Иглы и Когти

      Первое, что почувствовал Логан, — дикую головную боль и тошноту, что он сразу опознал как похмелье. В уши вдруг врезался знакомый голос, а в его плечо кто-то настойчиво толкал. Видимо, его так пытались разбудить.       — Идды нхрр... — проворчал он в подушку, в которую он уткнулся лицом, лёжа на животе.       — Логан, вставай, — вновь заговорил настойчивый голос, в котором Хоулетт узнал Хэнка. Синий мутант продолжал упорно пытаться разбудить его. — Почему у тебя ребёнок плачет, друг мой? Где ты его нашёл?       Глаза Логана мигом распахнулись, сон как рукой сняло. Какой такой ребёнок? Откуда ему взяться у него в комнате? В каком смысле, "где он его нашёл"? В голове вихрем крутились вопросы, а Росомаха упорно пытался вспомнить, что было вчера. Похмелье немного отступило, и до его ушей пробился детский требовательный плач. Хоулетта осенило.       Бар. Виски. Холод. Ребёнок. Картонная коробка. Надпись «Шэдоу» на боку. Воспоминания потоком собрались в единую картину, помогая мутанту понять, что вообще происходило.       — На помойке, — неохотно ответил Логан, потирая пальцами пульсировавшие виски.       Хэнк непонимающе посмотрел на друга.       — На помойке? Это как? — переспросил он, поправив очки.       — Вот так, на помойке, — отозвался Логан и посмотрел на плачущего ребёнка, распластавшегося на его второй подушке. Затем с заметным гневом в голосе добавил: — Какие-то уроды выкинули его на улицу, как ненужного щенка. Ненавижу...       Хэнк внимательно уставился на ёрзающего плачущего ребёнка, глядя на его необычную внешность. Тот явно совершал какое-то движение, похожее на жевание, что дало учёному понять: детёныш был голоден.       — Он хочет есть, — изрёк Маккой, отходя от кровати друга. — Я сейчас вернусь.       И вышел. Синего мутанта не было несколько минут, — за которые Логан, как ему показалось, успел сто раз оглохнуть — и вскоре он вернулся с бутылочкой с характерной насадкой в виде соски. Логан скептически поднял бровь, мысленно удивившись наличию подобного предмета в месте, где, казалось бы, жили мутанты гораздо старше ясельного возраста.       — Я даже знать не хочу, откуда у тебя бутылочка и детская смесь, — негромко проворчал Росомаха, заметив предмет в руке товарища по команде.       Хэнк рассмеялся.       — Всякое может случиться, друг мой, — добродушно ответил тот, даже не обидевшись. — Сам ведь знаешь, что у каждого индивида мутация проявляется по-разному. У кого-то она видна сразу, у кого-то проявляется в пубертатный период. Так что...       — Да-да-да, я понял, дай сюда, — отмахнулся Логан и выхватил бутылочку со смесью из рук учёного, тут же приставив соску к губам плачущего ребёнка.       Пару секунд малыш ещё плакал, пока в конце концов не почувствовал что-то у своего беззубого рта и не схватил предложенный предмет. Он тут же принялся есть, чавкая и причмокивая, наконец, успокоившись. Логан с облегчением вздохнул, обрадовавшись тишине и покою в своей комнате. То, с каким рвением ел малыш, навело на невесёлые мысли: это сколько же времени малыш провёл на морозе без пищи, пока его не нашёл Логан? Неужели его вот так, даже не покормив, выбросили на помойку? Сколько ему было? Месяц? Два? Или ещё хуже, несколько недель?       — Логан? — позвал друга Хэнк.       — Что? — буркнул Логан.       — У тебя такое выражение лица... словно ты хочешь кому-то врезать, — спокойно заметил Маккой, поправив очки.       Логан поморщился. Он был и вправду невероятно зол, причём настолько, что у него на лице написано: «Уничтожу». Таких людей, что бросают своих отпрысков на произвол судьбы, он, откровенно говоря, презирал. Такие чудовища недостойны называться людьми. Логан тряхнул головой, избавляясь от смурных мыслей, и решил сосредоточиться на малыше, которого он, по почти чудесному совпадению, спас.       Детёныш спокойно себе ел смесь из бутылочки, шевеля ручками и царапая когтями пластиковый сосуд. Это движение сильно напомнило мужчине котят, которые так же двигали лапками, когда их кормила кошка-мать. Малыш медленно разомкнул веки, и на Логана уставились странного вида глаза — огромные, больше обычного, белки с кроваво-красными радужками овальной формы. Они смотрели с таким доверием, так невинно, что Росомахе стало не по себе. Этот малыш будто бы уже считал его своим родителем, не замечая различий между ними.       — Хэнк, — хрипло позвал Логан. Хэнк вопросительно склонил голову. — Сколько ему примерно?       Хэнк задумчиво осмотрел детёныша, аккуратно двигая его, чтобы не отвлекать от поедания смеси. Спустя пару минут, доктор поднял взгляд на друга.       — Не больше месяца, — произнёс тот, понимающе глядя на Росомаху. — странно, но... Это ёж.       — Ёж? — нахмурился Логан. — В смысле?       — Не знаю. Вероятно, он тоже мутант, — помотал головой Хэнк. — Только специфический.       — Понятно... — негромко буркнул Логан, наблюдая за детёнышем, который жадно поглощал смесь из бутылочки.       — Полагаю, его дальнейшая судьба не обсуждается? — с лёгкой улыбкой спросил Маккой, глядя на проявление заботы к малышу со стороны товарища по команде.       — Ты правильно полагаешь, — проворчал Логан, и Зверь заметил, как тот недвусмысленно ощетинился, будто готовый защищать необычного малыша. — Его бросили собственные папаша с мамашей, а я его бросать не собираюсь. И мне насрать, что на этот счёт думает Профессор.       Хэнк весело фыркнул.       — Ну, в таком случае... — начал он, улыбаясь. — Он бы хотел, чтобы ты позаботился об этом мальчике.       — Хорошо, — ответил Логан, мысленно порадовавшись, что решения судьбы малыша не будет. Он и сам его принял: он позаботится о детёныше и даст шанс на нормальную, насколько это возможно, семью.       В голове пронеслась мысль: детёнышу нужно было дать имя. Логан перевёл взгляд на коробку, а именно на надпись чёрным маркером.       Шэдоу. А что, пожалуй, подходит с его тёмной шерстью.       Губы Логана тронула улыбка.       — Чтож, добро пожаловать к Людям Икс, Шэдоу, — тихо изрёк он, глядя на малыша с долей ласки.