Come find me

      Всего секунда.       Драко отлетел назад от силы удара Рона; он схватился за челюсть и пошатнулся. Гермиона пыталась кинуться к нему, пыталась бежать, пыталась думать.       А потом была боль. Рон схватил её за повреждённую руку, впиваясь пальцами в только зажившую рану.       Всё помутнело, будто она оказалась под водой. Она не знала, кричала она, плакала или делала всё одновременно.       — Ты грёбаная шлюха! — услышала она откуда-то издалека.       Боль была везде. Гермиона не могла ни вздохнуть, ни отодвинуться. Он убьёт её. Он убьёт их.       — Не смей её трогать! — прежде, чем Рон успел отреагировать, Драко повалил его на пол. Они катались по каменной плитке, Драко Снова и снова бил Рона по носу. Она слышала хруст костей, но не знала, был это нос Рона или рука Драко.       Драко не останавливался, даже когда кровь текла из носа, рта и ушей Рона. Он наносил удар за ударом в несдерживаемой ярости. Глаза Рона закрылись, а тело обмякло.       Нет, он не должен.       — Драко! Прекрати, Драко, ты убиваешь его! — закричала Гермиона. Она попыталась подняться с колен и остановить его. Если он убьёт его, если Рон умрёт, Драко на всю жизнь отправиться в Азкабан.       Она ещё сильнее заплакала.       — Драко! — кто-то оттянул его назад, пытаясь сдержать и успокоить его.       Тео.       — Ты должен остановиться. Нам надо уходить. Сейчас.       Блейз опустился на колени перед ней, осматривая её:       — Гермиона, что случилось? Что болит?       Она не ответила, смотря мимо Блейза на Драко. Его глаза расширились, когда он понял что он сделал.       Ничего хорошего не выйдет. Ей нужно встать, нужно собраться.       — Камень. Тео, используй камень и уведи их отсюда. Давай! — вскрикнула Гермиона, наконец-то поднимаясь с колен.       — Нет. Мы не оставим тебя, — сказал Драко, потянувшись к ней.       Она посмотрела на Рона, окровавленного и переломанного, но живого:       — Ты отправишься в Азкабан, Драко.       Глубоко вздохнув, она молилась, чтобы Тео услышал её и поверил. Увидел, в какой опасности находится Драко.       — Пляж, — продолжила она. — Отправляйся на пляж и жди меня. Я должна всё исправить.       Драко покачал головой:       — Я не...       — Пожалуйста, — она начала умолять. — Пожалуйста. Я найду тебя, но сейчас ты должен уйти.       Тео, кивнув, взял за руку Блейза. Они дотянулись до Драко и вместе аппарировали.       Гермионе нужно действовать. Она поспешила к Рону и забрала свою палочку. Помахав запястьем, она почувствовала, как магия побежала по её венам. Засунув палочку в рукав платья, она собралась с мыслями.       Она глубоко вздохнула и ударила кулаком по луже крови Рона. Боль простреливала руку снова и снова, пока она раз за разом била по полу. Ей должны поверить, даже если это продлится недолго.       Прижимая руку к себе, она побежала в сторону атриума.       Чем ближе она приближалась, тем громче звучала музыка, и тем сильнее билось её сердце. Кингсли стоял лицом к толпе, которая затихла перед ним:       — Хочу воспользоваться этой возможность, чтобы отметить наших героев, в честь которых мы с вами сегодня собрались!       Она должна двигаться быстрее, должна убраться отсюда. Проталкиваясь сквозь людей, она игнорировала вопросительное бормотание ведьм и волшебников, заметивших её.       Подбежав к каминам, она осмелилась оглянуться в сторону сцены. И Гарри.       Он встретился с ней взглядом и заметил кровь на руках и платье. Его брови вопросительно поднялись. Она посмотрела на коридор, из которого только что выбежала, и снова на Гарри, одними губами извинившись.       А потом она позволила языкам пламени поглотить её.       

***

      Гермиона бежала по дому, сгребая вещи в сумку так быстро, как могла. Зайдя в комнату, она устремилась к шкафу, доставая деньги, припрятанные для этого дня.       Дня, когда она сбежит.       У неё не так много времени, чтобы добраться до пляжа. Гарри видел её, и он, наверное, уже нашёл Рона и сложил кусочки пазла.       Гермиона должна убедиться, что Драко не обвинят в избиении Рона. Она была уверена, что кровь на её руках и слёзы на её лице увидели достаточно свидетелей. Она подумала, поверит ли Гарри ей когда-нибудь. Или сможет ли когда-нибудь простить.       Она быстро переоделась в старые джинсы и футболку и натянула свитер. Застёгивая сумку, она услышала рёв камина.       Нет, подумала она. Пожалуйста. Ей нужно больше времени.       Она слышала, как Гарри зовёт её. Она прижалась к стене, пока тишина не заполнила дом, и думала, сможет ли она добраться до крыльца и аппарировать.       Сжав в руке палочку, она осторожно вышла в тёмный коридор, стараясь быть как можно тише.       Добравшись до конца коридора, она посмотрела налево и увидела Рона, сидящего за обеденным столом и ухмыляющегося ей. У него всё ещё текла кровь из носа и ран на лице.       Кровь закипела. Она никогда от него не убежит.       — Как ты...       — Попал сюда? — перебил он. — Когда я очнулся и понял, на какой лживой шлюхе я женат, я воспользовался ближайшим камином и переместился сюда, — его глаза метнулись к сумке. — Собралась куда-то? Может, к твоему любовничку-пожирателю?       Внутри неё разожглась ярость, когда она вспомнила, как Рон ударил Драко.       Ей надоело бежать. Она не будет прятаться. Не будет всю жизнь оглядываться через плечо.       Гермиона отпустила сумку, позволив ей упасть к ногам. Она расправила плечи и подняла подбородок:       — Никуда я не собралась.       Он фыркнул:       — Осмелела?       Если она продолжит его отвлекать, то Гарри придёт. Придёт и всё увидит.       — Мне надоело тебя бояться, — сказала она, ещё крепче сжимая палочку пальцами.       — Без меня ты ничего не стоишь, Гермиона. Ничего, — он опёрся руками о стол, поднимаясь. Его ледяные слова заполнили пространство между ними.       Она собралась с силами. Ты могущественная. Ты сильная. Ты — Золотая Девочка волшебного мира, и тебе нечего бояться.       — Думаешь, ты продержишься без меня больше двух минут? Идиотка.       — Заткнись, — прошептала она.       — Что-что? Я тебя не расслышал, Гермиона.       — Заткнись.       Его глаза потемнели. Рон приблизился к ней. Она изо всех сил сдерживалась, чтобы не дёрнуться и не убежать. Он подошёл вплотную, выплёвывая слова прямо ей в лицо.       — Ты — жалкое подобие ведьмы и жены. Что ты сделала со времён войны? Кроме того, что всё это время занимала место в моём доме и портила всё, к чему прикасаешься. Конечно, я вынужден тебя бить. Ты заставляешь меня. Ты не заслуживаешь ничего больше, и в глубине души ты это прекрасно понимаешь.       — Хватит! — прокричала она. Он рассмеялся:       — Так хочешь меня разозлить, да? — он схватил её за запястье, сжимая его, пока её палочка не выпала из руки. Второй рукой он схватил её за шею и прижал к стене.       Она вцепилась в его руку. Её голова дрогнула, когда он закричал:       — Тупая грёбаная сука!       Он бил её головой об стену снова и снова, пока она не почувствовала что-то горячее, стекающее по шее, а его голос не стал отдаляться. Она старалась бороться, пинаясь и царапаясь.       Гарри скоро придёт Гарри скоро придёт Гарри скоро...       Она попыталась закричать или убрать его руку с шеи, но всё было бесполезно. Может, всё наконец-то закончится для неё. Может, в этот раз он всё-таки убьёт её и даст ту свободу, о которой она всегда мечтала. Так легко отдаться темноте. Её глаза закрылись, а по телу пробежало облегчение. Всё почти закончилось. Ещё чуть-чуть. Боль сменилась онемением.       В мыслях всплыло воспоминание:       — Почему ты позволяешь ему иметь столько власти над собой?       — Я не позволяю иметь эту власть. Он забрал её.       — Гермиона... забери её обратно.       Её глаза распахнулись, когда она вспомнила его голос.       Драко.       Драко верил в неё. Драко видел её. Драко показал ей её ценность и её силу. Драко знал, что она сильнее Рона. И этого было достаточно. Достаточно, чтобы рискнуть всем. Достаточно, чтобы покончить с этим.       Забрать.       Магия понеслась по венам. Она посмотрела в глаза человеку, которого когда-то любила, человеку, который медленно убивал её, и собрала всю ярость, боль и разочарование, которые копила годами.       Она взорвалась.       — Отпусти! Меня!       Магия вырвалась, разбивая каждое окно, фоторамку, тарелку и стакан в доме. Осколки с оглушительным звуком летели вокруг них, заставляя Рона отпустить её и попытаться закрыть лицо. Когда всё успокоилось, он посмотрел на неё, показывая порезы, из которых кровь тонкой струйкой стекала на ковёр.       Отлично, подумала она. Она хотела, чтобы ему было больно.       Он снова шагнул к ней, оскалившись. Она призвала палочку и прицелилась ему в горло.       Он замер.       — Моя очередь, — прорычала она, когда он отскочил от неё. — Ты больше никогда не тронешь меня. Я дала тебе всё. Я возносила тебя на пьедестал, видела в тебе что-то, чего в тебе никогда не было и никогда не будет. Кто был рядом, когда ты получил травму? Кто заботился о тебе всё это время? Это была Я! И что я за это получила? Синяки, переломы и чувство, что всё это — моя вина, хотя ты был тем, кто делал это! Почему?! Что я сделала, чтобы заслужить это?       Он посмотрел куда-то мимо неё.       Нет. Этого недостаточно.       — СМОТРИ НА МЕНЯ! — она закричала. — Посмотри, что ты сделал! Чувствуешь себя мужчиной? Бедный, жалкий Рональд Уизли, всегда второй, всегда после Гарри Поттера. Тебя это заводит? Причинять мне боль? Делать вид, что владеешь мной?       Он молчал. Грёбаный ублюдок.       — Я забыла себя. Из-за тебя. Но всё кончено. Я Гермиона, мать твою, Грейнджер. Величайшая ведьма поколения. Героиня войны и спасительница магического мира. А ты? — она ехидно рассмеялась. — Ты — ничто. Печальное подобие волшебника, не достигшее ничего Посредственный член квиддичной команды и провалившийся аврор. Что бы ты делал, если бы я не подкармливала твоё эго?       Она ткнула палочку ему в горло, что вызвало панику в его глазах.       — Вот и всё. Это был последний раз, когда ты дотронулся до меня. У тебя нет власти надо мной. В следующий раз ты увидишь меня на месте свидетеля в Визенгамоте. Я больше не буду тебя жалеть. Я не сбегу. Я не остановлюсь, пока ты не сгоришь за то, что сделал со мной. Ты больше не навредишь мне, Рональд.       — Нет, — гаркнул он. — Я так не думаю.       Двигаясь слишком быстро, чтобы она успела отреагировать, он выхватил её палочку и переломил пополам. Она попыталась вырваться из его хватки, но он ударил её по ногам, повалив на пол. Она всхлипнула, когда осколки впились в кожу.       Кровь была повсюду. Её кровь.       Он залез на неё, сжимая руки на шее.       Но Гермиона Грейнджер не умрёт в руках этого монстра.       Она провела рукой по полу, хватая большой кусок стекла.       Со слезами на глазах она посмотрела на лицо кого угодно, но не Рональда Уизли. Это больше не он.       Она воткнула осколок ему в горло.       Его руки метнулись к шее, будто он мог остановить кровь, которая хлестала из раны. Гермиона зарыдала, когда Рон подавился последним вдохом и завалился на неё.       Мёртв. Рон мёртв.       Она спихнула его тело с себя, проползла по стеклу и встала, взбираясь по стене, судорожно вдыхая между рыданиями.       Её зрение затуманилось. Она потеряла слишком много крови и была слишком слаба, чтобы исцелить себя без палочки.       Гермиона молилась, чтобы Гарри пришёл. Чтобы он успел спасти её.       Но даже сидя в луже своей крови и теряя сознания, она чувствовала, как с лодыжек падают кандалы.       Она свободна.       Гермиона Грейнджер свободна.