Семь грехов Эдильфриды Блэк

***

Сириус стоял перед зеркалом, критично оглядывая свой наряд. Очередной строгий костюм и накрахмаленная рубашка, ворот которой неприятно натирал шею при долгой носке. Так часто хотелось снять с себя всю эту нарочитую строгость, накинуть затасканную косуху, сунуть ноги в армейские ботинки, запрыгнуть на мотоцикл и улететь вдаль, к самым звёздам, но… его молодость давно прошла, оставляя после себя горький привкус потерь. Теперь он взрослый человек с высоким статусом. И да видит Мерлин, он воспользуется всем и кем только можно, дабы защитить своих детей. После очередного, полученного два дня назад письма от профессора Дамблдора, Блэк скурил полторы пачки сигарет, одну сигару и выпил целую бутылку виски, молча пялясь в стену. В известии о том, что его Касси подралась с Фредом Уизли во время проведения Дуэльного клуба, было мало приятного, но ничего удивительного. После того, что вытворили близнецы, Бродяге и самому хотелось хорошенько всыпать обоим. Вопиющий проступок. Правда неизвестно, считал ли бы он также, не затронь сие происшествие его любимую доченьку. В былые времена они с Мародёрами проворачивали фокусы и похлеще. Но все эти размышления лишь лирика, попытка не думать о главном и пугающем. Часом позднее случившейся драки, во время дуэли между Драко Малфоем и Гарри Поттером, первый выпустил тёмное заклинание и наколдовал змею, а последний… заговорил с ней на глазах десятка студентов. — Просто абсурд какой-то, — в никуда произнёс Сириус, через секунду услышав, как на первом этаже, предположительно на кухне, с грохотом разбилось нечто стеклянное. Он тяжело выдохнул и, схватив ключи от Ролс-ройса, покинул комнату. Каблуки классических ботинок стучали по деревянным ступенькам лестницы, а в голове царил кавардак. Если с тем, что Эдильфрида может быть связана с семьёй Мракс из-за интриг и лжи Горгонеи, Блэк кое-как смирился, то в случае крестника хотелось просто нервно рассмеяться. Джеймс уж точно никаким боком не относился к Слизерину, как и весь род Поттеров в целом, а Лили вовсе являлась маглорождённой. «Именно поэтому, это просто невозможно. Не-воз-мож-но. Начинается казаться, что всё случившееся какой-то дурацкий розыгрыш». Зайдя в гостиную, первым что заметил мужчина была маленькая французская болонка, жалобно скулящая под закрытой дверью, ведущей в кухню, с которой снова раздался грохот. За десяток шагов преодолев расстояние, Сириус поднял пса на руки и потянул за резную деревянную ручку. В помещении витал аромат корицы и миндаля, а от газовой духовки исходила волна жара. Андрэа, облачённая в бордовое бархатное платье с открытыми плечами и длинным рукавом, стояла у столешницы и, с излишним усердием, безжалостно кромсала яблоко ножом. — Твоя Леди на пороге чуть с тоски не подохла. Зачем закрылась от бедного зверька? — насмешливо протянул Сириус, опуская собаку обратно на пол. Леди сорвалась с места и устремилась прямо к своей хозяйке, принявшись виться под ногами, но Розье по-прежнему не обращала ни на что внимания, продолжая линчевать фрукт, — Шпилька, ты в порядке? Француженка ложно-спокойно отложила нож в сторону, хотя очень хотелось воткнуть его во что-нибудь, и развернулась лицом к Блэку, вытирая руки о салфетку. — В полном порядке, — хмуро отозвалась она и поправила золотистый локон волос, выбившийся из сложной причёски, — В духовке любимые круассаны Эффи, а я режу яблоки на Тарт таттен для Эвана. С нетерпением жду приезда детей и дорогих гостей, — в последнее слово было вложено столько неприязни и пренебрежения, что только дурак не догадался бы, сколь «рада» Андрэа этим самым гостям. А точнее гостье. Цокая шпильками туфель о деревянный пол, она прошлась к печи и приоткрыла дверцу, оценивая степень готовности выпечки. Леди продолжала лаять и бесноваться, а Бродяга закатил глаза и двинулся вперёд, боясь представить, что же случится, когда бедная, ни в чём неповинная девочка переступит порог дома на площади Гриммо. — Шпилька, мы это уже обсуждали, — ладони опустились на ягодицы, соблазнительно обтянутые бархатной тканью. Духовка с грохотом захлопнулась, а Розье раздражённо сбросила с тела чужие руки и хотела вновь вернуться к готовке, но была притянута спиной к чужой груди. — Как ты мог так со мной поступить? Как мог разрешить этой безродной простолюдинке переступить порог своего дома? — обижено произнесла француженка, после ощущая теплый поцелуй на плече. — Элисон подруга Касси. И девушка твоего сына. — Девушка? Эта гарпия пытается украсть моего мальчика! — вспылила Андрэа. — Эдри, вот это уже звучит не очень здорово, — Блэк развернул её на себя, заглядывая в глаза-изумруды, пылающие неприкрытым гневом и ревностью, — Эвану пятнадцать через неделю, он уже не маленький мальчик. — Посмотрим как запоёшь, когда у Эффи появится парень, — съехидничала Розье, замечая, как за секунду изменился в лице её мужчина. — Как появится, так и исчезнет. Возможно без вести, — от одной мысли, что какой-нибудь хмырь хоть пальцем попытается тронуть его дочь, сводило челюсть. — Двойные стандарты? Надо же, как интересно. — Не язви мне, девочка, слишком сексуально выходит, — сощурив стальные глаза парировал он, — Не сдержусь и трахну тебя прямо посреди кухни. Снова. — Стоять! — Розье упёрлась руками в его грудь и сделала шаг назад, вывернувшись из объятий, а Сириус совершенно по-детски надул губы, явно недовольный таким раскладом, — Я делала это причёску сорок минут, если испортишь — убью, — зазвенел таймер на плите. Она взяла прихватки и вернулась к духовке, из которой доносился аппетитный аромат свежей выпечки, — И нам следует быть осторожнее на каникулах. Мы ведь решили пока не шокировать Эвана и Эффи нашим с тобой общением. И без того потрясений достаточно. — Нашими отношениями, — сердце француженки пропустило удар. — Что? — Называй вещи своими именами, Шпилька, — Андрэа не успела понять, как он вновь оказался рядом, но вот, поднос с грохотом упал на столешницу, а она вовлечена в глубокий пылкий поцелуй, обескураженная и взволнованная, — Будь мы в школе, — ненадолго отстранившись начал он, — Я бы назвал тебя своей девушкой, но, полагаю, в нашем возрасте такое не слишком уместно. Снова губы к губам, без возможности лишний раз вдохнуть или что-то сказать, но оно и не требовалось. Зачем ей воздух, если от этих слов хотелось растечься лужицей на месте, точно сопливой девчонке? Тонкие пальцы сомкнулись на лацканах пиджака, а чужая ладонь с силой надавила на поясницу, заставляя прогнуться в спине и прильнуть ближе. — Блэк… причёска… вокзал… — прошептала она в поцелуй и, наперекор собственным возражениями, начала расстёгивать мелкие пуговицы рубашки, — Ладно, только очень быстро. — Как прикажете, мадмуазель, — собачка платья заскользила вниз… — Кхм-кхм, — внезапно раздалось со стороны, — Прошу прощения, что прерываю, хозяин Блэк, — Кикимер отвесил низкий поклон, едва не задевая деревянный паркет лбом, — Вы просили оповестить. Хогвартс-экспресс прибывает через час. Молодая хозяйка наверняка расстроится, не увидев вас на платформе, сэр. Сириус страдальчески простонал, но сбавил обороты и нехотя отстранился, отступая шаг назад. Спонтанный секс на кухне находился на третьем месте в его списке: перовое забрала себе примитивная широкая постель, где можно было извернуться как душе угодно, а второе подло украл стол в гостиной, тот самый, где случился их первый раз. — Успехов в кулинарии, маленькая, — хитро подмигнув пожелал Блэк и оставил звонкий шлепок на женской ягодице, — Наслаждайся тишиной и спокойствием, пока можешь! Вернусь с оравой подростков! — последние слова эхом донеслись из коридора. Хлопнула входная дверь, а Андрэа так и застыла с глупой улыбкой на губах. В сердце, никогда не знавшим никакой иной, кроме материнской любви, что-то предательски встрепенулось, а бабочки в животе снова напомнили о своём существовании. Хотя, рядом с ним они никогда и не затихали. — Благородная госпожа, — очередной поклон и профессионально сдержанная понимающая улыбка. За прошедшие шестьсот пятьдесят с небольшим лет жизни, домовик вдоволь насмотрелся на зарождение чувств между двумя людьми, — Я лишь мерзкий слуга, но могу ли просить о милости разделить с вами кухню? Эльфу пора готовить приветственный ужин для юной хозяйки и её гостей. Розье вышла из оцепенения, усилием возвращая себе привычные самообладание и контроль над эмоциями. — Мне будет приятна твоя компания, Кикимер. Даже не сомневайся. «В отличие от всяких грязнокровок-американок».

***

Хогвартс-экспресс стремительно мчался по рельсам, а за окном мелькали заснеженные пейзажи Шотландии. Когда-то зелёные холмы, сейчас были устланы толстым слоем снега, как и широкие поля с редкими деревцами, а узкая речушка, которую пассажирка запомнила ещё по первому путешествию на волшебном поезде в сторону школы, покрылась тонкой корочкой льда. Кажется, рядом виднелись следы зверей, но рассмотреть такую мелкую деталь не было возможности, ведь она промелькнула перед глазами точно вспышка. Как и прошедшие четыре месяца. Эдильфрида, забравшись с ногами на диванчик, сидела обхватив колени, головой опёршись на запотевшее стекло. В наушниках на повторе звучали The Cure с песней Pornography, а на душе было суетно. «Будешь моей девушкой до конца учебного года?». Тогда, в конце сентября, казалось что впереди целая вечность, но нет — прошла почти половина отведённого срока. Ещё пять с хвостиком месяцев, и их эксперимент-развлечение с Дорианом закончится. Он пойдёт строить своё будущее, наверняка до жути успешное и правильное, а она… Она останется в многовековом замке и продолжит ходить на уроки, ненавидеть Трансфигурацию, пить вино с Элис по пятницам и воровато курить по разным углам. Ничего не изменится, только его рядом больше не будет. Как и его комнаты. «Да и похер. Сможем общаться письмами и видеться на каникулах как друзья. Если конечно он захочет…» Очередной глоток огневиски из кривого бокала, который кто-то трансфигурировал из карманного зеркальца. На фоне гул голосов Эвана, Криса, Мишель, Ала… да всех вместе взятых. Посторонний шум. Настроение не располагало на веселье и игру во взрыв-карты, как и на очередное «Я никогда не». Грей ушёл на собрание старост час назад, и сейчас наверняка решал очень серьёзные важные вопросы, не терпящие отлагательств. «Да какие, к чёрту, вопросы? Каникулы впереди. Неужели было так сложно найти отговорку? Придурок!» — Эф, ты в порядке? — как из-под толщи воды раздался голос Альфарда, когда кто-то со стороны вынул один наушник из уха. Блэк поставила плеер на стоп и хмуро глянула на нарушителя своего спокойствия. — Мне нельзя спокойно послушать музыку? — излишне резко отозвалась Эффи и залпом допила остатки огневиски, с грохотом ставя бокал на стол. — Просто спросил, — старший брат выставил ладони вперёд в примирительном жесте, коротко переглянувшись с Эваном. — Не грусти, зайка, Демон скоро вернётся и поднимет тебе настроение, — насмешливо протянула Мишель, подкуривая тонкую сигарету. — Можешь сама мне его поднять, — Эдильфрида сощурила глаза и недобро улыбнулась. Ужасно хотелось сказать или сделать какую-нибудь пакость. — Правда? Как же? — Поведай, ты разрешаешь вставлять в себя сразу два члена, или предпочитаешь скакать с одного на другой по очереди? На секунду Грин оторопела, явно не ожидая подобного вопроса, но быстро расслабилась и зашлась заливистым хохотом. «Какая же очаровательная крошка». Элисон раскраснелась до ушей, даже представлять боясь, как такое вообще возможно, а Альфард подавился виски, в ту же секунду подумав о том, что общение с Дорианом планомерно развращает его младшую сестрёнку. — А ты заинтересована в тема, зайка? Могу одолжить вам с Демоном Эда или Криса, сама попробуешь… — Шельма… — угрожающе процедил Блэк, но девушке, как и обычно, не было никакого дела до его предостережений. — Хотя, лучше Ника позовите, он только рад будет. — Грин, я тебе язык оторву к херам. Эффи хотела продолжить обмен любезностями, их с Мишель зародившуюся с первого дня знакомства традицию, которая отлично снимала стресс и напряжение, но отвлеклась, когда на коленках рваных джинсов, подпирающих подбородок, взметнулся огонёк пламени. «Купе 13С». Блэк спешно спрятала записку в карман, подальше от любопытных взглядов присутствующих, и опустила подошвы любимых мартинсов на пол. — Пойду прогуляюсь до туалета. Она кое-как перешагнула через скопище пустых бутылок и под насмешливые понимающие взгляды скрылась за дверью, на пороге неудачно столкнувшись с Николя. Нужное купе оказалось за целых два вагона от того, где сидела шумная компания друзей. Эдильфрида потянула за ручку и прошла вглубь, к собственному разочарованию отмечая, что этого придурка внутри нет. «Вот сволочь, сам позвал и опаздывает». — Начал думать, что ты потерялась, малышка Блэк, — раздалось за спиной. Эффи обернулась и, по мановению волшебной палочки, дезиллюминационные чары в одночасье спали с высокой фигуры Дориана, облачённого в привычный классический костюм. «Какой же позер». — Начала думать, что ты наконец-то перестал выделываться, — с ноткой обиды в голосе съязвила Блэк, скрещивая руки на груди. «Пусть катится к своим старостам. Селвин наверное вся лужицей растеклась там на собрании. Коза не резанная». Эдильфрида вообще плохо понимала, что с ней творится. Со дня той пытки, устроенной Греем на утро после ритуала, а потом бессвязного потока откровений и рыдания на чужой груди, ей действительно полегчало. Будто балласт с души сбросила, или сходила на исповедь в магловскую церковь. С тех пор их взаимоотношения словно продвинулись куда-то дальше, стали ещё глубже. И это пугало до смерти, особенно с учётом того, что их, прости Мерлин роман, был изначально обречён. — Что с настроением? Выпила зелье? «Да если бы не зелье, я б отыскала этого рыжего клоуна и заехала кулаком по его тупорылому конопатому лицу ещё несколько раз». — Выпила конечно, а настроение… чёрт его знает. За Тень переживаю, вдруг они с Асмодеем заблудятся, погода не лётная, — Блэк отвернулась и взглянула в окно, за которым протяжно завывала метель, своим ледяным дыханием выстуживая маленькую комнатку. Дориан цокнул языком и закатил глаза, но комментировать факт того, что эта катастрофа взяла и без разрешения выдумала имя его ворону (которое, к слову, пришлось тому по душе) не стал. Староста совершенно не понимал, зачем давать кличку обычной птице, которая изредка летает по поручениям хозяина, но спорить было бессмысленно. — Мой ворон знает дорогу до Гриммо как свои четыре когтя, не переживай, ангел. Грей подошёл к ней со спины и приобнял за талию, притягивая к груди. Шоколадные кудри защекотали нос запахом сандалового масла и ментолового табачного дыма, заставляя ёкнуть что-то внутри. Предстоящий серьёзный шаг, который, по правде говоря следовало сделать ещё раньше, поднимал волну волнение в душе. — У меня для тебя кое-что есть. Свободной рукой потянувшись в карман брюк, парень быстро нащупал искомый предмет и показал его своей девушке. Глаза последней расширились от удивления, а в голове за секунду промелькнул десяток мыслей о том, что это, чёрт возьми, такое происходит. — На Гриммо нам придется прятаться, а я хочу вручить тебе рождественский подарок в спокойной обстановке, так что сделаю это здесь и сейчас. Надеюсь это тебя не расстроит, Одри. Он отступил шаг назад, а Эффи резко развернулась, с выражением полной растерянности, в перемешку со страхом, на лице. — Что в ней? Только не говори пожалуйста, что это… — закончить она не успела, ведь Дориан лёгким движением открыл крышку чёрной бархатной коробочки, подтверждая самые пугающие догадки, — …кольцо. Невероятной красоты тонкий обруч из белого золота, в верхней части выполненный в форме звезды, ярко мерцающей на небосводе в безоблачную ночь. Россыпь маленьких, прозрачных словно слеза драгоценных камушков на её лучах, и один большой посередине, даже в полумраке холодного купе Хогвартс-экспресса ослепляли своим блеском. — Не просто кольцо. Позволишь? — он осторожно потянул её правую руку вверх и оставил теплый поцелуй на тыльной стороне бледной ладони. — Смотря что всё это значит. Ты ведь не сошёл с ума, чтобы… — Блэк осеклась и нервно хохотнула, пытаясь совладать с биением собственного сердца, которое, казалось, грохотало едва ли не громче, чем стук колёс. По-хорошему, в этот момент стоило сигануть из окна поезда прямо на ходу и мёртвым грузом распластаться на снегу, более не чувствуя вообще ничего и ни к кому. Но она стояла как вкопанная, точно статуя, не смея и вздохнуть лишний раз. Подобную реакцию Грей счёл донельзя очаровательной. Он предполагал, что эта девочка-беда попытается сбежать или же начнёт кричать, называть его психом, не разобравшись в ситуации, посему теперь был приятно удивлён её ступором и смущением. — Не волнуйся, на мой вкус для помолвочного бриллиант маловат. — Это бриллиант? — Это неважно. «Ну да, мог купить себе квартиру в центре Лондона за эту сумму. Или десять. Но кого волнует? Лучше ей не знать цену, как и то, что скрыто в выемке под центральным камнем». Покрытые алой помадой губы сами собой распахнулись в немом удивлении, а Эдильфрида замерев следила за тем, как Дориан, с мягкой улыбкой на устах, одевает кольцо на безымянный палец её правой руки. Внезапно, каждую клеточку тела обдало волной всепоглощающего тепла, будто внутри зажглось само солнце, и это было настолько странно и до невозможности приятно, что из горла вырвался несдержанный стон, а ноги подкосились. — Тише, — парень придержал её за плечи, не позволяя упасть, — Прости, стоило предупредить, но сам не ожидал такого сильного эффекта. — Что это было? — спросила Эффи, так и не смея оторвать взгляд от одного из самых восхитительных на свете украшений, коих ей приходилось видеть за свою жизнь. — Магия, само собой, — он приподнял её лицо за подбородок, заставляя посмотреть в глаза, — Оно зачарованно, дорогая. Во-первых: должно помочь сдерживать и контролировать магические выбросы. Во-вторых: будет защищать от сглазов, порчи, приворотов и некоторых ядов. Твоя змея и без того отлично справляется, но решил, почему бы не перестраховаться. «В-третьих, я больше никогда не смогу узнать твои мысли, только если ты сама мне о них не расскажешь. В-четвёртых, всегда буду знать где тебя носит, больная идиотка». — Я прозвучу слишком самонадеянно, если попрошу тебя никогда его не снимать? — Когда тебя в последний раз заботила собственная самонадеянность и наглость, Дориан Грей? — Резонно, — он хмыкнул, силясь скрыть собственное волнение, которое без спросу захлестнуло с головой. Вероятно, впервые в жизни. Возможно ему показалось, но собственное тело начало слегка потряхивать. Эдильфрида снова тонула в чёрных омутах его глаз, пытаясь отыскать в них ответ. Что он хотел сказать этим подарком? Просто амулет? Тогда почему кольцо? Не подвеска, кулон, браслет, или что бы то ни было ещё. Она знала наверняка, что Дориан никогда не делает ничего просто так, и во все свои слова, поступки и жесты вкладывает глубинный смысл, даже если сам от этого отнекивается излюбленным «Просто захотелось». “ — А какой ответ ты сама хотела бы услышать?» — ехидно пропел бес на плече. Тот из двоих, который с самого начала был фанатом их пары. — Сколько до Лондона? — Минут сорок. Грей опомниться не успел, как полетел назад спиной, приземляясь на затёртый диванчик, а Эффи, не теряя драгоценного времени, забралась сверху, пылким поцелуем впиваясь в губы. Тонкие пальцы принялись расстёгивать пуговицы чёрной рубашки, а его руки легли на талию, притягивая ближе, настолько, насколько оно вообще возможно. — Не сниму. Обещаю, — прошептала она на секунду отстранившись и снова прильнула, а после, не выдержав, разорвала оставшиеся пуговицы, что бусинами посыпались на клетчатую ткань дивана и пол. Ледяные ладони скользнули под футболку с портретом Дэвида Боуи и ироничной, точно насмехающейся надписью «It's too late». По окнам купе забарабанил град, но до того не было никакого дела. Рваные джинсы и сетчатые колготки, снятые с большим трудом, полетели в сторону, а за ними и футболка с кружевным бра. В тишине купе, нарушаемой лишь только звуками влажных поцелуев и шумных вздохов, звякнула пряжка ремня. Времени было слишком мало, но оно, словно вторя желаниям двоих, казалось замедлилось или вовсе замерло, позволяя разделить вспыхнувший пожаром момент единения. И отнюдь не физического, коих до того было множество, а духовного. — Je pense que nous sommes en train de perdre, Dorien. — Je m'en fiche. Ne réfléchis pas.

***

— Успели за двадцать минут, кажется рекорд, — произнесла Эффи, натягивая узкие джинсы поверх сетчатых колготок. Счастливая улыбка никак не хотела сходить с лица. — Предпочёл бы ещё пару-тройку раундов, ангел, но увы, жизнь слишком жестока, — Дориан слизнул капельки крови, сочащиеся из ранки, неосторожно оставленной Блэк на нижней губе в особо волнительный момент, — Продолжим в твоей комнате сегодня ночью, что скажешь? — Где моя футболка?.. — нахмурившись шепнула себе под нос Эдильфрида, смыкая застежку кружевного лифа за спиной, — Заранее предупреждаю, на Гриммо больше нельзя трансгрессировать. Придётся быть очень осторожными. — С каких пор? — С тех самых, как мы в очередной раз поссорились с отцом и я попыталась перенестить на улицу. — Совсем больная? Тебя могло расщепить. — Так и расщепило, — она неуместно весело хохотнула, вспоминая тот день, — Просто не сильно. И попала я не на улицу, а в чулан. О, вот она! — Блэк заметила смятый ком искусственно состаренной ткани под соседним сиденьем и нагнулась, потянувшись рукой вперёд. — Извините, а вы не видели… жаб… у… — дверь в купе отъехала в сторону столь стремительно, что пара слизеринцев и опомниться не успела. Как и полностью одеться, — Эди? «Мы идиоты. Запирающее заклинание. Конченые идиоты». На пороге стоял Гарри с глазами по пять сиклей и распахнутым от удивления ртом. Эффи впала в ступор и даже думать забыла о том что, до сих пор полураздета. К счастью, Дориан сориентировался быстрее и накинул на девичьи плечи свой, помятый после бурной благодарности, пиджак. — Гарри, привет, а мы тут… «А мы тут, блять, что? Святой Салазар… Господи…» — Развлекались, — само собой сорвалось с языка мальчишки слово, которое часто употреблял старший брат, пока щёки стремительно приобретали пунцовый оттенок. — Чего? — теперь краснеть настала очередь Блэк. — Так Ал говорил, когда девочек приводил, пока крёстного не было дома. «Еб твою мать, Альфард!» — Нет-нет, ты всё неправильно понял. Просто мне показалось, что на спине что-то, а Грей… «Нет, Эффи, это официально провал». «Неужели мне придется стереть воспоминания ещё и Поттеру?. Или может просто заменить?» Рука Дориана незаметно потянулась к палочке. Конечно, исподтишка нападать на ребёнка аморально, но… — Я знаю, что вы влюбились, и ничего не расскажу Сириусу, обещаю, — судьба будто в лицо кинула им насмешливое «Попались!», когда прозвучало запретное слово на букву «в», а в глазах двух слизеринцев промелькнул неподдельный ужас, — Если тут нет жабы Невилла, то я пойду. Извините что помешал. Дверь с грохотом захлопнулась, оповещая об уходе Поттера. Блэк так и осталась стоять на месте, вдыхая аромат морозной ночи, исходящий от ворота накинутого на плечи пиджака, а Грей лишь на одну секунду допустил мысль о том, что в словах этого двенадцатилетки могла быть крупица правды, которые они с Одри слепо отрицают. «Полный бред», — синхронно подумали оба. — Дети такие наивные. Иногда как ляпнут несуразицу, хоть стой, хоть падай, — Эффи небрежно сбросила кашемировый пиджак на диванчик и поспешила натянуть футболку. — Ну знаешь, — вернув себе привычное самообладание и уверенность отозвался староста, — Увидь я в двенадцать свою старшую сестру в лифчике, и не такое бы выдал. — Грей, какая мерзость! — воскликнула Эдильфрида, ощущая, как щёки вспыхнули пуще прежнего, — Грёбаный извращенец. — Спасибо за комплимент, ангел. Уверен, это тебе во мне и нравится. — Мне в тебе вообще ничего не нравится. — Да-да, помню, как же. — Знаешь что! — Знаю, — резкое движение, и вот она, до ужаса смущённая, снова прижата к нему вплотную, — Спасибо, что рассказала мне более глубокие подробности «Портрета Дориана Грея» в соседнем купе, малышка Блэк. «Запомнил эту нелепую перепалку насчёт имени в первую встречу? Какого чёрта он сегодня такой милый?!» — Сколько до Лондона? — Минут пятнадцать, так что мы ничего не успеем. Давай оде… Очередной стремительный полёт спиной назад, и не успевшее остыть диванное кресло вновь радушно приняло юношеское тело в свои тёплые объятия. — Мы может и нет, а вот ты вполне можешь, если я очень сильно постараюсь, — парень вопросительно вскинул брови, без слов уточняя, правильно ли её понял. Заплясавшие в стальных глазах искры озорства дали молчаливый ответ за свою хозяйку. По мановению волшебной палочки щёлкнул дверной замок и опустилась шторка на окне. Картина, которая стремительно разворачивалась прямо на глазах, отнюдь не предназначалась для посторонних. Дориан расслабленно откинул голову назад и прикрыл веки. «Лучшая поездка в истории, официально заявляю»

***

Откинувшись на каменную стену вокзала, Сириус курил третью подряд сигарету, не обращая никакого внимания на осуждающие взгляды прохожих. Он с огромным трудом отвадил скопище стервятников, а если быть точнее ручных псов Риты Скитер, которая без конца искала сенсацию в лице его дочери, от платформы девять и три четверти, после справедливо рассудив, что заслужил чёртов никотин для снятия напряжения. Едва заслышав вдалеке звуки прибывающего поезда, Блэк превратил бычок в пепел щелчком пальцев и выпрямился, с волнением в душе предвкушая, как наконец вновь увидит сына, крестника и своё солнышко. Гурба студентов высыпала из состава, наперебой бросаясь на шеи своих родителей и близких. Лишь только завидев в дверях фигуру Альфарда, на отцовских губах заиграла тёплая улыбка. — Как поживает сборная Гриффиндора? Капитан держит планку? Как школа? — Капитан на грани. Школа просто безумие, пап, — протянутая вперёд для рукопожатия ладонь, а после крепкие объятия и подбадривающее похлопывание по спине. — Я скучал, сынок. Страшно представить, что это твои последние рождественские каникулы. — А мне как страшно представляешь? Что насчёт титула главы рода и несметных богатств в семейном сейфе? — заискивающе протянул Ал и отступил назад — Ты со скуки подохнешь, Альфи, — насмешливо пропела Грин и ткнула бывшего локтем в плечо, — Я слово «квиддич» от тебя слышала чаще, чем собственное имя. — Мишель, Годрик всемогущий! С каждой встречей всё хорошеешь, — Сириус галантно поцеловал тыльную сторону девичьей ладони, — Мой сын настоящий идиот, раз упустил тебя. — Спасибо, пап. Вокруг началась возня. Десятки затосковавших по семье студентов с объятиями бросались на шеи родителей и близких, наперебой шепча «Люблю», «Скучал», «Поехали домой». Вот появились Крис, Эд и Ник, едва ли не хором произнеся «Здравствуйте, мистер Блэк», после обмен парой дежурных фраз и несколькими шутками, а её всё нет. Даже чёртов мальчишка Грей объявился минуты полторы назад, по какой-то причине с невероятно довольным выражением лица. «Этот чванливый сноб умеет улыбаться? Ну надо же, какое открытие». Их приветствие было привычным: дежурное, излишне крепкое рукопожатие и столкновение неприязненных взглядов серых и карих, почти чёрных глаз. Удивительно, но впервые на памяти Блэка ладонь слизерница не была ледяной, словно у мертвеца, а тёплой, скорее даже горячей. «Пытается прикинуться живым человеком?». — Здравствуйте, мистер Блэк. Как поживаете? — едва сдерживая ухмылку поинтересовался Дориан. — Припеваючи, — Сириус едва заметно сощурился, отмечая, что из-под идеально выглаженного зимнего пальто торчит помятый пиджак, — А ты? Вижу, отличное настроение? — О да, просто великолепное, — один Мерлин знал, как же Грею хотелось раскрыть истинную на то причину и посмотреть на выражение лица отца своей девушки, — Знаете как бывает, живешь себе полностью уверенный, что случиться какая-нибудь катастрофа, а она берёт и оборачивается чем-то приятным. Из сказанного Бродяга понял ровным счётом ничего, но не придал тому должного значения. Манера говорить загадками и пространными фразами была присуща раздражающему недомерку с детства, и давно уже перестала удивлять. А вот компания друзей, стоящая неподалёку, обмен любезностями оценила по высшему разряду. — Альфи, я еле держусь, еле держусь, — тихо пропищала Мишель, уткнувшись в плечо своего бывшего, — Пожалуйста, возьми нас с Крисом и Эдом на Гриммо, я не хочу это пропустить. — Плечом ошиблась, любовь моя, — без тени ревности подметил МакКалистер, обвивая руки вокруг талии возлюбленной. — И где Эф черти носят? Все уже вышли, — Альфард на прощание отсалютовал Фреду и Джорджу, что понурив головы шествовали в сторону разгневанной матери. Молли была крайне возмущена тем, что один из её сыновей подрался с девушкой! Пускай этой девушкой и была Эдильфрида, которую, по мнению миссис Уизли пороть стоило с утра до вечера, чтобы мозги на место встали. — Вероятно, устраняет последствия своей «прогулки до туалета», — Шельма пальцами показала кавычки и весело хохотнула, — Ну знаете как бывает, шла-шла и случайно упала на чл… — Совсем больная? — сквозь зубы процедил Ал, благодарно посмотрев на Кристиана, закрывшего этой ошалевшей рот ладонью, — Ты ещё мегафон возьми. К счастью, Сириус не услышал слов Мишель, переключив всё своё внимание на возню в стороне: с последним гудком Хогвартс-экспресса, предупреждающего об отбытии состава обратно в Хогсмид, из дверей вагона выбежали трое студентов, подгоняемые криками помощника машиниста. С некоторых пор, а точнее за две недели до отбытия домой, Эван Розье начал курить. Не так как раньше, чисто за компанию или после долгих поцелуев с Элс, дабы снять напряжение (чем ещё он снимал это самое напряжение, догадаться не сложно), а часто и много. На фоне стресса, возникшего из-за скорого знакомства мамы и возлюбленной, нервы француза были ни к чёрту, а сигареты отлично помогали их расслабить. Неважно какой мягкой и податливой могла быть Андрэа рядом с Сириусом — сыну она спуску не давала, всегда представая в его глазах некой железной леди, тем самым вызывая чувство глубокого уважения и восхищения. И, возможно, налёт страха. Потому, идея чуть задержаться и напоследок насладиться табачным дымом в дальнем туалете, пришла именно в его голову. А Эффи и Элисон, будучи заядлыми «пепельницами», как называл курящих девушек Кассиус Уоррингтон, эту идею всячески поддержали. Пускай Эдильфрида и могла спокойно творить в своей комнате всё что заблагорассудится, в обход указов отца разумеется, до неё ещё предстояло добраться. Эван вовсе не представлял, когда в следующий раз сможет насладиться никотином, ведь матушка, вне всяких сомнений, такую привычку у сына не потерпит. Уолдорф же тихо мечтала купить билет домой до Нью-Йорка, либо умереть. Чёрт её дёрнул сдаться под уговорами подруги и праздновать Рождество у той в гостях. И встретиться с мадам Розье. — Приятной поездки! Счастливого Рождества! — вслед удаляющемуся поезду прокричала Блэк, отвесив шутливый реверанс, пока помощник машиниста, поймавший с поличным нарушителей порядка за курением, буравил девичью фигуру злобным взглядом. Дориан едва сдержался, дабы не выругаться, и молча закатил глаза. Каким образом эта девочка-беда успела нажить себе проблем, за те десять с хвостиком минут после того как они разошлись, дабы не попадаться вместе на глаза мистеру Блэку, ему было невдомёк. «Хотя чему я удивляюсь. Пора привыкнуть». Сириус застыл на месте как вкопанный, издалека глядя на дочь так, словно увидел призрака: рваные джинсы с цепью на шлёвках, грубые ботинки, кожаная дублёнка-авиатор, торчащая из-под неё футболка с портретом Дэвида Боуи, звонкий смех и пара друзей рядом. На мгновение, время будто перенесло его на десятки лет назад, накладывая на окружающий мир ретро-фильтр с мелкой рябью. « — Правильно, Бродяга, нахер эти балы-приёмчики, ты едешь ко мне!» « — Нахер аристократию! Я буду грёбаной рок-звездой! Сохатый, мы идём в бар!» « — Ты сохнешь по Марлин, признайся уже!» « — Ни по кому я не сохну, отвали Лунатик. Я кстати вчера такую красотку завалил…» Эдильфрида была не похожа ни на кого, абсолютно сама себе на уме, уникальная в своём роде, но на секунду, быть может две, он увидел в ней своё отражение. — Привет, пап! Чего с лицом? — весело пропела подошедшая Эффи, поправив на плече лямку рюкзака с металлическими клёпками. В чём-то Мишель всё же была права — у Грея отлично выходило поднимать ей настроение. Различными способами… Она опомниться не успела, как оказалась притянута к широкой отцовской груди. В нос ударил аромат восточных масел и кубинских сигар, и только одно в родном запахе показалось ей подозрительным: примесь женских духов, с верхними нотками розы и персика. — Я очень скучал, солнышко, — губы оставили поцелуй на кудрявой макушке, а руки сомкнулись за хрупкой спиной ещё сильнее. — Пап, ты меня сломаешь, — неразборчиво пробурчала Эффи уткнувшись в лацкан пальто, — Я тоже скучала, но не здесь же, — она наконец смогла вывернуться из крепких объятий, — Людей вокруг тьма, портишь мне имидж. Я теперь в народе «ужас подземелий», прикинь? — По какой причине от тебя пахнет алкоголем и сигаретами? — вскинув бровь поинтересовался Сириус, вернув лицу привычную родительскую строгость. «А по какой причине от тебя пахнет духами мадам Андрэи, папочка?» — Это мой естественный аромат, не обращай внимания, — без тени стыда деловито заявила Блэк, нагло улыбнувшись. — Мадам Розье так же ответишь? — улыбка исчезла так же стремительно, как и появилась, — Она как раз планирует помочь мне с твоим воспитанием. «Вот только этого тандема мне не хватало. Они ж из меня всю душу выпью. Дементоры!». — Сами себе помогите, — Эффи громко цокнула и закатила глаза, а после двинулась по направлению к выходу с платформы, по пути подхватывая Элисон под локоть. — Добро пожаловать обратно, пап. Даже не представляю, насколько сильно ты соскучился по закатыванию глаз и цоканью языком, — съехидничал Альфард и, закинув руку на плечо лучшего друга, которую тот сразу же безуспешно попытался сбросить, проследовал вслед за сестрой.

***

Эдильфрида сидела на заднем сиденье расширенного заклинанием Роллс-ройса, откинув голову на запотевшее стекло. За окном мелькали родные сердцу улочки любимого Лондона, теперь уже заснеженные, а не горящие пожаром осенних листьев, как было в её последний визит. От воспоминаний о том дне, на губах сама собой заиграла улыбка. Потрясающий вечер, с привкусом fish and chips и виски, а после чудесная, полная эмоций ночь, в которую они стали максимально близки. Тогда только лишь физически, а теперь… А чёрт его знает, что теперь. “ — Je m'en fiche. Ne réfléchis pas». «Carpe diem» — неожиданно вспомнился пароль на Ночь инициации. Почему-то сейчас Блэк подумалось, что выбирал его именно он, даже тут зашифровав послание. «Мда, долго же до меня доходило. Или наивно приписываю ему случайность? Надо будет спросить». Из размышлений вырвал неопознанный летающий объект, приземлившийся на колени. Им оказался смятый клочок пергамента, который Эффи поспешила развернуть, через секунду изменившись в лице, задумчивость на котором уступила место вспыхнувшей ярости. Старший брат, сидящий в другом углу машины, беззвучно хохотал себе в кулак и, кажется, сдерживал подступившие от смеха слёзы. Рядом с ним, покрасневший до ушей, стремящихся к цвету варёных раков, расположился Гарри, с напускным интересом крутя в руках игрушечный золотой снитч, словно впервые его видит. Убедившись, что отец внимательно следит за дорогой и ничего не заметит, Блэк смяла пергамент в комок и перекинула Дориану, который вопросительно приподняв брови следил за разворачивающейся картиной. На рисунке криво-косо, но видно, что со старанием, были изображены двое: парень и девушка в купе поезда, с глазами по пять сиклей и широко распахнутыми ртами. Над их головами витал десяток розовых сердечек и подписей «Love, love, love». «Надо было всё же стереть Поттеру память. Парочка шутников неотёсанных». Грей недобро ухмыльнулся и достал из переднего кармана пиджака огрызок карандаша, принявшись что-то выводить на обратной стороне записки. Староста считал искусство одним из высших проявлений человеческой одухотворённости, и обычно свой талант на подобную чушь не растрачивал, но сейчас уж очень захотелось. Записка попала обратно к Эффи, и когда она увидела содержимое, чуть не вскрикнула в голос, а щёки вспыхнули алым сами собой. Да, конечно, разного рода журнальчики у неё водились, но не такой направленности. Два парня, да всё так детально прорисовано, к тому же двигается. Очевидно, то было отсылкой на произошедшее между Альфардом и Честером в туалете бара. Хаотичное написанные на листке «Fagot, fagot, fagot" лишь дополняли картину. Послание вернулось к отправителю, а Алу стало лишь веселее. Он громко причмокнул и показал сестре и лучшему другу средний палец. — Альфард, я всё вижу, — послышался голос отца, который на секунду посмотрел в зеркало заднего вида. — Эдильфрида, тебя тоже, — продолжил он, когда Эффи показала брату язык, — Ну что началось? До дома две минуты, вы можете досидеть их спокойно? Гарри, к тебе тоже относится, хватит баловаться со снитчем, в окно вылетит, мы как с маглами объясняться будем? «Какие же предки душные».

***

Элисон замерла на месте сразу же, как только преодолела волшебный барьер, скрывающий дом на площади Гриммо 12 от маглов, на время даже позабыв об одолевающей панике перед предстоящим знакомством. Да, она жила в пентхаусе на верхнем Ист-сайде, и да, у неё, а точнее у мамы, была огромная загородная вилла в Хэмптонсе, но это… — Охренеть. Эта же прям… прям реально особняк. На музей похоже… Мрачное трёхэтажное здание, построенное в форме квадрата, с высокими колоннами из каменной кладки и широкими ступенями, ведущими к двустворчатым дверям из тёмного дуба. Под взглядами безликих каменных горгулий, царственно восседающих на своих постах, Элис ощущала себя до жути неуютно. Хотелось спрятаться, или вовсе сбежать. «Ну а чего я ожидала? Это дом Блэков. И одна из них моя подруга. А мой парень Розье… святая Дева Мария, к такому жизнь меня не готовила. Может ещё не поздно в Нью-Йорк? Плевать что мама в Альпах. Отпраздную как-нибудь одна…» — Эс, точно всё запомнила? — вывел из ступора голос Эффи, — Глубокий реверанс в знак уважения. Обращаться исключительно мадам Розье, никаких миссис, даже не вздумай. Француженки на такое могут по гроб жизни обиду затаить, — продолжала науськивать Эдильфрида, по какой-то причине переживая за эту мисс Америку словно за себя, — Много не болтай, обязательно улыбайся, но не слишком широко. И почаще смотри на Эва так, будто он — смысл твоей жизни. Должно прокатить. Я на подхвате если что. «Ощущение, что к королеве на поклон иду. Мерлин, я сейчас умру!» Лишь только Сириусу, на пару с оравой детей, стоило переступить порог дома на площади Гриммо, началась неразбериха. Собачий лай оглушил уши, и белое пятно бросилось прямо в ноги Эвана, который не теряя времени поднял Леди на руки и крепко прижал к груди. — Я тоже скучал. Неужели ты выросла? — Откуда здесь собака? Пап, ты нашёл себе подружку? — загоготал Альфард, поражаясь собственному остроумию. — Кикимер, разве так встречают любимую хозяйку? — обиженно крикнула Эффи и скрестила руки на груди, не увидев преданного слугу в коридоре. — Tu m'as tellement manqué, mon fils bien-aimé. — мадам Розье притянула любимое дитя в крепкие объятия, а собака теперь сновала под ногами новоприбывших, находясь в экстазе от перспективы того, сколько новых двуногих друзей сможет завести, — Quelle est cette odeur? Эван Климент Розье, ты что, курил? — под грозным, пылающим возмущением взглядом матери парню сделалось дурно. — Это Эдильфрида курила, я только рядом стоял! — он даже подумать не успел, как с языка сорвалась первая попавшаяся отговорка. И кто теперь поверит, что это тот же храбрый принц, который, защищая честь своей принцессы, врезал её отцу по челюсти на глазах у всех в кабинете директора? — Розье, совсем охренел?! — Ma chère infante, — Андрэа выпустила сына из кольца рук, напоследок одарив недобрым взглядом, предвещающим серьёзный разговор, и стуча шпильками по паркету подошла к названной дочери, — Рада видеть безмерно, милое дитя. Учебники по этикету уже на столе в твоей комнате, ждут не дождутся. И что за ужасный наряд, юная леди? Похожа на оборванку из подворотни, прости Мерлин. А макияж? Просто… — Вы были в моей комнате? — перебила Эффи, на лице которой промелькнул неподдельный ужас. «Ёб твою мать!» В голове хороводом закружили воспоминания о грязных (но очень горячих) журнальчиках, спрятанных под половицами, тайнике с алкоголем в шкафу и нычке за вентиляционной решёткой, где хранился пакетик магловской травки, которую Блэк решалась покурить весь август, но так и не сподобилась. «Зато в Хогвартсе классно обкурилась. Нет, ну если бы она что-то нашла, то приветствие было совсем не таким мирным». — Не была, — Розье сощурила зелёные глаза-изумруды и приподняла девичье лицо за подбородок, пытаясь понять, что же кажется подозрительным в её облике, — Кикимер туда никого не пускает, но согласился доставить сам. Поразительная преданность наперекор всем устоям. У Дориана, стоящего неподалёку, ухнуло сердце, когда он заметил на шее своей девушки небольшую алую отметину, которую оставил в порыве страсти, пускай всеми силами старался быть осторожнее и обойтись без подобных вольностей. — Мадам Розье, платье просто изумительно, — приблизившись к француженке произнёс Грей и обольстительно улыбнулся, пытаясь перевести внимание на себя, — А причёска само совершенство. Андрэа хмыкнула и, будто бы невзначай, заботливо поправила завитки кудрей своей девочки. — Спасибо, мистер Грей, вы так любезны, — галантный поцелуй отпечатался на тыльной стороне протянутой ладони, — Поранились? — Прошу прощения? — Ваша губа. Уже не кровит? Дориан и думать забыл о ранке, неосторожно оставленной зубами одной пылкой катастрофы. Это был её фирменный стиль, если можно так выразиться, и залечивать эти проявления чувств он никогда не спешил, оставляя как напоминание о ней. — К счастью нет, спасибо за беспокойство, — Эдильфрида продолжения диалога не услышала, отвлёкшись на подоспевшего домовика, который слёзно молил простить его за опоздание к прибытию хозяйки, — Хогвартс-экспресс временами трясёт из стороны в сторону, вот и прикусил. — Правда? Какой кошмар. — Благородные господа и все остальные! — эльф неприязненно поморщился, скосив глаза на фигуру блондинки в бежевом пальто, за что сразу же получил подзатыльник от Эффи, — Ужин подан и ждёт уважаемых хозяев и их гостей в столовой. Элис вжалась в угол, чётко осознавая, что провалила свою миссию. Если она даже домовому эльфу отвратительна, то какая речь может идти о мадам Розье? Да и вообще, разве есть место ей, какой-то грязнокровке, в этом доме, где все такие важные и статные, выходцы из древних родов с несметными горами золота в сейфах? Она поймала обеспокоенный взгляд лазурных глаз Эвана и грустно улыбнулась. Парень хотел было двинуться в её сторону, но Андрэа отвлекла его, едва ли не силой уводя в сторону столовой. — Элисон, сядешь рядом с Эдильфридой? — внезапно, на плечо легла мужская ладонь. Уолдорф оторопела, снизу вверх глядя на отца подруги — Конечно да, я да…. В смысле… — Не переживай так сильно, ты едва не дрожишь, — Сириус тепло улыбнулся, тем самым пытаясь ободрить бедную девочку, — Не так страшен чёрт, как его малюют. «Если Шпилька узнает, что я о ней так отозвался, убьёт на месте». — Нет, что вы, простите, просто я… мистер Блэк, вы… — Верно, Элисон. Мистер Блэк. Устрашающая фамилия была когда-то, — он хитро подмигнул, на что Элис широко распахнула глаза, ощущая, как от смущения вспыхнули щёки, — Но ты наверняка наслышана о том, кем была мать Альфарда? В этом доме давно нет места предрассудкам. А теперь выше нос и вперёд, покорять сердца, — хозяин дома помог ей снять пальто и аккуратно повесил на вешалку, — Мадам Андрэа в ужасе от нарядов Касси, а вот твой наверняка оценила, пускай даже не поздоровалась. Встречают по одёжке, и этим ты уже заработала один балл в свою копилку.

***

В столовой на Площади Гриммо было шумно. Гул голосов, скрежет приборов о фарфоровые тарелки из сервиза (которые, по обычаю, била Эдильфрида во время ссор с отцом) и мирное потрескивание бревен в камине, вдохнули в древний особняк второе дыхание. Давненько тут не собиралась такая толпа. Все новоприбывшие по достоинству оценили большую ель с пушистыми раскидистыми ветками, что высилась посреди гостиной, и уже предвкушали то, как начнут украшать её все вместе. Сириус, много лет назад, превратил сие действие в семейную традицию, и в этом году отказываться от неё не планировал. Это будет их первая с Касси совместная ёлка. В прошлом году Рождество прошло скомкано и тревожно, ведь Эдильфрида ураганом влетела в его жизнь за пару дней до праздника, огорошив ужасными рассказами о прошлом и пережитом. Но теперь всё иначе. Он не допустит, чтобы с ней случилось хоть что-то ещё плохое. Никогда. Сделает что угодно, но защитит. Эдильфрида вяло ковыряла вилкой в картофельном пюре, мысленно благодаря отца, который задавал Элисон разные наводящие вопросы, дабы вовлечь в диалог и помочь почувствовать себя комфортнее. Под прожигающим взглядом мадам Розье, сидящей напротив блондинки, сделать это было ой как не просто. «Курить хочется… и вина не налили. Что за ужин такой? Никакого уважения». Стальные глаза мазнули по бледному, жутко серьёзному лицу Грея, а в голове всплыла картина того, как это самое лицо пылало от удовольствия, когда Эффи решила устроить ему персональный второй раунд в купе. Ей нравилось наблюдать за ним в такие моменты: видеть, как он расслаблен и наслаждается процессом, а ещё, что немаловажно, ощущать себя хозяйкой положения. «Ага, весьма компрометирующего положения». — Получается, вы с Эваном вместе почти три месяца? — вернул к реальности голос отца. — Всё верно, — Элис тепло улыбнулась, когда ощутила, как Эван, сидящий по левую сторону, накрыл её ладонь лежащую на столе. — Знаете, вроде немного времени прошло, но по ощущениям целая вечность, — продолжил за своей девушкой Розье младший, внутри которого начинала закипать злоба. Мама вроде и не делала ничего такого, вела себя вежливо и учтиво, как положено в высшем обществе, но налёт очевидного лицемерия и напускной доброжелательности вызывал тошноту. — В вашем возрасте, mon chéri, всё кажется слишком важным, но со временем пелене слепого очарования свойственно спадать, — Андрэа сделала глоток вина, — Все по юности совершают нелепые глупости, о которых потом приятно вспомнить и посмеяться. — Считается ли нелепой глупостью, оказаться помолвленным против своей воли? Одному Мерлину известно, на кой чёрт Грей решил влезть в этот разговор. Он и сам себе это объяснить мог с трудом. Наверное, из жалости к бедной мышке, которая очевидно не выдерживала давления, даже несмотря на поддержку мистера Блэка, Одри и француза. — Прошу прощения, мистер Грей? — Розье чуть не подавилась и, с трудом скрывая удивление, взглянула на сидящего справа юношу. — Ни в коем случае не поймите превратно, — он хмыкнул и сделал глоток виски из бокала, — Просто праздный интерес. Меня тоже ждала такая участь, вот только родители до своей смерти не успели подобрать достойную партию. — Сочувствую вашей утрате. К сожалению, не имела чести быть с ними знакома. Греи всегда держались особняком от остальных чистокровных семей, да и я была не частой гостьей в Англии. «Ну и глаза у мальчишки. Чернее ночи. А наглости сколько, вроде и оскорбил, но так тонко, что не придерёшься». — Спасибо, но скорбь уже давно прошла. Остались лишь светлые воспоминания. «Да-да, очень светлые. Надо всё же навестить могилу папеньки и помочиться на гранитную плиту. Ублюдок». — Вы создаёте впечатление серьёзного юноши, Дориан. Полагаю, человек вроде вас вполне способен сам выбрать себе спутницу жизни. Есть ли дама, что тронула ваше сердце? Уж простите за нескромный вопрос, — очередной глоток вина и хитрая усмешка на подведённых помадой губах. — О, конечно есть. У неё чудесное имя, хорошо известное всем вам, — Сириус напрягся и прислушался, ведь прекрасно знал, что у этого недоноска и девушки никогда не было. У Эффи внутри всё похолодело и замерло, а дыхание, казалось, вовсе остановилось. «Он же не сошёл с ума? Мерлин пожалуйста, только не это! Нет-нет-нет! В столовой будет труп. Возможно два». — Правда? Какое же? — Scientia, что с латыни переводится как «наука», — Эдильфрида снова начала дышать, Сириус в очередной раз подумал о том, какой же надменный, язвительный, мерзкий и изворотливый этот слизеринец, а Альфард, вообще не желающий, да и не умеющий, участвовать в этих играх разума, залпом осушил остатки янтарной жидкости в бокале. Прошёл час с возвращения домой, а Демон уже вытрепал ему все нервы. — Как чудесно. Уверена, с таким подходом вас ждёт большое будущее, — Андрэа сверкнула зелёными глазами и легко кивнула, без слов выказывая похвалу, — Моя милая инфанта, от чего же ты молчишь? Полагаю, у такой красавицы тоже есть воздыхатель? Виски пошёл не в то горло и Ал закашлялся, тем самым привлекая к заданному вопросу ещё больше внимания. Сириус изменился в лице и повернулся к дочери, очевидно требуя пояснений. — И судя по реакции твоего брата, я права. Только-только успевшая расслабиться Эдильфрида, послала брату ненавидящий взгляд и призвала всё своё самообладание, на ходу придумывая ложь. — Ну, что-то вроде… — уклончиво ответила Блэк и приосанилась. «Дайте мне кто-нибудь вина! А лучше водки!» — Вот это новости, — холодно процедил отец, а ладони сами собой сжались в кулаки, — И почему я впервые об этом слышу, Эдильфрида Кассиопея? «Если выберусь из этой заварушки живой, обязательно обкурюсь». — Да там так, ничего серьёзного, — поведя плечом небрежно кинула слизеринка, состроив максимально безразличное выражение лица, — Пару раз ходили в Хогсмид, однажды целовались. — Извини? Это с каких пор поцелуи у нас перестали считаться чем-то серьёзным? «Только не вставай, пожалуйста не вставай». Стул с грохотом отъехал назад, а глава семейства поднялся на ноги и тенью навис над столом, заставляя дочь ощутить себя загнанной в угол и вжаться в спинку стула. — Да нечего рассказывать… — Кто он? Сколько ему лет? Кто его родители? — Я в таком тоне вообще разговаривать с тобой не буду, — обиженно буркнула Эффи, скрещивая руки на груди. — Альфард? — гриффиндорцу очень хотелось страдальчески простонать, но он сдержался. — Без понятия, пап. Впервые слышу, — юноша вскинул ладони в знак капитуляции. — Красивое кольцо, — вновь вклинилась в препирательства Андрэа, когда заметила, как ярко сверкнул драгоценный камень на безымянном пальце, — Он подарил? Позволишь взглянуть? — Никто не дарил, купила в Хогсмиде. Просто побрякушка, — Эдильфрида спрятала руку под стол, в панике пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Пока что идей было целое ничего. «Может в окно?». — Тебя попросили показать кольцо, — по слогам отчеканил Сириус, теперь и сам обратив внимания на новое украшение, которого раньше он уж точно не видел, — Прояви уважение. Нехотя, девушка всё же протянула руку через стол, краем глаза замечая, как внимательно Дориан принялся следить за происходящим. И, кажется, очень сильно напрягся. «Каковы шансы, что мать Эвана разбирается в драгоценностях? Если догадается о цене, отвертеться будет сложно. Ситуация и без того на грани». — Святой Мерлин… — Андрэа едва ли за сердце не схватилась, когда осознала, что за камень венчает изделие в форме сияющей звезды, — Купила? Только если отец не заметил, что ты разорила семейный сейф. Я видела его в журнале-аукционе. С ума сойти… — она наклонилась ближе, пытаясь рассмотреть каждую деталь как можно лучше. — Прошу прощения, аукционе? — брови Сириуса взмыли вверх. — Бриллиант называется «Слёзы истины», — пояснила француженка, — Если верить гоблинам, когда-то это был алмаз, найденный на дне самой глубокой шахты. После, один из участников экспедиции предложил провести эксперимент и попробовать сделать невозможное — огранить самый твёрдый в мире драгоценный камень водой. Сотни лет водопад «Гибель воров», расположенный в подземельях Гринготтса, обрушивал на него свои потоки. И вот недавно, эксперимент был окончен, вскоре после смерти того самого экспедитора. Никто не верил, что выйдет что-то путное, но магия сделала своё дело. Уверена, позже появятся и ещё, но пока что, он первый и единственный в своём роде на весь мир. Там и стартовая цена была баснословной, произносить страшно. Кто твой воздыхатель, инфанта? Такие подарки делают на помолвки, скорее даже свадьбы, но уж точно не на Рождество. Тем более не в вашем возрасте. По неподдельному шоку на лице Эдильфриды стало понятно, что она даже близко не догадывалась, какую вещь ей подарил Дориан. Последний же, мысленно проклиная осведомлённость мадам Розье на чём свет стоит, нарочито расслабленно откинулся на спинку стула, делая вид, что ему вовсе нет никакого дела до происходящего и услышанного. Сириус ослабил галстук и решил обратно присесть, находясь в полном недоумении и растерянности. Требовалось время переварить информацию, прежде чем что-то сказать. Или начать кричать, немедленно требуя объяснений. Грей же понял, что его ожидает скандал таких масштабов, каких свет ещё не видывал. Эта катастрофа только пока что в ступоре, но совсем скоро придёт в ярость. «Конечно, если прямо сейчас не вскроется личность тайного «воздыхателя». Тогда будет не до криков». Он нащупал палочку во внутреннем кармане пиджака и, убедившись что деревко на месте, принялся ждать. — Пап, я могу всё объяснить, — актриса погорелого театра начала свой последний концерт. Очередной, — Это полная глупость, Мадам Розье ошибается, — словами не передать, каким кристально честным и искренним сделался её взгляд, — Я правда купила его в Хогсмиде, клянусь. Элисон и Эван были со мной в тот день, — как же Элисон и Эван были счастливы оказаться втянутыми в паутину лжи подруги. Снова, — Наверное подделка или копия, оно стоило галеонов сто пятьдесят, не больше. Да, знаю, это дорого, но я решила порадовать себя. Как подарок на День рождения, до него ведь всего ничего осталось. «Мерлин, дай мне выпутаться из этого. Прошу, пожалуйста! Салазар всемогущий!» Со стороны внутреннего двора донеслось громкое карканье ворона, а после раздался оглушающий топот копыт. «Ну наконец-то!» Прервавшись на полуслове, Блэк сорвалась с места, ненароком опрокидывая обитый бархатом деревянный стул, и бросилась наутёк. Сириус и Андрэа, по военной привычке, повскакивали на ноги, на ходу выхватывая палочки, и хотели ринуться следом, когда были остановлены Альфардом. — Пап, мадам Розье, спокойно, мы вам сейчас всё объясним, — примирительно начал Ал, так же поднявшись. За ним последовали и остальные. — Что, блять, происходит?! — закричал, хотя скорее заорал отец, у которого окончательно сдали нервы. — Лучше вам увидеть всё своими глазами, — Дориан по достоинству оценил не очевидную иронию в сказанной собой же фразе. «Увидеть? Ну, мистер Блэк вероятно сможет. А что же до его любовницы? Ах, как полезно знать больше других. В случае чего, будет чем крыть». С перекошенными в непонимании лицами, Блэк и Розье стремглав направились в сторону дворика. Окна в гостиной как назло были зашторены, не позволяя рассмотреть происходящее на улице. Заклинанием распахнув дубовые двери, Сириус шагнул вперёд и тут же замер, не смея более двинуться с места. Хрупкая фигура его дочери казалась просто тростинкой на фоне огромного крылатого жеребца, больше похожего на скелет, обтянутый обсидиановой кожей. Мелкие снежинки, порхающие в воздухе, оседали на завитках кудрей, а чёрный ворон продолжал кружить над головой Эффи и громко каркать, придавая сложившейся картине ещё больше мрачности. На Лондон начали опускаться сумерки. — Mon miracle, я так переживала, — руки сомкнулись вокруг костистой шеи, а аромат аниса окутал пеленой, — Асмодей, спасибо тебе большое! — счастливо прокричала Блэк, откидывая голову назад. Ворон спикировал вниз и приземлился на девичье плечо. — Какого дьявола? — не веря своим глазам выругалась мадам Андрэа, а Эван в удивлении обернулся на мать, впервые в жизни услышав сквернословие из её уст. — Пап, мадам Розье, я хотела предупредить, но не знала как… — в попытке объясниться неловко начала Эдильфрида, повернувшись к собравшимся, — Знакомьтесь, это мой фестрал, его зовут Тень. Существо встало на дыбы и заржало, своеобразно приветствуя новых знакомых. Однако же, единственный здоровый глаз создания изучал лица Сириуса и Андрэи настороженно, будто бы ища подвох. Глава рода Блэк, позабыв о том, что вокруг собралась толпа детей, в особенности Гарри, который знать не знал о пагубной привычке своего крёстного, потянулся в карман пиджака и достал пачку сигарет, дрожащими пальцами пытаясь подкурить одну из них магловской зажигалкой. Порыв ветра взметнул шоколадные кудри, а кожа покрылась мурашками. Широким крылом Тень укрыл свою спасительницу от внезапно разбушевавшейся стихии, а Эффи продолжала счастливо улыбаться. «Наконец все мои близкие рядом, в одном месте! Это будет лучшее Рождество в жизни». Бродяга выдохнул дым кольцами и сделал новую глубокую затяжку, пытаясь унять хаотично скачущие мысли. « — Святой Годрик, Доркас, что это такое? Никогда раньше не видел… — целое пастбище разного размера особей раскинулось перед глазами бежавшего наследника семьи Блэк». « — Это фестралы, дурачок, — просто отозвалась кудрявая шатенка, — Недавно нашла это место, когда была на задании Ордена с Питером. Такой он у вас молчун. Раньше и не знала, что на окраинах Лондона есть волшебные леса. Люблю приходить сюда подумать. Чудные создания, такие статные и красивые, но невидимые для большинства». « — Почему?» « — Потому что их могут узреть только те, кто видел смерть, мой звёздный мальчик».