9. Профессор Грей.
5 апреля 2025 г., 23:46
***
Эдильфрида вяло ковыряла вилкой в тарелке с яичницей, очередной раз сетуя на то, что в Хогвартсе не подают круассаны на завтрак. Эван и Элисон сидели напротив, о чём-то перешёптываясь между собой. Уолдорф время от времени смущённо хихикала, а Розье, то убирал выбившуюся из причёски прядь волос с её лица, то несуществующую соринку с плеча. Их переплетённые руки, лежащие на столе, привлекали очень много внимания женской половины Слизерина. В особенности, Лесли Ноуп, которая сидела красная от злости и сверлила блондинку ненавидящим взглядом. После вчерашнего происшествия в гостиной, Эффи спала как убитая и, к собственному удивлению, проснулась в отличном настроении, что случилось крайне редко. Грей здесь, естественно, был совершенно не причём, просто так совпало. По той же случайности, Блэк дольше чем обычно крутилась перед зеркалом, с особенной педантичностью укладывая свои кудри, параллельно выводя чёткий контур губ красной помадой. Рядом с тарелкой упал смятый клочок пергамента. Кинув на него скучающий взгляд, девушка протянула руку, и без особого энтузиазма развернула листок. «Классные ножки, детка. Раздвинешь их сегодня ночью в моей кровати?» Эффи вскинула бровь и повернула голову в сторону, тут же встречаясь с плотоядным взглядом шестикурсника Маркуса Флинта, капитана сборной Слизерина по квиддичу. Вероятно, такое смелое предложение со стороны парня поступило из-за того, что сегодня, из всего множества своих юбок, Эдильфрида выбрала самую короткую, которую отец называл «поясом» и дважды пытался выбросить. Привычные сетчатые колготки и сложенные одна на другую ноги, лишь придавали образу пикантности. Слизеринка недобро ухмыльнулась, и достав из кармана мантии огрызок карандаша, нацарапала ответ, кидая записку обратно. «Давай-ка я лучше вскрою твою грудную клетку кинжалом и раздвину кости в стороны. Интересно, твоё сердце ещё будет биться, когда я закончу?» С лица Флинта во мгновение сошла улыбка, а когда ему на брюки случайно опрокинулась чашка горячего чая, что стояла на краю стола, он громко завопил и принялся махать руками, требуя у своих прихвостней помощи. — Жаль не кипяток… — задумчиво протянула Эффи, незаметно убирая в карман палочку, которую держала под столом. — За что ты его так, принцесса? — Эван и Элисон наконец отвлеклись от своего воркования, обращая внимание на подругу. — Учу манерам. Со стороны раздалось уханье десятков сов, что оповестило всех учащихся об утренней почте. Когда рядом опустился филин отца, который сжимал в клюве письмо с родовым гербом, Блэк сглотнула образовавшийся в горле ком. Ну а чего она ожидала? Альфард предупреждал. — Знаешь что делают с гонцом, который приносит плохие вести, Сохатый? — птица недовольно ухнула и клюнула слизеринку в руку. Это уже стало их милой традицией, после которой в пернатого обязательно летела какая-нибудь вещь, и зачастую, первым под руку Эффи попадался чёртов крекер. «Здравствуй, моя дорогая Касси». — Ну пока неплохо, — шепнула себе под нос девушка, делая глоток кофе. «Пишу, дабы прояснить некоторые аспекты твоего поведения». — Уж не очень… «Ты совсем страх потеряла, доченька? Прогул в первый учебный день? Нападение на старосту посреди коридора? А как ты позволяешь себе разговаривать с профессором МакГонагалл? Она возмущена твоим поведением в крайней степени, а так же, твоим внешним видом. Ты приехала в Хогвартс, для того чтобы учиться, а не показывать свой характер. Тебе дома этого недостаточно? Возьмись за ум! Я понимаю, что Трансфигурация не твой любимый предмет и даётся с трудом, но прояви терпение, больше занимайся, и я уверен, у тебя всё получится. Ты всегда можешь попросить помощи у брата, он отлично разбирается в этой дисциплине. Касательно твоего внешнего вида: немедленно прекращай носить свои провокационные юбки и делать боевой раскрас, ты в школе, а не на дискотеке. Ещё одна жалоба на это, и я лично приеду в Хогвартс и подчищу твой гардероб. Надеюсь ты меня услышала, дорогуша. Не испытывай моё терпение, оно не бесконечное. И не смей больше дерзить преподавателям. Хвалю тебя за успехи по Древним рунам. Профессор Бабблинг недавно писала мне, с просьбой прислать редкую книгу из библиотеки Блэков, и отметила, что у тебя настоящий талант. Мой дядюшка Альфард был безумно хорош в них, видимо этим ты пошла в него, умница. Ну и конечно, все «Превосходно» по Зельеварению так же впечатляют, но здесь я не удивлён. Желаю тебе хорошего дня, Касси, и успехов в учёбе. Веди себя прилично. Люблю тебя.Твой отец, Сириус Блэк».
— Да твою ж налево, — раздражённо произнесла Эдильфрида, откладывая письмо в школьную сумку. — Что написал отец, принцесса? — обеспокоенно поинтересовался Эван, глядя на страдальческое выражение лица лучшей подруги. — Не спрашивай, — Эффи поправила помаду, глядя в своё отражение в кубке, — Про Грея он не знает, и на том спасибо. Пошли покурим, что у нас первым уроком? — она перекинула ноги через скамейку и поднялась, распахнув мантию пошире и расстегнув ещё одну верхнюю пуговицу на рубашке. — Трансфигурация, — Элисон обречённо уронила голову на руки. — Просто, putain, чудесно! Тогда курим по две.***
Трансфигурация прошла не так скверно, как это бывало обычно. Сегодня они вновь пытались превратить чернильницу в скорпиона, и у Эффи даже что-то получилось. Движимая злобой и обидой на Маккошку, она рисовала в голове картины того, как этот самый скорпион кусает её, после чего та медленно погибает от яда. На удивление, это помогло — у чернильницы появились клешни, голова и хвост, но вот «туловище» так и осталось неизменным. Поджав губы, декан Гриффиндора поставила за работу «Выше ожидаемого», не забыв упомянуть, что делает это с большой натяжкой. Ко всеобщему удивлению, Блэк была спокойна как удав, а половину урока сидела с полуулыбкой на губах. Произошедшее между ними с Дорианом, естественно, к этому всё ещё никак не относилось. Прослушав очередные бредни Локонса о его подвигах и наискучнейшую лекцию профессора Бинса, студенты сходили на обед, где Эффи отметила, что Элисон просто размазывает еду по тарелке, а каждый раз поднося вилку ко рту, начинает активно говорить, дабы отвлечь внимание. Кажется, её догадки, что появились в голове, когда она застала Уолдорф за опустошением желудка, оказались верны. «Надо будет с ней поговорить, это не дело». Грей, к слову, ни на одном из приёмов пищи не появился, и даже ни разу не нашёл её в коридоре, дабы задеть плечом. В целом было плевать, но что-то на задворках сознания неприятно свербило, заставляя думать о том, что он считай получил то чего хотел, и теперь его интерес к Эдильфриде начал угасать. «Ты сама этого и добивалась, Эффи, радуйся, а не сопли на кулак наматывай». Четвёртые курсы Рейвенкло и Пуффендуя покидали кабинет Зельеварения, которое у слизеринцев стояло последним уроком, шумно перешёптываясь. В основном, правда, шепталась только женская половина. До слуха Блэк долетели обрывки фраз, что щебетали школьницы: «Такой красивый», «Какие же у него скулы», «С ним я бы согласилась». Девушка недоуменно нахмурилась, но когда зашла в класс и подняла глаза, все вопросы отпали. Дориан стоял опираясь на преподавательский стол, со скрещенными на груди руками. Сейчас он был одет не в школьную форму, а классические чёрные брюки, и того же цвета рубашку. В ту самую, пуговицы которой она расстёгивала в порыве страсти своего обкуренного сознания. Едва они встретились взглядами, губы парня растянулись в хитрой улыбке. Он подмигнул ей, и нарочито медленно расстегнул манжеты, закатывая рукава. Эффи тяжело сглотнула, а перед глазами за секунду промелькнули картины вчерашнего вечера. — Принцесса, я всё понимаю, но ты слишком долго пялишься, — вернул её в реальность Эван, и взяв под руку, повел к партам. Блэк села с Элисон на самую последнюю, а Розье и Уоррингтон заняли место перед ними. Прозвенел звонок. — И так, раз все собрались, то начнём, — Грей обошёл преподавательский стол и опёрся на него одной рукой, второй заправляя смоляные волосы назад, чем вызвал несколько мечтательных вздохов со стороны студенток. — Вот же овцы нестриженые, — тихо буркнула себе под нос Эффи, за что получила многозначительный взгляд от Уолдорф. — Кто-то знает меня заочно, с кем-то мы знакомы лично, — чёрные омуты обратили свой взор в сторону последней парты у стены, — Но сейчас это не имеет значения. Профессору Снейпу пришлось отлучиться из Хогвартса, посему, сегодня ваше занятие проведу я. Для соблюдения субординации, в стенах этого кабинета, попрошу обращаться ко мне не иначе как профессор Грей, — четверокурсницы принялись перешёптываться и глупо хихикать, параллельно поправляя волосы, а Блэк закатила глаза, — Открывайте учебники на странице сорок три, в ближайший час мы будем говорить о «Противоядиях от любовных зелий». Мел, по взмаху волшебной палочки, принялся со скрипом выводить на доске тему урока, а Дориан щелчком пальцев разжёг огонь под котлом, что стоял на столе. Снова вздохи тупоголовых куриц. «Какой же позер». Перед Эффи упал клочок пергамента, из-за чего она вновь закатила глаза, уже догадываясь, от кого он. Развернув его, Блэк увидела карикатуру, на которой она кричит в потайном коридоре при виде крысы, нелепо раскинув руки в стороны. Фред, откровенно говоря, её безумно достал. И это ещё мягко сказано. С той ночи он подкалывал и цеплял её при любом удобном случае, а его близнец каждый раз кидал на слизеринку извиняющиеся взгляды. Ужасно хотелось подсыпать старшему какой-нибудь яд, дабы он загремел в Больничное крыло на недельку-другую, а младшему Зелье Храбрости, ибо чего он такая тряпка? Видно же, что ему эти шутки не нравятся, неужели так сложно остановить собственного брата? — Сегодня я наглядно продемонстрирую вам, как варить данное противоядие, но для этого мне понадобится ассистент, есть желающие? — десяток рук, в большинстве своём наманикюренных, взлетели вверх. Дориан улыбнулся, — Уточню, что для помощи, студенту необходимо иметь «Превосходно» по предмету, — желающих осталось двое: рыжая слизеринка, имени которой Эффи не помнила, и какой-то очень смелый гриффиндорец. — Мисс Блэк, судя по заметкам профессора Снейпа, вы лучшая на курсе. Прошу вас подойти к преподавательскому столу, — от голоса, что ещё вчера горячо шептал ей в гостиной, по спине пробежали мурашки. — Я, пожалуй, откажусь, — деланно-безразлично отозвалась Эффи, с наигранным интересом изучая свой маникюр. — Это был не вопрос. Эдильфрида хмыкнула себе под нос, ничуть не удивившись повелительным ноткам в голосе парня. Неспешно, она поднялась со стула, скидывая на него мантию, после чего направилась к указанному месту. Всё время пока она шла, мужская половина класса не могла отвести взгляд. Да, отцу определённо стоило выбросить эту юбку, и вдобавок все её сетчатые колготки, дабы бедные пубертатные подростки не захлебнулись слюной. Когда Эффи заметила, как Анджелина Джонсон грубо толкнула Фреда Уизли в спину, на её губах расцвела дьявольская улыбка. «Завидуй молча, сучка». Их отношения с гриффиндоркой не задались после того, как Блэк поправила её на уроке Зельеварения, в самый первый учебный день. С тех самых пор, эта овца пыталась задеть слизеринку при любом удобном случае, на пару со старшим близнецом. Эдильфрида остановилась перед рабочей поверхностью, и тут же потянулась к веткам волшебной рябины. Пока она подготавливала ингредиенты, Дориан мелом чертил на доске схему варки противоядия, да такую подробную, что даже полный идиот разберётся. Авторам учебника стоило бы взять у него пару уроков. — И так, мисс Блэк. Сколько лирного корня нужно добавить, когда зелье приобретёт фиолетовый оттенок? — произнёс староста, что остановился прямо за спиной Эффи, внимательно следя за тем, как она мастерски орудует ножом. — Тринадцать грамм. Рука охотницы-гриффиндорки взметнулась вверх. — Да, мисс Джонсон? — отозвался Грей, едва не закатывая глаза, так как знал, что сейчас услышит полный бред. — Эдильфрида ошиблась. В учебнике написано двенадцать грамм ровно, — высокомерно ответила Анджелина, скрещивая руки на груди. — Природа ошиблась, когда дала тебе появиться на свет, тупица. — Что ты сказала, сучка? — Джонсон хотела было подорваться на ноги, но тут же была остановлена взмахом палочки. — Минус десять баллов с Гриффиндора за оскорбления. И столько же со Слизерина. Мисс Блэк, будьте добры, не отвлекайтесь от работы, — глаза Эффи расширились, когда она ощутила лёгкий шлепок на своей ягодице. Благо, стол был достаточно высоким, чтобы скрыть это от любопытных глаз, — Но моя ассистентка права. Если вы хотите приготовить идеальное зелье, то необходимо чуть отклониться от указанного в учебнике рецепта. Все записываем — тринадцать грамм лирного корня. Следующие тридцать минут урока прошли, если можно так выразиться, мирно. Новоиспечённый профессор вальяжно развалился в кресле Снейпа, рассказывая историю создания противоядия и то, от каких конкретно любовных напитков оно может помочь, а от каких нужно использовать его другую версию, более сложную в приготовлении. Эдильфрида измельчала ингредиенты и кидала их в котёл, периодически помешивая, всеми силами стараясь игнорировать прожигающий взгляд чёрных глаз, что то и дело кидал Грей на её задницу. Та самая слизеринка, которая в начале хотела вызваться добровольцем, подняла руку вверх. — У вас вопрос, мисс Денвон? — скучающе отозвался Дориан, боковым зрением отмечая, что эта чёртова юбка, будь она неладна, от лёгкого наклона вперёд задирается так, что любой легко сможет рассмотреть цвет белья бесстыдной студентки. — Да, профессор Грей, — тоненьким голоском пропела девушка, накручивая на палец рыжий локон, — А у вас есть девушка? — Вопрос не по теме урока, — ухмыльнувшись уголком губ, ответил парень. — И всё же? — рыжая кокетливо закусила губу, чуть склонив голову на бок. «Надо же, какая наглая. Посмотрим как запоёт, когда повыпадают её клоунские патлы». В тот же момент, закончив измельчать очередную порцию веток волшебной рябины, Эффи остриём вогнала нож в деревянную разделочную доску и направилась к котлу. Элисон и Эван понимающе переглянулись, а Грей еле сдержался, дабы не рассмеяться. «И кто это ещё ревнует». — Нет, мисс Денвон, девушки у меня нет, — он поднялся с кресла, подходя к Блэк, что помешивала зелье, и заглянул той через плечо, — В данный период жизни меня интересует только учёба, и ничего больше. Она чуть не выронила палочку, когда ощутила, как чужая рука скользнула на внутреннюю сторону бедра, слегка поглаживая кожу. — Грей, ты что творишь? Совсем ошалел? Мы на уроке, — не размыкая губ прошипела Эдильфрида, что всеми силами старалась не сбиться со счёту помешиваний. Было сложно. — Мне скучно. Я эту тему изучил ещё в двенадцать, — так же тихо ответил он. — А я в одиннадцать. — Даже не сомневаюсь, — кончики пальцев как бы случайно задели край кружева, тут же спускаясь обратно, но даже от таких, едва весомых касаний, внутри всё запылало. — Прекрати сейчас же, придурок, — Эффи наступила ему на нос ботинка, но это никак не помогло, — Ты мне думать мешаешь. — Учись работать в стрессовых ситуациях, малышка Блэк. Со стороны всё выглядело так, будто Грей просто внимательно следит за действиями студентки, потому и стоит прямо у неё за спиной. Смотрел он ровно в котёл, а шептались они незаметно, особенно учитывая то, что некоторые студенты сами были не прочь обсудить что-то между собой. Только Розье и Уолдорф, кажется, о чём-то догадывались, видя заалевшие щёки подруги. Конечно, возможно во всём был виноват жар от котла, но после случившегося вчера, они оба очень в этом сомневались. — И так, мы перешли к финальному этапу варки противоядия. Мисс Блэк, вы добавили в котёл семь веток волшебной рябины, что нужно сделать дальше? — ладонь легко сжала ягодицу сквозь ткань юбки. — Как и сказал Грей… — Профессор Грей, мисс Блэк. Вы всё ещё на уроке, не забывайтесь. Эдильфрида вытянула губы в тонкую линию и снова наступила ему на ногу. В моменте, хотелось взять его за шею и опустить наглую морду в кипящий котёл, но, вероятно, Визенгамот рассмотрит это дело как предумышленное убийство. — Как и сказал профессор Грей, — Элисон издалека показалось, что на последних словах у подруги дёрнулся глаз, — После того, как мы добавили семь веток волшебной рябины, необходимо поставить котёл на максимальный огонь и кипятить, пока зелье не приобретёт розовый оттенок. Как только это произойдёт, нужно снять его с огня и дать настояться полтора часа в тёмном прохладном месте. «Мне бы сейчас тоже в тёмное прохладное место. Остудиться». — Великолепно, мисс Блэк, двадцать баллов Слизерину за идеальную работу, — Дориан щёлкнул пальцами и огонь погас, — И ещё пять баллов за отличную задницу, — это он сказал уже шёпотом, за что получил сильный удар ботинком по щиколотке, но даже не поморщился. Прозвенел звонок, оповещающий об окончании урока и личной пытки Эффи. Мысленно, она обматерила этого придурка всеми известными словами, причём как на английском, так и на французском. — К следующему уроку, будьте готовы к практической самостоятельной работе. Все могут быть свободны. Глубоко вздохнув, Эффи направилась в сторону парты, дабы поскорее собрать вещи, дойти до комнаты и принять ледяной душ. В подземельях как обычно было промозгло и сыро, но по ощущениям, она сейчас находилась на пляже где-нибудь в Ницце, в сорокаградусную жару. Сложив все учебные принадлежности в сумку, Блэк двинулась вслед за друзьями, что последними покидали кабинет, и едва она оказалась в дверях, её окликнули. — Ах, да, мисс Блэк! — послышался из-за спины бархатный голос, от которого по спине, в который раз, пробежали мурашки, — Задержитесь, будьте так любезны. Вы, как мой ассистент, должны помочь мне убрать рабочую зону. Элисон и Эван вопросительно уставились на подругу, пытаясь понять, стоит ли им её ждать. Эмоции на лице Эдильфриды сейчас сменяли одну за другой. За несколько секунд она успела пересчитать верхние зубы языком, закусить губу, приподнять брови, а после нахмурить. Розье не удержался и весело хохотнул, находя это изрядно забавным, за что получил раздражённый взгляд лучшей подруги. — Не ждите, найду вас позже, голубки, — тон слизеринки не предвещал ничего хорошего, — Если решите поразвлекаться, — она хитро сощурила глаза, — То повесьте галстук на ручку, не хочу испортить момент. Ты, Уолдорф, главное расслабься, не так это и страшно. Эван закатил глаза, и взяв за руку раскрасневшуюся смущённую Элисон, потащил бедняжку, что сейчас мечтала провалиться сквозь землю от стыда, прочь. Дверь кабинета Зельеварения с грохотом захлопнулась, оставляя двух слизеринцев наедине. Эдильфрида откинулась на неё спиной, скрещивая руки на груди, и с вызовом посмотрела в чёрные омуты глаз. Слегка покрасневшие щёки портили общий уверенный вид, но в полумраке класса это было почти незаметно. Дориан стоял, расслабленно облокотившись на преподавательский стол, с самодовольной улыбкой на лице. Сладкий вкус победы оседал на губах свежестью ментоловых сигарет, дым которых он впервые ощутил в своих лёгких вчера вечером. Она могла уйти. Ей ничего не стоило послать его куда подальше, как бывало уже не раз, и просто удалиться из кабинета вместе с друзьями. Но она осталась. — Ты псих, Грей, — спустя минуту, что они сверлили друг друга взглядами, начала Эффи. Он насмешливо вскинул бровь. — Маньяк, — шаг навстречу, — Псих, — ещё один, — Придурок, — третий, и вот он уже стоит ровно посередине кабинета, — Перечисли, ангел, что ещё тебе во мне нравится? Блэк тяжело сглотнула, и приложив титанические усилия смогла остаться в той же уверенной позе, а не вжаться в дверь, как загнанный в угол зверёк. — Мне в тебе вообще ничего не нравится, — отозвалась она, стараясь звучать как можно более твёрдо. — Правда…? А мне показалось, что ловкость моих пальцев тебя вчера очень даже впечатлила, — парень склонил голову чуть набок, к собственному удовольствию отмечая, что румянец на девичьих щеках стал ярче. — Для меня это ничего не значит, — голос сочился безразличием, вот только сердце отплясывало ирландскую джигу, а руки начало потряхивать. — Для меня тоже. «Да гори оно всё синим пламенем». На ходу сбросив сумку на пол, Эдильфрида за несколько секунд преодолела свой, как ей сейчас казалось, личный Рубикон, под грохот собственного сердца, вместо боевого марша, и жадным поцелуем впилась в губы Дориана, что тут же подхватил её под бедра, заставляя обхватить себя за торс ногами. Сделав несколько шагов, он усадил её на ближайшую парту, ту самую, которую она с Уолдорф занимала на уроках. Эффи шумно выдохнула ему в губы, зарываясь пальцами в волосы цвета вороного крыла. — Какая же ты сволочь, Грей, — губы парня спустились по линии челюсти, и принялись истязать шею в сладкой пытке, — Посреди грёбаного урока лезть мне под юбку… Ааах, — она откинула голову назад, предоставляя больше места. — Это не юбка, а что-то из магазина эротических товаров для взрослых, — Грей ослабил слизеринский галстук и начал, одну за другой, расстёгивать пуговицы форменной рубашки, — И куда только смотрит твой отец? — Уж точно не туда, куда ты весь урок…ах… Грей… Чужая ладонь до боли сжала бедро, но горячие поцелуи вдоль края кружева, прикрывающего грудь, действовали лучше любой анестезии. Дориан запустил руку под юбку и оттянул вниз пояс колготок. — Мерлин, ты уже такая мокрая. — Грей! — стыдливо вскрикнула Эффи, после чего тут же издала первый стон, откликаясь на ласку. От озвученного комментария, щёки вспыхнули огнём пуще прежнего, с головой выдавая степень её смущения. «Святой Салазар, я за этой партой конспекты пишу, а теперь его руки…там» — Что, твой бывший не говорил тебе таких вещей, ангел? — насмешливо протянул парень. — Мы сейчас будем говорить о моём бывшем? Ааах… — пальцы скользнули внутрь и Блэк выгнулась в спине, желая быть ещё ближе. — Нет, дорогая, — свободная ладонь сжала аккуратную грудь сквозь ткань кружевного чёрного лифа, — Мы обсудим то, в чём ты завтра придёшь на мой День рождения, — прошептал парень ей на ушко, ускоряя ритм. — Я…я ещё…не согласилась… — Эффи откинулась назад на руках, ощущая, как реальность медленно покидает её сознание, а пульсация с каждым движением усиливается, заставляя всё внутри пылать. — Согласилась, как только решила остаться со мной, а не уйти со своими друзьями, — рука скользнула с груди вниз, нежно поглаживая оголенный живот, — К слову, блондиночку и француза тоже можешь с собой захватить, я не против, — движения замедлились, становясь тягучими, мучительными, — Так что? — Грей, даже не вздумай останавливаться сейчас! — угрожающе воскликнула раздосадованная Блэк. Она двинула бедрами, но эффекта это не возымело, а любые действия полностью прекратились. — Неправильный ответ, ангел, подумай ещё, — от полуприкосновений становилось невыносимо, — Или мне прекратить? — Да… то есть нет… то есть… ах! — одному Мерлину (и Дориану) известно, что он сейчас сделал, но это было настолько приятно, что она почти… — Да! Да, Грей, приду, только пожалуйста, не останавливайся. Парень притянул Эффи за талию, вовлекая в поцелуй с привкусом винограда и ментола. Ещё три десятка секунд, несколько хитрых трюков пальцами, шумные вздохи удовольствия, грубое прикосновение ладони к груди, и электрические импульсы разошлись по телу, из-за чего ноги стали мелко подрагивать, а зубы неосторожно сомкнулись на чужой губе, прикусывая ту до крови. — Умница, Одри. Теперь я полностью тобой доволен, — чуть отстранившись прошептал Дориан, слизав алые капли со своей нижней губы. Раздался громкий хлопок двери. — Я так, блять, и знал. Сердце Эдильфриды, кажется, остановилось, а глаза расширились от ужаса. Дориан поспешил убрать руку из-под девичьей юбки, и хоть как-то запахнуть её рубашку и мантию. В дверях, с нечитаемым выражением лица, застыл Альфард, сверля взглядом спину лучшего друга, стоящего между ног его младшей сестры. «Дают — бери, бьют — беги». Эффи резко оттолкнула парня за плечи и, с поразительной для человека, у которого подкашиваются ноги, скоростью, бегом бросилась прочь из кабинета, на ходу поднимая школьную сумку с пола. Она промчалась мимо старшего брата, словно снитч мимо недотёпы-ловца, да настолько быстро, что взметнулись полы гриффиндорской мантии. Дверь с грохотом закрылась, и Дориан с Альфардом остались один на один. Грей устало выдохнул, поправляя ворот рубашки, что сбился из-за прыткости сбежавшей слизеринки. Он прекрасно осознавал, что ситуация патовая и, ко всему прочему, впервые в жизни не знал как себя вести. У девиц в публичных домах не было старших братьев, что внезапно заявляются к вам в интимный момент. Блэк скинул школьную сумку и мантию на ближайший стул, наскоро закатывая рукава рубашки. В его голубых глазах плескалась неприкрытая ярость. За несколько широких шагов преодолев расстояние между собой и лучшим другом, он занёс кулак и заехал им прямо по носу слизеринцу. Раздался мерзкий хруст. — Какого хера, блять, Демон?! Из очевидно сломанного носа Дориана хлынула кровь, но на это действие он совершенно неуместно улыбнулся. — У нас первый кризис в отношениях, Лев? Не думал, что дойдёт до домашнего насилия, — парень болезненно поморщился, стирая алые струйки тыльной стороной ладони. — А ты, блять, язвишь как обычно?! — Блэк схватил его за грудки, заглядывая прямо в глаза, — Я ведь просил, дракл тебя дери, к ней не лезть! — Ну а твоя сестра, видишь ли, просила слегка о другом, и её просьба мне понравилась больше. Второй удар пришелся по челюсти, и Грей полетел на пол, спиной ударяясь о парту, на которой ещё минуту назад сидела Эдильфрида. «Стоило ли оно того?» Он вспомнил её затуманенные желанием глаза, растрёпанные шоколадные кудри, что водопадом спадали на оголённые выступающие ключицы и грудь в кружевном бра, сбившиеся дыхание и фразу: «Грей, пожалуйста, не останавливайся». Вроде ничего такого, но посмотри со стороны, и навсегда останешься пленён подобным зрелищем. Было в ней что-то необъяснимо особенное: завораживающее, очаровывающее, манящее… «Да, определённо стоило». Альфард опёрся обеими руками о соседнюю парту, делая глубокие вдохи и выдохи, дабы успокоить нервы и не врезать лучшему другу ещё раз. Блэк размышлял о том, что за шесть лет дружбы они ни разу не поссорились, а стоило появиться Эффи, он, спустя месяц со знакомства этих двоих, уже сломал Демону нос, даже не раздумывая. — Здесь можно курить? — Ал потянулся в карман за пачкой, но был остановлен. — Нельзя. Дыму будет некуда уйти, окон же нет, — гнусаво отозвался слизеринец, что сидел, запрокинув голову назад. Гриффиндорец сделал последний глубокий вдох-выдох, и накинув мантию с сумкой на плечо, подошёл к Грею, протягивая вперёд руку, дабы помочь тому встать. — Я сам, — Альфард вопросительно вскинул бровь, пытаясь понять отказ в примирительном жесте, — Ты не хочешь знать где были мои руки, уж поверь, — пошловато ухмыльнувшись ответил Дориан, после чего ловко увернулся от подзатыльника, поднимаясь на ноги. — Мы идем к Розмерте. Мне нужно выпить. Много, — Блэк вскинул палочку, и с ловкостью бывалого игрока в квиддич, что являлся травмоопасным спортом, вправил сломанный нос слизеринца заклинанием. — Твою ж, — Грей зашипел от боли, — Предупредил бы хоть. — Потерпишь. — Зачем тебе я у Розмерты? В мои планы на вечер огневиски и секс втроём не входят. Впрочем, как и обычно. — Затем, чтобы я смог ещё раз тебе врезать, если захочу, — мрачно отозвался гриффиндорец, направляясь в сторону двери. Дориан закатил глаза, и одним взмахом палочки заставил все предметы на преподавательском столе разлететься по своим местам. Кинув очищающее заклинание на перепачканное кровью лицо, он двинулся вслед за другом, к собственному разочарованию осознавая, что их разговор определённо не окончен.***
Эван обнимал Элисон, что уютно устроилась на его плече, за талию, параллельно листая альбом с рисунками девушки. — Мерлин, Элс, я не устану повторять, что у тебя настоящий талант, — парень коснулся губами её макушки, на что блондинка прижалась ближе, с наслаждением вдыхая аромат лаванды и кардамона. «Сколько хороших вещей я сделала в прошлой жизни, что заслужила его рядом с собой?» После их вчерашнего разговора, и последующего решения быть вместе, Уолдорф много размышляла. Она была благодарна, что Эван рассказал правду, и поведал истинную причину своего поведения. Конечно, было обидно заочно не нравится матери своего новоиспечённого парня, да к тому же из-за такого расистского понятия, как чистота крови, но… Если самому Эвану на это плевать, то и ей тоже. «А что, если бы не Эффи?» Эта мысль мучила девушку всю ночь. Если бы Блэк не пошла разбираться со своим лучшим другом, неизвестно, чем бы всё в итоге закончилось. Возможно, Лесли Ноуп добилась своего и сцапала Розье в свои наманикюренные ручонки. Но Эф это сделала, сделала ради неё. Именно поэтому Элисон мучали угрызения совести за то, что в ней разбушевалась ревность, когда Эван взял Эдильфриду за руку вчера вечером. Откровенно говоря, она ощущала подобное с самого первого дня знакомства с парой друзей, но тогда на такое она не имела права, а сейчас… «Они с самого детства дружат. Если бы между ними и могло что-то быть, то давно бы уже случилось». — Элс, ты в порядке? Чего нахмурилась? — она подняла на него взгляд, встречаясь с голубой лазурью глаз. — Пообещай мне одну вещь, Эв, пока мы ещё в самом начале, — голос звучал неуверенно и, неожиданно, мрачно. — Всё что угодно, — резкая смена настроения девушки совершенно не понравилась Розье, потому, он крепче обнял её за талию и провел костяшками пальцев по слегка румяной щеке. — Никогда не обманывай меня. Пожалуйста. Если ты… если ты когда-то… да даже если завтра ты переду… — Элисон, — перебил парень, замечая, как в уголках глаз девушки собрались капельки слёз, — Я больше никогда не предам твоё доверие. Клянусь. Ещё раз прости меня за эти… Она не дала ему договорить, несмело касаясь чужих губ лёгким поцелуем. — Спасибо. Я всё понимаю, тебе не за что извиняться, — она легко улыбнулась, поудобнее устраиваясь на юношеской груди. Так они пролежали ещё минут десять, молча наслаждаясь обществом друг друга. Эван нежно гладил золотистые волосы, а Элисон слушала размеренный ритм его сердца, что, кажется, билось в унисон с её собственным. Сложившуюся идиллию нарушал только звук потрескивающих в камине поленьев и тихое тиканье часов в форме пентаграммы, что стояли на тумбочке Эдильфриды. Дверь с размаху отворилась, и в комнате показалась Эффи, что за секунды пролетела расстояние до своей кровати, и упав лицом в подушку страдальчески простонала. Цепи, обвитые вокруг столбиков, громко лязгнули. Розье и Уолдорф коротко переглянулись между собой, и поднялись с кровати, через десяток секунд опускаясь на край соседней. — Знаете, у меня дежавю, — насмешливо протянул Эван, — Как будто-то бы что-то подобное уже происходило, например… хм… вчера? Элисон хохотнула в кулак, а Блэк же, на подобный сарказм, вытянула руку на постели и показала обоим друзьям средний палец. — Так ты расскажешь, что случилось? — Элис коснулась плеча подруги, на что она дёрнулась и резко перевернулась на спину. Криво застёгнутая рубашка, полуразвязанный галстук, фиолетовые отметины на шее и размазанная помада, заставили все вопросы во мгновение исчезнуть. Хотя, откровенно говоря, всё было ясно ещё с тех пор, как Блэк решила остаться в классе Зельеварения. — Пожалуйста, не говори что прямо в кабинете… — взмолилась блондинка. — Мне соврать? — Мерлин, да неужели вы до его комнаты дотерпеть не можете? Грей староста школы, он там живёт, чёрт возьми, один! — Эван спиной упал на покрывало рядом с лучшей подругой, а Уолдорф забралась с ногами, садясь по-турецки. — Сейчас это не главная проблема, — Эффи достала из кармана мантии пачку сигарет и зажигалку, — Завтра мы с вами идём на День рождения, — она сделала паузу, выпуская дым кольцами, — Или похороны. — В смысле? — в один голос отозвались двое друзей. — Нас Альфард поймал с поличным, когда мы… — Блэк нервно хмыкнула, сбрасывая пепел в кружку с портретом Дэвида Гаана, что стояла на тумбе, — Когда мы вновь дошли до третьей базы… Возможно, Грей уже мёртв. Эван невесело присвистнул, а Уолдорф молча покачала головой, после чего поднялась на ноги и, под вопросительные взгляды, прошлась к шкафу Эдильфриды, по-хозяйски доставая оттуда бутылку красного сухого вина. Никакого другого у Эффи, собственно, и не водилось. — Как насчёт отвлечься? Розье вскинул бровь, а Блэк хитро улыбнулась, приподнимаясь на локтях. — А ты на лету схватываешь, мисс Америка.***
В пабе «Три метлы» было пустынно. На первом этаже были заняты всего лишь два столика. Молодая пара местных жителей, что переехала в Хогсмид не так давно, и открыла на окраине магазин магловских товаров, сидела в самом углу с бокалами смородинового рома, горячо обсуждая приближающийся первый поход студентов в волшебную деревеньку, а значит, и первый наплыв клиентов. В противоположной стороне устроилась высокая ведьма в остроконечной шляпе, что своими широкими полями скрывала всё её лицо, позволяя увидеть лишь крючковатый горбатый нос с большой бородавкой. Напротив неё сидел низкорослый смуглый мужчина в потрёпанном жилете, со множеством карманов и карабинов, а на столе между ними были разложены странного вида вещицы. На втором этаже, за длинным дубовым столом, расположились двое парней. Перед Альфардом стояла полупустая, вторая по счёту, бутылка огневиски и пепельница, доверху полная бычков от сигарет. Дориан же сидел, расслабленно откинувшись на спинку стула, медленно потягивая четвёртый бокал горячительного напитка. Привычная сигарета с ароматом красного винограда тлела в тонких длинных пальцах слизеринца, что внимательно всматривался в лицо лучшего друга, на котором последние два часа эмоции сменялись одна за другой. Всё это время они разговаривали ни о чём. Блэк будто сам не хотел заводить тему о своей младшей сестре и сцене, что застал в кабинете Зельеварения, потому, то делился идеями о предстоящих тренировках по квиддичу, то грандиозными планами на будущее и мыслями о всяких пустяках. В целом, всё было бы как обычно, если бы не напряжение между двумя друзьями, которое можно было резать ножом. Грей был более чем терпелив, но хождение вокруг да около начинало раздражать, так как это были не привычные посиделки, коих были десятки, а прелюдия к серьёзному разговору, который он вообще не хотел бы начинать. — Так, Лев, всё. Хватит делать вид, что всё в порядке, — Дориан излишне громко поставил бокал с напитком на стол, находя взгляд лучшего друга, — Спрашивай уже, говори, если хочешь — врежь мне снова, но не надо притворства. Взгляд Альфарда в секунду помрачнел, и взяв бутылку, он залпом опустошил её до дна. «Замечательно. Мне опять придётся тащить эту гриффиндорскую тушу до замка. Проблемы с алкоголем у Блэков, это, очевидно, семейное». — Почему именно она? — пьяно начал парень, и прищурившись, попытался подкурить сигарету, — За столько лет… Никто. Не было ни единой девушки, что смогла тебя зацепить. Да сколько бы тебе на шею не вешалось — ты каждую отшивал. К нам обоим на пятом курсе лезли выпускницы, и я неплохо развлёкся, даже бы сказал отлично, а ты просто отходил подальше и морщил нос. Что, блять, с тобой не так, Демон? Дориан усмехнулся, доставая очередную никотиновую палочку, лишь только не привычную — виноградную, а тонкую ментоловую. Эта пронырливая змея взяла с собой в Хогвартс, кажется, годовой запас, так ещё и наделала кучу тайников по всей школе. Грей любезно делал вид, будто о них не знает. Вряд ли она заметит пропажу одной полупустой пачки, что он стащил у неё из правого кармана, пока Эдильфрида стонала от его пальцев. Как минимум, из того что он успел нащупать, у неё была ещё одна в левом и внутреннем. Вероятно, четвертая покоилась на дне школьной сумки. У младшей Блэк была странная привычка носить с собой кучу вещей сразу. — Задаёшь неправильные вопросы. Дело не во мне, а в них. А ещё, ты сам же и ответил на всё, о чем спрашивал, — Грей ухмыльнулся уголком губ, делая очередную затяжку. — Ты умеешь не умничать? Или у вас на Слизерине это главный признак, по которому принимают на факультет? — Альфард втянул носом воздух, улавливая нотки знакомого аромата. — Это скорее к Рейвенкло. Мы просто изворотливые. — Это её сигареты? — тон гриффиндорца резко стал насмешливым. — Ну да, — безразлично отозвался парень, выпуская очередные клубы дыма, — Прикарманил, как подвернулась возможность. Не всё же ей у меня красть. — А её комнату ты цветами завалил, тоже просто так? Лицо слизеринца дрогнуло. Он абсолютно точно не рассчитывал на то, что об этой подробности узнает его лучший друг. Друг, который знает чуть больше, чем все остальные. — Просто красивый жест, — Дориан сделал глубокий глоток из бокала, опустошая тот до дна. — Да, — туманно отозвался Блэк, — Дарить девушкам цветы и вправду красивый жест. Вот только, почему именно эти цветы, Демон? — Это просто цветы, — с нажимом произнёс тот, — Не ищи подвоха там, где его нет, Альфард, — голос Грея сделался холоден, а глаза недобро сверкнули, безмолвно намекая на то, что продолжать эту тему не стоит. — Святой Годрик! — громко воскликнул парень, взмахнув руками, и расплылся в пьяной улыбке, — Ты…ты что-то к ней чувствуешь?! Я прав?! Ты… ты? Серьёзно? Мерлин! — Альфард пошатываясь поднялся на ноги и перевесился через перила балкончика, — Рози, тащи бутылку виски «Black's», у нас тут событие! Признание! Она в нижнем ящике справа! Дориан устало вздохнул, потирая переносицу. Пьяные Блэки точно сведут его с ума. Следующие полчаса, превратились в личный кошмар Дориана Грея. Блэк, очевидно, перепил, раз решил разговаривать с ним о чувствах. Да даже разговором это было сложно назвать, походило больше на допрос с пристрастием. К противоположному полу парень с детства относился свысока, ведь аристократическое воспитание во многом основывалось на том, что женщина — дополнение мужчины, красивый трофей, хранительница очага, и в перспективе мать наследников. Дориан же считал себя человеком цельным, и в дополнении не нуждался, посему, девицы, что пытались с ним заигрывать, его вовсе не интересовали. Для удовлетворения низменных потребностей было достаточно небольшого мешочка монет, и ты хозяин положения — выбирай любую. Никаких переживаний о чужих чувствах, никаких обязательств, слёз, скандалов и истерик. Этого он в достатке насмотрелся, когда Альфард в очередной раз бросал свою «пташку», а она в след кричала о том, какой он мудак, козёл и ублюдок. Так то оно и было на самом деле, когда речь шла об отношениях. Подобная позиция по жизни была проста и удобна, не отвлекала от действительно важных вещей: учёбы, обязанностей старосты, некоторых хобби. Но Эдильфрида… было в ней что-то особенное. Возможно дело в её травмах, оставленных тяжёлым детством, или же в характере, что был твёрд так же, как и крут. Наверное, за таким человеком как она, люди будут готовы идти на верную смерть, стоит ей лишь бросить краткий взгляд стальных глаз. Помимо всего этого, она была красива. Встречают по одёжке, и Дориан в этом плане не был исключением. Тогда, на платформе, в своём чёрном бархатном платье, что она так скоро сняла перед ним, и грубых армейских ботинках, Эффи выглядела как воинственный ангел, прекрасный в своём облике, но будто бы готовый тут же ринуться в бой, если понадобится. О, а в тот момент когда она навела на него кинжал в Запретной секции, Грей еле сдержался, дабы не взять её на том же месте, но знал, что ещё рано. Она бы не сдалась так быстро (пускай и хотела), и скорее всего оставила пару колюще-режущих, чисто из вредности и упёртости. К тому же, каждая новая партия игры была важна и по-своему интересна. Прижать к стене — написать красивое письмо, грубо истязать поцелуями шею — прислать цветы, сказать пошлость — назвать умницей и похвалить. Вот уже месяц он раскачивал её на этих качелях, и совсем скоро они сделают солнышко. Ставил парень на завтра, а точнее, на ночь после своего Дня рождения. Она не удержится, просто не сможет, и тогда… — Заливай кому-нибудь другому, Демон, — Альфард икнул, делая очередной глоток алкоголя, — Ты что-то к ней чувствуешь, — эту фразу он повторил уже раз двадцатый, чем довёл слизеринца до точки кипения. — Хорошо! — Дориан подорвался на ноги, опираясь руками на стол, — Она мне, в каком-то смысле, нравится. Такой ответ тебя удовлетворит? Теперь мы можем вернуться в замок? — Вот же сучка пронырливая, растопила таки кусок льда, что у тебя вместо сердца! — пьяному Блэку было чертовски весело от этого открытия. — Ты выбирай выражения, о своей же сестре говоришь, вообще-то, — насмешливо отозвался Грей, вновь беря свои эмоции под контроль, — И ничего она не растопила. Сердце нужно, чтобы перекачивать кровь, так что льдом, по сути своей, оно быть не могло изначально, — говорить что-то нудное или умное, было любимой тактикой слизеринца, если надо было перевести тему. — Бла-бла-бла, каким же ты душным бываешь, Демон, — гриффиндорец закинул в рот кусочек вяленого мяса, — Ладно, я не против того, чтобы вы… ну типа… короче, я не против вас. — Спасибо, — Дориан ухмыльнулся уголком губ, и пригубил напиток из бокала. Да, всё же виски мистера Блэка был наивысшей пробы, — Как раз забыл спросить. –Но! — сарказма в последней фразе, ввиду своего размазанного состояния, друг, кажется, не уловил, — Даже не вздумай спать с ней, пока Эф хотя бы пятнадцать не исполнится, понял? — Ты предлагаешь мне ещё три месяца с ней за ручки держаться? — Ну, когда я зашёл, вы совсем не за ручки держались. Чтобы дальше чем было, и не думал руки совать, понятно? Она мелкая ещё для такого. «Да-да-да, обязательно». — А не руки совать можно? — Демон! Я повторяю первый и последний раз! — Альфард, пошатнувшись, поднялся на ноги, и угрожающе (как минимум ему так казалось) посмотрел на Грея. — Как скажешь, Ал, — Дориан допил бокал, и обойдя стол, потянул лучшего друга за плечи, — А теперь пошли, ты убрался в стельку.***
В одной из спален девочек Слизерина стоял густой сигаретный туман, а из выкрученного на всю громкость проигрывателя, доносился голос Иэна Кёртиса. Музыкальное сопровождение, Эффи выбирала единолично, под эгидой того, что это её комната. Резонное замечание Элисон о том, что она живёт здесь дольше, слизеринка проигнорировала. На полу хаотично валялось пять пустых бутылок вина, пепел от сигарет и блокноты с эскизами одежды, что рисовала Уолдорф. Последний час трое друзей сравнивали американскую, французскую и английскую моду. Благо Розье был тем ещё ценителем прекрасного, и мог поддержать подобную беседу. Выпитое Каберне немного успокаивало сознание Блэк тем, что старший брат вряд ли убьёт своего лучшего друга за такую мелочь… Ну целовались они, ну может руки Дориана были чуть ниже талии… или чуть внутри неё… «Нет, это конец. Прошло уже четыре часа, а от Грея не весточки. Ал точно его убил. Сто процентов. Твою мать». — Эффи, да не переживай ты так, — захмелевшая Уолдорф головой лежала на коленях своего новоиспечённого парня, затягиваясь очередной сигаретой красных Мальборо, — Я конечно с твоим братом лично никогда не общалась, но по слухам, он и мухи не обидит вне поля для квиддича, — Эван забрал никотиновую палочку из рук блондинки и сделал две глубоких затяжки. Эдильфрида была счастлива, глядя на эту идиллию. В какой-то момент, после очередного скандала с мадам Розье на тему того, что дети спят в одной постели, женщина отвела её в свои покои для приватной беседы. Тогда то она и объяснила, что Эффи и Эван ещё слишком малы, для того чтобы влюбляться и познавать тонкости взрослой жизни. Для Блэк это стало шоком, ведь на тот момент она ни о чём таком даже думать не смела. Её больше беспокоило очередное неизбежное возвращение в склеп, что в обществе называлось поместьем Медоуз, и новая порция пыток. С того самого разговора она как огня боялась, что её спаситель, её принц, её Эван, в неё влюбится. Это бы испортило, разрушило, перечеркнуло всё… Эдильфрида безмерно любила Розье, но уж точно не так, как можно было бы подумать со стороны. И теперь, глядя на то с какой нежностью в глазах он смотрит на Элисон, в её сердце расцветало тепло и спокойствие. Она была рада за этих двоих. — Мне плевать на Грея, — девушка сделала глубокую затяжку ментоловой сигареты и глоток вина, — Просто боюсь, что моего брата посадят в Азкабан за убийство. Я его, вроде как, люблю. Будет печально, если из-за моей оплошности, он проведёт всю оставшуюся жизнь за решёткой. « — Ври больше, Эффи. Тебе ведь так сильно плевать на Дориана. Просто до лампочки». Назойливо шептал один из демонов на её плече. Вероятно тот, что сидел на левом. Он был главным фанатом их с ГреемД. Г. »
— И ничего такого между нами не происходит, — шепнула себе под нос Эдильфрида, а уголок рта сам собой дёрнулся вверх.
Примечания:
Как вам Ал и Дориан? Люблю их странную дружбу)
