I was never meant to be a hero (Мне никогда не суждено было стать героем)

Спи крепко, малыш. Я позабочусь о твоих снах и защищу тебя от кошмаров этого мира. Просто будь собой, а я буду взрослым, которым никто не был для меня.

………………………………………………………………………………. — С каких это пор в Токио бывают войны за территорию? — спросил Жнец, глядя вниз с крыши, на которой он сидел. — Я же говорил тебе, что в последнее время в преступном мире творится чёрт знает что, — ответил ему Ластик, тоже наблюдавший за происходящим внизу. В данный момент они находились в одной из самых опасных районов Токио и наблюдали за тем, что выглядело как противостояние между двумя крупными группировками. Ранее во время патрулирования они столкнулись с несколькими членами этих группировок и, услышав шум, решили разобраться. — Если честно, я думал, что ты преувеличиваешь, — сказал Изуку, нахмурившись и наблюдая за тем, как один из главарей банды, мужчина с причудой-мутацией, угрожающе приближается к своему сопернику. Схватка ещё не началась, но Изуку был начеку и готов вмешаться, если одно неверное движение спровоцирует ситуацию. — Ну, и что ты теперь думаешь? — спросил Айзава, и в его голосе слышался сарказм. Тем не менее, он явно готовился к тому, что крики между двумя лидерами станут громче. — Думаю, добром это не кончится, — ответил Жнец, обнажая мечи. Внезапно один из спутников лидера мутантов встал перед ним и заговорил. Его поведение было спокойным, но напряжённым, как будто он пытался разрядить обстановку. С того места, где сидели Изуку и Шота, они не могли разобрать слов, но, похоже, то, что говорил мужчина, сработало. Лидер другой группы усмехнулся, развернулся и вышел из переулка. Айзава и Мидория слегка расслабились. — Знаешь, — сказал Жнец, присаживаясь на край крыши, — может быть, рост числа самосудов в этой богом забытой стране как-то связан с тем, насколько ухудшилась безопасность. Изуку кивнул сам себе, не отрывая взгляда от расходящейся толпы. — Это странно, если учесть, насколько ухоженной выглядит остальная часть страны. — Не знаю, что тебе сказать, малыш, всё не так просто, — ответил Айзава, опускаясь на корточки рядом с Жнецом. — Комиссия инвестирует в безопасность, защиту и всевозможные хорошие программы. Но в то же время они закрывают глаза на уязвимые места. Рост экспорта и импорта Триггера не случился в одночасье. Это всё равно что пытаться заткнуть дыру: сколько бы ты её ни заделывал, вода найдёт другой путь. Они многое делают, но те области, которые они игнорируют, будь то намеренно или по незнанию, с каждым днём становятся только хуже. — Политика никогда не бывает простой. Я её ненавижу, — сказал Изуку, глядя на город. Ночной воздух, как всегда, был завораживающим. — И я, и ты, малыш, — ответил Айзава, его взгляд был устремлён куда-то вдаль. — Я не ребёнок, — быстро огрызнулся Жнец. — Перестань меня так называть. Мне 25, понимаешь? — Ты не предоставил мне доказательств того, что ты не ребёнок, так что я продолжу, спасибо. Услышав это, Мидория тяжело вздохнул. Что ж, он всё равно собирался ему рассказать. Бонусные баллы, если это заставит его перестать называть его ребёнком. — У меня тоже есть ребёнок, знаешь ли. Айзава открыл оба глаза и приподнял брови. Изуку быстро добавил: — Не кровный, а так, как ты относишься к своим ученикам, и так, как… я был твоим ребёнком. Он сделал паузу, обдумывая только что сказанное. — Нет, не совсем так, но… похоже в некоторых аспектах. Айзава тяжело вздохнул, его плечи немного расслабились. — Итак, ты завел себе маленького протеже. Я даже не должен удивляться, — сказал он. — У тебя появилось больше сочувствия ко мне и твоему старику? Изуку нахмурился. — Не думаю, что я был таким же трудным, как Иллюми. Айзава сухо рассмеялся. — Поверь мне, какие бы трудности ни доставлял тебе этот парень, я готов поспорить, что за всю мою карьеру ты был как минимум в четыре раза хуже. Мидория слегка усмехнулся. С тех пор, как он познакомился с Иллюми, он стал больше сочувствовать своим наставникам, а также Даби, потому что терпеть раздражительного подростка — это совершенно новое искусство, которому он только сейчас учится. — Ты несправедлив. Хотя я признаю, что был немного безрассуден. Айзава приподнял бровь, бросая ему вызов и не позволяя продолжать принижать его безумное прошлое. Но нельзя стать лучше, если не бороться за выживание, в конце концов, именно этому его учили. — Расскажи мне о нем, — попросил Ластик. — Он… удивительный ребёнок. Он не был линчевателем больше года или около того. Я нашёл его девять месяцев назад в переулке в Нью-Йорке. Это недалеко от Ай-Айленда, может, в часе езды на лодке, так что я регулярно там патрулирую. Изуку знал, что ему следует замолчать, но он разговорился и недавно обнаружил, что разговоры о его ребёнке — одна из его любимых тем. Он улыбнулся. — Его причуда очень мощная, что-то вроде излучения, своего рода контроль над иллюзиями. И он очень решительно настроен помогать людям. Его не остановить. — Похоже, ты пытался его остановить, — сказал Айзава, и улыбка Изуку слегка дрогнула. — Он также очень зол на весь мир по множеству веских причин. Бруклин — это… ну, Бруклин. И он потерял отца из-за жестокости в городе. Он также очень талантлив, умён и довольно забавен, но он не доверяет героям, полиции или взрослым в целом, понимаете? Мне потребовался месяц, чтобы он начал доверять мне, и ещё месяц, чтобы убедить его выходить из дома только в моём присутствии. Но убеждать его оставить улицы профессионалам перестало быть вариантом очень давно. Теперь я могу просто быть рядом с ним, учить его и… защищать его, как могу. — Изуку в отчаянии провёл рукой по волосам. — Но иногда он такой импульсивный. Я не шучу, когда говорю, что этот парень силён. Именно поэтому он до сих пор не погиб. Но я давно не видел никого, кто обладал бы такой силой, ни среди профессиональных героев, ни среди линчевателей, ни даже среди злодеев. — Его иллюзии слишком реальны и слишком убедительны. Иногда, когда ты с ним… — Изуку понизил голос. Он любил своего ребенка, но это не отменяло того факта, что иногда он боялся его власти, совсем немного. — Ты начинаешь забывать, что реально, а что подделка. Вы задаетесь вопросом, живы ли вы сами или просто продукт его иллюзий. Ему нужно научиться контролировать себя, и ему нужен кто-то, кто направлял бы его. — Что ж, — мягко сказал Айзава, — похоже, ты неплохо справляешься. — Но это не так, — ответил Изуку, уже погрузившись в свои мысли и воспоминания. В его голосе слышалось сожаление, пока он размышлял. — Он исчез два месяца назад, а может, и больше. Как будто земля поглотила его целиком. Никаких зацепок, никаких сообщений, ничего. Я знаю, над каким делом он работал, и последовал за ним сюда, но у меня так мало информации. Я схожу с ума, Сотриголова. Единственное, что я знаю, это то, что Гиран сказал, что он, скорее всего, жив, но не более того. Изуку беспокоился о своём ребёнке. Он пообещал себе, что поможет ему, что защитит его от худших проявлений этого мира и от собственной неуверенности. Он был свидетелем того, как мир обращался с бедным, чернокожим, сильным ребёнком с причудой, которая меняла цвет его глаз и волос. Они смотрели на него, называли его опасным, неуравновешенным и неисправимым. Это было полной чушью. Мидория сделал всё, что мог, за то короткое время, что у него было. Он изучал силу Иллума вместе с ним, они учились друг у друга, и Иллюми с каждым днём становился всё более опытным. Но теперь мальчик был потерян и одинок, и Изуку не мог не винить себя. Ластик успокаивающе положил руку ему на плечо. — Если Гиран сказал, что он жив, значит, так оно и есть. Не волнуйся. Мы его найдём. — Мы так и сделаем, — сказал Изуку, почти как будто загадывая желание, умоляя мир о том, чтобы, где бы ни был Иллюми, с ним всё было в порядке, чтобы он вернулся домой. С этой мыслью он взял себя в руки и озорно улыбнулся Айзаве. — Знаешь, Шинсо успел встретиться с ним пару раз до того, как он пропал без вести. Хочешь узнать, что он о нём подумал? Айзава прищурился. — И что он подумал? Изуку ухмыльнулся. — Он сказал, цитирую: «О-о-о, Айзава возненавидит этого маленького демона. Мы должны свести их друг с другом». Изуку видел, что Сотриголова разрывался между желанием рассмеяться и просто спрыгнуть с крыши. Наконец он тяжело вздохнул и встал, готовясь продолжить патрулирование. — Думаю, нам придётся это выяснить. Что ты думаешь? Изуку тоже встал и улыбнулся. —Думаю, он тебе понравится, — сказал он. — У него есть стремление к добру и справедливости, которого никогда не было у меня. Ластик ответил мягкой и грустной улыбкой: —Думаю, что да, малыш. Думаю, что да. —----------------------------------------------------------------------------------------------- Наконец наступил понедельник, ознаменовавший официальное начало разведывательной миссии. Команда провела все выходные, обустраиваясь у залива и просматривая подробные отчёты, которые Изуку подготовил для каждого из них. Теперь все были готовы приступить к работе. Место было красивым, в заливе было солнечно и полно туристов. На первый взгляд, казалось, что за стенами такого живописного места не может происходить ничего подозрительного. Склады выглядели так же, как на фотографиях: сгрудившиеся вместе и заброшенные. — Мы готовы. Команда «Красная», вы можете выдвигаться к первому складу. Команда «Синяя», ждите разрешения, — сказал Арин по рации. Миссия началась. Креати и Найтшейд незаметно вошли в первый склад, пока Арин следил за камерами, отслеживая движение и выискивая любые зацепки. — Всё чисто. Команда «Синяя», действуйте осторожно, — прошептал Найтшейд по рации. Изуку наблюдал за происходящим через камеры. Смотреть было особо не на что — только на коробки и старую технику. Но даже эта, казалось бы, заброшенная установка могла содержать ценную информацию. — Креати, докладывай, — сказал Арин. — Коробки выглядят такими же заброшенными, как и сам склад. Никаких признаков Триггера или наркотиков, но здесь много всего, — ответила Креати, осматривая оборудование и ящики. — Динамайт, Небула, есть ли среди этой техники что-то похожее на технологии Эйса? — спросил Арин, пытаясь понять, могут ли эти обломки быть полезны. — Ничто из этого дерьма даже отдалённо не похоже на снаряжение Эйса, но я продолжу поиски, — проворчал Динамайт, продолжая поиски. — Хорошо. Пока вы этим занимаетесь, команда «Красная», двигайтесь к следующему складу. Поищите какие-нибудь бумаги, компьютеры или USB-накопители, которые могли остаться. Если найдёте какие-нибудь мелкие технические устройства, заберите их. В противном случае сосредоточьтесь на сборе информации с помощью камер на телах. Мы не можем тратить здесь слишком много времени. — Принято, — в унисон ответили Креати и Найтшейд. Второй и третий склады были почти пусты, но им удалось найти несколько подозрительных предметов, которые стоило осмотреть. Они собрали всё, что смогли, и отправились на последний склад. — Синяя команда, докладывайте, — сказал Изуку. — Не более чем пустая трата времени, — пробормотал Небула, лениво перебирая груду старых деталей. Его прервал Динамит. — Чёрт, — внезапно сказал Динамайт. — Арин, ты это видишь? Его камера была направлена на заднюю стену склада, где за стопкой коробок виднелся большой логотип. — На что я смотрю? — Спросил Арин. — Я думаю, это секретный лаз. Это точно его логотип, — напряжённо ответил Бакуго. — Понял. Команда «Красный», возвращайтесь на первую позицию, — приказал Изуку. — Нет, — вмешался Найтшейд. — Мы тоже кое-что нашли, похоже на заброшенную лабораторию Триггера. Мы продолжим осмотр. Команда «Синяя», действуйте осторожно и проверьте меры безопасности. — Понял, — ответил Изуку. — Команда Синих, вы слышали своего лидера. Действуйте осторожно. Изуку откинулся на спинку стула, наблюдая за камерами. Обе команды наткнулись на потенциальные золотые жилы. Лаборатория казалась заброшенной, но инстинкты подсказывали ему, что там есть что-то ещё. Стена, которую обнаружил Динамайт, действительно была потайной дверью, хотя на ней не было видимой клавиатуры. Однако рядом с ней были нарисованы граффити, возможно, шифр. — Динамайт, сфокусируй камеру на граффити справа. Хорошо. Теперь попробуй постучать в дверь в таком порядке: три раза в левом верхнем углу, два раза в правом нижнем углу, пять раз в центре и три раза в правом верхнем углу. По рации Изуку услышал слабый писк, когда дверь открылась. — Хорошо. Будем надеяться, что это не ложная тревога. Действуйте осторожно. Внутри фальшивой стены была целая куча заброшенных компьютеров и файлов, которые выглядели так, будто были созданы ещё до появления причуд. Если бы Изуку не знал, что это место заброшено, он бы сказал, что им никто не пользовался годами. Однако… — Небула, на стене висит календарь, какая сегодня дата? — спросил он. — Март этого года. Почему? — Ответил Туманный. — Вы оба, используйте порты, которые я вам дал. Попробуйте включить компьютеры и подключить их как можно скорее. Я постараюсь подключиться. НИЧЕГО НЕ КАСАЙТЕСЬ, — проинструктировал Арин. Будем надеяться, что они смогут получить информацию с компьютеров. — Понял, — сказали они оба, подключая USB-порты к компьютерам. — Красная команда, статус? — Спросил Изуку. — Похоже, что здесь не осталось никаких следов, только пара папок. Мы их собрали, но больше ничего нет. Мы проведём финальную зачистку, а затем вернёмся к «Синим», — сказала Креати. К счастью, компьютеры включились, и Изуку смог приступить к взлому. Защита была превосходной, очевидно, кто-то приложил немало усилий, чтобы замести следы. Но, имея 10-летний опыт взлома, Изуку работал быстро и эффективно. Не так хорошо, как мисс Би, но достаточно хорошо. Загружая файлы в USB-порты, он знал, что даже если файлы зашифрованы, мисс Би сможет помочь взломать их позже. Внезапно зазвучала сирена. По рации Изуку услышал зловещий щелчок закрывающейся двери и сердитый крик. — ТЫ БЕСПОЛЕЗНЫЙ СТАТИСТ! ЧТО ТЫ, НАХРЕН, СДЕЛАЛ?! — раздался в трубке разъярённый голос Кацуки. — Я-я ничего не делал! Я просто осматривался, и там была эта клавиатура, я просто хотел посмотреть, есть ли там ещё какая-нибудь информация! — запинаясь, произнёс Небулус. Этот глупый придурок активировал защитную систему. На заднем плане Изуку слышал обратный отсчёт. У него не было времени кричать на Небула, нужно было закончить загрузку данных. — Динамайт, я слышу обратный отсчёт. Посмотри на панель. Сколько у нас времени? — Три минуты и одна секунда, но дверь заперта. Нам придётся пробиваться наружу. — Вы слышали, команда «Красная»? У вас есть координаты команды «Синяя». Подготовьте способ отхода, при необходимости разбейте стену. Мне всё равно как, но они оба должны быть на свободе через две минуты. Команда «Синяя», подождите, пока я закончу собирать информацию. Не двигайтесь с места, пока не обеспечите себе отход. — Принято, — ответили все, в то время как Изуку продолжал взламывать зашифрованные данные. Взрыв возвестил о том, что был создан выход. — Синяя команда, оставайтесь на месте. Я ещё не закончил. Динамайт, время? — Одна минута, — ответил очень напряженный Динамайт. Хорошо, более чем достаточно. Но у Небуласа были другие идеи. — К чёрту всё это! — закричал он, когда нервы взяли над ним верх. — Я ухожу! Он бросился к только что образовавшейся дыре в стене, а Динамит остался на месте. — Пятнадцать секунд! Черт возьми! — выкрикнул Динамайт. — Я закончил! Убирайся СЕЙЧАС ЖЕ! — Крикнул Изуку. С этими словами Бакуго схватил оба USB-порта и использовал свою причуду, чтобы улететь как можно дальше от склада. Он рассчитал время идеально: как только он сбежал, все четыре здания превратились в пыль. Ничего не осталось, по крайней мере, все были живы. —-------------------------------------------------------------------------------------------- — ТЫ НЕ ПОСЛУШАЛ ПРИКАЗОВ, КОТОРЫЕ ДВАЖДЫ ОТДАВАЛИ ПРЯМО ТЕБЕ. ТЫ ПОСТАВИЛ ПОД УГРОЗУ МИССИЮ И, ВОЗМОЖНО, ВСЮ ОПЕРАЦИЮ, УНИЧТОЖИВ НАШУ ГЛАВНУЮ НАХОДКУ. ТЫ ОСТАВИЛ СВОЕГО ПАРТНЕРА В ОПАСНОЙ СИТУАЦИИ, И ЕСЛИ БЫ НЕ ДИНАМАЙТ… — Арин сделал паузу. Он позволил себе разозлиться, а это не лучшее состояние для подведения итогов. Он глубоко вздохнул, пытаясь восстановить самообладание, прежде чем продолжить. — Если бы не ваши напарники, эта миссия была бы полностью провалена. Вы это понимаете? — прямо спросил он, пристально глядя на Небула, который выглядел виноватым, но слишком злым для того, кто только что провалил такую важную миссию. Был четверг. В данный момент они находились в кабинете Изуку в Комиссии героев, проводя разбор полётов и передавая информацию, которую им удалось спасти, включая USB-накопители. — Я понимаю, что сделал то, что считал правильным. Это не моя вина, что клавиатура была каким-то охранным устройством или чем-то в этом роде, — сказал Небула, не обращая внимания на серьёзность ситуации. — Но это ваша вина, что вы не подчиняетесь приказам и бросаете своего напарника на произвол судьбы, — резко ответил Арин. — Мне всё равно. В следующей миссии я справлюсь лучше, ладно? Мы можем идти? — устало и безразлично ответил Небула. Изуку никогда не понять, как этому парню удалось стать 20-м по популярности героем в Японии. Но запугивать? Такого от него Мидория не ожидал. — В следующий раз такого не будет, — сказал Изуку властным голосом, в котором не было ни капли милосердия или сострадания. — Я уже поговорил с госпожой президентом. После оценки вашей работы было решено, что вы скорее обуза, чем помощник. Вы предоставили нам всю имеющуюся у вас информацию, а тот, кто не может выполнять приказы, не нужен для такой деликатной операции. Вы официально отстранены от миссии. Небулус вскочил на ноги, его поведение изменилось. Воздух вокруг него казался бушующим и холодным. — Думаешь, ты такой крутой, потому что умный? Что ж, угадай, что я думаю, ты, грёбаный бездарный иностранный сучёныш. Я думаю, что ты просто умеешь подлизываться к начальству. Я не куплюсь на это дерьмо. Всё произошло как в тумане. Небулус двинулся к Деку, который сидел за столом. Иуку приготовился защищаться, готовый при необходимости сбить с ног синекожего, но этого не потребовалось. В мгновение ока Небулус оказался на полу. Кацуки сбил его с ног прежде, чем тот успел сделать ещё шаг. Все взгляды устремились на то, что происходило на земле. Бакуго продолжал сидеть на корточках над Небулосом, и на его лице была написана чистая ярость. — Что ж… это было познавательно, — спокойно сказал Изуку таким же невозмутимым тоном, как будто ничего не произошло. — Небулус, ты можешь идти. Остальные, отличная работа. Пожалуйста, возвращайтесь к своим обязанностям героев. Я позвоню вам и вашему новому товарищу по команде, когда придёт время следующего задания. Все свободны. Он говорил просто, не оставляя места для споров. Один за другим остальные члены команды выходили из комнаты, бросая взгляды на Небулуса, который сердито встал и вышел, не сказав ни слова. Как только комната опустела, Изуку откинулся на спинку стула и медленно выдохнул. Что ж, это было… уже что-то. …………………………………………………………………………………………. — Я всегда хотел узнать, из-за чего весь этот шум, понимаешь? Мои друзья в Гонконге всегда говорят, что ты лучший, но я не знаю… Наверное, я не вижу в тебе смелости, — сказал Гиран, выглядывая из переулка, где Жнец связывал нескольких парней, которые пытались ограбить подростка. — Ты выглядишь точно так же, как и любой другой линчеватель, которого я видел. Жнец не потрудился ответить. Он просто уставился на него. — Жаль, что вы так скоро уходите. Я бы не возражал поработать вместе ещё немного, но, полагаю, у вас есть дела поважнее, — добавил Гиран так драматично, как только мог. — Есть места, где нужно быть, — просто ответил Жнец. — Я получил ваши бомбы. Полагаю, раз вы здесь, у вас есть информация. Я не прав? — Нет, это не так, — с усмешкой сказал Гиран, вытаскивая из кармана пальто желтый конверт. — Внутри все, что я смог раскопать о пропавших линчевателях, главарях триггеров и исчезновениях в портах. Однако не смог найти ничего конкретного о вашем парнишке линчевателе. Но я действительно слышал об одном молодом паршивце, который появлялся на публике и выводил из себя многих важных людей, поэтому я добавил это. Надеюсь, ваш друг сможет им воспользоваться. — Он выжидающе приподнял бровь. Жнец кивнул. Наконец-то у него появилась зацепка. — Он так и сделает. Спасибо, — сказал он, доставая свою коробку и бросая её Гирану, который поймал её в воздухе. — Как и обещал, полдюжины. Гиран открыл коробку, осмотрел бомбы внутри и, дьявольски улыбнувшись, бросил жёлтый пакет Изуку. Он был тяжёлым и полным бумаг. -Было приятно иметь с вами дело, мой дорогой Жнец. Надеюсь, наши пути пересекутся снова, и чем скорее, тем лучше. И не забудьте сказать своему будущему другу, что я вам помог, чтобы я мог быть на его стороне. А теперь, я полагаю, это «до свидания» , — сказал Гиран, явно наслаждаясь игрой, в которую он играл. Теперь у Изуку был опыт, чтобы подыграть ему. Жнец кивнул Гирану и исчез среди крыш. Он мог это сделать. Он найдет своего ребенка. —----------------------------------------------------------------------------------------------- — Я собираюсь стать линчевателем, когда поступлю в Шикецу, — сказал Изуку, погрузившись в свои мысли. Они оба молчали уже полчаса, и ему действительно нужно было сказать это Даби, в основном потому, что они вряд ли ещё когда-нибудь увидятся в этом парке. Последние дни лета нависали над ними, как угроза. Шел небольшой дождь, что было странно для этого времени года, но ночь была прекрасна, как всегда. Два месяца назад Изуку приняли в программу поддержки Шикецу, и теперь, когда он окончил среднюю школу, его беспокоило только то, как он будет тренироваться и готовиться к старшей школе на другом конце страны. И, конечно, его встречи с Даби, которые к тому времени стали привычными. Они встречались в парке по меньшей мере два раза в месяц и говорили о своей жизни (в основном о жизни Изуку), своих убеждениях (в основном о убеждениях Даби) и общих интересах (обоих). Иногда Даби даже позволял ему спарринговаться с ним. Было приятно, что есть кто-то, кто не осуждает даже его самые безумные взгляды на мораль, связанную с воспроизведением человеческих причуд, и кто действительно готов поговорить, а не сразу затыкает его. — Я бы удивился, если бы это было не то, что я ожидал от тебя услышать, — ответил Даби, безуспешно пытаясь изобразить незаинтересованность. — Однако, может быть, тебе стоит использовать свой первый год, чтобы завести друзей и повеселиться, понимаешь? Будь подростком. — Сейчас мне не очень-то хочется заводить друзей. У меня есть мечта, которую я хочу осуществить, так что школа для меня — это просто школа. Но… — Изуку на мгновение замолчал. — Я действительно хочу помогать людям, так или иначе. Тем, кому никто не помогает. — Он говорил решительно. — Полагаю, мы слишком много говорили о политике, не так ли? — устало сказал Даби. — Конечно, малыш, я не собираюсь тебя останавливать или что-то в этом роде. Просто… Изуку с любопытством посмотрел на него. — Просто оставь серьёзных противников серьёзным парням. Я не смогу тебя защитить, и нам повезёт, если мы будем видеться раз в месяц. Пожалуйста, будь осторожен. Изуку стало немного не по себе, но в то же время он был взволнован. Он думал об этом несколько месяцев, и, когда он рассказал о своей мечте Даби, она стала казаться ему более реальной. — Обещаю, — сказал Изуку с широкой улыбкой. — Куда ты пойдёшь после этого? — спросил он, меняя тему. — Я думал об Окинаве. Мы с Тогой выслеживаем не очень-то героических героев, так что вот. И, может быть, какое-то время мы будем сидеть тихо, в зависимости от результата. Я постараюсь настроить зашифрованную линию до твоего отъезда, так что, может быть, я не буду так сильно волноваться, когда мне придётся скрываться. Так я смогу связаться с тобой в твоей новой модной школе. — Если бы ты сказал мне, что так сильно беспокоишься обо мне восемь месяцев назад, я бы отправил тебя в больницу с диагнозом «деменция», — сказал Изуку, глядя на звёзды. Даби тоже смотрел на звёзды. — Ну, восемь месяцев назад я не знал, что мне позволено заботиться о людях. Полагаю, это побочный эффект воспитания героем. Даби почти никогда не рассказывал о своём прошлом, но по обрывкам фраз, которые он проговаривал, Изуку было нетрудно догадаться, кем был его отец. Он также понял, что Даби скучает по своим братьям и сёстрам — один из них, скорее всего, ровесник Изуку. Наконец, Изуку заговорил. — Спасибо, что беспокоишься. — Не стоит благодарности, — сказал Даби. Затем снова воцарилась тишина. Было уже поздно. Изуку скоро нужно было уходить, поэтому он заговорил снова. — Знаешь, в кои-то веки я, кажется, действительно с нетерпением жду будущего. Даби посмотрел на него и широко улыбнулся. Он выглядел намного лучше, чем восемь месяцев назад. — Я тоже, малыш. Я тоже. Он будет скучать по их маленькому парку, но это не было прощанием. Это было просто «увидимся позже». ……. Было раннее утро, когда Изуку вернулся домой после встречи с Даби. Он был весь в грязи из-за странного летнего дождя. Его сумки были уже упакованы, и его комната выглядела немного меньше и немного пустее. От него там мало что осталось. Но было последнее, что ему нужно было сделать перед отъездом. Медленно он начал срывать плакаты, один за другим. Плакаты Всемогущего начали падать. Сначала он был осторожен, не торопился, чтобы не повредить их. Но чувства были слишком сильными, обида — слишком острой. Больше не было смысла заботиться о них. Он сорвал их. Он разорвал их на части и бросил на грязный пол. Когда плакатов не осталось, Изуку понял, что плачет, а его руки кровоточат. В последний раз он позволил себе поплакать: за свою мечту, за свою смерть и за мальчика, чья душа когда-то лежала на гравии под зданием. Больше не будет пролито слез по его разбитой душе. …… …………………………………………………………………………………………………. В этот момент Изуку был готов бросить в дзюдо следующего, кто заговорит с ним, — в смокинге и всё такое. Неважно, был ли это какой-то случайный высокопоставленный чиновник, пытающийся подняться по карьерной лестнице, или очередная женщина, пытающаяся затащить его в постель. Боже, его ориентация даже не была секретом; им просто было всё равно, не так ли? Наконец-то он получил своё первое «дипломатическое задание» после конгресса, и оно заключалось в том, чтобы присутствовать, очаровывать и болтать на одном из знаменитых благотворительных вечеров, организованных министром связи. Само по себе это звучало довольно забавно. Но, учитывая, что большинство присутствующих были настолько невыносимы, что Гиран по сравнению с ними казался святым, можно с уверенностью сказать, что ему было не до веселья. И всё же у него была миссия. Поэтому он допил четвёртый бокал шампанского и очаровательно улыбнулся инвестору, который в тот момент разглагольствовал о производстве риса. — Конечно, мы пытались увеличить экспорт за последние несколько лет, но это был ужасный сезон пестицидов, и с ними почти невозможно получить прибыль. Мы могли бы платить нашим полевым рабочим меньше, но я бы не хотел связываться с этими надоедливыми правилами, которые они ввели в прошлом году. Честно говоря, я даже не знаю, зачем им все эти деньги. Когда ты в сельской местности, понимаешь меня? — в голосе толстяка сквозила жадность. Изуку хотелось пристрелить его. Неужели этот парень может быть ещё более тупым? Тем не менее, он слишком очаровательно улыбался. — Я полностью согласен, мистер Райанм. Очевидно, что вина полностью лежит на этих правилах, а не на людях, которые пытаются платить полевым рабочим меньше минимальной заработной платы. — Его голос был настолько полон сарказма, что он удивился, как этот человек не подавился. Но инвестор лишь ухмыльнулся. — Я знал, что ты умный, мальчик, — сказал он с мерзким смехом, прежде чем продолжить свою отупляющую речь, полную ненависти. Изуку просто взял ещё один бокал шампанского. А потом ещё один. Его вечер был настолько скучным и мрачным, насколько это вообще возможно, пока краем глаза он не заметил знакомое лицо. Там был Катсуки. Одетый в идеально сидящий на нём смокинг, он пил что-то, похожее на виски, а его волосы были уложены так, как Изуку никогда раньше не видел, и это… прилично смотрелось на его острых чертах лица. Его телосложение было в основном скрыто под костюмом, но ткань всё равно немного натягивалась на его руках и плечах. Изуку подумывал о том, чтобы полностью проигнорировать его. Но тут к нему начал приближаться ещё один прихвостень инвестора, явно готовый начать разговор, и, что ж, времена были тяжёлые. — Так вот как славный Динамит проводит свои выходные в окружении подхалимов и красивых женщин, — сказал он, направляясь к углу, где стоял Бакуго. Катсуки слегка напрягся, но, похоже, не удивился, увидев его. — Я думал, ты не хочешь со мной разговаривать, — пробормотал он, приподняв бровь. — Я передумал. Я не безрассудный человек, знаешь ли, — Изуку сделал глоток из своего бокала. — Ты и раньше заставал меня в не самых идеальных ситуациях, но я умею ценить хорошо выполненную работу. Я хотел хотя бы поблагодарить тебя за то, что ты добыл информацию во время последней миссии и доверился мне настолько, что не ушёл. — Ерунда, — пробормотал Бакуго. — К твоему сведению, ты мне по-прежнему не нравишься, и я по-прежнему считаю, что ты ничуть не изменилась. Но беда не приходит одна, и ты выглядишь так же взволнованно, как и я. Если я останусь с тобой, то, по крайней мере, мне не придётся развлекать священника-психопата и его жену, которая, кстати, определённо ему изменяет. — сказал он, будучи слишком пьяным, чтобы взвешивать свои слова. При этих словах Кацуки издал резкий смешок. — О, так у тебя есть эмоции, кроме гнева и рычания. Очень познавательно, — пьяно улыбаясь, сказал Изуку. — Да, некоторые из них, — ответил Кацуки, делая ещё один глоток виски. — Но ты прав, его жена ему изменяет. Друг сказал мне, что видел, как она целовалась с каким-то героем на последнем торжестве. — Я так и знал! — торжествующе сказал Изуку. — Да, да, очень умно или как-то так, — пробормотал Бакуго. После этого они молча потягивали свои напитки, и ни один из них не хотел портить первый приличный разговор, который у них состоялся с тех пор, как вернулся Изуку. Кроме того, если они будут держаться вместе, никто не подойдёт к ним. — Итак, ты хоть представляешь, кто будет следующим членом нашей команды? — наконец спросил Бакуго, в основном просто чтобы нарушить молчание. — Конский Хвост и Мешки сказали, что это будет Половинчатый, но я сомневаюсь. — Полагаю, ты имеешь в виду Шинсо и Яойорозу. А под «Половинчатым» ты, должно быть, подразумеваешь Шото Тодороки. Нет, они оба неправы. Сейчас Тодороки присматривает за Эри, так что наш новый член команды уже выбран. Это Электрозум. Услышав это, Бакуго слегка ухмыльнулся, а Изуку удивлённо приподнял бровь. — Две улыбки за одну ночь, должно быть, я побил какой-то рекорд. Есть какая-то особая причина? Бакуго немедленно вернул своему лицу нейтральное выражение. — Ничего страшного. Электрозум — хороший друг, — пробормотал он. Изуку склонил голову набок, заинтригованный. — Великий Динамит… с друзьями? Я и не знал, что такое возможно. Думал, у тебя только помощники. — Тогда ты будешь постоянно удивляться, — сказал Бакуго отстранённым, почти сожалеющим тоном. Взгляд его глаз заставил Изуку подумать, что, может быть — только может быть, — быть вежливым с Кацуки не так сложно, как он думал поначалу. Наконец он сделал последний глоток из бокала с шампанским и решил, что пора закругляться. — Что ж, я не против удивления. Пока что я просто рад, что в моей команде есть компетентные люди. Хорошего вечера, Динамайт. Бакуго, похоже, не собирался никуда уходить, пока не допьёт свой скотч, поэтому он просто кивнул. — Спокойной ночи, Арин.