Терапия кошко-совами: лекарство от токсичных бывших

      Мастер Сюя оторвался от губ Лю Цингэ лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание. Его взгляд скользнул по лицу напротив — глаза Цингэ были полуприкрыты, ресницы трепетали, щёки раскраснелись от жара воды и нарастающих чувств. Он выглядел целиком поглощённым моментом, непривычно мягким и податливым, с лёгкой дымкой чистого, неосознанного желания.       В ответ на безмолвную мольбу сердце Шэнь Юаня наполнилось ликующим чувством. Его руки, до этого перебиравшие волосы, теперь скользнули вниз по влажной спине Лю Цингэ, прижимая его ещё плотнее. Это было просто и естественно — касаться его, ласкать.       Сладостный, почти болезненный трепет пробежал по телу. О, как опасно и притягательно было иметь эту власть над Богом Войны, над собственным возлюбленным. Он опустил голову, вновь прижавшись губами к губам Лю Цингэ. Левой рукой удерживал его за затылок, слегка надавливая, углубляя поцелуй, а правая осторожно скользнула по спине, через талию, оглаживая бок — мышцы под пальцами едва заметно дрожали.       Лю Цингэ издал тихий, сдавленный стон, почти рычание, когда пальцы достигли бедра. Он не отстранился, наоборот, объятия стали крепче, притягивая ближе. Его тело инстинктивно искало большего контакта. Голова кружилась от непривычного удовольствия, от этого медленного, властного прикосновения, заставлявшего тело петь.       Шэнь Юань ощутил, как упругие мышцы напряглись под ладонью, а затем снова расслабились, подчиняясь нежным, но уверенным движениям. Пальцы осторожно исследовали каждый изгиб сильного, но податливого тела. Он ласкал кожу на животе, касался рёбер, задержался на груди, чувствуя, как сердце бешено колотится под ладонью.       Это было совершенно другое чувство, чем с Ло Бинхэ — без страха, насилия, только чистое наслаждение. Безмолвным ответом шиди было: «Да. Ещё. Веди меня».       Наконец Шэнь Юань отстранился от его губ, чтобы одарить лёгкими поцелуями линию челюсти, спускаясь к горлу, затем к влажному плечу. От Лю Цингэ исходил жар. Кончиком ногтя он слегка царапнул сосок на груди Бога Войны.       Шэнь Юань опустил взгляд вниз, где под лазурной водой угадывался силуэт его возбуждения. Он ещё не касался Цингэ ниже пояса, давая им обоим время привыкнуть и погрузиться в водоворот желания.       — Цингэ, будет ли это слишком смело, если я позволю себе вольности? — прошептал он, рука замерла, дразняще проведя костяшками пальцев чуть ниже пупка. Он ощутил, как дрогнули мышцы на прессе, и в глазах вспыхнул озорной огонёк.       — Перестань издеваться и сделай уже что-нибудь, — выдохнул сквозь сжатые зубы Лю Цингэ, теряя терпение. Запястье Шэнь Юаня настойчиво, но осторожно схватили и опустили под воду. Но Лю-шиди просто прижался пахом к руке возлюбленного, не принуждая обхватить себя ладонью.       — Прости за промедление, но мне было жизненно необходимо насладиться каждой твоей черточкой, — лукаво проворковал Шэнь Юань, охотно поддаваясь чужому порыву. Пальцы скользнули по лобку Лю Цингэ, сомкнувшись на основании ствола. Лю Цингэ издал громкий стон облегчения, слегка покачнувшись.       Шэнь Юань незаметно оттеснил его спиной назад на более мелкую часть источников, где удобно расположились ступени-ложа. Он помог Лю-шиди принять удобное положение и вышел из источника, чтобы взять кувшинчики с маслом.       Обернувшись, он замер. Лю Цингэ смотрел на него жадными, голодными глазами, и ладонь его неторопливо двигалась по эрекции, совершенно открыто. В этот момент Шэнь Юаню подумалось о той же жёсткой хватке на эфесе Чэнлуаня. Он явно зря переживал, что может показаться слишком развратным.       Атмосфера сгущалась, из глубин сознания поднималась обжигающая похоть. Даже привыкший носить маску благородного Лорда, Шэнь Юань не мог сдержать реакцию. Лю Цингэ смотрел на него, словно умирающий от жажды путник на оазис. Шэнь Юань сам откровенно залип, не зная, куда смотреть: на великолепное лицо, рельефный торс или на руку, ласкающую член. От осознания, что это на него так отчаянно дрочит Бог Войны, легче не становилось. На лице Мастера Сюя за краткий миг промелькнула растерянность, недоверие, а затем польщённое смущение и ответный голод.       Лю Цингэ быстро облизнул пересохшие губы и, не отрывая взгляда, протянул свободную руку.       Решив, что рубеж уже преодолён, Шэнь Юань медленно развязал пояс нательного халата. Дёрнул плечами, и влажный шёлк соскользнул до локтей, открывая линию шеи, ключицы и плечи. Каждый изгиб тела, обычно скрытый, теперь был виден сквозь мокрую ткань, дразняще обрисовывая силуэт.       Взгляд Лю Цингэ жадно ощупал его сверху донизу, задерживаясь на влажных участках кожи. Шиди снова облизнулся, с шумом сглотнув. Мастер Сюя, не заботясь о грации, выпутался из рукавов, отбросил халат и в несколько шагов оказался рядом, вложив дрожащую руку в чужую ладонь.       С почти диким энтузиазмом Лю Цингэ принялся выцеловывать кончики пальцев Шэнь Юаня, проводя между ними горячим языком, втягивая каждый. Шэнь Юань поставил колено на бедро сидящего Лю Цингэ, прижимаясь полуобнажённым телом, и осознал это только когда головка его члена влажно мазнула по торсу Бога Войны.       — Цингэ, всё хорошо? — с лёгким беспокойством спросил Шэнь Юань, застыв в откровенной позе.       Вместо ответа Лю Цингэ лишь неразборчиво проурчал, приникая губами к указательному пальцу. Кончик языка прошёлся по мозолистым подушечкам, ощущая каждый изгиб. Взгляд скользнул к члену Шэнь Юаня, и он довольно промычал.       — Что ж, расценим это за согласие, — хмыкнул Шэнь Юань. — Цингэ, мне всё же нужны обе руки.       Лю Цингэ нехотя отпустил палец. Шэнь Юань поцеловал его в уголок рта, затем полил на ладонь масло из кувшинчика — по воздуху разлился тонкий цветочный аромат. Отставив кувшинчик, он оперся тыльной стороной ладони о плечо возлюбленного.       — Держи меня, Цингэ, — попросил он, устраиваясь на коленях партнёра.       Лю Цингэ с готовностью помог ему удобно расположиться, мягко положил руку ему на грудь.       — Могу я?.. — одновременно выдохнули они. И, рассмеявшись, слились в глубоком, горячем поцелуе.       Ладонь Шэнь Юаня, покрытая тёплым маслом, медленно обхватила напряжённый член Лю Цингэ. Большой палец скользнул по влажной головке, и по телу прокатилась волна невыразимого облегчения. Эрекция Лю Цингэ была привычной, человеческой, и не вызывала ни отторжения, ни страха. Он был прекрасен, как и всё в Лю Цингэ: гладкий, упругий, безупречно вылепленный.       Шэнь Юань выдохнул, уткнувшись лицом в тёплую шею Цингэ, и прижался всем телом, позволяя пальцам коснуться поджавшихся яичек. Он понимал, что поза не самая удобная, но этот миг был важен до дрожи — потому что больше не будет сковывающего ужаса, ледяного пота, нервной дрожи. Только тепло, принятие и полное доверие.       Лю Цингэ, непривычный к такой откровенной ласке, замер под его движениями, и Шэнь Юань запоздало осознал, как глубоко погрузился в свои ощущения.       — Ох, прости, прости… — выдохнул он в ухо возлюбленного. — Ты такой невероятный. Я знаю, тебе неловко слышать похвалы, но ты и впрямь прекрасен. Мне так нравится касаться тебя, видеть, как ты от этого млеешь.       — От тебя мне нравится слышать такое, — неловко, но с теплотой пробурчал Лю Цингэ.       В этот момент он изумлённо охнул от мягкого щипка за сосок. Они оба замерли, но Шэнь Юань хихикнул, чувствуя приятный озноб, и одобрительно подтолкнул руку Лю Цингэ:       — Продолжай. Всё хорошо.       Лю Цингэ взглянул на него и сделал то, чего жаждал уже несколько мгновений. Он резко, но бережно подхватил Шэнь Юаня под ягодицы, откинув его тело чуть назад, так что тот оказался немного нависшим. И в тот же миг обхватил губами сосок на груди возлюбленного. Член Шэнь Юаня оказался зажат между их телами, и ему отчаянно захотелось потереться бёдрами о Лю Цингэ, чтобы унять невыносимый жар.       — Цингэ! — выдохнул Шэнь Юань, и голос зазвучал с лёгким придыханием.       Лю Цингэ с особой тщательностью целовал его шею, ключицы, возвращался к груди. Его сильные руки с нежным нажимом скользили по бокам, растирая кожу, сжимались на ягодицах. Мастер Сюя чувствовал, как его голодно и страстно целуют, ласкают языком, и каждый поцелуй пронзал до дрожи. Но даже в пылу этого запала, стоило Лю Цингэ ощутить малейшую неуверенность со стороны Шэнь Юаня, он мгновенно останавливался, вопросительно заглядывая в глаза, давая понять: партнёр в любой момент может прекратить начатое.       — Цингэ такой внимательный… — довольно мурчал в ответ Шэнь Юань, ощущая эту заботу. Он с теплотой осознал, что Лю-шиди помнит о его просьбе лучше него самого и с непоколебимой принципиальностью следит за каждым движением.       Закинув руку за голову Лю Цингэ, чтобы удобнее держаться, Шэнь Юань собирался вернуться к тому, на чём они прервались.       — Постой, позволь и мне, — мягко остановил его Лю Цингэ и бережно пересадил с колен на тёплое каменное ложе рядом.       — Пожалуйста… — выдохнул Шэнь Юань с лёгкой растерянностью. Но глубоко внутри он доверял Цингэ достаточно, чтобы не мешать ему проявлять инициативу.       Однако Лю-шиди снова удивил его, опустившись на колени у его ног. Шэнь Юань встревоженно вздрогнул, мгновенно распознав возможный смысл жеста. Волной накатили старые болезненные образы, и он инстинктивно подался назад, крепко хватаясь за плечо возлюбленного.       — Что… что ты хочешь сделать? Цингэ, ты уверен, что в наш первый раз это не будет слишком? — мягко, но с дрожью уточнил Шэнь Юань.       Лю Цингэ видел тень паники в его глазах, напряжённое тело. Он понял: этот момент требует предельной честности и нежности.       — Я хочу доставить тебе удовольствие ртом и рукой, — его голос прозвучал хрипло, но в нём не было тени принуждения. — Я видел такое в той книге. Одна гравюра врезалась мне в память — она была такой красивой, такой нежной, и мне захотелось попробовать с тобой. Но только если ты сам этого хочешь.       — Но, Цингэ… а вдруг это окажется слишком мерзко для тебя? — в голосе сквозила глубокая неуверенность.       — А-Юань, — мягко позвал Лю Цингэ. Он нежно потёрся носом о его коленку. — Всё хорошо, Юань. Дыши. Я с тобой, я дам тебе столько времени, сколько нужно. Я видел гравюру, она была воплощением нежности. Это про любовь, А-Юань. Поверь, меня это не беспокоит. Твои чувства всегда на первом месте. — Прости… я слишком переживаю, — выдохнул Мастер Сюя, и в глазах выступили слёзы. Лю Цингэ поднял голову, его взгляд стал серьёзным. — Нет, А-Юань. Ты не должен бояться сказать мне «нет». Твои чувства и желания так же важны. Если тебе что-то не нравится, если некомфортно или просто не хочешь — ты можешь остановить меня в любой момент. Это твоё тело, твои решения.       Он поднялся и осторожно, трепетно заключил Шэнь Юаня в объятия — не просто утешение, а обещание.       Какое-то время они сидели обнявшись. Лю Цингэ мягко успокаивал его, поглаживая по спине. Шэнь Юань медленно обнимал в ответ, прижимаясь к тёплому, надёжному телу. Слёзы наконец скатывались по щекам, но в этот раз не от страха, а от невыносимой нежности и благодарности.       — Спасибо, Цингэ… — прошептал он в плечо.       Лю Цингэ лишь сильнее прижал его к себе. Он чувствовал, как дрожь утихает, дыхание становится ровнее. Поцеловал в макушку, в висок.       Когда Шэнь Юань успокоился, он отстранился, чтобы посмотреть в глаза.       — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным, — тихо сказал он. — Мои проблемы не должны становиться твоим бременем. Ты тоже достоин удовольствия.       Лю Цингэ провёл большим пальцем по его влажной щеке, стирая слезу.       — А-Юань, ты никогда не будешь бременем. Видеть, как твои глаза сияют, для меня куда приятнее любой ласки. Я хочу быть здесь. С тобой.       Движения его стали ещё медленнее и деликатнее. Он не прикасался сразу, лишь смотрел в глаза, ища разрешения.       — Что ты хочешь сейчас, А-Юань? Только скажи. И если это будет просто обнять друг друга до утра, я буду счастлив.       Шэнь Юань смотрел на него. Впервые за долгое время он чувствовал, что его желания имеют значение.       Осторожно потянулся вперёд, рука легла на щеку Лю Цингэ.       — Я хочу тебя поцеловать, Цингэ, — прошептал он, и в глазах вспыхнул огонёк. — И хочу, чтобы ты держал меня… очень крепко.       Уголки губ Лю Цингэ приподнялись в нежной улыбке. Он кивнул.       — Хорошо, А-Юань. Как ты хочешь.       Он медленно подался вперёд, позволяя Шэнь Юаню самому установить темп. Когда их губы соприкоснулись, Шэнь Юань обхватил его шею, и Лю Цингэ ответил, обнимая так крепко, как тот просил, прижимая к себе. В этой близости, медленной и полной понимания, Шэнь Юань чувствовал, как восстанавливается вера в себя, и прорастает глубокое чувство безопасности.       После поцелуя он отстранился лишь на несколько дюймов, не разрывая объятий. Его глаза, ещё влажные, встретились с терпеливым взглядом Лю Цингэ.       — Цингэ… то, что ты хотел… ты всё ещё… — начал он, голос срывался.       Лю Цингэ понимающе кивнул, взгляд излучал нежность.       — Если ты хочешь, А-Юань, — тихо произнёс он. — Но никаких обязательств.       Шэнь Юань глубоко вздохнул.       — Я хочу попробовать, Цингэ. С тобой, — его голос был едва слышен, но наполнен решимостью.       Улыбка расцвела на лице Лю Цингэ. Он медленно опустился обратно на колени перед Шэнь Юанем, полулежащим на каменном ложе. Каждое движение было предсказуемым, чтобы не вызвать тревоги.       Шэнь Юань, сбитый с толку смесью предвкушения и нервозности, наблюдал за ним. Сердце билось чаще, но не от паники — от возбуждения, от доверия.       Лю Цингэ медленно протянул руку, пальцы едва коснулись обнажённого бедра и замерли, словно в немом вопросе. Шэнь Юань вздрогнул, но не отшатнулся; чуть заметно кивнул. Тогда Лю Цингэ продолжил: ладонь начала невесомо скользить вверх по внутренней стороне бедра, оставляя дорожку тепла и масла.       Шэнь Юань закрыл глаза, позволяя телу откликнуться. Когда пальцы мягко, но уверенно легли на его плоть, он вздрогнул всем телом, едва сдержав стон, но тут же расслабился, отдаваясь бережной ласке. Рука Лю Цингэ обхватила его; движения были неторопливыми, исследующими.       Лю Цингэ поднял взгляд, их глаза встретились. Убедившись в готовности, он медленно склонился ниже. Горячее дыхание скользнуло по чувствительной головке, и по телу пробежал электрический разряд.       — Готов? — прошептал Лю Цингэ.       Шэнь Юань беззвучно кивнул. Он наблюдал, как Лю Цингэ медленно, почти трепетно обхватывает губами его плоть. Это было совсем не так, как в тех ужасных воспоминаниях — без давления, боли, принуждения. Только мягкость и наслаждение. Горячий, влажный рот окутал головку, язык деликатно заиграл с ней, вызывая дрожь.       Шэнь Юань запрокинул голову, из груди вырвался глубокий стон. Рука Лю Цингэ продолжала ритмичные движения, синхронизируясь с работой рта. Он почувствовал, как пальцы возлюбленного осторожно вплетаются в его волосы — почти инстинктивный жест, убедивший, что он движется правильно. Он углубил ласку, языком исследуя длину, вытягивая из Шэнь Юаня новые стоны.       Сквозь полуприкрытые веки мир сузился до обжигающего тепла, мягкого давления, влажного скольжения. Дыхание участилось, сердце стучало так, что гул крови отдавался в ушах. Внутреннее напряжение достигло предела.       Шэнь Юань почувствовал, как тело сжимается, из груди вырывается неконтролируемый стон. Он впился ногтями в ладони. В следующий миг мощная волна экстаза захлестнула его. Горячая жидкость хлынула в рот Лю Цингэ.       Лю Цингэ ощутил, как тело бьётся в судорогах оргазма. Не отстраняясь, он мягко проглотил. Только когда последние толчки затихли и тело обмякло, он медленно, с нежностью отстранился, не отрывая взгляда от лица Шэнь Юаня.       Шэнь Юань медленно приходил в себя. Когда веки приоткрылись, в глазах плескалось облегчение. — Пойдём, — прошептал Лю Цингэ. — Тебе нужно ополоснуться.       Он поднял Шэнь Юаня и практически понёс на руках к горячим источникам. Тёплая вода ласково обволакивала их, смывая не только следы мгновения, но и остатки глубокого напряжения. Лю Цингэ бережно омывал его, пальцы деликатно скользили по коже. Шэнь Юань, полностью расслабившись, склонил голову на плечо Лю Цингэ.       Когда усталость растворилась в целебном паре, Лю Цингэ легко поднял его на руки и отнёс в спальню. Осторожно уложил на мягкое ложе, заботливо укрыл одеялом и поцеловал в лоб.       Он уже собирался отойти, дать отдохнуть, когда Шэнь Юань тихо, но решительно схватил его за руку.       — Цингэ, — голос был хриплым, но исполненным новой силы. — Подожди.       Шэнь Юань медленно приподнялся. Взгляд, теперь ясный и осознанный, встретился с глазами Лю Цингэ. В них отражались любовь и искреннее желание отдачи.       — Ты был так бережен, — прошептал он, касаясь кончиками пальцев его скулы. — Теперь моя очередь.       Лю Цингэ замер от неожиданной инициативы. Когда Шэнь Юань потянул его вниз, он без сопротивления опустился на край кровати. Пальцы Шэнь Юаня скользнули по его щеке, мягко опустились к шее, затем к ключицам. — Расслабься, — мягко проговорил он. — Я хочу, чтобы тебе было так же хорошо.       Он склонился ниже, поцеловал в губы — нежный, неторопливый поцелуй. Затем губы двинулись к шее, оставляя невесомые касания. Шэнь Юань видел, как зрачки расширяются, как мускулы напрягаются от удовольствия. Вдохновлённый, он протянул руки, скользя ладонями по сильным бёдрам, исследуя нежную кожу внутренней стороны бедра. Лю Цингэ выдохнул долгий, дрожащий стон.       — Не так, А-Юань, — вдруг поправил Лю Цингэ, принимая более удобное положение и слегка раздвигая ноги. Он мягко взял правую руку Шэнь Юаня. — Я так люблю твои пальцы, и мне бы хотелось попробовать кое-что.       Из мешочка Цянькунь он вытащил знакомую книгу и пролистал до нужной страницы. Шэнь Юань заинтересованно посмотрел на картинки: там демонстрировалась анальная мастурбация.       — Ух ты, Цингэ, это довольно смело, — протянул Шэнь Юань, но затем прищурился с игривым упрёком: — Эта книга из нашей повозки. Значит, пока я дремал, мой доблестный воин изучал культурное наследие?       Лю Цингэ чуть покраснел.       — Я просто пролистывал, — буркнул он. — Было интересно. К тому же ты сам говорил, что надо изучать всё новое.       Шэнь Юань хмыкнул.       — Что ж, раз ты такой любознательный, значит, уже знаешь, что нас ждёт.       — Я хотел попробовать, — голос Лю Цингэ чуть тише, взгляд полон невысказанного желания. — С тобой.       — Ну что ж, раз ты так старательно готовился… — Шэнь Юань улыбнулся, глаза заблестели. Он порылся в вещах, доставая ларец с бусинами.       — Это духовный артефакт. Ими можно управлять мысленно — скользить, вибрировать, нагреваться. Интересный способ исследовать новые грани чувств.       Лю Цингэ заинтересованно покосился на необычный набор. Шэнь Юань дал ему выбрать масло — Лю Цингэ выбрал ветивер.       — Бусины звучат интригующе, — признался Лю Цингэ. — Но… может, сначала просто твои пальцы? Я хочу почувствовать тебя. Постепенно.       Шэнь Юань нежно улыбнулся, отложил ларец.       — Как пожелаешь, мой храбрый воин.       Он нанёс масло на пальцы и опустился на колени у бёдер Лю Цингэ. Не торопился, позволяя взгляду привыкнуть к близости. Первое касание было нежным, почти невесомым — пальцы скользнули по внутренней стороне бедра вверх. Лю Цингэ вздрогнул, дыхание стало глубже.       Шэнь Юань наклонился, оставляя лёгкий поцелуй на напряжённой мышце бедра, затем выпрямился.       — Не торопись. Дыши. Просто чувствуй, — прошептал он.       Медленно, с осторожностью, пальцы начали нежно поглаживать кожу вокруг входа, распределяя масло. Когда кожа стала влажной и податливой, он осторожно надавил первым пальцем. Лю Цингэ издал тихий стон, тело выгнулось навстречу. Шэнь Юань двигался медленно, позволяя привыкнуть.       Затем ввёл второй палец. Лю Цингэ выдохнул долгий, дрожащий стон, глаза плотно закрылись. Шэнь Юань начал медленно и размеренно двигать пальцами, исследуя внутренние изгибы. Каждое движение было выверено, наполнено заботой.       Лю Цингэ схватил его за плечо, пальцы сжимались на простыне. Шэнь Юань склонился, чтобы поцеловать его в шею. Всё это время плоть Лю Цингэ оставалась твёрдой и напряжённой.       — Хорошо? Тебе нравится? — прошептал он.       В ответ Лю Цингэ смог лишь слабо кивнуть. Он полностью растворился в происходящем. Пальцы двигались, мягко растягивая и массируя, пока внутренние мышцы не начали непроизвольно сжиматься вокруг них.       Когда Шэнь Юань медленно вынул пальцы, оставив Лю Цингэ на грани, раздался мягкий влажный звук. Лю Цингэ коротко выдохнул, глаза распахнулись. Шэнь Юань несколько раз провёл по истекающему члену Лю-шиди, ласково отвлекая.       — Ты готов к бусинам? — тихо спросил он.       Лю Цингэ тяжело кивнул:       — Да. Я готов.       Шэнь Юань извлёк первую бусину, смазал маслом и, сфокусировав ци, заставил её мягко скользнуть внутрь. Лю Цингэ вздрогнул — это было непривычно, более плотное, но обволакивающее.       — Ещё?       Лю Цингэ кивнул. Шэнь Юань ввёл вторую, третью, четвёртую. С каждой бусиной Лю Цингэ дышал глубже, тело выгибалось. Бусины, полностью погружённые, начали испускать мягкое пульсирующее свечение.       Шэнь Юань активировал их ци, заставляя медленно двигаться, создавая давление на простату. Лю Цингэ застонал, голова запрокинулась.       — Ох… А-Юань… — выдохнул он, голос разбит на стоны и хрипы. Спина выгнулась дугой, мышцы натянулись в струну. Бусины внутри скользили, создавая невероятное натяжение и расслабление.       Он крепко схватил Шэнь Юаня за плечо, пальцы впились до белизны. Разум затуманился, сузившись до единственной точки — где плоть горела, а нервные окончания передавали сигналы чистого наслаждения.       Шэнь Юань, чуткий к каждому трепету, не забывал ласкать его эрекцию. Рука обхватывала член, то легко, то нажимая сильнее, вызывая почти болезненные всплески удовольствия. Одновременно он мягко перебирал поджавшиеся яички, добавляя к возбуждению низовую волну наслаждения.       С каждым мгновением напряжение нарастало. Шэнь Юань усилил вибрацию бусин. Лю Цингэ вскрикнул — глубокий, низкий рык вырвался из груди, когда мощный спазм прошёлся по телу, и он излился обильным потоком, пачкая живот и бёдра.       Тело обмякло, рухнув обратно на кровать. Глаза медленно открылись, ища взгляд Шэнь Юаня. В них читалось потрясение от пережитого, отголоски удовольствия и глубочайшая благодарность. Он чувствовал, как бусины внутри прекращают движение, их свет затухает, оставляя приятное послевкусие.       Шэнь Юань нежно погладил его по волосам.       — Ну как, Цингэ? — прошептал он с игривой нежностью. — Стоило оно того, чтобы тайно изучать те гравюры?       Лю Цингэ попытался ответить, но смог лишь издать хриплый, счастливый смешок. Он протянул руку, обвивая ею шею Шэнь Юаня, и притянул к себе для долгого, влажного поцелуя.       Шэнь Юань ответил. Когда оторвались, Лю Цингэ тяжело дышал, щеки пылали.       — Я понял, мой храбрый воин, — прошептал Шэнь Юань, усмехаясь. — Кажется, это был убедительный ответ. Но теперь тебе нужно ополоснуться.       Лю Цингэ слабо кивнул, тело казалось слишком тяжёлым. Теперь настала очередь Мастера Сюя заботиться о возлюбленном…