Девять месяцев, девять дней и три минуты

      Гудок. Гудок. Ещё гудок. И ещё один.       Телефонный звонок длиться, наверное, всего лишь секунд десять, а то и меньше. Но для человека, что с трясущейся рукой пытался удержать гаджет возле уха, – проходит целая вечность. Она длится столько же, сколько наиболее подходящих вариантов происходящего смог себе представить детектив, а ведь он, вообще-то, гений своего времени! Самопровозглашенный, самоназванный и почему-то не способный придумать ничего лучше, чем молча лежать под дряхлой кроватью, ожидая чуда. Неважно сколько прошло, не было времени смотреть на экран и выжидать момента, когда же этот долбанный электронный рокот прекратятся, сменившись людским голосом. И набранный абонент возьмёт трубку. И задаст свой привычный вопрос, в привычном тоне. — Мгх... Да, алло?.. — явно сонный голос раздался по ту сторону телефона, тихий и хрипловатый.       Услышав его, Джон почти что вскрикнул, тут же одумавшись, прикрыв рот свободной рукой. Он подвинулся ближе к стене, свернулся в какое-то подобие клубочка, чтобы издаваемые им звуки не были так сильно слышны и наконец-таки сказал: — Хах... Ло... Ло, это я. — Что? Джон? Почему ты... — парень нахмурился сразу, как услышал задыхающийся голос и ещё какие-то странные звуки: отдаленные голоса, шаги, шум... Для кого-то это, может, и простая ситуация, в которой человек просто находился в людном месте, но только не случае Джона. — Где ты сейчас? Всё хорошо? Говори адрес, скорее! — Тш-ш! Не кричи ты так. Если же звоню тебе, то значит жив-здоров. Или же не должен? — хотел уж было рассмеяться, но обстоятельства не позволяли. Прочистив горло, тихо продолжил: — Я сейчас скину координаты... А ты сообщи начальнику и выдвигайтесь. Не смей приезжать один. Понял? — Я... Но Джон! Ты же явно сейчас где-то в опасном месте. Будет лучше, если я приеду и мы... — Лололошка! — он повысил тон, шёпотом, конечно. — Никаких «но». К тому же я — великий Джон Дейви Харрис! И не сдохну в каком-то притоне. Всё, жди адрес. — Джон... Джон? — Лололошка пытался докричаться, однако гудки не заставили себя ждать. Он отстранил телефон и поморщился, пытаясь привыкнуть к яркому экрану во мраке. Даже столь короткое мгновение взбудоражило, привело в чувство туманную голову, что уже начала перебирать варианты: куда на сей раз влез этот циничный гений? А стоило хотя бы свет включить у кровати. Вскоре раздался негромкий звук от сообщения — с неизвестного номера пришли цифры – тот адрес, о котором говорил парень, где он сейчас находился. Возможно в опасности, а возможно, просто шутя. Нет, только не Джон, он не мог врать, никогда.       «Чёрт возьми!». Крик на всю квартиру. Лололошка высказал ещё пару матерных слов, но уже куда тише. Гуманность подсказала тому не шуметь в пять утра, ибо рано ещё поднимать всех на уши и нужно поскорее одеться, попутно дозвонившись до начальника Ави. ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━       Заряда батареи у этого кнопочного и доисторического гаджета хватило практически впритык, и сразу после отправки сообщения тот отключился, перестав продавать признаки жизни. — Ну спасибо, что хоть успел адрес отправить, — Джон цокнул и отбросил телефон куда-то в сторону. — Богу что ли начать молиться?       Нужно было действовать. Шебуршание под кроватью и, возможно, разговор могли услышать — здание всё-таки старое, немного ветхое и каждый звук здесь слышен в каждой комнате, даже отдалённой. А за последние несколько минут Харрис наворотил столько дел... Лишь глухой не услышит. И вдохнув по больше воздуха (от чего пожалел, на полу же пыли много!), Джон как можно тише вылез из-под кровати. Вариантов побега было немного – через окно или дверь – и самым рациональным, на удивление, оказалась именно дверь. С третьего этажа прыгать не хотелось, так что он, передвигаясь по прежнему тихо, подошёл к выходу, готовый схватится за ручку. Но та наклонилась вниз прежде. — Кхе-кхе... Мать твою, ну и пылища. Дом явно долгое время заброшен. — Не нам выбирать, поэтому просто выполняй свою работу. — Тц... Раскомандовался тут, — с заметным презрением в голосе отозвался мужчина.       В комнату зашли двое. Они остановились за порогом, чтобы бегло осмотреть всё помещение изнутри на предмет чего-то странного. Джон их не видел. Он успел спрятаться прямо за эту приоткрытую дверь, затаившись, почти не дыша. Лишь тусклый свет фонарика блуждал из стороны в сторону. — Хм... Значит, это не здесь, — разочарованный вздох, давший негласную команду мужчинам отступать, а детективу действовать. Дверь постепенно начала закрыться, он следовал за ней. — Подожди, — все замерли, — тут кто-то есть. — Да блять, одеколон что ли выдал! — Джон резко толкает дверь от себя и она, вот прям идеально, прилетает одному из шестёрок по лицу, в последствии отправляя в нокаут. «Один – ноль», хотелось уж сказать, однако прежде, чем он сам получил фанерой по лбу, отскочил в сторону, и не зря. Эхом раздался громкий звук удара от стену, от чего та даже задрожала, всполошив пыль в округе. Это было на руку. Второй мужчина направил фонарик в комнату, где сразу же в проёме обнаружил того самого постороннего, с пистолетом в левой руке, наставленным прямо. «Сейчас ты умрё...» – фраза оборвалась. — Нет, умрёшь тут ты, ублюдок, — выстрел был подобен вспышке молнии в ночном небе. Он разорвал тишину, которая до этого момента казалась вечной. Грохот разнёсся быстро, отражаясь от стен дома и постепенно растворяясь в воздухе. Человек пал замертво, ведь Джон целился на поражение, в голову. — Ха... Ещё на четыре раза хватит. Пора сматываться от сюда.       Решительно, с полной уверенностью в своих действиях он начал не спеша продвигаться вперёд, вслушиваясь в каждый шорох и держа оружие на готове. Было естественно, что выстрел услышала каждая живая душа, находящаяся в радиусе двухсот метром, а значит скоро заявятся на третий этаж нежеланные гости. Добравшись до лестницы, Харрис бегло оглянул её из-за угла, после чего раздались голоса и громкий топот. «Вот чёрт!» – выругался он про себя, тут же отпрянув назад. Времени на подумать было катастрофически мало, как и вариаций для спасения собственной шкуры. Окно — слишком банально. Уже была такая мысль и она не самая лучшая. А может комната впереди? Заметят сразу же... Хотя попытаться стоит. Он здесь не умрет! Вдох-выдох, поступь всё ближе и ближе. Сердце звучит, кажется, ещё громче, чем недавний выстрел, а рука уже тянется вперёд, чтобы открыть для себя возможный вариант спасения. Детектив стискивает зубы и юркает за дверь, успев её не до конца прикрыть за собой. — Стреляли тут? — Блять, одного прикончили! — Вот же сука, что за урод это сделал... — Осмотреть здесь всё! — Так точно! — Один, два... Три... Их пятеро, — и взглянул на глок в своей руке, — на один меньше. Но нужно оставить парочку пуль...       Буквально материализовавшись за чужими спинами, он с прежней точностью выстрелил в черепушку самого ближайшего, и пока тот падал, разделался с ещё одним мужиком, ознаменовав всё довольным хмыком и типичным для себя выражением лица – победителя. — Я, Джон Дейви... Блять! — в него выстрелили в ответ, но хорошая реакция помогла увернуться. Лишь небольшая царапина осталась на правом ухе. — Что-что? Мы не расслышали. — Реально так и зовут что ли, ахаха, — кто-то посмеялся из оставшихся. — Грх... Я! Джон... А-а к чёрту вас, бестолочи, — выдаёт он и тут же юркает на лестницу. — Сука, за ним! — громко прокричав, мужчина ринулся вперед, вместе с другими.       Аккуратно спускаться по лестнице, это, конечно да, но не в нынешней ситуации! Джон перепрыгивал ступеньку за ступенькой, уже практически летя вниз и не чувствуя земли под ногами. Только вот не учёл, что весь сброд как раз на первом этаже и собрался. Всё, теперь уже точно конечная. Великий гений оказался в самой настоящей ловушке, запертый по обе стороны людьми, что намеревались его убить за просто так, за само существование. Ладно, даже если они не знали, что за крыса пробралась в их убежище, в виде старого дома на окраине города. Ничего. Но зато он знал кто они! И должен был донести эту информацию до своего начальства. Эх, a ведь изначальный план был прост: прийти, взять что надо и уйти.       Внезапно в воздухе раздался пронзительный звук сирен. Яркие огни полицейских и свет от фар спецназовских машин, сверкающие красным и синим, прорезали темноту, как предвестники грозы. Одна за другой, четыре чёрные машины мчались по улице, оставляя за собой шлейф извивающегося дыма. Их металлические корпуса, отражающие уличные фонари, выглядели угрожающе и величественно. Секунда – и окна здания сверкали в свете этих огней, отразив смятение и тревогу внутри. Призыв к действию и стремление к справедливости перемешивались, создавая ощущение неотвратимости. Это был шанс! Блюстители закона смогли оторвать голодные взгляды от Харриса, что незаметно делал шаг за шагом назад, снова на третий этаж. Снаружи раздались крики, сменяющиеся, видимо, предупредительными выстрелами и парень бросился бежать, даже несмотря на преграду в виде троих человек.       Бах. Один падает, скатываясь вниз, тем самым создавая толкучку на лестнице. Уже бездыханное тело парень перепрыгивает с лёгкостью и, пользуясь своей неуловимостью, распихивает оставшихся. Большая часть лестницы позади и вот он уже на нужном этаже, не сбавляя темп, бежит к самому дальнему окну. Сердце колотилось в груди, словно он вернулся в своё первое задание. А ведь тогда происходило что-то похожее... Разве что догоняющих было не двадцать, а всего два. На подходе к окну, Джон по крепче сжал кулак и заранее прищурил глаза. В один решительный момент он с силы ударил кулаком по стеклу, и со звоном разлетелись осколки. Схватившись за край, он уже был готов прыгнуть на крышу, однако это действие прервал залп в окно, находящееся выше. Стекло полетело во все стороны, только вот останавливаться — сродни собственной смерти, уж тем более смотреть назад и проверять – что же за смельчак осмелился мешать ему. Джон в какой раз стискивает зубы и, демонстрируя чудеса паркура, прыгает на крышу рядом стоящего здания, благо находившегося достаточно близко. Ветер осени срывает с него тяжесть. Ловко приземлившись через кувырок, почувствовал, как адреналин наполнил буквально каждую клеточку тела и довольный оскал не заставил себя ждать. ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━       Лололошка был на взводе. Мало того, что один чудак разбудил ни свет не заря, ещё и волнение – вперемешку с другими противоречивыми чувствами – постепенно накрывало его, так же из-за чудака. Однако, своё состояние он не мог описать, как «сильную тревогу и безысходность», скорее относя это к обычному беспокойству. Если уж Джон сказал, что обязательно вылезет с той дыры, куда полез, живым – значит, так и будет. И всегда так было, как бы жизнь с ним не играла. Лололошку просто бесило то, что детектив ничего не рассказал ему. — Грх, идиот! Что он вообще забыл на отшибе города? — парень сдаётся ломать голову, взмахивая руками. — Лололошка, веди себя спокойно. Мне тоже не в радость, что нужно спасать этого болвана, — а Джодах был, как всегда, отстранён и сосредоточен, даже голос не дрожал, хотя в глубине души тоже волновался за второго очкарика. — Очень смешно, шеф. Может, тогда и спасать его не будем?       Светловолосый это никак не прокомментировал, лишь шумно выдохнул, и продолжил внимательно смотреть в экран ноутбука. Все знали, что порой, Джон вёл себя совсем бесстыдно и откровенно, совершенно не ограничивая себя в нормах приличия при разговоре. Он говорил так, как есть, констатируя любой малейший факт, который замечал и о котором знал. Это, несомненно, отталкивало, ибо кто захочет выслушивать о себе лишь гадости? Тому пример первая встреча Ло и Джона. Хоть и подрались, но зато теперь оба вспоминают о том времени с улыбкой и теплом на сердце. Если бы человек был настолько плох, оставались бы рядом с ним другие? Может, всему виной природное очарование, которое Харрис так восхваляет, а может и что-то другое... Однако неоспоримым был факт, что за таким говнюком сейчас ехал целый наряд ментов.       Шум моторов спецназовских машин заглушал ночное спокойствие. Прибыв на место, группа начала действовать быстро, а командир невозмутимо отдавал последующие указания. Отряд в черных тактических комбинезонах, с лицами, скрытыми под масками, бесшумно стягивался к стенам, их шаги были легкими как перо. С внезапным ударом двери они ворвались внутрь, разрывая тишину. Из окон разнесся свет стробоскопов и гул команд. Резкие приказы сливались в единый ритм — вперед, вбок, надежно. Используя стратегию, отработанную до автоматизма, группа разделилась, сливаясь с тенями. Стены здания эхом отдавали звуки столкновений, а воздух наполнялся запахом пороха.       Джодах, назначенный командиром этой специальной операции, наблюдал за всем со сторону, поскольку важно было не только убрать все препятствия, но ещё и спасти подопечного. Нахмуренные брови сопровождали его всегда, создавая впечатление чересчур хладнокровного человека. — Ну что, ты нашел его, Дилан? — а голос был и того хуже – нагонял страха без причины. — Ну-ка... Почти. Дайте мне ещё пару минут, шеф, — ответил Дилан. Глаза бегали по экрану туда-сюда, а пальцы набирали какие-то коды, известные лишь ему. И спустя мгновение: — Нашёл! Он сейчас на крыше, на юго-западе от этого здания. — Отлично. Лололошка, бери двоих ребят и иди за.... Лололошка? — мужчина обратил свой взгляд на то место, где должен был стоять полицейский, но того и след простыл. — Тц... Вот же нетерпеливый. Дослушал бы, для начала. — Хах, в этом же весь Ло. Он никогда никого не слушает, — Дилан ободряюще похлопал того по плечу и вернулся к своей работе по координированию спецназа. Ави последовал его примеру. ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━       Все мысли у парня были заняты тем, что первым, что он сделает при встрече со своей противоположностью – хорошенько так вмажет, потому что разбудил в единственный выходной, который планировал провести в полной тишине и спокойствие. А вторым будет, пожалуй, поце... Так, нет, это слишком импульсивно. Позже решит, пока что это не так важно. Покуда Лололошка рванул на предполагаемое место раньше, чем шеф успел договорить, пришлось действовать в одиночку. Всё основное веселье сейчас происходило внутри заброшенного дома, откуда эхом раздавались крики, выстрели и мольбы о помощи. Если кто и пытался сбежать, то этого смельчака быстро ловили оперативники, расставленные по периметру. Вот, как сейчас, например.       В спешке, темноволосый столкнулся с кем-то, от удара сделав пару шагов назад, а бедняга от такого толчка аж на землю свалился. Пистолет, что тот держал для обороны, выпал из руки и оказался буквально в полуметре. Он потряс головой, приводя себя в чувства, и сразу же потянулся в сторону оружия, однако выстрел раздался раньше, чем ему это удалось сделать. — Не шевелись, иначе следующий будет смертельным, — произнёс Ло, нацелившись на голову бедного парня, что уже взывал от боли из-за ранения в ладонь. — Ло! Вот ты где! — раздался громкий голос – это был Альфред. — Я его задержу, а ты беги дальше. Дилан сказал, что Джон переместился уже обратно к дому. — А?... Хорошо, спасибо, – ему повторять дважды не нужно. Он кивнул в знак благодарности, промчавшись теперь обратно.       Грохотание операции вновь стало доноситься ближе, хотя не так громко, как минутами ранее. Это означало, что постепенно всё сводилось к своему логическому завершению: добро побеждает зло. Такими темпами действительно всё закончится, ведь Ло уже обратно прибежал, а объекта, ради которого столько шума было создано – нигде не видно. Заприметив вернувшегося парня, запыхавшегося и весьма измотанного, Джодаж кивнул ему, таким образом подзывая к себе, и вышеупомянутый зашагал к машинам. — А-а-а, плохой день, плохой день! — но эти крики прервали полицейского, как и всех находящихся рядом. Глаза Лололошки забегали из стороны в сторону в поисках того, кто мог это произнести, и он задрал голову вверх. — Лови меня, симпапусик! — Чт... Джон!       Всё произошло слишком внезапно. Не успев толком проанализировать ситуацию в целом, при одном взгляде на Джона, парень уже инстинктивно подался вперёд, поднимая руки выше, потянувшись к нему. Их глаза встретились на короткую, но вечную секунду, полную доверия. Один был готов принять риск, другой — спасти. И ощутив тяжесть чужого веса, перед которым он уже не смог удержаться на ногах, покрепче прижал Джона к себе и накрыл его затылок ладонью, чтобы не ударился ненароком. Лололошка с глухим звучанием приземлился на спину, сразу же поморщившись от боли, что пронзила до самых костей. Твердая поверхность под собой дала знак – можно наконец расслабиться, пойти спать и забыть о сегодняшнем дне, даже если он не успел начаться... «Лололошка.... Лололошка... Очнись уже!» — чужой голос раздавался где-то далеко, словно находился не в этой реальности, не там, где нужно. На деле, всё так да осталось, если бы не мощный хлопок сначала по правой щеке, а потом и по левой. И парень стремительно открыл глаза. — Хах... Кхе-кхе, — он с усилием приподнялся, облокотившись о землю на локоть и другой рукой тут же схватившись за бок, куда отдавала неприятной пульсацией боль. Лололошка постарался сфокусировать взгляд: сперва смотря перед собой, будто на запотевшее окно, потом медленно поднимая глаза всё выше и выше, пока не наткнулся на знакомую физиономию: — Чёртов... Джон. — И я тоже рад тебя видеть, симпапусик, — с ехидством произнёс парень. — Лучше... Лучше встать помоги. Я из-за тебя сломал поди что-то... — Так если бы сломал свой позвоновник, не смог двигаться. Знаешь, это всего лишь ушиб позвоночника – закрытое травматическое повреждение мягкотканных структур, которые расположены в вертебральной и паравертебральной областях... — Джон, — перебивает его Лололошка, тут же зажмурившись от внезапной боли в том самом боку, — я... Мне правда больно. Хватит болтать и помоги, пожалуйста... — Ну, так уж и быть. Великий я соизволю протянуть своей жалкой копии руку помощи, — картинно закатывает глаза, будто делает это чисто из одолжения. Это типичное выражение лица — умного и непревзойдённого, даже непостижимого гения, которому было дозволено всё – однозначно, бесило. Того хуже были токсичные фразочки, что так же подчёркивали ни то уникальность, ни то банальную тупость. Ладно уж, насчёт последнего можно поспорить. Однако, Джон руку протягивает, помогая своему другу подняться на ноги и в дальнейшем крепко вцепившись в него, поскольку Ло всё ещё шатался и медленно отходил от недавнего падения. В дальнейшем, ни один не начинал разговор, предпочитая оставить тишину нетронутой, лишь украдкой смотря друг другу в глаза, общаясь и без слов. — Ребята! Вот вы где! — правда, недолго тишина сохранялась. Альфред подбежал к парням, запыхавшись немного, от чего голос дрожал. — Рад, что с вами... Всё... Хорошо. — Нет, не хорошо, — Джон приподнял бровь, как будто он тут единственный видел, что напарнику нужна помощь (ну ведь правда единственный), — этот придурок спиной ударился, нужно возвращаться. — Сам ты придурок... Ай-яй! — его легонько хлопнули по больному участку на спине и реакция не заставила себя ждать. — Придурок, говорю. — Кто бы говорил, кто бы говорил... — и тут возникает Джодах, скрещивая руки на груди и угрюмо смотря на эту троицу, как на провинившихся щенков. — Ты должен будешь объясниться. Я за этот месяц уже третий раз вызываю спецназ. — Да ладно тебе, пернатик. Не умер же? — Джон, — процедил тот сквозь зубы. — Эй-эй-эй, хватит собачиться! Ло сейчас дух испустит, — Дилан вмешался, как нельзя кстати, за что Лололошка ему был очень благодарен.       Конец операции был художественно срежиссирован, словно финал напряжённого спектакля. Тишина вновь окутала окрестности, нарушаемая лишь тихими голосами бойцов, которые, завершив свою задачу, начали собираться и фиксировать улики. Внутри здания, где ещё недавно раздавались команды и звуки шагов, воцарился покой. Свет пробивался сквозь покорёженные окна, создавая зловещую игру теней. Теперь это уже была не их задача по разгребанию всех трупов, а федералов, хотя парочку своих криминалистов Джодах оставил. Отряд «Сияние» выполнил свою задачу – нашёл детектива Джона Дейви Харриса. Он буквально свалился на них с небес, что выглядело весьма комично. И такие спорные ситуации случались в вылазках. ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━       Обратно в участок возвращались уже пятеро – хорошо, что Дилан настоял взять его и ещё Альфреда в придачу, а то кому бы сейчас Джодах высказывал все свои претензии, из-за самовольничества этого кретина в белом халате? Лололошке, которому больше всех досталось от этой ситуации? Мало того, что плюёт на профессиональную этику, так ещё и вечно сует нос в каждую... Не важно. За целую неделю мужчина не говорил столько, как сейчас, и парням оставалось лишь молча слушать своего шефа, а виновнику происходящего по-лисьи улыбаться, да подначивать.       По просьбе самого Ло, его не стали отвозить в больницу, решив провести досмотр в медпункте полицейского участка. Добрейшее выражение лица, скрывающее за собой неприятную боль, и «со мной всё хорошо» – с каждым разом убеждали верить ему, даже несмотря на то, что Альфред, чуть ли не рыдая, выпрашивал поехать в больницу. Наверное, лишних хлопот таким образом не хотелось доставить ребятам, но даже Джон упрекнул парня в выбранном решении, только вот и его тоже не послушал. В медицине детектив мыслил куда больше всех присутствующих – для него знать азы любой науки это сродни научится читать и писать – поэтому Лололошку расположили на жёсткую поверхность, чем послужил пол, приказав тому ни в коем случае не шевелится. Хоть он сам и сказал, что возможно это всего лишь ушиб, рисковать здоровьем напарника не хотел.       Город большой и дорога «домой» длинная. Проблем ещё добавили пробки, что начали образовываться одна за другой и вот это бесило уже Дилана. Видимо поэтому он не любил вставать рано, предпочитая просыпать всё утро.       Лололошка постепенно начал ощущать, как дышать становится труднее, словно поток воздуха перекрывают намеренно. Некоторое время он лежал с закрытыми глазами, пытаясь самостоятельно нормализовать своё состояние путём воспоминания каких-то техник из психологии, о котором ему говорил Джон однажды. Они помогали лишь на время и боль снова наполняла всё тело. Такое чувство было, что что-то защемило, или мышца была напряжена... Парень очень медленно вздохнул и так же выдохнул. Разговоры своей команды мало волновали – он их и не слышал вовсе, предпочтение отдав молчанию. — Лежишь так, будто уже готов отправится на тот свет, — вдруг заговорил Джон. — Больно.. Я же говорил, — всё ещё не открывая глаз, ответил Ло, хотя сквозь закрытые веки ощущал на себе прожигающий чужой взгляд.       И после этого, на удивление, очередной колкой фразы не последовало. Вскоре, Лололошка открыл веки. Небольшая пелена перед глазами присутствовала, но она не помешала разглядеть того, что Джон держал его за ладонь обеими руками, рассевшись рядом на полу автомобиля. Хватка не ослабевала, а наоборот – с каждым мгновением будто бы становилась всё сильнее и сильнее. Потом взгляд пошёл выше, осматривая каждую часть тела на человеке перед собой, пока не добрался до головы. Щурясь, Ло заприметил красную отметину на правом ухе. — Джон, у тебя ранка... Вот тут, — он потянулся к парню, аккуратно накрывая ухо ладонью, стараясь не задеть раненый участок, — нужно обработать, когда мы приедем. — Мне не больно, в отличие от тебя, — детектив, до этого смотревший куда-то в потолок, обратил своё внимание на Лололошку. На лице появилась едва заметная улыбка. — Но ведь инфекция... Всё такое...— руку он в приподнятом состоянии не мог долго держать, постепенно отстраняя от чужого лица. Но Джон не дал ему этого сделать. Перехватив за запястье, он преподнёс ладонь к своим губам, сперва оставив невесомый след на тыльной стороне, а потом и на внутренней, задержав поцелуй ненадолго. Приятная и такая знакомая ладонь ощущалась, как всегда, необычно: грубая кожа, в сравнении с мягкими, не истерзанными губами, очень контрастировала и это в каком-то смысле даже будоражило. Сколько лет уже знакомы, а лишь недавно Джон понял – как сильно дороги ему эти руки, нежные прикосновения и их обладатель. Просто безумно дороги.       Полицейский, затаив дыхание, наблюдал за проявлением слабости со стороны напарника, боялся даже моргать. Но сподвигло разрушить наступившую тишину то, что он заприметил ещё пару царапин на бравом лице: —....бровь тоже рассечена. — Ло, я же сказал – это не важно. И ещё я сказал тебе не шевелится, — Джон так и знал, что этот до мозга костей заботливый Лололошка обязательно что-то скажет по поводу ран. Однако винить его за это не мог, мысленно ругая лишь самого себя. Закончив миловать ладонь, он опустил её на чужую грудь, крепко вцепившись теперь и в неё. Немного поразмышляв, он тихо сказал: — Знаешь, а подобные выходки мне не свойственны. Обычно, это... — Моя стезя, знаю. Тут даже я удивлён, что тебя потянуло в такое очко дьявола. — Не преувеличивай, я бы и сам справился, ха. — Тем не менее спасать твою задницу отправился спецназ, — с приподнятой бровью зыркнул в сторону этих голубков Джодах, всё ещё всем своим видом показывая, что он злится. Потом, последовал не менее злобный ответ, с колкостями... В любом случае это рассмешило всех. Лололошка, с ощущением полного спокойствия, позволил себе ненадолго вздремнуть, а Джон всю оставшуюся дорогу продолжал держать его за руки, чтобы поддерживать это самое спокойствие.