Любовь — величайшая сила.

Банк Грингроттс.

— О, мистер Поттер-Блэк, Лорд Блэк, — скрипучий голос маленького гоблина раздался в кабинете. Тот отвлекся от пергамента, взглядывая на двух появившихся на пороге людей, — Садитесь. Я ожидал вас чуть позже, но дел у меня особых нет. — Спасибо, мистер Крюкохват, — проговорил Гарри и вместе с Сириусом присел на стулья со спинкой. Одеты они были официально: белые рубашки, штаны и чёрные галстуки, почти идентично. — Я бы хотел обсудить ваши банковские счета, мистер Поттер, вам пришло письмо с ежемесячным отчётом? Вы им довольны? — спросил гоблин, записывая что-то орлиным пером. — Да, я им доволен, как я понял мой счёт пополнился полусотней галеонов. — сказал парень, припоминая официальное гоблинское письмо. — Хорошо, мистер Блэк... — Да? — Я бы хотел поинтересоваться, согласны ли на то, чтобы я являлся управляющим рода Блэк? — Разумеется! Мне никогда не нравился Коготь, он какой-то странный... — пробурчал Сириус, гоблин лишь ухмыльнулся. — Советую соблюдать вам тактичность, — предупредил он, — Тогда у меня другой вопрос, все, чем владеет род Блэк, — проговорил он, доставая документ из папки с гербом рода Блэк, — Будет ли оно являться собственностью Гарри тоже? Или он вступит во владение лишь в случае вашей смерти по завещанию? — Не дождётся. Я его переживу, — смешок раздался к напряжённой атмосфере, тот был явно не к месту, — Я согласен с тем, что Гарри будет являться совладельцем недвижимости, кроме бизнесов. — Хорошо, — черканув пером, пробормотал Крюкохват. — Мистер Поттер, теперь в ваших владениях Блэк-мэнор, два маленьких острова в Карибском бассейне, несколько квартир по всей Европе и Японии, — глаза парня немного расширились, в теории он в свои-то года был миллионером, хотя уже являлся им, если переводить все в фунты, наверное,— Все они пустуют, однако мистер Блэк уже пожелал сдавать их в аренду. — Да, в них живут магглы, до этого вы, гоблины, должны были осмотреть квартиры и занести все магическое в моё хранилище. — похоже Сириуса решил взять себя в руки и в его голосе отдавалась серьёзность. — А ещё, Гарри, так как ты теперь тоже владелец, то я буду перечислять тебе определённую часть на твой детский счёт. — мужчина потрепал своего крестника по голове и улыбнулся. — Разумеется, но мы не были бы гоблинами, если бы не взяли плату, — злобно ухмыльнулся он, похоже Крюкохвату перепало, — Также мистер Поттер-Блэк, хотели бы вы осмотреть свои хранилища?

***

"Поттеры — семья, берущая свое начало ещё когда Англией владела великая Римская империя. В самом начале они были обычными гончарами, откуда и взялась их современная фамилия. Политической силой почти не обладали, проживали в Лондоне, проживая на деньги с гончарного искусства. После случился распад и уход римлян с островов будущей Великобритании. Во время всего этого процесса случались множественные набеги со стороны севера, Шотландии, однако Поттеры сумели выжить и даже поиметь влияние в магической Англии, ведь некоторые из них проявили себя как опытных магов. Не смотря на свою любовь к искусству, они начали заниматься магией, все изза тех же набегов, от них же стоило защищаться! В то время магических школ не было, поэтому каждый учился медленно и иногда с магическими откатами — все же неведение в законах Матери(Магии) будет караться всегда — бережно передавая выученное детям и внукам. Политикой Поттеры начали заниматься близ началу правления Тюдоров, которые являлись родственниками Поттеров, пусть они и являлись сквибами. Из-за данного фактора Поттеру сумели отгрызть себе множественные места в верхе государства, земли, рабов и влияние, обживаясь богатством и ценными знаниями. После они начали принимать участие и в магической политике, не столь большое как в маггловской, но все же. С приходом на место Тюдоров Стюартов Поттеров изгнали из Англии на некоторое время, потому что те могли сделать что-то плохое новой династии, но после они получили милость со стороны королей, однако с условием и магической клятвой, что они больше никогда не станут принимать участие в магловской политике одно столетие. Стюарты были уверены, что такого количества было достаточно для того, чтобы Поттеры "остыли", хотя род и не предпринимал никаких действий в сторону захвата власти. После всего этого руки Поттеров сосредоточились на магической Британии. Они успели получить уважение и почесть за свое присутствие на магической арене. Они были известны своими артефактами и открытиями в области магии. Когда появилось Министерство Магии и Визенгомот, Поттеров пригласили на их заседания, сделав постоянным её членом. После создания Министерства, Поттеры стали одними из самых почетаемых семей во всей Британии, если не во всей Европе. Все это происходило из-за их бизнеса в создании артефактов, который был самым успешным на континенте, их закупали даже на востоке! Дела шли в гору, состояние наживалось, однако всему приходит конец. Наполеоновские войны — причина, по которой Поттеры стали медленно вымирать. Ожидая увидеть в этом противостояние магглов наживу, они в первый и последний раз после заключения того договора, который уже давно истек, решили вмешаться к делам магглов, за что и поплатились. В этих войнах участвовали и маги — поэтому Поттеры были не единственными, кто рыскал в поиске наживы — особенно французские. Те под чарами невидимости сражались на полях сражениях, Статут действовал, однако не полностью, ведь тогда еще не додумались про отслеживание с помощью палочки волшебника и все делали вручную. В одной битве один из Поттеров сумел убить какого-то важного французского чиновника во Французском Министерстве Магии. На такое действие французы ответили ультиматумом: или отдать данного Поттера под топор палача, или Французское Министерство объявит Поттерам войну. Британская семья выбрала второе, отказавшись от требования французов. После всего этого Поттеров стали медленно, но верно убивать, вплоть до 1820-ых годов. Убивали по-разному, иногда прямо на улице, некоторых взрывали с их же особняками, другими манипулировали, пугая смертью близких, а после того как ими полностью воспользовались их тоже убивали. Французы решили не добивать семью, оставив какое-то письмо напоследок с предупреждением. Британское правительство пыталось помочь своим гражданам, однако из этого ничего не вышло. Из более полусотни Поттеров, осталось жалкие четыре штуки. За одно десятилетие французы сумели почти истребить великую семью, а им за это ничего не было, никакого возмездия. Четыре человека — один из которых был болен драконей оспой, а второй был вовсе сквибом — остались жить в главном особняке. Место в Визенгомоте осталось, поэтому свое влияние они оставили, но не такое сильное. Из великой семьи, которое знали по всей Европе, осталось несколько людей. И только один из них был мастером артефакторики. Из-за глубокого кризиса семья продала почти все, не тронутым осталось лишь главное хранилище, где находились книги и ценные артефакты. Поэтому бизнес, который специализировался на артефактах, почти разорился. Однако удержать его на плаву удалось, он существует и сейчас. Ко Второй Мировой Войне число Поттеров стало равняться десятку, однако и после этой кровопролитной войны, оставался один наследник данной семьи. Это произошло внезапно. Глава семейства находился на заседание в Вмзенгомоте, пока остальные были в мэноре, на ужине. Это была невероятная неудача — бомба нацистов попала именно в обеденный зал. Защита на особняке стояла лишь магическая — от магловских приспособлений оно бы не уберегло. Пришедший на место мужчина обнаружил лишь обугленные тела своих родственников. Он не сдался, отец Флимонта Поттера нашёл себе вторую жену из рода Пруэтт и обзавёлся потомством. Однако семью достигло ещё одно несчастье — Первая Магическая Война, которой убили всех братьев и сестёр Флимонта, оставив Поттеров в количестве двух штук — Флимонта, уже болеющим драконьей оспой, и Джеймса Поттера, его сына. Но конец войны погубил и их — Поттеры остались в количестве одной штуки." Самопишущая книга, которую Гарри нашёл в хранилище, была одним из самых ценных артефактов, созданных Поттерами. Данная книга записывала все сведения про род, которому принадлежала. Сейчас парень прочёл лишь краткую версию, оставив мемуар на тысячи страниц на потом. Он огляделся. Слева от него стоял Сириус, рассматривающий владения Гарри. — Гоблины называли тебе примерную стоимость всех этих ништяков? — спросил он в шоке. — Вроде когда мы ехали на вагонетке он говорил что-то про несколько сотен тысяч галеонов, если не миллион. — махнул он рукой, — Я вообще в шоке как дожил до конца двадцатого века. — проговорил Гарри, убирая книгу в бездонную сумку. Он прочитает её попозже. — Мы породнились с Пруэттами и Блэкамии тому подобным, но выжил лишь я... — Вторая Мировая и наша война погубила многие семьи. Сейчас у каждого чистокровного рода Британии лишь по две-три штуки представителей. — сказал гоблин, стоящий позади. — Так им и надо, чистокровные ублюдки. — Сириус, ты сам чистокровный. — Заткнись Сохатик, бери что тебе надо и мы пойдём домой.

***

"Долбанные кошмары...Почему в них стал так часто появляться Тёмный Лорд?" На часах было два ночи, парень не мог уснуть после того как ему приснился кошмар с участием вышеупомянутого черта в чёрном балахоне. Это заставляло думать его о плохом, о будущем, которое было крайне смутным и противным. — Чертов амулет! Хозяин Регулус был бы крайне недоволен... — недовольный и злой голос Кричера раздался по коридору, это был шёпот, но парень его услышал. Он вышел из библиотеки и направился в сторону Кричера. Тот находился в гостевой комнате с кинжалом в руке, от которого исходила магия. Но больше всего парня стал напрягать другой предмет, который эльф держал в руках — амелут. — Кричер? — позвал парень существо. Тот обернулся, похлопавая ушами от злости. В глазах-шариках читалась лишь грусть, но огоньки, ползующие по зрачку, отдавались гневом. — Чертов полукровка должен спать! — прокричал эльф, пряча предметы у себя . — Отдай, что ты убрал, живо! — прикрикнул парень, им двигало что-то, но он понятия не имел что. Желание схватить предмет, от которого фонило магией аж с порога, стало слишком велико. — Нет! — в ответ кричал Кричер, его уши завертелись, грозясь оторваться. — Это приказ как наследника дома! Кричер, с явным желанием покалечить своего хозяина, подошёл к нему, сжимая амулет в своих руках. Магия не дала ему противиться желанием хозяина, как бы самому эльфу этого не хотелось. Когда в руки парня попал этот артефакт, то он мгновенно почувствовал прилив магии, пьянящий его разум и тело, словно паразитирующий его душу. — Говори, откуда он у тебя? — Хозяин Регулус запретил... — пробурчал гневный эльф. — Кто это? — Не скажу — Скажешь. — протянул парень, рассматривая драгоценность, которая по своему эффекту что-то ему напоминало. — Хозяин Регулус — брат чертового предателя. — проговорил эльф, сжимая свои уши, которые походили на крылья летучей мыши. — Ага, — проговорил парень, его сознание очень рассеянно вцепилось в одно воспоминание. Тайная Комната. Дневник Тома Реддла. — Черт!

***

Второй курс.

Кабинет директора.

— Гарри, — мальчик, уже изрядно уставший от всей своей вылызки, которая кончилась в драке с исполинской змеей, обернулся. Дневник, который он принёс директору, вызвал у того очень яркие и сильные эмоции, глаза старого человека, которые всегда были тусклыми и ничего не отражающими, вновь наполнились краской, а сам мужчина обречённо вздохнул. Похоже находка была очень и очень неприятной, ведь директор после вздоха застонал и сел на свой стул, потирая виски. — Слушай меня внимательно, мальчик мой, — спустя пару минут проговорил директор, — И запомни, Тёмный Лорд не мёртв, как ты уже мог догадаться. Он скоро воскреснет и тогда всем нам настанет конец, — обречённо выдохнул Дамблдор. — У меня есть одна теория, которую я поведую тебе, когда ты позврослеешь. Однако, — сказал директор, вставая со своего места и подходя к своим шкафам, наполненных различными магическими артефактами, — Если ты встретишь нечто хоть смутно похожее по ощуниям на это. Кстати, — тот положил "окровавленный" блокнот в один из шкафов и обернулся, — Что ты испытывал, когда держал ежедневник в руках, пока тот ещё был... — старичок замялся, — Жив? — Было такое чувство, словно дневник желал взять надо мной контроль, а, ну ещё страх и какое-то странное желание держать дневник близ себя. — задумавшись, сказал парень, он слишком устал, чтобы проговаривать свом мысли ясными словами. — Если найдёшь предмет, который будет давать тебе такие же ощущения, — твёрдо сказал директор, наклонившись, дабы быть с мальчиком на одном уровне, — Беги ко мне, другие дела подождут, а это дело будет касаться нашего сражения с будущим Тёмным Лордом.

***

Кабинет директора.

Гарри мимолетом рассказал директору обо всем. И о том как спросонья нашёл Кричера, и о том как почувствовал от амулета тёмную энергию, желающую пожрать своего носителя, а после и о скором визите в Хогвартс по камину, который сам же директор и открыл по просьбе Патронуса Сириуса. Сам же Блэк сидел и пытался не заснуть на столь, как ему казалось, блаженном кресле. Директор пусть и вызывал у Гарри сильные сомнения, но парень понимал, что, пока что, они на одной стороне. Пусть у старика все ещё есть какие-то планы, игры, сценки, но победить Тёмного Лорда — вот их настоящая цель. И плевать какие игры играет Альбус, главное победить убийцу родителей. Амулет же находился в цепких руках бывшего профессора трансфигурации. Старик хмурился и о чем-то размышлял, изредка задавая вопросы. После же он устало вздохнул и присел на свой стул, его феникс, который до сего момента молчал, начал напевать песню. — Спасибо тебе, Фоукс, — с усталым вздохом проговорил директор. Его взгляд устремился на полку, на которой висела Шляпа-Распределительница. Его взгляд выражал решительность. — Гарри, будь добр, попробуй достать Меч Гриффиндора ещё раз. — Но, сэр, разве он не вызывается для истинного гриффиндорца в опасной ситуации? — спросил парень с недоумением. Глаза директора озарительно блеснули, а на его лице появилась улыбка. — Нет, мальчик мой, Меч Гриффиндора принадлежит тебе. — сказал он. Теперь Сириус проснулся и выглядел крайне озадаченным. — И как это вышло? — Когда-то давным-давно, уже на закате своей жизни, Годрик Гриффиндор издал свое, так сказать, завещание. Полного текста неизвестно, однако, как я уже порассуждал с самой Шляпой, которая являлась личным проводником самого Годрика... Шляпа встепнулась при своём упоминание, однако также быстро и обратно заснула, если Шляпа могут спать, даже одущевленные. —...Если коротко, Гарри, то ты, пока что, единственный кто удостоился достать этот Меч, а его хозяин сказал примерно следующее: "Да пусть тому, кому предначертано изменить судьбу мира, аль погибнуть от столь тяжкой ноши, возьмёт мой меч и разрубит древнее зло, коли такое случится, то пусть он становится хозяином Меча" — Тогда почему вы мне об этом не сказали? — с укором и злостью спросил новоявленный хозяин древнего артефакта. Директор немного покраснел. Гарри был очень зол, ведь столь редкий магический артефакт должен был находиться в его владении, но ему об этом не сказали и буквально украли? Это уже не в какие рамки. — Понимаешь, я считал, что этот артефакт принадлежит Хогвартсу, а не тебе конкретно. — Однако по завещанию Гриффиндора Меч должен достаться мне. — Этот так, но посуди сам, мальчик мой, зачем тебе этот Меч? Пусть он хранится в своей обители — Хогвартсе. — Отказываюсь, я забираю этот Меч себе. — сказал Гарри и поднялся со своего места, направляясь к Шляпе. — О, а вот и причина моих постоянных споров с Альбусом, или как его там... — сонный голос раздался не пойми откуда. Это была Шляпа. Она сама спрыгнула на руки к парню и принялась "осматривать" его. Артефакт хмыкнул, — Гарри Поттер, как тебе на Гриффиндоре? А? — в голосе прозвучало явное превосходство с насмешкой, мол, я же говорила. — Да... Я помню твои слова, но я все ещё считаю, что на факультете змей мне было бы... — парень осекся, а было бы ему там столь ужасно, как он думал? Все-таки первые три года его жизни в доме львят были...хоть как-то приятными? — Ладно, вижу что нечего сказать, — ухмыльнулась Шляпа. Чувство превосходства заполоняли ее, что читалось в её надменном голосе. — Альбус, или как тебя там, я забываюсь, — проговорила она, бормоча себе под нос, если он был у артефакта, — Меч должен достаться юнцу. — Хорошо, — сокрушился Альбус Дамблдор. — Гарри, только я очень тебя прошу, можешь предоставлять мне данный артефакт в кое-каких делах? — странный блеск, появившийся в мутных глазах директора, насторожил парня. — Ни в коем случае. – твёрдо отчеканил Гарри, заставляя директор что-то злобно прошептать. — Хорошо... А теперь, будь добр, убери это тёмное отродье с глаз моих. — проговорил он. — После я расскажу что мы будем со всем этим делать... Парень сглотнул. Сириус даже встал со своего места и теперь стоял около Фоукса, тот тоже понимал что дело пахнет жареным и припевал одну из магических песен фениксов. Тёмный артефакт. Частица, оставленная убийцей его родителей. Амулет, как сказал Дамблдор, принадлежал самому Салазару Слизерину, делая эту безделушку важной исторической вещицой, но сейчас это не очень играло значение. Зло должно быть повержено. Маленькими и неспешными шагами, но повержено. И это один из таких шагов. Меч словно почувствовал порывы парня уничтожить предмет, стоящим перед ним, и начал посылать своему хозяину какую-то силу. Обычному глазу этого не было видно, однако сам парень почувствовал прилив магии к своей душе, что побудило его сделать рубящий удар по столу с амулетом. Раздался душераздирающий крик боли и агонии, примерно такие же сам парень издавал в своих злостных кошмаров. Тёмные пары начали испускаться с амулета, проговаривая какие-то странные и непонятные слова для простого носителя английского языка. Шрам парня немного посаднил и начал болеть, но терпимо. Его дыхание стало немного нестабильным, он делал глубокие вдохи, быстро выдыхая кислород. Рука директора оказалась на его плече в ту де самую секунду, когда "духи" из амулета исчезли, сделав самый мощный крик в их небольшом существовании. Парень выдохнул и одернулся от руки директора. Ничего особенно практически не произошло. Всё уселись на свои места, однако молчание не затянулось — заговорил директор Хогвартса. — Крестражи — это тёмнейшая область магии, которую не следует изучать никому. Сейчас вы стали свидетелем проявления этой области. — проговорил директор, захватывая в свои руки амулет, от которого шёл небольшой дымок, словно тот недавно горел. — Похоже что Волан-де-Морт совершил страшный грех, создав данные безделушки. Я давно об этом подозревал, но сейчас я полностью уверен: Тёмный Лорд жив и, скорее всего, временно бессмертен. — Данные кусочки магии — крестражи — это часть души, которую волшебник способен поместить в любой объект, на который ему хватит силы. Они создаются путем бесчеловечного ритуала, во время которого нужно убить человека, — голос директора был стальным, поэтому и Сириус, и Гарри слушали его и внимали абсолютно каждому слову. — Ритуалы не зря запретили, однако сейчас не об этом. Волан-де-Морт жив, вернее просто есть, существует, такой его облик нельзя назвать жизнью. Мы об этом прознали ещё когда тот пытался выкрасть Философский Камень. Но я считал что времени у нас больше... — устало сказал он, закрывая глаза, — Все это побуждает меня некоторым действиям. Но сейчас я ещё не знаю к каким. Крестражи можно уничтожить Адским Пламенем, это единственный задокументированный способ уничтожения, однако ты, Гарри, открыл другой — яд василиска. — Это вещество столь опасное, что способно проесть душу волшебника. Во время своего второго курса ты уничтожил дневник, свой первый крестраж. Именно ты сделал первый шаг, а не я, можешь гордиться этим поступком. Путем несложных вычислений можем сказать, что у Волан-де-Морта их минимум было три штуки. Первый он использовал и пользуется им на данный момент, вторым был Дневник Т. Реддла, который мы уничтожили и третий это амулет. Именно из-за того, что он поделил свою душу, создавая столь тёмный артефакты, он стал безумным. — Сэр, как вы считаете сколько их у Тёмного Лорда? — поинтересовался Гарри. — Я не знаю, мальчик мой, я не знаю, — проговорил Дамблдор. Тот словно постарел на пару десятилетий за последний час. — Однако у меня есть одна зацепка. — сказал он и достал из своей тумбочки одну тетрадь, которая явно была магически зачарована. — Где-то в конце 1960-ого года в Хогвартс пришёл тогда еще Том Марлово Реддл и попросил меня устроить его на должность преподавателя ЗоТИ, однако я ему отказал, так как знал о его деяниях, о том как он уничтожал деревни ради забавы, конечно его участность тогда еще не была доказана, но я полагался на достоверный источник. После того как я отказал ему, то я через несколько часов почувствовал сильный магический всплеск... — Словно что-то или кто-то ударяет вам по голове каким-нибудь предметом? — предположил парень, основываясь на том, что сам почувствовал, когда встретил Кричера с амулетом. — Так ты тоже это почувствовал при встречи с домовиком и дневником? Немногие обладают способностью ощущать магию, мальчик мой... — сказал директор с мягкой улыбкой на лице. — Да, только я бы описал это как падение с высоты, однако суть ты уловил. В Хогвартсе находится тёмный артефакт Тома Реддла, однако я до сих пор его не нашёл... — устало проговорил директор. В разговор включился Сириус Блэк, который до этого сидел в полном шокированном состоянии. — Вы искали в Выручай-комнате? — спросил он, поглядывая на озадаченного директора, — Эта комната — не миф, — поспешил добавить Бродяга, — Мы с Джеймсом нашли её, когда за нами гнался Филч. Это единственное место в замке, которое не занеслось на Карту Мародеров, хотя до этого подобных проблем не было. — задумчиво сказал мужчина, — Вы хотите сказать, что почувствовали появление темного артефакта, но теперь не можете почувствовать где он, хотя ощущаете его присутствие? — Примерно такое, да, — проговорил директор, ударяя себя по лбу, — Как же я не догадался до этого... Сириус, ты можешь меня после отвести туда? — Ох, боюсь поиск займёт большое количество времени. — растерянно сказал он, — Мы провели несколько экспериментов с комнатой. Она может превращаться в любое место, однако все вещи, которые заносятся в комнату, но не выносятся с неё, остаются в комнате, где припрятано множество вещей. — Я, как директор, смогу почувствовать артефакт, если разумеется попаду в комнату... Мне мешает магия, даже с должностью директора Выручай-комната остаётся неприкосновенной даже для меня, хотя сейчас я пытаюсь направить свою магию на поиск данной комнаты. На данный момент я чувствую лишь то, что артефакт в части замка, которая недоступна мне. — Профессор, простите, но вы можете сказать, почему вы не смогли заметить присутствие Дневника Т.Реддла? — спросил парень с явным недоверием, в глазах директора появилась растреянность. — Я его почувствовал, но слишком поздно. Дневник начал проявлять свою магию лишь тогда, когда по твоим словам появился дух Тома Реддла, а до этого магия была только Джиневры. Сам артефакт должно быть был покрыт неким щитом, который наложил или Люциус, или самим Лордом. Я корю себя за этот случай... А теперь к более важному, Сириус, мы с тобой направляемся в Выручай-комнату, а ты, Гарри, идёшь домой.