Любовь — величайшая сила.

Хогвартс.

"Более двух недель прошло с того момента, как я обнаружил осколок души Лорда... Спасибо хоть Сириус с Дамблдором обнаружили ещё один через два дня в Выручай-комнате..." Каникулы кончились, поэтому все вернулись в замок и стали учится. Но не Гарри Поттер, у которого на носу был Второй тур Тремудрого Турнира. Как только парень вернулся в школу, то он залез в воду, простую ванную, которую сам же сымпровизировал в своей комнате. Вместо резкого и протяжного воя, исполнителей которого он так и не узнал, раздалась песня. "Значит возьмут то, что мне дорого и мне следует вернуть это до истечения часа... Что же они могут забрать и как мне провести целый час под водой? Я слышал про одно заклятие — Головного пузыря. Никогда бы не подумал, что оно может мне понадобится в жизни. Но сейчас следует научиться этому." Излюбленная всей компанией берлога снова стала пристанищем для Гарри Поттер, хотя это было логично — как никак это его новый дом. Он открыл перед собой книги с самыми разными заклятиями и проклятиями и принялся разыскивать нужное — в прошлый раз, когда он увидел заголовок с такими чарами, он усмехнулся и подумал что тот, кто изобрёл их обладал большим количеством свободного времени. Но парень не понимал, что провести большое количество времени под водой может быть полезно. Время шло, а парень пытался выучить заклинание. Почему-то именно оно не хотело выучиваться так же быстро, как и остальные. Вернее оно в принципе не хотелось учиться. Как бы он не старался, результат был одним и тем же — просто и еле слышны "бульк" со стороны его палочки. Это его весьма — даже очень — раздражало. Конечно, он же привык учить и модернизировать заклятия с лёгкостью, а столь примитивное в его понимание волшебство ему не давалось. Он пытался сделать руны иными, пытался сделать иное движение палочки, но ничего не менялось! От гнева он швырнул книгу к стене, а после схватился руками за голову. Прошло уже несколько часов, а результатов никаких. Что же было не так с ним? Что Гарри делал не так? Он попытался успокоиться с помощью техники дыхания, однако и это ему не очень-то и помогло. Время уже было позднее, поэтому глаза принялись сами собой закрываться. Сегодня был один из немногих дней, когда он оставался один. Трейси с Блейзом прижимались друг к другу в различных местах замка, а его горячо любимая девушка проводила время за выполнением домашнего задания. Как бы ему не хотелось этого признавать, но ему почему-то было обидно от этого ведь он привык к хоть какой-то компании. Порой парень и сам не понимал своего поведения. Иногда ему хотелось подойти к своим друзьям и обнять их, а сейчас почему-то хотелось прижать их и ударить(?!); с бывшими знакомыми была точно такая же ситуация, порой парень всей своей душой желал тех старых времен, когда он вместе с Роном играли в шахматы, а через несколько секунд это желание проходило и хотелось выдавить глаза этому рыжему ублюдку. Эти мысли приводило его сердце, которое все никак не могло отпустить старых ублюдков, но в то же самое время Гарри желал, чтобы те мучались и сдохли где-нибудь. С гриффинорцами — за исключением Невилла — парень не заговоривал. Если не считать попыток извинений, ну, или оскорблений, то между ним и его софакультийстами не было никаких продвижений в плане объединения вновь. Прощать он их не хотел, но иногда порывы кинуться в объятия к той же Гермионы мешали ему сосредоточиться; парень от этого сильно бесился, уж слишком абсурдными ему казались такие мыслишки. Это же глупо, так ведь? Они причинили ему столько боли, что могли сравниться с Дурслями, которые избивали его буквально! Хотя и львята не грешились актами насилия, Гарри одернулся, не грешили? Они?! Парень выдохнул. Его голова слишком сильно гудела от таких мыслей. Он закрыл свои глаза и устроился на диване удобнее, положив себе на колени подушку, которая долго там не продержалась — парень вышвырнул её в стену, та полетела следом за книгой. Гарри вздрогнул. — Гарри, как ты думаешь остался ли след в твоей душе после того как ты уничтожил другую? Снова голос. И снова этот чёртов голос дотянулся своим мерзкий прикосновением до него. Оглянувшись, Гарри понял, что голос раздаётся лишь в его голове, однако данное осознание не смогло ему хоть как-то помочь. — Можно же сказать что ты убил человека. Пусть ты и уничтожил предмет, но там была душа... как тебе после этого? А? Он был насмешлив и горделив, обладатель этого голоса определённо обладал не той личностью, которая была заложена у парня. Гарри понимал, что он ничего плохого не сделал, ведь парень приблизил убийцу его родителей к смерти, однако голос, раздающийся с такой силой, словно удары молотом по наковальне, пытался убедить его в обратном. Убийство части темного мага — убийство, пусть оно оправдано по всем пунктам. — Хотела ли твоя мама, чтобы ты стал убийцей? Как думаешь? А хочет ли Дафна любить убийцу? Слова странного голоса раздавались в его голове, путая собственные мысли. Он не сделал ничего плохого. Темный Лорд — убийца многих, рано или поздно он должен будет ответить за свои действия. Однако это не отменяло того факта, что Гарри уничтожил своими руками две части души. — Избиваемый собственными родственниками, ненавидимый ими и бывшими друзьями, которые предали его, словно бесполезную вещицу, человек с отвратительным будущим, ведь Тёмный Лорд обязательно придёт за тобой, хреновый характер и непонятливость к самому себе... Кому ты таким сдался, Поттер? Гарри сглотнул комок слюны, накопившийся за монолог голоса. Было странно слышать чей-то голос, но не видеть произносителя. Чертовски странно. Голос — парень уже устал называть у себя в голове это голосом, может дать ему имя? — говорил по существу, парень не видел никакой лжи, ну, максимум преувеличение. Хотя и это может считаться ложью, если пользоваться таким методом в нужном ключе. — Уйди... — Сумел открыть свой рот наконец? Будь добр, закрой его обратно. Запомни, что в этом мире мы с тобой всегда будем неделимы. Как ты думаешь, через сколько тебя предадут снова? — Уйди. — Ох как ты заговорили... Если ты думаешь, что найдя других близких для себя людей, защитился от предательства, то ты глуп. Каждый на него способен, особенно те, кого называют потомками Слизерина. — Уходи. — Уходи и уходи, другое что-то знаешь? Нужен ли ты Блейзу, учитывая что никогда не встанешь на его защиту, если этого потребуется. Я — это ты, я знаю что происходит у тебя в голове и знаю, что по существу ты можешь быть хуже змея. Ты сбежишь, поджав свой несуществующий хвост, пока твои друзья будут сражаться. — Нет! Я никогда не допущу того, чтобы мои друзья умерли! — Ты никак не сможешь этого контролировать. Запомни мои слова, ничтожество, рано или поздно Тёмный Лорд заберёт всех твоих друзей, возлюбленную, а после и придёт за тобой. Я скоро вернусь, а ты сиди и пыхтись на собственную слабость. — Катись к черту! Ничего ты не понимаешь! Ничего из этого не случиться! Гарри взял палочку и кинул заклятие оглушение туда, где в последний раз он якобы слышал голос, хотя прекрасно понимал, что тот в его голове. Парень схватился за голову, швырнув свою же палочку в стену. Он закричал, не понимая зачем, все это порядком его достало. Если приходит этот голос, то скоро придут и кошмары, которые немного поутихли. Он ощутил лёгкие прикосновения к своей шее. С дрожью в теле он обернулся и увидел мягкую улыбку Дафны, которая обнимала его за шею. Она пришла, когда ему было плохо, может почувствовало его беспомощность? "Ледяная Королева" — парень так и не понял почему в Хогвартсе её звали именно так — мило улыбалась ему, а после и вовсе прижалась к его боку. — Если хочешь, то можешь сказать почему ты кричишь в час ночи... — проговорила она. Парень немного отстраненно покачал головой. Она посчитает его сумашедшим, ведь даже в магической мире голоса в голове — явный признак тяжкого психического состояния. Парень прижал девушку за талию, вдыхая лёгкий аромат шампуня, а ещё и волосы были мокрые, значит девушка, выйдя из душа, направилась к нему. — Я... не могу... — Хорошо, не буду тебя заставлять, но помни, что мы тебя поймём и постараемся помочь. Голос девушки был донельзя серьёзным, поэтому парень немного съежился. Отпустив девушку, он положил свою голову на нее и лёг на диван, отдаваясь усталости — разговор с голосом был тяжёлым и энергозатратным. — Скажи честно, вы будете со мной, если придёт пора Лорда Волан-де-Морта? — сказал парень глухим голосом. Голова слишком сильно разболелась. Пальцы девушки, до этого играющие с непослушными волосами парня, немного отстранились, но после продолжили. Гринграсс закусила нижнюю губу, пусть парень этого и не видел, но почувствовал напряжённость своей возлюбленной. — Ясно... — Нет, стой. — сказала Дафна. Она повернула голову парня так, чтобы можно было взглянуть ему в глаза, — Я буду с тобой, плевать что подумает мой отец и как он поступит, но я останусь с тобой, даже в войне, — добавила она, разглядывая парня, который смотрел на неё с недоверием. — Мой отец определённо будет против этого, но кто мне мешает сыграть импульсивного подростка, верно? — захихикала она. — Нет, ты не останешься в Британии, если война начнётся, а твой отец даст тебе повод уйти отсюда. — сказал он, глядя на ангельское лицо слизеринки, которое принялось хмурится. — Я останусь здесь, зачем ты меня вообще спрашиваешь, если хочешь чтобы я ушла? — надулась девушка. — Нет, ты уйдёшь с семьёй, — вопрос остался незамеченным. — Тогда и ты уйдёшь. Я смогу уговорить отца на подобное. Парень задумался. А действительно, что мешало ему уехать в какие-то глубинки России или Тибета и жить там? Месть за родителей? Возможно, но это была определённо не главная причина. Боязнь, что Тёмный Лорд достанет его и там? Это больше походило на правду. — Тёмный Лорд найдёт вас, особенно если рядом с вами буду я, Дафна, поэтому ты отправишься с родителями. — Нет, Гарри, — проговорила она, ударяя его по груди, — Или ты отправишься со мной, или я останусь здесь. — Это глупый спор, — сказал парень недовольно. — Но нужный. — Как придёт Тёмный Лорд — тогда и доспорим. — Вообще-то это ты первый начал. — пробурчала девушка и откинулась на диване, заставляя парня немного приоткрыть рот от красоты своей девушки. Ему очень повезло. После она мило ему улыбнулась и они поцеловались.

***

Заклинание головного пузыря далось Гарри за три дня до Второго Тура! Три дня!!! Однако сейчас это было не особо важно, так как директор вызвал его в свой собственный кабинет, что было крайне нетипичным для него поведением. Также тот попросил взять с собой Меч Гриффинора, который все-таки достался парню спустя несколько минут споров с директором. Гарри хотел бы держаться от директора подальше, но смерть Волан-де-Морта — первоочередная цель, ведь нужно убить его до возрождения. Заходя внутрь, парень первым делом посмотрел на Фоукса, до чего же прекрасный были создания солнца и магии. Никто не знал как именно появились огненные птицы, однако почти все учёные сходились во мнение, что они были плодами каких-то явлений, связанных со звездой нашей системы. Их бессмертная жизнь придавала им могущественности, а умение перемещаться почти в любое место делало их весьма полезными фамильярами, однако те были настолько редки, что за последние пару столетий было замечено всего несколько штук. Сейчас Фоукс находился на фазе старение, а все его перья выпали, оставляя его "голым" на всеобщее обозрение посетителей кабинета. — Ты прихватил с собой Меч? — спросил настороженно директор, тот поднялся сразу, как только парень буквально влетел в кабинет, даже не стучась. — Да. Вы же попросили, — сказал Гарри, его взгляд устремился на директора. — Вы нашли ещё один крестраж? — Возможно, однако сейчас я хочу рассказать тебе свою маленькую теорию. — начал директор, меря шагами свой кабинет. — А это не может подождать, пока мы не уничтожим тёмное отродье? — осторожно спросил юноша, вызвав у директора усмешку. — Горячая молодая кровь так и жаждет приключений, да, Гарри? — засмеялся директор, вгоняя парня в краску, — Мне бы так, но сначала моя история: — Смотри, мальчик мой, что ты знаешь о крестражах Лорда? — иногда парня бесил тот факт, что директор вечно начинает свой разговор издалека. — Что их минимум несколько штук. Три из них мы уже уничтожили, а в четвёртом он уже живёт и использовал его. Дневник Тома Реддла, который находился у Люциуса Малфоя, диадема Кандиды Когтевран, которая находилась в Выручай-комнате и Амулет Салазара Слизерина, который был найден Регулосом Блэком, братом Сириуса. — Да, а теперь попробуй найти закономерность. "Закономерность? Какая к черту здесь может быть закономерность? Закономерность безжалостно убивать других, чтобы создать орудие для своего бессмертия?" Гневные мысли посещали парня, но все же он старался охладить свой рассудок, ведь гнев — делу не помощник. Сейчас для него самое главное защитить свое будущее от нападок Тёмного Лорда, а на остальное было плевать. — Так, ну, два из этих предметов хранились у его прислужников? — спросил Гарри, вызывая свою единственную догадку. — Это не совсем так, мы расспросили Кричера, оказалось, что Регулус выкрал этот крестраж из пещеры детства Тома Реддла. — спокойным и ровным голосом сказал директор, пожиная свои лимонные дольки. — Он что?! Он сумел выкрасть крестраж прямо из-под носа Волан-де-Морта?! Ахренеть! — была бы здесь сейчас Дафна Гринграсс, то от Гарри Поттера не осталось бы живого места, ведь излюбленная фраза девушки:"Не выражаться!" могла убить, особенно удар, который следовал за ним. — Однако, догадка, скорее всего, верная. Волан-де-Морт не подпускал к себе всех, но кое-кто был у него записан с особых стилем. Люциуса мы отметаем, Лорд не доверил бы одному человеку два своих крестража. Осталось два подозреваемых: чета Лестренджей и Антонин Долохов. Все они были ближе к Тёмному Лорду чем тот же Северус. — взгляд директора выражал крайнюю обеспокоенность. Вы когда нибудь замечали что взгляд может сказать намного больше, чем какие-то слова? А вот Поттер замечал, и не раз. — А как мы до них доберёмся? В эту самую секунду директор заулыбался так, как делал бы это хищник, будь он перед своей добычей. От такой животной улыбки захотелось убежать и не оглядываться. Гарри сглотнул скопившийся ком и принялся делать свою уже до тошноты любимую технику дыхания. — Ох, мой милый друг. — выразился директор, тон был настолько холодным, что Гарри пришлось непроизвольно съежится. — Антонин Долохов — гражданин бывшего СССР. — начал директор, — Бывший советский агент в Великобритании, наёмный убийца, опытный дуэлянт, а на данный момент заточен в британской тюрьме — Азкабане. Все его хранилища находятся в нынешней Республике Беларусь, а там у меня есть пару хороших знакомых. Откуда у директора знакомые в чёртовой и захолустной Беларуси? Бывший осколок Советского Союза сейчас находился под властью какого-то президента, если конечно Гарри правильно помнил. Но все рано...Откуда?... — Ты наверное задаешься вопросом откуда? Я вот отвечу, я как Президент Международной конференции магов, имею очень много полезных связей и воспользовался ими, чтобы защитить собственную родину от своего врага. — сказал он. Он взял из блюдечка лимонную дольку и предложил её парню, который поспешно отказался, — Тогда моя. — пожал старичок плечами. — Так вот, там мне сказали, что все вещи, которые лежали на его ячейке белорусском банке, которым не управляют гоблины. Да Гарри, и такие бывают, — сказал директор, глядя на ошарашенного студента, — В этих вещах разбирались лучшие из советских волшебников и они не обнаружили там ничего такого, что могло бы попасть под категорию крестражей. Поэтому остаётся лишь одно — посетить банк Грингроттс и навестить наших маленьких приятелей.

***

Банк Грингроттс.

Гарри так и не понял как директору удалось убедить парня в столь абсурдной авантюре. У него школа! Хотя он и не учиться из-за участия в Турнире... Тогда ладно, сказал парень и пошёл следом за директором, который уже стоял около главной стойки в банке. — Скажите мистеру Сталеграду, что я здесь и жду приглашения в его кабинет, — деловой тон директора надо было слышать. Пусть сейчас и было около двух часов ночи. Гоблин, стоящий за стойкой регистрации, поспешно кивнул и ушёл. Парень из-за скуки стал рассматривать гоблинов, так как людей здесь в такое время не было. Однако в его голову ворвалась одна мысль — скоро даже призрака Тёмного Лорда не станет. Это было просто замечательно, ведь он сможет выдохнуть полной грудью. Нет, конечно Тёмный Лорд пока что не особо его досаждал, но поиск Философского Камня, битва с василиском не на жизнь, а на смерть, ужасы во время Чемпионата мира по квиддичу, а также Барти Крауч-младший, который как-то с помощью Конфундуса сумел убедить Кубок, что школ-участниц четыре, а не три и теперь парень высутпал от какой-то иной школы. К ним снова подошёл тот же гоблин и сказал, что названный другой гоблин — имени парень запомнить не сумел — ждёт их в своём кабинете. Директор слабо улыбнулся и они вместо пошли вслед за гоблином, дабы увидеть нужного. Петляли они по коридорам достаточно долго, минут двадцать. Парень уже успел забыть как именно сюда попасть, но пытался. Влево, вправо на втором повороте... И тому подобное. Но ничего из этого не вышло, как бы печально не было это признавать. Гоблин-кассир открыл перед ними дубовую дверь и пригласил войти, закрывая дверь за ними. Кабинет был достаточно большим для столь маленького существа как гоблин, поэтому в начале парень сильно удивился убранству. Здесь были и картины, и книжные шкафы, наполненные различными фолиатами, даже голова единорога присутствовала, хотя как парень помнил из учебников по Уходу за магическими существами такое надругательство над столь священным животным как единорог — грех. — Привет, Сталеград. — поздоровался директор и протянул руку маленькому человеку, который тут же пожал её. Похоже директора уважают и в мире гоблинов. — Мы к тебе с одной маленькой просьбой, прости что так поздно явились в ваш банк, но просьба эта не терпит не малейшего замедления. — Здравствуй, Альбус, я разумеется выполню любую твою разумную просьбу, я, как глава гоблинов Великобритании, помню твои потуги сделать нашу жизнь лучше. — говорил гоблин. А ведь и правда. Как парню рассказывала когда-то Гермиона — сердце незаметно сжалось при воспоминании о прежней подруге — директор был тем ещё сторонником равенства магических рас. Тот пытался, даже делал какие-то шаги, чтобы в столь расистком государстве как Магическая Великобритания, были какие-то права для гоблинов, эльфов, кентавров и вейл. Но, если парень правильно все помнил, то директор особо ничем не отличился и все вышеупомянутые существа даже за разумных не считались. Грязный интригант. — Вот документ на обыск и изъятие хранилища Лестренджей, подписанный Визенгомотом и Международной конфедерацией магов. — директор протянул гоблину какую-то бумажку, заполненную на нескольких языках, непонятно конечно зачем... — Хм, я конечно не должен интересоваться почему вы занялись этим спустя столько лет... но все же, Альбус, зачем? — гоблин отложил документ и, подрезав свой палец, оставил на бумажке свою магическую подпись. — Это делается для того, чтобы не свершилось снова зло на наши острова, — проговорил тихим тоном директор.

***

— Гарри, ты чувствуешь такую же тёмную ауру? — спросил директор. Они уже прошли через белокожего дракона, от вида которого у парня случился постравматический шок, но он быстро оправился. Теперь они были в самом хранилище, где помимо горы галеонов были и различные книги, которые парень бы стал просматривать, если бы не другая важная цель на их спуск в эти дебри. — Да, где-то сверху, — сказал парень и принялся оглядывать комнату сверху. Там, на втором этаже, как бы это назвал сам Гарри, были множественные артефакты. Он осматривал каждый и чувствовал, что приближается к тому самому. Как сказал гоблин, то их раса не осматривала эти хранилища, так как не вмешиваются в дела их клиентов, но для них сделали исключение. Иногда полезно иметь такое же влияние как у Альбуса Дамблдора. Кстати, тот документ директор написал сам и поставил обе подписи, причём за пять минут до их прибытия сюда... парень невольно захихикал. — Нашёл? — спросил шедший за ним директор. Гарри оглянулся рядом с собой и попытался сосредоточиться на том чувстве, которое испытывает при присутствие какого-то крестража. Кстати, а почему он их чувствует? Ответа на вопрос парень не смог дать, может это сделалось из-за их связи с Тёмным Лордом? Но додуматься до чего-то конкретного ему не дал один артефакт — какая-то чаша, на которой был изображён барсук. Символ Пуффендуя в хранилище Лестренджей? Так от него ещё и веет тёмной энергией... Парень схватил этот артефакт своей рукой, но тут же пожалел об этом. — Кто же тебя заставляет убивать своего врага? Сбеги отсюда, живи где-то в лесах или на острове, забудь о своих проблемах. Парень закричал, он не обращал внимания ни на директора, который вытащил из его руки крестраж, ни на свое падение со второго этажа в приступе боли и агонии. Шрам адски горел. Директор схватил его падающее тело заклинанием и повязал парня, чтобы тот не причинил себе ещё больше боли. Альбус Дамблдор достал из своего кармана, который был зачарован заклинанием незримого расширения, Меч Гриффиндора и срубил крестраж надвое. Раздался ещё один крик, и от самого крестража, и от парня, который почему-то испытал ту боль, которую похоже испытывал Тёмный Лорд. Сознание парня очутились в ином месте. Парень обнаружил себя в какой-то чужеродной гостиной, которую отродясь не видел. Также его смутил неконтролируемый гнев, который тот стал испытывать. Парень поднял свою белоснежную руку, которая была вся в кровавых бинтах, так еще и маленькая! И достал палочку. Рядом с ним стоял его верный слуга — Хвост, в сторону которого прилетело пытающее проклятие. И ещё. И ещё одно. Тот мучался в боли, не понимая почему получил столь сильную боль, ведь секунду назад Тёмный Лорд был абсолютно вминяем и они разговаривали о Турнире Трех Волшебников. После десятого пытачного проклятие, созание парня немного остепенилось и тот задумался. "Если сраный старик решил сыграть со мной в игру, то и я с ним сыграю..." А после парень отрубился.