Входная дверь

Пламя. Запах дыма проник в лёгкие, врезаясь в сознание. Гермиона проснулась резко, как от удара.Глаза распахнулись — темнота. Но не полная. Красная, дрожащая, живая.Дым полз по полу, жадно обвивая мебель. Она рывком села, грудь сжалась от страха.Где-то вдалеке громыхнуло. Она вскочила на ноги, споткнулась о край покрывала и бросилась к двери. Дым плотной завесой заполнял коридор.Она прикрыла рот рукой, чувствуя, как глотка наполняется гарью, как лёгкие сопротивляются. — Тинки! — голос сорвался. Тишина. Дым мешал видеть, но она почти бежала, пробираясь сквозь тёмное облако, пока не остановилась перед дверью в спальню Драко. Тепло.Горячее, живое, обжигающее даже на расстоянии. Рука сама потянулась к ручке, но когда она коснулась металла, тот был почти раскалённым. Дверь распахнулась с глухим скрипом.И она увидела его.Он лежал на кровати.Неподвижный.Бледный.Глаза закрыты. Огонь вырывался прямо из его тела. Пламя извивалось по его рукам, стекало с пальцев, собиралось в языки огня, которые пожирали ткань покрывала, вздымались по резным колоннам кровати, ползли к потолку. Огонь жил, как будто питался им.Как будто был его душой. Гермиона судорожно сглотнула, лихорадочно оглядываясь. — Малфой! Тишина.Он не двигался.Даже не дышал. Её сердце колотилось так громко, что казалось, оно должно перекрыть треск огня. — Малфой, чёрт возьми, ты меня слышишь?! Ещё тише. Огонь вёл себя странно — он не сжигал его, не оставлял ни следов, ни ожогов.Он был частью него. — Драко! Пламя дрогнуло.Но он не пошевелился. Её руки сжались в кулаки.Страх застилал сознание. Она не могла просто стоять.Она должна была что-то сделать.Огонь дремал, но не умирал. Он дышал, как живое существо, извиваясь вокруг Драко, пульсируя под его кожей, изливаясь из него, как яд, как боль. Каждый инстинкт кричал — беги.Но её тело не слушалось.Оно не могло уйти.Её место было здесь.Перед ним. Перед этим убийцей, перед тираном сжигающим все вокруг, перед тем кто поклялся Лорду принадлежать ей.И она поклялась принадлежать ему. Гермиона зажмурилась. Слова сорвались с её губ, шёпотом, сухими, горькими, но такими же неизбежными, как сам воздух. — Клянусь быть твоей покорностью. Огонь дрогнул. — Клянусь быть твоей тенью. Пламя заколебалось. — Клянусь хранить твою магию. Огонь попятился. — Клянусь нести твою силу, как свою собственную. Её глаза распахнулись.В горле першило от дыма, но она не замечала боли.Она сделала шаг вперёд.Шаг в пламя.И оно не поглотило её.Оно расступилось. Пламя шептало ей — жарким, яростным голосом, но оно не тронуло её кожу. Её слова были сильнее огня. Она повторяла их снова и снова, пока её ноги несли вперёд, пока она не оказалась у самой кровати. — Малфой, открой глаза! Ни звука.Ни движения. Она дрожащими пальцами коснулась его лица.Бледная кожа обожгла её, но она не отдёрнула руку. Он был жив.Но его душа блуждала в огне.Она не могла ждать.Она начала искать. Её руки скользили по его телу, пробираясь сквозь ткань, в поисках палочки. — Она должна быть здесь. Она должна быть с тобой.Её пальцы нащупали гладкое дерево. Но когда она попыталась схватить его, что-то врезалось в неё — удар, словно вспышка молнии, яростный, разрывающий её изнутри пронеся по ее сознанию. Проклятье. Она не могла взять его палочку.Чёртов империус.Чёртов Лорд.Чёртов Драко Малфой. Огонь приближался, жадный, нетерпеливый.Она должна была что-то сделать. Гермиона разжала губы, чтобы закричать, но голос утонул в пламени. — ОТКРОЙ ГЛАЗА! Ничего.Ни шороха.Ни движения.Ни жизни. Она не надеялась.Она не верила.Но она должна была попробовать. Её пальцы легли на его виски — лёгкие, отчаянные, горящие. — Легилименс. И мир исчез. Она вошла в пламя. В его разум. В его ад. И он горел. Всё вокруг было пожираемо огнём — его дом, его воспоминания, его семья. Стены горели. Портреты горели. Малфои горели. Его мать горела. Он сжигал её. Он сжигал себя. И это было правильно. Боль слишком велика. Грехи слишком тяжелы. Она увидела его. Он стоял на коленях в этом аду, дрожащий, сломленный, позволявший пламени пожирать его целиком. Она кинулась к нему. — Малфой! — кричала, тянулась к нему, трясла за плечи. Он не двигался. Он не слышал её. Её руки обхватили его, пытались поднять. Он не реагировал. — Ты убиваешь себя! Ни звука. — Ты сожжёшь весь дом! Ни движения. Она почувствовала отчаяние. Слёзы потекли по её щекам, горячие, как пламя вокруг них. — Драко ты сжигаешь не только себя но и меня, пожалуйста открой глаза. Огонь приближался. Она опустилась перед ним на колени. Её руки обхватили его лицо. — Ты не можешь так просто сдаться. Тишина. — Ты думаешь, что, сжигая боль, ты сможешь убрать это чувство? Пламя полыхнуло ярче. Её кожа обожглась. — Это не боль горит. Это ты. Его губы дрогнули. — Ты можешь дать ей поглотить тебя. Пламя закружилось вокруг них. — Ты можешь утонуть в ней. Её голос дрожал. — Но ты не избавишься от неё. Огонь вспыхнул, рванулся вперёд. Она закричала. Громко. Яростно. В отчаянии. И Малфой открыл глаза.