За чертой правил/Beyond Rules

Странно, но после нашей сессии все пошло хорошо: мысли не так часто вращались вокруг Него, соответственно я стал высыпаться, следовательно, и на работе было хорошо, а из-за этого и с настроением все было замечательно. Отвлекало только одно — начало рабочей недели. Как я уже успел выяснить, Колин в клуб посреди недели приходит довольно редко, то есть шанс пересечься маленький, а с учетом моей загруженности — вообще мизерный. Даже если бы я ходил в клуб после работы, то толку от меня там бы не было — слишком уставший я бы не смог полностью отдаваться партнеру. Аллан как-то на очередной мой вопрос «был ли Он?» (я всегда в переписке называл Его с большой буквы, ведь по имени казалось неправильным) пошутил: «устройся сюда официантом и не разноси мне личку каждый вечер». Только вот мне было не смешно. А что если… В общем, пока что оставалось надеяться только на выходные. После наших взаимодействий мой голод проснулся. Зверь, который все эти месяцы сидел в заточении, вернулся, и мне не терпелось снова склонить колени ради Него. Я верил в Его рассудительность и надеялся, что Он не сделает выводы только по одной встрече. Тем более, что я отвык и очень разволновался. Короче, ждать всю неделю очень трудно. В свой законный выходной посреди недели мы с Эйвой вырвались погулять. Я думал, что она захочет провести время со своим Верхним, но их выходные не совпадали, в отличие от наших, поэтому у нас был целый день в распоряжении. Подруга хотела потащить меня в клуб, но я отмахнулся. Почему-то чувствовал себя неправильно, идя в клуб без Него, хоть умом и понимал, что мы друг другу никто, и я имею полное право на свободную жизнь. В общем, пока что обойдемся походом в парк, а там как пойдет. Погода тоже радовала своим теплом, и я старался впитать последние лучи теплого солнца, ведь совсем скоро осень вступит с полной силой в свои права. Мы развалились на лавочке, и я хотел насладиться погодой, но Эйве не терпелось услышать все подробности нашей сессии. Поэтому пришлось рассказывать. Я всегда был благодарен Эйве за ее открытость и легкость, которой она заряжала и меня. Ей всегда было легко говорить обо всем, и могла даже без всякого смущения поделиться экшеном (что было мне необходимо, когда я в Теме взял перерыв). Я же старался ей отвечать тем же, но вот предательский румянец поселился на моих щеках. Я хорошо чувствовал, как они горят. Благо, обошлось без стояков, но мы опустим момент, что я на наш экшен дрочил несколько раз. — Ну ты и дурак, — заключила Эйва, когда я перечислил все свои косяки. — Мне простительно, я отвык, между прочим, — постарался сыграть возмущение. — Ив, ну на самом банальном посыпался, — покачала головой подруга. — А вообще я приятно удивлена, что ты смог ему довериться. Я знаю, как для тебя это сложно. — Еще не совсем. Вот когда на мне окажется ошейник, тогда да, — сам не заметил как «если» заменил на «когда». — Я рада, что ты возвращаешься. Я скучала. Подруга навалилась на меня плечом, и от неожиданности я не смог удержаться на месте, поэтому мы со смехом упали на лавочку. Ее пышные волосы, конечно же, снова ударили меня по лицу, что рассмешило подругу еще больше. — Как еще Стив не возмущается на твои пышкудряшки? — А я их в хвост собираю. И ему нравится, между прочим. Иногда как схватит и… — Все, я понял, — смеясь, я перебил подругу. Она лишь цокнула и придавила меня еще сильнее. — Ты мне лучше скажи, как будем сводить Аллана и Клайда? — А нужно? — удивилась Эйва. — Только не говори, что ты не видела их взгляды друг на друга. Тем более я уверен, что Аллану Клайд небезразличен. Да и нашему садисту Аллан понравится. — Не, ну взгляды я замечала, но думала это чисто дружеско-деловые. Он его хоть какой-никакой начальник. — И отбитый садист! — я вскинул руки, чуть не задевая подругу. — По рассказам Аллана он тоже отмороженный мазохист. — Идеальная пара, — хмыкнула подруга. — Но Аллан совсем не хочет возвращаться в Тему. — Он хочет, но боится, я уверен. — Хорошо. Давай что-то думать, а то боюсь, Клайд по всему клубу пройдется и так никого не найдет. Предлагаю… Но я ее уже не слушал. Мой взгляд зафиксировался на знакомом силуэте. Это точно был Колин и явно не один. Эйва спросила, когда проследила за моим взглядом: — Это кто? Но слышал я ее через шум в ушах. Взгляд был по-прежнему прикован к Нему и к маленькому мальчику, с которым они за руку шли на площадку. — Эй, Ив? Слышишь меня? — Слышу. — Думаешь, у него есть ребенок? Я даже думать не хочу об этом. Ребенок. — Он… женат? — Я ничего не слышала, — голос Эйвы также звучал озадаченно, и она наблюдала, как Колин качает мальчика на качелях. — Ну, смотри, давай рассуждать логически. Рассуждать не хотелось, но я кивнул. — Он пропал года на четыре, нигде не появлялся, а тут возвращается в клуб. И ребенку где-то так же. Ты не видел кольца на его пальце? Я напряг память, пытаясь воспроизвести тот момент, когда в Его руках покачивался стек. — Нет, только перстень на указательном пальце. Больше ничего. — Изменяет? Или разведен? Думать в эту сторону не хотелось. Я бы предпочел придерживаться мнения, что просто ребенок не Его. — Думаешь, если бы у него был ребенок, он бы вернулся в Тему? Тем более мальчик маленький. — Ну да, Тематиков с детьми в наше время мало, — Эйва задумалась. — Пошли в клуб, у Клайда разузнаем. — А он знает? Они же с ним не так близки, как кажется. — А вдруг Хозяин проболтался? Он-то точно все и про всех знает. «Хозяин» и «проболтался» не могут стоять в одном предложении. Этот мужчина слишком хорошо себя контролирует, чтобы говорить кому-то ненужную информацию, но другого варианта не было, я согласился.

***

В клубе было непривычно тихо. Я очень редко сюда заходил посередине дня, и эта атмосфера казалось чужой. Даже Аллана не было на привычном месте. Мы с Эйвой сразу поднялись в кабинет и постучались. Из-за двери послышалось измученное «да», и мы вошли. Клайд лежал головой на столе, а вокруг царил хаос из бумаг. Несколько из них валялись на полу, и я их поднял, складывая аккуратной стопкой. Если бы Говард увидел это, то явно бы разозлился. Когда правил он, тут царил идеальный порядок. К его возвращению надо будет помочь Клайду со всем разобраться. Он нехотя поднял голову и улыбнулся при виде нас. — Я так понимаю, нет смысла спрашивать что случилось? — Эйва села на стул. — Это пиздец, — ответил Клайд и снова упал головой на сложенные руки. — Больше ни за что в жизни. Пусть Говард и не просит. — Мы можем чем-то помочь? — спросил чисто из уважения, а не желания, но Клайд ответил: — Можешь помочь разобраться с бухгалтерией, а еще составить финансовые и кассовые отчеты. — Ебать… — …будут меня, если я все это не сделаю, — закончил Клайд, измученно вздыхая. Я осмотрел его внешний вид и понял, что дела плохи. Его белые волосы растрепаны сильнее обычного, черный лак пооблазил, а рубашка была застегнута черт знает как. Меня даже удивил тот факт, что он в рубашке. — Короче, давай так. Ты нам всю информацию, которую знаешь про Колина, а мы тебе пытаемся помочь, — предложение Эйвы звучало заманчиво. — Что именно вы хотите услышать? — Все. — Не переоценивайте мои возможности. Если я в такие редкие моменты пытаюсь управлять клубом, еще не значит, что я все знаю. — Пожалуйста, Клайд! — взмолился я. — Мы видели Его в парке с ребенком. Я же не смогу спокойно спать, если не узнаю. — С каким ребенком? — Нам тоже интересно, — сказали с Эйвой почти в один голос. — Вот про ребенка я точно не знаю. Может, это вообще не он был? — Он! — Но детей у него нет, ну либо он очень хорошо скрывается. Женатым тоже не был. Да и не вернулся бы он, если бы был занят. Он не такой, Ив. Так что успокойся и помоги мне. Пожалуйста. Я тяжело вздохнул, но слова Клайда чуть успокоили. А потом меня загрузили работой, да еще так, что освободились мы только к вечеру. Мозговой штурм был адским, и мы с Эйвой выучили даже то, чего не нужно было. Разговаривал по телефону я, так как Клайд уже еле ворочал языком, а Эйва помогала заполнять бумаги. В общем, был пиздец. Но среди этого хаоса я перестал думать о том ребенке. После Клайд нас угостил коктейлем, но я от алкоголя отказался, поэтому лениво потягивал свой мохито с двойной дозой апельсинов — Аллан постарался.

***

Выходные радовали своим теплом. Я проснулся от теплых лучей солнца, которые пробивались через плохо занавешенные окна. Приготовил себе поесть, впервые за все время решив заморочиться с завтраком, а после затеял уборку во всей квартире. Не то, чтобы было, где разгуляться — квартира-то студия, но нужно было привести мысли в порядок, а это значит убрать во всем доме. Когда все блестело, а я был более чем спокоен, решил позвонить матери. Прошлый наш диалог закончился не очень хорошо, ведь я не «исправился» и не нашел себе девушку. В общем, сейчас диалог не заходил про меня и я этому радовался. Хотя даже это не смогло бы испортить мой день, и я его провел наедине с собой, чтобы ближе к вечеру пойти в душ и заняться основательно подготовкой. Клуб как всегда встречал своей громкой музыкой, но вот плейлист поменялся. Клайд приложил руку — это было сразу понятно. Говард никому не доверял составление плейлистов, занимался этим сам, и получалось очень хорошо, в отличие от Клайда. Надеюсь, Хозяин не вернется раньше времени, а то кому-то придется не сладко. И Аллан тоже был на месте. Я пошутил, что он тут живет, но он почему-то не заценил мою шутку, тогда я перевел тему и, как настоящий шпион, спросил, на месте ли наш объект. Но вот только бармен радовать ответом меня не спешил. Сказал, что не видел, но сразу успокоил: — Да не переживай, че ты? Рано пришел и еще что-то хочешь. Я с ним согласился, ведь совсем не хотел портить свое настроение. Заказал апельсиновый сок, вспоминая Колина, и не спеша потягивал напиток, пока глазами выискивал Его. Случайно столкнулся с серыми глазами и мне моментально подмигнули. Скривившись, я отвернулся. Макс. — Вот че ему от меня надо? — вроде и спросил, а вроде и нет. — Да трахнуть тебя хочет, — Аллан тоже скривился, зная про мои взаимоотношения с этим человеком. — И ладно бы просто трахнуть, так он же подвесит за свои крюки и будет вытворять хуйню всякую. Я снова поморщился. Макс был последним Доминантом, с которым я останусь за закрытой дверью. Чем-то понравился ему, и с первого дня нет покоя. И заигрывать он не умеет, я уже молчу, что пролетает мимо всех моих кинков. — Привет, малыш. Как дела? Скучаешь? — грубая и тяжелая рука приземлилась на мое плечо. Мне не нужно поворачиваться, чтобы понять, чья она. — Пока ты не пришел, все было отлично, — поворачиваюсь и улыбаюсь, параллельно пытаясь скинуть его руку. — А мне казалось, ты грустишь. Я могу помочь развлечься, — рука противно скользит по плечу к шее, слегка обхватывая, и проводит большим пальцем по ней. Мерзко. Уже сильнее пытаюсь отвертеться и, даже когда предпринимаю попытку встать, меня грубо осаждают на место. — Макс, отстань от него уже, — вступается Аллан, испепеляя его суровым взглядом. — А ты вообще не лезь, — приторно сладким голосом отмахивается от него, а потом переводит внимание на меня: — Ну, так что, котик, поиграем? — С тобой? Ни за что, — мне требуются все свои силы, чтобы так с ним разговаривать. Я бы ни за что не позволил себе так разговаривать с Верхним, и первое время пытался быть вежливым, но вечные подкаты и неприятные встречи в узких коридорах уже поднадоели. — А со мной? — спокойно-отстраненный голос проносится у самого уха, обжигая его. Рука ложится на мое второе плечо. Медленно поднимаю свой взгляд на Колина. — Да, сэр, — отвечаю максимально тихо и покорно. Он кивает, и Его холодные океаны переключают внимание на Макса: — Макс, оставь мальчика мне. Грубая рука пропадает, перед этим сильно сжав, и я облегченно выдыхаю. — Этот мальчик совсем не умеет разговаривать с Верхними. — Да? А мне кажется, только с тобой, — губы Колина расплываются в наигранной улыбке. — Меня почему-то уважает. Да, Ивлиан? — Да, сэр, конечно! — хоть и будучи под впечатлением, стараюсь отвечать быстро. — Вот. Не знаешь, почему? — снова переключает внимание на Макса. Мы с Алланом тайком переглядываемся, и он тоже в шоке от происходящего. Да в каком там шоке — ахуе. Вы слышали? Колин за меня заступается. — Понятия не имею, — злостно выплевывает Макс и уходит. Ой, боюсь, чтобы хуже мне не стало после этого. — Ты как? — Колин стискивает плечо и обращается уже ко мне. — В порядке, сэр. Уже не привыкать. Он лишь поджимает губы и качает головой. Взгляд становится… задумчиво-серьезным, что ли? Не могу разгадать эту эмоцию. — Идешь? Я киваю и встаю. Раздевался я уже стоя к Нему лицом, ведь хорошо помнил прошлый урок. За это меня наградили теплой улыбкой. И даже стоя на коленях, я смог выдержать нужную паузу. Почувствовал руку в волосах и мою голову задрали кверху, вынуждая смотреть снизу. Стоя на коленях и смотря на Господина, пока тот держал меня за волосы, я чувствовал себя под эйфорией и уже ощущал Его власть. — Границы? — Садо-мазо. В остальном я готов, сэр. Он растянул губы в ухмылке, а в глазах опасно заиграли черти. Я бы соврал, если бы сказал, что меня это не завело. И откуда взялось такое доверие к почти незнакомому человеку? Еще и этот случай. Его рука опустилась к шее и почти невесомыми прикосновениями ее обогнула, останавливаясь на подбородке. Ладонь легла на щеку, похлопывая ее. Я старался сфокусировать взгляд на Нем, но видел только пелену. Не помню, чтобы меня когда-то так вставляло от простых движений Верхнего. Чтобы довести до такого состояния, требовалось как минимум проникновение. Грубое. А тут так сразу поплыл, как только шагнул за порог. Меня чуть сильнее хлопнули по щеке, заставляя вернуть взгляд. Большой палец оттягивал нижнюю губу, и мне пришлось приоткрыть рот. Палец тут же нырнул глубже, а Господин внимательно, даже игриво наблюдал за мной. Хорошо. Я плотно обхватил его губами и языком, сделал круговые движения, параллельно посасывая. Вот если бы это был Его член… Словно прочитав мои мысли, Он положил вторую руку мне на макушку, перебирая волосы. Сегодня Господин более щедр на прикосновения. М-м-м. Бля-я-я, у меня встал. Видимо, добившись нужной реакции, палец пропал, а меня погладили по голове, хваля. — На кровать. Но вот приказы были более короткими и сухими. Не то чтобы мне не нравилось, скорее больше возбуждало. Когда его приказ был выполнен, Мастер кинул мне бутылек, и я запоздало понял: смазка. Сам же Он уселся в кресле, закинув ногу на ногу и наблюдая за мной. — Отвернись, — Он покрутил пальцем в воздухе, и я исполнил приказ. — Растяни себя, пожалуйста. Хочу посмотреть. Я одновременно и удивился, и смутился подобному приказу, но исполнил, радуясь, что не видно мои красные щеки. — Да, сэр. Тяжело сглотнул и потянулся, чтобы выдавить лубрикант. Ноги расставил шире, открывая Ему всего себя, и попытался найти удобную позу. Благо растяжка позволяла. Прикоснулся к колечку мышц, размазал. И не такое вытворял, так почему же я краснею только перед Ним? Первый палец вошел легко, но вот со вторым было сложнее. Поступательными и круговыми движениями я растягивал себя, вводил и доставал пальцы, тяжело дышал и с трудом стоял на ногах. Два пальца вошли хорошо и третий добавлять пока не собирался. Покрутил, чтобы найти нужную точку, и надавил, пропуская стон. Температура в комнате заметно повышалась. Я массировал заветную точку, стараясь не трахать себя пальцами. Выходило, честно говоря, плохо. Когда снова застонал, добавляя третий палец, сзади послышалось копошение, но я уже слишком увлекся, чтобы отвлекаться. Надеюсь, Он на меня дрочит. Моя рука все время находилась на опасном расстоянии от члена, и мне требовалось все самообладание, чтобы не провести рукой по нему. Что-то мне подсказывало, что за такое по головке не погладят, а у меня в планах было быть послушным, поэтому я послушно продолжил себя растягивать, не скупясь на стоны. Совсем пропустил тот момент, когда чужие руки оказались на моих бедрах, сильно их сжав. Потом ладонь обхватила мою кисть, введя пальцы обратно. А следом потянул руку на себя, и снова. Боже мой, Он трахал меня моими же пальцами. Я сейчас скулить начну, если Он ничего не сделает. Укусил за ухо, когда тянулся к бутыльку, который как-то оказался в изголовье кровати. — Сэр, пожалуйста! — Что? — наигранно-удивленно спросил Он. — Трахните меня, умоляю-ю, — я застонал на последнем слове, ведь попал по простате. Из-за тяжелого дыхания слова и так давались тяжело. — Нет, — спокойный голос выводил из равновесия, но в то же время и поддерживал, когда убрал мою руку. — Могу дать только это. К входу приставили что-то скользкое и постучали пару раз по колечку мышц. Фаллоимитатор — первое, что пронеслось в голове. Но чем дальше этот предмет входил в меня, тем больше его форма напоминала мне плаг средних размеров. Он был почти гладким, поэтому входил очень хорошо. Сердце застучало быстрее, когда я впервые за все это время почувствовал внутри себя хоть что-то. В одиночку пихать в себя всякие вещи я не люблю, но вот если это делает кто-то… держите меня, я падаю. Впрочем, меня и держали. Левая рука поддерживала меня за живот, чтобы я хоть как-то мог стоять, ведь сам был не в силах. Единственное что мог — стонать и поддаваться навстречу. Наши с Господином темпы не совпадали — когда мне хотелось глубже, Он почти выводил игрушку и резко вставлял, когда я был не готов. Совсем не позволял руководить процессом, все время напоминая, что главный — Он, и это заводило еще сильнее. Почувствовал, как плаг вошел полностью и там остановился. Мастер отошел в сторону: — Какой красивый, — чуть ли не протянул, любуясь мной. Я вспыхнул и залился краской, хотя казалось, что больше некуда. Повернулся, чтобы поблагодарить, но Он приложил палец к растянутым в улыбке губам, приказывая молчать. Я заскулил, пряча лицо в простынях и ладонях, насколько позволяла поза. Он снова оказался рядом, запуская руку в мои волосы и немного оттягивая. Спустился по шее, провел по лопаткам, ложбинке, пуская волны мурашек по телу, и резко вынул плаг, вытягивая из меня крик. — Перевернись на спину. Мастер показал мне мастурбатор-яйцо, а следом на глаза легла повязка. Я тяжело сглотнул, пытаясь отогнать фантом прошлых отношений. Закрытые глаза это не плохо, нужно просто вдохнуть и выдохнуть. Тот случай не мог меня так сильно травмировать, чтобы я до сих пор расхлебывал. Впрочем, не дал утонуть мне Его голос: — Ивлиан, ты со мной? Цвет? Вот это наблюдательный. Сразу заметил, что я ушел в свои мысли. — Зеленый, сэр, — спроси у меня кто другой, я бы ответил «желтый», но уверенный голос успокаивал. Члена коснулся мастурбатор, и я выгнулся навстречу ласкам. Он стимулировал только головку и совсем не спешил спускаться ниже. Поступательно-возвращающимися движениями игрался с чувствительной головкой и пропадал, когда я жадно подавался навстречу. Стоны сдержать я не мог, да и не хотел — пусть видит, как мне хорошо с Ним. Стеснительность ушла далеко, захватив с собой совесть. Когда «яйцо» опускалось на весь член, я выгибался в спине еще сильнее, а Он мне позволял. Меня уносило далеко отсюда волнами наслаждения. Я падал и тонул, а может и летал, не знаю. Со мной творилось что-то неописуемое. Почему же такой кайф от обычной дрочки секс-игрушкой? Может, потому что я скулю только ради Него. Возвращает с полета дрожь в ногах, которая предвещает скорый оргазм. Смогу ли сдержаться, когда так хорошо? — М! М! — сигналю, не в силах произнести хоть слово, но на удивление меня понимают и снижают интенсивность. Снова кружат у головки, стимулируя ее. Дрожь усиливается. Ты же не садист, не можешь же так обломать? — Пожалуйста! Сэр! — надеюсь, это было негромко. Уже ничего не понимаю. Сдерживать такой оргазм приравнивается к мазохизму. Что ж, тогда мы нашли друг друга, — молю. Уже хнычу и виляю, кусаю губу чуть ли не до крови и облегченно выдыхаю, когда слышу самодовольное: — Можно. Вот теперь меня окончательно уносит и, как бы я ни пытался ухватиться за сухую ветку реальности, течение оказывалось сильнее. Я знал, что утону еще с первой встречи. Тяжело дышу, но открываю глаза. Повязки нет, поэтому сразу же встречаюсь с айсбергами. — Хочешь пить? Киваю головой, ведь во рту правда пересохло, но огоньки в Его глазах опасно загораются. Он откручивает крышку, жестом просит меня сесть и открыть рот и тонкой струйкой льет воду. Я сразу же стараюсь словить такие нужные капли — уже все равно на унижения. В таких комнатах для стыда нет места. Хватаю ртом воду, она бежит по подбородку, телу, впитывается в простыни, но, тем не менее, мне хватает, чтобы напиться. Даже вода в бутылке остается. — Ты удивительный, — качает головой и тепло улыбается. Я тоже улыбаюсь, только более смущенно. Похвалу всегда приятно слышать, особенно когда у тебя на нее кинк. — Порадуешь? — глазами стреляет на свой стояк, который отчетливо виден через брюки, и вопросительно вскидывает бровь, при этом закусив губу. Интонацию, как всегда, угадать трудно, но не это волнует. Он. Хочет. Чтобы. Я. Отсосал. Ушам не верю. — Конечно, сэр! — оживляюсь, опускаясь перед Ним на колени. Господин расстегивает пуговицы, и брюки красиво падают вниз. Я облизываюсь. Спускает боксеры и пару раз проводит рукой по стволу. Подползаю ближе, а в голове прокручиваю все свои навыки. — Без рук. Удиви меня и тут. Сквозь улыбку произношу «да, сэр» и за спиной цепляю руки в замок. Обхватываю губами головку. Не спешу, легонько ее посасываю, пробуя на вкус. Провожу языком по стволу и возвращаюсь. Снова облизав губы, насаживаюсь глубже, но не до конца. Втягиваю щеки, когда слышу тяжелый рваный выдох. Мастер меня не торопит, пока что позволяя самому руководить процессом, за что начинаю уважать его еще больше. Раз сейчас мне дают полную свободу действий, я не хочу облажаться. Сделав глубокий вдох, я медленно беру его член полностью, рвотный рефлекс даже позволяет немного задержаться, прежде чем я полностью отстраняюсь, глотая слюну. Насаживаюсь снова и в этот раз действую увереннее, успокоившись, что рвотного рефлекса нет. Слюна уже бежит по подбородку, но отвлекаться на такие мелочи не хочу. Я ускоряюсь, добиваясь первого тихого стона. Мои уши в раю. Я все делаю правильно, а значит снова втягиваю щеки, когда заглатываю член полностью. Рука оказывается в моих волосах, жестко сжимая пряди. Снова делаю глубокий вдох, стараясь рассчитать воздух, пока носом упираюсь в лобок. — Хороший мальчик, — хриплый голос заставляет пропустить протяжный стон. — А теперь позволь мне. Я сбавляю свой темп и расслабляюсь, уже позволяя Ему самому руководить процессом. К моему удивлению, Он совсем не грубо мною управляет. Властно, крепко, но бережно, и от такого контраста я начинаю уплывать. Откуда же ты такой идеальный взялся? Я полностью расслабляюсь в Его руках. Вскоре мы находим общий темп, при котором я умудряюсь подстраиваться под Его движения бедрами. Господин снова награждает меня стоном и откидывает голову назад — это я увидел, когда решил поднять взгляд. Чувствую, что Он скоро кончит, и снова закрываю глаза, выжимая себя на максимум. В последний момент, когда я готов ощутить сперму на языке, Он резко меня отстраняет. Не успеваю удивиться, но сильно зажмуриваю глаза. Если не в рот, то на лицо. Слышу протяжный стон облегчения и в недоумении открываю осторожно один глаз. Затем и второй. В руку, серьезно? Что за святой человек? Улыбаюсь, только сильнее зауважав Его. Грудь Мастера поднимается, когда Он пытается выровнять дыхание. Пуговицы рубашки расстегнуты почти до половины, а голова блаженно откинута назад. Я бы с радостью еще понаблюдал за таким Колином, но я поднимаюсь. Нужно найти салфетки. Искать не приходится — они предусмотрительно лежат на тумбочке. Когда возвращаюсь, Господин внимательно за мной наблюдает. Наверное, мне нельзя к Нему прикасаться, поэтому опускаюсь на колени, протягивая пачку салфеток. — Сэр, пожалуйста, возьмите. — Спасибо, славный, — по-доброму хмыкает Он, вытирая свои руки. Затем одевается, кладет салфетки обратно и снова садится. — Ну, иди сюда. Хлопает рядом с собой, и я запрыгиваю, а меня кутают в одеяло. — Как ты себя чувствуешь? — Все замечательно, сэр! Спасибо Вам за эту сессию! — снова целую Его руку, а потом упираюсь лбом в ладонь. — Давно не видел таких отзывчивых сабов, — горько усмехается Он. — Ты меня приятно удивил, Ивлиан. А я давно не встречал Доминантов, которые не брезгуют называть низа по имени и обращаются, как с человеком. Но это я, конечно же, не сказал. — Спасибо, сэр! Я старался ради вас. Улыбка снова тронула мое лицо, и я прикрыл глаза.

***

Даже утром второго дня мышцы по-прежнему тянуло, а тело приятно ломило. Каждое движение напоминало о нашей последней встрече, чем вызывало улыбку. Не знаю, возможно ли стать зависимым от человека, если прошло всего две встречи, но чувствовал себя примерно так. Мне хотелось еще больше от Мастера и хотелось узнать поближе Колина, ведь второго я совсем не знал. Мне было интересно, во сколько Он встает, как любит проводить выходные, помимо походов в клуб, чем увлекается и какой чай любит, в конце концов. Может, он пьет кофе. Крепкий. Тогда сойтись нам будет сложнее, ведь я люблю закинуть несколько ложек сахара, в детстве их было четыре. А музыку какую слушает? По Его стилю в одежде могу представить, что точно не попсу. Для меня важны любые мелочи, по маленьким кусочкам я бы уже смог составить портрет. Мне это было необходимо, ведь если я сейчас продолжу придумывать, а потом узнаю правду, боюсь, могу разочароваться, а мне это совсем не нужно. За мыслями совсем не заметил, как зашел на работу. Даже не опоздал. — Ив! Слава богу, ты пришел, — это была Мия. Хорошая девушка, тоже официантом работает. — А рассматривался вариант, что не приду? Совсем не понял с чего такая радость. Я, вроде, всегда прихожу на работу и часто даже вовремя. — Марка нет, а у нас в одиннадцать важный заказ и нужно блюда приготовить как раз к их приходу. Марк был поваром. Я не совсем разбираюсь в иерархии поваров, но догадываюсь, что с большой вероятностью без него будет плохо. — И трубку не берет, я только что звонила, — за моей спиной появилась Эйва. — Если что-то сорвется, Голова нас убьет. Всех. «Голова» — наш начальник. Причем максимально сухой и грубый. Ну, типичный противный начальник, который каким-то образом смог собрать хороший коллектив. — Да подождите, время есть, может, придет, — пожал плечами я, пытаясь успокоить девочек. — Всякое бывает. В отличие от вас я нашим поварам доверяю. — Ой, я надеюсь на это, — махнула рукой Мия и ушла. Марк все же пришел. Опоздал почти на час. Как оказалось, у него поломалась машина на полпути. Но у нашего начальника даже эта причина не считается уважительной или хотя бы весомой, поэтому, как только он сделает свою работу, Голова вызовет его на ковер, а там как повезет. Сочувственно на него смотрели все. Пока бедный Марк работал на кухне, мы смогли обслужить несколько маленьких столиков. День был особо загруженным, так что на «поговорить» времени не оставалось. Эх, Эйва, ты не поверишь, что тогда произошло. Пока начальство занималось Марком, я позволил себе присесть и хотя бы перевести дух, но тут явилась шокированная подруга. «Ив, это пиздец!» обычно ничего хорошего не означало. — Ты не поверишь, кто пришел. — Ну, уж точно не президент, — хмыкнул я. — Колин! Тот, который твой! Я резко поднял взгляд. Мне не послышалось? — Да, Ив, да! — Да ты гонишь, — фыркаю, ведь уверен, что подруга просто хочет спихнуть на меня свой столик. — Да нет же! Бегом за первый столик, — чуть ли не шипит она, приближаясь ко мне. — Ладно-ладно. Но если там не Он… Пусть концовку придумывает сама, ведь я уже несусь к первому столику. — Да ну нет, — не веря, шепотом произношу я, когда вижу Его. Да ну нет! Уже в мыслях хнычу. А может обратно Эйве спихнуть? Своей работы я не стыжусь, только вот… на Его фоне я совсем никто — Он-то бизнесмен. Ладно, понял, мои отмазки совсем никакие. — Здравствуйте! Добро пожаловать! — говорю дежурные фразы, но чуть сбиваюсь, когда Он переводит на меня взгляд и сохраняет невозмутимое лицо. Ни один мускул лица не дернулся. Может, не узнал? — Я вижу, что вы заранее заказали блюда. Все верно? Ничего не хотите добавить? Смотрю на Него, но заставляю оторвать взгляд, чтобы пробежаться по остальным. Колин сохраняет лицо, рассматривая меню. Только не говорите, что у меня одного перед глазами мелькают картинки того вечера? Даже неловко стало. А Ему безумно идут костюмы, кстати. И видеть Колина в белой рубашке очень непривычно. Даже неправильно, я бы сказал. А этот галстук, пиджак и строгие брюки... Хвала Богам, что я не вижу туфель — и так боюсь, что не сдержусь. Выдыхаю, когда приношу все блюда: — Я буду рядом, если возникнут вопросы или пожелания, — дружелюбно улыбаюсь, опять заостряя внимание лишь на одном человеке. Колин слегка ухмыляется уголком губ. Узнал все же. Все время, пока они сидят и о чем-то общаются, я украдкой наблюдаю за Ним. Не так я представлял нашу встречу за пределами Темы, не так. Жизнь решила сделать мне такой подарок, а я готовым совсем не был. Ну, спасибо, что хоть так. Зная свою удачу, мы бы могли встретиться в гораздо худших условиях. А тут… хороший ресторан и я в форме. Даже без косяков. Когда они уходят, я так же дежурно желаю хорошего дня и зачем-то провожаю дальше положенного. Колин отстраняется от всех на полшага и, поймав мой взгляд, глазами стреляет на столик, сопровождает это все слабым кивком. Разъяснения мне не дают. На столике под салфеткой выглядывает край какой-то бумажки. Визитка с номером. На самой салфетке ручкой начеркано два слова: «Заинтересован — напиши».