Последний аккорд под звон оружия

Часть 3 Утро следующего дня принесло сюрприз, к которому Кармилла не была готова. Напротив неё сидел абсолютно непримечательный грешник. Блеклый, с застывшими чертами лица, он больше походил на ростовой манекен, чем на живое существо. Охрана обнаружила его на рассвете у ворот резиденции — он не пытался скрыться, он ждал. В любое другое время Кармилла даже не взглянула бы на такого, но тема, заявленная им для аудиенции, заставила её отложить все дела. — Итак, — она сложила пальцы домиком, не сводя с гостя пронзительного взгляда, — что за «сенсация», ради которой вы рискнули прийти к Оверлорду? И почему я? Разве в Башне Ви не платят за жареные факты втрое больше? Собеседник нервно сглотнул. Его кадык дернулся под серой кожей. — Боюсь, если я приду с этим к Воксу, меня обнулят быстрее, чем я успею открыть рот — просто чтобы не допустить утечки. А деньги... деньги не имеют значения, если завтра нас всех пустят на фарш. Грядет что-то страшное, мадам Кармайн. Я не хочу молчать. Любопытство в глазах Оружейного барона смешалось с настороженностью. — Я внимательно вас слушаю. — Вы видели отчеты о бойне в Пустошах... — солдат замялся, его голос сорвался на шепот. — Я был там. Я — единственный выживший из того ада. И я видел его. Он жив. Кармилла замерла. Лицо её превратилось в непроницаемую маску, но внутри всё натянулось, как струна. — О ком вы говорите? Грешник опасливо оглянулся, словно тени в кабинете могли его подслушать, и произнес имя, которое в Аду считалось синонимом окончательной смерти: — Адам. «Сумасшедший? Или просто идиот?» — мелькнула мысль, но Кармилла не подала виду. — Вы утверждаете, что Первый Человек не просто выжил, но и в одиночку вырезал армию из двухсот тысяч наемников? — Именно так, — грешник лихорадочно закивал. — Меня спасло лишь то, что я похож на учебный манекен. Я просто замер среди пособий по первой помощи, пока вокруг горел сам воздух. Это не было битвой, мадам. Это была экзекуция. — Допустим. Куда он направился, когда... закончил? — Я не решился преследовать его. Старался даже не дышать в его сторону. Но краем глаза видел: когда последний крик затих, он снял маску — в этот момент я узнал его, - он побрел на север от места дислокации. Больше я ничего не знаю, клянусь. В кабинете повисла тяжелая, густая тишина. Кармилла изучала лицо солдата, пытаясь найти признаки безумия, но видела лишь чистый, незамутненный ужас. — Вы мне очень помогли, — она извлекла из ящика стола пухлый конверт. — Надеюсь, всё сказанное в этих стенах здесь и останется. Вы понимаете последствия? — Конечно, мадам. Благодарю, — грешник схватил конверт и почти выбежал из кабинета, стремясь как можно скорее раствориться в толпе. Оставшись одна, Кармилла подошла к старым архивным картам. Современные цифровые системы Вокса игнорировали окраины как «нерентабельные», но старая бумага хранила секреты. Спустя час поисков её палец замер на одной точке: старое кладбище самолетов. Официально его стерли с карт десятилетия назад, но в Аду ничто не исчезает бесследно. Вероятность того, что он всё еще там, была ничтожной. За ночь он мог повернуть куда угодно или вовсе вернуться в город, растворившись в трущобах, если он вообще был. Но любопытство пересилило страх показаться глупой перед самой собой, и Кармилла решилась. Сменив домашнюю одежду на костюм, напоминающий облачение ассасина, она невидимой тенью скользнула в ночь. Кладбище самолетов встретило её бескрайним полем ржавчины, переходящим в глухую пустошь. Капли ядовитого дождя мерно барабанили по прогнившей обшивке фюзеляжей, создавая монотонный, тревожный гул. Сюда не заходили десятилетиями, и место, казалось, само отторгало незваную гостью. Однако острый взор Оверлорда сразу зацепился за аномалию: под изломанным брюхом грузового самолета едва заметно мерцал костер. Тихой, крадущейся поступью Камилла подобралась к импровизированному жилищу. Внутри было пусто. Внимательно оглядевшись, она скользнула в проем. На первый взгляд это была обычная ночлежка бродяги, но взгляд Камиллы замер на «стене»: там, подвешенные на стальных тросах, висели два массивных серпа и тяжелая коса. Ангельская сталь. Она подошла ближе, профессионально оценивая работу. Отлиты грубо, но с пониманием баланса; лезвия были густо покрыты подсохшей кровью — неоспоримое доказательство недавней жатвы. Рядом со спальным мешком висела старая солдатская шинель, чей фасон отсылал еще к временам Первой мировой. Во внутреннем кармане Камилла обнаружила небольшую книжку, но прежде чем она успела её открыть, тишину разрезал звук шагов. Некто был еще далеко, но великолепный слух сеньоры дал ей необходимую фору. Она не стала искушать судьбу. Мгновение — и Камилла Кармайн растворилась в дождливой ночи, оставив ржавое логово так же бесшумно, как и вошла. *** Из дневника: 2 августа Никогда не думал, что займусь такой херней, как ведение дневника. Но делать нечего: человек — существо, сука, социальное, а приятного собеседника в этой помойке я, по понятным причинам, хрен найду. Да и накипело. Куча трупов... ебучая гора тел, свалившаяся на меня в тот день, спасла мне жизнь. Благодаря этой вони и гнили я остался незамеченным. Благодаря им я до сих пор дышу. До сих пор, блять, не могу в это поверить. 28 августа Наконец-то могу написать. Если коротко: оставаться в городе больше нельзя. Повсюду камеры и эти... Кстати, когда рвал очередную шайку на куски, обнаружил, что могу извергать пламя. Хоть какой-то бонус от этого ада. Надеюсь, это не последняя запись. 6 сентября Не знаю, к счастью или нет, но я всё еще жив. Набрел на кладбище самолетов — хоть какая-то крыша над головой. В придорожном ларьке раздобыл еды и маленькое зеркальце. ... какой же я урод. Кажется, одна половина моего тела пережила клиническую смерть, а вторая — не пережила биологическую и превратилась в... даже писать тошно. 14 октября Деньги, снятые с мертвых бандитов, закончились. Совсем. Сегодня зажарил крысу — на вкус как мое нынешнее существование. Но если отсутствие жратвы и воды еще можно как-то перетерпеть, то этот вездесущий, холод... От него не скрыться даже в огне. Он пробирается под кожу, прямо в кости. Благо, иммунитет от моей «новой» половины вроде спасает. Хоть на этом, блять, спасибо. До сих пор не могу поверить, что пришлось избавиться от крыла на нормальной стороне... Но выбора не было. Оно и так было переломано в труху, я бы его никогда не вылечил. К тому же эти золотые перья палили меня за милю, как чертов маяк. Оставил парочку на память, а остальное пустил на костер. Иронично: греться в аду собственным ангельским крылом. Эх. 2 ноября Интересно, как там Сера... Эмили... Лют? Надеюсь, у них всё в порядке. Когда же наконец эта ебаная тоска сменится твердым осознанием, что я их больше никогда не увижу? Когда сдохнут эти сожаления? Я заперт в этой консервной банке среди ржавчины, и единственный мой спутник — это запах гари. 12 ноября Всё. Это предел. Моя точка кипения пройдена. Я был готов смириться с поражением, готов был влачить здесь жалкое существование, как и полагается тому, в кого я превратился. Но этого я так просто не оставлю. Сегодня мне повезло: завалил банду тех, кто грабил тачки, выставив на дороге ежи. Их деньги я решил спустить в местной забегаловке. Сидел, никого не трогал... и тут с экрана вещает эта мразь. Вокс. Черт, даже имя его запомнил. Вещает там о том, как он всех нагнет и будет издеваться над небесным народом. Ага, конечно. Только через мой многострадальный труп, сука, пизда тебе. Твердо решил я в тот момент. Сначала — я выкошу всех твоих подсосов, а потом и тебя, и никто тебе, сука, не поможет. 12 ноября Я подготовился. Сложнее всего было достать лом из ангельской стали. Удалось заказать через посредников у какой-то Кармайн — даже мафию потрошить не пришлось. Тихо забрал груз, и всё. Кузни у меня, понятно, нет, но, благо, я и сам парень горячий. Сплавил и отлил себе отличные «игрушки». Теперь я вооружен. 13 ноября Да мне везет, как утопленнику! Сегодня в паре километров от моего логова заметил разбитый военный лагерь. Сцапал одного «языка». Говорит, завтра здесь будут учения наемников — двести тысяч рыл. Многовато, конечно, но мне плевать. Я ебашу сильно и для себя уже всё решил: буду защищать свой дом, где бы я ни был и во что бы ни превратился. 14 ноября Вот это была мясорубка! Взяв серпы в руки, я крутился волчком, сметая этих паскуд огненным ураганом. Коса тоже не подвела. Надеюсь, завалил всех до единого — не хочется, чтобы меня раскрыли раньше времени. В любом случае, сегодня я планирую всё закончить. *** Это была последняя запись. Дальше — лишь пустые пожелтевшие страницы. Кармилла медленно закрыла книжку, её пальцы непроизвольно сжали поношенный кожаный переплет. В голове набатом стучала финальная фраза: «Планирую всё закончить». — Что закончить, идиот?.. — прошептала она в пустоту кабинета. — Что ты задумал? Ответ молчал в тишине комнаты, пока в студии Валентино, на другом конце города, разворачивалась сцена, которой не суждено было остаться тайной.