Тень прошлого

***

Алиша

      Неделя тянулась, словно патока, густая и бесконечная. Но, слава богам, настал понедельник. Бар закрыт, и я могла позволить себе роскошь остаться дома, окунуться в покой и негу. Теплая кровать, сериал, чашка обжигающего шоколада и мамино тепло рядом. Что может быть лучше? Мы долго шептались, словно заговорщицы, она делилась новостями — оказывается, за ней ухаживает молодой хирург, лет тридцати шести, амбициозный и, как оказалось, чертовски привлекательный. Маркус. Увидев его фото, я и сама бы не отказалась от такого кавалера. Мама буквально расцветала, а я радовалась за нее. Радовалась, что хоть ненадолго мы можем быть обычными людьми, сидеть вот так, болтать о всякой ерунде, сплетничать и обсуждать. Мама — мой самый верный друг, моя единственная опора. Я люблю ее, уважаю и ценю всем сердцем. Как бы я хотела, чтобы у нас была нормальная жизнь, но, увы, нам это не суждено. Случайные знакомые и даже друзья не в силах нам помочь. Мы бежим, как газели от голодного волка. Сейчас мы затаились, спрятались в тени, но надолго ли? Рано или поздно хищник учует наш запах, и он снова придет. Я молюсь, чтобы этот волк не нашел нас как можно дольше. Ведь впервые за три с половиной года я вижу мамину улыбку, и ей здесь по-настоящему хорошо.       Вторник тянулся не менее мучительно, но ночная смена выдалась неожиданно легкой. Мне даже удалось улизнуть в подсобку и немного вздремнуть, чтобы рано утром, хоть и разбитой, пойти в университет и сдать все накопившиеся долги. Сэм, можно сказать, отработал всю смену за меня, хотя я просила его разбудить, чтобы помочь. Этот ангел-хранитель оставил меня спать почти до самого конца. Когда я, сонная, вывалилась из подсобки, Сэм сидел в телефоне. Видимо, он уже все закончил. Лишь подмигнул мне одним глазом в знак поддержки. Спасибо ему. Найдя заветную пачку кофе, я быстро заварила крепкий напиток, чтобы хоть немного взбодриться, поправила свою толстовку и принялась заплетать растрепавшиеся волосы.       — Виски Ballantines со льдом, — снова этот голос, пробирающий до мурашек. Я вздрагиваю и поднимаю усталый взгляд на заказчика. Мысленно даю себе пощечину и выполняю заказ, снова протягивая ему стакан. Это уже входит в привычку? Смотрю на часы: как и вчера, ровно 4:50. Ладно, виски он пьет от силы минут пятнадцать и уходит. Просто выдержать чертовы пятнадцать минут его взгляда. Это трудно, но я должна справиться. И почему он сюда захаживает? Бросаю на него взгляд. Сегодня на нем белая рубашка, и она идеально подчеркивает цвет его глаз — они кажутся еще более холодными и светлыми. Словно айсберг посреди бушующего моря. Меня пробирает дрожь, хотя на мне толстовка, да и в баре довольно жарко. Он усмехается уголком губ, словно лис, поджидающий свою добычу. Как бы странно это ни звучало, его улыбка пугает. Он слегка хрустит шеей, и я замечаю его татуировку — лишь часть ее выглядывает из-под воротника: голова змеи с раздвоенным языком и зловещим желтым глазом.       — Кажется, ты слишком увлеклась моим разглядыванием, — я хмыкаю и отвожу взгляд, заливаясь краской. Мысленно награждаю себя еще одной пощечиной за такую наглость. Что на меня нашло?       — Тогда мы в расчете — кидаю я и допиваю свое кофе.       — Вот как, — хмыкает парень и кладет на стол деньги. Как всегда, сумма больше, чем нужно. Он снова уходит, словно тень. Появляется внезапно, даже когда я его не замечаю. Как он это делает? У него такая широкая спина, сильные руки, и даже через рубашку просматриваются очертания бицепсов. Может, он боксер или тренер? Хотя, скорее всего, какая-нибудь шишка или папенькин сынок, любящий сорить деньгами направо и налево. А я таких людей слишком хорошо знаю.       Следующие дни пролетели незаметно, в тихой гавани спокойствия, почти. Парень продолжал появляться в «Лагуне» минута в минуту, словно привязанный невидимой нитью к этому месту и времени. Чертова пунктуальность, от которой мурашки бежали по коже. Его голубые глаза, словно осколки льда, скользили по моему телу, не просто касаясь, а обжигая, проникая под кожу, оставляя ощущение липкого страха. Я изо всех сил старалась не выдать себя, не показать, как он меня пугает — этот незваный гость, пожирающий меня взглядом.       Я не уступала в этой странной игре. Однажды я ответила на его наглость своим взглядом, изучающим, дерзким, словно стремясь раздеть его донага. Пусть почувствует и он этот дискомфорт! Я ловила его холодный взгляд, и мы сталкивались, словно два хищника в тесной клетке. Минута тишины, наполненная напряжением, и я отступала. Я всегда отступала, сломленная его невыносимым присутствием.       Он был красив до безумия, до боли в сердце. Правильные черты лица, словно выточенные рукой скульптора, делали его похожим на ожившую статую. Сколько ему лет? Тридцать? Меньше? Невозможно было угадать. Идеальный прямой нос, белые зубы, которые иногда обнажала кривая, хищная усмешка, делали его похожим на лиса, затаившегося в ожидании. Странный, пугающий, притягательный — этот парень был воплощением какой-то темной, неведомой силы. Чертовски странный.       Я и оглянуться не успела, как наступила пятница. Все дела и долги по учебе я закрыла, даже сделала немного больше, чем требовалось. Поэтому и упросила декана отпустить меня на неделю к родственникам в другой город. Нужно отдохнуть, дать себе передышку, а то, чувствую, с таким графиком я быстрее мамы отправлюсь в мир иной. В пятницу мы с Сарой отправились на прогулку. Ходили по магазинам почти целый день, мои ноги гудели от усталости, и мне хотелось поскорее вернуться домой. Сара, как обычно, не упускала возможности посплетничать и рассказать все последние новости. Мы хохотали, как безумные, в каком-то кафе, на нас даже странно косились люди, но нам было все равно. Сара — удивительно душевный и приятный человек. Она притягивает к себе одним взглядом, добрая и умеет слушать, несмотря на свою любовь к болтовне. Она по-настоящему невероятная. Вечером мы разошлись по домам. Сара всю дорогу твердила о том, что сегодня вечером мы обязательно найдем мне парня на ночь, чтобы я могла немного развеяться, ну или хотя бы попробовать что-то новое. Хотя, зная мой горький опыт, я уверена, что мне это не нужно. Я не хочу никаких отношений, но вот сбросить напряжение было бы неплохо. Только вот никто мне не нравится. Все они одного типа: бабники, богачи или какие-нибудь задроты. Еще один тип — обычные, ничем не примечательные. А что я хочу? Да черт его знает, сложно объяснить словами. Я и сама не задумывалась о том, кто именно или какой типаж мне нравится. Я тяжело вздыхаю, заходя в дом. Мама на ночной смене, поэтому заняться особо нечем. Открыв ноутбук, я зашла на почту. Там — гора непрочитанных писем. Я удаляю страницу и создаю новую. Тут же удаляю информацию со всех соцсетей. На пару недель нужно завязать с появлением в сети. Я тяжело выдыхаю и надеюсь, что этот волчара не достанет нас и здесь. Переодеваюсь и ложусь спать, предварительно заперев все двери, как, в принципе, и всегда. Параллельно молюсь, чтобы сегодня не снились кошмары.       Суббота. Сара с самого утра названивает и напоминает о вечеринке. Видимо, она действительно намерена кого-нибудь мне найти. Мама, как всегда, пришла утром и уснула после ночной смены. Взглянув на часы, я поняла, что до вечеринки еще уйма времени, и решила немного приготовить еды. Вспоминаю, как мама учила меня готовить в мои четырнадцать лет. Я стояла рядом с плитой и старательно записывала в тетрадь, чего и сколько нужно: соли, сахара, муки и тому подобное. В то время мы жили мирно и счастливо. Приготовив маме еду, я оставила горячее на столе и накрыла фольгой. Не хотелось ее будить, поэтому я оставила записку, а сама пошла собираться. Я надела голубое платье с глубоким вырезом, завила волосы, подкрасила только ресницы и губы — немного блеском. В шесть часов начинается веселье. Сара попросила приехать пораньше, поэтому я вызвала такси и поехала по адресу.       Я, конечно, знала, что Сара у нас богатая, но не настолько. Я ахаю, когда перед воротами вижу охрану, а за ними — огромное поле для парковки, посередине которого возвышается фонтан, украшающий территорию. Много зелени, ухоженные газоны, кустарники, цветы — все создает неповторимую атмосферу. Дом выполнен в современном стиле, двухэтажный и просторный. Сара провела меня в холл. Он был и правда огромным, панорамные окна в пол выходили на задний двор с внушительным бассейном и площадкой, где стояла аппаратура и гремела музыка. Она даже притащила бармена, который уже приготовил нам по коктейлю.       — Вот это домище, — ахаю я. Когда-то и я была богатенькой девочкой и прожигала жизнь напролет, но все изменилось.       — Знаю, спасибо, — мы прошли на второй этаж, где было множество гостевых комнат. Сара предупредила, что я могу остаться в любой из них, если вдруг станет плохо. В каждой комнате есть своя ванная и туалет. На первом этаже, рядом с холлом, располагался зал с диваном и огромной плазмой. Кухня находилась с левой стороны от зала и тоже была достаточно большой, с видом на внутренний двор с бассейном. Я помогла Саре со сборами.       — Тебе идет это платье, — она поправляет бретельку на моем плече.       — Спасибо, а тебе — красное, — подмигиваю я, — прямо львица. — Мы немного смеемся и спускаемся вниз, ведь гости начинают прибывать.       Примерно за час-два дом заполнился людьми, как и бассейн с полянкой. Было достаточно много народу, даже мои подруги из университета — Мэг и ее вертихвостки. Многих я узнавала по рассказам Сары. Заказав еще по коктейлю, мы вернулись в дом, потому что Сара заметила кого-то из своих друзей. Музыка играла достаточно громко, но иногда делала перерывы, чтобы люди успели отдохнуть, поговорить и снова выйти на танцпол и зажигать. Несмотря на такую толпу людей, я ощущаю на себе пронзительный взгляд голубых глаз, проникающих в самую душу. Снова этот парень. Его одежда выглядит довольно простой, совсем не так, как всегда в баре: черная футболка, обычные джинсы и белые кроссовки. Немного растрепанные волосы и язвительная улыбка. Я вижу, как он достает сигарету и закуривает прямо здесь. Ищу глазами Сару и нахожу ее рядом с рыжеволосой девушкой. Взяв в руки коктейль, я немного морщусь: уже пятый, а я все еще не пьяна. Не похоже на меня. Ставлю пустой бокал на поднос пробегающей мимо официантке и иду в сторону Сары. Она тут же замечает меня и ведет в сторону танцпола.       — Надо немного развеяться и потанцевать?       — О нет, я еще недостаточно пьяна для танцев.       — Тогда мы идем за очередным коктейлем! — мы захихикали и двинулись к бармену. Стоя у бассейна, Сара то и дело тыкала пальцем в каких-то парней, а я оценивала.       — Справа, в голубой футболке, — мой взгляд скользнул по каштановым волосам, зеленым глазам, слегка загорелой коже и бицепсам. В правом ухе поблескивала серьга.       — Да это же бабник! — Сара улыбнулась, демонстрируя дорогие часы на его запястье и фирменную футболку из эксклюзивной коллекции. — И, конечно же, на папиных денежках.       — Точно. А вот там… — я перевела взгляд на парня, сопровождающего эффектную девушку.       — Этот точно изменяет своей пассии направо и налево. Глаза бегают по каждой юбке! — он весело болтал со своей девушкой, приобнимая ее, но при этом бросал оценивающие взгляды на других, будто приценивался. Ненавижу таких.       — Да он ей уже сто раз изменил. Ну что, выберешь хоть кого-нибудь на вечер?       — Все не то, — я закатила глаза и скользнула взглядом по толпе. И снова заметила его. Он курил возле входа, оживленно беседуя с высокой, стройной девушкой. Каштановые кудри ниспадали на плечи, наряд — вызывающий, а стрелки на глазах — огромные.       — А как насчет него? — я указала на парня, и Сара чуть не подавилась коктейлем.       — Плохая идея, — выпалила она.       — Опасный?       — Это еще мягко сказано. Сердцеед, бабник, богач и важная шишка в городе. Не думаю, что тебе стоит с ним связываться. Хотя в постели он великолепен, знаю по опыту.       — Понятно, типичный богач. Неужели нет ни одного нормального парня, который просто любит побыть один и не думает о сексе каждую минуту?       — Так-так, любишь одиночек?       — Не знаю, — я поставила пустой бокал на стол.       — Слушай, я сейчас вернусь. Кажется, я знаю, кто тебе подойдет, — подмигнула Сара и умчалась в неизвестном направлении. Пройдя в зал, я решила заглянуть на кухню, чтобы приготовить себе что-нибудь покрепче этого чертового коктейля, который совсем не брал. Может, в нем вообще не было алкоголя? На кухне, на удивление, почти никого не было. Пара, о чем-то шептавшаяся в углу, поспешно ретировалась, как только я появилась. И слава богу. Я подошла к шкафчикам, открывая их и изучая содержимое полок: виски, коньяк, водка, амаретто — все, что душе угодно. Вот только чего хотелось мне, я пока не знала. Я взглянула на часы: девять вечера. С таким набором можно в одиночестве надраться за час, но если я перепью, то никакого секса мне точно не светит. Я почувствовала чье-то дыхание на своей макушке и тень, нависшую позади. Резко обернувшись, я впилась взглядом в черную футболку и голубые глаза.       — Так до инфаркта можно довести! — запрокинув голову, выпалила я. Он был высоким, я доставала ему лишь до груди, но казался в сто раз больше, чем тогда, когда я рассматривала его издали. Он был… огромным. Мурашки побежали по коже, когда он едва заметно приподнял уголок губ в ухмылке, будто чертенок, хитрый и пугающий. — Что ты тут делаешь?       — То же, что и ты. Ищу что-нибудь покрепче, — его правая рука вылетела из кармана джинсов, и я дернулась в сторону, словно от удара. Парень потянулся к шкафу и взял бутылку виски. Видимо, это его любимый напиток.       — Чего шарахаешься? — он хмуро взглянул на меня, отошел, облокотился о столешницу и бросил на меня лукавый взгляд.       — А как мне не шарахаться, когда твой взгляд проделывает во мне дыру размером с Марианскую впадину? — я отвернулась и потянулась за вишневым ликером.       — Довольно странное сочетание, но мне нравится, — парень налил виски в стакан и подошел к холодильнику за льдом. Я же наполнила стакан ликером до краев и облокотилась на столешницу. Он сделал то же самое. Мы выпили по глотку, не отрывая глаз друг от друга. Сара говорила, что он плохой человек и с ним лучше не связываться. Но все плохие девочки нарушают свои же правила и ищут опасности. Видимо, я — не исключение. Я буквально чувствовала исходящую от него опасность, и этот взгляд не давал мне покоя. Такой холодный, равнодушный… Мне отчаянно хотелось узнать его, но я сдерживала себя. Не сближайся, Алиша, не сближайся. Он достал сигарету и снова закурил, выдыхая облако мятного дыма. Весь зал уже пропах мятой.       — Тебе бы поменьше курить. Ты только и делаешь, что куришь весь вечер.       — Следила за мной? — его бровь взлетела вверх, а черти в глазах заплясали еще яростнее.       — Нет, просто тут уже все провоняло твоими мятными сигаретами. Умрешь быстрее от этой химии, — я улыбнулась и сделала глоток ликера.       — Все мы рано или поздно умрем. Какая разница? От сигарет, от алкоголя или от сердечного приступа?       — Да, но каждая выкуренная сигарета — минус десять минут жизни.       — Что ж, по твоим подсчетам, мне осталось лет десять, не больше.       — Что ж, сочувствую. Надеюсь, это будет быстро и не больно, — я пожала плечами и улыбнулась. Он явно не ожидал, что я пожелаю ему легкой смерти. Мне стоило огромных усилий, чтобы не подойти ближе и не поцеловать его. Я отчаянно этого хотела. Мне просто необходимо сегодня переспать с кем-нибудь, но только не с ним. И вообще, как можно устоять перед красивым мужчиной, который так откровенно тебя рассматривает и улыбается с хитринкой в глазах? Теперь понятно, почему девушки раздвигают перед ним ноги… Он наклонил голову вправо, а затем влево, и я содрогнулась от хруста его шеи. По спине пробежали мурашки.       — Сколько тебе лет? — он окинул меня взглядом с головы до ног, и мне снова захотелось спрятаться.       — Двадцать один.       — Что ж, выглядишь как маленькая несовершеннолетняя девчонка.       — Что ж, тогда ты пристаешь к маленькой несовершеннолетней девочке и каждый раз раздеваешь ее взглядом. Как вам не стыдно?       — Пристаю? — рассмеялся он. — Я же тебя даже не трогал.       — Правда? Я думаю, твои мысли и глаза уже совершили грех с маленькой девочкой, — усмехнулась я. В глазах читалось озорство и интерес ко мне.       — Вот как? — Адам отпил виски, и я увидела, как тьма сгущается в его глазах. Черти, что до этого лишь заигрывали, теперь устроили полномасштабный шабаш. В следующее мгновение он оказался слишком близко, выбив из меня весь воздух. Я едва не выронила стакан, но он успел перехватить его и поставить на стол. Сердце бешено колотилось где-то в пятках. Мятный привкус его дыхания был неожиданно приятен, хотя я и терпеть не могла курильщиков. Одеколон — свежий, ненавязчивый — дурманил разум. В голове закружилось от нехватки кислорода. Еще один вдох этого аромата, и я готова была наброситься на него. Сара была права, он одурманивал девушек. И пока я не могла понять как, но он делал это мастерски. Его руки легли на мою талию, и глаза мои распахнулись, словно блюдца.       — Вот что значит приставать, малышка, — его тихий тембр одновременно пугал и завораживал. К счастью, я была недостаточно пьяна, чтобы совершать глупости. Резкий толчок локтем в грудь, и он отшатнулся. Я заломила его руку за спину. Парень явно не ожидал такой прыти. Уверена, он был в замешательстве… и в восторге? Да, глаза, до этого пустые, словно лед, вспыхнули, засияли ярче, стали ядовитыми. Словно в его мыслях произошел какой-то надлом. Наверное, его гордость дала трещину, или самоуверенность пошатнулась. Кто знает…       — Вот что значит приставать к маленькой девочке, — я отпустила его руку, взяла ликер и стакан со стола и покинула кухню. Сердце бешено колотилось в горле, хотя, уверена, оно уже давно упало куда-то в пятки. Как он так резко приблизился? Как я позволила ему подойти так близко? Неужели я зря посещала бойцовский клуб целый год? Чтобы пропустить обычный подход парня? Мурашки пробежали по коже, когда я представила, что если этот чертов блондин сделает то же самое… Тогда у меня правда не будет ни единого шанса сбежать. Стоп, стоп, стоп. Не думай об этом, Алиша. Ты можешь хоть раз не думать об этом монстре? Я залпом выпила стакан ликера и пошла искать свою подругу в этой безумной толпе.

***

Адам

      Я, честно говоря, мечтал не о вечеринке, а о горизонтальном положении. Тупо пялиться в потолок, разбирая залежи мыслей, словно заправский психоаналитик. Но судьба решила иначе! Арчи выдернул меня из берлоги в шесть вечера, и мы помчались на раут. Ещё бы, ведь Сару знал каждый второй в городе — спасибо родителям, воротилам местной медицины. Я с тяжким вздохом уселся за руль. Впервые за долгое время потянуло самому порулить. Естественно, я оделся в стиле «вечеринка», а не как на похороны банкира. Приказал Багире и Хью, моим телохранителям, тоже замаскироваться под тусовщиков. Эти двое были готовы за меня в огонь и в воду, хотя их солидный возраст было трудно скрыть под молодежным прикидом. Дорога тянулась как резина, а Арчи, как всегда, был на взводе. Он обожал вечеринки, несмотря на свои почти тридцать лет. А я, кажется, от этой темы отъехал. Старею, что ли? Или просто все эти однообразные тусовки надоели до чертиков? Хочется чего-то эдакого, чтобы встряхнуть это болото. Но чего?       В доме Сары, как обычно, вавилонское столпотворение. Молодые девицы пожирали меня глазами, словно я кусок отборной вырезки. Раздражает! Многие лица знакомы — старые тусовщики, сливки общества. И тут я замечаю её — голубое платье, белые локоны. Не знаю, как и почему, но я сразу узнал барменшу из «Лагуны». Она мелькнула в толпе, как мираж. Скучная болтовня, довольный Арчи, окруженный стайкой хохотушек. Я достаю сигарету. В голове — её глаза. Почему я ищу их в толпе? Загадка. В них что-то есть, что нужно разгадать. Я нахожу её у бассейна, она оживленно болтает с Сарой. Спокойная, трезвая. Холодный взгляд сканирует толпу, словно рентген. Голубое платье идеально подчеркивает цвет глаз. Короткое, но без намека на вульгарность. Едва заметный блеск на губах, легкая тушь. Локоны волнами спадают на плечи. Мурашки пробегают по коже, когда она хитро улыбается и что-то шепчет подруге. Лисичка, выбирающая жертву? Но что она ищет? Всего лишь мимолетная встреча взглядов, краткая искра всего в несколько секунд, но я нутром чувствую: она задает Саре вопрос обо мне. Интересно… Сара, как всегда, безупречна — и снаружи, и внутри. Замечаю, как та уходит в сторону, и Алиша следует в другую сторону.       — Так что, ты не против? — щебечет шатенка. Я пропустил момент, когда она начала говорить. Да и вообще, о чем речь?       — Поговорим потом, — бросаю я холодный взгляд на девушку. Не люблю высоких. С ними неудобно. Хотя, был один экспериментальный опыт… довольно необычно.       Она оказалась намного миниатюрнее, чем казалось за барной стойкой. Едва достает макушкой до моей шеи. Маленькая, дерзкая, ядовитая, словно роза с шипами. Но что у неё внутри? Ненавижу, когда меня оценивают взглядом. Ненавижу, когда вообще смотрят. Но не в этот раз. Я слежу за каждым её движением. И это кажется чем-то новым, красивым, утонченным. Так было, пока эта девчонка не уложила меня на лопатки за семь гребаных секунд. Семь! Я такого не ожидал. И почувствовал какое-то восхищение. Ощутил, какая она маленькая и хрупкая, но в то же время сильная и независимая? Возможно. Что-то кипит и бурлит у меня в груди. Пока не могу понять, что именно. Но не хочу зацикливаться на этом. Я удивился, когда она шарахнулась от меня в первый раз, и когда я подошел слишком близко — тоже. Она явно боялась. Но в следующую секунду… это было что-то с чем-то! Явно не ожидал от неё такого приема самозащиты. Она просто защищалась. Я разминаю шею и громко смеюсь. На кухню заходит какой-то парень и тут же выбегает оттуда, словно увидел привидение или маньяка-убийцу. Хотя, второе не исключено. Я выпиваю стакан виски. Краски, о которых я говорил… может быть, именно она раскрасит ими мою жизнь? Несмотря на то, что её глаза цвета асфальта — бесцветные, мрачные и холодные, словно сталь охотничьего ножа.       — Сучка, — шепчу я и делаю еще один большой глоток. Наливаю стакан, беру бутылку и иду на улицу.