Проект: «Новая Заря»

      ________________       Приятного чтения!       Внимание, могут быть ошибки! Если найдёте, то кидайте в личку/публичную бету.       ________________              Видя, как корабль примитивов разламывает пополам, Вос’Ар не испытывал облегчения или удовлетворения хищника. Предводитель корсаров ощущал лишь всепоглощающую злость и раздражение, стоило только взгляду коснуться тактического терминала.              Его парни это летающее говно должны были порвать за секунду, но вместо этого хлипкий кораблик, передвигающийся практически на пердячей тяге, как азари после соития сразу с тремя кроганами, врубил так, как не каждые силы планетарной обороны могут! Хуже того, эти туземцы его поставили на такие бабки… Они ни одного корабля без повреждений не оставили!              «Эти одноглазые убожества мне за всё ответят! Я вырву их лёгкие через позвоночник, но прежде выковыряю глаза тупой ложкой. То, что останется, я скормлю сперва им же, потом варренам, а после выхода это дожрут ворка, чтобы они заняли уготованное им мирозданием состояние — говно говна!» — злобно думал капер, стирая кровь с лица и ощупывая глаза, один из которых сильно болел. Пират неудачно ударился о терминал при детонации вражеской торпеды.              Медленно, словно автоматическая турель, Вос’Ар повернулся к старпому. Его лицо было почерневшим от злости, глаза налились кровью, а голос клокотал, как перегретый реактор на грани взрыва.              — Бери абордажников и отправляйся на руины этой помойки! — прошипел он, сжимая горло помощника так, что тот закашлялся. — Делай что хочешь, хоть жопой тряси на пилоне, как азарийская матриарх, но, чтобы к концу дня у меня в каюте был ковёр из их заживо спущенных шкур и чаша с вырванными глазами на прикроватной тумбочке!!!              Старпом задыхался, но Вос’Ар не отпускал. Его пальцы впились в скафандр так, что даже воркка не держался бы за еду с таким остервенением. Помощник же сучил ногами, болтая ими в воздухе, стараясь на одних инстинктах самосохранения уже рвануть исполнять приказ взбешённого босса.              — Сможешь — твоё счастье. Не сможешь — я тебя натяну на нос своего крейсера через ноздрю так, что ты увидишь свою залупу возле лица!!! — орал капер, брызгая слюной. — А если ещё на траты меня раскрутишь, ухитрившись уебать об этот мусор ещё один корабль, я тебя так отделаю, что тебя кроганы с перепоя будут принимать за самку и ебать всем кагалом по очереди и скопом!!!              Последние слова прогремели так, что уцелевшие пираты в рубке замерли.              — Вооон!!! — взревел Вос’Ар, швыряя старпома к выходу.              Тот кубарем покатился по палубе, но мгновенно вскочил, понимая — промедление равно смерти.              — Сейчас же, капитан! — завопил он, уже бежал к ангару.              Спустив пар и придав ускорение исполнителю крепким пинком, он обвёл взглядом притихшую рубку своего флагмана, втягивая сладкий запах пота и страха, что сама собой на его лице появилась маньяческая улыбка.              — Навести порядок, подстилки ворка, — не переставая улыбаться, произнёс Вос’Ар. — Живо!!!              Окончательно успокоившись, предводитель каперов начал думать, а собственно, как он оказался в промежбулочье крогана-проститутки, глубоко так зарывшись в рыхлую дырку с головой (метафорически говоря)? Сделав глубокий вдох, он обратился к ВИ:              — Анализ вооружения противника, — произнёс пират, наблюдая, как стая его дронов преследует машины примитивов… хотя, каких, нахрен, примитивов? Его не могли так отделать туземцы.              — По предварительным данным, основной калибр противника стреляет низкотемпературной стабилизированной сжатой плазмой, которая частично игнорирует кинетические щиты и создаёт помехи их работе, — выдал бортовой компьютер.              — Плазма… — протянул пират, будто пробовал это слово на вкус. — Как у гетов?              — Никак нет. Вариант, используемый гетами, более разрушителен при однократном попадании, тогда как образец развивал большую скорострельность, точность и дальность.              Вос’Ар задумался. Мир стал чуточку радостнее. Теперь финансовые потери не казались такими уж большими, и даже на горизонте где-то замаячила прибыль. Оставалось решить: оставить оружие себе или продать Гегемону? Первое сулило выгоду в долгосрочной перспективе, второе — быстрые деньги.              — Дальше, — требовательно произнёс он.              — Торпедное вооружение тоже отличается от того, что используют известные расы. При одном носителе боевая часть у них была разной. Одни создавали помехи и выпускали обманки, другие несли на себе лазер, выполняющий роль зенитного прикрытия залпа, третьи создавали облако шрапнели, тогда как четвёртые наносили первый удар, выступив дополнительным прикрытием для стелс-торпед. Бортовые системы смогли зафиксировать их уже в красной зоне, что позволило сбить лишь десять процентов снарядов.              — Не такие они и примитивные, — хмуро заметил Вос’Ар.              — Согласен, — поддакнул ВИ. — Их щиты построены на технологии плазменной завесы, что свидетельствует о хорошей базе понимания квантовых процессов. Двигательные установки — ядерные двигатели, быстрее в разы известных аналогов для кораблей подобного класса. Сам корабль изгибался, избегая снарядов. По предварительной оценке, будь у противника три вымпела, наша эскадра была бы уничтожена с вероятностью восемьдесят пять процентов.              — Хорошо, что этого дерьма у них был лишь единичный экземпляр… — пробормотал капер, переключаясь на общий канал связи. — Итак, джентльмены! Удача сопутствует нам! Всем кораблям включить постановщики помех! Я желаю, чтобы из этой жалкой системы не просочился даже писк оргазма азарийской бляди!!!              Произнеся это, капитан пиратов развернулся и направился в сторону выхода с мостика. Он решил совместить приятное с полезным и лично спуститься к базе столь занимательных существ. «Устроить сафари. Снять напряжение парочкой убийств. Да и проконтролировать своих уродов не помешает…» — подумал Вос’Ар.       

***

      — Тревога! Это — не учение! Всему личному составу занять места согласно боевому расписанию! Тревога… — раз за разом повторялось сообщение.              Седьмой флот готовился отбыть в ещё безымянную систему, туда, где враг без объявления войны напал на мирную экспедицию. «Коллектив» клокотал едва сдерживаемым гневом и бешенством. Матросы и офицеры, кондукторы и солдаты космической пехоты были в ярости. Свершилось то, к чему готовились — война с иным, чуждым советскому гражданину разумом!              Четырнадцатый флот в полном составе уже летел на форсаже, чтобы покарать, смять и уничтожить врага. Седьмой и восьмой флоты должны были прибыть позже, пройдя обходным маршрутом.              Четыре тысячи семьсот семьдесят два вымпела, включая три базы флота, устремились в черноту космоса, чтобы показать всю пролетарскую мощь, ответив ударом на удар! Отечество утёрло кровь с разбитой губы, сжало кулаки и готовилось нанести удар под дых.       

***

      На всех планетах и колониях СССР ревели сирены. Граждане организованно спускались в подземные убежища. Школы, детские сады, больницы, родильные дома и другие значимые гражданские объекты целиком опускались под землю на специальных лифтах.              Отходили в стороны декоративные панели, открывая турели. Каждый перекрёсток городов становился форпостом. Тысячи скавенов поднимали на поверхности многочисленные орудия. Отворялись двери складов, и раздавалось ручное оружие и экипировка.              Замерли заводы, получив новые технокарты. Сорок процентов всей промышленности указом Кондиционного Совета переводились на обеспечение нужд армии и флота. Готовилась массовая загрузка военных баз данных всему подключённому населению в рамках подготовки всеобщей мобилизации.              Солдат Аспекта защиты отзывали из отпусков. Все военные подразделения переводились на круглосуточный режим несения службы.              ЦЕРБЕР готовился по первому приказу выслать диверсионные подразделения, как только станут известны координаты миров врага.              Четыре роты дивизии специального назначения «Аргентум» уже выдвинулись к району боевых действий вместе со своим командиром.              Простить? О, нет! Страна не собиралась утереть плевок в своё лицо. Не будет никаких добреньких, всё понимающих самаритян. Врага ожидает демонстративная порка!              — Товарищи! Сегодня, в десять часов по московскому времени, без объявления войны враг напал на мирную исследовательскую экспедицию! Наша страна уже готовится нанести ответный удар… — началось правительственное вещание во всех средствах массовой информации…       

***

      — Товарищ капитан… — Гартманн скривился от голоса своего старшего помощника, фыркнув, пытаясь избавиться от запаха нашатыря в носу.              — Перекличка! — гаркнул капитан «Севастополя», ещё толком не придя в сознание. Начали раздаваться ответы, и офицер наконец-то огляделся.              Мостик был обесточен. «Повреждён или отсутствует реактор!», — мысленно подметил капитан корабля. «Палуба под ногами не вибрирует. Значит, двигатели тоже выведены из строя. Хм… орудия ГК ещё стреляют. Судя по привкусу в воздухе, я провалялся минут двадцать без сознания. Кислорода ещё минут на сорок, если нет разгерметизации. СОЖ как основной, так и резервный — конец. Следовательно, обширные повреждения корпуса», — сделал неутешительные выводы Вальдемар.              — Доклад, — отдал хлёсткую команду он, мрачнея ещё сильнее. Десять членов экипажа, что находились на мостике, погибли. Больше половины было ранено.              — У нас от крейсера осталась половина, товарищ командир, — хмуро ответил старший помощник. — Пробоины по всему корпусу. Список погибших уточняется, но точно все, кто был в ангаре и во второй части. Судя по вспышке, был осуществлён подрыв машинного отделения вместе со всем резервуаром топлива.              — Противник? — догадываясь об ответе, уточнил капитан 2-го ранга.              — Прекратил огонь и пытается вывести из строя уцелевшие батареи ПКО. Видно, хотят штурмом взять, пока мы тёпленькие, — кисло улыбнулся помощник. — Штурмовики пытаются их отогнать, но это ненадолго. Они подняли свою авиацию.              — Статус торпедного отсека? — после мгновения раздумья спросил Вальдемар.              — Аппараты выведены из строя. Боезапас цел, — был ему ответ, но офицер его дополнил. — Морпехи уже приступили к минированию. Я предложил подпустить их, дать высадиться, а после подорвать остатки корабля.              — Готовимся к абордажу, товарищи. Для меня было честью служить с вами. Перед смертью — все равны, — решительно сказал Гартманн, срывая с себя погоны.              — Перед смертью — все равны, —так же решительно ответили ему остатки экипажа, повторив тоже действо. Теперь не было деление на офицеров и матросов…       

***

      — Упорные, суки, — восхитился капитан рейдера «Мечта молотильщика», глядя, как его канониры пытаются подстрелить юркую машину противника. Машина примитивов вертелась как кварианка на немытом хую, временами умудряясь сбить дрон-другой, что насели на неё всерьёз.              — Программисты у них кредиты получают не зря. Не то что наши косоглазые трутни, — согласился его старший помощник. — Уже третий раз пробует добраться до наших задниц, даже с довеском из наших машинок. Да и конструкция у них забавная. Дрон несёт дронов!!!              — Угу, только они от этого злее, чем у костелицых, — процедил сквозь зубы капитан. — Мы пять машин уже полчаса мурыжим из-за их подарков. Старпом с флагмана «Разорителя» сам застрелился, чтобы ему не попадаться. И чую, что босс наши одноглазые змеи нам оторвёт да накормит через задницу…              — Ну, два носителя подбили, — пожал плечами его кореш. — И этих хлопнем. Мне охота посмотреть их начинку. Там явно не скворч кроганский… Ну, я же говорил, что по сбиваем!              Помощник указал на подбитую машину засранцев, которую примитивным языком уже не поворачивалось назвать. Будь их десятка три — и рейдер они порвали бы, как настоящий мужик девственность азари.              Аппарат лишился двигателя и плоскостей справа, попав под очередь ПОИСКа их рейдера, закрутившись, словно ворка в наркотическом трипе.              — Вот тебе и образец. Бери, только не обделайся да в штаны не спусти, — более весело, чем прежде, сказал капитан рейдера.              Он хотел ещё сказать пару колкостей, но не успел. Аппарат противника окутали небольшие взрывы, отделяя от него верхнюю часть. Вспышка реактивных двигателей — и им в смотровое стекло впечатался гуманоид в скафандре.              — Кхур’таш!!! Да это, блин, обитаемые истребители!!! Чтоб меня кроганы без смазки драли! Это каким надо быть отбитым, чтобы в такую залупу добровольно сесть?! — мягко говоря, удивился капитан корабля.              — На кварианку похожа, — равнодушно ответил помощник, глядя на то, как вражеский космонавт пытается удержаться на их рейдере. В этом ему мешал врывающийся из дыр в скафандре воздух. — И кровь красная.              — Не, на азари. Причём на конкретную, такую, блять! — авторитетно констатировал капитан. — Рулевой, скинь эту суку с моего корабля! Он не подростковый хуй, чтобы всяких блядей катать бесплатно…              Отповедь капитана прервал глухой удар, заставивший обратить на космонавта противника уже всех находящихся в рубке.              — ЖБЫМ!!! — рука в толстой даже на вид перчатке ещё раз ударила ножом в бронированный триплекс рубки.              — Да блять!!! Они совсем конченные!!! Я многое видел, но такое даже легионеры не отмачивали!!! — выпал капитан, сложившись от смеха, вместе с командой. Смех оборвался после следующего удара, когда нож глубоко вошёл в толстое стекло. — Рулевой… гнойный!!! Скидывай… нахуй!!!              Капитан стал аж заикаться, не веря своим четырём глазам. Гуманоид. Ножом. Ковыряет. Его. Рейдер. И делает это успешно.              Но рулевой не успел ничего сделать. У космонавта кончился кислород, и он повис на рукояти своего оружия, дёрнувшись пару раз напоследок. Даже мёртвые пальцы, сведённые посмертной судорогой, отказывались отпускать клинок.              Через мгновение мостик ослепила вспышка. В остекление ударила взрывная волна пехотной гранаты. Когда пираты проморгались, остался лишь покорёженный нож и обрубок так и не отпустившей его руки…       

***

      — Не нравится вам наш хлеб с солью, — злорадно произнёс Артём, слыша очередную гневную тираду на неизвестном ему языке. — Так извините, чем богаты…              «Хорош обвесов взял с запасом! Модульность экипировки просто творит чудеса! Не зря страдал и эти лёгкие скафандры испытывал», — подумал капитан.              Сейчас инопланетяне радостно изучали советскую народную забаву под названием «партизаны в лесистой местности». Экспедиция и большая часть охраны малыми группами покинула аванпост, стоило только погибнуть экипажу грузового корабля, чья смерть резанула, как кусок стекла, всех тех, кто был на поверхности. Ситуация была отработана на учениях и была обязательной для изучения, так что каждый знал, что делать.              Пришельцы проявили осторожность, сев чуть в стороне от аванпоста. К их несчастью,Артём это предвидел, просчитавший несколько удобных точек приземления. Поэтому один из банды — а по-другому этих уродов оперативник больше не мог назвать, увидев их воочию, — лишился ступни, попав в простенькую ловушку из патрона, хитрой согнутой железки, ямки и картона.              Дёрнувшийся к нему и потерявший бдительность его приятель обзавёлся дополнительной дырочкой между четырёх глаз. Оставшиеся с оперативником в заслоне две кошки-сестры, Ириса и Риса, были сработанной парой снайперов.              Пока опушку девственного леса перекапывали беспорядочной стрельбой, боец «Аргентума» вместе с шарком Мо незамеченными подобрались к одному из шаттлов и заминировали его взрывпакетом так, что этого не заметила оставленная охрана. Четырёхметровая разумная акула мастерством взрывотехника владела на отлично, поэтому рвануло славно, как салют на Первомай.              — Что дальше будем делать, Шеп? — спросил Мо у человека.              — Судя по воплям, они вошли на аванпост и увидели там… нихуя, — ехидно заметил Артём. — А это больно и обидно. Хороший костёр был из носителей… Хорошо горел! Сейчас они попробуют поискать, найдут пару растяжек, озвереют окончательно. Что нам и надо. Минут через десять можно выдвигаться. Риса, Ириса — засядете на холме и будете остреливаать всех, кто побежать попробует. Мо — прикроешь мою тушку.              — Это всё, конечно, интересно, но какой план, командир? Обилие глаз у них — нервирует! — спросил шарк, выделив последнее слово. Даже несмотря на всю терапию, его потряхивало и приводили в плохо сдерживаемую ярость волосатые морды этих четырёхглазых…              — Всё просто. Я всего лишь помедитирую, — видя тень понимания у товарищей, Шеп добавил. — Я не самый лучший в полимерных манипуляциях, но мои учителя были одними из лучших. Так что у инопланетян земля уйдёт из-под ног. Буквально.       

***

      — Ёбаный лес. Ёбаные дикари, — ворчал один из рядовых пиратов.              — Ты щас зубами подавишься, если не заткнёшься, пучеглазый, — тихо пообещал смотрящий за их отрядом.              Шестёрка ему не ответила. «Разорителю хорошо! Посадил свою жопу в броневик и укатил! Нам же местное зверьё кормить и ебашить пешкодралом по лесу! Я на такое не подписывался!» — размышлял юноша, который отправился в рейд, чтобы собрать кредиты на свадебный дар. Дело только за ними и стояло. Родители договорились — значит, свадьбе быть!              «Куплю домик себе где-нибудь на Логасири, рабынь парочку жопастых возьму, чтобы хозяйство в порядке держали и мне на что посмотреть было, да заживём. Земли ещё возьмём под ферму. Во!» — мечтательно прикинул в очередной раз бизнес-план юноша, нахмурившись. Клапан настоятельно говорил, что надо избавиться от содержимого.              — Бос, посрать надо! — тут же сообщил он.              — Сри в броню, — просто ответил ему смотрящий. — Или без рабов даже жопу подтереть не можешь? Отстанешь — ждать не будем.              Юный пират уже его не слышал. Он с шумом вломился в кусты, стараясь быстрее стянуть с себя штаны.              Увлечённый процессом, он даже про своё оружие забыл, не то, что про осмотрительность. Да и кто в молодости думает, что смертен? Поэтому и не заметил, как ожили ветви дерева, под которым он присел делать свои великие дела.              Внезапно гибкие побеги обвили его шею, а толстый острый сук вошёл туда, откуда он загрязнял первозданную природу.              — А-а-а-а! — вырвался из него вопль, перешедший в скулёж, когда колющий сук стал разрастаться в нём, прокладывая через его плоть путь для своих веток.              Вломившаяся немного погодя, привлечённая воплями, банда зависла от вида страшного икебана. Даже насильников, маньяков и убийц проняла эта картина — ведь их подельник всё ещё был жив.              Смотрящий наступил на лужу, как ему казалось, воды. Будь он внимателен, то заметил бы, что в округе нет других следов воды. Он даже взвизгнуть не успел, как лужа шустро вползла по его ноге, мгновенно обвив его тело. Прозрачные жгуты вздёрнули его руки вместе с оружием, а неведомая сила развернула его в сторону потрясённых головорезов, вдавливая против его воли курок.              Внезапная очередь скосила троих. Оставшиеся быстро изрешетили своего босса, даже несмотря на хороший щит.              В метрах двадцати созданный из полимера самострел отправил в полёт заточенный кол, осыпаясь лужей брызг. Пущенный со всей дури кусок дерева пришпилил сразу двоих.              Биотик отряда хотел призвать свои способности, создав барьер, но получил пулю в голову и в грудь, упав на траву, так и не призвав своё могущество.              Выжившие хотели уже бежать, но два пласта земли прихлопнули их, словно древесный лист между страниц книги. Мгновение, и западню пронзили полимерные шипы…              Через минуту серая тень в лёгком скафандре ЦЕРБЕРа убрала под вздыбившуюся землю тела, возвратив почву на место. Движением ноги оперативник присыпал пятна крови землёй, удовлетворённо кивнул и скрылся в лесной чаще.       

***

      Седьмой флот продирался сквозь световые года. Ещё десять минут, и корабли СССР обрушат на противника всё своё желание воздаяния…