Подвиг

      В тот момент королю было очень страшно. В их тихом королевстве редко бывали происшествия, тем более таких масштабов, как похищение его величества. Вся стража разбежалась, совершенно забыв о своём главном долге — защите короля. Его бросили одного на произвол судьбы в руках безумных разбойников, и сейчас он привязан к большому дереву посреди леса, не зная, чего ждать дальше. Ни слов о выкупе, ни угроз, абсолютно ничего. Оставили, словно собаку на привязи, и эта неизвестность пугала его куда сильнее, чем то, что уже произошло.       Минуты ожидания тянулись невыносимо долго, ноги подрагивали от пережитого ужаса, а верёвка неприятно сдавливала тело, прижимая к шершавой коре за спиной. По щекам стекали горячие капли слёз, которые впитывались в красную ткань, что плотно закрывала его рот, не давая возможности позвать на помощь. Надежда маленьким огоньком продолжала тлеть где-то на дне души. Ведь его не могли просто бросить?

      В какой-то момент, когда накатывающее отчаяние было готово поглотить его величество, где-то неподалёку послышать тихая мелодия и чей-то звонкий голос. — Куда ты, тропинка, меня привела? Без милой принцессы мне жизнь не мила, — вот она, его спасительная соломинка. Знакомый мужской голос был чудом, дарованным королю в этот злополучный день. На трясущихся ногах мужчина пытался сдвинуться в сторону звучащей песни. Древесная кора больно впивалась в спину, несмотря на плотное одеяние, но сейчас это его мало волновало. — Ах если б, ах если бы славный король открыл бы мне к сердцу принцессы пароль! — слова про принцессу кольнули отцовское сердце, но выбора не было. Этот парень мог спасти его, и ради этого он мог бы задуматься о разрешении на их встречу. — Ведь я не боюсь никого, ничего. Уж я бы тогда совершил для него! — его голос продолжал звучать в этом тёмном лесу, как что-то инородное, но важное. Это было его спасение, и мужчина готов бороться. — Ведь я не боюсь никого, ничего. Я подвиг готов совершить для него-ого-ого-ого-ого! — голос затих, а на глаза с новой силой навернулись слёзы. Неужели его не спасут? Неужели он так и останется здесь? Ноги начали подкашиваться, и король был готов вот-вот повиснуть на стягивающих его верёвках, но в последний момент почувствовал крепкие руки, которые мягко придерживали его тело в вертикальном положении. — Ваше Величество, что с вами произошло? — голос молодого мужчины звучал обеспокоено. Поняв, что ответить королю мешает злополучная ткань, Трубадур аккуратно снял её, про себя подмечая, что лицо мужчины напротив мокрое и даже в сумраке леса видно опухшие от слёз глаза. Совесть начала грызть душу музыканта своими острыми клыками. Его план был предельно прост, но он упустил один очень важный факт — его величество был слишком мягким и совершенно не стрессоустойчивым. Кажется, он с парнями перестарался, и теперь ему придётся это исправлять. — Кто это с вами сделал? — из его уст этот вопрос звучал так странно, но раз уж он начал эту игру, то придётся играть до конца. Его величество прижался теснее, словно пытаясь спрятаться от всего мира, благо разница в росте позволяла. — Я не знаю, — голос дрожал, а глаза продолжали застилать предательские слёзы. Король должен быть сильным, но сейчас он был не способен даже на то, чтобы самому стоять. — Они напали неожиданно во время прогулки. Меня все бросили, — боль и отчаяние пропитывало каждое слово. Он был спасён, но теперь осознание накатило с новой силой. Его бросили там те, кому он доверил свою жизнь, а спас тот, кого он не желал видеть и близко со своим дворцом. Но главное, что его всё-таки спасли, и теперь он может вернуться домой. — Я видел какой-то домик неподалёку, скорее всего, это те, кто похитил вас, — Трубадур мысленно дал себе затрещину. Он поступает отвратительно, но пути назад нет. — Я разберусь со всем. Вы можете стоять сами? — получив неуверенный кивок, музыкант отступил от короля, поёжившись от наступившего холода. Неужели король всё это время мёрз? — Не волнуйтесь, я быстро вернусь и развяжу вас, — настало время последней части его представления. Группа ждёт его в старом доме разбойников, который они когда-то заняли. Главное сделать всё быстро, чтобы его величество не нервничал ещё больше.       Заскочив в дом, он жестом показал друзьям, что пора начинать. Вокруг начался хаос, послышались крики и полетели предметы. — Как всё прошло? — к Трубадуру аккуратно подошёл Кот, пока остальная часть группы изображала потасовку. — Кажется, мы переборщили, — музыкант опустил голову, пытаясь оправдать сам себя, но совесть подсказывала, что оправдания его жестокому поступку нет. — Он сильно напуган. Вечером на улице холодно, а он проторчал там не один час, — Трубадур сжал кулаки, чем не на шутку напугал стоящего рядом Кота. — Трубадур, ты чего? В этом же и был план: мы крадём короля, а ты его спасаешь, и в замен он подпускает тебя к принцессе, — Коту было не понятно состояние друга. Может быть, они и переборщили чуть-чуть, но не убиваться же из-за этого.       Мужчина опустил голову, тяжело вздохнув. Кот прав, план был придуман им самим, и винить в том, к чему это привело, он должен только себя. Только музыкант никак не мог понять, почему вина вообще его гложет. Неужели из-за тех напуганных глаз, которые смотрели на него с горящей надеждой? — Главное, чтобы он случайно не узнал о том, что именно ты похитил его, — ещё один укол со стороны Кота выбил последний воздух из его лёгких. — Тебе отрубят голову за такое. — Я знаю, поэтому всё должно проходить гладко до самого конца, — Трубадур встал с импровизированной табуретки, которая осталась от предыдущего побоища, которое они устроили. — Поцарапай мне лицо, а то такой шум, а я полностью целый, — калечить друга не хотелось, но Кот осознавал всю важность деталей, ведь это, как в песне — испортишь одну ноту, и вся мелодия насмарку. — Прости, друг, — удар лапой наотмашь оставил на лице Трубадура кровоточащие полосы, которые будут ещё долго болеть. — А теперь пошли все прочь! — музыкант крикнул громче обычного, чтобы разбушевавшиеся друзья наконец могли сваливать с их импровизированной сцены. Через мгновение дом опустел, а звенящая тишина оглушила одиноко стоящего человека. Ему тоже пора.        Выйдя на улицу, Трубадур ощутил, что похолодало ещё сильнее, поэтому поторопился к нужному дереву. Там всё также связанный его ожидал король, который из последних сил старался держаться на ногах. — Ваше Величество, всё закончилось, — музыкант достал из кармана небольшой ножик, который заранее забрал из домика разбойников. Когда верёвки были перерезаны, обессиленное тело короля практически упало в его руки. — Спасибо тебе, — голос мужчины был слабым и хриплым. После пережитого кошмара, хотелось спрятаться в самом укромном уголке замка. — Вам не за что меня благодарить, — это была правда, Трубадур не хотел слышать благодарностей от человека, который пострадал из-за его идиотского поступка. Нужно было доставить короля во дворец как можно скорее. — Я доставлю вас в замок, Ваше Величество. Там вы сможете отдохнуть, — музыканты пытался придумать как можно это сделать, но единственным решением было просто понести мужчину на руках. Тот в силу своей комплекции был не слишком тяжёлым, а Трубадур, живя на улице и путешествуя по стране, заимел неплохую мускулатуру. — Я обязан тебе жизнью, музыкант, — это было последнее, что смог вымолвить монарх.