strangelove

Настанут дни,

Когда я собьюсь с пути,

И, возможно, навеки

Окажусь вне досягаемости.

***

Первым звоночком было то, что Ёнджун почувствовал несильный укол в сердце, когда увидел Бомгю с каким-то незнакомым парнем. Этот укол исчез так же быстро, как и появился, поэтому Ёнджун не дал ему какого либо значение. Он просто понадеялся, что в ближайшем будущем его не будет ждать внезапный инсульт и он не умрет, в каком-нибудь странном месте, и вернулся к своему излюбленному занятию. Больше таких уколов не было. Они жили бок о бок с Бомгю и жили в исключительном комфорте, проводя большую части времени друг с другом. Того парня, Ёнджун больше не видел, и по правде говоря, даже забыл про его существование. До того момента, пока Бомгю их не познакомил. Его звали Субин и он был очень прилипчив к Бомгю. Это стало вторым звоночком. Это стало началом ещё множеству уколов в сердце, из-за которых Ёнджун начинал в серьёз остерегаться внезапного инсульта в свои то двадцать четыре года. Он был слишком молод, чтобы умирать. Он был слишком наивен, когда смотрел на Бомгю и Субина, и пытался дать своим не приятным ощущениям какое-то название. Пока остановился на простой обиде, что Бомгю стал проводить больше времени с Субином, а не с ним. Ёнджун считает Бомгю своим самым близким человеком. Бомгю, вроде как, тоже считает его таким. И Ёнджун не перестаёт думать о нём, даже когда Бомгю находится где-то в другом месте.  Третьим звоночком было то, что Ёнджун почувствовал странное покалывание внутри себя. Это было где-то в солнечном сплетении. Отвратительное ощущение, от которого хотелось голыми руками забраться внутрь своей грудкой клетки и достать то, что ему причиняло дискомфорт. Это не исчезло. Ёнджун ходил с этим чувством ещё очень и очень долго, наблюдая со стороны за тем, как Бомгю и Субин становились ближе. Ближе, чем должны быть друзья.  Ёнджун боялся, что его место займёт Субин. Они становились к этому всё ближе и ближе, и Ёнджун не знал, что с этим сделать, ведь он не мог просто встать между ними и сказать, что он не хочет видеть Субина рядом с Бомгю, это было бы глупо. Бомгю же не обязан всё время находиться с Ёнджуном.  Четвертым звоночком было то, что Ёнджун впервые заплакал, заперевшись в своей комнате, пока Бомгю и Субин сидели на кухне, пили чай и мило общались. Ёнджун не сразу понял, что он плачет. Так же и не сразу понял причину своих слёз. Они покатились сами по себе, пока он слушал музыку в наушниках и писал стихи в своём дневнике с кожаной обложкой. Капли падали на страницы дневника, размазывая чернила; слова написанные на страничках, расплывались перед глазами. Ёнджун закрыл дневник и попытался задышать. Но он только задыхался. А причины его слёз сидели на кухне и пили чай.

***

К большому сожалению Ёнджуна, с появлением Субина в их жизнях, многое изменилось. Как например то, что Ёнджун действительно стал вторым, после Субина. И всех, кроме Ёнджуна, это устраивало. Что Тэхён, что Кай, они не замечают или замечают, но не придают значение, тому, что в их посиделках, место Ёнджуна занято Субином. Ёнджун перестал ходить на эти общие сборы, когда понял, что на него не обращают внимание и его никто не слушает. Он просто вставал, ни с кем не прощался и уходил. Замечал ли это Бомгю? Ёнджун не уверен. Он был слишком занят тем, что смотрел на Субина влюблённым взглядом. Это выводило Ёнджуна из себя.  То, что Ёнджуну становилось тошно, каждый раз, как в поле зрения появлялись эти двое, стало ещё одним звоночком. Оглушающим звоном, который можно услышать ударив со всей силой в какой-нибудь колокол.  Ёнджун бы хотел поговорить об этом с кем-то, но никого не было. Тэхён его не любил, Кай бы не понял, Бомгю отпадает сразу же, а Субина вообще изначально не было. Поэтому Ёнджун заменял свой сон на стихи, которые писал с дрожащими руками и со слезами на глазах. Ёнджун решил помочь себе сам и тратил много времени на то, что пытался понять, почему ему тяжело смотреть на Бомгю и Субина. И как оказалось, причины были довольно весомыми. Первое, Ёнджун и Бомгю близки или были близки. Их близость была нежной и мягкой, невероятно очаровательной. В этом способствовал Бомгю, потому что сам он был таким же мягким и невероятно очаровательным. Ёнджун смотрел на Бомгю и мог только быть благодарным тому, что они друзья. Он помогал Бомгю во всём, в чём только мог, он был рядом, когда Бомгю в нём нуждался и чувствовал, что Бомгю исцеляется под его заботой.  Второе, Бомгю был ему необходим. Как человек, к которому он привязан, как человек, рядом с которым каждая секунда становится особенной. Бомгю сам особенный. С ним легко и комфортно общаться, с ним уютно находиться, на него приятно смотреть. Сердце Ёнджуна радовалось, когда они сидели в гостиной и болтали до пяти утра, и спали там же, на диване, укрывшись одним пледом и прижавшись друг к другу. Это были их особенные моменты. Третье, Бомгю сложно не любить. Он шумный, но вместе тем, может быть совершенно тихим. Он может болтать без умолку с утра до самой ночи, и может не сказать ни одного слово. За него говорили его действия. Изящные взмахи пальцев, томный взгляд карих глаз, едва заметная улыбка на пухлых губах. Он играл на гитаре по вечерам для Ёнджуна, готовил им обеды, заботился обо всех, кто его окружал, был добр, мил и его сложно не любить.  Четвертое, в него не сложно влюбиться. Это то, что Ёнджун осознал, когда писал свои стихи, размазывая слёзы по щекам, чтобы они не портили записи. Каждые стихи, что Ёнджун писал с момента, как Субин появился в их жизни, были полны разбитой любви, скрывающейся глубоко под сердцем. Перечитывая их, Ёнджун удивлялся, как ему хватило смелости признаться своему дневнику и даже не заметить это. Было глупо, он чувствовал себя глупо, но, ему казалось, что врать сейчас себе ему не зачем. Он влюблён в Бомгю. Поэтому он разрывается на части, когда появляется Субин. Да вот только осознав всё это, Ёнджун себя никак не утешает. Субин сидит в гостиной, пьет чай на его кухне и болтает с Бомгю, который, Ёнджун уверен, смотрит на Субина восхищенными взглядами.

***

Субин не плохой человек. Ёнджун не смог бы назвать его плохим, но с Субином не приятно находиться и его не приятно видеть в своём доме. — Я жду Бомгю, — у Субина очаровательные ямочки на щеках и очки на переносице. — мы пойдём в парк развлечений.  — У вас что-то типо свидания?  Субин краснеет, словно это не очевидно. Словно они не на стадии влюбленности  друг в друга. — Да не то, чтобы. Тэхён и Кай будут с нами, — Ёнджун слышит досаду в голосе Субина и придаёт ему слишком большое значение. Бомгю выходит из своей комнаты, в зеленом кардигане с медвежатами, который Ёнджун подарил ему на прошлое Рождество. Ёнджун считает не справедливым то, что Бомгю идёт гулять с компанией, в которой Ёнджуну нет места, в кардигане подаренным им же. Его даже не позвали. Бомгю его не пригласил на совместную прогулку. Это стало, кажется пятым звоночком, когда обида охватила его. Бомгю выглядел восхитительно мило, но Ёнджун не мог насладиться этим сполна, потому что Бомгю ему только улыбнулся и они с Субином вышли из квартиры. Ёнджун остался наедине с собой и пообещал себе, что больше ни на одно Рождество, он не будет дарить Бомгю кардиганы с мишками.  Ёнджун остался один на целый день, а Бомгю так и не вернулся домой. 

***

— Твоё рабочее время, закончилось два часа назад, — к нему подсаживается будущий коллега. — ты же всего лишь стажер, тебе необязательно оставаться до конца. — Мне сказали остаться, я остался. Его куратор поставил его перед фактом. Все дела он сделал и он просто сидел перед компьютером, просматривая заказы с прошлого месяца. — А если скажут сбросься с крыши, сбросишься? Да. Учитывая последние события, да. Не раздумывая. — Думаю мне пойдет на пользу остаться и посмотреть чем вы занимаетесь под конец дня. Ёнджун остался, потому что не смог отказать своему куратору. Никакой пользы от этой работы он не получал, ему в компании не нравилось и ему было некомфортно. Быть графическим дизайнером в компании, было утомительным. — Мы просто сохраняем файлы, выключаем компьютеры и идём домой, — понятно. Ёнджун сидит здесь просто потому что. Без какой либо цели. — или тебе нужно учиться как сохранять файлы и выключать компьютеры? Будущий коллега, имя которого Ёнджун до сих пор не может запомнить, ужасно насмехается над ним. Если он будет здесь работать, он станет козлом отпущения. Что ж. Не то, чтобы это было что-то новое. — Мне лучше уйти домой, — он встаёт с компьютерного кресла, снимает именной бейджик с шеи и глубоко вздыхает. — Твой куратор разве не разозлится тому, что ты ушёл? Ёнджун надевает бейджик обратно на шею.

***

Что может его спасти, так это горячий чай, новая черная гелиевая ручка и отсутствие людей (Бомгю) в жизни. Чай он себе налил, ручку купил, но от людей (Бомгю) не избавился, поэтому он не спасён. Хотя, то, что Бомгю нет дома, упрощает ему задачу. Писать стихи, со слезами на глазах стало плохой привычкой, как то же курение, к которому он заново пристрастился. Бомгю не понятно где, но понятно с кем, и из-за этого, Ёнджун пишет всё больше стихов, которые потом ему стыдно читать. Пару месяцев назад он писал только о том, что его окружало; в основном это были сырые стихи или недоработанные текста для песен про чувства и страхи о будущем. Его насущные проблемы, ложились на листы дневника, после чего Ёнджун чувствовал себя в спокойствии. Сейчас к этим насущным проблемам, появилась ещё и влюбленность к человеку, и его стихи выглядят теперь, как подростковые мучения. Но Ёнджун пишет и пишет, думая, что, как и раньше, он почувствует себя в спокойствии, но нет. И что мы имеем?  Ёнджун пишет стихи про любовь и курит. Бомгю не появляется дома, не отвечает на сообщения и звонки, отодвигает его на второй, а может и вовсе на самый дальний, план, влюбляется не в него, а в Субина с его очаровательными ямочками и очками на переносице, бросает его на окраине обрыва и уходит. (Жаль не буквально) Чай стынет, слёзы текут, ручка теряет свои чернила, а Ёнджуну кажется, что быть влюблённым отстой. Вот вообще. Нифига не весело. И так день за днём, слёзы за слезами, боль за болью, Ёнджун слышит впервые произнесенные с уст Бомгю: "Субин позвал меня на свидание.". Конец осени и начало зимы, стало открытием для новых чувств. Не самых приятных, которых Ёнджун не хотел бы вообще чувствовать, но да. Ревность. Ужасная, ужасная ревность. Не та, которую испытывают друзья к друзьям. Такую ревность Ёнджун не испытывал никогда, потому что в этом не было необходимости. Бомгю возвращался к нему после тяжелой работы, делился с ним своими переживаниями, которые никогда никому не рассказывал, проводил с ним время больше, чем с кем-либо, и повода ревновать не было.  Сейчас поводом стал Субин. И его вечные, раздражающие, эпитеты, которыми он одаривает Бомгю.  "Красив как лунный свет", "прелестнее самого значения этого слова", "очаровательнее мягких игрушек", и так далее и всё тому подобное, и Ёнджуна уже тошнит от этой "романтичной" стороны Субина.  Субин был нормальным, когда стеснялся разговаривать с ним. Тогда Ёнджун мог игнорировать его существование весь день и вспоминать только под вечер, с сигаретой в руках и дырой в сердце.   — Хён, могу я попросить у тебя кое-что? — Ёнджун считал, что только ему дозволено сравнивать Бомгю с луной или плюшевыми игрушками. Он так и делал, но не вслух. Субин в этом опередил его. — Конечно.  — Скоро Рождество и я пытаюсь выбрать подарок для Субина. Ну да. Ну конечно. Куда они без Субина. — Хочешь, чтобы я помог? — Ёнджун спрашивает только из вежливости. Делать что-то ради Субина, он хотел в последнюю очередь.  Бомгю коротко кивает, словно ожидает, что Ёнджун откажется. Ёнджун мог бы. Это было бы справедливо по отношению к нему, потому что потенциальное нахождение рядом с Бомгю, становится непривычным и не комфортным. Бомгю не появляется дома чаще, чем Ёнджун дышит и он постепенно отвыкает от шума в квартире. — Можем пойти в торговый центр или, — Бомгю снова коротко кивает и Ёнджун вздыхает. Хочется курить и плакать. — хорошо.  Бомгю выбирал подарок долго и внимательно, редко спрашивая мнение Ёнджуна. Торговый центр был полон людьми, Ёнджун чувствовал себя как в закрытом гробу, наблюдая за тем, как люди снуют туда сюда, пока Бомгю консультирует продавец. Ёнджун даже не видел, что тот выбрал, он вообще не понимает зачем Бомгю его присутствие, если он и так хорошо справляется. Даже через чур, по скромному мнению Ёнджуна. Так долго и так тщательно выбирать подарок для человека, с которым вы ходили только на четыре свидания, странно и ненормально. Это уже слишком. Вот Ёнджуну можно так делать, ведь он присутствует в жизни Бомгю больше, чем Субин.  И он так и сделал. На одном из выходных, он провёл часы в торговым центре, выбирая подарок для Бомгю. Он положил его в шкаф и не стал прятать, Бомгю же всё равно дома не появляется. — Я закончил, — Бомгю подбегает к нему, с именным пакетом в руках и счастливо улыбается. — хочешь перекусить или?  Странно, что годы дружбы канули на дно из-за одного человека. Ёнджун не думал, что Бомгю смог бы так просто его забыть, если бы не был влюблён в Субина сильнее, чем Ёнджун предполагал.  Но чем он отличается от Субина? Чем он хуже?  — Хочу домой. Это вырывается быстрее, чем Ёнджун осознаёт. И звучит резко, чем Ёнджун хотел бы. Видеть, как улыбка с лица Бомгю спадает, не облегчает состояние, становится только хуже. — Хорошо.  Всю дорогу до дома, они молчат. Бомгю оставляет пакет с подарком в своей комнате и вскоре уходит. Ёнджун провожает его взглядом и молчанием, и хотел бы он, чтобы его сердце молчало тоже.