Лазурный огонёк и Восточный тигр

Лан Цяньцю махнул рукой и демон почувствовал легкость в теле. - Можешь идти, - кинул ему бог, развернувшись в сторону главной улицы. Ци Жун с удивлением посмотрел в спину уходящего юноши, а потом осмотрел себя. Ему понадобилось некоторое время, чтобы понять, что связывающее заклинание было снято и теперь он может отходить от Лан Цяньцю на какое угодно расстояние. Он свободен. Лан Цяньцю прошёл несколько ларьков с едой, обходя людей, что шли ему навстречу и остановился напротив продавца алкоголя, который с энтузиазмом зазывал людей попробовать его крепкий напиток. - Вино действительно настолько крепко, как ты говоришь? – с безразличием поинтересовался принц. - Да, молодой господин, самое крепкое в городе! Выпив один кувшин, здоровый мужчина уснет беспробудным сном на весь следующий день! - Дай пять кувшинов, - Лан Цяньцю кинул продавцу несколько золотых монет, что было явно больше, чем нужно. Мужик подал принцу кувшины и хотел дать сдачи, но тот отмахнулся от денег и побрел дальше. Найдя свободную лавочку чуть дальше по дороге, юноша сел и открыл первый кувшин. Он сделал несколько глотков, отметив, что вино действительно очень крепкое, и посмотрел на веселых людей, которые проходили мимо. В полностью пустой голове Лан Цяньцю внезапно возникла настолько яркая и правдоподобная сцена, что её вполне можно было спутать с реальностью. Юноше показалось, что его окликнули неприятным прозвищем и отчитали за то, что он ушёл, не оставив и пары золотых монет. А потом сели рядом и беспардонно забрали у него с рук кувшин, чтобы выпить его залпом. Бог смотрел на пустое место возле себя и отчетливо видел одного конкретного демона, хотя и понимал, что его там нет. Когда странный и нежелательный мираж окончательно растворился, Лан Цяньцю вновь уставился на прохожих перед собой, но где-то в его душе за отрицанием и гневом скрылась маленькая надежда, что представленная ранее сцена воплотится в жизнь. Но время шло, а зеленых одежд среди разноцветных ханьфу всё не было. И первый кувшин полностью опустел силами самого принца. Ци Жун не вернется. Лан Цяньцю это прекрасно понимал. Он даже догадывался, что тот с самого начала хотел сбежать во время праздника, из-за чего с таким рвением и просился в мир смертных. Поэтому, то, что он всё ещё не нашёл принца не было удивительно. Хотел бы он вернутся – сразу нагнал бога, как только тот освободил его от заклинания. Но… Был открыт второй кувшин. А сам принц в раздумьях пошёл к мосту через реку, чтобы полюбоваться на луну. Скорее всего Ци Жун уже далеко за пределами города. Он спрячется в какой-то норе, так, чтобы его не нашли ни боги, ни демоны, и будет выжидать подходящего момента, чтобы снова начать всем вредить. Хорошо, что Лан Цяньцю не сломал проклятую кангу на его шее. С ней Ци Жун будет не настолько опасным. Вряд ли у демона есть способ самостоятельно с ней расправится. А может… Ци Жун нашёл Гу Цзы и сбежал вместе с ним? Наверняка демон смог бы одурачить парня и уговорить бросить Лан Цяньцю ради «папы». С одной стороны недопустимо оставлять ребенка с сумасшедшим, но с другой – Ци Жун вёл себя более сдержанней рядом с Гу Цзы и даже был похож на настоящего отца. Возможно, мальчик бы повлиял на демона и тот не пакостил. В любом случае – всё уже сделано. Лан Цяньцю отпустил демона и тот ушёл. Поздно жалеть об этом. Принц открыл третий кувшин и на ватных ногах пошёл с мостика в сторону главной улицы. Ноги его уже мало слушались, а перед глазами всё плыло. Но он упрямо шёл вперед и пил с горла третий кувшин. Остатки разума всё ещё кричали ему, что тот сделал огромную ошибку, но Лан Цяньцю упрямо отмахивался от них. Он хотел забытся хотя бы на одну ночь. Хотел оставить всё свои тяжёлые мысли где-то далеко, а самому спрятаться в коконе с густой и тихой темноты, чтобы ничего не понимать и не знать. «Возможно… тогда все проблемы решатся сами по себе?» - наивно думал юноша, открывая четвертый кувшин с, как оказалось, действительно очень крепким вином. Яркое солнце слепило даже через закрытые веки, а отдаленный шум человеческих голосов резал уши не хуже звона колокола прямо над головой. Лан Цяньцю протяжно простонал и с трудом перевернулся на другой бок, чтобы уйти хотя бы от одного раздражающего фактора. Он надеялся, что сможет снова уснуть, но тяжелое гудение в голове и невероятная жажда не дали этого сделать. Нужно было вставать… Первым делом бог разлепил веки. Но даже это действие далось ему не с первой попытки. Прошло по ощущениям Лан Цяньцю довольно много времени, прежде чем его взгляд смог сфокусироваться на пространстве перед собой таким образом, чтобы всё не выглядело, как размытые пятна. Первое, что увидел принц, и что смог опознать – был кувшин, прямо перед ним. Лан Цяньцю с надеждой, что внутри него была вода, потянулся к нему трясущейся рукой. От прохлады керамической посуды юноша испытал некоторое облегчение. Он подтянул кувшин к себе, расплескивая из него жидкость и с упоением припал к его горлышку. Вода полилась ему в рот, нос и глаза, но большая её часть разлилась вокруг его головы. Спустя несколько мгновений емкость была пуста и откинута за ненадобностью в сторону. Вода принесла Лан Цяньцю небывалое облегчение и через некоторое время его разум начал прояснятся. Он наконец заметил над собой потолок с красивой лепниной и ощутил под собой мягкий матрац с приятной на ощупь простыней. Юноша лежал в кровати. От осознания своего места положения Лан Цяньцю удивился. Ведь он чётко помнил, что был на улице под каким-то деревом, когда допил последний кувшин вина и решил прилечь. Неужели он забыл то, как дошёл, судя по всему, до постоялого двора и снял себе комнату? Но этого не может быть! пусть юноша перебрал, но он никогда не страдал потерей памяти даже когда напивался ещё сильнее. Но вполне возможно, что это всё же случилось. - Что же я натворил, пока был пьян? – обреченно прохрипел Лан Цяньцю, прикрывая руками глаза. - Уснул под деревом, как бездомный. А потом, когда мы тебя сюда перетащили, храпел на всю комнату и говорил какой-то бред во сне, - ответили ему на вопрос. Лан Цяньцю резко, насколько вообще мог в его состоянии, вскочил на кровати. Он не поверил своим ушам и на мгновение подумал, что всё ещё пьян, так как голос принадлежал тому, кого он вообще не ожидал сейчас увидеть. - Ци Жун? – с неверием переспросил принц, глядя на фигуру в зеленом, что сидела за низким столиком напротив кровати и уплетала миску пельменей. - А кто ещё? Не проспался до сих пор? — с набитым ртом спросил демон. - Что ты… что ты здесь делаешь? Ци Жун проглотил очередную порцию пельмешек и ответил с таким взглядом, будто говорил с идиотом, который не понимал очевидное: - Обедаю. - Нет… то есть да… но я имею в виду… почему ты здесь? - Потом что один придурок напился и уснул под деревом посреди улицы и его нужно было куда-то перетащить до того, как стража бы выволокла его бессознательную тушу за пределы территории проведения праздника и бросила в какую то канаву. Ещё несколько белых шариков отправилась в рот демону и тот начал с удовольствием их пережевывать. - Да не о том я… - юноша потер свое лицо, пытаясь таким образом ещё больше прийти в себя. Он оглянулся и понял, что находится в довольно просторной и красивой комнате с большими окнами и дорогой мебелью. Они точно были на постоялом дворе и, скорее всего, демон оплатил эти покои деньгами самого принца. - Где Гу Цзы? - Пошёл гулять с новыми друзьями. Ему надоело торчать в комнате и ждать пока его «многоуважаемый» учитель соизволит проснутся, - не отрываясь от еды ответил Ци Жун. - Это ты перенес меня сюда? - А кто ещё? Гу Цзы не смог бы при всём желании поднять тебя. Отъелся же ты на божественных харчах. Я и сам тебя не смог бы дотащить. Заплатил каким-то мужикам, чтобы помогли. - Почему? - Что «почему»? нужно было оставить тебя под тем деревом? Я бы так и поступил с такой свиньей, как ты, что не умеет пить. Но Гу Цзы не хотел тебя бросать и пытался сам что-то сделать. Но ты не реагировал на него. - Нет же! Почему ты вернулся? Я ведь тебя отпустил! Ты мог идти куда угодно! Подальше от меня! – не выдержал принц и заорал, как не в себя. Вот только сразу же пожалел об этом и схватился за голову, которая казалось уже раскололась напополам от его собственного голоса. - Ха! Отпустил он! А об этом ты забыл? – Ци Жун указал на свою шею, имея в виду проклятую кангу, - Как мне, по-твоему, жить с этой штукой? Ты ведь её не снял. Я сейчас не сильнее какого-то мелкого демона. И ты предлагал мне уйти на все четыре стороны в таком состоянии? - Разобрался бы сам с этим как-нибудь… Кангу возможно снять. - Ага, вот только на это нужно куча времени. Даже пары сотен лет будет недостаточно. А у меня и того не было бы, если б твои божественные дружки вдруг узнали, что ты отпустил меня. Началась бы охота за мою голову. Даже мой «дорогой» братец подключился вместе со своим цепным псом. В какую нору я не залез бы, меня бы нашли и схватили не больше чем за десять дней. И что тогда? Казнь? Нет уж, спасибо. Мне такая свобода не нужна. Я… тц, - Ци Жун с раздражением отвернулся от Лан Цяньцю и закончил едва слышно, - Я сейчас слишком слаб для неё… - Почему не убил меня? Тогда канга сама бы сломалась. - Я хотел, - честно ответил демон, - Но ты ведь не блокировал свои силы, значит обычным оружием тебя даже не ранить, а божественное в этом городе хрен найдешь. Поэтому… поэтому ты жив, - демон взял чашу с вином и залпом выпил её, - Пойду, скажу слугам, чтобы воды натаскали. Тебе нужно помыться, а то воняешь как свинья. Ци Жун молча вышел из комнаты, оставив бога наедине со своими мыслями. Лан Цяньцю не был удивлен тем, что демон хотел его убить. Он бы и не поверил ему, если б Ци Жун вдруг начал заверять его в обратном. Но принц не ожидал, что тот так просто сказал правду и, судя по всему, в остальном он тоже не соврал. Пока принц пребывал в прострации успели прийти слуги, посланные Ци Жуном. Они нанесли горячей воды в бочку за красивой расписной ширмой и убрали со стола объедки, что остались после демона. Когда с приготовлением было покончено, Лан Цяньцю сполз с кровати и скинул грязную одежду. Похоже, его даже не пытались раздеть и уложили в постель так, как он был. Правда, обувь все же сняли. Вода оказалась ни горячей, ни холодной, а такой, какой и нужно для его тела, что всё ещё страдало от похмелья. Вино оказалось действительно очень крепким, если его действие до сих пор чувствовалось. Лан Цяньцю понежился в бочке, стараясь привести мысли в порядок и это отчасти сработало, но тело всё ещё было слишком тяжелым и требовало переместится на мягкую кровать. Когда вода уже почти полностью остыла, принц наконец решил воспользоваться мыльным корнем и отмыть грязь и пот. Он не мог судить, насколько хорошо у него это получилось, но ему было даже плевать если в волосах остался листк или трава. Юноша вылез из бочки и кое как обтерся полотенцем, что лежало рядом. Он даже не потрудился полностью одеться, а только накинул на себя свои нижние одежды. Все равно верхние была грязными. Когда Лан Цяньцю вышел из-за ширмы, то первым делом увидел Ци Жуна, что сидел на кресле и читал книгу. Тот мельком взглянул на принца и сказал бесцветным голосом: - Я уж надеялся, что ты там утонул. - Не дождешься, - махнул юноша на него рукой и завалился в кровать. Он дополз до подушек и зарылся в них, после чего понял, что кое-что было не так. - Постель поменяли? – удивился он. - Конечно. Ты же валялся в ней всю ночь в грязной одежде, а потом ещё и воду разлил. Прикажешь мне спать в таком бардаке? - Ты будешь спать… здесь? Лан Цяньцю даже подвелся на локтях, чтобы посмотреть на демона. - А где ещё? Кровать Гу Цзы в соседней комнате слишком узкая. Свободных комнат больше нет. Если б не доброта и уговоры моего сына, который не хотел, чтобы ты спал на полу, я бы с самого начала занял кровать. Но нет, пьяной псине она была нужнее! Я всю ночь не спал и хочу отдохнуть. - Ты… вернешься на Небеса со мной? – осторожно поинтересовался Лан Цяньцю. Он подумал, что раз Ци Жун хочет ночевать здесь, то это значит, что он всё же останется в мире людей. - А ты можешь сейчас нас перенести? – понял по-своему вопрос демон и поинтересовался со скепсисом. Принц осознал, что нет, не может. Он был слаб и вообще сейчас не хотел шевелится. Поэтому просто отрицательно помотал головой. - Значит, остаемся здесь ещё на ночь, я уже заплатил владельцу, - Ци Жун вернулся к чтению книги. Лан Цяньцю осторожно перевернулся и сел на кровать, чтобы смотреть прямо на демона и видеть его реакцию на следующий вопрос: - Так… ты всё же возвращаешься со мной? По комнате разнёсся звук шлепка. Это Ци Жун ударил ладонью свой лоб. - Гуй тебя дери, ты, что, полностью пропил все свои мозги? Я же уже сказал, что мне некуда идти. Да, я ненавижу тебя, да, я хочу сбежать, да, я мечтаю тебя убить. Но я не буду этого делать. Я… я просто не знаю, что мне делать дальше. Если я тебя настолько заебал, что больше не хочешь меня видеть, то убей меня наконец! - Нет, - твердо ответил бог. - Почему? – безумие, что угасло со вчерашнего вечера, с новой силой разожглось в глазах демона, - Ты же тоже ненавидишь меня! Ты же хочешь отомстить за родителей. Переживаешь за Гу Цзы? Просто скажи ему, что я бросил его. Он наверняка поверить своему «честному» учителю. Через пару лет и вовсе забудет обо мне! Поэтому действуй! – он резко вскочил и подошёл к кровати, - Вчера у тебя так хорошо получалось. Боль была невероятно мучительной. Можешь повторить, - он забрался на кровать, схватил руки юноши и приставил их к своей шее, - Только приложи больше усилий. Взгляд бога метался от жуткой улыбки Ци Жуна к своим рукам на его горле. Сразу в памяти всплыли все те моменты, когда он душил демона в порыве гнева. Особенно ярким было вчерашнее воспоминание, так как тогда юноша действительно был на грани того, чтобы уничтожить Ци Жуна, но сдержался в последний момент, чтобы не пустить по его телу особенно сильный поток светлой энергии, который без труда мог бы разорвать демона на части. Но сейчас от этих мыслей и чувства чужой кожи под пальцами становилось дурно. Юноша отдернул руки и отвернулся. - Я не буду этого делать. - Почему? Ты ведь уже нарушил свое слово. Уже навредил мне. Не смей прикрываться гребаной честью! У тебя её нет! Понимание того, что он действительно не сдержал данное когда-то им слово, оглушило юношу. Он всегда старался быть «правильным». Не лгать, уважать других, быть справедливым и верным своим принципам. Он пытался «играть по правилам», как бы сказала Джи Фан. И думал, что у него получается. Более того, он искренне надеялся, что другие Боги поступают так же. Но ему показали, что это не так, и что многие считают его из-за такого поведения наивным и незрелым. Он всегда думал. Что если следовать правилам, то всё будет хорошо. Вот только уже и сам понимал, что зачастую правила не работают. Что он сам неосознанно иногда нарушает их. Что поступать правильно и, по справедливости, получается не всегда, как бы того не хотелось. - Чего застыл? – принца резко дернули за ворот рубахи, - Действуй! Ну же! Ты ведь можешь это сделать, в отличии от меня! Убей меня! - Но… я не хочу, - слова дались Лан Цяньцю на удивление легко. - Что за бред? Ты же вчера чуть это не сделал! – Ци Жун был в гневе. - Да… я действительно тебя ненавижу и никогда не прощу, но… я не хочу тебя убивать. Вот только и отпустить тоже не могу. - Ахахахаха, так ты всё же решил оставить меня, чтобы мучать? Да? Такова твоя месть? – демон отцепился от принца и схватился за собственную голову, - Хорошо. Хорошо. Пусть так. Ладно… - сейчас он полностью был похож на умалишённого. Ци Жун не верил его словам и интерпретировал их по-другому. Это и понятно, после произошедшего иного быть не могло. В голову юноши пришла только одна идея, как можно убедить демона в своих словах и успокоить до того, как он сорвется. Принц точно пожалеет потом о своем действии, но это будет потом. - Ци Жун, посмотри на меня, - Лан Цяньцю поднял лицо демона и взглянул в его глаза, - Мне жаль, что я так поступил вчера. Прости. Я… - он глубоко вдохнул, чтобы дать себе ещё немного времени для размышления, но ничего другого в голову не лезло, поэтому принц взял руку Ци Жуна и продолжил, - Я клянусь, что больше не причиню тебе вреда. Их руки тускло засияли золотым светом и мгновенно погасли. Клятва была дана. Ци Жун не веря посмотрел на это и поднял взгляд. Лан Цяньцю улыбался: - Видишь, теперь я не нарушу свое слово. Просто не смогу. Демон был удивлен, но наконец немного успокоился, поэтому принц разжал руку и снова завалился на кровать. - Но, я больше никогда снова не предложу тебе уйти. И кангу не сниму. Ты будешь рядом со мной и Гу Цзы. Это не обсуждается. Можешь ненавидеть меня, планировать убить или ещё что-то, но ты останешься в Столице бессмертных как пленник с небольшой свободой. Ни я, ни кто-либо ещё, не тронет тебя и пальцем. Через время, если ты изменишься, я подумаю над тем, чтобы дать тебе больше свободы. Но не сейчас. Ци Жун не сдвинулся с места. Он сидел на кровати и смотрел в одну точку. Спустя несколько длинных мгновений он всё же спросил: - Почему? После всего… почему? - Я просто уже не знаю, как правильно поступать. Если б ты ушёл – было бы проще. Но ты остался. И я запутался, - через время он добавил, - Знаешь, Ци Жун, кажется, я устал ненавидеть. - Вот как, – прошептал демон, не поворачиваясь к принцу, - Ясно. Они пробыли в таком положении довольно долго и Ци Жун даже не дернулся. Казалось, что он полностью ушёл в себя, обдумывая что-то. Лан Цяньцю надоело смотреть на неподвижного демона, и он решил попробовать уснуть. Как только юноша закрыл глаза, со стороны Ци Жуна послышалось шевеление. Тот осторожно подполз к Лан Цяньцю и залез на него. От таких его действий сон у юноши как рукой сняло. - Что ты делаешь? - Лан Цяньцю ошарашено смотрел на демона, что сидел поверх его бедер. - Ты сказал, что я могу ненавидеть тебя, планировать убить или ещё что-то. Ну, так вот, - он двинул своими бедрами, - я делаю «ещё что-то».