Вы так далеко

Москва встретила Модди сдержанным зимним солнцем, скользившим по заснеженным крышам, и морозным воздухом, от которого дыхание превращалось в белый пар. Снег под его сапогами хрустел глухо, будто скрип старых пергаментов, а ледяные узоры на окнах домов казались искусными рисунками великого мастера. Город жил своей жизнью, не замечая его одиночества. Дамы в мехах торопились на вечерние приёмы, их смех звенел, как колокольчики на рождественской ёлке. Офицеры степенно прохаживались по мостовой, обсуждая последние новости, а извозчики, закутанные в тёплые плащи, выкрикивали маршруты, приглашая пассажиров в свои кареты. У входа в театр толпились студенты, оживлённо обсуждая премьеру. Афиши сияли яркими буквами, обещая зрителям волшебство искусства. Но всё это было неважно. Важным было только одно — Секби. Модди остановился перед театром, глядя на афишу. Глаза его быстро пробегали по строкам, выискивая знакомое имя, которое когда-то встречалось здесь так часто. Но его не было. Он опустил взгляд, чувствуя, как внутри всё сжалось. Это был странный, неприятный момент — когда понимаешь, что человек, которого ты ищешь, больше не рядом. Что его имя больше не мелькает в газетах, не звучит на устах зрителей, не украшает программы спектаклей. "Вы так далеко, возле моря, вы снова мне снились…" Модди провёл рукой по воротнику своего тёмного пальто, поправляя шарф, пытаясь согреться. Но холод, пробирающийся под кожу, был не от мороза — он шёл изнутри. Он шёл от мысли о том, что Секби сейчас где-то далеко, возможно, даже не вспоминает о нём. Но ведь вспоминает… правда? Память услужливо подбросила образ: как Секби смеётся, закатывая глаза, когда Модди снова спорит с ним о вкусах в литературе. Как греет руки о чашку горячего чая, сидя в кресле у камина. Как смотрит на него с той самой лёгкой усмешкой, в которой скрыто слишком много всего. "Я вам напишу это вечером, после премьеры…" Но что он напишет? "Я скучаю?" "Вернитесь?" "Я не могу без вас?" Модди прикрыл глаза, подавляя тяжёлый вздох. Он не мог сказать этих слов, даже на бумаге. Вместо этого он медленно пошёл дальше, скользя взглядом по засыпанной снегом улице. Где-то впереди замерцал свет Вишнёвого сада. Не настоящего, конечно. Просто вывеска кафе, куда они когда-то заходили. Где пахло свежей выпечкой, где чай всегда подавали с мёдом, где было тепло и уютно, даже в самые морозные дни. Модди остановился на мгновение, потом, поддавшись порыву, шагнул внутрь. Здесь ничего не изменилось. Те же деревянные столики, те же мягкие кресла у окна. Те же свечи на столах, отбрасывающие мягкий свет. Он сел в их любимый уголок, заказал чай. Достал из кармана письма. "Ищу ваше имя украдкой на яркой афише, Брожу, будто тень, по Вишнёвому вашему Саду…" Губы беззвучно шепнули: — Любите меня, мне это надо. А за окном медленно падал снег.