Всё ещё мой

      Северус спал беспокойно. Потревоженный его метаниями, к которым теперь добавился неразборчивый шёпот, Гарри проснулся вот уже в третий раз за ночь; подполз ближе, уложил голову на его подушку и снова начал успокаивающе гладить по обнажённому плечу — и жёсткая, немного ребристая кожа под ладонью моментально выветрила из головы остатки сна. Гарри провёл рукой вниз, кончиками пальцев ощущая резкую смену текстуры. Коснулся груди, почувствовал обычную мягкость кожи и волос, поднялся к лицу и уже хотел попробовать разбудить Северуса, когда тот опять что-то забормотал. Только сейчас Гарри понял, почему до этого не мог ничего разобрать: свистящие слова, прорезающие темноту спальни, определённо звучали на парселтанге, разговаривать на котором Гарри разучился в тот момент, когда внутри него умерли остатки Волдеморта.              Проснулся Северус не сразу — тихое шипение сначала превратилось в болезненные стоны и только затем оборвалось. Он замер под рукой Гарри и тяжело выдохнул через рот.              — Что с тобой? — шёпотом спросил Гарри, снова прикасаясь к странной коже на плече, но Северус поймал и отстранил его ладонь.              — Это… — хриплым голосом начал он, но осёкся. Зажёг светильник у кровати и с трудом приподнялся.              С целой смесью противоречивых эмоций на лице он рассматривал участок тёмной, почти чёрной змеиной кожи, огибающей плечо и немного спускающейся к локтю. Северус выставил перед собой руки — на них, словно заплатками, она так же проступала в нескольких местах, отражая тусклый свет лампы.              Северус упал обратно на подушку и рвано вздохнул.              — Блядь.              

* * *

             — Ты же говорил, что оно никогда не проявится, — с непониманием пробормотал Гарри.              Они сидели в кровати плечом к плечу, откинув одеяло. Северус уже успел осмотреть своё тело — оказалось, что на животе и ногах было намного больше новой кожи. Будто вросшей в него, тёмно-зелёной, плотной и стопроцентно змеиной.              Северус на мгновение скрыл лицо в ладонях.              — Я был уверен в этом, — глухо сказал он. — Во всех случаях, о которых я знаю, наследие проявлялось в раннем детском возрасте. Какого чёрта оно решило прийти ко мне в сорок пять?!              Гарри подобрался к нему поближе, осторожно поцеловал в плечо, где кожа ещё не успела измениться.              — Может, до этого ты был слишком занят? — нервно улыбнулся он.              — И сейчас — самое время, — с сухой усмешкой сказал Северус. — Только начал жить жизнью нормального человека, пора превращаться в чудовище.              Гарри сжал его руку, не зная, что ответить. Он никогда не встречался с нагами, только смутно представлял себе их внешность и понятия не имел, где они обитают. Когда Северус рассказал об этом наследии в его роду, то упомянул, что обычно превратившиеся навсегда покидали общество и лишь единицы умели возвращать себе человеческий облик, как анимаги.              Северус говорил, что его всё это, к счастью, обошло стороной.              — Сколько это обычно… времени занимает? — с осторожностью подбирая слова, спросил Гарри. — Полное превращение?              — Несколько дней, — выдохнул Северус. — Ещё некоторое время — привыкание к… новому телу.              Пальцы Гарри выводили нервные узоры на его ладони. Он открыл и закрыл рот обратно — слишком много мыслей в голове, слишком мало слов, которые можно сказать.              Северус посмотрел на него — серьёзно, многозначительно, выжидающе, — а затем на мгновение опустил ресницы.              — Гарри. Тебе лучше уйти, пока не поздно.              Он вздрогнул, резко выныривая из пучины размышлений.              — Уйти?              — Ты не обязан видеть то, чем я стану, — отрешённо кивнул Северус.              Гарри помедлил, осознавая сказанное. Растерянно нахмурился, не понимая, ему предлагают уйти на время превращения или насовсем.              — Ты думаешь, я оставлю тебя в такой момент?              Отворачиваясь, Северус покачал головой. Тонкая полоса змеиной кожи начиналась под его ухом и скрывалась под волосами.              — В какой «момент», Гарри? Ты понимаешь, что это навсегда? Это не временное превращение, не проклятие, которое можно снять. Не шутка и не ложная тревога. Через несколько дней я изменюсь — полностью.              — И ты предлагаешь бросить тебя разбираться с этим в одиночку? — удивился Гарри. Он мягко коснулся его щеки, снова путаясь в словах. — Северус. Я… не знаю, что мы будем с этим делать. И как мы с этим справимся. Но мы вместе поймём в процессе, хорошо?              Северус слабо усмехнулся, накрывая его ладонь своей.              — Обычно новый этап в отношениях выглядит немного не так.              Гарри чуть улыбнулся в ответ.              — А когда у нас что-нибудь было обычно?              Северус ничего не сказал. Его пальцы сжались, с губ слетел тяжёлый вздох.              — Я не хочу, чтобы ты видел меня таким, — наконец тихо произнёс он.              — Почему? — Гарри опустил подбородок на его плечо, щекой потёрся о змеиную кожу. Тёплая, гладкая — приятная.              — Однажды увидев чудовище, ты уже не сможешь видеть человека.              Он говорил это так буднично, будто зачитывал общеизвестный факт; будто всё, что случится, уже заранее предопределено и давно ему известно. Будто уверен был, что Гарри поступит именно так.              — Это неправда, — сказал Гарри как можно спокойнее. — Ты останешься собой, это самое главное. Со старым телом или с новым — ты не перестанешь быть человеком, которого я…              Он осёкся, замирая, даже не дыша — а Северус напрягся всем телом и тяжело сглотнул.              Гарри оставил на плече лёгкий поцелуй.              — Ты не перестанешь быть человеком, которого я люблю, Северус.              Сердце перевернулось, вывернулось наизнанку и вдруг решило, что всю жизнь хотело только вот этого — наконец вслух сказать то, что без слов жило внутри уже так долго.              Северус глубоко вздохнул.              — Не говори так, — почти шёпотом сказал он. — Не сейчас. Ты не знаешь, на что идёшь.              — Не знаю, — согласился Гарри. — Но и ты не знаешь, что будет дальше. Так что позволь мне пока… просто быть рядом.              Северус усмехнулся как-то бессильно. Поджал губы, всё ещё не глядя на него, снова покачал головой — и Гарри обнял его. Одной рукой обвил за талию, вторую запустил в волосы и прижал к себе, стремясь если не через слова, то через тело передать это чувство. Не уверенность и не твёрдость, нет, но обещание — пытаться изо всех сил.              

* * *

             Северус попросил пространства — хотел наедине пережить трансформацию, привыкнуть к новому телу без посторонних глаз. Гарри поначалу наотрез отказался, настаивал, что не уйдёт и не оставит его одного в такой момент, но Северус тысячу раз повторил, что ему действительно это нужно, что это не жертвенность, не благородство и не попытка отгородить Гарри от неизбежного — и тогда он скрепя сердце всё-таки согласился. Не приходил к нему целую неделю, взял отпуск на работе, чтобы примчаться по первому зову, да и потому что всё равно ни на чём сосредоточиться бы не смог. Изводился, сходил с ума от беспокойства, хоть немного успокаиваясь только в те моменты, когда они разговаривали через камин.              Иногда это происходило коротко, сухо, точно сводка новостей по радио — Северус рассказывал о процессе превращения, просто перечисляя то, что случилось с ним за день или за ночь, а иногда глубокие, неторопливые разговоры растягивались на несколько часов, и вот тогда Северус описывал всё.              Как новое тело завершило метаморфозы на третий день, из человеческого становясь змеиным. Как странно было управлять им, ещё не чувствуя собственных внезапно увеличившихся габаритов. Как всему, с чем он привык справляться всю жизнь, приходится учиться заново.              Гарри тогда чуть не сорвался к нему в ту же секунду — просто побыть рядом и поддержать Северуса на этом пути, но тот сказал, что ещё не готов. Что хочет встретить его в стабильном состоянии ума и тела, самостоятельно справиться с первыми преградами.              И Гарри ждал.              Он изучил всю литературу о нагах, которую только смог откопать — и про общества их, и про магические способности, про биологию и психологию, историю и культуру, контакт с волшебниками и известные проблемы. Насмотрелся иллюстраций в таком количестве, что ночью во снах у него все знакомые вместо ног тоже имели трёхметровые змеиные хвосты. И думал, думал, думал и представлял, каково это будет в реальности.              Какой теперь он — его Северус.              

* * *

             Этим вечером Гарри опять валялся на ковре у камина. Голос Северуса доносился оттуда — привычный, спокойный, разве что иногда делающий слишком длинные паузы между словами, будто Северус думал о чём-то ещё. Он рассказал о том, как практиковал сегодня заклинания и заметил, что магия его стала намного более резкой, а рецепторы — более чувствительными к её всполохам.              Затем снова повисла пауза.              Гарри услышал, как Северус тихо прочистил горло.              — Северус?              Вздох.              — Ты можешь прийти, если хочешь.              Гарри замер, будто стараясь не спугнуть — даром что Северус всё равно не видел его. Сердце гулко ударилось о грудную клетку.              — Могу сейчас? — осторожно уточнил он.              — Да.              Голос такой же ровный, как и всегда, но Гарри достаточно уже знал Северуса, чтобы заметить напряжение в нём. Он сел, опираясь на внезапно переставшие слушаться руки. Сколько раз он прокручивал этот момент в голове, продумывал варианты своего поведения? Сейчас он не вспомнил бы ни одного.              — Хорошо, да, я… Сейчас. Иду.              Нервно обежав дом в поисках непонятно чего и зачем-то пригладив перед зеркалом волосы, Гарри снова очутился у камина. Рассыпал половину летучего пороха, а затем всё-таки бросил его в огонь, называя адрес дома Северуса. С колотящимся в ушах сердцем вывалился в его гостиной, схватился за каменную кладку, чтобы удержаться, и поднял взгляд.              Северус был здесь. Он сидел посреди комнаты — неподвижно, молча, выжидающе, не прячась в тени, не скрывая своего нового тела. Гарри увидел его всего сразу, целиком, без прикрас и недомолвок. Огромный тёмно-зелёный хвост, начинающийся внизу живота и заменивший ноги, змеился по полу позади Северуса. Чешуйчатая кожа слегка отражала приглушённый свет магической лампы.              Северус был без одежды. Его обнажённая грудь, в некоторых местах украшенная участками змеиной кожи, медленно вздымалась и опадала, пальцы сцепились в крепкий замок, губы поджались, бесстрастные чёрные глаза неотрывно смотрели на него.              Гарри замер. Сглотнул, заставляя себя дышать ровнее, но всё-таки не совсем справился. Конечно, он представлял, готовился, читал и смотрел, но… Это не книга с иллюстрациями. Это реальность. Это — Северус.              Гарри облизнул губы и сделал шаг вперёд. Всего лишь пара метров разделяла их — и могла с лёгкостью стать непреодолимой пропастью.              — Привет, — попытался улыбнуться он. Голос дрогнул, а на лице Северуса не проскользнуло ни единой эмоции. Он только кивнул, ожидая реакции. Гарри попробовал найти внутри себя страх или отвращение, но вдруг понял, что, как и несколько минут назад, больше всех остальных чувств испытывает нежность — острую, резкую необходимость сказать Северусу, что всё в порядке.              — Можно… подойти? — неловко спросил он.              — Если хочешь, — после паузы сказал Северус, и хриплый голос испортил его игру в невозмутимость.              Гарри приближался к нему, с каждым шагом чувствуя всё больше уверенности в ногах. Остановился почти вплотную, снова осмотрел его — верхняя половина тела практически не изменилась, разве что добавилось немного тёмно-зелёных лоскутов, словно вторая кожа прорывалась сквозь первую. Гарри осторожно коснулся груди Северуса, положил на неё ладонь и заглянул ему в глаза, а затем улыбнулся.              — Рад тебя видеть.              Он потянулся вперёд, приближая к нему лицо, скользнул рукой на талию и сжал на ней пальцы. Северус напрягся, но не пошевелился. Позволил поцеловать себя в щёку и в уголок рта, расцепил руки, словно немного открываясь — а затем тихо выдохнул, когда Гарри обнял его. Одну руку положил на поясницу, а второй прикоснулся к шее, где под линией роста волос тоже начиналась змеиная кожа; прижал к себе, чувствуя напряжение в теле Северуса, а через несколько секунд — то, как он совсем немного расслабился. Погладил обнажённую спину, провёл носом под ухом и снова улыбнулся, вдыхая знакомый запах.              — Всё ещё ты, — прошептал Гарри. Медленно вздохнул, когда Северус обнял его в ответ — некрепко и осторожно.              Они недолго простояли так, прежде чем расцепиться и снова посмотреть друг на друга. Взгляд Северуса уже не был таким холодным, но в нём ещё прослеживалась эта застывшая настороженность.              Уголки его губ дрогнули кверху.              — Я не знал, как ты отреагируешь, — тихо сказал он.              Гарри чуть наклонил голову.              — Я тоже не знал, чего ожидать, — не стал отрицать он. — Но… — Он поднял руку к лицу Северуса, большим пальцем очертил высокую скулу. — Ты всё тот же.              — Всего лишь с небольшими изменениями? — усмехнулся Северус.              Мягким гладящим движением ладонь опустилась к сердцу и замерла около него.              — Главное, что здесь — всё тот же.              Тот же Северус. Его Северус.              Гарри выдохнул в облегчении. Скользнул рукой по его боку, вниз, где тело переходило в хвост. Кончиками пальцев прикоснулся к неровной границе змеиной кожи — словно морская пена на берегу, облизывающая белый песок.              — Классный хвост, — улыбнулся Гарри, и Северус хмыкнул в ответ:              — Спасибо, старался.              — Покажешь мне, что он умеет?              Северус выгнул тонкую бровь, снова становясь самим собой.              — Конечно. Дай мне секундочку, я разгонюсь и сделаю пару акробатических трюков, — абсолютно ровным голосом сказал он.              В течение пары секунд Гарри тупо смотрел на него, а затем рассмеялся. Сделал шажок назад, давая Северусу пространство, и повёл рукой.              — Ну давай.              Северус закатил глаза, затем приосанился и смерил Гарри каким-то тяжёлым, глубоким взглядом. А после этого начал двигаться.              Северус медленно обогнул его по широкой дуге. Верхняя половина его тела оставалась практически неподвижной, тогда как всё остальное единой волной плавно перетекало по полу. Чуть шурша о ворс ковра, массивный змеиный хвост прополз мимо, слегка извиваясь и изгибаясь.              Северус держался… величественно. Грациозно. Как боец на арене, делающий круг почёта вокруг своей жертвы перед тем, как нанести последний удар. Неосознанно задерживая дыхание, Гарри проследил за ним заворожённым взглядом. Всё это выглядело так чудовищно непривычно, странно, но при этом вызывало такое восхищение, что горло пересыхало. Он хотел было что-то сказать, но подавился словами, когда змеиный хвост вдруг обернулся вокруг его талии. Похожее на объятие тепло обволокло тело, мощные мышцы сжали его — не больно, но твёрдо, показывая силу. Северус притянул его на расстояние вытянутой руки, взглянул с немым вопросом. Ожиданием протеста.              — Вау, — выдохнул Гарри, осторожно опуская ладони на обвивающий его хвост. — Ты им теперь убивать можешь.              Чуть усиливая хватку, Северус хмыкнул:              — Очаровательная первая мысль.              Гарри покачнулся в этих объятиях, проверяя, насколько устойчиво хвост удерживает его. Северус даже не шелохнулся.              — Сильный, — с улыбкой сказал он, ведя рукой по толстой коже. — А ты можешь…              Он не придумал, как сформулировать фразу — просто повёл плечами вверх, надеясь, что Северус поймёт и так. Тот чуть наклонил голову, а затем давление на талию ощутимо усилилось. Гарри ахнул, когда его легко, словно совсем без усилий, приподняло над землёй и через секунду опустило обратно. Сердце пропустило удар, но вместо тревоги в животе вспыхнул восторг.              — Охренеть, — пробормотал он, обеими руками опираясь на хвост. — Очень страшно. Сделай ещё раз.              — Поттер, я тебе не качели, — вздохнул Северус, но это действие всё-таки повторил. Задержал Гарри в воздухе чуть подольше, сжал посильнее — видимо, чтобы показать, что сила действительно нешуточная. — Доволен?              Пережатый, шокированный и немного офигевший от перспектив Гарри кивнул, ощущая что-то странно-приятное в том, чтобы быть вот таким обвитым и обездвиженным, словно в живом коконе.              — Мне нравится. Как будто ты меня обнимаешь, но при этом ещё и можешь задушить, если захочешь.              Северус поднял брови.              — У тебя странное представление о том, какими должны быть объятия.              — Нет, ну… — Гарри задумчиво провёл руками по обвивающему его хвосту, чуть надавливая, следя за тем, как ребристая кожа проминается под касанием. — Я знаю, что ты этого не сделаешь. Но защитишь, если на нас кто-нибудь сейчас нападёт.              Северус не ответил, но, кажется, согласился. Он следил за тем, как со всё увеличивающимся интересом Гарри прикасался к хвосту.              — А ты это… чувствуешь всё? — спросил Гарри. Северус тихо хмыкнул.              — Конечно чувствую, Поттер. Это моё тело.              С нажимом Гарри провёл ладонью вдоль хвоста, ощущая плотность змеиных мышц.              — А как чувствуешь? По-другому, не как раньше?              — Совсем не как раньше, — покачал головой Северус. — Я бы не сказал, что лучше или хуже, сильнее или слабее. Просто… иначе.              Гарри снова сжал пальцы, массирующими движениями продвинулся вперёд. Поднял глаза и встретился ими с внимательным взглядом Северуса.              — Но тебе всё ещё нравится, как я тебя трогаю?              Северус замешкался на мгновение, будто не был уверен сам.              — Это приятно, — сказал он, и в голосе его звучала осторожность.              — Тогда я буду продолжать, — улыбнулся Гарри. — Не так чуждо всё то, что можно погладить.              Он с минимальным усилием подался вперёд, и хвост тут же отпустил его. Гарри приблизился к Северусу вплотную, кладя ладони на его бока.              — Ты мне нравишься, — просто сказал он, но Северус не выглядел убеждённым.              — Уверен, что это не кризисная адаптация ради сохранения рассудка?              — Да хоть религиозным трепетом перед мифическим существом это назови, — фыркнул Гарри. — Всё равно нравишься.              — Это я-то мифическое существо? — поднял бровь Северус.              — Конечно. Твое существование всегда было под вопросом, и только я, храбрый исследователь древних руин, наконец-то нашел подтверждение.              Северус усмехнулся, и взгляд его потеплел.              — Почему-то мне кажется, что в твоём задании не было ничего про… — он опустил глаза к рукам Гарри, гладящим переход человеческой кожи в змеиную, — близкий контакт с изучаемым образцом.              — Ну, это я делаю из личного энтузиазма.              Гарри тихо засмеялся, а затем потянулся к губам Северуса. Поцеловал его медленно, вдумчиво, изучающе, пытаясь убедить, что всё нормально и что он никуда не денется. И Северус отвечал — мягкими движениями языка, ладонями на спине, едва заметной улыбкой, тронувшей его губы, когда они оторвались друг от друга.              — Энтузиаст, — пробормотал Северус, покачав головой.              — Именно, — подтвердил Гарри, сжимая его бока чуть крепче. — Ты просто не представляешь, сколько у меня к тебе вопросов.              — Я уже заранее в ужасе. Давай на сегодня установим лимит в сто.              — Тысяч? — с весёлой надеждой спросил Гарри.              — Нет.              — Справедливо. Как ты себя чувствуешь?              Северус вздохнул.              — Не мог начать с чего-нибудь попроще? — проворчал он, не ожидая ответа. Задумался на мгновение, словно сверяясь с внутренними записями. — Пока ещё… довольно подавленно.              Гарри понимающе кивнул.              — Ещё не привык.              — Конечно. Не знаю, сколько времени должно уйти, чтобы привыкнуть… — он неопределённо махнул рукой, — к этому. Точно не неделя.              — Ну, я вижу, ты немного адаптировался уже, — улыбнулся Гарри. — Двигаешься уверенно.              — Сутками практиковался.              — Сложно было?              — Это абсолютно другие мышцы. Мозг не понимает, что от него требуется. Хочет просто… — Северус помрачнел. — Сделать шаг. Как нормальный человек. Но осознаёт, что такого варианта уже просто нет.              Гарри задумчиво кивнул, ведя пальцами по изгибу змеиной кожи.              — Я даже не представляю, каково это, — сказал он, и Северус вздохнул в ответ. — Но ты справляешься. Даже умудряешься двигаться чертовски грациозно.              Северус дёрнул плечом, ни соглашаясь, ни отрицая.              — Легче от этого не становится.              — А от чего становится? — поднял глаза Гарри.              — От того, что ты здесь, — тихо признался Северус.              В груди потеплело. Кончиками пальцев Гарри провёл по его щеке, остановился на шее и улыбнулся.              — Тогда я буду рядом.              Северус посмотрел на него странно. Собрался что-то сказать, но потом передумал и с усталым принятием покачал головой.              — Ты слишком легко всё это принимаешь. Почему?              — Потому что не собираюсь своими страхами подогревать твои, — честно сказал Гарри. — Это ни мне, ни тебе ничего хорошего не сделает. Обещаю побыть в шоке позже, когда тебе станет легче, — хихикнул он. — Но пока фокус на тебе. Всё-таки не я тут стал огромной восхитительной змеюкой.              Северус усмехнулся почти по-настоящему, вздохнул с какой-то тёплой обречённостью.              — И ты ведь действительно так думаешь.              Гарри немного смущённо пожал плечами, будто говоря, что в этом не виноват.              — Мне, если честно, хочется на тебя залезть целиком и чтобы ты меня обмотал, как одеяло.              — Чего? — прищурился Северус, а затем отмахнулся: — Даже не объясняй, я всё равно не пойму.              — Но сделаешь? — глянул на него Гарри.              — Попробую.

* * *

             На кровати, увеличенной до размеров практически всей спальни, Гарри лежал под боком у Северуса, положив голову ему на плечо и обхватив рукой и ногой, как коала свою любимую ветку. Северус обнимал его, а хвост, плавно изогнувшись, прижимался к нему со спины, увеличивая приятное давление. После нескольких «сильнее» и «крепче» Гарри наконец удовлетворился и просто распластался по Северусу, наслаждаясь этим чувством полной защищённости со всех сторон, уже успел заснуть пару раз, но быстро возвращался к реальности — потому что придумывал ещё какой-нибудь вопрос.              Северус уже показал, какие перестановки сделал в доме, где расширил пространство и как справляется с бытовыми делами. Продемонстрировал проснувшуюся в нём новую магию, пожаловался на то, как сложно было поначалу её контролировать и как остро теперь ощущаются магические колебания. Поговорил на парселтанге, но Гарри вообще ничего не понял.              И вот сейчас, уставшие от количества сказанных слов, они лежали в этой кровати, уже готовые завершить такой насыщенный событиями день, но Гарри почему-то всё никак этого не хотел. Он покрепче прижался к Северусу, радуясь его расслабленности и спокойствию — потому что слишком много горечи уже увидел сегодня в его глазах, слишком много напряжения почувствовал в теле.              Гарри сжал пальцы на его плече и с улыбкой пробормотал:              — А ты теперь всегда без одежды будешь ходить?              — М-м? — не открывая глаз откликнулся Северус. — Наверное. Ты не представляешь, как нелепо выглядит сочетание хвоста и рубашки.              Гарри захихикал, горячим дыханием щекоча его ключицу.              — Класс. Будешь голым постоянно. Таким… — Он мечтательно вздохнул. — Доступным.              — Что, прости? — удивлённо посмотрел на него Северус. — Доступным для чего?              Гарри усмехнулся и поднял брови.              — Для утех.              — Мерлин. Тебя утехи интересуют? Вот с этим? — Он напряг хвост у Гарри на спине. — Ты сошёл с ума, Поттер.              Внутри потеплело, появились веселье и какой-то внезапный азарт. Гарри чуть сместился, чтобы губы его оказались у Северуса под ухом. Легонько поцеловал шею, а затем с усмешкой прошептал:              — Не прикидывайся, Северус. Я за эту неделю три книжки про наг прочитал. Я теперь всё про тебя знаю.              — И что же ты знаешь? — низко, тягуче спросил Северус.              Гарри хмыкнул прямо ему в ухо.              — Например, что у тебя теперь два члена.              На мгновение Северус замер, напрягся, но затем вздохнул и выдал ровным голосом:              — Не стоит верить всему, что пишут в книгах, Поттер.              С мечтательной улыбкой Гарри сполз пониже, скользнул ладонью к хвосту, сжал его сбоку, а затем прикоснулся спереди, там, где, судя по прочитанному, можно было найти… кое-что интересное.              — Ну не знаю, — задумчиво протянул он, надавливая на толстую кожу. — Пока всё остальное подтверждалось.              Северус не вздрогнул, но рука, обнимающая Гарри за плечи, напряглась. Он не возразил, ничего не сказал, лишь его дыхание стало чуть резче.              Гарри погладил чешуйчатую кожу, замечая, как в одном месте она становилась чуть нежнее. Оставил лёгкий поцелуй у Северуса на груди и поднял взгляд.              Тот смотрел тяжело, с борьбой, вопросами, сомнениями в глазах — секунда, вторая, а затем ресницы его опустились, и Северус едва покачал головой.              — Не сейчас.              И Гарри, кивнув, убрал руку. Вернулся в прежнее положение, снова обнял его. Северус облегчённо вздохнул, сбрасывая напряжение.              — Но их всё-таки два? — тёплым, игривым голосом, спросил Гарри.              Северус фыркнул.              — Увидишь.              Гарри в который раз поцеловал плечо.              — Скажи, когда будешь готов.              Покрепче прижав его к себе, Северус не ответил.              — Спи уже, сумасшедший.