уже привык, что Омнитрикс — его часть, опора. Но сейчас ему в лицо бросали именно тот страх, который сидел глубоко внутри: «А что, если я без него не способен ни на что?»
Противник двинулся первым. Удар, но не сверх силы, не огонь, не крылья. Просто удар обычного подростка. Но в этом и была опасность, ведь он дрался как человек, как Бен до Омнитрикса. Быстро, неожиданно, без предсказуемых приёмов пришельцев. Бену пришлось парировать и отвечать чисто физически, без трансформаций. В какой-то момент он рухнул на землю, прижатый к полу. Двойник склонился и процедил:
— Сними Омнитрикс — и ты обычный мальчишка. Ты не герой.
Бен тяжело вдохнул. В груди будто что-то щёлкнуло. Он вспомнил, как в детстве защищал Гвен и играл с друзьями в школе, как сражался с хулиганами без всяких превращений. И вспомнил, что Омнитрикс — это не то, что делает его героем. Это лишь инструмент. Собрав силы, он вывернулся, использовал приём, которому научил Сплинтер: резкий толчок ногами, смена позиции, и вот уже двойник оказался на земле. Бен прижал его, глядя прямо в глаза:
— Я — Бен Теннисон. И я всегда буду сражаться за тех, кто мне дорог. С Омнитриксом или без него.
Тень вздрогнула, и вместо ярости в её взгляде мелькнуло признание. Затем она растворилась, оставив лишь лёгкий отблеск на холодном полу. Бен поднялся, тяжело дыша, и посмотрел на свои руки. На запястье снова поблёскивал знакомый Омнитрикс. Потому юноша с лёгкой задумчивостью произнёс:
— Спасибо, что напомнил, — пробормотал он. — Но я и сам теперь знаю, кто я такой.
Все испытания остались позади, и один за другим союзники собрались в центре арены. Каждый держался по-своему. Леонардо был сосредоточенный и строгий, Рафаэль хмурый, но с довольной ухмылкой, Донателло задумчивый и слегка уставший, Микеланджело старался разрядить обстановку шутками. Кевин стоял молча, стиснув зубы, Кейси разминал плечи, Эйприл едва заметно улыбалась, а Рук сохранял привычную воинскую выправку. Сплинтер и Кожеголовый обменялись взглядами, ведь оба понимали, что главное испытание ещё впереди.
