Неудачные съёмки

      — Лу Гуан, ты слишком напряжён, — Ся Фэй улыбнулся. — Расслабься, всё в порядке.       Он подошёл к Лу Гуану и расправил его плечи. Тот от прикосновения напрягся, но отстраняться не стал. Чэн Сяоши лежал на траве лицом вниз и пытался слиться с ней воедино.       — А ты, Сяоши, слишком расслаблен, — Ся Фэй ткнул в него пальцем, пытаясь оживить. — Ты весь в траве. Опять. У нас ограниченное количество одежды, ты же знаешь?       — Я медитирую, — пробубнил Чэн Сяоши, не поднимая головы.       Ся Фэй очаровательно засмеялся, давно привыкший к проблемам в съёмках. Лу Гуан, не церемонясь, схватил Сяоши за одежду и рывком поднял. Тот, разочарованный разорванной связью с матушкой землёй, опёрся о Лу Гуана.       — Давайте ещё попытку! — хлопнул в ладоши Феликс и подозвал оператора и помощников, которые тут же принялись настраивать освещение. — Сможешь поднять его ещё раз, Лу Гуан?       — Без проблем.       Чэн Сяоши протяжно выдохнул, словно прямо сейчас умрёт на месте, и несильно толкнул Лу Гуана в плечо.       — Мог приличия ради отказать, мы бы хоть отдохнули, — не переставал он ныть.       Лу Гуан тихо вздохнул, поправил очки и принялся стряхивать с Чэн Сяоши остатки травы и прилипших листьев. Он провёл по волосам пальцами, зарылся в них до самых корней. Затылок Чэн Сяоши стянуло приятными мурашками, и он потянулся к этому прикосновению — но Лу Гуан убрал руку быстрее.       — Прилично выгляжу? — спросил Чэн Сяоши, поправив складки на одежде. На этот раз повезло — на ней не осталось следов, а даже если остались, то были недостаточно заметными, чтобы ещё раз переодеваться.       Лу Гуан в ответ лишь кивнул. Чэн Сяоши мягко улыбнулся.       — Ты тоже хорошо выглядишь, Лу Гуан, — сказал он. И попал в самое яблочко — потому что напряжённые плечи Лу Гуана после этих слов наконец опустились, и он выдохнул.       Чэн Сяоши поражала его способность так умело скрывать эмоции. Он никогда не мог понять, о чём тот думает, что чувствует — поначалу угадать мысли Лу Гуана было совершено невозможно, но потом Сяоши узнал его получше, раскрыл глаза шире, стал внимательнее и потихоньку научился понимать его. Не всегда правильно, не всегда вовремя — но для него это было безумно важным шагом.       Лу Гуан научил его читать между строк, научил обращать внимание на детали, на мелкий шрифт, — на сложенные в замок напряжённые пальцы, когда тот переживал; на поджатые губы, когда злился; на слабые следы ямочек на щеках, когда пытался улыбнуться.       Улыбки Лу Гуана можно было коллекционировать, как ценные монеты — если бы Сяоши мог, он бы запечатлел каждую и хранил в отдельном альбоме. И даже если бы снимков было ужасно мало — потому что Лу Гуан не привык открыто выражать любые эмоции, даже радость — каждый из них был бы безумно ценен для Чэн Сяоши.       — Парни, готовьтесь! — вырвал его из мыслей голос Ся Фэя, который активно махал им со своего места. — Начали!       Камера направилась прямо на них. Лу Гуан на автомате протянул руки и, подхватив Чэн Сяоши, поднял его.       Сяоши взглянул на него сверху вниз и только хотел приступить к следующему этапу, как внезапно почувствовал, что Лу Гуан начинает терять равновесие.       О нет.       Всё случилось за доли секунды.       Вот Чэн Сяоши был на несколько сантиметров ближе к небу — вспышка — и он уже лежит на Лу Гуане, который всё ещё крепко сжимал его в своих руках.       Чэн Сяоши проморгался и взглянул на лицо Лу Гуана, которое находилось неприлично близко к его собственному. Его очки съехали набок, расстрепавшиеся волосы поймали несколько упавших листьев, а затуманенный взгляд блуждал по Сяоши, словно пытаясь найти на нём раны. Длинные пальцы впились в талию, буквально пригвоздив к месту.       В груди потеплело. Даже запекло — и улыбка сама вырвалась наружу.       Лу Гуан наконец посмотрел на него.       — Прос… — только начал он, но не успел договорить: Чэн Сяоши поцеловал его, поддавшись родившимся в животе бабочкам и свербящему под рёбрами желанию.       Это было обычное сухое соприкосновение губ. Ничего более. Оно продлилось всего секунды три — но по сосудам Чэн Сяоши успела разлиться настоящая нежность, концентрированное счастье. Он почувствовал мурашки в том месте, где Лу Гуан касался его, и улыбнулся шире, когда тот едва шевельнул губами в последнюю секунду.       Он отстранился и поправил очки Лу Гуана.       — Ещё раз? — обросла улыбка ехидством.       Взгляд Лу Гуана захотелось сфотографировать.       — Ещё раз, — уверенно выдохнул он, видимо, даже не пытаясь разобраться, что именно Чэн Сяоши имел в виду — съёмку или сам поцелуй.       Ся Фэй тем временем отчаянно подбирал свою челюсть. Он очнулся только когда оператор неловко почесал ухо и тихо спросил:       — Мы это сохраняем?..       Ся Фэй несколько раз моргнул и быстро захлопнул рот, в который даже успел залететь листик. Он избавился от него и возмущённо зыркнул на смущённого парня.       — Конечно, нет! Ты, что, до сих пор не остановил запись?! — зашипел он и отобрал у него камеру.       Ся Фэй нашёл видео, но когда нужно было нажать на кнопку удаления, завис.       Спустя минуту, за которую мозг Ся Фэя совершил слишком сложные мыслительные процессы, он вздохнул и переслал видео на телефон Сяоши. Лишь потом удалил.       Тому ведь наверняка захотелось бы сохранить этот момент — он выглядел слишком искренним, чтобы просто так от него избавляться.       Ся Фэй отдал камеру обратно и сложил руки на груди.       — Я этого не видел, — поспешно сказал оператор.       — Естественно, — легко произнёс он и улыбнулся, увидев, как Лу Гуан едва заметно усмехается, когда Сяоши треплет его по волосам. — Не думаю, что кому-то захочется увидеть нечто по… — он запнулся, когда услышал характерный звук, и резко повернулся, чтобы отвесить парнишке подзатыльник и снова отобрать камеру. — Да хватит снимать говорю! Что за дети пошли…       А на съёмочной площадке тем временем родился очередной поцелуй, который Ся Фэй уже не увидел.