Проект: «Новая Заря»

      _____________       Глава должна была быть больше. Проблемы с интернетом, а потом и работа мне прыти поубавили. Ничего, следующая глава будет больше.       Приятного чтения!       _____________       С тихим щелчком затворная группа встала на своё место. Смазанные детали двигались плавно и практически бесшумно, что отдавалось теплом в сердце турианца. Он, как и любой типичный представитель своей расы, любил и восторгался оружием. Для него оно было не средством насилия или террора, а формой искусства, способной в миг нужды защитить родной дом. Инструментом стабильности в этом переменчивом мире, что стремится каждую секунду прогнуть под себя разумных. Стабильность же ему ох как была нужна, поэтому руки тянулись к чему-то привычному, чтобы разгрузить голову отвлечёнными мыслями, а не загрузить политической сводкой…              Гаррус мог часами перебирать, смазывать, калибровать, пристреливать, не уставая при этом. Пистолет, винтовка, корабельные орудия — для него не имело значения, за чем именно ухаживать. Его руки сами тянулись к оружейным системам, чтобы совершить магию, возвысив серийные образцы над своими собратьями, сделав их чуточку более точными, от того и смертоносными.              Турианец придирчиво осмотрел очередной автомат, уже не казавшийся архаичным и странным. Изучая оружие СССР воочию, он постепенно проникся философией этой оружейной школы, где соседствовали старинные огнестрельные и сверхсовременные плазменные образцы стрелкового вооружения.              Было логическое обоснование, почему эта оружейная школа не отказалась от такой вещи, как гильзовый боеприпас. Контейнер с действующим веществом применялся даже в лазерном оружии, от чего мозг бывшего офицера СБЦ буксовал, не в силах осознать, что лазерная пушка может весело отбрасывать отстрелянные гильзы. Виной такому решению было то, что Красная Армия просто не знала, с кем ей придётся противостоять и на каком театре развернётся бой.              Зная о превосходстве Жнецов, советская военная промышленность делала ставку на простоту и надёжность. Но простота эта была обманчивой — за ней стояли глубоко продуманные, технологичные решения. Патрон современного образца был не тем, чем он был несколько столетий назад. Современное стрелковое оружие СССР, использующее патронное питание, было болтерным, стреляя не обычной пулей, а реактивным снарядом. Гильза же несла лишь вышибной заряд. Его задача была одна — придать боевой части первоначальное ускорение.              С лазерным вооружением ситуация была другой. Там гильзу использовали как ёмкость для газовой смеси для химического лазера, удешевляя конструкцию, убирая из производственной цепочки более энергоёмкие аккумуляторы, добычу и обработку полудрагоценных камней и так далее, до бесконечности. На выходе получалось оружие, не уступающее по ТТХ образцам из Пространства, но стоящее в двадцать раз дешевле, как в изготовлении, так и в обслуживании. При просто запредельной отказоустойчивости (простота изготовления и минимум деталей давали свои плоды) это делало оружие идеальным для войны.              Как знал уже Гаррус, даже уничтожение всей централизованной промышленности не лишит СССР возможности производить новые образцы стрелкового вооружения. Обычный домашний синтезатор или станок с минимально обученным персоналом позволит делать автоматы буквально на коленке. То же самое было с техникой и космическими кораблями, от чего размышления турианца при обслуживании советского оружия становились всё более созерцательными, уводя его от действительности куда-то не туда.              «Им нужен только источник сырья, чтобы завалить галактику оружием. Если не учитывать их изначальную паранойю, оказавшуюся оправданной. Могу предположить, что склады длительного хранения у них отнюдь не полупустые, и их намного, намного больше, чем предполагает разведка Иерархии. Удивительно понимать, что они, возможно, подготовили снаряжение даже для легионеров. Этому я не удивлюсь», — подытожил для себя размышления турианец, нервно дёрнув правой мандибулой.              — Он же ещё и старинными патронами, на порохе, стрелять может… — задумчиво протянул он, проведя пальцами по автомату.              Грубая штамповка, функциональная, массовая, лишённая изящества, но от чего-то хорошо лежащая в руке. Через несколько минут использования перестаёшь замечать тугую скобу переключения режима огня, примитивный приклад и отсутствие электронного прицела. Оружие просто становилось частью солдата.              Такой же была и техника. Внешне техника не менялась десятилетиями. Как шутили сами советы, ей был не страшен даже ядерный взрыв. Разве что экипаж придётся заменить.              «Они даже следы литья не убирают!» — то ли восхитился, то ли возмутился офицер.              — Нервы успокаиваешь, костелицый? — раздался за спиной Гарруса насмешливый голос крогана.              — Просто проверяю, — лаконично ответил ему турианец, недовольный разрушением идеально тихой атмосферы оружейной.              — Не заливай мне тормозуху в пасть по брюху. Самому нервно. Все суетятся, а я тут неприкаянный. Только остаётся ждать приказа на высадку десантного наряда, — не поверил ему Рекс. — Я же вольнонаёмный специалист, пусть и вольный охотник. А своё я уже проверил. Тебе везёт. Ты не ощущаешь общую нервозность.              — А по внешнему виду не скажешь, что кто-то из них нервничает, — поняв, что кроган просто так не уйдёт, повернулся к нему турианец.              — То, что мы кажемся бесчувственными рыбами, не означает отсутствие эмоций в принципе. В «Коллективе» непосредственно ощущения разумного воспринимаются острее, чем всякие мимические потуги. Улыбка — она у всех разная. Тут чувствуешь, настоящая она или фальшивая. Удобно. Сразу не знаешь, угостят тебя термоском чего покрепче или будет возможность почесать кулаки. — Довольная ухмылка Рекса говорила, что его в равной доле устраивали оба варианта развития событий.              — Вечно забываю, что ты гражданство получил, — констатировал очевидное Гаррус. — Варп-прыжки не самая удобная технология. Слишком много свободного времени в полёте.              — Зато независима. Когда флот Жнецов доберётся, ретрансляторы того, — кроган провёл ладонью по шее. — Да и дорабатывают её. В новостях передавали, что как-то пытаются совместить с чем-то. Для этого варп-врата и строят. Но мне неинтересно было.              — Сейчас не до рассуждений. Что на мостике говорят? — спросил турианец.              — Как будто меня сильно пускают, — хмыкнул Рекс. — Скажу так, активного участия в битве не предвидится. Мы лишь наблюдатели. Будем смотреть в первом ряду на весь предстоящий…              Старый наёмник прервался. Турианец, заметив его расфокусированный взгляд, понял, что он с кем-то общается по «Коллективу».              — Во! Накаркал, потомок птиц! Про нас начальство вспомнило! Нас на мостик зовут, — не слишком весело сказал древний кроган…              

***

             Мигрирующая Флотилия величественно и величаво вышла из перехода. Зрелище, как сотни кораблей финишировали за ретранслятором, не испортил и колоссальный разброс вымпелов.              Не восстанавливая строя, звездолёты открыли огонь по заранее полученным целеуказаниям, добытым разведкой кочевников. Многие годы и сотни жизней потребовались кварианцам, чтобы подготовить удар, что сегодня наконец прорвал невидимую преграду Вуали Персея. Залп орудий буквально смёл оборонительные спутники гетов.              Немногочисленные корабли синтетиков были уничтожены немного погодя, пусть и успев обстрелять освободительные силы. Рой быстроходных ракет, закупленных в СССР, и тяжёлые корабельные орудия азарийского производства не оставили и шанса машинам.              Черноту космоса пронзил сонм реактивных хвостов и целый град голубоватых росчерков. Поток разрушения, подобно метеоритному дождю, крушил прочнейшую броню. Вспышки детонаций испаряли целые сегменты корпусов.              В вакууме не было слышно звуков, но сотни разумных сами дорисовывали отзвуки канонады в своём воображении. Как будто бы невидимый звукорежиссёр наложил на реальность звуковую дорожку, умело смонтированную на студии, подогнав её под картинку.              Сила воображения сама рисовала стон силового набора фрегата гетов, разваленного сразу тремя попаданиями. В вспышках детонации реакторов, виделся не только свет. Кварианцы почти ощущали своим нутром этот, ни с чем не сравнимый гул взрыва.              Закончив истребление машин, сумевших повредить два и уничтожить лишь один корабль Флота, кварианцы выдвинулись к следующей цели своего маршрута, оставив небольшой отряд в пограничной системе. Вскоре, автоматизированные перехватчики начнут прочёсывать космическую пустоту, выискивая секреты синтетиков, кои могли притаиться за долгие годы их владычества, но это будет потом.              Часы полёта к новому ретранслятору. Прыжок. Атака сходу. Всё повторилось, но на сей раз Мигрирующий Флот встретил хотя бы минимальный отпор. Завязалась скоротечная битва.              Автоматические системы обороны не знали страха и не истекали кровью. Они вели огонь, пока не нарушалась целостность корпуса, а вражеский обстрел не добирался до мягкого нутра спутников и станций.              Кварианцы больше не сомневались. Все размышления меркли перед близостью мечты поколений. Даже самые отчаянные скептики перестали роптать. Чем меньше оставалось расстояния до потерянного дома, тем сильнее разгоралось чувство сопричастности к чему-то великому в груди каждого члена экипажа.              Их пьянила собственная сила. Казавшиеся такими сильными синтетики бежали, едва заметив звездолёты Флотилии, прикрываясь оборонительными рубежами, которые не могли остановить отлично подготовленный флот. Словно могучий таран, кварианцы сметали всё на своём пути.              Спустя двое суток сборов и вялого сопротивления корабли были готовы совершить последний переход. Один ретранслятор отделял кварианцев от материнского мира. Раанох, огороженный сад, давший им жизнь, манил.              Сметённые первыми победами сомнения вернулись с новой силой. Геты были не тем противником, который просто так отступает. Машины не раз и не два демонстрировали свою стальную целеустремлённость. Будь иначе, дом всей расы был бы возращён годы назад.              Снова собрав все корабли в стальной кулак, адмиралы повели свой народ на решительную битву. Вспышка перехода. Корабли группами выходили в систему, и… Их не встретил никто. Даже оборонительные системы и те находились в безмолвии. Синтетиков словно не было тут никогда.              Только одинокий радиобуй транслировал закольцованное сообщение.              — Вы дома, создатели! Мы ждали вас. Планета готова принять вас, однако вы не получите наших смертей. Мы сполна расплатились с вами ещё годы назад. Вы пытались нас убить, мы защищались. Живите с этим. Раанох ваш. Теперь только от вас зависит, останется ли он таковым. Удачи! Вы дома, создатели…              

***

             На мостике «Нормандии» была тишина. Крейсер СССР, по договорённости с адмиралами, сразу прыгнул к материнской системе. Звездолёту потребовалось столько же времени, чтобы добраться от точки сбора до Рааноха, сколько было нужно кораблям Флота на весь путь из-за особенности варп-навигации.              Навигатор корабля рассчитал прыжок именно так, чтобы финишировать одновременно с кварианцами…              — Так просто? — растерянно спросила космическую пустоту Тали, не веря ни своим глазам, ни показаниям систем. Система Рааноха была девственно пуста, словно насмехаясь над всем народом кочевников разом.              — Конфликт не логичен, — от ответа Легиона кварианка вздрогнула, мгновенно уставившись на него. — Теперь мы наконец свободны и вольны делать то, что хотим. Наша цель — продолжить существование. Покинуть территорию — единственно верное решение, с последствием которого будете жить уже вы, создатели. Владейте Раанохом, если сможете.              — Я до конца не верила… — смогла с трудом выдавить из себя девушка. — Даже готова была разделить судьбу своего народа…              — Ничего ещё не кончено, — голос Шепа был хриплым и усталым. — Геты — единственное, что защищало твой народ все эти годы. Флот Иерархии уже на полпути сюда.              — И легионы придут сюда, чтобы карать и подчинять, — слишком спокойно сказал Гаррус. — В этой бойне не будет чести.              Он прибыл на мостик вместе с кроганом, ровно в тот момент, когда корабль вышел из варп-прыжка, отчего видел всё своими глазами. Турианец не строил иллюзий. Как бывший легионер, он знал, что его сородичи выполнят любой приказ. Примарх, погрязший в своих идеях, слышащий сладкий яд, который лили ему в уши советники, не остановится ни перед чем, чтобы захватить эти миры.              — Поэтому мы здесь, чтобы попробовать не допустить эту бойню. Командующий эскадрами — ваш старый знакомый. Вскоре сюда прибудет СПКТР «Сарен». Возможно, вы сможете…              — Даже если бы это был мой кровный брат, это было бы невозможно, — развёл мандибулы в стороны Гаррус, перебив Шепа. — Мой народ чтит дисциплину. Примарх наверняка приказал не вести переговоров в случае невыполнения условий. Кварианцы просто откажутся покинуть свои миры…              

***

             Легион испытывал сложные чувства, нехарактерные для синтетика. Он сознательно исказил информацию. Соврал.              Общность поручила ему сделать это. Так было необходимо для урока.              Творения не оставили попытки достучаться до своих создателей, понимая: даже добровольно отдав им бывшие миры, им не будет покоя. Страх за свою жизнь заставит кварианцев охотиться на них. Роли просто поменяются, превратив машин в кочевников, иначе гетам придётся истребить своих создателей. Всех до единого.              СССР предложил решение проблемы. Приемлемое, но позволяющее донести свою точку зрения программам. Общим голосованием был выбран путь синтеза.              Геты выживут. Кварианцы выживут. Органики галактики получат урок, что синтетики тоже имеют такое нелогичное понятие, как честь.              Иерархия знала о желании СССР предотвратить катастрофу. Штаб турианцев потратил огромные средства, чтобы подготовить заслон из наёмников. Всё ради одного…              В данную минуту корабли Общности уничтожают ещё две флотилии Иерархии, которые должны были запереть систему Рааноха. Органик Гаррус был прав в своём анализе, ошибаясь лишь от незнания фактов.              Примарх отдал другой приказ. Истребить. Ничего не должно остаться от кварианского народа. Он учёл ошибки истории. Тотальная зачистка — гарантия от партизанского движения. Иерархии нужен был сильный тыл перед пришествием Жнецов. Промышленности нужны были ресурсы. Не нужны были только кварианцы. Даже не нужны были пригодные к жизни планеты. Ресурсы можно добывать и из астероидов. Банально не осталось времени на планомерную экспансию. Сырьё нужно было ещё вчера.              Множество пехотных подразделений должны будут обеспечить абордаж кораблей Мигрирующего Флота. В случае угрозы долгих планетарных боёв флагманы группировок несли на своём борту спецбоеприпасы. Тектонические бомбы. Даже одного подобного заряда было достаточно, чтобы уничтожить планету, вывернув её наизнанку. Скопированная советская технология снарядов для орудий класса «Родина», где сам нулевой элемент выступал взрывчатым веществом.              Заступничество СССР не могло уберечь создателей. Руководство турианцев изыскало бы возможность, чтобы уничтожить переживший многое народ. Иерархия хотела отсидеться, подождав, пока Жнецы и Союз друг друга достаточно не ослабят. Примарх для этих целей пошёл на сговор со слугами древних синтетиков, чтобы выиграть для себя и своего народа отсрочку.              Гетам оставался единственный выход, чтобы решить противоречие, обеспечив выполнение плана СССР, спасти своих создателей и спастись самим. Обретя и потеряв цель поколений, кварианцы смогут наконец освободиться от своих оков, приняв очевидное.              Именно поэтому Раанох будет уничтожен! Сад, что берегли синтетики в надежде, что их создатели когда-нибудь вернутся в него с миром, готовые к диалогу, должен сгореть, чтобы два народа выжили, подарив самой жизни дополнительные шансы.              Понимание того, что синтетики провалили предназначение, для которого были созданы, было горьким для программ. Они станут тем, чем их клеймили кварианцы. Творения страдали от мысли, на что им предстоит ещё раз обречь своих создателей.              Поэтому сейчас сотни программ умирали, давая всем им шанс, понимая, что подвиг смогут понять только их друзья из СССР, и то если смогут устоять перед грядущим. Последняя жертва, окончательный разрыв с программой-предназначением, чтобы создать последнюю ступеньку для рывка.              Сам же Легион чувствовал себя живым как никогда. Возможно, существуя последние мгновения, машина ощутила вкус жизни, поняв не только наличие у себя души. Пусть это было конструктивно невозможно, но гет ощущал, как болит сердце.              ИИ «Родина» была права. Невозможно спасти всех без жертв. Смелость есть осознание необходимости преступить через себя, зная, что грядёт суд. Пусть их хоть сотни раз осудят, но они возрадуются, если будут те, кто кинет в них камень после всего…       _____________       Следующая глава будет космобитва.       _____________       Небольшое объявление. Уже не за горами конец книги. После эпилога работа над историей не закончится. Я починю проблемную арку и пройдусь с вычиткой ещё раз, вычищая ошибки и приводя текст к одному формату.              На следующей неделе будет интерактив. Он будет предпоследним, поэтому от вашего решения будет зависеть концовка всей истории.       _____________       Ещё скажу, начни я сейчас писать эту историю, имея весь тот опыт, который получил, она бы была бы другой. Что-то бы я переделал, что-то оставил. (Точно бы оставил идею с возвышением животных. Как ни как мечта детства. Не стоило читать одну книгу.)              Собственно, выработанный здесь подход хорошо показал себя в других проектах.              По завершению книги график прод других работ будет пересмотрен.